Текст книги "Иисус, или Смертельная тайна тамплиеров"

Автор книги: Робер Амбелен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Глава XIV. Царь Иудейский

Сан, которым вас наделяют, – это часто рабство, которое вам навязывают.

Раббан Гамалиил II, II век

Верующие постоянно и до бесконечности повторяют фразу (которая, как мы утверждаем, представляет собой вставку, сделанную греческими писцами IV века), где Иисус провозглашает себя царем неземного царства:

«Иисус отвечал: Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было Царство Мое,то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан Иудеям; но нынеЦарство Мое не отсюда» (Иоан., 18:36).

Если мы вдумаемся в слова этой фразы, мы сделаем из нее один очень важный вывод: самим своим ответом Иисус признает, что обманулся. До ареста он верил, что его царство от мира сего;но поскольку его сторонники покинули его, предали, захватили в плен, быть царем ему уже не судьба. Отныне, если на этом свете он не царь, он будет им в другом месте, среди мертвых,и, заявляя это, он бессознательно использует и относит к себе легенду, которую не мог не знать, – легенду об Осирисе. Отсюда странная форма заключительной фразы: «Но ныне(в смысле: „я понимаю“) Царство Мое не отсюда» (Иоан., 18:36).

Если мы усомнимся в верности такого толкования, нам достаточно обратиться к другой фразе из канонических Евангелий:

«Когда же пришли они в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказали: Учитель ваш не даст ли дидрахмы? Он говорит: да. И когда пошел он в дом, то Иисус, предупредив его, сказал: как тебе кажется, Симон? цари земныес кого берут пошлины или подати? с сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак, сыны свободны…»(Матф., 17:24–26).

Таким образом, этой простой фразой Иисус дает понять, что отнюдь не считает себя сыном некоего небесного царя, но вполне считает себя сыном одного из царей земных,в данном случае – земли Израиля, потому что как «сын Давидов» он имел права только на нее.

К тому же есть и еще стихи канонических Евангелий, которые сохранились и ускользнули от цензоров, несмотря на строгие проверки в течение первых пяти веков. Сделаем их последовательный обзор:

«Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока, и говорят: где родившийся Царь Иудейский?ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему» (Матф., 2:1–2).

Здесь ни мессианское пророчество, ни сам евангельский текст не говорят ни о царе Мира,ни о воплощенном божестве;речь идет только о царе иудеев,который будет царствовать над Израилем, что подразумевает важное политическое событие для того времени – восстановление единства еврейской земли, расчлененной сначала из-за отпадения Самарии, потом вследствие создания тетрархий и римского протектората над остальной частью.

Но текст Иоанна очень ясен; судите сами:

«Тогда Пилат опять вошел в преторию, и призвал Иисуса, и сказал Ему: Ты Царь Иудейский?Иисус отвечал ему: от себя ли ты говоришь это, или другие сказали тебе обо Мне?» (Иоан., 18:33–34).

Эта простая фраза показывает, что Иисус остерегается. Прежде чем признаться, что он хочет быть царем Израиля, каковое желание может стоить ему жизни, он хочет знать, насколько с этим притязанием знаком Пилат. Но отсюда также следует, что молва воспринимала Иисуса как царя – в качестве «сына Давидова». Отсюда последующее признание:

«Пилат сказал Ему: итак, Ты Царь? Иисус отвечал: ты говоришь, что Я Царь…» (Иоан., 18:37).

Синоптические Евангелия еще яснее:

«И спросил Его правитель: Ты Царь Иудейский?Иисус сказал ему: ты говоришь» (Матф., 27:11; Марк, 15:2; Лук., 23:3).

Не может быть никаких возражений – развитие событий показывает, что Иисус предстал перед Пилатом как царь иудеев, царь Израиля:

«Он (Пилат) сказал им в ответ: хотите ли, отпущу вам Царя Иудейского?..Что же хотите, чтобы я сделал с Тем, Которого вы называетеЦарем Иудейским?» (Марк, 15:9 и 12).

Эта фраза демонстрирует, что для большой части населения Иисус был законным царем.

Тем же он был и для римских солдат. Смеясь над ним в претории, они называли его этим титулом; над «царем иудейским» жестоко глумилось шесть центурий ветеранов, составляющих легионерскую Когорту; они также в курсе всего, ни о колебаниях, ни о неведении и речи нет:

«Тогда воины правителя, взявши Иисуса в преторию, собрали на Него весь полк и, раздевши Его, надели на Него багряницу; и, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову и дали Ему в правую руку трость; и, становясь перед Ним на колени, насмехались над Ним, говоря: радуйся, Царь Иудейский!» (Матф., 27:27–29).

Марк (15:18) и Иоанн (19:2) описывают ту же сцену, но у Иоанна плащ пурпурный [в русском синодальном переводе везде «багряница»], а не алый, чем он подчеркивает намерение римских легионеров облачить Иисуса в мантию, напоминающую мантии государей. Потому что легионерские хламиды были, очевидно, красными, а не пурпурными.

Кстати, и табличка над головой распятого Иисуса воспроизводила этот титул или же это обвинение:

«И поставили над головою Его надпись, означающую вину Его:Сей есть Иисус, Царь Иудейский»(Матф., 27:37).

Марк лаконичней, согласно ему, на табличке значилось только:

«Царь Иудейский»(Марк, 15:26).

Эта краткость лишь подчеркивает основное обвинение Иисусу – восстание против кесаря,преступление, наказуемое смертной казнью, а к нему добавились и другие обвинения, столь же тяжкие, которые мы разберем отдельно: зловредная магия, мятежи, разбой и т. д.

И когда его противники из числа евреев пришли к месту его казни, именно в качестве царя иудеевони подбивали его освободиться от креста:

«Христос, Царь Израилев,пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели, и уверуем» (Марк, 15:32).

Наконец, последнее невольное свидетельство того, что Иисус притязал на сан царя Израиля, нам дает Иоанн:

«Первосвященники же иудейские сказали Пилату: не пиши „Царь Иудейский“, но что Он говорил: „Я Царь Иудейский“»(Иоан., 19:21).

Однако был период, когда Иисус мог бы стать царем если не всего Израиля, то по крайней мере его части. Ведь у Иоанна мы находим такое характерное место:

«Иисус же, узнав, что хотят прийти, нечаянно взять Его и сделать царем, опять удалился на гору один» (Иоан., 6:15).

В этом нежелании Иисуса, чтобы его провозглашали царем, читатель может увидеть противоречие с тем, что цитировалось ранее. Ничего подобного. Ведь Иисус желал трона Израиля,именно на него претендовал он; какое попало царство было ему не нужно. Он хотел воссоединить два враждебных царства – Иудею и Самарию, разделенных со времен смерти Соломона, то есть с 930 года до нашей эры; это доказывает одна фраза:

«Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Матф., 23:37)

Отсюда связи Иисуса с нечистой землей Самарии, несмотря на иудейские запреты. Ведь если бы он добился успеха перед лицом римского могущества, наконец объединенная Палестина могла бы надеяться на освобождение.

Так вот, те, кто хотел взятьИисуса и сделать его своим царем, – это были не его последователи, а сомнительная толпа без кола и двора, скопище, где было столько же бродяг, сколько и разбойников. Во всяком случае, это, похоже, были не настоящие иудеи, а очень смешанная масса, следовательно, не внушавшая доверия иудею, домогающемуся легитимной царской власти. Чтобы понять это, достаточно перечитать текст Иоанна:

«После сего пошел Иисус на ту сторону моря Галилейского, в окрестности Тивериады…» (Иоан., 6:1).

«Когда же настал вечер, то ученики Его сошли к морю и, вошедши в лодку, отправились на ту сторону (Галилейского) моря в Капернаум. Становилось темно, и Иисус не приходил к ним…» (Иоан., 6:16–17).

Итак, достаточно взять карту местности, чтобы констатировать:

а) Иисус и его последователи сначала отправились в Тивериаду и пересекли Галилейское море. Там возник заговор с целью забрать его ночью, чтобы сделать царем;

б) поэтому они ушли оттуда и вновь пересекли Галилейское море, но уже в направлении Капернаума.

Простой осмотр карты показывает, что в первый раз они причалили на территории, которая называется Декаполис,эллинистическая федерация десяти городов, населенная в основном греками, которая провозглашением своей свободы была обязана Помпею. А Иисус вовсе не был склонен царствовать над нечистым,нееврейским населением [86]86
  Некоторая несогласованность: во-первых. Тивериада не входила в состав Декаполиса, во-вторых, причиной, по которой Иисуса собрались сделать царем, состояла в том, что его восприняли как «Пророка. Которому должно прийти в мир» (Иоан., 6:14), – греки, в отличие от евреев, никаких пророков не ждали. Да и чудо с пятью хлебами. Которое вызвало такой эффект, было совершено в связи с иудейской Пасхой (примеч. пер.).


[Закрыть]. Вот и весь секрет его отказа. Напротив, укрывшись в Капернауме, он оказывался в Галилее, у себя дома.

Зато существует один коптский апокриф. Евангелие от двенадцати апостолов, которое просвещенный Ориген считал старейшим апокрифическим Евангелием вместе с Евангелием от египтян – по его мнению, то и другое древней Евангелия от Луки. И это Евангелие от двенадцати апостолов излагает очень любопытное предание о возможной царской власти Иисуса, разумеется, при жизни.

Перевод этого Евангелия принадлежит д-ру Э. Ревийу, профессору и хранителю Лувра, и сделан к 1904 году; переводчик полагает, что «очень обстоятельные рассказы этого евангелия, приводящие немало любопытных подробностей, должно быть, написаны не позже II века,потому что в III веке Ориген считал этот текст очень древним апокрифом, возможно, произведением святого Луки» ( Revillout, Eugene.L'evangile des douze apotres. Roma: typ. del cav. V. Salviucci. 1903. P. 128).

Так вот, в первых фрагментах, переведенных Э. Ревийу, сведения из которых дополняются в других частях того же текста, идет речь о некоем Карии, которого якобы послал кесарь Тиберий для назначения нового тетрарха в то самое время, когда, согласно каноническим Евангелиям, Иисуса пытались провозгласить царем (Иоан., 6:15).

Г-н Робинсон предполагает, что Карий (Karios) – это в действительности Квирин (Kirinos) Евангелия от Луки (2:2). Д-р Ревийу считает, что это скорее Гай, который, согласно Тациту, был послан Тиберием для умиротворения Армении и назначения ей царя по своему выбору.

Согласно одному новому фрагменту, вероятно предшествующему другим, Тиберий решил назначить нового тетрарха взамен Филиппа после того, как получил от Ирода Антипы, брата последнего, донос, сообщавший, что Филипп готовит заговор. Тогда Тиберий якобы приказал конфисковать имущество и тетрархию Филиппа и оставить ему лишь жизнь, равно как его жене и дочери. Ирод Антипа, видимо, на самом деле хотел аннексировать тетрархию Ирода Филиппа.

Можно ли сделать вывод, что именно этой возможностью воспользовался Ирод Антипа, чтобы захватить свою невестку Иродиаду и ее дочь Саломею? Это вполне вероятно; в таком случае дело происходило в 29 году нашей эры.

Как бы то ни было, это объясняло бы то, чего канонические Евангелия не объясняют,а именно причину загадочной ссоры между Пилатом и Иродом Антипой, которые примирились только после ареста Иисуса, потому что Ирод Антипа понял, что Пилат больше не поддерживает кандидатуру Иисуса (Лук., 23:12).

Фрагмент из Евангелия от святого Петра, найденный в начале этого века, похоже, это вполне подтверждает.

Итак, вот те места из Евангелия от двенадцати апостолов, где говорится о намерении Тиберия провозгласить Иисуса царем вместо Ирода Филиппа, тетрарха Гавланитиды, Трахонитиды, Ватанеи и Панеады:

«Ирод также был тетрархом Галилеи. Наконец вошел в него сатана. Он поднялся. Он пошел к императору Тиберию. Он обвинил при том Филиппа, а именно… (фрагмент отсутствует).

Сей император весьма рассердился, сказав: вот, значит, весь мир подчинен моей власти с тех пор, как Бог передал эти предметы в руки моего отца Августа. А Филипп хочет поднять мятеж против моей царской власти и моего могущества. Я не позволю ему этого. И повелел… (фрагмент отсутствует).

„Ты конфискуешь [имущество] Филиппа, ты отберешь у него дом. Ты захватишь его имущество, его слуг, его животных, все его богатства и все, что принадлежит ему, и отправишь это в средоточие моей императорской власти. Все это имущество ты сосчитаешь для меня и не оставишь ему ничего, кроме его жизни, жизни его жены и дочери“. Вот что сказал Тиберий нечестивому Ироду (Антипе).

Он отправился, равно как и те, кого с ним послали. Он захватил Филиппа, который ничего не знал и который ничего не ведал об этом деле (из-за которого с ним так обошлись).

И случилось, что в те дни, когда Иисус воскресил Лазаря, один вельможа из Галилеи явился к Ироду по поводу управления, которое им надлежало осуществлять над землями Филиппа, каковой Филипп был обвинен перед императором за разорение этих земель под предлогом, что Ирод отобрал у него жену.

Карий (Гай) же, вельможа императора, услышав о чудесах, которые творит Иисус, поспешил к нему и увиделся с ним.Тогда Карий принес вести об Иисусе. Он сказал Ироду: „Оный достоин быть сделан царем над всей Иудеей и над землями Филиппа“.

Когда Ирод услышал эти слова об Иисусе, он весьма обеспокоился и произнес против Иисуса великие обвинения, добавив: мы не хотим, чтобы он был царем Иудеи. Он собрал также всех иудейских вельмож. Он сказал им, что Карий помышляет сделать Иисуса царем. В тот миг Ирод отдал повеление, сказав: тот, кто окажется с этим согласен, будет умерщвлен мечом, а все, что находится в его жилище, будет отобрано.

Анна и Каиафа, вельможи иудеев, встретились с Карием, вельможей императора Тиберия. Они произнесли лживые слова и ложные свидетельства, каких против Иисуса не говорили со времени его рождения до самой смерти. Одни утверждали, что это чародей, другие – что он произведен на свет женщиной [87]87
  Косвенный намек на утверждения некоторых, что Иисус якобы родился от внебрачной связи его матери с римским или сирийским наемником.


[Закрыть], третьи – что он не соблюдал субботы, четвертые – что он разрушил синагогу иудеев (Храм).

Когда все это случилось, Ирод (Антипа) потребовал от каждого из иудейских вельмож по фунту золота. Он собрал большую сумму. Он передал ее Карию, чтобы тот не говорил о славе Иисуса императору Тиберию. Карий принял деньги из рук Ирода и не довел дело до кесаря» ( Евангелие от двенадцати апостолов.II фрагмент).

Так вот, все это не так нелепо, как кажется на первый взгляд из-за наивной формы изложения.

Ведь такая реставрация, согласно намерениям Тиберия, предполагала желание раз и навсегда замирить все территории, постоянно грозившие отколоться, дав им легитимного суверена, который мог претендовать на этот сан по закону, с полным правом, потому что был «сыном Давидовым». Тот же претендент, в то время предводитель постоянных мятежей, сын и внук мятежников, став законным правителем, сам бы успокоил страну. Ему было бы назначено нечто вроде цивильного листа за счет пошлин и налогов, и больше он беззаконно ничего бы не отбирал. С другой стороны, Рим удовлетворил бы большинство евреев, с большим трудом терпевших деспотизм идумейских царьков. Но это очевидно не устраивало Ирода Антипу.

Таким образом, этот тезис, который дает нам Евангелие от двенадцати апостолов, объяснил бы два загадочных места в канонических Евангелиях:

«В тот день пришли некоторые из фарисеев и говорили Ему: выйди и удались отсюда, ибо Ирод хочет убить Тебя» (Лук., 13:31).

«Иисус же, узнав, что хотят прийти, нечаянно взять Его и сделать царем, опять удалился на гору один» (Иоан., 6:15).

В самом деле, вполне очевидно, что, если бы Иисус ограничивался тем, что исцелял больных и произносил моральные наставления, у Ирода Антипы не было бы никаких оснований убивать его. Если коварный царек решил это сделать, значит, Иисус представлял для него угрозу, которая могла относиться к единственной сфере – сфере его интересов, к его собственному маленькому царству. А значит, эта угроза выражалась в поведении Иисуса, в его словах, в его действиях.Это очень далеко от описанной, а скорее выдуманной Эрнестом Ренаном пасторали.

Но Иисусу не было написано на роду когда-либо стать царем, и вопреки легенде о Благовещении «Господь Бог» не дал ему «престол Давида, отца Его», и не царствовал он «над домом Иакова вовеки». Потому что менее чем через сорок лет после его казни дома Иакова не стало, и Израиль перестал существовать.

И однако в «Завете в Галилее», самые древние списки которого относятся в лучшем случае к VIII веку, уточнена дата знаменитого «второго пришествия» Иисуса во всей славе – факт, который доказывает, что первоначальная редакциятекста составлена раньше этой даты, потому что иначе бы это не было пророчеством. Вот этот текст, переведенный с эфиопского по древнейшей из известных рукописей:

«Воистину говорю вам, я приду, как солнце, что восходит, в своей славе я буду сиять в семь раз ярче, чем оно, тогда как передо мной пойдет мой крест. Мы ему сказали: о Господи, в каком году ты вернешься? И он сказал нам: когда истечет сто пятидесятый год, во дни Пятидесятницы и Пасхи» ( Завет в Галилее.28, folio 16).

Таким образом, первоначальная редакция была составлена до 150 года, но незадолго.

Как бы наш герой ни рассчитывал на свой приход, он не вернулся ни в 150-м, ни в 1000 году. Ожидание продолжается.

Глава XV. Мессианистская десятина

Обучение Торе не должно быть лопатой для загребания денег.

Равви Цадок. 50 г. от Р. X.

Чтобы понять, почему сикарии проводили реквизиции у жителей Израиля, облагали их данью, насильственно забирали средства, что затрудняло для последних выплату податей римлянам или идумейским тетрархам и напоминало им разбой, надо вспомнить две вещи:

а) любая партизанская армия живет за счет края, где она действует, и тут ничего не попишешь, нравится это или нет мирному населению – иначе быть не может;

б) на стороне наших сикариев, убежденных, что они – поборники иудейской монархии во всей ее легитимности и чистоте (эдакая армия Конде образца 1792 года, считающая герцога Нормандского законным королем под именем Людовика XVII), формально было и слово Писания.

Когда евреи пожелали, чтобы ими правили уже не мудрецы, называемые «судьями», а царь, как у соседних народов, пророк Самуил им заранее предсказал, что у этого царя будут на них такие права, которые они больше не смогут обойти:

«И пересказал Самуил все слова Господа народу, просящему у него царя. И сказал: вот какие будут права царя, который будет царствовать над вами: сыновей ваших он возьмет, и Приставит к колесницам своим, и сделает всадниками своими, И будут они бегать перед колесницами его; и поставит их у себя тысяченачальниками и пятидесятниками, и чтобы они возделывали поля его, и жали хлеб его, и делали ему воинское оружие и колесничный прибор его. И дочерей ваших возьмет, чтобы они составляли масти [88]88
  То есть благовония; подразумевалось, что они станут придворными дамами, фрейлинами, камеристками,для которых обязательным было сексуальное услужение суверену, очень быстро превращавшее их в наложниц, то есть в проституток.


[Закрыть], варили кушанье и пекли хлебы. И поля ваши и виноградные и масличные сады ваши лучшие возьмет и отдаст слугам своим. И от посевов ваших и из виноградных садов ваших возьмет десятую часть, и отдаст евнухам своим и слугам своим. И рабов ваших, и рабынь ваших, и юношей ваших лучших, и ослов ваших возьмет, и употребит на свои дела. От мелкого скота вашего возьмет десятую часть; и сами вы будете ему рабами» (1 Цар., 8:10–17).

Именно ссылаясь на эти слова Писания, во всех христианских государствах впоследствии оправдывали вассальную зависимость, «налог кровью», военную службу суверену, право первой ночи, десятину, барщину и пр. А из последних слов 17-го стиха выросло рабство.

Когда фанатики убеждены, что они служат правому делу и с ними Бог, они достаточно быстро переходят любые пределы. Это доказывает история шуанов, которых сельское население очень быстро стало называть «разбойниками» за их неизбежные «разбои». Такими же были «компании Иегу», разновидность шуанства на Роне. Такими же были некоторые отряды маки, которых регулярные части Сопротивления были вынуждены в 1943–1944 годах обуздывать и даже уничтожать, потому что бесчинства этих отрядов грозили скомпрометировать движение. Такие партизаны особого рода фактически оказывались вне закона.

Теперь, сознавая все это, мы лучше поймем дальнейшее в поведении Иисуса и его отрядов, потому что повсюду «нужда закона не знает», а деньги – нерв войны.

В Евангелиях есть одна фраза, явно разоблачающая мессианистскую вербовку:

«Иисус говорит им: истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие; ибо пришел к вам Иоанн (Креститель) путем праведности, и вы не поверили ему, а мытари и блудницы поверили ему; вы же, и видевши это, не раскаялись после, чтобы поверить ему» (Матф., 21:31–32).

Блудницы на самом деле были исключены из еврейского общества, это доказывают такие строки:

«Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых, и не должно быть блудника из сынов Израилевых. Не вноси платы блудницы и цены пса [89]89
  Пес– гомосексуалист, занимающийся проституцией; можно догадаться, почему он так назывался…


[Закрыть]в дом Господа, Бога твоего, ни по какому обету; ибо то и другое есть мерзость перед Господом, Богом твоим» (Втор., 23:17–18).

Из двух приведенных цитат можно сделать вывод, что, коль скоро жители Израиля в огромном большинстве не доверяют мессианству, которое проповедовал Иоанн Креститель, коль скоро их мало интересует новое восстание (за предыдущих семьдесят два года восстаний было около сорока, и безрезультатных), они не получат ни места, ни должности в царстве, когда оно будет восстановлено для Сына Давидова, законного наследника, то есть для Иисуса.

Зато мытари и блудницы, вставшие на сторону повстанцев, получат в восстановленной таким образом монархии Давида привилегированные места. Можно отметить, что эти люди, занимая последние места в иерархии еврейского общества, ничего не теряли, примыкая к мессианству, и могли все приобрести в случае его успеха.

Действительно, следует вспомнить, что мытарей, называемых также публиканами, население особо презирало. Талмуд говорит:

«Разбойников, убийц и мытарей следует ставить на одну доску».

Эти люди, представляя собой нечто вроде откупщиков пошлин, таможенников, сидели в каменных клетушках на входе в города и деревни, у мостов и бродов. Они взимали в пользу римлян (на территории, управляемой последними) или тетрархов (на территориях тетрархий), то есть властей, подчиненных Риму и сотрудничающих с ним, сумму, равную десятой части стоимости того, что ввозили в данное место или провозили через него. Разумеется, гораздо больше они взимали в свою пользу, ведь им надо было жить.

Так вот, наши сикарии изыскали очень простое средство наполнять партийный денежный ящик, из которого свободно черпал Иуда Искариот, и никто ему в этом не препятствовал (Иоан., 12:6) по той превосходной причине, что он был одним из мастеров его регулярного пополнения. Это средство состояло в том, чтобы брать десятину с тех, кто взимает десятину.В наши дни это называется рэкетом– от английского глагола rack,означающего, в частности, «вымогать».

У безымянных писцов, которые в IV и V веках редактировали Евангелия, известные нам, не было воображения. Как для того, чтобы не слишком удаляться от магистрального направления традиции, так и затем, чтобы иметь канву для рассказа, они сохранили основной исторический каркас. Факты налицо, и неопровержимые; вымышлены некоторые детали и, главное, комментарии, добавленные впоследствии.

Прежде всего отметим, что Иисус (или Симон Зелот, его брат и заместитель) установил в мессианском движении суровую дисциплину, распространявшуюся даже на семью.

Так, например, когда его мать Мария хочет просить у него милости для двух других сыновей, она кланяется ему:разве он не царь Израиля, не господин, не сын Давидов? Судите сами:

«Тогда приступила к нему мать сыновей Зеведеевых с сыновьями своими, кланяясь и чего-то прося у него» (Матф., 20:20).

Мы знаем, что жену Зеведея звали Марией:

«Между ними были Мария Магдалина и Мария, мать Иакова и Иосии, и мать сыновей Зеведеевых» (Матф., 27:56).

Это также Мария, мать Иисуса, потому что Иаков, сын Зеведея, – брат Иисуса:

«Другого же из апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня» (Гал., 1:19).

Во время знаменитого брака в Кане он ей высокомерно ответит:

«Женщина! Что общего между тобой и мной?» [90]90
  В русском синодальном переводе: «Что Мне и Тебе, Жено?» (примеч. пер.).


[Закрыть](Иоан., 2:4).

Итак, теперь понятней, что, когда он отдавал приказы братьям и «ученикам», ему беспрекословно подчинялись. Там, где наивный верующий видит авторитет, возникший чудом, потому что мгновенно, размышляющий наблюдатель отметит просто определенную власть, которой располагает Иисус, и полное подчинение со стороны его сотрудников. В то время и долгие века повеление царя исполнялось без малейшего подобия споров. И вот как была организована новая форма налогообложения.

Для начала заметим, что мытарь Левый– то же лицо, что и апостол Матфей.Это упростит понимание дальнейшего:

«Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфей, и говорит ему: следуй за Мною. И он встал и последовал за Ним» (Матф., 9:9).

«Проходя, увидел он Левия Алфеева, сидящего у сбора пошлин, и говорит ему: следуй за Мною. И он, встав, последовал за Ним» (Марк, 2:14).

«После сего Иисус вышел, и увидел мытаря, именем Левия, сидящего у сбора пошлин, и говорит ему: следуй за Мною. И он, оставив все, встал и последовал за Ним» (Лук., 5:27–28).

Тут ничего сложного нет: Левий получает приказ своего брата или кузена, который в то же время его царь, и повинуется. Что может быть обычней? Дальнейшее также очень просто:

«И сделал для Него Левий в доме своем большое угощение;и там было множество мытарей и других,которые возлежали с ними» (Лук., 5:29).

«И когда Иисус возлежал в доме (очевидно, Левия Матфея), многие мытари и грешникипришли и возлегли с Ним и учениками Его» (Матф., 9:10).

«И когда Иисус возлежал в доме его (Левия), возлежали с Ним ученики Его и многие мытари и грешники…» (Марк, 2:14).

Это «большое угощение», таким образом, еще и сходка,сбор преступного мира, и такое утверждение нельзя считать слишком смелым, потому что сам Иисус ставит означенных мытарей на последние места в обществе:

«Ибо, если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари?» (Матф., 5:46).

Он уже ассоциировал мытарей с блудницами, следуя тем самым еврейской традиции, выраженной в Талмуде, который уподобляет их разбойникам и убийцам.

Надо сказать, что в тех краях, еще менее тридцати лет назад подверженных непрерывному разбою, где до сих пор (в политических событиях) неизменно господствует «партизанский» подход (Йемен, Ирак и т. д.), мытари в то время, производя свои личные поборы, соединенные с официальными, вели себя как настоящие грабители с большой дороги.

Тем не менее сам Иисус платить означенные подати не любит:

«Когда же пришли они в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказал: Учитель ваш не даст ли дидрахмы? Он говорит: да. И когда пошел он в дом (сборщиков), то Иисус, предупредив его, сказал: как тебе кажется, Симон? цари земныес кого берут пошлины или подати? с сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак, сыны свободны…»(Матф., 17:24–26).

Это он сказал потому, что прекрасно понимал: он – сын царя (Иуды из Гамалы, который был «сыном Давидовым» до него) и должен получать деньги, а не платить. Отсюда его горькое суждение об означенных публиканах:

«Если же согрешит против тебя брат твой… то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Матф., 18:15, 17).

Здесь мытарь-публикан поставлен даже в один ряд с язычником. Но при обычном порядке вещей с мытарем следует обходиться бережно, потому что именно благодаря ему наполняется партийный денежный ящик, которым заведует Иуда Искариот и из которого берет деньги, о чем было известно(Иоан., 12:6), но что не имело значения, потому что этот ящик легко наполнялся. Настолько легко, что он находился при Иуде Искариоте даже в вечер, когда арестовали Иисуса.

На самом деле главным сборщиком был Левий Матфей, мытарь. Он собирал и объединял суммы, вносимые другими мытарями, а Иуда Искариот, который был казначеем движения, подсчитывал их и хранил весь зелотский бюджет. Вероятно, масса блудниц недавно «поверила ему», чтобы заслужить «Царство Божие». Их средства пополнили зелотский бюджет.

С другой стороны, зелоты знали, что Иуда тратит средства движения в личных интересах, однако не передавали их кому-нибудь более честному, не рискуя их у него отбирать.В этом заключается небольшая тайна, не лишенная интереса. Что же знал Искариот, благодаря чему был таким бессменным?Очевидно, что-то не очень красивое и грозившее кое-кому наказанием, столь же позорным, сколь и неизбежным.

В качестве доказательства того, что мытари в свою очередь платили налог зелотам (они же сикарии), у нас есть только следующие строки Павла:

«Получающие священство из сынов Левииных имеют заповедь – брать по закону десятину с народа,то есть со своих братьев, хотя и сии произошли от чресл Авраамовых» (Евр., 7:5).

А Иисус назовет себя священником по чину Мелхиседека. Но вот что дальше:

«И… сам Левий, принимающий десятины… дал десятину…» (Евр., 7:9).

Так вот, здесь речь идет не о Левин, сыне Иакова и Лии, племяннике Рахили и внуке Авраама. Потому что тот Левий никогда и никому десятины не платил [91]91
  Автор очень тенденциозно сокращает цитату из Послания к евреям – там сказано: «И, так сказать, сам Левий, принимающий десятины, в лице Авраама дал десятину: ибо он был еще в чреслах отца, когда Мелхиседек встретил его» (Евр., 7:9-10). То есть речь идет вовсе не о выплате налога лично Левием (примеч. пер.).


[Закрыть]. Его жестокость и необузданность вошли в поговорку – см. о нем в Книге Бытия (49:5–7). Это Левин, очень близкий к Павлу, это Левий – он же Матфей, мытарь. И он не только платил десятину, но и организовал ее сбор с собратьев-мытарей. Разумеется, в пользу мессианистской кассы.

После смерти Иисуса, как и до нее, еврейские восстания с целью восстановить царство Давида продолжались. Равно как и сбор этой «десятины». Судите сами. Вот что мы читаем у Иосифа Флавия:

«Во время наместничества Фада в Иудее некий Февда,обманщик, уговорил большую массу народа забрать с собой все имуществои пойти за ним, Февдой, к реке Иордан. Он выдавал себя за пророка и уверял, что прикажет реке расступиться [92]92
  Как это сделали Елисей, преемник Илии, и его учитель Илия (4 Цар., 2:8 и 14). Этот Февда (он же Фаддей, он же Иуда), обращаясь к Илии, следовал примеру Иисуса.


[Закрыть]и без труда пропустить их. Этими словами он многих ввел в заблуждение. Однако Фад не допустил их безумия. Он выслал против них отряд конницы, которая неожиданно нагрянула на них, многих из них перебила и многих захватила живьем. Остервенившись, воины отрубили самому Февде голову и повезли ее в Иерусалим» (Иосиф Флавий.Иудейские древности. XX, V, 1. Т. 2. С. 414–415) [93]93
  Куспий Фад был прислан императором Клавдием в 45 году. В 46 году его сменил Тиберий Александр, распявший Симона Зелота (он же Петр) в Иерусалиме в 48 году вместе с его братом Иаковом Старшим.


[Закрыть]. Это 45 год.

Мы знаем, что в 44 году Иаков Младший, «Иаков Алфеев», был обезглавлен в Иерусалиме (Евсевий Кесарийский.Церковная история. II, I. С. 52). Так вот, у него был сын, апостол Иуда, которого еще звали Фаддеем [94]94
  Традиционно он считается не сыном, а братом Иакова Младшего (примеч. пер.).


[Закрыть]. В этом сходятся все католические и протестантские экзегеты. Этот самый сын и есть Февда, он же Фаддей, который был обезглавлен, как и его отец, по приказу Фада. Его называли чародеемпо той замечательной причине, что он унаследовал от отца навыки магии, которую Иисус привез из Египта. И как астрологов в те времена называли халдеями(это факт), чародеев называли египтянами.Еще в средние века этим словом будут называть цыган.

Вот почему, когда Павла арестуют в Иерусалиме во время нового мятежа (Деян., 21:27–36), мы обнаружим и такое свидетельство: