Текст книги "Невеста. Заберу за долги (СИ)"

Автор книги: Саша Вайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Саша Вайт
Невеста. Заберу за долги

1. Сорванная свадьба

Он – влиятельный и опасный бизнесмен, инвестор, выкупающий проблемные активы. Ему не отказывают.

Она – просто девушка, которая оказалась не в том месте, не в то время и приглянулась ему.

Их пути пересекаются на её свадьбе. Он забирает её прямо из-под венца в счёт долга будущего свёкра и хочет сделать своей игрушкой, только он кое-чего не учёл…

Юлиана

Я смотрю на себя в зеркало. Красивая, в облегающем свадебном платье, фата, букет на столике. Клатч с паспортом, чтобы расписаться. Всё готово. И я вот-вот буду.

Стилистка колдует над причёской.

Сзади открывается дверь. Щелчок.

– Девочки, вы скоро? – голос Марты, моей будущей свекрови, звучит ласково, но в нём есть нерв. – Внизу уже всё готово. Егор ждёт.

Егор мой жених. Я вспоминаю, как он вчера вечером писал мне: «Завтра ты станешь моей женой». И там был смайлик, такой глупый, будто он тоже не до конца верит.

Я верю. Я верю так сильно, что внутри щекочет, как перед прыжком в воду.

– Ещё пять минут, – отвечаю я и слышу, как мой голос звенит от счастья.

Марта улыбается мне в зеркало и исчезает.

За окном утреннее солнце ложится на белые шатры во дворе. Деревья в росе. У Ковалёвых загородный дом огромный, как небольшая гостиница, и сегодня здесь всё превращено в свадебную открытку: арка с живыми цветами, белая дорожка, столики с шампанским, музыканты, которые должны начать играть, как только соберутся гости.

Мои родители вот-вот приедут. Они задерживаются из-за дороги, папа нервничал насчёт времени, но пообещал: «Мы будем первыми».

Я хочу, чтобы они увидели меня здесь, в этом доме, в этом платье, в этой новой жизни.

– Готово, ты принцесса, – мурлычет стилистка. – Спускайся к жениху.

Я хватаю букет, клатч, перчатки облегают руки до самого локтя. Последний взгляд в зеркало – и правда принцесса.

Я спускаюсь по лестнице, и Егор замечает меня первым. Ахает. Расплывается в улыбке. Какой он сейчас красивый. Чёрный смокинг, бутоньерка, начищенные туфли. Он подходит и подаёт мне руку.

– Свадебный регистратор прибудет через десять минут, – констатирует Сергей Алексеевич, мой будущий свёкор. – По плану регистрация у арки, фотосессия, праздник.

Я киваю, в душе трепет предвкушения.

И вдруг дверь в дом распахивается, и входит мужчина, которого я не знаю. Не похож на гостя, потому что в нём нет свадебной радости. На нём лёгкий чёрный тренч, костюм, сорочка чёрная. Лицо сосредоточенное, строгое. И взгляд тяжёлый, которым он сразу находит Сергея.

За ним вбегает охранник с виноватым лицом.

– Сергей Алексеевич, простите! – бросает он. – Мы не смогли остановить…

Он мнётся, не зная, как назвать незваного гостя.

Сергей выпрямляется, сверлит того взглядом из-под бровей.

– Марк, – произносит он.

Егор чуть сильнее сжимает мою руку.

– Марк Романович? Вас не приглашали! – голос моего жениха звучит слишком высоко и неуверенно.

Мужчина не смотрит на него. Только на Сергея.

– Ты просрочил, Серёжа, – говорит он.

Голос у него такой, будто он сообщает о погоде. Не злится. Не угрожает. Просто фиксирует факт. У меня по позвоночнику катится холод. Предчувствие, что не видать мне сегодня свадьбы, придавливает к земле.

Свёкор делает шаг навстречу.

– Не сегодня, Марк, – цедит он сквозь зубы.

– Сегодня, – жёстко парирует мужчина.

Я смотрю на Егора. Он хмурится, но в его глазах пока только раздражение. Он ещё не чувствует опасности.

– Марк Романович, – говорит он с усилием вежливо, – у нас свадьба. Если есть вопросы, давайте позже.

Мужчина поворачивает голову. Смотрит на Егора. И в этом взгляде пустота, будто перед ним ребёнок, который слишком громко говорит. Мне становится не по себе. От этого мужчины веет властью и жестокостью. Он хищник, который уничтожает всё, что неудачно попалось на пути. И всегда получает то, что хочет.

Марк возвращает взгляд Сергею.

– Деньги сейчас, – произносит тяжёлым тоном. – Или я запускаю процедуру.

Процедуру. Это слово режет слух. Я перевожу взгляд на свёкра. Сергей бледнеет. Не злится. Не возмущается. В лице неуверенность и страх.

– Ты меня уничтожишь, – отвечает он, пытаясь бодриться. Поднимает подбородок. – И тогда вообще ничего не получишь.

– Значит, уничтожу, Серёж, – Марк кивает. – Я не прощаю долгов.

Я отступаю на шаг. Инстинктивно, потому что этот Марк пугает до дрожи. А он вдруг замечает моё движение и впивается взглядом в меня. И в этом взгляде загорается интерес, будто он только что увидел что-то, что ему по душе.

Я ёжусь. По коже мурашки страха, как перед зверем, который готовится к броску. Его взгляд будто обжигает меня. Он смотрит на меня так, будто я – единственная деталь в комнате, которая его действительно интересует. И в его глазах появляется решение.

Он отворачивается к свёкру.

– Долг аннулирую, – произносит как вердикт.

Свёкор моргает.

– Что?

Марк поднимает руку указывает на меня пальцем.

– Если заберу эту куколку.

Мир становится плоским, будто звук выключили. Сердце ускоряется до второй космической. Я качаю головой, не веря до конца, что он только что это сказал. Пытаюсь поймать взгляд свёкра, но он избегает смотреть на меня.

– Что?! – Егор дёргается вперёд. – Вы что такое говорите?! Это моя невеста.

– Решай, Серёжа, – выговаривает Марк, не обращая внимания ни на меня, ни на моего жениха.

– Папа! – сорванно выкрикивает Егор. В голосе отчаяние. – Ты не можешь…

Сергей не смотрит на сына, только на Марка. И кивает.

– Забирай девчонку, – произносит как приговор и отворачивается.

2. Выбор без выбора

Юлиана

Слова Сергея врезаются в тело, бьют в живот. Я забываю вдохнуть и секунду просто стою. Потом до меня доходит.

– Что?.. – голос выходит чужим. Тонким. – Нет!

Я рефлекторно качаю головой. Сжимаю руку Егора.

– Егор, скажи ему! – восклицаю с волнением. – Скажи, что это бред. Это же… у нас же свадьба.

Егор делает шаг вперёд, будто пытается заслонить.

– Вы никуда её не заберёте, – бросает он Марку. – Я это так не оставлю.

Марк даже не смотрит на него, будто это просто фоновый шум.

– Оставишь, – спокойно говорит он и смотрит на Сергея.

Я поворачиваюсь к Марте.

– Марта Васильевна, вы же понимаете? Это ненормально. Скажите что-нибудь!

Она бледная. Губы поджаты. Она явно меня слышит, но смотрит на мужа. Не на меня.

И в этот момент я понимаю – помощи не будет. Меня просто… продают. В доме, который должен был стать безопасным местом.

Ноги сами делают шаг назад.

– Я с вами никуда не поеду, – говорю Марку. Стараюсь, чтобы голос звучал твёрдо. – Вы не имеете права меня забирать.

Он переводит взгляд на меня. Смотрит сверху вниз. Повелительно.

– Имею, – отвечает низким голосом.

– Это похищение! – вырывается у меня. – Вы понимаете, что…

– Назови как хочешь, – бросает он. – Поедешь со мной как миленькая.

Егор снова делает шаг вперёд.

– Я вызываю полицию, – говорит он хрипло и вынимает телефон. Я вижу, как он кликает на экстренной клавиатуре «112».

Марк медленно переводит взгляд на него.

– Давай, вместе дождёмся, – совершенно спокойный. И снова смотрит на Сергея. Тот серый. Уже не белый, а цвета сухого асфальта.

– Егор, положи трубку! – и смотрит на сына. – Мы не будем вызывать полицию.

У меня внутри поднимается отчаяние. Пальцы леденеют. Телефон остался в гостевой спальне, где меня одевали. С собой только клатч и букет.

– Папа! – срывается Егор. – Ты правда отдашь её?

Сергей не отвечает. Я поворачиваюсь к Марку. Последняя попытка воззвать к его адекватности.

– Вы же меня не знаете, – говорю я. – Я не вещь.

Он направляется ко мне. Шаг медленный, но неотвратимый. Просто сокращающий расстояние

– Мне достаточно одного взгляда, – говорит он рассматривая моё платье, фату, перчатки. Застывает глазами на губах.

– Ты в свадебном платье, – произносит он тихо. – Красивая. И это удобно.

У меня внутри всё обрывается.

– Я вас не хочу, – говорю я, бросая затравленный взгляд на Егора. – Я люблю жениха.

Марк не реагирует. Не отводит взгляда, которым меня буквально щупает. По позвоночнику струятся мурашки.

– Мне это неважно, – говорит он спокойно. Тихо.

– Мне важно! – вырывается у меня.

– Ты слабо понимаешь? – спрашивает он, прищуриваясь. – Твои желания значения не имеют. Иди к выходу.

Я не двигаюсь. Не верю до конца, что это происходит со мной.

Марк поворачивается к Сергею.

– Хорошего дня.

И снова смотрит на меня, ожидая, что я подчинюсь.

Я хватаю Егора за лацкан пиджака.

– Егор, сделай что-нибудь! – голос у меня пищит. – Пожалуйста! Так же нельзя!

Он смотрит на меня как на чужую. Вся любовь, которую я видела в его глазах, вдруг испарилась. Я вижу перед собой незнакомого мужчину. Он берёт меня за запястье и отрывает мою руку от своего костюма.

– Иди с ним, Юлиана, – выговаривает глухо и хрипло. – Не испытывай его терпение.

– Пойдём, – напоминает Марк.

– Нет! – я качаю головой. Сама понимаю, что в этом доме мне некуда бежать, особенно в свадебном платье, на высоких шпильках, у меня нет шансов спастись.

Марк расправляет плечи, подходит, встаёт так близко, что я чувствую его тепло и запах парфюма. Очень дорогого парфюма. Приятный, мужественный, и меня бесит, что мне нравится этот запах.

– Девочка, – говорит он с едва заметной усталостью. – Я не знаю, кто ты. Не знаю, чья ты дочь. И мне плевать. Я тебя хочу. Поэтому беру.

У меня сжимается желудок, начинает тошнить.

– Вы псих, – вырывается у меня.

– Нет, просто человек, умеющий получать то, что хочет. – Его взгляд проходит по моему телу, останавливается на глазах. – Поэтому сейчас ты пойдёшь и сядешь в мою машину.

– Или что? – я задираю подбородок, хотя у самой дрожат ноги.

– Или я сделаю то, что тебе не понравится, – совершенно холодно говорит он.

И чёрт, я верю. Представить не могу, что именно, но страх пробирает до костей. Он не шантажирует чем-то конкретным. Но наверняка знает, что может.

– Я буду сопротивляться! – выговариваю я, отступая ещё на шаг, и касаюсь спиной стены. Дальше бежать некуда.

Он настигает меня в один шаг. Его ладонь ложится мне на талию. Не сжимает. Просто фиксирует.

И я вдруг понимаю, что вырваться не смогу.

– Сопротивляйся, – произносит он тихо. – Мне нравится.

У меня внутри всё сжимается. Потому что я уже сейчас понимаю, такому напору, такому давлению, какое оказывает он, сопротивляться почти невозможно. Он физически давит меня присутствием. И в нём чувствуется та сила, которую он не демонстрирует, но применит мгновенно, как только это потребуется.

– Я не пойду. Нет, – выговариваю я.

– Тогда поступим проще, – говорит Марк и закидывает меня к себе на плечо.

Букет падает, а вместе с ним моя последняя надежда, что мне удастся спастись.

3. Да вы сумасшедший!

Марк

Она лёгкая. В ней весу дай бог килограмм пятьдесят наберётся. Тёплая. Кожа ощущает её жар сквозь пиджак.

Когда я закидываю её себе на плечо, она бьёт кулачками так яростно, что кажется, я не девушку несу, а маленького разъярённого котёнка, который уверился в своём праве на свободу.

– Опустите! Немедленно! – сипит она, колотя меня кулаками в районе поясницы.

Смешная. Сочная. Горячая. Совершенно бесполезно сопротивляющаяся.

Мне нравится её тепло. Нравится, как она дёргается. Нравится, что она думает, будто может на что-то повлиять.

Она в свадебном платье – белом, чистом, как свежая простыня. Волосы пахнут ванилью и чем-то цветочным. И эта вся нежность извивается у меня на плече, пытаясь вырваться.

Тело у неё напряжённое. Движения рваные. Она не из тех, которые сами садятся на колени, чтобы быть удобными.

Тигрица.

Это раздражает и возбуждает одновременно.

Я выношу её из дома не замедляя шага. Охрана молчит. Ковалёв молчит. Жених, кажется, подскуливает, но не пытается меня остановить. Все всё понимают.

Воздух на улице пахнет весенней свежестью. Машина уже у крыльца.

У задней двери ставлю девчонку на землю.

Она тут же отшатывается, будто я её обжёг, и я тут же хватаю её за плечо, чтобы не рванула прочь. Она дышит часто. Глазищи огромные, безумные. В них страх и ненависть.

Какая же красивая, бестия. Даже красивее, чем показалось сначала. Щёки горят. Губы приоткрыты. Грудь вздымается под тканью платья. Непозволительно красивая. Такую хочется спрятать от всего мира и посадить под замок, где её буду видеть только я.

Я открываю заднюю дверь.

– Садись, – приказываю.

– Не сяду, – она пытается вырвать руку, но я не позволяю. А голосок твёрдый, как у цыплёнка, который собирается клюнуть волка в нос.

Мне нравится эта твёрдость. Но долго это не продлится.

– Хорошо, – киваю. – Тогда проще. Багажник или салон?

Она открывает рот, глаза расширяются. Со щёк стекает весь цвет. Вот теперь доходит. Не предложение, а выбор.

– С-салон, – шепчет.

– Тогда полезай, – хмыкаю.

Она забирается внутрь, дрожит, хотя и пытается не показывать. Старается сохранить достоинство, и заводит меня этим ещё больше.

Я обхожу машину, сажусь рядом с ней, закрываю дверь.

– Игнат, трогай, – бросаю водителю.

Машина мягко уходит с места. Девчонка сидит на краешке сиденья. Дышит часто, судорожно. Оглядывается на дом Ковалёва.

Попрощайся, куколка. Сюда ты уже не вернёшься.

Я ощущаю её страх и… сладость. Очень сладкая девочка. Надо скорее закрыть хвосты.

Я достаю телефон и набираю помощника.

– Лёш, свяжись с Коноваловым из ЗАГСа Приморского района, – говорю строго. Он сразу включается. – Пусть обеспечит мне регистрацию брака… через час.

Я смотрю в зеркало заднего вида, Игнат молча кивает.

– Да, через час, – добавляю Лёше.

– Сделаю, – отзывается Лёша.

Я завершаю вызов. Девчонка смотрит на меня так, будто я объявил начало конца света.

– Вы… что только что сделали? – голос у неё ломается. – Что вы сейчас сделали?!

Я прямо кожей чувствую, как у неё под платьем мурашки забегали.

– Жениться на тебе буду, – отвечаю, удобно устраивая руку на подлокотнике.

– Вы с ума сош-шли?! – пищит она. – Жениться на незнакомке? На чужой невесте? На женщине, которая любит другого? Это… это бред!

– Бред – считать, что твои чувства имеют значение в этой ситуации, – замечаю спокойно.

Она издаёт короткий стон боли. Отлично. Начинает понимать расстановку сил.

– Зачем вам это?! – спрашивает сдавленно.

– Статус, – пожимаю плечом. – Я не оставляю незакрытых вопросов.

Потому что если я тебя увезу просто так, завтра появятся адвокаты, заявления, истерики. А если ты моя жена – это уже другой разговор.

Она сглатывает. Так громко, что я это слышу.

– А ещё я тебя хочу, разве этого недостаточно? – я ухмыляюсь.

– Вы уже сказали, – бурчит она и отворачивается к окну.

Я протягиваю руку и, аккуратно взяв её за фату, разворачиваю к себе обратно.

– Просто я могу взять и жениться на женщине. Ты уже в платье, – окидываю взглядом стройную фигурку. – Я решил, что мне по душе такое развлечение.

– Развлечение?.. – тянет она на выдохе.

Я смотрю на её губы, на глаза, на линию шеи. Тонкие запястья, сжатые на клатче пальцы.

– Почему бы и нет? – поднимаю бровь.

– Раз уж вы решили на мне жениться, пусть это будет фиктивный брак, – говорит она так требовательно, что я снова вижу в ней воинственного цыплёнка.

– Нет, невеста, – говорю я. – Супружеский долг буду брать натурой. Регулярно.

Она закрывает рот ладонью, будто ей нехорошо.

– Мои родители это так не оставят, – выговаривает хрипло.

– С твоими родителями я разберусь, не переживай.

Глазищи округляются ещё сильнее. В них паника и уже собирающиеся слёзы.

– Как… разберётесь?.. – роняет она обессиленно.

Вероятно, думает, что я людей направо и налево убиваю. Нет. Я их использую.

– Зависит от того, насколько сговорчивой будешь ты, – говорю я.

Она вжимается в сиденье, кажется, наконец, уяснила, кто в доме хозяин.

Пора двигаться дальше.

Я снова протягиваю руку и легко вырываю клатч из её пальцев. Она вскидывается, но я не обращаю внимания. Там должен быть паспорт, судя по тому, что я увидел во дворе Ковалёва, регистрация выездная, а значит, паспорт должен быть при себе.

Открываю. Я прав. И, что забавно, нет телефона.

– Я Марк Романович Финский, – представляюсь, открывая её документ. – А ты у нас кто?

Читаю вслух.

– Юлиана Алексеевна Зайцева, – бросаю на неё взгляд. – Стало быть Юлиана. А Егорка тебя как называл? Юля? Юльчик? Юлёныш?

Она краснеет до кончиков ушей.

– Юлиана, – выговаривает тихо.

– Ну вот и славно, Юлиана, – я киваю и снова вынимаю телефон. Лёша снимает трубку на первый же гудок. – Записывай. Юлиана Алексеевна Зайцева. Пробей по-быстрому. Что у моей невесты за душой.

Закрываю паспорт, кладу его обратно в клатч и возвращаю ей.

– Вот теперь ты не незнакомка, Ю-ли-а-на, – проговариваю её имя по слогам. – Красивое имя. Мне подходит.

Она стискивает клатч так, что костяшки белеют.

– Я не выйду за вас, – говорит тихо, но уверенно.

– Выйдешь, и уже минут через сорок, – парирую невозмутимо.

– Никогда! – выдаёт она громче почти с рыком.

– Тогда пострадает кто-то другой, – я добавляю в голос холода. – Выбирай, кто первый. Отец? Мать? Может, у тебя брат или сестра есть?

Она бледнеет и затыкается. Ну вот и договорились. Остаток дороги до ЗАГСа мы молчим. Я беззастенчиво рассматриваю своё новое приобретение и уже примеряю, как и в каких позах я буду её пробовать. В штанах становится тесно, стоит только представить её без одежды.

Игнат тормозит на парковке у ЗАГСа, и у меня вибрирует телефон.

Лёша.

– Марк, пробил твою Юлиану, – говорит он ровным чётким голосом. – Отец Алексей Владимирович Зайцев, в собственности участок с редкоземельными металлами. Долговые обязательства перед Ковалёвым. Мать Валентина Тимофеевна, безработная. Братьев-сестёр нет. У самой девушки образование высшее...

– Принял, – обрываю его. – Скинь полное досье мне на почту.

Сбрасываю звонок. Поворачиваюсь к Юлиане. Она сидит, вцепившись в клатч, взгляд остекленелый.

Я растягиваю губы в улыбку, с любопытством.

– Интересная у тебя семья, Юлиана, – произношу медленно.

Она моргает.

– Обычная семья, – отвечает она.

Я наклоняюсь чуть ближе.

– Так уж обычная, – я ухмыляюсь.

– Не понимаю, о чём вы, – отбрыкивается Юлиана.

– Потом поймёшь, – говорю я. – Идём. Регистратор уже ждёт-не дождётся сделать тебя моей женой.

И да. Она боится. Она дрожит. Но она подчинится. И это будет красиво.

__________

Время новинки!

Аси Петрова «ТЫ ТЕПЕРЬ ЧУЖАЯ НЕВЕСТА»

– Ты счастлива с ним?

– Я выхожу за него замуж через три месяца. У нас все расписано.

– Это не ответ, Саша. Это график. Ты всегда прячешься за планами, когда боишься.

– Боюсь чего?

– Того, что я вернулся. И того, что твой идеальный мир оказался карточным домиком.

– Мир не крутится вокруг тебя, Соколов. А мой уж тем более.

* * *

У Александры есть всё, к чему она стремилась двенадцать лет.

Карьера топ-аналитика, безупречная репутация и идеальный жених Дмитрий – надежный, как швейцарские часы.

Никаких сюрпризов. Никакого хаоса.

Но один звонок шефа рушит всё. Чтобы спасти компанию, ей придется работать с новым начальником. Ему плевать на правила, он циничен, местами жесток и гениален.

Но хуже всего то, что его зовут Олег Соколов. Это её первая любовь, ее лучший друг и ее самая большая ошибка, которую она пыталась забыть. Теперь он – её босс.

И он намерен не только разнести её отчеты в пух и прах, но и проверить, действительно ли она разлюбила того, кто однажды разбил ей сердце.

4. ЗАГС

Юлиана

Марк открывает мне дверь, и я нехотя выбираюсь из салона. Просто логически – сидеть и цепляться пальцами за сиденье глупо и бесполезно. Эта гора мышц просто применит силу и снова взвалит на плечо.

Едва я выхожу из машины, он берёт меня за локоть. Не сжимает и не причиняет боль, но держит так твёрдо, что это на подкорке вырисовывается – вырываться бессмысленно.

Он направляет меня к зданию ЗАГС, а я едва иду. Ноги ватные. Платье вдруг кажется тяжёлым будто сделано из бетона, а не шёлка. Дышать трудно, словно воздух не проходит в лёгкие.

Я всё ещё надеюсь, что это не по-настоящему. Что Марк сейчас скажет, что это просто странный розыгрыш. Что сейчас появится родители и освободят меня. Или Егор примчится как супермен и укроет меня красным плащом. Хоть малейшая надежда.

Но никто не приходит на помощь. Мы поднимаемся по ступеням ЗАГСа Приморского района. Обычное здание. Белая вывеска. Мраморный пол. Воздух пахнет полиролью и пылью.

У меня кружится голова.

– Я не пойду туда, – выдыхаю я.

– Пойдёшь, – отвечает Марк так просто, будто спорю о выборе напитка.

Он открывает тяжёлую дверь и ведёт меня внутрь.

Мы проходим мимо двери с табличкой «Торжественная регистрация» где в зале ожидания собралась целая толпа родственников и счастливые жених с невестой. Настоящей невестой, а не заложницей чьего-то жестокого кредитора!

Марк ведёт меня дальше, туда, где нет случайных гостей. В кабинет с табличкой «Начальник отдела ЗАГС Приморского района Коновалов Валентин Георгиевич». Эти буквы словно белым фосфором отпечатываются на сетчатке. Вот, о каком Коновалове Марк говорил по телефону.

Сердце больно сжимается.

Дверь закрывается за моей спиной. Впереди большой дубовый стол, за которым сидит сам Валентин Георгиевич – лет пятидесяти, аккуратный, с лысиной на макушке, в очках с тонкой оправой. На стене висит картина. Пахнет бумагой, кофе и чем-то старческим.

Он заискивающе улыбается Марку, будто боится улыбнуться недостаточно широко.

– Марк Романович, здравствуйте, – говорит он. – Уже всё готово.

– Хорошо. Вот невеста, – Марк чуть подтягивает меня вперёд. – Оформляем брак.

Я вздрагиваю. В голове проносится мысль, что чиновник мог бы полицию вызвать.

– Нет. Нет! – я делаю шаг назад. – Я не знаю этого человека! Он похитил меня и принуждает! Пожалуйста, вызовите полицию!

Валентин смотрит на меня так, будто я шумная муха, залетевшая в кабинет.

– Девушка, – говорит он мягко. – Документы оформлены верно. Не мешайте, пожалуйста, процессу регистрации брака. После – сможете подать жалобу в соответствующие инстанции.

– Вы что, издеваетесь?! – выговариваю я. – Я говорю вам, что этот мужчина меня похитил! Какую жалобу, чёрт возьми?

– Я обязан следовать процедуре, – перебивает он и бросает короткий боязливый взгляд мне за спину, на Марка. – И я её выполняю.

Меня начинает трясти. Или этот жук куплен, или запуган до смерти, но от него я помощи не дождусь. Марк подходит, встаёт вплотную, так что меня едва не шатает от его гравитации, и снова забирает у меня клатч. Сил сопротивляться не хватает, я даже не успеваю среагировать.

– Ваши паспорта, – говорит Коновалов.

Марк спокойно вынимает мой паспорт из клатча, подаёт чиновнику. Свой кладёт рядом на стол.

Внутри меня всё обрушивается. Это не шутка. Не розыгрыш. Не сон, чёрт. Это по-настоящему. Я вот-вот стану женой непонятно кого.

Оглядываюсь затравленно, словно зверёк в клетке. Везде решётки, но я всё ещё ищу хоть маленькую щель. Не нахожу.

Коновалов кладёт передо мной отпечатанный лист, в нём заявление на регистрацию брака сегодняшним числом.

– Подпишите здесь, – велит вежливо.

Марк слегка сжимает мой локоть в назидание или напоминание.

– Подписывай, Юлиана, – говорит над самым ухом, опаляя кожу дыханием.

Пальцы ледяные, скользкие. Ручка почти выскальзывает.

Вспоминаются его слова, что он причинит вред кому-то, кто мне дорог. Я не могу не подписать.

И я ставлю подпись. Неровную, как кардиограмма паники.

Марк подписывает тот же лист в соседней колонке спокойно. Ровно. Красивый крупный росчерк.

Матричный принтер начинает пищать, и через пару минут Коновалов протягивает свидетельство о браке. Но не мне. Марк берёт его сам. Складывает. Прячет.

– Поздравляю, – сухо говорит Коновалов, избегая меня взглядом. – Всего доброго, Марк Романович.

Марк берёт меня за руку так, будто я – вещь, которую пора уносить.

– Пойдём, жена, – произносит он.

Я вырываю руку.

– Куда? – спрашиваю я, уже хрипя.

Он наклоняется ко мне так, что его дыхание касается моих губ, и меня бросает в жар. Тело помнит его слова: «Супружеский долг буду брать натурой. Регулярно.»

– Домой, конечно, – отвечает он, будто для ребёнка. – Покажу, где ты теперь живёшь.

Я пытаюсь дышать ровно. Это просто… сюр. Я сейчас проснусь, и всё будет как раньше. Только не получается. Марк снова сажает меня в свою машину, снова велит Игнату ехать. А я… смотрю в окно и убеждаю себя, что сбегу. Что найду выход. Что не может быть, чтобы он держал меня взаперти. Что родители поднимут на уши весь город.

Но в глубине души не верю. Чувство, что меня внезапно обвинили в преступлении и приговорили к заключению в тюрьме особо строгого режима с надсмотрщиком в виде этого Марка. И виновата я лишь в том, что связалась с Ковалёвыми.

Машина выезжает из города и двигается в сторону Зеленогорска. Курортный район. Самые дорогие участки за пределами города.

Съезд с трасы в месте, которого я не узнаю, недолго по узкой дороге, и машина тормозит у огромной резиденции за высоким забором.

Кованые ворота раздаются в стороны, впуская внедорожник на ухоженный участок. Дом вырастает впереди словно мрачный дворец из камня и металла. Для охраны отдельный коттедж. Во дворе бегает две огромных гладкошерстных собаки.

Это не дом, а крепость. Неприступная ни снаружи, ни изнутри.

У меня немеют пальцы. Моя новая реальность вот – тюрьма класса люкс за высоким забором и без какой либо возможности уйти. Сбежать отсюда практически невозможно. Тогда… какой у меня план?

__________

Время новинки!

Екатерина Янова «НЕВЕСТА. БЕЗ ПРАВА НА ВЫБОР»

https:// /shrt/row_

Я примеряла свадебное платье и порхала от счастья на крыльях, когда ко мне вошла любовница моего жениха.

Оказалось, это ее свадебный салон, и именно Кирилл поручил ей выбрать для меня платье.

Я не поверила, но эта женщина набрала его номер прямо при мне. И от того, что я услышала, захотелось умереть на месте.

– Я была рада помочь твоей девице, – воркует в трубку с мерзкой улыбкой Марго. – Малышку ты выбрал свеженькую и гладенькую. Сама бы ее съела.

– Ты там аккуратнее, – рыкает в ответ мой жених. – И не отсвечивай перед ней, а то мало ли…

– Не переживай, – смеется Марго. – Но я же надеюсь, с появлением в твоей жизни хорошей девочки, ты не забудешь свою плохую?

– Ну что ты, – понижает голос Кирилл, – ты всегда вне конкуренции.

А потом они прямо при мне договариваются о встрече, Марго обещает удивить Кирилла кружевным сюрпризом красного цвета…

Я же рассыпаюсь на куски.

– Зачем вы это сделали? – спрашиваю у этой странной женщины.

– Чтобы спасти тебя, глупая. Беги от него, пока можешь.

Вот только оказалась, Кирилл Ястребов совсем не тот человек, от которого можно сбежать…