Текст книги "Феечка (ЛП)"

Автор книги: С. И. Вендел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)

34

Валлеку план с самого начала не нравился, но отступать было поздно. Он стоял на извилистой песчаной косе в узком горле залива Дайфан. Позади лежали орочьи земли, впереди – Фэйрилэнд. В мелководье покачивалась дюжина кораблей фэйри. Его собственные суда, пришедшие с Мыса, замерли на песке за спиной. Команды оставались на постах на случай беды, но основная часть берсерков уже выстроилась в боевой порядок.

Где-то среди них была и Аста, охранявшая угрюмую Лейту. Спрятанная под мороком, наследница фэйри все еще оставалась в кандалах: за четыре дня после поимки она так и не прониклась планом Равенны. Не то чтобы та не пыталась. Его пара пускала в ход все: лесть, уговоры, ласку и угрозы – лишь бы переманить беглянку на свою сторону.

Валлек в глубине души сочувствовал женщине. Было ясно, что она не желает иметь ничего общего ни с Амарантой, погубившей ее род, ни с Фэйрилэндом, и винить ее в этом не получалось. Из тех крох, что Равенне удалось выудить, следовало, что Лейта почти пятьсот лет скиталась в одиночестве, деля путь лишь со своим единорогом.

И все же Валлек не побрезговал использовать ее как приманку. Она должна была выманить Амаранту: даже под мороком ее магия разносилась по ветру. Это должно было отвлечь внимание от сил самой Равенны, чья магия, по ее словам, отличалась от чистокровных фэйри и была для них слишком заметна. Даже с учетом того, что вдали от родных земель чувства захватчиков притупляются.

Возможно, так оно и было, но Валлек все равно сомневался в успехе.

Перед тем как встать на стражу у Лейты, Аста взяла небольшой плот. Только она и Равенна. Сестра помогла Равенне спрятаться где-то на косе, а затем вернулась. Одна.

Даже Валлек не знал, где затаилась его пара.

– Так лучше, – рассудила Равенна. – Ты не выдашь меня, если сам ничего не знаешь.

Он был достаточно честен с собой, чтобы признать: намек на то, что он может выдать ее местонахождение, его задел. Но злиться на нее было куда проще, чем поддаваться сосущему чувству тревоги.

Любые планы хороши ровно до того момента, пока они не летят к чертям при встрече с врагом.

А враг был впечатляющим.

Валлек никогда не видел Королеву Фэйри воочию – только на барельефах да в легендах. Равенна предупреждала, что лицо королевы – ложь, такой же морок, какой использовала его пара, чтобы сойти за человека.

И все же он оказался не готов к зрелищу: Амаранта скользила по песку навстречу ему. Распущенные волосы ложились на спину мягкими белыми кольцами, почти касаясь босых ног. Одеяния из тончайшего бледно-голубого бархата и шелка облегали хрупкие плечи, подчеркивая изящную фигуру. Бледные ладони, похожие на крылья спящих голубей, были чинно сложены перед собой; розовые ногти переходили в элегантные когти. С длинной грациозной шеей, вразлет очерченными бровями и маленьким ртом она напоминала экзотическую певчую птицу. Позади колыхались полы платья, а радужные крылья переливались опалом в лучах полуденного солнца.

Ее красота была неземной и пугающей – и коварной. Даже не будучи фэйри, Валлек чувствовал мощь, исходящую от Амаранты. Она ступала по песку, почти не оставляя следов. Маленькая, бледная и абсолютно смертоносная. Ее облик был прекрасен, как клинок лучшей закалки, и столь же опасен.

Впрочем, эффект портило властное, ледяное выражение лица.

Она остановилась шагах в пяти, в сопровождении двух воинов. Валлек приветственно кивнул, в то время как Маттиас справа склонился в глубоком поклоне.

Никто из фэйри не шелохнулся. Воины замерли безмолвными часовыми, устремив темные глаза вперед. Валлека нервировала их неподвижность: они казались бездушными марионетками, ждущими команды.

– Ваше Величество, – произнес Валлек на фейрилендском. – Спасибо, что согласились на встречу.

– Фэйрилэнд страдает без своей королевы, так что будем кратки. – Ее глаза, черные, как ночное небо, с индиговыми радужками, скользнули по его отрядам.

– Я бы не стал беспокоить вас, не будь дело важным. – Пользуясь предлогом взглянуть на Маттиаса, Валлек обшарил взглядом косу в поисках Равенны. Здесь было несколько валунов, обросших ракушками, и выступ мертвого коралла, но ни одно место не казалось надежным укрытием.

Ему оставалось только верить, что она нанесет удар вовремя. Они часами обсуждали план: Валлек должен был выманить Амаранту как можно дальше от свиты. Отвлечь ее обещаниями, заставить сосредоточиться на возможности схватить Равенну или Лейту, и в тот миг, когда она поверит в свой триумф, вырвать его из рук.

В теории план звучал поэтично, но здесь, чувствуя песок под сапогами и встречая ледяной взгляд королевы, Валлек мог лишь молиться, чтобы чутье и рука его пары не дрогнули.

– Летом вы разослали гонцов в прибрежные деревни. Предупреждали о преступнице-полукровке.

Темные глаза сверкнули интересом, и Валлеку показалось, что на лице королевы промелькнуло самодовольство. Письмо, которое составила Эйдис, не утверждало прямо, что у них есть сведения о беглянке, но Королева Фэйри, должно быть, догадывалась. Иначе она не явилась бы лично.

Если бы Валлек искал кого-то столь ценного, он бы тоже не доверил это дело другим.

То, что он согласился привести свою пару прямо в лапы к той, кто желал ей смерти, не давало ему покоя. Прошлой ночью он долго лежал без сна, размышляя над этой дилеммой.

– Было такое, – подтвердила Амаранта. Она снова окинула взглядом ряды берсерков. – Передать доброе предостережение соседям казалось мне правильным.

– Разумеется. Это заставило меня задуматься о безопасности наших границ… и о том, не пора ли пересмотреть условия нашего соседства.

Одна из ее бровей едва заметно приподнялась.

– И подорвать вековые традиции и добрую волю? Сомневаюсь.

– Раз на моих землях объявилось столько беглых фэйри, надеюсь, вы передумаете. У меня тоже есть королевство и народ, о которых нужно заботиться.

В ее взгляде стало меньше высокомерия, она пристально всматривалась в лицо Валлека. Он замер, почувствовав, как по ногам поползли невидимые щупальца магии.

Откашлявшись, он переступил с ноги на ногу, заставляя чары рассеяться.

– Она у тебя? – выдохнула Амаранта.

– Я этого не говорил.

– Ты вообще мало что сказал по делу. У меня нет времени на игры, Король Орков.

– Но вы так мудры и прожили столько лет, – парировал Валлек с дерзкой ухмылкой. – Я принял ваше предостережение близко к сердцу и обыскал свои земли. Я не нашел никого, кто подходил бы под описание ваших гонцов. Та, что у меня, белокожа… прямо как вы.

Воздух вокруг внезапно застыл. Волны перестали биться о берег, ветер стих. Морские птицы замерли в небе, и песок под его сапогом не издал ни звука, когда он шевельнулся.

– Невозможно. – Ее голос донесся словно издалека, глубокий и страшный. – Ты лжешь.

– Лгать было бы «не по-соседски», – ответил он. – Клянусь честью, я говорю правду.

– Приведи ее ко мне.

Валлек покладисто кивнул и отступил в сторону, указывая рукой назад.

– Пойдемте в мой лагерь, и я передам ее вам.

– Нет. Живо веди ее сюда.

– Уверен, вы понимаете, почему я не могу этого сделать. Не раньше, чем мы договоримся о некоторых взаимных гарантиях.

На его открытую улыбку она ответила злобным оскалом. Оскалив жемчужные клыки, Амаранта прошипела:

– Ты выдашь ее мне, орк. Сейчас же.

– Разумеется. Она ваша – в моем лагере.

– Ты за идиотку меня держишь? – выплюнула она.

– Никто, просидевший на троне так долго, как вы, не может быть идиотом.

– Пожалуй, ты на своем сидишь недостаточно долго.

Сделав угрожающий шаг вперед, Королева Фэйри приказала своим жутким голосом:

– Ты играешь с силами, которые твой смертный разум не в силах постичь. Выдай ее сейчас же, или я призову прилив, и вы все утонете.

Валлек вскинул пустые ладони. Проклятье, он не хотел подставлять Лейту так близко к акульей пасти, но…

Песок взметнулся в неподвижный воздух, валун внезапно ожил. В мгновение ока камень обернулся тканью – синей тканью, хлопающей за спиной яростной, решительной полукровки.

Равенна прыгнула, целя кинжалом прямо в сердце Амаранты.

Магия обвилась вокруг лодыжек Валлека, выбивая почву из-под ног. Он рухнул на спину как раз вовремя, чтобы увидеть, как невидимый магический удар настиг Равенну. Хрип вырвался из ее легких, и ее отбросило назад; кинжал со звоном заскользил по песку.

– Предатели! – взвизгнула Амаранта.

– СЕЙЧАС! – взревел Валлек.

Маттиас бросился на его защиту, берсерки разразились яростным боевым кличем. Песок под спиной Валлека содрогнулся, когда он выхватил Гормхим из-за пояса.

Он не хотел решать дело силой, но теперь выбора не было.

Высвободив ноги, он схватил протянутую руку Маттиаса и вскочил. Воины фэйри хлынули по косе, смыкаясь вокруг Амаранты, пока его берсерки неслись им навстречу.

Снова промелькнула темная тень: Равенна возобновила атаку. Сердце Валлека ушло в пятки, когда он увидел, как она бросилась на стену из доспехов и плоти, прикрывавшую королеву. Она кидалась на них в безумстве, скаля клыки.

Валлек покрепче сжал Гормхим и пошел в атаку.

Будучи меньше, но быстрее, Равенна лавировала между воинами, двигаясь стремительнее блеска стали. Она выхватила из-за пояса кандалы, и на миг в душе Валлека вспыхнула надежда: он увидел, как она тянется к руке Амаранты.

Равенна пропустила удар: когти Амаранты полоснули ее по груди, но она не отступила, отчаянно пытаясь защелкнуть замок на запястье королевы.

Ужасающий визг разорвал воздух, за ним последовала мощная магическая волна. От этого удара Валлек рухнул на колени.

Схватив Равенну за руку, Амаранта сжала ее так сильно, что железо выпало из пальцев полукровки.

Равенна издала жалобный звук, пробудивший в Валлеке зверя.

К ней! Добраться до моей пары.

Вскочив с песка, Валлек обрушил Гормхим на кучу малу из фэйри. По меньшей мере три меча взметнулись, чтобы перехватить лезвие топора; руки врагов дрожали под тяжестью его удара. Он пер вперед, используя свой рост и вес, охваченный единственной мыслью: схватить жену и отступить.

Ничто не имело значения, кроме ее жизни.

До него доносились звуки схватки: берсерки врезались в строй противника.

– Валлек! – крикнул Маттиас, но было поздно.

Воины фэйри окружили его, отрезав от своих вместе с Равенной и Амарантой. Его пара не сдавалась, вцепившись в лицо королевы, словно дикая кошка, даже когда та заламывала ей руку, грозя сломать кость.

Ослепленная яростью, Равенна не слышала, как он звал ее по имени.

– К королю!

– Защитить короля!

Берсерки бились о стену фэйри, но, несмотря на всю их силу, строй врага держался.

Валлек взмахнул Гормхимом, отбрасывая троих и уворачиваясь от удара четвертого. Воины кружили вокруг него, как львы перед прыжком, но Валлек лишь скалил клыки.

Они кинулись на него разом. Пришлось вращать топором с бешеной скоростью, просто чтобы не подпустить их. Он танцевал на песке, уворачиваясь и разя любого, кто подходил близко, выигрывая время.

Развернувшись в очередной раз, он увидел Равенну и Амаранту, сошедшихся в странном поединке. Хлысты магии взбивали песок, женщины боролись за кандалы. Королева впилась когтями в бицепс Равенны.

В глазах Валлека все поплыло от ярости, когда капли крови его жены упали на песок.

Он взревел и бросился вперед. Удар по спине обжег кожу, но он его почти не почувствовал.

Ноги несли его к ней. Фэйри висли на спине, хватали за руки, но он продолжал бежать.

Он почти дорвался до нее, когда шестеро врагов все же повалили его. Колени подогнулись, Гормхим вылетел из рук.

– Довольно! – прорычала Королева Фэйри, хватая Равенну за горло и отшвыривая прочь.

Его пара упала к его ногам, рукав ее платья промок от крови.

Фэйри смыкали кольцо. Равенна подняла на него полные ужаса глаза.

Мы проиграли.

– Взять их! – приказала Амаранта.

Нет.

Собрав всю мощь берсерка, Валлек обхватил Равенну за талию. Сбросив с себя облепивших его врагов, он сделал два рывка и швырнул ее по воздуху – через головы фэйри, прямо в руки своих воинов.

– Валлек!

– Отступайте! – проорал он. – Назад!

Шипение обожгло ухо: на него навалились новые враги. Следом раздался щелчок закрывающегося железа. Холод обжег руку, тело вмиг стало слабым и тяжелым. Ярость угасла, багровая пелена спала с глаз.

Он боролся с пятью, шестью, седьмым фэйри… Они придавили его к земле, когда второе кольцо защелкнулось на другом запястье.

К горлу подкатила тошнота: зачарованный металл высасывал силы. Он еще скалил клыки, не желая сдаваться, но грудь едва вздымалась под весом навалившихся тел.

– На корабли. Его – с нами! – скомандовала королева.

Перед глазами все поплыло, когда его потащили по песку.

Он знал, что должен бояться, но разум сквозь туман не мог сосредоточиться на страхе.

Она в безопасности. Только это важно.

Собрав остатки сил, он выкрикнул в последний раз:

– ОТСТУПАЙТЕ!

35

– НЕТ! Нет, разворачивайтесь, мы должны вернуться! Валлек!

Равенна бросилась на резной форштевень лодки, собираясь прыгнуть в бурлящее мелководье. Тяжелая рука перехватила ее за спинку кирасы и швырнула на дно лодки, к ногам первого гребца. Она больно ударилась, но тут же вскочила, цепляясь за планширь. Равенна точно оказалась бы за бортом, если бы та же рука не втащила ее обратно.

Окованный железом сапог Асты придавил ее грудь к настилу.

– Лежи, – рыкнула орчанка.

Она была в крови и поту, мощные мышцы перекатывались под кожей, пока она налегала на весла в такт остальным гребцам. Лицо ее превратилось в суровую маску.

– Нужно вернуться! – закричала Равенна.

Она извивалась под сапогом Асты, царапалась и билась, отчаянно пытаясь вырваться. Назад, к нему.

– Мы не можем его оставить! Не можем… не можем…

Ей удалось на миг выглянуть за борт. На другом краю узкого пролива паруса кораблей Амаранты поймали ветер – флот фэйри стремительно уходил на север, к Фаллориану. В погоню пустились по меньшей мере шесть орочьих судов – быстроходных драккаров, разрезавших волны. Они преследовали Амаранту, словно стая морских хищников, но этого было мало. Равенне нужно было быть там, чтобы самой настигнуть старую ведьму. Ей нужно было забрать своего азаи, она должна была все исправить.

– Аста!..

– Нет. – Орчанка оскалилась, чего никогда не позволяла себе раньше. Обнажив клыки в гримасе боли, она выдохнула: – Я обещала ему. Не делай еще хуже.

Равенна не думала, что это возможно, но сердце заболело еще сильнее при виде страданий Асты. По лицу Равенны текли слезы, хотя от шока она не могла даже разрыдаться. Она не желала сидеть смирно, не желала, чтобы ее увозили в безопасность, пока ее муж в руках врага. И все из-за нее.

В поисках любого выхода, любого способа заставить Асту развернуть лодку, Равенна наткнулась взглядом на Лейту. Та забилась в соседний проход между скамьями и смотрела на нее из глубины капюшона. Эти темные глаза, так похожие на глаза Амаранты, глядели с жалостью.

Равенна отвернулась – этот взгляд был невыносим.

Что бы она ни делала, Аста оставалась глуха. Вскоре лодку скрежетнуло о песок южного берега пролива. Аста и горстка орков выпрыгнули в воду; воины вытащили судно выше на берег, а Аста рывком подняла Равенну и Лейту.

Лейта шла покорно. Равенна сопротивлялась.

– Отпусти… Аста… я должна… пожалуйста!..

Но орчанка была безжалостна. Она потащила их вверх по склону к поросшим травой холмам, где еще вчера стоял их лагерь.

Оказавшись на вершине, Равенна уперлась ногами в землю, отчаянно пытаясь разглядеть, что происходит на воде.

Другие воины тоже замерли на подъеме, прикрывая ладонями глаза от солнца. Послышался тревожный ропот: орочьи лодки почти настигли суда фэйри, но внезапно огромная волна ударила по преследователям, разметав их. Большинство судов отбросило назад, и они удержались на плаву, но два начали опасно крениться.

Общий стон вырвался у берсерков, когда два корабля перевернулись. Несколько воинов бросились обратно к берегу, чтобы помочь товарищам.

Равенна попыталась побежать за ними, но Аста мертвой хваткой вцепилась в нее.

– Я должна помочь ему! – взвыла она. – Это моя вина, Аста, это все я!

Сколько бы она ни прожила, она никогда не забудет, как десяток воинов фэйри навалились на Валлека, чтобы скрутить его. Никогда не забудет его взгляд, когда он упал на песок. В его глазах застыло поражение, смешанное с такой мрачной решимостью, что у нее кровь стыла в жилах.

Равенна до последнего не верила в то, что он сделал, даже когда летела по воздуху. Только при падении на чьи-то руки реальность окончательно протрезвила ее.

Он выбросил ее в безопасное место.

Он принес себя в жертву.

Этому не бывать.

Это была битва Равенны, ошибка Равенны. Если кого и должны были схватить или убить, то ее.

Она кричала об этом Асте, пытаясь заставить ту понять, отпустить ее.

– Это должна быть я… пусть она заберет меня. Не его, только не его!..

Опасливо косясь на израненных, разъяренных воинов вокруг, Аста притянула Равенну к себе.

– Заткнись, – прошипела она, – и иди живей.

До лагеря Равенну и Лейту скорее тащили, чем вели. Аста тяжело дышала, когда заталкивала их обеих в королевский шатер, подальше от чужих глаз.

Встав у входа, она выглянула наружу; на ее челе залегла тревожная складка.

Равенна попыталась проскочить мимо нее, но на этот раз дорогу преградила Лейта.

Фэйри обхватила ее скованными руками, удерживая на месте.

– Не надо, – прошептала Лейта. – Разве ты их не слышишь?

– Кого? – Равенна не слышала ничего, кроме собственного сердца, которое, казалось, раскалывалось надвое.

– Воинов. Они в ярости. – Лейта посмотрела на нее со всей серьезностью. – Они винят тебя.

Равенна застонала.

– Это моя вина, – твердила она. – Это был мой план, моя месть. Это я должна была там остаться!

Ее слова утонули в шуме, поднявшемся снаружи.

– Аста, выдай нам ее, – произнес глубокий, угрожающий голос за пологом.

– Она выйдет и поговорит с вами позже. Дайте ей прийти в себя.

– Плевать на ее слова. Это ее рук дело. Отдай ее нам.

– Мой брат знал, что делает, – отрезала Аста. – Надежда еще есть. Она скоро пришлет свои условия.

– Нечего ждать. Выдадим девчонку – освободим короля.

– Мой брат не захотел бы…

– Да плевать, чего он хотел! – выкрикнул другой голос.

– Он наш король. Мы не позволим держать его в плену, – добавил третий.

Равенна чувствовала на своей холодной щеке дрожащее дыхание Лейты. Фэйри оттеснила ее глубже в тень шатра. Гнев снаружи нарастал, у входа маячило все больше зеленых фигур.

Аста стояла твердо, преграждая путь.

– Мы что-нибудь придумаем. Перегруппируйтесь и займитесь ранеными.

– Мы уже знаем, что делать. Отдай нам полукровку и…

– Эта полукровка – ваша королева. – Маттиас протиснулся сквозь толпу и встал плечом к плечу с Астой. – Она пара вашего короля. И вы будете это уважать.

Послышалось ворчание, еще несколько минут споров, но в конце концов толпа разошлась. Аста и Маттиас остались у входа, не спеша терять бдительность.

Равенна, увлекая за собой Лейту, подошла к ним.

– Пусть забирают, – сказала она. – Обменяйте меня на него.

– Нужно ждать условий, – хмуро ответила Аста.

– К черту всё! Дайте мне лодку, и я…

– ПРЕКРАТИ! – Аста резко обернулась. Она нависла над Равенной и несчастной Лейтой, обнажив клыки в ярости. – Просто замолчи! План пошел к черту. Всё пошло к черту!

– Я знаю! – выкрикнула Равенна в ответ. – Всё провалилось, и это моя вина! Позволь мне это исправить!

– Я не слишком-то доверяю твоим планам или твоему здравомыслию. Не сейчас.

С тем же успехом Аста могла прямо сказать, что не верит Равенне – именно так прозвучали ее слова. Словно пощечина.

Пощечина, которую Равенна заслужила.

– Прости, – пробормотала она. – Мне так жаль, Аста.

Орчанка шумно выдохнула, раздувая ноздри, и отвернулась.

– Я обещала Валлеку, что сберегу тебя. Его жизнь была для него менее важна, чем твоя – как и для любого азаи. – Когда Аста снова взглянула на нее, ее взгляд был суров. – Мы придумаем, как его вернуть.

Равенна не знала, входит ли она в это «мы».

Она не имела на это права. Не после такого.

Аста снова заняла пост у входа, и Лейта разжала руки.

Фэйри одарила ее очередным жалостным взглядом.

– Амаранта уничтожает всё. Она как чума: бессердечная и неизбежная.

С этими «ободряющими» словами Лейта молча ускользнула в угол шатра, который облюбовала в последние дни.

Оставшись одна посреди шатра, Равенна почувствовала, как задрожали ноги. Она рухнула на землю. Силы покинули ее вместе с уверенностью и решимостью, растекаясь по утоптанному полу.

Судьбы, что же я наделала?

Ужас ледяным осколком засел в сердце. Как она могла поверить, что одолеет Королеву Фэйри? Вооружившись кинжалом и парой кандалов… Как она могла быть столь самонадеянной?

Потому что у нее были видения? Потому что ее муж решил, что она сама – королева?

Она была никем. Обычной испуганной девчонкой-полукровкой, одинокой в этом мире.

Ей следовало остаться в своих покоях. Не быть больше никому обузой. Всё, что она приносила людям – это несчастье и боль.

Ей должно было хватить смелости остановить родителей, остановить Валлека. Я того не стою. Им не нужно было ее защищать, не нужно было жертвовать собой. Она – пустое место.

Впервые после смерти матери Равенна отчаянно по ней затосковала. Она не позволяла себе слишком сильно скучать по Эйн, сосредоточившись на мести, но теперь, среди обломков этой мести, Равенна разрыдалась. Обхватив себя руками, содрогаясь от рыданий, она жаждала услышать тихий голос матери, почувствовать ее нежное утешение. Прикосновение Эйн ничего бы не решило, но в этот черный час Равенна не желала ничего иного.

Но Эйн ушла. Как и Валлек.

Слезы обжигали щеки, но Равенна не вытирала их. Она не могла пошевелиться, ссутулившись на полу. Мышцы стали тяжелыми, ватными; ей и не хотелось двигаться. Здесь, в грязи, было ее место. Среди червей.

Дыхание стало прерывистым – груз провала давил на плечи. Связь внутри нее – та драгоценная нить, которую она годами отрицала, но которой глупо позволила окрепнуть, – натянулась от расстояния. Он был жив, пока еще жив – она чувствовала хотя бы это. Но он был далеко. Не здесь. А должен был быть.

Он должен быть здесь.

Валлек был единственным, кто имел значение. Тот, кто должен был вести за собой и менять мир. Боги, судьбы – что бы это ни было – пометили его для величия.

А она была лишь пиявкой, цеплявшейся за него в надежде впитать хоть каплю его спокойной уверенности. Он знал свое место в мире, и если она была рядом с ним, принадлежала ему, то и у нее появлялось это место.

Она не хотела, чтобы этим местом стала его погибель.

– Прости. Это моя вина. Прости…

– Вороненок? Что случилось? Ты…

– Это моя вина.

Равенна не вставала с пола. Не могла.

Она смутно осознавала, что кто-то входит в шатер и выходит.

Пришла Фенна, целительница, чтобы осмотреть ее руку. Равенна лишь отстраненно чувствовала боль, когда Фенна промывала раны от когтей Амаранты.

Ей хотелось сказать старой орчанке, чтобы та оставила всё как есть. Она заслужила эти раны. Но голос пропал.

Фенна почти не смотрела на нее, хотя Равенна чувствовала на себе ее оценивающий взгляд. Целительница о чем-то спрашивала, но Равенна молчала.

На лагерь опустилась ночь. Равенна поняла это только по запаху костров. Кто-то поставил перед ней миску с похлебкой, но она не притронулась к еде.

Где-то посреди ночи в шатер протиснулся Оберон.

Его мощное тело с трудом помещалось внутри; он осторожно обходил шесты и низкий холст потолка. Подогнув ноги, он лег рядом и положил шею ей на спину.

– Вороненок, поговори со мной.

– Это моя вина. Прости.

– Всё хорошо. Мы справимся.

– Нет. Это моя вина.

– На ошибках учатся, а потом оставляют их в прошлом. Мы вернем твоего мужчину.

– Он у нее. Это моя вина.

Теплое дыхание Оберона коснулось ее щеки, затем – бархатистая морда.

– Мы вернем его, Вороненок.

– Прости. Прости.

Равенна не двигалась. Слезы не высыхали.

Она так и осталась на полу, отчаянно цепляясь за призрачную нить связи внутри. Она боялась сжать ее слишком сильно, чтобы та не оборвалась, но пока нить жила, жил и Валлек.

Это было ее единственной надеждой, единственной целью.

Если он жив, она всё исправит.

Она позволила себе поверить в его уверенность, в их общее будущее. Позволила романтическим жестам и мечтам о счастье вскружить ей голову.

Она забыла, что с самого детства была помечена смертью. Для той, что предсказала падение Королевы Фэйри, иного исхода быть не могло. Все, кто пытался это предотвратить, кто пытался обмануть ее судьбу, закончили ужасно.

Пора было перестать позволять им спасать ее. Пора признать: ее путь написан магией и кровью. Судьбу не обманешь.

Ей суждено погибнуть, и она намерена забрать Амаранту с собой.

Лишь к рассвету к Равенне вернулась чувствительность. Слезы оставили соленые дорожки на лице, а конечности давно затекли.

Снаружи что-то происходило, но ей было всё равно.

Пока Оберон не начал толкать ее носом.

– Равенна? Равенна, ты должна очнуться. Ты им нужна.

– Я никому не нужна.

Оберон фыркнул.

– Хватит. Вернись к нам.

Она не хотела. В оцепенении было облегчение, холодный уют, в котором можно было тонуть до самого конца. Возвращение означало боль.

Когда она снова не шевельнулась, Оберон толкнул сильнее.

Она безвольно завалилась вперед, не успев подставить руки. Равенна застонала, наконец заставив себя упереться ладонями в землю. Встав на четвереньки, она медленно поднялась на ноги с помощью Оберона.

– Вот так. Не спеши.

Тело пронзили тысячи иголок возвращающейся жизни, и Равенна поморщилась.

– В таком состоянии ты бесполезна для всех, и прежде всего – для своего азаи. Соберись и найди в себе мужество, Вороненок.

Ей хотелось огрызнуться, но мысли всё еще путались.

Равенна моргнула, фокусируя взгляд. В шатер вошел Маттиас. Он явно откуда-то вернулся: на плечах осела утренняя изморось. Он лишь на мгновение взглянул на Равенну с непроницаемым выражением лица и обратился к Асте:

– Заметили гонца. Причаливает к берегу.

– Нужно встретить его раньше воинов. – Аста покосилась на Равенну. – Оставайся здесь.

– Нет. – Сделав несколько неуверенных шагов, Равенна вышла вперед. – Я услышу, что они скажут.

Асте это явно не понравилось, она плотно сжала губы.

– Держись позади нас, – бросил Маттиас.

Равенна кивнула и вместе с Обероном последовала за ними из шатра.

В лагере царило мрачное оживление, костры едва тлели. Десятки глаз уставились на нее, когда она вышла на тусклый свет зари. Не в силах встретить ни один из этих взглядов, Равенна смотрела в спину Маттиаса, идя за ним и Астой вниз по склону.

Там уже стояла горстка воинов, окруживших одинокую лодку. Нос судна уткнулся в песок, корма еще покачивалась на воде. Посреди лодки стоял воин фэйри, его длинные светлые волосы были собраны в хвост.

Его суровый взгляд остановился на Асте и Маттиасе, а когда он увидел за их спинами единорога, брови воина удивленно поползли вверх.

Странная улыбка коснулась его губ, не затронув глаз.

– Значит, это правда.

– Захват нашего короля – возмутительное нарушение, – сказал Маттиас. – Мы пришли на мирные переговоры.

– Думаю, время лжи прошло, – холодно ответил фэйри. – Это ваш король выманил нашу королеву сюда. Это он подослал убийцу.

Этого нельзя было отрицать, и никто не стал.

Фэйри кивнул.

– Моя королева может быть великодушной. Она готова закрыть глаза на это оскорбление и вернуть вам короля. Выдайте ту, о ком говорил ваш государь, и мы примем ее жизнь взамен его.

Аста и Маттиас переглянулись.

У Равенны всё внутри оборвалось. Всё могло быть так просто. Обменять Лейту на Валлека.

Амаранта, должно быть, не знала, как выглядит Равенна. Королева никогда не видела ее в лицо: Максим годами прятал ее и Эйн, скрывая их за безвестностью и мощными чарами. А если и узнала, то возможность заполучить собственную наследницу была для нее важнее.

Лейта за Валлека. Просто.

И всё же она не могла этого сделать.

Это была не битва Валлека. И не битва Лейты.

Всё это началось и должно было закончиться на Равенне. Пора было перестать позволять другим страдать за ее месть и ее ошибки.

Выйдя из-за спин Асты и Маттиаса, Равенна предстала перед гонцом. Аста шикнула, пытаясь схватить ее за руку, но Равенна уклонилась и подошла к самой лодке.

У кромки воды она посмотрела фэйри прямо в глаза и твердо произнесла:

– У нас нет того, кого вы ищете. Но ваша королева заберет меня вместо нее.

Фэйри окинул ее оценивающим взглядом, в котором сквозило подозрение.

– Сама убийца пришла договариваться?

– Я та, кто нужен вашей королеве. Преступница, которую она ищет.

Казалось, фэйри побледнел еще сильнее.

– Ты…

– Мое имя – Равенна Иллиния, и я предвидела смерть Амаранты.