Текст книги "Судьба исправлению подлежит. Шаг второй (СИ)"

Автор книги: Санна Сью

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4

Маму и Константина отец срочно отправил к морю после обеда, едва узнал, что важное собрание пройдёт в нашем доме. Даже не знаю, как ему это удалось и что пришлось пообещать маме (срочные сборы она на дух не переносила), но за такой подвиг папе определённо полагалась медаль. Когда мы все собрались в столовой, нам никто не мешал вести чрезвычайно серьёзные разговоры.

– Мой дядя и дед уже заняли свои места во дворце, а первый советник и его величество надёжно спрятаны. Теперь империя под присмотром, и мы можем её покинуть, не опасаясь ни за что, – сообщил Карсиан крайне важную и секретную новость.

Они с Вольными решились на немыслимое! С помощью сложнейшего запрещённого зелья, которое Тристан создал из крови метаморфа – самого Карсиана, – они подменили герцогами императора и Магнуса Нигматуна.

– У меня сегодня опять было видение: Дениза и незнакомый мужчина входили в тюрьму как посетители. А из посылки от Майкла, переданной через академические каналы, мы теперь знаем, что Ридж и Бама за решёткой. Значит, Майкл из будущего решил навестить себя в настоящем, и он – кто-то из этой пары, – поделилась я.

О видении я уже успела рассказать Мари и отцу, для остальных же это стало новостью.– А я вот не понял, каким образом мы получили двух Майклов, – сразу же подметил странность Леон.

Его аналитический ум смог вычленить явную несостыковку.

Я развела руками и посмотрела на остальных участников собрания в поисках подсказки. Но во временных перемещениях никто из нас не разбирался от слова совсем. Это совершенно неисследованная область.

– Надо найти и хорошенько потрясти этого Мартана Джардана. Что-то мне кажется, у него в романах где-то проскальзывало про временные петли, – ответил на мой вопрос Тристан. – Кто-то еще, кроме меня, читал его серию «Предвестник конца»? Я многое уже забыл.

– Я читал! – выкрикнул Апрель, но когда все взгляды устремились на него, смутился и поправился: – Вернее, пробовал, но мне не зашло. Я люблю более научную литературу. Но вот мой старший брат Июль – фанат Джардана. И я могу вам с уверенностью заявить, что их таких много и они держат связь между собой и с автором. Могу выяснить, где его искать.

– Это было бы отлично! Отправляйся к брату сразу после собрания и всё разузнай, – велел Карсиан.

И мы перешли к обсуждению следующего пункта сегодняшней повестки – как, не вызывая подозрений, проникнуть в колонию, а потом и в Стейтон.

Отцу дали разрешение на группу сопровождения из пяти человек – аристократ не может путешествовать без прислуги. А также в его визу включались все члены семьи.

– Таким образом, Мари станет Константином, Алтея может сопровождать меня как дочь без маскировки, а остальным придется притвориться моими помощниками, – слегка виновато предложил папа.

Великий герцог и его высочество в качестве подсобных рабочих его, аристократа до мозга костей, смущали. Однако ни Карсиан, ни Тристан даже бровью не повели.

– Но сначала все равно к Джардану. Я сердцем чую, что у него мы найдем ответы на наши вопросы и получим информацию, которая поможет нам и в колонии, и в логове технарей, – сказал Тристан.

В Стейтон мы решили отправиться в заключительной части нашего головокружительного расследования. Головокружительного, потому что за предстоящий месяц каникул нам придётся посетить несколько разных континентов. И просто порталом с одного на другой не прыгнешь – на границах стоят блоки. Придётся пользоваться обычным транспортом. Благо есть корабли, поезда и дирижабли.

Мари сидела рядом со мной и нервно ерзала на стуле – наверное, разволновалась, когда узнала, что ей придется стать моим братом. Я обняла ее за плечи и слегка ободряюще тряхнула.

– Не волнуйся, у нас будет время потренироваться. Я тебе помогу, —поддержал ее Карсиан.

– Я волнуюсь из-за Майкла, – ответила Мари. – Мне кажется, он способен преподнести нам массу неприятных сюрпризов.

Риджа она по-прежнему боялась сильнее всех. Даже сильнее паучихи. Я точно не знала, почему он вызывал у неё такой ужас, но предполагала, что из-за того, что в будущем она воткнула ему в глаз кинжал. Видимо, для нее это стало огромным потрясением.

– Дорогая, ему непросто будет нам навредить, особенно находясь в чужом теле, когда собственное сидит в тюрьме, – с улыбкой попыталась я ее успокоить.

Мари упрямо тряхнула головой:

– Он чудовище. Бесчувственное и очень умное. Как вспомню его лицо в тот, последний момент...

– Для тебя это была шоковая ситуация, Мари, и ты не можешь ее отпустить.

– Нет. Я часто его вспоминаю, и мне все больше кажется, что когда он увидел клинок, в его глазах мелькнуло узнавание. А он еще и картинки эти прислал. Он точно знает больше, чем мы с вами.

Я хотела сказать еще что-нибудь, чтобы развеять ее страхи, но неожиданно мой отец мрачно пробурчал себе под нос что-то похожее на ругательство.

– В семейных преданиях намёками говорится о том, что клинков у дракона было несколько. Но вроде как остальные он забрал с собой. Однако возможно, что это не так, – сказал отец громче, уже для всех.

– Нет смысла гадать. Надо действовать. В процессе все выясним. Предлагаю отправиться по домам и заняться сборами, – внес дельное предложение Леон.

И все его одобрили. У каждого перед отъездом имелись дела. Лично я планировала впервые в жизни самостоятельно собрать сумку, а перед этим составить список того, что мне может понадобиться в поездке, и докупить недостающее. Ни одной горничной нельзя доверить такое ответственное дело.

Однако Карсиан покидать столовую вместе со всеми не спешил. Он перехватил меня за руку и отвел в сторону.

– Тея, я хотел с тобой кое-что обсудить... – начал он.

У меня от тревоги сердце забилось чаще. Вот сейчас он попросит у меня свободы, точно!

– Ничего не говори, я все понимаю и ни на чем не настаиваю! – выпалила я, не давая ему договорить.

Карсиан удивленно моргнул:

– Ты о чем?

Я прикусила губу. А что, если у меня слишком бурная фантазия? Собственное поведение заставило меня отвесить себе мысленную затрещину. Соберись, Алтея! Ты взрослая женщина, успевшая побывать замужем! Нельзя вести себя так, будто тебе все еще девятнадцать лет. Недомолвки и другие глупости могут помешать важной миссии. Лучше все выяснить сразу, а не накручивать себя.

– Я о том, что наша помолвка отложилась на год, а это огромный срок для молодого активного мужчины. Мне пришло в голову, что ты хочешь попросить у меня свободы, – созналась я.

Карсиан нахмурился и посмотрел на меня, прямо скажем, нехорошо. С досадой как будто.

– И ты решила мне выдать разрешение на удовлетворение естественных потребностей молодого активного организма на стороне? – процедил ехидно.

Тут я осознала, что если вдруг соглашусь с этим предположением, то сильно обижу Карсиана. А если откажусь, то совру, и он мне не поверит.

Лучше быть честной. Я вздохнула, взяла Карсиана за руку и заглянула ему в глаза.

– Не хочу юлить, поэтому признаюсь: ты мне нравишься. Так сильно, что я едва сдерживаюсь от мечтаний о нашей настоящей свадьбе и бью себя по рукам, чтобы не зарыться в книгу имен, для выбора имен нашим будущим детям, – прошептала, едва скрывая горькую самоиронию. – Но я понимаю, что сейчас между нами непреодолимое препятствие, и я боюсь поверить в счастье, которое пока слишком призрачно. Я готова за него бороться и ждать сколько угодно. Но я не имею права требовать того же от тебя.

– Дурочка, – сказал Карсиан и, вдруг притянув меня к себе, поцеловал.

А потом так же внезапно отстранился и вытащил из кармана потрясающей красоты кольцо – нежное, ажурное, притягивающее взгляд не вычурными массивными камнями, а элегантной простотой. Маленькие жемчужинки и бриллиантики рассыпались по сетке белого золота. У меня захватило дух.

– Это же помолвочное! – выдохнула я.

– Оно самое, – подтвердил Карсиан. – Я хотел попросить тебя надеть его и не снимать. Мне так будет спокойнее. Это артефакт переноса. Если что – кольцо перебросит тебя ко мне. Ну и вообще я бы хотел, чтобы ты его носила, потому что лично я считаю тебя своей невестой, и ерунда, что официальной помолвки не было. Главное, что мы с тобой действительно хотим пожениться. Хотим же? – спросил Карсиан строго, надевая мне на палец кольцо.

Я счастливо рассмеялась:

– Хотим. Как только избавлюсь от брачной печати, так сразу же выйду за тебя.

– Так-то лучше, – улыбнулся Карсиан. – И больше не придумывай себе всякие глупости.

– Больше не буду, – с лёгкостью согласилась я.

– А чем до отъезда займешься? – спросил мой жених подозрительно.

– А что? С собой позвать хочешь? – включила я кокетку и загадочно улыбнулась.

Карсиан поморщился.

– Я бы с радостью, но, боюсь, тебе не понравится допрос Нигматуна. Ты удивишься, но едва дядя принял его облик, к нам тут же водопадом хлынул компромат. Осталось уточнить несколько деталей, и я выясню, кто и как убил мою мать.

Я сразу же перестала улыбаться. Пока я буду бегать по магазинам и закупать полезные мелочи в дорогу, мой бедный Карсиан будет занят неприятными вещами.

Я обняла его за шею, встала на носочки и прошептала на ухо:

– Приходи ко мне, когда закончишь дела. Я оставлю окно открытым…

Карсиан сжал мою талию и тоже шепнул:

– Обещаю, что управлюсь быстро. Без меня не засыпай.

У меня мурашки по телу побежали и сладко заныло где-то ниже пупка. Карсиан быстро вышел из столовой, а я осталась один на один со своим внезапно смелым решением.

Глава 5

– Что с тобой? На радуге поскользнулся? Вид такой, будто тебя по голове ударили и до сих пор звездочки в глазах танцуют, – подколол Тристан.

Он ждал меня на крыльце, чтобы вместе переместиться во дворец теневым порталом – способ не такой затратный, как переходы, разрывающие пространство при помощи ценных артефактов но доступный только избранным. Тем, в ком есть тёмная магия ушедших и кто знает подходящие места. Во мне она есть, и место во дворце я тоже знал, а ещё мог не только сам переместиться, но и взять с собой попутчика.

– Примерно так всё и было, – подтвердил я, не переставая счастливо улыбаться.

Алтея не только приняла моё кольцо, но и позвала к себе в спальню. И, само собой, играть в благородство я не стану. Я и не воспринимал её брачную печать как что-то настоящее. Правила Предков – запутанные и сложные – неукоснительно выполняют разве что монахи. Да и то не факт, что все до одного. Какая может быть брачная печать, если тело Алтеи ещё никогда не принадлежало Риджу? Для меня она – моя невеста, которая скоро станет женой. И точка.

– Так ты всё-таки надел на Тею кольцо? – догадался брат. – Ну и зачем сейчас это было делать? Весь зверский настрой растерял. Как в таком приподнятом настроении Нигматуна теперь допрашивать?

Улыбка мгновенно сползла с моего лица.

– Не переживай. На него моей злости всегда хватит, – заверил я Тристана и выписал в воздухе знак притяжения теней, чтобы сформировать из них коридор во дворец.

Едва я вспомнил о первом советнике отца, настроение безнадёжно испортилось. Мерзавец давно потерял и совесть, и страх. Как только мы схватили и заперли Магнуса Нигматуна в амчарном подвале, а Мортимир Вольный занял его место, всё всплыло наружу.

Дядя Морти явился в мой кабинет с докладом и круглыми от шока глазами уже после обеда.

– Приходил какой-то скользкий тип из департамента образования с вопросами о каких-то монунескринах, якобы нужных для демонстрации в школах. А следом представитель технарей принёс расчёты компенсации за испорченные караваны. В них цены завышены втрое, да ещё и указаны доли откатов! Но и это не всё! Секретарь принёс конфиденциальную депешу из Стейтона – от самой Хиллар. На, полюбуйся, – сказал он, положив на стол короткую записку на гербовой бумаге.

Я прочитал: «Советник, траур на год меня не устраивает. Вы мне гарантировали, что император не станет сильно убиваться по супруге и будет готов к новому союзу через три месяца. Принимайте меры, иначе я найду себе другого помощника. Благо людишки в вашей империи жадные и голодные до техномагических благ».

– Это подтверждает мои худшие подозрения насчёт смерти матери, – угрюмо произнёс я, отбрасывая бумагу.

– И что ей ответить? – спросил дядя.

Я устало потер лоб.

– Нам нужно усыпить их бдительность, чтобы хотя бы в ближайший месяц не чинили нам препятствий. Посмотрите в бумагах советника, в каком духе он общается, и напишите что-то вроде: «Всё под контролем, я всё решу», – распорядился я.

Дядя кивнул.

– Насколько я помню, дворцовый целитель Пилюлини вне подозрений и верен правящей семье, – сказал он. – Предлагаю предупредить его и уложить моего отца в постель, будто он занемог. Это позволит мне избегать общения с друзьями и семьёй Нигматуна по причине страшной занятости во дворце, а моему старику – не натворить глупостей в облике его величества. Герцог Дормидонт у нас, конечно, ещё ого-го, но порой излишне горяч. Боюсь, как бы не пришлось кому-то из придворных или гостей из Стейтона нарваться на его плохое настроение. Не хочется лишних подозрений.

В этом я дядю поддержал, но прежде чем договариваться с мэтром, мы всё же посовещались с дедом и с огромным трудом уговорили его «приболеть» на ближайшую неделю – не дольше!

– За это время и ты вживёшься в роль советника, и я в роль императора, – сказал он, едва скрывая раздражение. – Дальше будем отбиваться вместе, а то я от скуки рехнусь.

– Только, пожалуйста, не забывайте про моего отца и навещайте его почаще, – напомнил я.

Его величество мы – вернее, Тристан – поместили в целебную грёзу. Весь месяц он проведет в специальной капсуле, переживая захватывающие события. Это последняя разработка брата, и он обещал, что после такой терапии император вернётся другим человеком – более сильным и целеустремлённым.

– А чего его почаще навещать? – буркнул дед Дор. – Ему и так лучшая роль досталась.

– А вдруг капсула сломается? – высказал я опасение.

Но здесь обиделся брат.

– Моя капсула? Ты с ума сошёл? Она рассчитана на века работы без подзарядки!

Короче говоря, с Пилюлини мы обо всём договорились, оставили старших Вольных во дворце и отправились к Бузинским.

Теперь же возвращались к самому неприятному.

Нигматуна привели из подвала в допросную бойцы моей личной гвардии (я знал их с детства и безоговорочно им доверял), усадили на стул и приковали амчарными цепями.

– У тебя, предатель, есть один шанс сохранить жизнь, – без предисловий заявил я. – Расскажи, как стал подручным паучихи, каков её план и как вам удалось убить мою мать.

– Ты не понимаешь, глупый щенок, с кем связался! – с ненавистью выкрикнул Нигматун и, осклабившись леденящей душу ухмылкой, протараторил какую-то тарабарщину вроде «грядетпришествиерас».

Его будто пронзило молнией. Глаза закатились, волосы встали дыбом, изо рта пошла красная пена – и через пару секунд Нигматун был мёртв, а мы с братом с досадой переглянулись. Единственное, чего мы не учли, – что Хиллар подстраховалась и настроила своего шпиона на самоуничтожение.

– Сможешь поднять и допросить? – с надеждой спросил я Тристана.

Боевой целитель, конечно, не некромант – те встречались исключительно среди ушедших вампиров, а в наши дни перекочевали в разряд детских страшилок, – но Трис говорил, будто мозг ещё какое-то время живёт после смерти, и из него можно извлечь информацию.

– Нет, заклятье всё уничтожило. Поверить не могу, что такие штуки можно устанавливать не только на артефакты, но и на людей.

– Значит, Хиллар опаснее, чем мы думали.

– Погружу его в стазис до нашего возвращения, потом попробую исследовать. Нам такие магтехнологии могут пригодиться, – тут же переключился брат на свою любимую науку.

Я встал и направился к выходу из допросной. Был уверен, что Трис не удержится и вместо сборов в дорогу примется изучать тело прямо здесь и сейчас. Но читать ему нотации – дело бесполезное. Тем более мне и самому было куда спешить – я хотел, чтобы наша с Алтеей первая ночь стала особенной, а значит быть ей не в доме Бузинских. Зрела у меня одна необычная идея, но она требовала подготовки.

Я спустился в сокровищницу, открыл сейф с реликвиями правящего рода и вытащил небольшую серебряную квадратную коробочку, покрытую древними рунами. Пространственный шатёр. Если его развернуть и войти внутрь, то окажешься в кармане межмирья. Там тебя никто не найдёт и не услышит. Оставалось только проверить, что есть в шатре, прихватить напитки с закусками, перестелить перину… лепестками роз, может, всё посыпать? Честно говоря, никогда раньше не приходилось ломать голову над романтикой.

Спрятав шатёр в карман, я поднялся в свои покои. Активировал артефакт и, когда передо мной вырос прозрачный шатёр, смело шагнул в него, словно в туманную дымку.

Я знал о свойствах фамильных реликвий, но никогда ни одной из них не пользовался. Поэтому с удивлением огляделся: всё вокруг было материальным, роскошным и... старинным. Повсюду дивные ковры, сотканные из шерсти исчезнувших магических животных – каждый шаг по ним, любое движение воздуха зажигало крошечные разноцветные искры. В центре – шикарное круглое ложе с множеством подушек, застеленное красным шёлковым покрывалом, рядом низкий столик и два пуфика, а у стены – массивный резной комод. В нём я нашёл одеяло, посуду и миниатюрный музыкальный инструмент, на котором играть, разумеется, не умел. Что ж, прекрасное, на мой взгляд, гнёздышко.

Я принёс в шатёр отборный нектар из императорских погребов, фрукты и сладости. Перину взбил, лепестков, увы, не нашёл, но поставил в изголовье высокую вазу с длинными хрустальными цветами, излучавшими вечный мягкий свет.

Вечер приближался к полуночи – пора! Сердце забилось чаще не от ожидания опасности, а от предвкушения. Я погасил свет в шатре, оставив только мерцание хрустальных цветов, свернул его обратно в коробочку, спрятал в карман и отправился за Алтеей.

Тень под её окном была густой и живой, будто специально для меня. По ней я и взобрался до самой приоткрытой створки. Лёгким движением её отодвинул, бесшумно перешагнул через подоконник и спрыгнул на пол. В темноте я видел так же хорошо, как и днём, поэтому неприятно удивился сразу: ни в кровати, ни в комнате не было ни души. Не ждёт? Я почувствовал лёгкий укол разочарования. А следом за ним – осязаемый. Чем-то острым в правый бок, точно под ребра, со спины.

Глава 6

Стыдно признаться, но за вещами в дорогу я отправилась к одному широко известному в узких кругах барыге. Айзек Хлыщев клялся, что он баронет, а его дядя служит в посольстве Гартугалии секретарём, но мы-то знали: за ним стоит целая команда шустрых парней. Они не только выманивают у редких приезжих иностранцев вещи в обмен на имперские предметы народного творчества, но и мотаются тайными тропами в соседнюю Лапфидию за дефицитом. Лапфидская сизая икра ценится на мировом рынке, поэтому в их магазинах можно без проблем купить товары из Стейтона – технари с ними торгуют. Ну а сами лапфидцы уважают имперские горячительные напитки, так что контрабандистов там всегда ждут с распростёртыми объятиями.

– А что поделаешь, если у нас такое пока не производят? – оправдалась я перед Мари и вынула из личного хранилища побольше денег.

– Надеюсь, ты это исправишь, когда станешь императрицей, – сказала она, многозначительно взглянув на моё кольцо и заставив меня покраснеть.

Но кольцо и правда потрясающее! Оно невольно притягивало взгляды, и скрыть его было невозможно. А главное – искусный придворный ювелир не только встроил в него портал, наводящийся на Карсиана, но и создал защитное поле, чтобы выпирающие камушки ни за что не цеплялись. И я, понимая, сколько в империи уникальных разработок и своих талантов, одновременно злилась на то, что им не уделяют должного внимания, и всё больше верила, что Стейтон мы в технологиях запросто обгоним – было бы желание!

Однако пока нам пришлось оставить у Айзека целое состояние за два практичных брючных костюма с множеством скрытых карманов – в каждый можно уместить много необходимых для путешествия артефактов от набора посуды в плоской коробочке размером с монету, одноразовых гигиенических наборов и швейных принадлежностей до дротиков со снотворным.

Мы прикупили ещё и пространственные рюкзачки – с виду изящные и невесомые, а вмещают целый дом. А еще шляпы, меняющие цвет глаз и волос, нательное бельё, корректирующее рост и объёмы (хоть убейте не знаю, зачем они нам, но мало ли!), перчатки, липнущие к любой поверхности, и высокие сапоги, снимающие усталость.

– Дорогуша, ты меня сегодня поразила до глубины души. Точно не хочешь посмотреть платьица из новой коллекции от Кисмино? А женские романы-самочитайки от Асло? – спросил Айзек, сделав большие глаза.

Я рассмеялась как можно беззаботнее.

– Милый, мы идём в поход с очень интересной компанией. Не хочу ударить лицом в грязь. А за нарядами и прочими диковинами я как-нибудь в другой раз загляну, – подмигнула я и поспешила улизнуть, послав торговцу на прощанье воздушный поцелуй.

Дома мы всё сложили в рюкзаки, поужинали, сотню раз обсудили все мелочи, касавшиеся завтрашнего отъезда, и я пошла дожидаться Карсиана в свою комнату.

И тут на меня напал мандраж.

Жди, говорит, и спать без меня не ложись! А сколько ждать-то? Успею в купальне полежать или только на быстрый душ под настенным водопадом времени хватит? Мне остаться в платье или лучше надеть нарядную кружевную сорочку и почитать, лежа на кровати?

Да ну, какой почитать?! У меня все строчки в кашу от волнения сольются!

Потерла виски, топнула с досадой и приказала себе успокоиться. Если Карсиан придет, пока я нежусь в пене, то он ко мне присоединится. Так даже лучше будет! А если нет, то выйду и заберусь под одеяло. Усну – он разбудит.

Так и сделала. Спокойно вымылась, высушила волосы, заплела косу, надела тонкую длинную сорочку и легла. Закрыла глаза, но свет гасить не стала. Полежала и вспомнила, что надо открыть окно. Встала, отодвинула щеколду и слегка толкнула створку. Постояла, посмотрела в темноту и поняла, что сна ни в одном глазу, но хочется пить. И не просто воды, а теплого молока с медом. Накинула халат и пошла в кухню.

Время близилось к полуночи, прислуга спала, и я сама достала молоко, согрела его в ковшике, добавила мед и, никуда не торопясь, все до дна выпила. Это подействовало успокаивающе, и в комнату я возвращалась с твердым намерением выключить свет и лечь спать. Однако не успела дойти пару метров до своей двери, как из-за нее послышался страшный грохот и крики.

Вроде мужской и женский... Из своей спальни выскочила Мари, на третьем этаже хлопнула дверь родительских покоев, и раздались торопливые шаги отца. Я ринулась вперед, пока он не спустился, распахнула дверь и зажгла свет, который, между прочим, оставляла включенным, когда уходила.

Но это все ерунда по сравнению с открывшейся моим глазам картиной.

– Костик, ты что тут делаешь?! – выпалила я ошарашенно.

Моя комната превратилась в поле боя. В воздухе летали перья, на ковре разлилась вода из вазы и валялись цветы. А мой младший брат, который вроде бы после обеда уехал с мамой на курорт, висел под потолком и кидался в моего жениха метательными звездочками.

– Ваше высочество?! – фальцетом воскликнул брат, но звездочка уже была запущена и летела в цель.

– Он самый, – подтвердил Карсиан, ловко уходя в сторону.

Звёздочка воткнулась в комод.

– Константин?! Ты что здесь делаешь?! – потребовал ответа добравшийся наконец до эпицентра катастрофы отец.

– Спасаю честь и жизнь сестры? – неуверенно промямлил Костик.

Я прикрыла глаза. Вот как? Как объяснить отцу и брату, что его высочество забыл в моей комнате ночью?

– С чего ты решил, что Алтее что-то угрожает? И где твоя мать?! Немедленно спуститесь и объяснитесь, молодой человек! – приказал папа своим коронным не предвещавшим ничего хорошего звенящим от гнева тоном.

Я старалась даже не дышать, чтобы он не вспомнил про меня и не потребовал таким же тоном моих объяснений.

Брат тем временем отменил левитацию и опустился на пол. Четырнадцать лет – сложный бунтарский возраст. Костик настолько был уверен в своей правоте, что даже не прятал взгляд.

– Я всё знаю! И да, я подслушивал, и мне не стыдно! Я Бузинский! Будущий глава рода! Имею право защищать честь семьи и не буду отсиживаться на курорте под материнской юбкой, пока даже она, – брат кивнул на Мари, выглядывавшую из-за спины отца, – сражается за счастливое будущее империи. Я поеду с вами! А матушке я сказал, что меня срочно вызвали в лицей, чтобы заменить приболевшего участника соревнований по математическим шарадам.

Отец устало потер лицо.

– Но почему ты забрался в комнату сестры? – спросил Карсиан. – С чего решил, что должен охранять её сон?

Вот зря он привлекает внимание к этому моменту! Хотя это действительно важно. Я стиснула зубы, прогоняя смущение, и уставилась на брата.

– После того, как узнал о ваших планах и о посылке, я забрался к Алтее и посмотрел на рисунки. Между прочим, это гадальные карты, а не просто какие-то изображения. У нас в классе учится парень из народа перендусов, вот он приносил такие же и гадал нам всем. А потом говорил, что какая карта обозначает. Так вот, вы не поняли, а я понял, что этим набором картинок стейтонский злодей сказал сестре: «Я за тобой слежу, мы скоро встретимся, и ты умрёшь». А пока я прятался на чердаке, заметил, что вокруг нашего дома ходят подозрительные типы. Тогда я решил поставить на комнату сестры охранные сигналки и ждал, пока она заснёт. Но она пошла в кухню, и я подумал, что успею быстренько всё установить. Но тут злодей... то есть его высочество, полез в окно. Ну и вот… Неловко вышло… – развёл руками Костик.

– Сейчас ты идешь спать, а рано утром возвращаешься к матери и честно признаешься, что обманул её, – угрюмо сказал отец.

Но Костик вообще страх потерял. Я даже не смогла припомнить, был он таким же пять лет назад, в том прошлом, или это моё возвращение изменило брата так кардинально.

– Нет. Я с вами. Я вам пригожусь. А если отправишь меня к матери, то я могу спутаться с плохой компанией, попробую горячительное, у меня развяжется язык, и могу лишнее ляпнуть.

– Ах, ты ж!.. – начал было отец, тщетно пытаясь найти ремень на пижамных брюках.

Но неожиданно для всех заговорил Карсиан:

– Константин, я очень рад, что ты горишь желанием присоединиться к нашей наиважнейшей миссии. И я уверен, что ты понимаешь, насколько серьёзная и ответственная задача стоит перед нами. Техномагистры – сильные и коварные соперники, поэтому я с огромным удовольствием дал бы тебе секретное задание, но здесь, в империи, – сказал он очень серьёзно.

Даже я поверила, что его высочеству вообще никак не обойтись без моего братца.

– Врё... Хотите обвести меня вокруг пальца? Думаете, я маленький и глупый? – насупившись, пробурчал Костик, но хоть додумался подобрать выражения.

– Вовсе нет. Константин, хочу напомнить, что меня самого многие считают малолетним бездельником. Я как никто другой тебя понимаю. Я не знаю, как много ты успел подслушать и что из этого понял, но надеюсь, не станешь отрицать, что наши враги действуют на нескольких фронтах. Нам приходится успевать везде, но, к сожалению, некоторые участки остались неприкрытыми. Например, наши прекрасные юные леди, на которых технари оказывают огромное влияние. Я бы поручил тебе его минимизировать. А это нужно делать как раз на курорте, куда они и отправились.

И тут меня осенило!

– Костик, боюсь, моя подруга Ирма сейчас находится под ударом. Технари её выбрали своим оружием. Они дарят ей ценные подарки и морочат голову несбыточными обещаниями. Я опасаюсь, что она вообще учёбу бросит и выскочит за кого-то из них замуж. Прошу тебя, присмотри за ней. Не допусти этого! – горячо взмолилась я, сложив у груди руки лодочкой.

И мой расчёт оказался верным! Едва брат услышал имя девушки своей мечты, его щёки заалели и взгляд из колючего превратился в заинтересованный.

– Времени мало. Граф, с вашего позволения я заберу Константина во дворец, чтобы до утра подготовить, и завтра отправлю его на курорт порталом, – деловито предложил Карсиан.

Отец сухо кивнул, и мой жених с моим братом покинули мою спальню.

Карсиан только и одарил меня на прощание многозначительным взглядом. В нём я прочитала и сожаление, и извинение за то, что оставляет меня одну объясняться с отцом.

Но папа не стал ничего спрашивать.

– Ложимся, девочки, – приказал он нам с Мари. – Перед дорогой лучше хорошенько выспаться. Неизвестно, когда в следующий раз удастся это сделать.

Папа не любил долгие путешествия и сон в транспорте. А вот я совершенно не переживала по этому поводу. Я, наоборот, любила поспать под мерный стук колёс поезда или под шум волн, плывя на корабле. Я даже под покачивания дирижаблей отлично засыпала, поэтому и собиралась провести эту ночь с Карсианом без сна. Но, сказав себе: «Как Предки не устроят – всё для нас лучше», я выключила свет и забралась под одеяло.

Испытывала ли я разочарование? И да, и нет. Мне хотелось быть с Карсианом, но в то же время хотелось отдаться нашим чувствам и страсти без оглядки, не переживая о будущем близких и друзей, зная, что я свободна. Так что да, поймать философский настрой мне оказалось очень даже просто.

Я быстро уснула и всю ночь проспала без сновидений.

Ну а утром, сразу после завтрака, в нашем доме начался сбор всех участников экспедиции. Ещё до обеда мы поедем на многоместной автоповозке в Лазоревый порт – там нас уже ждёт императорский корабль. На нём мы дойдём до нейтрального острова Центрин. С него открываются дороги на любой континент и в любую страну, если, конечно, имеются все необходимые бумаги.

– Мартан Джардан обитает где-то на острове Тропикана, – доложил Апрель. – Но на Центрине контора его агентства, через которое и происходит общение с автором.

– Отлично всё складывается, – заметил Леон. – Тропикана как раз граничит с колониями Стейтона.

– Хоть бы всё так же и дальше складывалось, – пробурчал Тристан. – Хотелось бы вернуться пораньше и хоть часть каникул провести праздно.

Его «праздно» прозвучало как что-то нереальное. Я вдруг поняла, что уже долгие годы ходила с праздностью разными дорогами. По сути, моя счастливая расслабленная жизнь закончилась вместе с детством. Как только я увлеклась техномагической империей, так сразу нахлынули проблемы. В первую очередь – с семьёй. Мы постоянно ругались! Потом случился Майкл, и я вечно выполняла какие-то его поручения: ходила туда, куда он скажет, рассказывала людям то, что он велел. Даже в выходные мы никогда просто так в гости не ходили. Каждый выход из дома – работа. Ну а когда пал дворец и в моих пропагандистских услугах нужда отпала, так я и поняла, что на самом деле произошло, и стало совсем не до веселья. Я всеми силами пыталась спасти людей и конфликтовала с мужем.