Текст книги "Последняя жертва (СИ)"

Автор книги: Руби Райт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 40

– Все-то тебе надо знать. Могут же у девочек быть свои секреты? – обращаюсь к Илье и важно задираю подбородок.

– О как, секреты уже появились. – Удивляется Илья. – Когда успели? Вы две минуты как знакомы.

– А вот так, мы шустрые. – Не унимаю я своего высокомерия.

– Мам, я буду то же, что и она. – Тычет Илья в мою тарелку, а я вновь изливаюсь слюной от запаха блюда. Не знаю, что это, но вижу картофель, мясо и грибы.

Все запеченное, будто мини-конвертики. Анна мало того что невероятно вкусно готовит, так у нее и подача на высоте. Сейчас моя порция не выглядит как еда для утоления голода. Это шедевр, не иначе.

– Сейчас тебе наложу, – говорит Анна и отворачивается к духовке. А этот наглец возьми да и чмокни меня в щеку. А я как ойкну от неожиданности и слегка его ладошкой…

– Так, дети, не драться! – шутит Анна, и мы начинаем смеяться, но я все еще злобно поглядываю на Илью. Совсем обнаглел.

Подставил меня, когда завалился спать в мою постель, и сейчас продолжает баловаться. Ну он у меня получит…

– Мам, мы сейчас в бар съездим, домой не жди, – говорит Илья с набитым ртом.

– Хорошо. Только поосторожнее, ладно? – Аннушка за нас переживает.

– Мам, все в порядке. Ты чего? – Илья будто чуток оскорбился. Это и понятно. Мамочка оберегает сыночка, да только сыночек – уже взрослый дяденька.

– Я чего? – громко спросила. – Илья, по городу убийца ходит, а ты еще спрашиваешь. Страшно…

– А ты не бойся. Мы его поймаем, вот увидишь. – Илья так уверенно говорит, что я начинаю кое-что подозревать.

У них что, есть подозреваемый? А может, они уже кого арестовали? А я и не знаю.

Еле дотерпела до того, как мы с ним наедине остались. В машину не успели сесть, и я начала свой допрос.

– Вы проверили мужа Арины? – сходу спросила. Илья даже не успел мотор завести в авто.

– Сонь, ты же знаешь, я не могу…

– Нет такого правила. Папа мне всегда все рассказывал. Я лицо незаинтересованное, вне подозрения. Представь, что я консультант полиции, – говорю слегка писклявым голосом. Почему-то я всегда так делаю, когда хочу выведать информацию.

– А с чего ты решила, что ты вне подозрения? – чушь спрашивает. Оскорбительно так-то.

– Ты прикалываешься? – Внимательно вглядываюсь в его лицо. – Вы что, меня подозреваете?

– Ну чисто теоретически убийцей можешь быть ты. Ты была на том вечере, ты нашла тело… Кто знает, может, ты знала, где искать, – Илья говорит серьезным голосом. По лицу и не разберешь, шутит он или нет. Улыбки нет, а он почти всегда улыбается. Скулы в напряжении, взгляд пристальный…

Он что, совсем уже? Я не убивала Арину. Да, я пишу про убийства, преступления разные, но сама не способна совершить ничего подобного.

– Или ты. – Бью его той же палкой вины, которой он меня знатно отхлестал.

– Я? – Таращит на меня глаза любовник.

– А почему нет? У тебя есть алиби на момент убийства? – Перехожу в наступление.

– Я был дома. Мама может это подтвердить.

– Мама? Серьезно? Так себе свидетель.

– Еще твой отец. Мы с ним в нарды играли, когда ты позвонила и сказала, что в школе трупп.

– Ну ладно. Мой отец – это стабильное алиби. – Принимаю свое поражение, но не достойно. Его слова меня будто немного ранили. Больно…

– Я пошутил…

– Хреновая шутка. – Отмахиваюсь от Ильи, потому что шутить тоже в меру нужно. И берега не путать.

Я и сама люблю шутить подобным образом, но его подозрения в отношении меня цепанули не на шутку. И ладно бы он засмеялся в конце своих нападок, но он и этого не сделал. Говорил с таким серьезным лицом, будто и впрямь меня подозревает.

– Ты что, обиделась? – Тянет руки ко мне, но я лишь дальше отодвигаюсь. Почти в пассажирское стекло уже впечаталась.

– Отстань, – бурчу и не смотрю на обидчика.

– Иди сюда. – Тянется, но я не поддаюсь.

Тогда Илья вылезает из машины, обходит и открывает мою дверь. Наполовину забирается в тачку и заглядывает мне прямо в глаза.

– Что? – резко спрашиваю парня.

– Прости. Я не хотел тебя обидеть. Тупая шутка, я понял.

– И обидная. – Ну как не добавить. А то, что он извиняется, мне нравится.

– Да, и обидная. Простишь?

– Нет. Одним «прости» ты теперь не отделаешься.

– А что мне нужно сделать?

После вопроса он наконец-то продемонстрировал свою улыбку. А еще – похотливый блеск в глазах.

– Ну для начала ты будешь поить меня весь вечер, заказывать всякие вкусности, которые я захочу. Потом мы пойдем к тебе, ты мне сделаешь массаж. А потом… Позже скажу.

– Я на все согласен. Едем в бар?

– Да. И закрой дверь, мне холодно…

Глава 41

Еще и неделя не прошла, как я в этом городе, но в который раз вспоминаю, почему я отсюда уехала.

Взять хотя бы этот обычный поход в бар…

Только мы с Ильей подъехали к заведению, увидела кучу знакомых. Ну а что? Обычный выходной день в захолустье. Заняться особо нечем, вот народ и притащился в бар, чтоб хоть как-то скрасить скучный вечер.

А еще, я думаю, многие хотят обсудить недавнее убийство и наплести вокруг этого преступления бесконечную паутину домыслов. Тут по-другому люди просто не могут.

– Нам точно будет куда приземлиться? – Сомневаюсь я, что мы сможем пообщаться с Элькой и в принципе посидеть.

– Конечно. Яна для нас придержала столик.

– Точно, я и забыла, что вы владелец бара. – Медленно поворачиваю голову и вглядываюсь в его лицо.

– Вы? – Поднимает бровь Илья и смотрит так же пристально.

– А что, вам не нравится?

– Да почему же? Наоборот. – Глаза Ильи запестрили яркими красками. – Запомни это свое состояние, позже продолжим.

– А вы шалун, Илья Александрович. – Угрожаю ему указательным пальцем.

– Еще какой, Софья Павловна.

– Все, хватит придуриваться, пошли, мне Элька уже два раза звонила.

Вылезаем из машины Ильи и к бару. На входе – толпа из мужчин и женщин, не все они молодые, есть и ровесники наших родителей.

Я же включаю режим «броня» и напролом. А вот Илья тормознул, ну или его тормознули. Пока он там всем руку пожмет, сто лет может пройти, а меня подруга ждет.

Не успеваю зайти, сразу замечаю Эльку с Тимохой. Эта машет мне рукой и буквально из-за стола выпрыгивает. Иду ближе и вижу, что весь стол уже забит пивом и закусками. А они и впрямь нас заждались.

Но я так плотно поела, а с Анной по-другому и быть не может, что даже копченое мясо меня вряд ли привлечет.

– Ну вы чего так долго? – Набрасывается на меня Элька, но по-доброму.

– Мы спали, – говорю правду.

А еще ели, потом пока в душ сходили…

– Спали? – переспрашивает подруга, подумав совсем не о том.

– Да, лежали на кровати и просто спали. – Делаю акцент на двух последних словах.

– Голые? – чуть тише спросила, а меня уже вовсю на хи-хи пробивает.

– Эля! Нет, конечно. Ты что?

– Ой, я и забыла, что тебе пятнадцать. – Смеется Элька, и я с ней. Она всегда умела и подколоть, и рассмешить.

– Всем привет. – Илья соизволил подойти к нашему столику. – Вот это народу собралось…

– А обычно не так? – обращаюсь к своему любовнику, пока тот галантно берет мое пальто и вешает его на крючки на стене.

– Бывает людно, но чтобы настолько. – Озирается хозяин бара по сторонам и машет рукой Яне.

Поворачиваю голову в сторону барной стойки и веду Яну взглядом. Неужели никто не может ей сказать, что так одеваться неприлично? И холодно ко всему.

Погода в этом году чудит, и недавняя декабрьская оттепель сменилась заморозком. Минус двадцать обещают сегодняшней ночью синоптики, а это нереально много для нашего климата.

Помню, еще в студенчестве мы с группой ребят, будущими журналистами, летали в небольшой город где-то в Сибири. Зимой. И как раз попали на крещенские морозы. Так вот термометр показывал тридцать восемь градусов – жуть.

Как люди живут в таком суровом климате?

Я бы не смогла. Да я и в жару-то постоянно мерзну. Все из-за низкого давления и маленького гемоглобина. Руки и ноги постоянно холодные.

Но Яну, видимо, мороз не смущает. На ней надета полупрозрачная майка, сквозь которую просвечивается черный бюстгальтер, рваные джинсы с очень заниженной талией и кроссовки…

Серьезно? Кроссовки? Как она ходит в них по гололедице? Отважная девушка.

Отважная и красивая…

В прошлый раз я почему-то не обратила внимание на это, но сейчас мне удается ее разглядеть поближе, пока Илья ведет с ней беседу.

Густая копна черных волос собрана в хвост, в ушах – по несколько серег, но это к месту, учитывая ее стиль. Большие глаза, длинные ресницы. Губки красивые, пухлые, розовые. Да и мордашка в целом симпатичная, еще детская милота сохранилась. Думаю, она тут завидная партия для многих парней.

Но Яна явно симпатизирует Илье. Могла встать рядом со мной, чтобы принять заказ, но она не стала. Обошла и к Илье жмется.

Оп, коснулась. А меня будто легонечко током кольнуло, прямо в грудь куда-то. Что это? Ревность?

Не рано для ревности? Рановато, кажется, но все же нет смысла отрицать свои эмоции.

Яна на него так смотрит, так говорит с ним, а меня это раздражает. Даже бесит больше. Поднимаю глаза на подругу и вижу, что она разделяет мою неприязнь. Элька всегда была той еще собственницей. Особенно когда дело касалось парней и меня.

Однажды, еще в школе, я сдружилась с одной девчонкой из параллельного класса, и для Эльки это был просто удар. Она тогда меня приревновала, и я ее понимаю. Столько лет мы были с ней только вдвоем, а тут третий в наших отношениях. Можно понять ее негодование. Да и новая подруга оказалась так себе, не буду вдаваться в подробности, но хорошо, что Эля вовремя меня от нее отбила. Мои родители были этому рады. Они не одобряли мою дружбу и новую подругу…

Яна выслушала наш заказ и вновь вернулась за барную стойку.

– Я курить, – выдает Тимоха и тянется к куртке. – Кто со мной? А, точно, вы же тут все некурящие собрались…

– Я с тобой. Пошли, – говорю и взглядом указываю на свое пальто, которое мне Илья должен подать. Но он не торопится, лишь смотрит удивленно.

– Ты куришь?

– Нет. Я просто схожу за компанию. Поздороваюсь со знакомыми на улице, – лгу своему новоиспеченному любовнику. А все потому, что мне нужно остаться с Тимохой наедине и поболтать. Расспросить, так сказать…

– А ты, Илья, останься, – сурово говорит Элька. – Мне нужно с тобой серьезно поговорить.

Немного усмехаюсь где-то у себя в голове. Знаю, что Илье придется несладко. Элька ему сейчас устроит…

Будет про меня расспрашивать, про его намерения, и за Яну отчитает. Точно, все будет именно так.

Но меня это мало волнует. Пусть Илья сам разбирается, а мне нужно допросить моего подозреваемого…

Глава 42

Пальто накинула и за Тимохой сквозь толпу. Даже не оглянулась ни разу на Илью. Элькин допрос – это только его проблема.

– Сигарету? – спрашивает Тимофей, когда мы заруливаем за угол бара.

По этому переулку мы шли к Илье в тот первый вечер знакомства. И тогда он не казался мне таким жутким, как сейчас.

Смотрю на крышу: все в замерзших сосульках, которые свисают до окон последнего этажа. Ну конечно, на днях была оттепель, а сейчас стоит мороз. Но это не просто сосульки, это, мать твою, холодное оружие. И холодное в прямом смысле. Если такая глыба свалится на голову, мои мозги будут соскребать с обледеневшего асфальта.

– Не, я пас. Так постою, побуду пассивным курильщиком.

– А я вот все бросить не могу. – Тимоха подкуривает сигарету и делает долгожданную затяжку. – Эля на меня злится, что я не могу, а я продолжаю пытаться время от времени.

– Она тебя любит и беспокоится о твоем здоровье. – Поддержка подруги запрограммирована в моем ДНК.

– Знаю, что любит. Мне порой даже интересно, за что. Нет во мне ничего выдающегося, но она что-то ж нашла, – Тимофей говорит, а у меня странное ощущение. Будто он высказаться хочет, что ли. Может, у них разлад какой, а я не знаю?

Они всегда были образцовой семьей и не только для меня. Для всех. Дружили долго, потом начали встречаться, а дальше их жизнь начала стремительно развиваться. Свадьба, ребенок, покупка дома…

Может, романтика угасла? Ну а как? Навалились проблемы, бытовуха, младенец.

– Ты хороший муж, Тимох, отличный отец. Чего еще желать?

– Да не знаю…

В разговоре наступила пауза, Тимоха, видно, задумался, а я решила наконец-то его спросить о том, что меня так интересует.

– Ты встречался с Машей Звонаревой? – Я мастер рокировки тем в самом разгаре беседы.

– Ого. С чего такой вопрос? – Уставился на меня Тимоха.

– Да я недавно прибиралась в кабинете отца и нашла копию ее дела, ты же знаешь, что папа мой все хранит. Ну и прочла в документах… – лгу мужу лучшей подруги. Лгу и не краснею. В таких вопросах главное – держать лицо и говорить так, чтобы допрашиваемый был спокоен.

– Да, мы встречались, недолго, пару месяцев до ее исчезновения.

– А в тот день ты был на вечеринке? – Я знаю ответ на этот вопрос, но мне нужно выудить как можно больше информации.

– Все были на той вечеринке.

– Меня не было… – Факт.

– Ну только что тебя.

– И ты не видел, как она уходила? С кем уходила? В каком она была настроении? Она была пьяна? – Выливаю на него все и сразу, чтобы он сам выбрал главный вопрос.

– Сонь, нафига тебе все это? Ты решила в полицию податься? – Тимоха не воспринимает меня всерьез. Да, он всегда ко мне хорошо относился, думаю, вынужденно, так как мы с Элей дружим. Но я не его подруга.

Он никогда мне ничего не говорил, но часто подшучивал. И если Элины шутки были добрыми, от любви ко мне, то Тимохины нет.

И я всегда это отчетливо понимала.

– Нет. Просто встретила Илью…

– И что? – Промелькнула агрессия. – Мы с ним несколько раз это все обсуждали. Он мне те же вопросы задавал. И толку? Она свалила, и, уверен, живет себе и в хер не дует, как тут ее мать поживает и брат.

М-м, я думала он на меня злится, а оказывается, что на нее.

– Думаешь, она просто сбежала?

– Уверен. Она была немного странной последнее время, ну когда мы еще встречались. Постоянно твердила, что не хочет здесь жить, что хочет уехать и все такое.

– Тебя с собой звала? – Думаю, так и было.

– Звала. Но я бы не уехал. Куда? Нам по восемнадцать. Ни денег, ни образования. Что у нас за жизнь бы была?

– И вы поругались в тот вечер? – Обычный вопрос, который Тимофей как-то не так воспринял. Его голос стал еще более жесткий. Он швырнул бычок в сторону и тут же прикурил вторую сигарету.

– На что ты намекаешь, Сонь?

– Ни на что. Я просто хочу узнать, что тогда случилось.

– Да ничего не случилось. Я тебе говорю. Машка в тот вечер трезвая была. Не пила почти. Все время со мной терлась, пока я не пошел с пацанами на спор в озеро прыгать с тарзанки. А потом ее как ветром сдуло. Уверен, что она просто свалила. Она всегда слегка дикой была. С мамкой не в ладах, брат в армии, без отца росла. Плюнула на нас всех и свалила. И раз за столько лет не вернулась, значит, все у нее заебись в жизни.

Хоть Тимоха рассуждает уверенно, я почему-то ему верю. А я разбираюсь в людях.

Он уверен в том, что Маша сбежала, и говорит о ней с обидой в голосе, мне так кажется. На что он обижен?

Может, я и впрямь рано на него ставку сделала? Ну был он знаком с обеими жертвами. Был на обоих местах преступления. Но это же не уличает его в убийстве?

Совпадение? Не верю я в такого рода совпадения, а вот другу верю. И снова дилемма…

– Вернемся в бар, или допрос продолжается? – спрашивает надменно. Ох, если он о разговоре Эльке расскажет, то мне и от нее влетит мама не горюй.

– Извини. Наверное, я слишком много пишу детективов.

– Да я не в обиде. Если честно, мне всегда хотелось узнать, где она теперь? Как ее жизнь сложилась? Моя-то сложилась. А ее? Не представляю, какого Илье и мамке их столько лет в неведении провести. Дура Машка, что деру дала. Дура и эгоистка… – Закончил Тимоха свои рассуждения и стрельнул бычком в стену рядом стоящего здания. – Все, не хочу больше о прошлом. И ты прекращай в этом копаться. Пошли лучше напьемся…

– Пошли.

Глава 43

– Где Элька? – спрашиваю у Ильи, когда мы возвращаемся с перекура.

– В туалет пошла.

– И без меня? – говорю с возмущением и подаю пальто Тимохе, который вешает его на тот же самый крючок, подходит к столу, берет свой стакан пива и полностью его выпивает, почти целый. Вот это жажда…

– Я могу сходить с тобой, – шепчет мне на ухо змей искуситель, слегка прижимаясь.

– Ну уж нет. – Пихаю его бедром. – Я пива хочу. – Притягиваю к себе стаканчик пенного и делаю глоток. Вкусно…

Тут же к нашему столику походит Яна с разносом и ставит тарелку закусок на стол. Она снова смотрит на Илью, и ее похотливый взгляд на моего не парня дико раздражает. Хотя я раньше не замечала в себе такое качество, как ревность.

Но сейчас я ее поджилками ощущаю. Прям-таки разливается по всему организму и начинает мной управлять. Вполне осознанно я кладу ладонь на шею Ильи и слегка поглаживаю.

На Яну не смотрю. Делаю все якобы неспециально, но, кажется, Илья так не считает. Чуть поворачивает голову, и наши взгляды встречаются.

Не знаю, что я вижу сейчас в его глазах. Может, восторг? Может, дьявольщину какую, но это явно что-то хорошее и возбуждающее. Что-то, что колыхает мое нутро, запустив безостановочный импульс легкого возбуждения.

Мы читаем мысли друг друга по одному лишь взгляду. Так и до свадьбы недалеко…

Яна вновь вернулась за стойку, следом Элька вышла из туалета, и мы принялись отмечать. Что только?

Встречу? Дружбу? Может, поминки?

Все хорошо, только настроение не совсем то, которое бы мне хотелось. Я вроде бы тут, в баре Ильи, в компании своих старых и новых друзей, но мыслями я далеко от всего этого.

Мои мысли то и дело подкидывают новые идеи и варианты. А что если Тимоха соврал мне? Что если он просто избавился от надоедливой подружки?

А зачем ему это?

Мотива нет.

На той вечеринке был полный беспредел. Я еще с того времени помню, как вечеринку у озера обсуждали все на свете, вне темы о пропаже Маши. Знаю, что кто-то жестоко подрался там, кто-то неудачно нырнул и чуть не утонул. Помню, даже ходили слухи о не случившемся изнасиловании.

Опять же, слухи.

В этом городе трудно отыскать правду средь всей надуманной и добавленной информации. Нужно бы еще раз поговорить с отцом…

– А как вы трое познакомились? – Почему-то именно сейчас решаю спросить об этом, но не стоило. Как чувствовала, что мои расспросы добром не кончатся. Но я такой человек, любопытный и постоянно копающийся в прошлом.

Смотрю на подругу, она молчит и уже не улыбается. Почему?

– Илья пришел ко мне домой и избил меня, – говорит Тимоха так спокойно, а я вот удивлена. Еще как удивлена. Такой истории я не ожидала.

– Избил?

– Ага. – Тимоха снова делает несколько глотков пива. Не могу предположить, какой это по счету у него стакан. – Он, как и ты, думал, что я знаю, где Маша…

Ну зачем он так? Зачем меня приплел?

Вот он, пример местного менталитета. Я спросила об одном, а все переиначили.

– В смысле, как и ты? – спрашивает подруга, а я не знаю, что ей ответить. Я не ожидала подставы от Тимофея.

– Ты Соньку, что ли, не знаешь? Она всегда из себя следака строит. На улице устроила мне допрос. – Да, Тимоха снова перебрал, как и на вечере встречи, но тогда он меня так открыто не оскорблял.

Наоборот, тогда он был больше испуган, подавлен, а сейчас ведет себя очень вызывающе.

– Я просто спросила. Я тебя ни в чем не обвиняла…

– Так, – останавливает Эля нас обоих. – Стоп. Я что-то не понимаю ничего. Ты что, думаешь Тимоха причастен к пропаже Маши?

– Нет, не думаю. – Хотя теперь уже и не знаю. За эти два дня Тимофей мне открылся совсем с другой стороны. Я всегда считала его тихим, возможно, немного робким, но оказалось все совсем не так, как кажется.

– А зачем ты тогда его обвиняла? – спрашивает подруга, а меня начинает бесить вся эта ситуация. Один что попало ляпнул, второй не расслышал, третий вывод сделал.

– Да не обвиняла я его. Я просто спросила о том, что было в тот день. – Пытаюсь оправдаться, но Тимоха снова не слышит меня и гнет свою линию.

– То есть твой отец и все полицейские нашего города не смогли узнать, что произошло, а у тебя получится? – Слова Тимофея прозвучали как наезд, и я чуть вжалась в Илью.

Если честно, я не рассчитывала на его поддержку, я думала, что его тоже разозлит мое расследование, но я ошибалась. Илья прижался ко мне и взял меня за руку.

– Тимох, поспокойнее давай. Ты чего? Ну спросила и спросила, эту тему все мусолят столько лет уже. – Вступился за меня Илья, и мне стало чуть легче.

– А я спокоен. Затрахали эти допросы и расспросы. Эта меня в чем-то подозревает. – Кивает головой на меня. – Может, скажешь, что я и Арину убил? Хожу тут по городу, всех убиваю.

– А ее ты убил? – Илья задал вопрос серьезным голосом. Тем, что в машине со мной разговаривал. Складывается ощущение, что в этом парне есть какой-то переключатель, который он щелкает и становится полицейским. Потом снова щелкает, и вот он уже гражданский.

– Братан, ты совсем? – Чуть осел Тимофей. – Нет, я никого не убивал, – говорит четко, делая паузу после каждого слова. – Эль, поехали домой, в жопу такие встречи.

– Тимох, успокойся. Тему закрыли, все. Перестань. – Пытается остановить Илья друга, но тот настроен серьезно. Обходит стол, берет куртку и идет к выходу.

Я же все внимание концентрирую на подруге, которая кажется грустной.

– Эль, прости…

– Не обращай внимания, Сонь. Он все время такой. Думаю, у него на работе какие-то проблемы, но мне он о них, естественно, не говорит. Ладно, ребят, я пойду, а то он еще по дороге начудит чего.

– Я завтра позвоню, – говорю Эльке и помогаю ей запихать руку в рукав. Вижу, какая она расстроенная, и сердце щемит. Вот надо было мне внести раздор в нашу дружбу?

– Давай.

Элька ушла, и мы остались с Ильей только вдвоем за столиком. Да, не так я хотела провести этот вечер. Совсем не так.

– Ты как? – Илья интересуется, а я снова думаю не о том.

– Он четыре стакана выпил. За час четыре стакана. Он явно не в себе. Ты не знаешь почему? – Илья с Тимохой же дружат, может, он поделился с ним по-мужски. Если он мне изливал душу в переулке, то с ним и подавно.

– Я – нет. Эля ничего не говорила?

– Ничего такого… – Не стала я говорить Илье о том, что Элька со мной делилась своими мыслями. Ни к чему ему это знать.

– И что, домой поедем? – парень предлагает не самый интересный вариант.

– Давай еще немного посидим и домой. Ко мне домой, – уточняю.

– А почему не ко мне? – Удивляется и глазки щурит. Хитрец, опять хочет затащить меня в койку? И я этого хочу, но…

– Не знаю, настроения нет.

– Кого-то должны убить, что бы ты снова стала дикой кошкой?

– Смешно. Правда смешно. Но даже черный юмор меня вряд ли рассмешит сегодня…