Текст книги "Жена. Дорого (СИ)"

Автор книги: Саша Кей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 51

После того, как меня посещает мысль о возможной беременности, я уже ни на чем другом не могу сосредоточиться. По крайней мере, это могло бы объяснить многое в моем поведении, которое даже я сама нахожу непоследовательным.

Посоветоваться мне особо не с кем: подруг с детьми у меня нет, мамы тоже.

Но прежде, чем начинать гуглить и записываться к врачу, надо бы понять, встряла я или нет.

А мне страшно.

– За тестом чеши, аптека через дорогу. Сейчас и узнаешь.

– Нет! Я не готова! – отговариваюсь я, сама понимаю, как дебильно это звучит.

– А когда? Думаешь рассосётся? – удивляется Лена.

– Тебе легко говорить! – пылю я.

– Точно. Легко. Это не я в лучших традициях мексиканских сериалов вышла замуж по расчёту за красавчика с бабками, который сделал мне ребёнка. Только это ничего не меняет. Чтобы продолжать предаваться панике, надо купить тест и узнать, готовиться ли к почкованию или ложная тревога.

– И что я буду делать, если беременна? – я действительно начинаю паниковать.

– То же, что и все. Рожать. Ну то есть не сразу, но потом, по-моему, тоже выход только один.

– Блин, – хватаюсь я за голову. – Я в отпуске пила.

– Прямо по-чёрному порола, что ли? – удивляется Лена.

– Нет, но…

– Успокойся, – рявкает подруга. – Может, ты ещё не беременна. Говорю же, тест сначала купи!

– Господи, а если я не беременна…

– Так! Возьми себя в руки! Ты реально превратилась в соплю. Или проверяй, или жди пока пузо на нос полезет.

– Как я скажу Тимуру? – холодею я. – У нас же временный брак. Он наверняка ничего такого не планировал.

– Линда, если мужик засовывает свою пипирку в женщину, он уже должен быть готов к тому, что могут появиться дети. Тут никакая контрацепция гарантий не даст. Не хочешь детей? Не фиг сексом заниматься, я так считаю. Как думаешь, какой срок?

– Последний раз мы на помолвке… А потом поссорились.

– Вот и помиритесь, – пожимает Лена плечами. – Огорошишь будущего папашу, встряхнешь его мир. Не только твоя жизнь меняется.

– Я не хочу первой мириться, – признаюсь я. – И дело не в гордости. Виноваты оба. Накосячили оба. Если я первая начну признавать свою вину, то потом он всегда будет ждать первый шаг от меня.

– Логично, – кивает Лена. – И где-то я тебя понимаю. Но тут, знаешь ли, многое зависит от того, сколько полосок ты увидишь. И вообще, тебе с твоим зрением грозит кесарево, тебе все равно будет нужна его помощь и поддержка.

Да, точно. Как страшно все это.

Конечно, миллионы женщин через это проходят ежедневно, но я ужасно боюсь операций. Это окончательно меня выбивает из колеи.

– Тест куплю, но проверю завтра, – выдавливаю из себя я.

Ленка смотрит на меня с жалостью. Понятно, что за ночь ничего не изменится, но мне надо привыкнуть к мысли, что я теперь не своя собственная.

И напиться нельзя.

Приехав домой, я не застаю там Крамера.

Может, и к лучшему.

Разговаривать я сейчас не готова, да и до результатов теста не о чем. Выгляжу я, как призрак.

Хочу ли я детей? Да.

Хочу ли я ребенка от Тимура. Наверное, да, но не в нашей с ним ситуации.

Буду ли я рожать, если беременна? Однозначно.

Я ложусь в постель, но сна ни в одном глазу. Я вся извертелась, сбила простыни, но никак не могу найти себе места.

Насколько беременность всё осложнит? Даже представлять не хочу, что будет, когда родится ребенка, а мы станем разводиться…

Слышу, как открывается дверь смежной спальни, и притворяюсь, что сплю.

Осторожные шаги затихают рядом с кроватью.

Пару минут Тимур стоит надо мной, прислушиваясь к моему дыханию, а потом матрас рядом со мной прогибается, и знакомый запах окутывает меня. Муж вытягивается рядом. Считая его вдохи, я успокаиваюсь. Уже проваливаясь в сон, чувствую, как Крамер меня обнимает.

Утром не обнаруживаю никаких следов, что мне это не померещилось. Даже аромат его геля для душа выветрился. Зато вместе с пробуждением возвращаются страхи перед будущим. Помявшись, достаю из сумки все-таки купленные вчера тесты.

Из ванной я выхожу не скоро.

Я извожу все десять тестов.

Восемь против двух. Результат в пользу ребенка.

Восемьдесят процентов вероятности, что месяцев через семь-восемь у меня появится сын или дочь. И теперь я должна как-то рассказать об этом Крамеру.

Решительности для этого у меня не хватает, я просто не знаю, как завести разговор на эту тему.

Впрочем, прямо сейчас это и не требуется. Крамера нет дома, а возвращается он почти ночью, когда я уже снова лежу в постели.

Повторяется вчерашний ритуал. Выждав некоторое время после того, как я гашу свет, Тимур заходит в комнату и ложится рядом со мной, а утром испаряется.

Так проходит неделя.

Выгляжу я хуже некуда. Нет, меня не мучают утренняя тошнота, головокружение и все типичные симптомы. Я просто схожу с ума.

Самое ужасное, что я не могу уснуть, пока Крамер не ляжет рядом.

Надо всё ему рассказать. Каждый вечер я настраиваюсь на разговор, но, когда он приходит, я боюсь спугнуть, разрушить этот мирный момент. Пока Тимур дышит рядом, я чувствую себя спокойно.

Выходные, оформленные мной для свадьбы, заканчиваются, и я выхожу на работу и записываюсь к врачу. Мозги постепенно перестраиваются, все, к чему сейчас я стремлюсь, это не нервничать. В общем-то, мне это практически удаётся. Только Раевская, которая начинает постоянно заезжать в «Небо» нервирует меня. Почти каждый день она сверлит меня взглядом, но издалека, не нарушая условий брачного контракта.

Вот и сегодня, проследив за тем, как я захожу в лифт, она не присоединяется. Однако, если я думаю, что проблемы с ней остались позади, то ошибаюсь. Именно сейчас, когда я опаздываю к гинекологу, Елена снова решает осложнить мне жизнь.

Я уже собираю мелочевку в любимую дизайнерскую сумочку, когда ко мне в кабинет заходит руководитель службы внутренней безопасности вместе с братьями.

Глава 52

– Я всё же считаю, что это лишнее, – хмурится Олег.

– Дурь какая-то, – ворчит Егор.

– Олег Кириллович, всю ответственность готов взять на себя, но проверить надо.

– Привет, – киваю я братьям. – Вы ко мне?

Сейчас посетители очень не вовремя. Если я через пять минут не выйду, то опоздаю гарантированно.

– Увы, мы к вам, – начальник службы внутренней безопасности, Матвей Андреевич кажется, выглядящий как олимпийский мишка только с очень цепким взглядом, разводит руками.

– Ну почему же «увы»? Я вам рада, только мне надо убегать.

– А мы ненадолго, – ласково говорит он.

– Линда, тебе что-нибудь говорит название «Эдельвейс»? – спрашивает Егор.

– «Эдельвейс»? – я морщу лоб. – Нет. Только цветы такие знаю.

– Вот видите, – брат уже готов развернуться и уйти, мне даже становится любопытно. Не кроссворд же они разгадывают! Первые лица компании пришли спросить меня, знаю ли я про какой-то «Эдельвейс». С ума сойти.

– Не торопитесь, Егор Кириллович, – останавливает его Матвей Андреевич. – Линда, можно посмотреть ваш стол и вашу сумку?

– Вообще, я не возражаю, но хотелось бы услышать, в связи с чем досмотр, – напрягаюсь я.

– Ты слышала про неприятности с партией комплектующих из Китая? – Олег усаживается на кресло для посетителей.

– Что-то смутное припоминаю, – соглашаюсь я. – Но, если честно, я мало обращаю внимания на дела не моего подразделения.

– У нас недавно сорвалась сделка. Комплектующие мы оплатили, поставщик отгрузил товар в логистическую компанию, а груз пропал. Не дошел до наших складов.

– Ужас! – поражаюсь я. – Как это пропал? На большую сумму была закупка?

– Несколько миллионов. Ужас в том, что расходная часть выросла. Комплектующие нам все равно нужны, и нам пришлось повторить заказ.

– А найти пропажу реально? – я даже перестаю волноваться об опоздании к врачу. Перезапишусь, в конце концов. Это может подождать, когда у братьев такие проблемы.

– Служба безопасности, – Егор кивает на Матвея Андреевича, который осматривает ящики моего стола, – как раз этим и занимается.

– Вы у меня, что ли, груз ищете? – обалдеваю я.

– Нет, конечно, – усмехается Олег. – Комплектующие-то мы нашли. Их отгрузили по левым документам на сторону и получили за них денежки.

– Ничего себе, – у меня в голове не укладывается, кто-то нагло спер товар и наварился. Но раз вы говорите, что есть левые документы, значит, можно найти того, кто их сделал.

– Все сделки проводила компания «Эдельвейс», – вздыхает Егор. – Однодневка. Призрак. Деньги перегоняла по куче счетов, которые перекрывают друг друга. Директор – персона номинальная, а кто бенефициар – не понятно.

– Ну что? – Олег спрашивает у Матвея Андреевича, как раз закончившего потрошить мои ящики.

– Здесь чисто. Не надо так на меня смотреть, Олег Кириллович. Я тоже рад этому факту. Но проверка есть проверка.

– Я все равно не понимаю, какое отношение к этому имею я и мой стол? – недоумеваю я.

– Лиинда, позвольте сумку, – тянет руку ко мне безопасник. Черт я только все туда утрамбовала. Вот люблю эту сумочку, но она такая маленькая, что пользуюсь я ей редко. Чтобы впихнуть туда все, требуется не мало усилий, а когда достаешь что-нибудь из нее, то сначала найдешь ухват, коромысло и пленного шляхтича и только потом то, что искала.

– Держите, – вздохнув, отдаю я сумку на растерзание.

В этот момент в кабинет абсолютно без стука заходит Крамер.

– Что тут за собрание? – рявкает он, хотя какое ему дело, почему мы здесь собрались? Это компания моих братьев, мы можем собираться, где угодно.

– Что ты здесь делаешь? – поражаюсь я, жадно разглядывая Тимура.

Почти всю неделю я его не вижу, а когда он приходит ночью, я делаю вид, что сплю. Выглядит Крамер получше меня, только осунулся немного. И еще он злой.

– Мне позвонил твой ассистент и посоветовал приехать. Так что тут происходит?

– Ничего особенного, – пожимаю я плечами. – Понятия не имею, зачем Дима тебе позвонил. Ты зря приехал…

– Линда, – окликает меня Матвей Андреевич. – Эту флешку можно проверить?

– Какую флешку? – оглядываюсь я на него. – Не знаю, можете попробовать, только проверьте на вирусы.

– Линда, он достал эту флешку из твоей сумки. Зачем он будет ее проверять? – вкрадчиво спрашивает Тимур.

– Как из моей? У меня нет такой флешки. Мои все в вазочке лежат… – теряюсь я.

– Олег Кириллович, можно вас на секунду, – зовет безопасник брата.

Олег подходит к нему и заглядывает в экран.

– Это криптоключ «Эдельвейс», – озвучивает он Егору.

– Какой криптоключ? – у меня срывается голос, накатывает паника. – Какой к чертям «Эдельвейс»?

Так. Не нервничать. Черт! Я столько сил угрохала на то, чтобы сохранять спокойствие, и все коту под хвост.

– Линда, вы говорили, что ничего не знаете про «Эдельвейс», но у вас в сумке ключ-подпись, котором были подписаны документы.

Я растерянно смотрю на Матвея Андреевича. Я должна оправдаться, но как?

– А почему вы вообще стали искать что-то связанное с этим «Эдельвейсом» у Линды? – спрашивает Крамер, вставая за моей спиной.

– Сегодня одно лицо мне сообщило, что Линда несколько раз упоминала «Эдельвейс» в его присутствии.

Я оглядываюсь на Тимура.

– Я ничего подобного не делала…

– Это как-то связано с тем, что Елена Раевская торчит в приемной?

Глава 53

Егор вскидывается и смотрит зло на Тимура. Тот открыто отвечает взглядом, складывая руки на груди.

А я вспоминаю, что как раз эта сумочка стояла в прихожей, когда ко мне приходила Раевская. Неужели она готова обокрасть собственных сыновей, лишь бы меня с ними рассорить? Или она хотела пойти дальше и посадить меня в тюрьму?

Нет, это вряд ли.

Вот чего она меня разглядывала каждый день. Ждала, пока я эту сумку принесу на работу.

Но поверят ли мне Егор и Олег? Елена все-таки их мать, а я сводная сестра, которую они знают меньше двух лет.

– Матвей Андреевич, действительно. Откуда дровишки? – нарушает напряженную тишину Олег.

– Олег, ты что?

Но брат пристально смотрит на Матвея Андреевича.

– Говорите, здесь все свои. Все заинтересованные в этой комнате.

– Да, сегодня у нас с Еленой зашел разговор об этом, и она упомянула, что слышала название этой фирмы от Линды.

– Как интересно… – тянет Крамер. – Учитывая, особенности нашего брачного контракта, даже не представляю, где бы Елена могла слышать Линду. Но еще интереснее, что вот меня вы ни о чем не спросили, а я как раз с «Эдельвейс» сталкивался.

– И где же? – сверлит Тимура взглядом Егор.

– Совсем недавно смотрел отчет деятельности благотворительного фонда Раевский, куда наша компания делает взносы. Я еще подумал, нехреновый такой транш, кто-то бабки отмывает.

Тишина.

Это Матвей Андреевич не знает о моих сложноподчиненных отношений с Еленой, а братья и Крамер в курсе.

– Если это все, то мы с женой, пожалуй, пойдем. Вы сначала у себя разберитесь, а потом, если вопросы останутся, то можно будет и поговорить.

В давящей атмосфере я складываю свои вещи обратно в сумку, но уже кое-как. Дождавшись, пока я закончу, Тимур берет меня за руку и выводит из кабинета. Он кивает подскакивающему из-за своего стола Диме и, на минуту остановившись напротив Елены, которая сидела на диванчике в приемной и, видимо, ждала моей крови, говорит ей:

– Это было очень зря.

Мы молча покидаем офис.

В лифте до меня наконец начинает полностью доходить весь кошмар ситуации. Слезы текут, не останавливаясь. На парковке я направляюсь к своей Молли, но Крамер меня удерживает:

– Куда ты собралась в таком состоянии? За руль? С ума сошла? На моей поедем.

Здравое решение. Я послушно забираюсь в салон, когда Тимур распахивает для меня дверцу.

– Долго тебя мурыжили Раевские?

– Нет, и они до твоего появления, считали, что это какая-то ошибка… – всхлипывая отвечаю я.

– И на том спасибо, – цедит Тимур. – Почему ты мне не позвонила?

– А должна была?

– У тебя есть муж. С такими вопросами разбирается мужчина.

– Я не сразу сообразила…

– Хорошо, что ты это своего Диму не уволила, он соображает быстрее тебя, – ворчит Крамер.

Дальнейший путь проходит в молчании.

Дома я поднимаюсь к себе в спальню и, сбросив туфли, сворачиваюсь в клубок на постели.

Тимур заглядывает ко мне:

– Чего-нибудь хочешь?

– Полежи со мной, как ты ночью делаешь, – прошу я.

Помолчав и не спросив ни о чем, муж укладывается ко мне. Я поворачиваюсь к нему лицом.

– Обними.

Тимур крепко прижимает меня к себе, а я обхватываю его за шею.

Сколько мы так лежим, я не знаю, но никто из нас не шевелится.

– Я в женскую консультацию опоздала, – шепотом говорю я, когда мне кажется, что Тимур уснул. – Я беременна.

Крамер тут же распахивает глаза. Желваки на его скулах играют. Он стискивает меня еще сильнее.

– Это мой ребенок, – говорит он утвердительно.

Парализованная его взглядом, я даже не могу кивнуть.

– Да, – шепчу я. – Мне страшно.

– А мне нет. Теперь ты от меня никуда не денешься. И может быть, однажды ты меня полюбишь.

– Идиот, – все еще шепотом говорю я, потому что боюсь спугнуть момент. – Где твое непробиваемое самомнение? Я и так тебя люблю.

Вместо ответного признания, Крамер меня целует, а дальше все становится совсем неважно. Кто и с кого начал первым снимать одежду, не имеет значения.

Нежными поцелуями покрывая моё лицо, Тимур словно признаётся мне в любви. Спускаясь всё ниже, он ласкает горло и ключицы, будто показывая, как я ему дорога. Обводит языком напряжённые вершинки и ладонями накрывает истосковавшуюся грудь, целует живот. Его горячее дыхание пробирается мне под кожу и согревает меня изнутри, распаляя тот жар, который рвётся ему навстречу.

Медленно и томительно Тимур поглаживает меня между ног, и я с готовностью раскрываю бёдра. Муж опускается между ними к влажной сердцевине. Раздвигая пальцами половые губы, он языком проходится по всей промежности и целует меня там так сладко и страстно, посасывая клитор, забираясь пальцем в мокрую дырочку, поглаживая и дразня мою пещерку.

Мучительные, сводящие с ума ласки, заставляющие меня выгибаться, вцепляться в волосы на его макушке, стонать, подталкивая бедра.

Я так соскучилась.

Так изголодалась по нему.

Я хочу его всего и сразу. На всё длину, чтобы он заполнил меня и выплеснул всю страсть, но Тимур пытает меня, заставляя хрипло умолять сжалиться надо мной.

Дождавшись моей полной потери контроля, он приставляет головку к чувствительным складочкам. То надавливает, то отступает, продолжая меня дразнить. Я сжимаю его плечи, оставляя следы от ногтей, но муж неумолим.

Лишь насладившись агонией страсти на моем лице, он проталкивает головку и замирает, упиваясь тем, как трепещет мое естество, сжимаясь вокруг его толстого горячего члена.

– Я люблю тебя, Линда, – с этими словами он погружается в меня, выталкивая из сознания всю боль, все обиды.

Ничего не остается, кроме стука сердец, кроме древнего, как сама жизнь танца наших тел.

Эпилог

– Папашу пускать? – задавливая улыбку, нарочито ворчливо спрашивает медсестра.

На самом деле, она милая, просто вся клиника по-тихому ржет над Тимуром.

Рожала я сама.

Так получилось.

Врачи облажались со сроками. Один говорил, что пятнадцатого, другой – двадцатого. Кесарево назначили на десятое.

Восьмого у меня начались схватки.

Тимур, который неделю приходил в себя после того, как узнал про кесарево, совсем растерялся, побледнел и на нервах зачем-то начал названивать Егору. Его Лизка тоже ожидает прибавление.

Если бы мне было до того, я бы над Крамером посмеялась. Потому что рядом со мной Ти-рекс крепился и вел себя как взрослый, но стоило мне убрести куда-то между схватками, как он впадал в панику.

Уже потом медсестра мне рассказала, что, когда меня увезли на каталке, муж упал в обморок.

Егор, который сдуру решил приехать и поддержать то ли меня, то ли Тимура, белый как мел уговаривал абсолютно спокойную жену не рожать. На что она ехидно интересовалась, куда ей девать ребёнка и чем он думал, когда его делал.

Рожать в частные клиники совсем не то, что в городской. Спецы у нас и там шикарные, но уровень комфорта совсем другой. Как говорится, любой каприз за ваши деньги: и персональная палата для мамочки, и гостевые комнаты для мужей, и меню, как в ресторане, и даже партнерские роды можно.

Крамер заглядывает к нам с лялькой.

Это отдельная история.

Тимур с самого начала хотел дочь, объясняя это тем, что все мальчишки – засранцы. УЗИ показывало, что всё-таки будет сын. А родила я девочку.

Когда Крамера разбудили и поздравили с рождением дочери, он долго требовал, чтобы ему отдали обещанного сына. В общем, развлек врачей мой муж знатно.

На радостях отцовства, пока я очухивалась, Тимур организовал дочери имя.

Зане.

Мне было и приятно, и смешно. Зане Крамер – звучит как рассекаемый мечом воздух. Очень грозно для такой малявки.

– Как вы? – Тиранозавр осторожно заглядывает в сопящий кулек.

– Мы поели, – радую я папочку. – Возьмёшь на ручки?

– Я её раздавлю, – он в ужасе смотрит на дочь.

Закатываю глаза, мы это уже несколько раз проходили.

– Не раздавишь, ты же уже пробовал. Бери. Надо привыкать.

– Такая маленькая, – завороженно шепчет Крамер, принимая Зане.

– Глазом моргнуть не успеешь, краситься начнет, – хмыкаю я.

Тимур хмурится:

– Зачем?

– Мальчиков привлекать.

– Никаких мальчиков! Зачем нам мальчики? Да, Зане? – сюсюкает Крамер. – У нас папа есть.

Гусары, не ржать! Это я себя уговариваю, потому что активно смеяться мне пока больновато.

– Передавай привет Данилу, я получила от него букет.

– Ну хоть у кого-то мозги есть! Нормальный человек. Прислал букет, а сам не стал беспокоить. Чего не скажешь об остальных, – сердится Тимур. – У тебя сегодня много гостей. Сказал же, что завтра выписываемся. Можно было дома увидеться. Нет. Все притащились.

– Кто там?

– Лена, Егор, Лиза, Олег.

– Он так и не разговаривает с матерью? – осторожно спрашиваю я.

– Это тебе лучше у Егора уточнить. Хотя он тоже очень зол на неё. Но учитывая, что её от всего отстранили, а у парней своя личная жизнь, вряд ли что-то наладилось. Может, на свадьбе Олега и объявят перемирие. Деньги-то она все вернула.

Вздыхаю:

– Если бы дело было в деньгах… Ну давай сюда, – ревниво тяну я руки за дочерью. Материнский инстинкт, видимо, просыпается.

– Линда, – мнется Крамер, глядя на нас с Зане. – А давай мы больше не будем рожать.

Лицо его искажает мучительное судорога.

– Я и этот раз не планировала, – усмехаюсь я. – А что, Гио не станет с тебя трясти правнука?

После нашего с Тимуром примирения у меня с Гио Сомхадзе состоялся прелюбопытный разговор.

– Линда, неужели ты думаешь, что мы не нашли бы никакого другого способа, как заключить сделку? Мы же не на Сицилии! Брачный контракт, это же курам на смех! – дребезжащим голосом отчитывает он меня.

– Но зачем тогда это все?

– Мальчику пора жениться, а он все девками перебирает. Все ему не то, да не это. А тут как раз статья вышла про дележку наследства Раевских. И внук мне и говорит, вот мол девица, да только я уже разок зубы обломал. Я и решил помозговать, как бы вас так свести.

– Но ведь это за год до сделки было. Я имею в виду ту статью, – смотрю я на Гио круглыми глазами. – А если б Тимур встретил другую?

– У нас в семье однолюбы, – хихикает старик.

– Деду придется перетоптаться, – отрезает Крамер.

– В чем дело? Ты не хочешь больше детей?

Помолчав, муж признается:

– Я очень испугался, Линда. Я никак не мог тебе помочь. Я не мог забрать твою боль. И это опасно. И, возможно, в следующий раз будет операция. Я не хочу рисковать.

– Но Тимур…

– У меня есть все, чего я мог желать: ты и Зане. И я буду вас беречь.

У меня наворачиваются слезы.

Кто же знал, что из Тирексов выходят самые лучшие мужья?