Текст книги "Судьба исправлению подлежит. Шаг второй (СИ)"

Автор книги: Санна Сью

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Глава 1

– Ой, девочки, что вчера было! Вы будете долго смеяться, когда я вам расскажу! – воскликнула Ирма, явившись на завтрак самой последней и усаживаясь к нам за столик.

Несмотря на траур, в который империя погрузилась на ближайший год, на то, что основная делегация из Стейтона, в том числе и ее ненаглядный Херман, убрались восвояси, что сближение с технарями поставлено на паузу, настроение у подруги было приподнятым. Как и у всех нас. Ведь с завтрашнего дня начнутся долгие зимние каникулы, а значит можно уехать на курорты, где траур практически не соблюдается и можно целый месяц развлекаться на балах, пикниках и других увеселительных мероприятиях.

– Сомневаюсь, что это будет настолько смешно, что мы забудем о траурных правилах и навлечем на себя гнев императора, – проворчала Летиция.

Ирма поморщилась и, нагнувшись над столом, прошептала:

– Я вообще не понимаю, почему его величество объявил самый высший уровень скорби. Он императрицу даже не навещал.

Все, кроме нас с Мари, выразили согласие – кто кивком, кто кряхтением.

А мы с моим облаком знали, что на высшем уровне скорби настоял Карсиан. Он сделал это после того, как на собрании нашего клуба ненавистников техномагов мы пришли к выводу, что год траура обеспечит нам достаточно времени для решения всех наших задач. Самое главное – он позволит удерживать паучиху вдалеке от имперского трона (она ведь может в жёны к его величеству набиваться) без ухудшений отношений между странами. А еще даст возможность отложить нашу с наследником помолвку и найти Майкла. К тому же за год мы сможем потихоньку минимизировать влияние технарей на умы имперцев: запустим свои жизнескрины, наладим производство бытовых артефактов, придумаем новые льготы для простого народа, чтобы им соседская травка не казалась зеленее.

– Что там, рассказывай уже, – проворчала Даяна. – Очень хочу посмеяться, хотя бы в душе.

А нет, все же приподнятым настроение оказалось не у всех.

Техномагический караван дружбы разорило непонятно как проникшее в повозки полчище крыс, поэтому у отца Даяны возникли крупные неприятности, и на курорт их семья в эти каникулы не поедет.

Впрочем, в нашей семье развлекаться тоже поедут только мама и брат. У отца и у нас с Мари другие планы. Очень многое нужно за этот месяц успеть, а мы ещё даже не всё обсудили и не всё подготовили – как раз договорились собраться вечером и утвердить «дорожную карту».

– Слушайте! Вчера наш заучка Леон подкараулил меня возле комнаты, когда я возвращалась из душа, и пригласил на свидание! Сказал, что если я сегодня пойду с ним погулять, то он мне из Стейтона привезет сумку! Представляете?

Ирма легла на стол и спрятала лицо в руках, и девочки тоже дружно зажали рты ладошками, чтобы не рассмеяться вслух. Только Мари нахмурилась, а я закатила глаза. Леон – замечательный парень, но от романтики далек. Кто же так девушку на свидание зовёт?

– Он просто стеснялся очень и не знал, как тебя заинтересовать, – пробурчала Мариэлла, выдавая несвойственную ребенку мудрость.

Ирма погладила ее по руке.

– Дорогая, ты поймешь, когда вырастешь, что таким образом Леон сам себя в моих глазах унизил. Он как будто заранее расписался в том, что с ним можно пойти погулять только за ценное вознаграждение, – пояснила она снисходительно.

Придётся с Леоном провести беседу. Благо во время поездки в Стейтон времени у нас будет достаточно.

– Но ты оцени мою прозорливость! Помнишь, я говорила, что он в тебя влюблен. Я в таких делах никогда не ошибаюсь, – с гордостью вставила Сиби и развернулась ко мне всем телом вместе со стулом. – А вы что с его высочеством решили? Тайно пожениться, наверное, а свадьбу через год сыграть?

Я округлила глаза.

– Предки с тобой! Даже в мыслях не держали! Куда нам спешить?! И зачем?! – выпалила.

Сибилла многозначительно усмехнулась, покосилась на Мари, но все же выдала:

– Тебе, может, и некуда, а у Карсиана там... – подруга опустила взгляд под стол, – уже дымится все, а за год сгорит дотла. Ты не забывай, с кем связалась, Тея. Его высочество – это тебе не заучка Леон. Год воздержания его не устроит.

К моим щекам прилил жар. А ведь подруга права! Карсиан никогда не испытывал недостатка в женском внимании, но теперь он, пусть и не официально, но связал себя со мной. И как он собирается обходиться без женской ласки целый год? А если он и не собирается? У меня даже горло спазмом перехватило от таких мыслей. Но готова ли я, будучи замужем, проводить с ним ночи? А готова ли позволить ему проводить ночи с другими женщинами?

Я, честно говоря, растерялась и не знала, что на это ответить, а подруги уставились на меня с огромным интересом, всем своим видом показывая, что ни за что не отстанут.

– Студентка Алтея Бузинская, вас вызывает ректор, – внезапно раздался на всю столовую голос тетушки Ирмы – бессменного секретаря главы академии.

Мне бы по-хорошему испугаться, встревожиться, но я обрадовалась и поспешно вскочила со стула.

– Очень интересно, что ему от меня надо… Мари, оставайся, встретимся на лекции, – протараторила я и чинно отправилась к выходу из столовой.

Девушки моего положения никогда никуда не бегут, мы даже на спортивных занятиях грациозно переставляем ноги и следим, чтобы волосы подпрыгивали красиво, лицо сохраняло приветливое выражение с едва заметной улыбкой, а на пот чтобы даже намека не было. Так что у меня имелось время подумать и прийти к выводу, что вызов этот очень странный. Все зачеты я сдала, а наше с Мари взаимодействие курировал Тристан, и он поставил нам высокую оценку. Я не прогуливала занятия, не устраивала митингов, да и ректор знает, что я невеста наследника, а помолвка отложена исключительно из-за траура.

Тревога закралась в душу холодной змеей и заворочалась в районе солнечного сплетения. Что-то случилось с кем-то из моих близких?! Карсиан пропадал во дворце, мы с ним только на коротких собраниях клуба в последние дни и виделись. Из-за хороших новостей ректор не стал бы сам утруждаться, а вот из-за дурных… Их ректор доносит лично.

Я наплевала на приличия и прибавила шаг. В приемную ректора влетела, немного запыхавшись.

– Проходите, Алтея, ректор вас ждет, – сказала госпожа Воланская, и я скользнула в кабинет.

– А, это вы, студентка Бузинская! Наконец-то! Жду вас в надежде на помощь с решением одной загадки. Сегодня я обнаружил у двери своего кабинета странную посылку. Из Стейтона. Думал, что это какие-нибудь интересные материалы от наших новых друзей, которые, к сожалению, совсем мало у нас преподавали. Распечатал, а оказалось, это для вас. Не подскажете, почему ее принесли в мою приемную, а не к вам домой?

– Удивлена не меньше вашего, ректор, – пролепетала я. – А что там?

– Стейтонская газета с неприятными новостями и несколько рисунков со странными подписями.

– А почему вы решили, что это мне?

– А там ваше имя. Подойдите полюбуйтесь, – подозвал ректор, махнув рукой на небольшой деревянный ящик, стоявший на чайном столике.

По моему позвоночнику пробежал холодок липкого страха, потому что посылку из Стейтона мне мог прислать только один человек. И почему он прислал ее не домой, а в академию – тоже ясно как день. Ко мне домой она шла бы через все обязательные проверки очень долго. И то не факт, что дошла бы невредимой. А в академию ее отправили по установленному недавно каналу обмена учебной информацией с проверкой вне очереди, а если посылка для ректора, то и проводится она бережнее.

На негнущихся ногах я подошла к ящику и заглянула внутрь. На меня смотрели черно-белые портреты Майкла и Хермана. Над ними крупный заголовок: «Государственные изменники ждут приговора в тюрьме». Я моргнула недоуменно и вытащила газету. Развернула и прочитала короткую статью о том, что бывший глава службы безопасности и бывший идеолог Стейтона проявили халатность во время ответственной командировки в империю, нарушили правила культа и в целом разочаровали Хиллар...

Выходит, мальчишник им все равно аукнулся, но настоящий Майкл знал, кто на самом деле в бедах его тела виноват, поэтому написал мне.

Я отложила газету и снова заглянула в ящик – там лежали сложенные вдвое белые листы. Вытащила все, развернула первый, и сердце пропустило удар – на рисунке был мастерски изображён кинжал. Я лишь мельком видела «Последнюю надежду» и так с ходу бы его не узнала, но Майкл рисунок подписал...

«Теперь мой черёд на Последнюю надежду, Алтея Бузинская. Или Ридж?» – было выведено печатными буквами внизу страницы.

На другом листке был нарисован парящий в небе дракон, на следующем – гроб с каким-то тощим покойником внутри, на последнем – чудовище, похожее на Хиллар из моего видения. Майкл этим самым хотел сказать, что есть несколько кинжалов Последней надежды, и он собирается воспользоваться одним из них? А о чем говорят дракон, вампир и магофаг? Он явно хочет меня запугать и специально нагоняет жути!

– Ректор, я не знаю, зачем мне это прислали, клянусь. Но можно я заберу посылку? – спросила я, решительно отвернувшись от чайного столика. – Хочу показать ее Карсиану. Может, он эту шараду разгадает.

– Посылка проверена и носит только информативный характер, так что я не против. Забирай и передай своим друзьям по переписке из Стейтона, что это был первый и последний раз. Я вам не почтальон, – проворчал ректор.

Он явно подумал, что я с кем-то в Стейтоне переписываюсь и мы нашли хитрую возможность ускорять доставку посланий.

– Передам! Спасибо!

Я подхватила ящик и поспешила покинуть кабинет, но в коридоре остановилась, чтобы отправить Карсиану и Мариэлле сообщения. Ей, чтобы не волновалась, а ему, чтобы срочно явился в свои академические апартаменты. На лекцию не пошла – отправилась прямиком в наш элитный корпус.

Поднялась сразу к Карсиану – на собраниях мы встречались у него. Поставила ящик на комод, вытащила содержимое и разложила на столе. Еще раз все внимательно рассмотрела и по-прежнему не поняла, зачем Ридж прислал мне изображения дракона, вампира и магофага. Про клинок догадки имелись. Майкл далеко не дурак и, наверное, смог как-то узнать, что перенесло его в прошлое. Глупо надеяться, что о Последней надежде никто, кроме моего отца, не знал. А вдруг Майкл пытается сказать, что существует три клинка? Один был у нас – клинок дракона. А еще два – клинки вампира и магофага?

В апартаменты вошел Карсиан.

– Что случилось? – спросил он.

Я поддалась порыву и сделала к нему два быстрых шага, но, увидев его хмурое лицо, остановилась. Все дни я говорила себе, что он немного отдалился из-за скорби, но сейчас мне вдруг показалось, что дело совсем в другом.

– А у тебя? – спросила тихо.

Карсиан вздохнул и, преодолев остававшееся между нами расстояние, обнял меня и прижал к себе.

– Следователи утверждают, что мать умерла от медленного магического истощения. На ней обнаружили серьги, браслет и подвеску с амчарами. Никто из монастырских не имеет понятия, откуда они у нее взялись и как долго она их носила. У нее не было посетителей.

Я потерлась щекой о грудь Карсиана.

– Тебя пустили туда?

– Да, но я тоже ничего не смог найти. У меня стойкое ощущение, что украшения на нее надели после того, как иссушили, но как паучиха смогла попасть в тщательно охраняемый монастырь? И где взяла амчары? Голова пухнет от всех этих мыслей. Прости. А у тебя что?

Я нехотя выпуталась из объятий Карсиана и подошла к столу, подняла газету.

– Майкл. Настоящий Майкл прислал ректору посылку для меня. В ней он сообщает, что Риджа и Баму закрыли в тюрьме по обвинению в госизмене. Подозреваю, что паучиха осталась недовольна их работой в империи и без всякой жалости вышвырнула из своей свиты. Разумеется, Майкл быстро сложил два и два. В своих бедах он обвиняет меня и угрожает. Но я не могу понять чем. Он прислал четыре рисунка.

Карсиан нахмурился. Подошел к столу и уставился на разложенные листы.

– Похоже, первым делом надо искать этого… как его… Мартана Джордана, – задумчиво протянул Карсиан. – А отца твоего одного в колонию отпускать нельзя. Опасно.

Как он пришел к этим выводам – не знаю, но на счет отца была полностью с Карсианом согласна.

– Давай тогда собрание устроим у нас дома или во дворце? А то боюсь, если отец явится в академию, это будет выглядеть подозрительно.

– Давай у тебя дома в пять. Предупреди отца, а я остальным сообщу, – кивнул его высочество и глянул на часы.

Я понимала, что на Карсиана свалилось много дел. Император совсем расклеился. Он винил себя, что не смог закрыть глаза на измены жены и сослал ее в монастырь, жалел, что вообще ее когда-то встретил, порывался стереть себе память, и все в этом духе. Его высочеству пришлось взять бразды правления империей в свои руки и одновременно с этим постараться сместить первого советника. По-хорошему, нам уезжать сейчас не время, но Карсиан уверял, что до отъезда управится. Однако у меня на душе все равно было как-то нехорошо, мне казалось, что Карсиан от меня отдалился и старается избегать.

– Да, давай. До встречи у меня, – сказала я, тщательно скрыв свои эмоции и тоже демонстративно посмотрела на часы. – Хорошо, что ты так быстро смог прийти – я еще успеваю на лекцию.

Карсиан махнул рукой на прощание и первым вышел из своих апартаментов. Я поспешила следом, ругая себя последними словами. Ну что за дурочка, а? Влюбилась-таки, хотя делать этого не стоило. Столько по-настоящему крупных и сложных проблем, а я себе на ровном месте нашла дополнительные и теперь кусаю губы, чтобы не разреветься.

Вышла из корпуса и пошатнулась от внезапно накрывшего меня видения.

Незнакомое серое здание с решетками на окнах огорожено высоким забором с вышками, в которых дежурят охранники. У ворот стоят двое: толстяк средних лет и худая невысокая девушка... Нет, не просто девушка, а Дениза! Моложе, чем я ее помню, и с другой прической, но точно она. Ворота открываются, и они входят на территорию тюрьмы.

Все. Видение схлынуло, и перед глазами опять появился академический парк около нашего корпуса. Пару недель у меня не было видений, и вдруг случилось. Это либо потому, что Мари далеко, либо потому, что посещение Майклом из будущего Майкла нынешнего – очень важное событие, о котором мне необходимо знать. То, что Ридж находится в ком-то из этой парочки, я теперь не сомневалась.

Глава 2

Карсиан

Еще недавно я был преисполнен уверенностью в себе, считал себя очень умным, опытным и практически всесильным. Но когда неприятности свалились все разом, стал подозревать, что свои достоинства я несколько преувеличивал.

Во-первых, девушка, которая мне очень нравилась и которую я уже мечтал назвать своей женой, очень даже обрадовалась тому, что помолвку пришлось отложить на год. Разумеется, я не собирался принуждать к свадьбе ту, которая меня не любит, поэтому всеми силами теперь придерживал коней.

Во-вторых, я не мог разорваться на нескольких Карсианов, чтобы успевать везде и сразу. И учиться в академии, и поддерживать отца, и заниматься расследованием загадочной смерти матери, и перехватить власть из рук первого советника, и принимать контрмеры против пропаганды Стейтона. А еще мне необходимо было покинуть Империю, чтобы выяснить все про магофагов и клинок, который способен возвращать в прошлое. И найти тело, в которое вселился муж Алтеи. Вроде бы на этом всё, но это не точно.

– Хорош тот руководитель, который сумел правильно делегировать свои обязанности подчиненным, – сказал вчера Тристан.

И вот все утро, пока Алтея не вызвала меня срочной запиской, я пытался понять, кому и что я могу делегировать. Выходило так себе. Но когда я вернулся во дворец с новой информацией, то понял, что у меня нет другого выхода, кроме как принять жёсткие и где-то даже крайние меры.

Я срочно вызвал во дворец отца и деда Тристана. Мой дед и дед Тристана – родные братья, отцы – двоюродные, а мы – троюродные. Однако мы с Тристаном как родные, а вот наши отцы никогда близки не были. Деды же просто терпеть друг друга не могли. Но при всем этом я Великим герцогам Вольным доверял. Как бы они ни относились к императору, а любовь к родине у них в крови, и за ее свободу от Стейтона они бы, не задумываясь, жизни отдали. К тому же ко мне они всегда хорошо относились и нашу дружбу с Тристаном искренне уважали.

Тристана я тоже, конечно, позвал. Вольные явились в мой кабинет все разом.

– Дорогие родственники, я никак не могу обойтись без вашей помощи, – угрюмо сказал я, поднимаясь им навстречу. – Ситуация такова, что мне на некоторое время нужно будет покинуть империю, но в сложившихся обстоятельствах ее никак нельзя оставлять без присмотра. Поэтому вас, дядюшка, я попрошу занять место первого советника Магнуса Нигматуна, а вас, дедушка, место моего отца. Под личинами. Их я буду вынужден временно изолировать. До тех пор, пока не вернусь и не смогу заняться делами сам.

Старшие Вольные были осведомлены о текущей обстановке только в общих чертах, поэтому недоуменно переглянулись. Сближение со Стейтоном они не одобряли и поэтому были моим отцом (а по факту – первым советником) от двора технично отдалены, а тут вдруг такое.

– Ты решил узурпировать власть, Карсиан? – проскрипел дед – герцог Дормидонт Вольный.

– Давно пора, ваше высочество, – одобрил герцог Мортимир Вольный.

– Не совсем, – возразил я. – Просто сейчас очень важный, можно сказать, переломный момент, и я не могу допустить, чтобы история пошла по ее первоначальному сценарию. Присаживайтесь, мы введем вас в курс дела.

Когда родственники расселись в кресла, мы с Тристаном рассказали все то, что узнали от Алтеи, о грозящей империи катастрофе и всех событиях, которые произошли после того, как она переместилась из будущего и мы принялись менять историю.

– Да уж, дела-а… – протянул дед Дормидонт. – Придется тряхнуть стариной. Но ты должен понимать риски. У нас с твоим отцом хоть и одна кровь, но мы очень разные. Личина, конечно, встанет хорошо, но подданные все равно увидят изменения в характере и поведении «императора». Боюсь, я и раньше был паршивым актером, а к старости и вовсе никуда не гожусь.

– Это не страшно. Спишем на скорбь, – успокоил я.

– А от меня, как я понимаю, требуется публично подставить Нигматуна и оправдать его заключение под стражу? – догадался дядька.

– И потом присоединиться к вашему отцу,– кивнул я. – Якобы император приблизил двоюродного брата после смерти жены и предательства советника. Уверен, что вместе вы справитесь, и мне не придется переживать за империю, пока мы разбираемся с паучихой.

– Горжусь тобой, брат. Вот теперь ты принимаешь достойные великого императора решения, – хлопнув меня по плечу, заявил Тристан. – Когда начинаем действовать? Мне потребуется около трех часов и кровь исходников для создание оборотных сывороток для двух личин.

– Действовать начинаем немедленно. У нас еще сегодня в пять собрание в доме Бузинских. Отца приведу в лабораторию через полчаса. Останется только первого советника выловить.

– О, доверь это дело мне, Карсиан, – с предвкушением потер руки дядя Морти.

У него к первому советнику имелись личные счеты, а еще и прекрасно подходившая для таких операций магия – все Вольные владели мощным целительским даром с боевом уклоном.

Глава 3

Где-то в Стейтоне

– Поклянись на артефакте, что вернешь мне мое тело! – потребовала Дениза, надвигаясь на Майкла с клятвенным браслетом наперевес.

Ей надоело беспрекословно слушаться его приказов, наблюдать, как он плохо прочесывает ее волосы и в целом отвратительно обращается с ее телом. Вчера он сожрал три сдобные булки и положил в чай пять ложек сахара! Дениза всерьез опасалась, что такими темпами вскоре не влезет ни в одно свое платье.

Поход в тюрьму к Майклу из этого времени, на который они потратили кучу денег коротышки Билли, стал последней каплей, поэтому Дениза вытащила из тайника все свои сбережения, купила артефакт и решила действовать. Все же сейчас она крупнее и сильнее, чем ее хрупкое тело, которое нагло оккупировал ее любовник.

Но вообще Дениза очень жалела, что в прошлом была неразборчива в связях. Как выяснилось, всему виной было то, что она делила постель и с Майклом, и с Билли... Хотя с Билли вообще-то был стол и диван в гримерке, но не суть! Не спала бы она с этими двумя мужчинами – жила бы себе в своем собственном прекрасном теле и горя не знала.

– Ты напилась, что ли? – спросил Майкл жеманным женским голосом, совершенно не испугавшись неумолимо надвигавшегося на него толстяка.

От любовницы, ныне прозябавшей в отвратительно-бесформенном мужском теле, он планировал избавиться уже сегодня вечером. Свою задачу она выполнила – роль Билли отыграла безупречно. Продала все его имущество и добилась свидания с Майклом, томившимся в тюрьме. Его самого в теле профурсетки из кабаре ни за что бы к политическому заключённому не пустили, сколь много денег ни предложи.

– Даже не думала напиваться, – пробасил толстяк. – Я знаю тебя, Майкл, и уверена, что ты меня предашь, поэтому сейчас надену на тебя этот браслет, и ты мне еще раз повторишь свое обещание и поклянешься, что на самом деле знаешь, как это сделать.

Конечно же, Майкл знал, иначе бы в тюрьму к своему телу не пошел. Оно ему нравилось, и он хотел его занять. Для этого было неоходимо подсказать себе прошлому, что делать, чтобы жизнь сохранить. А тем временем добыть кинжал древнего демона под названием «Последняя надежда» и вернуться, чтобы место в теле себе освободить.

– Не глупи, Дениза! – рявкнул Майкл, но получилось все равно пискляво. – Клянусь, что не соврал!

Про древние мощные артефакты ушедших рас Майкл узнал совершенно случайно примерно год назад. Вернее, узнает примерно через четыре года. Когда получит в подарок от Хиллар особняк Бузинских в свое полное распоряжение. Жене он об этом не сказал – хотел сделать ей сюрприз на очередную годовщину. Как можно более унизительный. Майкл хотел разобрать дом по камушку и построить вместо него элитный бордель. Или, может, роскошный современный дом. И подарить его любовнице. Он не до конца определился, как побольнее уязвить заносчивую аристократку, поэтому не спешил.

Чем дольше они жили, тем сильнее он ненавидел жену. Она его страшно раздражала и одним своим видом заставляла чувствовать безродным дворнягой.

Так вот, когда Майкл обшаривал родовой дом жены с поисковым артефактом (аристократишки часто прятали клады, и Майкл не хотел случайно уничтожить какую-то ценность), он действительно наткнулся на тайник. К сожалению, в нем был только старинный дневник в кожаном переплете, принадлежавший далекому предку жены. И вот в нем Майкл нашёл зарисовки и прочитал про Последние надежды, которых существовало всего три штуки и все они работали по-разному. Майкл думал, что один кинжал переносит в прошлое тело того, кого им пронзят. Второй способен перенести душу в будущее. А третий – тот самый, который и нужен ему – давал возможность переселить свою душу в любое тело в настоящем.

Но теперь Майкл уже не был так уверен в своей правоте. Если Последняя надежда перенесла сюда и Алтею, и Денизу, то, может быть, они работают иначе.

От этого он пока отмахнулся. Он всё равно хотел найти хоть один кинжал Последней надежды и воспользоваться им по обстоятельствам. Денизе он ляпнул, что вернет ей тело, просто чтобы заставить ее слушаться и во всём помогать. Но, конечно же, зря рисковать и вообще с ней возиться не собирался.

Однако Майкл крупно просчитался, когда подумал, что его любовница даже в теле толстяка – хрупкая барышня.

– Это ты не глупи, Майкл, и просто дай мне руку, – потребовал толстяк.

Майкл разозлился и ринулся на жирную тушу, полагая, что эффект неожиданности и напор сыграют в его пользу. Но жестоко ошибся. Вопреки объёмным габаритам, Дениза ловко отпрыгнула в сторону, размахнулась и отвесила ему смачную затрещину. В ушах зазвенело, и Майкл пошатнулся. Этого хватило, чтобы любовница застегнула браслет на его руке.