Текст книги "Повреждённый ген. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Сай Острогоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Удар.

Сильный. Под дых. Перехватило дыхание. Пульс ускорился. Коготь занес кулак для второго удара. Майло поднял руку. Остановил его.

Он смотрел на меня.

– Теперь ты слушаешь?

Точно. Он что-то спрашивал. Возня у двери завладела всем моим вниманием. Что там произошло?

Еще один удар. Больно.

Я снова отвлекся.

– Мы можем продолжать так весь день. Коготь любит делать людям больно. Верно?

– Еще как, – ответил громила.

– Слушаешь? – спросил Майло.

Я кивнул.

– Отвечай честно. Соврешь. Я узнаю.

Я молчал. Коготь занес огромный кулак. Схема понятна. Я кивнул.

– Хорошо, – Майло улыбнулся. – Почему ты еще жив? Как такое возможно? Негодные несовместимы с крафтами.

– Ты негодный?

Снова голос Ири. Звучала удивленно. Но она уже это и так знала. Играет. Тянет время? Зачем?

– Да что такое! – выругался Майло. – Вы дадите мне провести допрос? – Он повернулся к Ири. – Еще слово и Коготь отрежет тебя язык, крошка.

Громила виновато улыбнулся и пожал плечами.

– Отвечай!

Это уже мне.

Мне нечего было сказать. Я ничего не знал. И жив был только пока. С каждой минутой этого допроса мне оставалось все меньше времени. Но признаваться в этом я не собирался.

– Не хочешь говорить? Ладно. Коготь.

Майло отошел в сторону. Зачем он отошел в сторону? Пульс ускорился.

Над головой Когтя промелькнула алая полоса. Неполная. Исчезла. Галлюцинации? Такое бывает при запущенных мутациях.

Нет. Система.

– Ты расскажешь нам все. А потом мы вырежем эту штуку из тебя, – прорычал Коготь.

Слюна стекала по подбородку. Он поднял правую руку, и я видел, как вырастают его когти. Приятного мало. Звук жуткий. До мурашек.

Аргументы у них странные. Отвечай, а потом мы тебя убьем.

Мать говорила, что если хочешь что-то узнать, всегда используй кнут и пряник. Похоже, этих парней матери такому не учили. У них в арсенале был только кнут.

Какой смысл мне им что-то рассказывать, если я все равно умру?

Ответ я получил мгновенно.

Коготь вонзил все четыре костяных лезвия мне в ногу. В любимую ногу. Правую. Было больно. Очень больно. Сообщение не заставило себя ждать:

[Внимание! Зафиксировано ускорение пульса: x8

Сжигание пульса ускорилось.

Анализ…

Пульс истощен.

Сжигание основной ДНК ускорилось

Время жизни: 8 д. 20 ч. 28 мин… 20 мин… 12 мин…]

Это плохо. Это очень плохо.

В глазах потемнело. Сознание начало ускользать. Кто-то шлепнул меня по щеке. Удар не сильный, но хлесткий. Ручка маленькая. Не Коготь.

Когда искры из глаз все высыпались, я увидел над собой Ири. Она оценила мое состояние и отошла в сторону.

– Продолжайте.

Какого? Она с ними заодно? А Тоби? Это он отправил меня сюда. Они задумали все это с самого начала? Они все вместе?

У остальных на лицах было удивление. Может, и не заодно. Но доверять никому нельзя.

– Спасибо, – сказал Майло.

Похоже, он сильно обалдел.

Нога болела. Щека горела. Перед глазами мелькало что-то красное. Ситуация не очень. И я не видел способов выбраться.

– Что-нибудь есть? – спросил Майло.

Он обращался не ко мне. К худому с серыми зубами.

– Немного, – ответил тот.

Зеленые вены под его кожей стали еще зеленее. Глаза налились кровью. Телепат. Слабый, судя по всему. Но это все равно плохо.

– Второй и правда мертв? – спросил Майло.

– Да, – ответил телепат.

– Лаборатория?

– Сгорела. Как ты и планировал.

– Если бы все было, как я планировал, то мы смогли бы хорошенько поживиться на пепелище. Но эти ублюдки спалили все дотла, – ответил Майло.

Он знал о лаборатории. Орри сказал, что кто-то подсказал ему покопаться на двадцать седьмом уровне. Знакомый. Майло!

– Ты! – выпалил я. – Ты нас сдал!

– Не говори чуши, – отмахнулся Майло. – Я ни разу в своей жизни никого не сдавал. Я вас продал. Вы стоили не очень-то много. Сто вир. За обоих.

Я зарычал. Рванул вперед. Сам не знал зачем. Просто сделал. И тут же получил удар в нос. Еще один. Этот был сильным. Я вырубился.

Пришло сообщение:

[Внимание!

Пульс пришел в норму.

Анализ…

Внимание!

Зафиксировано отторжение крафта!

Процесс рекомбинации Поврежденного гена остановлен.

Время жизни: 8 д. 18 ч. 04 мин.]

Не знал, что так можно было.

Меня растолкали сразу же.

– Не спать!

Майло посмотрел на Когтя. Тот улыбнулся. Выпустил костяные лезвия и полоснул меня по груди. Раны получились глубокими. Боль сильная. Я закричал.

Мать бы расстроилась.

[Внимание! Зафиксировано ускорение пульса: x2]

Пульс снова ускорился.

– Есть еще что-то? – спросил Майло у серозубого.

– Он ничего не знает. Очнулся в лаборатории. Кругом пламя. Сбежал. Обнаружил крафт. – Он отвечал резко. Голос дрожал. По щекам катились огромные капли пота. Вены потемнели. Стали почти черными.

– Значит, никакого чудесного исцеления?

– Нет. Он умирает.

– Хорошо. Тогда мы здесь закончили. Коготь, вырежи крафт, – велел Майло.

– Иду, – голос Когтя.

Я слышал шаги. Один. Два. Три. Шлепок. Что-то рухнуло на пол. Звук глухой. С хрустом.

Я закрыл глаза и пытался дышать ровно, чтобы унять разгоняющийся пульс. Но странные звуки вынудили мне отвлечься.

– Хватит флиртовать! Потом позабавишься с девчонкой. Давай за работу.

Они не услышали?

Я открыл глаза. Ири сидела за столом. Смотрела в мониторы. Когтя рядом не было. Его вообще нигде не было. На полу лежало что-то большое.

Майло обернулся. Резко вскочил. Выхватил нож из кармана куртки. Нож короткий, но в отличие от пацана, держал он его со знанием дела.

– Что происходит? – крикнул Майло.

Коготь лежал на полу. Мертвый. Кто-то перерезал ему горло. Ири?

Майло тоже так подумал. Он наставил лезвие на нее.

– Это все ты, тварь!

– Стой! – крикнул серозубый. – Тут кто-то есть. Я чувствую. Слабые волны. Он здесь!

Тощий бандит резко обернулся, и в ту же секунду ему в горло вошел нож. Серозубый крякнул и сполз на пол.

Майло закричал. Бросил нож и выбежал из мастерской. У входа обо что-то споткнулся и упал. Через секунду невидимая сила притащила его за шиворот обратно и бросила к ногам Ири. Перемещение силой мысли? Такое невозможно. Никто на такое неспособен.

– Пацан, – едва слышно проскулил Майло. – Ты его убила. Когда?

Ири оторвалась от мониторов и посмотрела на Майло.

– Что ты знаешь о лаборатории? – спросила она.

Говорила спокойно. Ее не смущала гора трупов на полу мастерской. Казалось, она даже их не замечала. Правую ногу задрала на стул. Подбородок опустила на колено и с любопытством изучала заплаканное, все в соплях, лицо Майло. Ни капли сочувствия.

– Я ни черта не знаю! Не убивай меня! Пожалуйста!

– Уилл, – сказал Ири.

Воздух за спиной Майло пошел рябью, и там появился человек. Тощий. Жилистый. Длинные руки. Сутулый. Лицо узкое. Щеки впалые. Волосы темные, собраны в хвост. Я его узнал.

Серый человек.

Это он следил за мной. От него я прятался двадцать минут в технической подсобке.

Думал, что оторвался.

Уилл наклонился и приставил нож к горлу Майло.

– Что ты знаешь о лаборатории? – повторила свой вопрос Ири.

– Я только знаю, что они платили за наводки на негодных, – ответил Майло.

Его голос дрожал.

– Имена?

– Я не знаю. Они не представлялись. Я даже их лиц не видел.

Из-за нытья и соплей я с трудом мог разобрать то, что он говорил.

– Что еще?

– Я все сказал. Прошу, не убивай! – умолял Майло.

Ири не ответила. Просто отвернулась к мониторам. Нож дернулся в руке серого человека. Очень быстро. Почти незаметно. И Майло упал на пол, присоединившись к своим товарищам. Никого не осталось. Кроме меня.

Сообщник Ири посмотрел в мою сторону. Глаза тусклые. Почти бесцветные. В руках окровавленный нож. Никаких эмоций на лице. Он словно маску носил.

– А с этим что делать?

Уилл указал на меня. Ири обернулась.

– Он бесполезен. Убей его.

Человек с окровавленным ножом пошел на меня. Я был в ловушке. Прикован к гравикреслу. Не пошевелиться. Не выбраться. Не спастись. Кажется, я умру раньше, чем думал.

[Внимание!

Пульс пришел в норму.

Анализ…]

Какого черта! Должно быть наоборот. Я вспомнил слова матери после того, как она меня утопила:

– Ты уже умер. Теперь нечего бояться.

Я сделал еще один вдох. Размеренный. Спокойный. Дважды умереть не получится.

Серый человек приближался ко мне с ножом.

Глава 9

Никаких сообщений от Оракула. Система молчала. Пульс в норме. Я в норме. Вот только серый человек с окровавленным кинжалом никуда не делся. Он продолжал идти на меня.

Ири сидела ко мне спиной. Уставилась в монитор.

Умирать не хотелось.

Я попытался вырваться. Вдруг фиксаторы уже старые. Вдруг расшатались. Вдруг удача на моей стороне.

Размечтался! Никогда такого не было. Будь я везучим, не родился бы с повреждённым геном.

Фиксаторы держали меня крепко. Сделаны на совесть. Нужен был другой способ выжить.

В голову пришел один вариант. Но он граничил с безумием. Обычно таким у нас занимался Орри. Он был в этом мастером. Я нет. Но близость смерти заставила рискнуть.

Стоило договориться. Уболтать их. Терпеть не мог долгих разговоров, но жить хотелось.

Что я знал? Она как-то связана с лабораторией. Ищет о ней информацию, имена, зацепки. Я единственное, что осталось после этих экспериментов – мое преимущество.

– Стой! – сказал я.

Не сработало. Надо больше одного слова.

– Убьешь меня – не узнаешь секрет!

Без результата. Уилл уже занес нож. Целился в шею.

– Крафт сгорит со мной!

Последняя надежда. Это была ложь. Наверное. Я сам не знал правда это или нет. Но стоило попробовать.

– Погоди, – сказала Ири.

Она оторвалась от мониторов и подошла к нам. Ко мне, прикованному к гравикреслу. И к Уиллу, нависшему надо мной с ножом. Капля крови скатилась с лезвия и упала мне на шею.

Ири посмотрела мне в глаза. Я ее заинтересовал.

По-прежнему никаких сообщений. Пульс в норме. Странно.

– С чего ты взял, что мне есть дело до тебя или крафта? – спросила она.

Я не знал. Но и она не знала, что мне известно. Орри всегда говорил, чтобы договориться, нужно делать вид, что знаешь больше, чем есть на самом деле. И я делал вид.

– Я негодный. С крафтом. Все еще жив. Не ври, что тебе такое не любопытно, – сказал я.

Она фыркнула.

– Ты ничего не знаешь. Телепат уже выдал все твои секреты.

– Этот? – я кивнул на тело, лежавшее у моих ног, под гарвикреслом. – Он не почувствовал твоего друга, который был тут с самого начала. Думаешь, стоит доверять его умениям?

Это был выстрел наугад. Я не знал, как давно Уилл пришел сюда. Подозревал, что он явился сразу за мной. Надеялся на это.

Они переглянулись. Похоже, я угадал.

У меня заболело горло. Наноизвесть из центра еще не вышла? Нет. Это было уже давно. Неделя. Трудно поверить.

Дело в разговоре. Я так много говорил только с Орри. Не привык болтать.

Ири положила руку на плечо приятеля. Он убрал нож. Не спрятал. Просто опустил, готовый вонзить его в мое тело в любую минуту. Я все еще оставался в шаге от смерти. Но сообщений об ускорении пульса не было. Почему Оракул молчал?

Я проверил таймер. Он на месте. Справа. Где и был. Минуты исчезают, как обычно. Медленно и неотвратимо.

– Что ты знаешь? – спросила Ири.

Ничего – был не самым лучшим ответом, если я хотел выжить. Орри бы посмеялся с этой шутки. Чтобы он сказал на моем месте?

– Больше, чем ты, – ответил я.

Она нахмурилась. Оставаться спокойным было просто. Не знаю почему. Сердце билось ровно. Разум чист. Мысли ясны. Но плана не было. Я все выдумывал не ходу.

Нос сломан. Голос гнусавый. Пол-лица в крови. На груди глубокие порезы. В ноге четыре дыры. Весь грязный после похода в лабораторию. Потный. Воняю. Я бы такому не поверил.

Она не спешила отвечать. Смотрела на меня. Изучала. Думала. Задержка была мне на руку. Я мог придумать, что скажу следующим, чтобы выторговать себе остаток жизни. Восемь дней. Столько мне осталось. И я не собирался умирать ни секундой раньше.

– Ты врешь, – решила Ири. – Убей его.

Она развернулась и пошла к своему столу. Это плохо. Уилл подчинился молча. Он вообще мало говорил. Мне нравилось.

– Протокол! – крикнул я.

Это первое, что пришло на ум. Я видел какой-то неизвестный протокол в своем окне статуса. Это должно было что-то значить.

Она остановилась на полпути. Плечи напряглись.

– Убьешь меня, не узнаешь о протоколе.

Я уцепился за эту возможность. У меня не было ни одной идеи о том, что за протокол. Но для нее мои слова что-то значили. Возможно, это позволит мне выиграть время. Отложить разборки с ней и ее неулыбчивым стражем. Восемь дней – все, что мне было нужно. А там пусть делают что хотят, мне уже будет все равно.

Уилл замер. Лезвие было слишком близко ко мне. Но пульс не подскакивал. Это тревожило и радовало одновременно. Пусть так и остается.

– Что еще за Протокол? – спросила Ири, вернувшись к гравикреслу.

Я напрягся. Что, если она о нем не знала? Орри бы сказал, что это неважно. Даже если она о нем не слышала, это ее заинтересовало. Значит, можно использовать.

– Тайный протокол, – сказал я. – Он указан в моем окне статуса.

В ее разноцветных глазах появился интерес.

– Я хочу увидеть. Разверни его, – велела она Уиллу.

Это был мой шанс. Как только фиксаторы будут сняты, я смогу попытаться сбежать. Шанс маленький, но все же.

Фиксаторы остались не тронутыми. Уилл нажал какую-то кнопку на гравикресле, и оно перевернулось в воздухе. Я повис лицом вниз. Из носа, груди и правой ноги капал кровь. Перед глазами болтался почерневший медальон.

Отсюда я мог отчетливо видеть тело серозубого дружка Майло. На его лице застыл ужас.

Кресло за моей спиной зашевелилось. Образовалось окно, открывая доступ к моему крафту на спине. Не знал, что так можно.

Сейчас она подключится и узнает, что я соврал. Потом меня убьют.

В голове ни одной идеи. Я снова попытался думать как Орри. Ничего. В голове ветер. Пора готовиться к смерти.

На спину что-то надавило. Хлюпающий звук. Ири подключилась к моему крафту. Холод по спине. Ни лед. Ни вода. Чужеродный код.

Так вот какого это. Я чувствовал, как он пробирается глубже. Взламывает замки. Раскрывает секреты. Рвется к моей сути. В этот момент я по-настоящему ощутил, что крафт стал частью меня. Я чувствовал, как он сопротивляется вторжению.

Тьма наступала.

Вот и конец.

– Ничего не понимаю. – Голос Ири был встревоженным. – Это невозможно! Как такое может быть? Закрой глаза!

Я закрыл. Не сообразил, что она говорила не со мной.

Вспышка. Ее оборудование начало искрить, плавиться и разлетаться на куски. Я слышал, как на пол сыпались искры и обломки.

– Надо было предупредить. Твоя техника не выдержит код моего крафта, – сказал я с насмешкой.

Не знаю, откуда это взялось. Нахватался у Орри. Его бы это повеселило.

Я не знал, почему всё взорвалось и расплавилось.

– Заткнись!

Ири начала нервничать. Она такого не ожидала. Это хорошо. Она человек. Ее спокойствие даже перед лицом головорезов Майло пугало меня. Оказалось, у нее есть чувства.

Стоило надавить.

– Отпусти меня и больше не услышишь, – ответил я. – Взамен расскажу тебе о Протоколе.

Гравикресло вернулось в изначальное положение. Так лучше. Меньше крови вытекало.

Лаборатория изменилась за эти пару минут. Экраны на столе лопнули и разбились. Провода сгорели. Кругом едкий дым. Глаза начали слезиться.

– Говори!

Она готова к переговорам. Это хорошо. Вот только я не знал, что сказать. Я видел, как в такие моменты Орри тянул время.

– Не так быстро. Я не хочу умирать. Сначала ты меня отпустишь. Я уйду отсюда. Погуляю недельку. А когда почувствую себя в безопасности, мы встретимся снова, и я все расскажу.

Слишком длинная фраза для меня. Я начал задыхаться. Через нос вдохнуть не получилось. Хватал воздух ртом. Горло болело. Хотелось кашлять.

Ири смотрела на меня. От ее взгляда мурашки бежали по спине. Никакого сочувствия. Только голый расчет.

– Ладно, – согласилась она. – Не пытайся сбежать. Я найду тебя где угодно.

Я поверил.

Уилл кашлянул. Отошел в сторону. Подозвал Ири. Они о чем-то переговорили. Их разговор я не слышал. Только пара слов: «сказал» и «умрет». Все это время он смотрел на меня. И мне это не нравилось.

Ири вернулась.

Дым клубился у потолка, но они на это не обращали внимания. Не пытались прибраться. Временное убежище?

– Телепат сказал, что ты умираешь. Это правда? – спросила она.

Соврать?

– Да, – ответил я.

Решил сказать правду. Не всю. Только часть. Пусть думает, что время ограничено. Это даст мне шанс ее запутать.

– Сколько тебе осталось? – спросила Ири.

– Не знаю, – соврал я. – Может, месяц. Может, больше.

– Значит, я тебя отпускаю, а ты потом рассказываешь мне о Протоколе? Если будешь жив? – спросила она.

– Да.

Она не спешила меня отпускать. Это заставляло нервничать. Пульс? В норме. Еще один повод тревожиться. Что-то изменилось. Но что?

– Ты ничего не теряешь, – решил подсластить я.

Она склонила голову на бок.

Уилл нажал кнопку, и ограничители ослабли. Я был свободен. Попытался встать, но серый человек не дал мне.

– Обработаю раны, – сказал он.

Достал из ящика аптечку: бинты, антисептик и лимфогель. Приступил к работе. Минуту назад этот человек готов был меня убить, а теперь латал дыры. Любопытно.

Уилл умело перевязал ногу. Обработал порезы на груди и даже вправил нос. Я почувствовал запахи. Не все. Только эхо. Как я и думал, стоял едкий аромат жженой пластмассы.

Ири отошла к стеллажам и что-то искала. Делала это шумно. Разбрасывала инструменты по полу среди трупов. В последнее время рядом со мной слишком много мертвых тел.

Когда Уилл закончил. Ири вернулась ко мне с огромным шприцем. Я вжался в кресло.

– Это что? – спросил я.

Голос дрожал. Не люблю уколы. Никогда не любил.

Ири посмотрела на меня, как на идиота.

– Твой нанофлоп. Ради него ты сюда пришел.

– Что?

Она тяжело вздохнула.

– До-ку-мен-ты, – произнесла по слогам.

– Я думал…

Ири перебила:

– Думал, что они бумажные? – Она рассмеялась. Звонко. Не думал, что умеет. Даже мрачный Уилл слегка улыбнулся. – Совсем дурак? Это запрограммированный нанофлоп с кодами лицензированного крафта «Эгиды». Обманут любой сканер.

– Но когда?

– Тоби звонил. Просил доки для новичка. Сразу и сделала. Готов?

Я не был готов. Но Ири было плевать. Она вонзила огромную иглу мне в плечо и впрыснула наномашины в кровь.

– Вот и все. Теперь с документами порядок, – она шлепнула меня по плечу.

Попала точно в место укола.

Я встал. Все болело. С трудом поднял с пола грязную куртку, подаренную Тоби. Рукав распорот. На спине следы сапог. Грязная. Рваная. Стало обидно. Она мне нравилась.

Задерживаться не хотелось. Трупы. Запах гари. Люди, которые желали меня убить. Не было причин оставаться.

– Еще кое-что. – Я уже был у выхода. – Я помечаю свою работу. Теперь смогу отследить тебя в любой точке Архипелага. Просто, чтобы ты знал.

Улыбнулась. Невинно. Почти искренне. А глаза холодные. Безжалостные.

Я ушел. Быстро. Старался не обращать внимания на боль и мурашки по телу.

Приложил руку к груди – пульс все еще в норме. Сжал медальон. На лбу проступил холодный пот. Я жив. Неожиданно. Это хорошо.

Обратно в «Чебурашку» я добрался быстро. Без приключений. Без слежки.

Перед входом столпились люди. Я остановился. Спрятался. Прислушался к разговорам. Лавочники, перекупы и даже сплайсеры. Все с нижних уровней. Ждали добычу. Команда «Чебурашки» вернулась из рейда.

Я проверил – инспекторов нет. Можно заходить.

– Эй, малец! – окликнул меня кто-то. Это был высокий, коренастый мужик, почти с меня ростом. – Ты куда прешь без очереди?

Я остановился. Сегодня был очень длинный день, и я говорил слишком много. Больше не хотелось. Но эта горилла преградила мне путь. Он смотрел на меня снизу вверх, но был раза в три шире в плечах и тяжелее. У меня не было сил с ним спорить или драться.

– Оставь его, Гай, – одернул его другой. Ниже, толще, но с длинными волосами. – Взгляни на куртку. Он свой. Из команды.

– Извиняй, – здоровяк почесал затылок. Смутился. – Не заметил. Ты бы почистил ее, что ли?

Я вошел. Мне нравилось побеждать в спорах, не произнося ни слова. Без Орри это стало намного труднее. Раньше он спорил. Я стоял рядом и молчал. Наводил ужас. Нависал. Заставлял нервничать.

Внутри здания компании было оживленно. Много потных усталых людей. В приемной, прямо у стола Тети Эль лежала крафт-броня. Грязная. В царапинах.

С Тетей Эль разговаривал какой-то мужчина. Высокий. Крупный. С круглым животом. На лице борода с проседью. Под ней шрам от глаза до шеи. Шрам старый. Багровый. Края не ровные. Женщина весело хихикала, пока он что-то шептал ей, склонившись над столом. Странное зрелище.

Несколько грузчиков в стандартных оливковых комбезах таскали ящики. В глубине тоже были люди. Большинство одеты также, но некоторые в тактических костюмах, облегающих тело, с полотенцами на голове. Каперы. Настоящие.

– Тихон, душ свободен, – крикнул кто-то из глубины.

– Иду, – ответил бородач, флиртовавший с Тетей Эль.

Он что-то шепнул ей и ушел. Она расхохоталась и залилась краской.

Когда я подошел к столу, на ее широком лице еще оставалась улыбка. Но как только она увидела меня, радость исчезла.

Тетя Эль просканировала меня через толстые линзы очков. Все, как в прошлый раз. Прошло несколько часов, а казалось, что несколько дней. Неприятное чувство.

Она бегло осмотрела повязку на ноге и раны на груди. Промолчала. Ее взгляд остановился на порванном рукаве. Тонкие губы сжались. Побелели. Не одобрила.

– Я за лицензией.

Она кивнула. Разрешила проходить. Больше ни слова. Проходя мимо, я заметил, как улыбка вернулась на ее лицо.

Стол Тоби был пуст. Я отправился к мастерской за стеллажами. Он был там. Не один. С кем-то спорил. Их голоса терялись в шуме разгрузки и хохоте каперов, радующихся, что вернулись домой живыми. Я подошел ближе. Прислушался. Мой слух за последнее время улучшился. Это было странно. Но странностей хватало. Так что много думать об этом не стал.

– Совсем сдурел? Ты на что меня подписал?

Это был незнакомый голос. Низкий, с хрипотцой. Я остался на месте. Не хотел прерывать.

– Понимаю, это может быть опасно…

– Опасно? Брать новичка в такой рейд? Да нас всех там перебьют. Салагу так точно.

– Еще раз меня перебьешь, я тебе все усы повыдергиваю, – прорычал Тоби.

Тишина.

– Я знаю, что опасно, Барлоу, – начал заново Тоби, – Но мы в долгах. Нам нужен этот рейд. А без еще одного грузчика нас не возьмут в отряд поддержки.

– Не вешай мне лапшу на уши, – фыркнул человек по имени Барлоу. – Думаешь, я не знаю, что все дело в Киране. Ты хочешь, чтобы он засветился.

– И это тоже, – согласился Тоби. – Парень достоин. Он наше будущее. Ты это не хуже меня знаешь. Сам видел его силу.

– Видеть-то видел, но он еще не готов. Слишком горяч. Ему не хватает опыта.

– Так дело в том, что я навязал тебе новичка или все же в Киране? – спросил Тоби.

– В обоих. Пацан еще зеленый. Будь моя воля…

– Это решать Тихону. Не тебе. Ты у нас отвечаешь за команду грузчиков.

– Вот именно. И ты заставляешь меня брать в рейд новичка, который ни разу в Колыбели-то не был. И все ради того, чтобы Киран засветился на камерах рядом с тем щеглом. Его же там убьют.

– Тихон прикроет.

– Да не пацана! – разозлился Барлоу. Он перешел на крик. – Новенького! Ты понимаешь, насколько там будет опасно даже для нас? Химера такого уровня не ходит в одиночку. Его будет прикрывать стая. Обязательно парочка прорвется. И нас уж точно никто не прикроет. Всем плевать на грузчиков!

– И чего ты от меня хочешь? – Тоби тоже не выдержал. – Отказаться от такого жирного куша? Закрыть компанию, которой уже пять поколений управляет моя семья, и сдохнуть от стыда?

Барлоу не нашелся что ответить. И я решил, что это подходящий момент, чтобы войти. Ждать вечно не собирался. Меня время поджимало.

Я постучал по раме стеллажа. Получилось громче, чем хотел. Оба уставились на меня. Глаза красные. Зубы стиснуты. Кулаки сжаты.

Барлоу оказался ниже, чем Тоби. Сутулый. С натруженными руками. Лицо обветренное, в морщинах. Лет под шестьдесят. Волосы короткие. Седые. Усы пышные. Глаза выцветшие. Усталые. Одет в оливковый комбез грузчиков. На груди нашивка «Чебурашки» – жуткий зверь.

Тоби улыбнулся, увидев меня. Подошел.

– Получил?

Он заметил раны. Нос синий. Нога перебинтована. Под курткой окровавленные порезы.

– Что она с тобой делала? – в его голосе было удивление и страх.

– Это не она, – ответил я.

– А кто? – огромные кулаки Тоби сжались.

– Старый знакомый.

Грузный владелец компании запыхтел.

– Тетя Эль, отправь ко мне Тихона! – рявкнул он. – Живо!

– Не кричи. Я и так здесь.

Тихон вошел в мастерскую. Ростом был почти с меня. Большая редкость. Только вышел из душа. На голове полотенце. В одних штанах. Босиком. Живот волосатый, как у медведя.

– Чего хотел?

– Надо разобраться с… – Тоби посмотрел на меня. – Кто тебя обидел? Имя?

Я обалдел. Впервые за меня кто-то готов был заступиться. Даже мать предпочитала держаться в стороне от моих проблем. «Ты должен решать все сам, – говорила она. – Только так взрослеют».

Я был согласен. Но это новое теплое чувство, разливающееся в раненой груди, было приятным.

– Не вопрос, – Тихон сделал вид, что закатывает рукава, но на нем не было рубашки.

Руки огромные. Я не обратил внимание на это в приемной. Мой промах. Такое стоило отметить в первую очередь. Мать была бы разочарована моей невнимательностью.

– Не надо. Он уже мертв, – сказал я.

– Неужели ты сам? – удивился Тоби.

– Ири.

– Ясно. Жуткая девчонка.

– Ага. У меня от нее мурашки, – согласился огромный Тихон. – Ну я пошел. Добро пожаловать в команду, новичок.

Он улыбнулся мне и вышел.

– С этим разобрались. Теперь к главному. Документы сделал? – спросил Тоби.

Я кивнул.

– Прекрасно! Пойдем оформим тебе временную лицензию.

Он хотел положить руку мне на плечо, но не дотянулся и просто толкнул огромной ладонью в спину. Попал по крафту. Я почувствовал, как метал впился в позвоночник. У него сильные руки. Я чуть не упал и не сломал себе нос. Снова.

– Стой! – Барлоу смотрел на меня, но говорил с Тоби. – Мы еще не закончили. Давай спросим парня, готов ли он умереть через два дня?

Это было неожиданно. Я не знал, что ответить. Посмотрел на таймер.

[Время жизни: 8 дн. 14 ч. 55 мин.]

Мне оставалось восемь дней. И я проживу каждую минуту.

– Я не умру.

Мой ответ был коротким. И только я это сказал, как в глазах потемнело. Пол ударил меня по лицу. Я упал. Похоже, раны оказались серьезнее, чем я думал.