Текст книги "Глубокое погружение (ЛП)"

Автор книги: Роника Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц)

Глава 9

Среда, 16-ого июля 9:54

Эрин вынырнула из глубокого сна на звук дверного звонка. Она лежала абсолютно неподвижно, надеясь что, кто бы это ни был, вот-вот уйдет. Но когда звонок сменился на стук, а затем в дверь стали методично тарабанить, она отбросила одеяло и скользнула в халат.

"Я иду, минуту!" – Кто бы это ни был, он казалось, не услышал ее, а колотил дальше, таким образом приветствуя ее с утра.

"Сейчас, уже иду! " – Она резко распахнула дверь. Яркий солнечный свет ослепил ее, и она должна была прикрыть глаза ладонью прежде, чем смогла разобрать фигуру, стоящую в двери.

"Ты все еще спишь?" Эндерсон вошла в дом. Сонная Мак закрыла дверь.

"Угу…" – Эрин сопроводила гостью в гостиную, по дороге протирая глаза и растирая лицо, чтобы разогнать дремлющую кровь.

"Жаль будить тебя, но нужно поговорить." – Эндерсон удобно расположилась на кушетке и подождала пока Мак не присоединилась к ней.

"Никаких проблем," – согласилась Эрин, направляясь в кухню.

"Апельсиновый сок?" – спросила она, извлекая упаковку из холодильника.

"Нет, спасибо," – отклонила предложение Эндерсон. Ее желудок возмущенно запротестовал только от одного упоминания о том, чтобы что-то проглотить. Эрин налила стакан себе, подошла к дивану и присела рядом с Эндерсон.

"Выходит, это серьезно. Иначе ты не рискнула бы прийти сюда лично." – Она сделала глоток кисловатого сока, наблюдая за своей коллегой с другого конца дивана.

Та выглядела утомленной и уставшей, с темными кругами под глазами. Ее густая темно-рыжая грива была затянута в "конский хвост", а несколько выбившихся, непослушных прядей падали на лицо. Джинсы и футболка детектива были покрыты пылью, и Эрин, посмотрев на изгвазданные ботинки, поняла, что Эндерсон побывала в пустыне. Она сидела и терпеливо ждала объяснений.

"Я убедилась, что за мной нет хвоста прежде, чем пришла сюда. Ты ведь знаешь, что я никогда не подвергла бы тебя опасности…"

Эрин кивнула головой, соглашаясь, и снова отхлебнула сока.

"Руис хотел позвонить, но я подумала, что будет лучше, если я приеду сама. Как ты уже знаешь, в понедельник мы заявились к Рис, чтобы арестовать ее, и нашли ее квартиру разгромленной, со следами крови."

"И?" – ответила Эрин, поощряя ее продолжать.

"В процессе осмотра квартиры мы нашли кое-что интересное…"

"Ты подразумеваешь девятимиллиметровое оружие и транквилизатор?" Эндерсон кивнула: "И еще нож".

Она знала, что Сержант Руис уже разговаривал с Мак. Начальник старался сделать все возможное, чтобы держать ее в курсе событий.

"И насколько это все соответствует нашим интересам?"

Эндерсон заправила выбившуюся прядь за ухо.

"Баллистика подтвердила соответствие оружия сегодня утром. И транквилизатор и нож – те же, что использовали на жертвах."

"Что ж, замечательные новости," – сказала Эрин, завернувшись плотнее в халат.

Она почувствовала, что ее морозит, но не могла объяснить почему.

"Затем сегодня утром, около пяти часов, нам позвонил патруль на магистральном шоссе. Ими был найден фургон у подножия Пика. Очевидно, он съехал с дороги и сломал барьер безопасности. Короче, фургон приземлился на дне каньона и взорвался после удара. Мы определили номер машины и оказалось, что она принадлежит Кристен Рис."

Эрин глубоко вздохнула и отставила апельсиновый сок.

"Есть еще кое-что, " – сказала Эндерсон, продолжая. – "Внутри было тело. Оно обожжено до неузнаваемости, и нам повезет, если мы получим хоть что-нибудь из этого…"

"Как на счет дентальной экспертизы?" – спросила Эрин.

"Фургон был там с понедельника. За это время над трупом поработали животные. Большинство частей тела были найдены неподалеку от места аварии. И, кроме того, мы все еще не определили местонахождение черепа…"

"Я так понимаю, расследование могут приостановить?" – Из того, что Эрин только что услышала, выходило, что они должны были все списать на Рис.

"Отдел хочет закрыть дело, ожидая положительной идентификации с Рис. У нас нет ничего на Адамс, связывающее ее с убийствами. Кроме ее угроз жертвам у нас нет ничего, чтобы представить в суде".

Эрин села боком на кушетке, прижав колени к груди.

"Она знала Рис и могла легко устроить ей этот несчастный случай".

Эндерсон посмотрела на нее, а затем мягко сказала. "Да, но мы не можем доказать этого…"

"Итак, что теперь? Я выхожу из игры?"

О Боже, ДА, пожалуйста, выйди, – подумала Эндерсон про себя. Она не смогла бы перенести, если бы Элизабет Адамс нанесла вред Мак. Особенно, если в ее силах это предотвратить.

"Тебе решать. Я думаю, что ты должна позвонить, и сообщить что выходишь." – Она осторожно и медленно произносила слова, надеясь, что Мак услышит и поймет всё, что она пытается в них вложить.

"Почему?" – Эрин хотела услышать ответ на вопрос. Ее собственный ум внезапно потерял способность свести информацию вместе.

"Слишком опасно. И я все еще думаю, что Адамс причастна, и возможно, подставила Рис… "

"Тем более разумно мне задержаться." – Эрин не хотела уходить теперь, когда чувствовала, что может разгадать тайну владелицы клуба.

"Это небезопасно, Мак, особенно если она действительно тайно руководила всем этим." – Она горячо жестикулировала, словно подчеркивая свою точку зрения. – "Только подумай, как легко ей будет сделать что-нибудь с тобой. Выйди сейчас и позволь отделу завернуть это в опрятный небольшой пакет, как они хотят…"

"Но ты все еще думаешь, что она виновна, ты сама сказала это…"

"Я – да. Но я не думаю, что рискуя своей жизнью ты принесешь нам что-то большее, чем у нас уже есть. Они хотят завершить все сейчас. Мы больше ничего не можем сделать".

"Что думает Руис? "

"Он хочет дать тебе последний шанс с Адамс, если ты хочешь этого. Он отпускает тебя сегодня вечером, а затем он хочет, чтобы ты вышла из игры".

"Хорошо. Тогда я сделаю это," – быстро и уверенно ответила она, желая использовать последнюю попытку.

"Мак, пожалуйста, не стОит. Слишком опасно." – Эндерсон смотрела на блондинку, изучая ее красивое лицо и взъерошенные после сна волосы. Ей было жаль, что она не может переубедить ее и защитить от всех опасностей мира. Но, всматриваясь в яркие зеленые глаза, заполненные до краев непреклонной решимостью, она уже понимала, что все, что она сказала, прошло мимо ушей.

"Ты будешь прикрывать меня?" – Эрин должна была знать, что Эндерсон будет поблизости.

Эндерсон вздохнула, признавая свое поражение: "Да, конечно. Но будь осторожна, Адамс не обрадовалась тому, что я была там."

"Со мной все будет прекрасно…"

9:00pm Ля Фамм

«Дж.Р., ты слышишь меня хорошо?» спросила Эндерсон, повернув к клубу и поставив свой Блейзер на парковке.

"10-4".

"А как Мак? Ты слышишь ее четко и ясно?"

"Никак. Она отказалась от передатчика"

"Черт!" – Эндерсон с силой ударила кулаком по рулю. Она уже и так достаточно беспокоилась о детективе-новобранце, а теперь просто похолодела. Мак пробовала довести ее до сердечного приступа?

"Я иду туда", – Патрисия вылезла из машины и решительно направилась ко входу.

"Эй, Эндерсон, отлично выглядишь в кожаных штанах", – подколол ее Дж.Р.

"Отвяжись." – У нее было желание бросить передатчик прямо на стоянке. Но вместо этого она продолжала идти вперед с аккуратненько пристроившимся в ее ушной раковине воплощением Дж.Р.

Поднявшийся ветер принес с собой пыль и обещание дождя. Она глубоко вдохнула, как всегда наслаждаясь влажным земляным ароматом шторма. Она посмотрела на север, откуда обычно приходили муссонные тучи. Из-за того, что солнце уже зашло, было трудно разглядеть темную стену облаков, которые, она знала, расположились на некотором расстоянии. Как будто откликнувшись, молния осветила вечернее небо, хвастаясь грозовыми облаками, игриво помечая их с края до края. Не желая быть пойманной пыльной бурей, она прибавила шаг и быстро пошла к клубу.

Одетые в кожу женщины беспорядочно толпились вокруг главного входа, с нетерпением ожидая, когда их впустят. Она пробиралась мимо них, отодвигая и отпихивая многих со своего пути, рассматривая их кожаную одежду, темную помаду и непристойные взгляды. Некоторые из женщин были в классической S amp;M одежде: черные кожаные штаны, усыпанные шипами ошейники и лифчики. Некоторые прикрепили к воротникам поводок, никем не удерживаемый с другого конца. Они надеялись вопреки всему, что кто-нибудь выберет их на вечер и тогда они позволят вести себя на поводке. Осматриваясь, она также заметила, что ни одна душа не оделась как Доминатрикс ( прим.перев.: женщина, исполняющая роль Госпожи в садо-мазохистских играх). Эта роль была оставлена для одного-единственного человека.

"Эй, ты должна ждать в очереди!" – Крупная женщина в роли вышибалы крикнула ей, когда она входила. Эндерсон продолжала идти, игнорируя ее вопли.

"Остановись, я сказала… "

Эндерсон повернулась, женщина крепко держала ее за руку…

"Отойди!"

Она выдернула руку и достала значок. Вышибала посмотрела на него и осторожно двинулась в обратном направлении, как будто значок был ядовитой змеей, готовой наброситься на нее в любой момент.

Эндерсон повернулась и продолжила движение, пробиваясь внутрь, к сердцу клуба. Мрачная техно-музыка ударяла так сильно, будто грохотала у нее в груди. Она посмотрела вокруг, пробуя определить местонахождение Мак, но это было невозможно. Танцпол был забит женщинами, а обычные лазеры и красочные огни, что светили сверху, заменили на синие и пурпурные прожекторы, и лица практически невозможно было разглядеть.

Девочка с обесцвеченным могавком отвела партнершу по танцу к задней стене, где они немедленно начали целоваться и щупать друг друга. Мечущиеся огни ярко освещали ее волосы, приковывая внимание проходящих. С минуту Эндерсон не могла оторвать от парочки взгляда.

Вспомнив о Мак, она сосредоточилась и направилась к бару, надеясь, что оттуда будет лучше видно танцпол. Мак вошла в клуб за минуту до нее, и, все же было похоже, будто ее проглотила масса танцующих женщин. Она должна была определить ее местонахождение, ее беспокойство не пройдет до тех пор, пока она не сделает этого.

Бар был забит множеством женщин, одетых в кожу, держащихся поблизости, выкрикивая свои заказы. Эндерсон даже, не смотря туда, знала, что Лезвия там не было. Девушка плача, позвонила ей ранее этим утром, расстроенная тем, что Адамс уволила ее. Было просто прекрасно то, что она не принадлежала больше клубу и не работала на Адамс. Патрисия пообещала, что замолвит словечко за нее в любом другом баре и это, казалось, успокоило ее.

Она остановилась, найдя местечко рядом с переполненным баром, и принялась внимательно осматривать танцпол, надеясь, что Мак еще не проводили наверх, или еще хуже, куда-нибудь далеко от клуба. Ее глаза пытались рассмотреть лица, но задача была почти невыполнима. Она повернулась к задней стене и посмотрела на девушку со светлым пылающим могавком. Ее тело было покрыто потом, двигаясь в такт с мрачной мелодией. Она почти закрыла собой партнершу и запустила руку той в штаны.

Внезапно Эндерсон почувствовала, как ее поясницу обожгло холодом. Кто-то сзади врезался в нее, проливая напиток на черную ткань ее плотной футболки. Холод был отвратителен, и это оторвало ее внимание от девушки с могавком и от ее работы рукой. Вместо этого она подняла глаза на танцующих женщин на платформах. Большинство были одеты в вариации S amp;M, в танце шлепая и хлеща друг друга. Она попыталась вытереть футболку, скользя взглядом по танцполу, пока движение на V.I.P лестнице не привлекло ее внимания. Высокая, темноволосая женщина нарочито неторопливо спускалась вниз. Living Dead Girl начала биться в клубе, кормя женщин энергией, словно вампиров кровью. Адамс стало лучше видно, и многие из женщин начали останавливаться, наблюдая за ней и ожидая ее. Эндерсон бесчисленное количество раз видела бывшую любовницу в этой одежде. Но, однако, она тоже не могла оторвать глаз.

Блестящие черные штаны обтягивали ее ноги, словно вторая кожа. Она носила черные тяжелые мотоциклетные ботинки: крепкие, добротные, обещавшие силу, которую она не намеревалась скрывать. Ее торс был практически обнажен и не скрывал от пылких взоров ни изящной талии, ни загорелой кожи, подергивающейся на четко различимых брюшных мышцах.

Все, что было на Адамс выше талии это жилет с серебряными цепями спереди, закрепленными черными кожаными ремнями. Когда она шла, цепи двигались, позволяя рассмотреть ее темные, сморщенные соски. Волосы цвета полуночи были зачесанные назад, а черная кожаная маска подчеркивала великолепно вылепленные скулы и пронзительный взгляд. Эндерсон сфокусировалась на кожаном шнурке, охраняющем то, что она носила на своих предплечьях. Одеяние было столь же властно, как и сексуально. И требовало внимания, также как и покорности. Эндерсон с трудом сглотнула, не в силах оторвать глаза от зрелища. Что было еще хуже, так это то, что она знала, что, как только Адамс попадет в более интимную обстановку, ее тесные штаны тут же улетят прочь, показывая реальную экипировку Госпожи.

А настоящая Госпожа – именно то, что все эти женщины хотели и желали. Когда-то Эндерсон была с ней, испытав мощный секс с их псевдобогиней, и должна была признать, что, если бы любая из женщин знала, насколько это потрясающе, то они поубивали бы себя, пробуя добраться до нее.

Потому-то они и громко кричали у основания лестницы, надеясь на мимолетный взгляд в их сторону, улыбку, или редкую возможность на самом деле быть выбранными на вечер.

Адамс достигла нижней ступеньки и с грациозной уверенностью пошла через расступившуюся толпу. Некоторые из женщин кричали ее имя, отчаянно нуждаясь в ее внимании. Некоторые шли перед ней, заставляя ее лукаво усмехаться и захватывать их поводки, притягивая их к себе, так что перехватывало дыхание, а затем выпускать, отпихивая их назад в толпу. В то время, как она дразнила женщин, дергая к себе и отталкивая их назад, глаза Эндерсон поймали покачивание красных замшевых кисточек на плети Адамс, прикрепленной к поясу ее штанов. Горячая кровь мгновенно прилила к ее лицу и к пояснице, поскольку вид плети напомнил некоторые из их наиболее интенсивных сексуальных игр. Воспоминания о том, как она, лежа на спине, была привязана к кровати и, как загипнотизированная, смотрела на кисточки кнута напротив ее обнаженных грудей, когда Адамс располагалась на ней, быстро наводнили ее мозг. Она прислонилась к кому-то, пробуя восстановить силу в ногах и изгнать искусительные образы из своих мыслей. Вновь сфокусировавшись на Адамс, она наблюдая за тем, как женщина пробиралась через толпу, пока не натолкнулась на одинокую блондинку, стоящую в центре замершего танцпола.

Эндерсон затаила дыхание, когда ее глаза нашли знакомую фигуру Мак. Она не видела ее ранее, поэтому и не была готова к тому, как она будет выглядеть. Желание еще раз нагрело ее кровь, когда она наконец-то рассмотрела молодого детектива. Светлые волосы Мак казались влажными, и были зачесаны назад. Черные кожаные штаны, которые Эндерсон купила для нее, прильнули к ее мускулистым ногам, но вместо кожаного жилета, приобретенного в комплекте со штанами, Мак одела очень откровенный черный кружевной лифчик. Решение отклонить жилет и идти в лифчике, очевидно, было собственной идеей Мак, и Эндерсон сразу поняла, почему она сделала это. Лифчик был намного откровеннее, и являлся наиболее дерзким из способов показать себя. Определенно, Адамс это оценит. Сердце Эндерсон колотилось от желания, а сама она сходила с ума от ревности и вожделения, наблюдая издалека за тем, как Адамс приблизилась к сексуальной блондинке.

"Привет", – Приветствие Адамс было подобно мурлыканью, когда она, источая власть и уверенность в себе, встала перед Эрин,.

"Привет" – ответила Эрин, не в силах отвести глаз от выставленного напоказ тела. Цепи все еще двигались, и она хотела, чтобы они поскорее успокоились, закрывая собой красивые груди.

Адамс осмотрела ее сверху донизу, не скрывая усмешки: "Ты выглядишь лучше, чем я могла предположить…"

"Благодарю. Ты и сама выглядишь неплохо" – Эрин попробовала преуменьшить, как невероятно сексуально выглядела стоявшая перед ней темноволосая женщина. Толпа вокруг них вновь начала танцевать и Адамс чуть-чуть сдвинулась, прижимая свое теплое тело к Эрин.

"Я рада, что ты пришла", – прошептала она на ухо блондинке, – "Потанцуй со мной".

Эрин вздрогнула, когда они начали двигаться в ритме с музыкой. Адамс притянула ее ближе, и она почувствовала ее напряженные соски, когда они снова пробрались через цепи. Она коснулась крепкой, мускулистой спины высокой женщины, желая всем сердцем, чтобы ее тело оставалось спокойным.

"Mмм… По-моему, твоим рукам очень хорошо на мне…" – хрипло прошептала Адамс.

"Эй, вы двое, не возражайте, если я присоединюсь?" – произнес кто-то рядом с Эрин.

Детектив повернулась и тотчас узнала киноактрису, которую уже видела несколькими ночами ранее. Она выглядела очень сексуально в черной кожаной полоске, туго закрепленной на голой груди. Черная повязка закрывала один глаз, предполагая мистику так же как секс.

"Нисколько", – Эрин ответила прежде, чем Адамс имела шанс отклонить предложение. Актриса улыбнулась и приблизилась к Эрин, отодвигая ее от Адамс. Прежде, чем Эрин поняла что случилось, пухлые губы актрисы завладели ее собственными. Ее горячий язык вторгся в рот Эрин, исследуя и кружась внутри. Эрин сглотнула и чуть не поперхнулась от горьковатого привкуса во рту.

"Что это было?" – Она повернулась к усмехающейся актрисе, пробуя проглотить и смыть слюной все, что было в ее рту.

"Расслабься, это только Экстази. "

Эрин встряхнула головой, как будто все было нормально, и вновь повернулась к Адамс, положив руки на ее бедра.

"Это был неплохой поцелуй. " Она пыталась говорить беззаботно, но внутри была взволнована.

Она никогда не принимала Экстази и не знала, как ее тело отреагирует на него. Она надеялась, что это не помешает ее планам обольстить Адамс и, возможно, спровоцировать темноволосую женщину на неосторожные высказывания, которые могли бы помочь работе полиции.

"Энжи известна своими поцелуями Экстази." Они начали танцевать снова, и Эрин спиной почувствовала, что Энжи снова оставила их наедине друг с другом.

"Ты права, это гораздо лучше, чем вечеринка в стиле Дикого Запада…"

Адамс рассмеялась от всего сердца: "Ты и понятия не имеешь…"

"Я хотела бы узнать", – Эрин посмотрела в яркие синие глаза, когда высказала соблазнительную и покорную просьбу.

"Действительно? "

Эрин смогла увидеть намек на поднятую бровь над кожаной маской.

"Это – прямо-таки огромный шаг вперед. Ты изменилась…" – продолжала заинтригованная Адамс.

"Ты жалуешься?" – спросила Эрин, играя с нею.

Адамс засмеялась еще раз: "Нисколько. Только не говори мне, что именно кожа заставляет тебя думать о сексе…, я никогда не предположила бы это из написанного тобой…"

"Что именно ты почерпнула из моих произведений?"

"Хорошо, давай посмотрим," – задумалась она вслух. – "То, что ты романтична и очень, очень одинока…"

Откровение поразило Эрин. Даже если она и не была Кэтрин Чандлер, тем не менее, произнесенное в точности описывало ее.

"Э-э, хорошо. Я надеюсь, что ты действительно узнала об этом из моих книг"

"О, но это так." – Она притянула ее ближе, теснее прижав к себе: "Ты пишешь обо всем романтично и пылко, потому что это – то, чего ты хочешь больше всего в своей жизни: истинной любви, идеализированных отношений и романтизма. Ты хочешь всего этого…"

"А ты считаешь, что это невозможно?" – Эрин почувствовала по ее тону, что собеседница думала о несбыточности истинной любви.

Адамс задумалась на мгновение прежде, чем ответила: "Не после того, что я видела от людей…"

"Ты просто никогда не была влюблена", – заявила Эрин.

Адамс отодвинулась от нее, изучая ее лицо: "Почему ты так решила?"

"Поскольку, если бы ты была влюблена, тогда бы ты знала, что истинная любовь – это то, что нельзя контролировать. Это просто случается. И никакой разум или чувствительность не могут повлиять на это. Это просто существует", – Она не знала, откуда взялись слова, они просто вылились наружу.

Адамс очень долго смотрела на нее. Ее голубые глаза не отрывались от Эрин, как будто она достигла нового уровня в их глубине, вызвав тем самым наводнение в темно-синих глубинах.

"Должно быть Экстази действует на тебя", – заявила Адамс, пробуя скрыть то, что Эрин могла уже увидеть в ее глазах.

"Ты боишься. Ты боишься впускать кого-либо", – сказала Эрин мягко.

Открытие казалось таким неожиданным для нее. Адамс была хрупкой раковиной, без эмоций внутри. Они были благополучно скрыты где-нибудь еще, оставляя позади пустой, жесткий взгляд, но, тем не менее, очень хрупкой раковиной. Теперь она смогла увидеть это все настолько ясно, что ее сердце наполнила горечь.

"Все – нормально. Я понимаю", – продолжала Эрин, всматриваясь в красивое лицо высокой женщины. Она была так невероятно красива.

"Сними маску," – попросила она, внезапно нуждаясь увидеть ее лицо, все ее лицо.

Адамс облизнула губы, услышав просьбу. Она смотрела в зеленые глаза, искрящиеся тихой потребностью и сочувствием. Она хотела отодвинуть дерзкую блондинку, распрямить сильные плечи, сжать челюсть и вести себя естественно и беззаботно. Но не могла. Она не могла оттолкнуть эту женщину. Эту странную писательницу, которая сначала поразила ее своей внешностью, затем словами и, наконец, сердечностью.

"Я…" – Она посмотрела вокруг, не зная, что сказать, что сделать. – "Не здесь."

Адамс повернулась и нежно взяла руку Эрин, чтобы провести ее через танцзал. Они начали свое движение, и Эрин глубоко вздохнула, впервые замечая ее окружение. Звуки музыки, различные оттенки мечущихся по танцполу огней, – все это казалось настолько невероятным. И красивым. Все было необыкновенно красиво. Она смотрела на женщин, танцующих вокруг, и была заворожена их лицами. Тонкий слой поблескивающего пота покрывал их кожу, в то время как глубокие тени синих и фиолетовых огней акцентировали контуры и линии их лиц. Они были прекрасны. Она споткнулась о чью-то ногу и немного запнулась, заставляя Адамс развернуться к ней.

"С тобой все хорошо? "

Эрин провела рукой по лбу, изумляясь обилию пота на лбу. Она обратила внимание на хорошо скоординированные движения людей, танцующих сбоку от нее. Она повернулась, чтобы посмотреть на них, не в состоянии сопротивляться своему желанию. Но танец рядом не был столь же невероятен, как ей казалось в угловом зрении. В тот момент она поняла, что находится под воздействием наркотика.

"Прекрасно." – Она развернулась к Адамс и улыбнулась.

Фактически, она чувствовала себя более чем прекрасно. Она чувствовала себя чертовски невероятно. Адамс повернулась, удовлетворенная тем, что блондинка на самом деле чувствовала себя хорошо, и продолжила движение. Она медленно вела их вверх по лестнице, буквально заставляя Эрин любоваться своими совершенными ягодицами, обтянутыми блестящими черными штанами.

"Ты уверена, что с тобой все в порядке?" – Они достигли вершины лестницы, а Эрин даже не поняла этого. Усмешка все еще держалась на ее лице.

"Все хорошо." Она посмотрела на свою руку, которую Адамс считала своею собственной. Ее кожа была настолько теплой, настолько мягкой. Эрин подняла ее и поцеловала, чувствуя необходимость попробовать ее.

Адамс долго и тяжело смотрела на нее, ее синие глаза, освещенные огнями, сверкали желанием. В этот момент металлические серебряные хлопья упали на них сверху. Эрин завизжала от восхищения, глядя на блестящий серебряный снегопад вокруг них. Толпа ниже оживленно взревела и подняла руки, как только музыка Nine Inch Nails начала биться в клубе.

"Как это забавно!" – Эрин забросила руки за шею Адамс и усмехнулась ей.

Экстази уже набрал обороты, и она знала это, но не беспокоилась. Она не могла беспокоиться, ее мозг и тело не позволили бы ей думать об осторожности. Она чувствовала, что Адамс напряглась, почувствовав ее влечение. Она не могла не усмехнуться, и, кроме того, женщина пахла настолько хорошо!

"Как называется то, что ты носишь?" – Эрин отклонилась и легонько коснулась пальцем шеи темноволосой женщины.

Адамс удивилась и немного задумалась над ответом. Она никогда не отвечала на личные вопросы, но мягкое щекотание нежного пальца Кэтрин медленно разрушало ее каменную стену, кирпичик за кирпичиком.

"Это называют Желание от Кэлвина Кляйна." – Она должна была прочистить свое напряженное горло, чтобы произнести слова в ответ. Кэтрин зажигала огонь, который горел горячей и ярче чем кто – либо когда-либо разжигал в ней прежде.

"Оу. Вполне очевидно, почему его называют так," – прошептала Эрин, вкладывая особое значение в каждое слово.

"Вы двое все забавляетесь без меня?" – Энжи вернулась, и встала между ними.

"Мы только начали." – Адамс была раздражена тем, что их осмелились прервать, но улыбка на лице Кэтрин держала ее темперамент под контролем.

"Надеюсь, что это так," – заявила Энжи, посмотрев на Адамс. – "Теперь я должна поцелуй тебе. "

Музыка была громкой и мощной, но Эрин все-таки услышала сказанное. Глядя на Энжи и Адамс, она внезапно в действительности захотела, чтобы они "трахались, подобно животным".

Адамс смотрела мимо Энжи на блондинку: "Я не хочу никакого Экстази." Она не нуждалась ни в чем, чтобы чувствовать невероятные эмоции и желание, которое ощущала к Кэтрин.

"У меня ничего нет. Но я все еще должна тебе поцелуй," – не сдавалась Энжи, и провела пальцем по соскам темноволосой женщины через ее цепи.

Эрин почувствовала, что ее глаза расширились от эротической сцены перед нею. Она буквально сама ощущала постоянные, настойчивые поглаживания пальцев Энжи по темным соскам.

"Поцелуй ее!" – Эрин задохнулась, нуждаясь в подобном зрелище, и даже больше, нуждаясь испытать это.

Адамс выглядела удивленной и не могла поверить собственным ушам. Она посмотрела на лицо Кэтрин, и увидела желание, окрасившее ее щеки. Блондинка была возбуждена, и она не хотела сделать что-нибудь, чтобы потушить ее огонь. Она захватила затылок Энжи и притянула ее к себе.

"Укуси меня, детка." – Просьба была высказана низким, хриплым голосом, и Адамс подчинилась, позволяя себе, наконец, открыть ворота затопившему ее желанию. Эрин наблюдала с вуайеристским восхищением, как целовались две красивые женщины. Она видела, как их языки боролись за господство. В конечном счете, взяв руководство в свои руки, Адамс целиком захватила нижнюю губу Энжи в рот, оттягивая ее зубами, и всасывая в себя с силой.

Энжи застонала от глубокого наслаждения и Адамс, наконец, выпустила ее, указывая пальцем на ее губу. Небольшая усмешка изогнула губы Энжи от вкуса собственной крови.

Эрин сглотнула, как будто сама попробовала кровь, тяжелую и густую, с металлическим привкусом, словно сосешь пенни. Ее ноздри вздрогнули, находя странным этот аромат, аромат насыщенного желания. Поцелуй был страстным и голодным, и это пробудило ее собственную потребность.

"Моя очередь." – Она шагнула к Адамс и запутала руки в темных волосах высокой женщины. Шум клуба отдалился в туманном туннеле, когда ненасытная потребность омрачила чувства Эрин. Она слышала биение собственного сердца, эхом отдававшееся внутри нее, перегонявшее отяжелевшую от адреналина кровь к ее конечностям и губам, заполняя их, затемняя их.

Она закрыла глаза и вобрала Адамс своим ртом, посасывая ее верхнюю губу и обводя ее голодным языком. Она чувствовала, что высокая женщина задрожала, а затем как будто восстановив контроль, обхватила Эрин и притянула со стоном к себе. Эрин тотчас почувствовала язык, требующий входа, требующий права исследовать и предъявляющий на нее свои права. Не видя его, она знала, что он более длинный, чем ее собственный, и удивительно проворный, поскольку чувствовала его завораживающие, легкие движения.

Желая бОльшего, она встретила горячий сильный язык своим собственным, кружась и вступая с ним в поединок. Она почувствовала, что Адамс передвинул руку вверх по ее спине до затылка. Удерживая ее в этом положении, она взяла язык Эрин в рот и начала посасывать его.

Эрин застонала от наслаждения, и почувствовала, как пульсирует плоть между ногами, требуя быть следующей. С голодом и потребностью, питающими ее, она потянула за темную гриву, запутавшуюся в ее пальцах. Адамс не имела никакого выбора, кроме как немного отодвинуться, и Эрин получила полный контроль, оттягивая ее нижнюю губу, кусая и посасывая ее.

Адамс немедленно отреагировала, вставая на цыпочки, а затем оторвала Эрин от земли.

Эрин прервала контакт, затаив дыхание, не совсем удовлетворенная. Адамс поставила ее на пол, а затем подняла снова, на сей раз, обернув ноги Эрин вокруг своей талии.

"Я должна попробовать тебя. Сейчас." – сказала Адамс хриплым голосом.

Эрин просто кивнула головой. Ощущение сильной женщины между ее ногами, поражало разум, и ответственность опустила руки, сдаваясь на милость победителя. Адамс отнесла ее к двери своей комнаты. Она прислонила Эрин к стене на время, пока набирала код, чтобы разрешить им доступ. Эрин увидела Энжи позади них. Адамс повернулась, ощущая ее присутствие.

"Не сегодня, Энж."

Актриса остановилась. Улыбка играла на ее губах.

"Веселитесь, девочки," – промурлыкала она покидая их.

Эрин уцепилась за темноволосую женщину, пока они входили внутрь. Она знала, что собиралась делать, точно так же, что не должна этого делать. Но, казалось, ничего не имело значения для нее в данный момент, кроме необходимости касаться Адамс и чувствовать ее прикосновения.

Ее кожа ожила. Стала живой, как будто имела свой собственный разум, бьющийся пульс и жадный, ненасытный аппетит. Она сгорала от желания. Эрин потерлась носом об оголенную шею темноволосой женщины, заставляя ее дрожать.

Адамс выпустила Эрин, опустив ее на пол перед большой кроватью.

"Сними свою маску." – Эрин посмотрела на нее, указывая пальцем на кожаную полоску, из-под которой блестели яркие голубые глаза. Адамс потянулась и стащила маску с лица.

"Так намного лучше," – сказала Эрин. Ее пальцы нежно провели по высоким скулам. Адамс сглотнула, и Эрин заметила это. Она теперь все замечала. Красоту женщины перед ней, ее хрупкость, замаскированную безразличием и отчуждением, тонкий пульс, что бьется под кожей на шее. Она была человечная. И это было то, на что никто и никогда раньше не обращал внимания.

"Я хочу тебя," – сказала Эрин. – "Я хочу, чтобы ты взяла меня".

Адамс захватила руку, ласкающую ее лицо. Никогда в жизни она не хотела кого-то так сильно. Никогда еще не испытывала такого всепоглощающего желания. Оно было более глубокое, нежное, значащее. Она не чувствовала настойчивую потребность доминировать и брать, как обычно происходило со всеми другими. На сей раз, секс должен стать чем-то большим, чем удовлетворение ее собственных потребностей. Она потянулась и коснулась шеи блондинки. Кэтрин задрожала, ее глаза расширились от желания.