Текст книги "Виктория. Вспомнить себя 2 (СИ)"

Автор книги: Раяна Спорт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 31

Я проснулась по одной простой причине: Себастиан громко выругался. Как выяснилось, на него действительно свалился Француа.

– Что? Где я? Ты кто? – еще не раскрыв полноценно глаза, начал озираться бывший метрдотель. Казалось, он бы и в зеркале сейчас себя не узнал, и стоял бы долгих десять минут, любезничая с «незнакомцем».

– Франц, ты как был с детства кабаном, так и остался! Ты мне чуть ребра не повыламывал, – заскулил Себастиан, держась за грудную клетку.

– Себ?! – резко передернулся мужчина спросонья.

– Да кто же еще?!

Француа будто удар схватил, ибо он не мог даже моргнуть, устававшись на Себастиана. Тот в свою очередь вроде как мог уже дышать и с более понимаем отнесся к шоковому состоянию брата.

– Мы вчера встретились в таверне. Пили вместе чай по рецепту хозяина, и ты вырубился от усталости и недосыпа. С Изи кое-как дотащили тебя до этого номера и остались сторожить твой сон.

Историю о том, что у нас просто не было денег снять приличный номер, Себастиан решил видоизменить и меня это устраивало. Сейчас было не до финансовых проблем.

Француа будто в одночасье скинул с себя оковы сна, не желающие отпускать его сознание, хоть по красным глазам и багровому мятому лицу этого и не скажешь сразу. Однако голос его стал более официальным, ну или мягким, так сказать.

– Себ… Себ, – и с этими словами он бросился обнимать брата, который вновь ойкнул.

– Ты все же решил доломать мне кости, Франц, признайся уже.

Француа чуть ли не целовал его уже, более походя на собаку, которая наконец-то дождалась хозяина.

– Изи, ты спасла его! Черт возьми, спасла! – меня чуть было не повалил в беспамятство аромат его нечищенных зубов.

– Ну так я думала, что ты итак в курсе. Вас же вовремя выселили из отеля, – напомнила я.

– Да, но демон лишь сказал, что все идет к завершению. Никаких гарантий он не давал. Точнее предложил на ходу заключить сделку за информацию, но я отказался. А вчера вечером, уже пожалел об этом сотню раз. Я ж похоронил вас!

– Похоронил? – удивился Себастиан, вновь разминая шею и грудь.

– А почему ты думаешь я решил употребить? – нашел оправдание своему поведению Француа.

– Ну может потому, что ты часто это делаешь? – вставая, огласил мою мысль мой спутник.

– Да как ты смеешь… – начал было Франсуа, но его брат просто протянул руку вперед, как бы говоря: «Стоп, хватит спорить».

– Давай не будем омрачать нашу трезвую встречу выяснением отношений. Все же мы давненько с тобой не виделись, – заходя в коморку под названием «уборная», заключил Себастиан. – Видишь ли, кое-кто из нас торопится, а ты вчера как бы между делом, и да-да, я имею виду между громкими выкриками, брат, значит, упомянул, что кое-что интересное выяснил для Изи.

Потом послышалось, как Себастиан умывается. Мне это напомнило о том, что мне тоже не помешает привести себя в порядок.

– Итак, – высунув голову из дверного проема, спросил Себастиан. – Чем порадуешь Изи, Франц?

Экс-метрдотель все еще не мог насмотреться на своего братца. И не удивительно, им столько всего надо было бы и обсудить, и вспомнить. Однако Себастиан будто предпочел поторопить время, будто это ему надо было быстрее исчезнуть из этого мира, будто это он хотел отставить меня поскорее в прошлом. Меня немного задело подобное поведение, особенно если учесть, что парой часов назад мы так славно нежились на подушках.

– Франц? Эй, Франц! – будто пробудил из забытья его Себастиан. – Так что ты выяснил?

– Ах да, – взял себя в руки мужчина, потирая слегка заросший подбородок. – К нам в последний момент подселилась одна ясновидящая или медиум, не важно, – отмахнулся Француа.

– Ведьма? – странно, что он не использовал наиболее знакомое слово в лексиконе.

– Нет. Хотя я тоже так ее спросил. Но она сказала, что во Фраумильер таковых не осталось. Однако она праправнучка некой Матильды, известной в их краях ведьмы. Ее в числе последних сожгли. Местные оказывается терпеть не могут магию и прочее. Тебе Себастиан это должно быть знакомо, учитывая, как каждые семь лет на тебя покушались.

Учитывая то, что Себастиан до сих пор находился за тонкой перегородкой под названием дверь, то предположу, что он кивнул в ответ.

– Итак, эта же дамочка, ясновидящая, сказала, что видела по рунам тебя, Из.

– Меня? – удивилась я.

– Да. Правда она просто назвала тебя, как и во всех известных написаниях «ведьмой из иного мира», но речь однозначно шла о тебе.

– И что она увидела?

– Она сказала, э-э-э, сейчас-сейчас, дай вспомнить. Ах да, вот!

«Дорога домой лежит в твоих руках.

В середине, в полях ты найдешь нужный путь.

Однако не забудь, что не одной нести тебе сей труд.

Тот, кого спасла ты, поможет преодолеть бремени грусть».

Как-то так. Вроде бы, – Француа смотрел на левый угол потолка, словно там были написаны строки из стиха.

– Опять загадки, господи! – буркнул Себастиан, выходя из ванной.

Он побрился и стал будто моложе на пару лет, и что уж греха таить – привлекательнее на процентов восемьдесят.

– Подкинуть тебе бритву? – предложил он брату, – а то еще немного и тебя спутают с диким зверем из Лонгстона или Сноуленда.

Ах, как удобно, наверное, иметь всякую полезную мелочь в карманах. Мне же сейчас не помешала бы зубная щетка!

Француа ничего не ответил на его реплику. Оно и понятно, у него было дико-плохое состояние и бритье сейчас стояло где-то в самом внизу его потребностей.

Я взяла лист буклета с тумбочки, карандаш и попросила его повторить слова ясновидящей.

Так, несколько раз перечитав его, я начала понимать суть сказанного.

– «Тот кого спасла я» – здесь однозначно говорится о тебе Себастиан, – сообщила я свои умозаключения. – Ты должен перейти в мой мир? Со мной? Э-э-э…

– Тебя это смущает? – подсел он на подушки рядом.

– А тебя нет? Ведь ты только что, можно сказать, вернулся к жизни. И тут навсегда исчезнуть из родного мира вместо со мной. Ты же понимаешь, что обратной дороги не будет? – пыталась вразумить я мужчину.

– Да, я в курсе, – ответил он.

– Ну, а как же Француа? – он в это время находился в уборной и скорее всего не слышал нашего тихого разговора, справляя нужду.

– Он справится. Я уверен, – пожал плечами Себастиан.

– Почему? Ты даже не спросил его.

Я действительно не хотела, чтобы Себастиан поступал опрометчиво лишь на чувстве влюбленности или что он там чувствовал сейчас ко мне.

– Я обещаю поговорить с ним, – кивнул он, задумавшись. – Но ты тоже должна понимать, что это мой выбор. А я выбираю тебя, Из.

Это были прекрасные слова, они грели мне душу, но в душе я надеялась, что брат вразумит своего слишком эмоционального родственника.

– Но я все еще не понимаю основную часть сего послания. Что значат «дорога домой лежит в твоих руках. В середине, в полях ты найдешь нужный путь». При чем тут мои руки и поля, еще и их середина?

Себастиан задумался. Спустя минуту мы одновременно остановились взглядом на моей дорожной сумке, откуда торчала…

– Книга заклинаний Аурелии! – вскрикнули мы оба.

Из ванной послышался приглушенный «бум». Может Француа там уснул, и мы его разбудили? Но забегая вперед скажу, что он оказывается порезался, когда брился, ну и стукнулся головой о шкаф при резком движении. Приятно, что он внял словам Себастиана и тоже решил привести себя в человеческий вид.

– Книга в моих руках. В ее середине, где-то на полях есть значит заклинание, – уже достав и начиная пролистывать, затараторила я. – Помоги мне, – попросила я, учитывая, что Себастиан скорее всего знает куда больше языков, да к тому же уже был знаком с этой рукописью.

Мы зашелестели страницами, пытаясь разобраться во всем, что знала Аурелия. Действительно, если не считать того, что она была ведьмой и вовсю баловалась черной магией, то я бы точно рукоплескала ее разработкам и великолепной импровизации. И лишь сейчас я понимаю, что скорее всего мы одолели ее лишь благодаря Таксону, который за годы рабства лишил ее памяти и слегка «потрепал» итак уже никуда негодную нервную систему. Но вступи я с ней в бой лет эдак сто назад, то она от меня и пустого места не оставила бы.

– Смотри, – указала я запись «Петля времени» – может это оно?

– Нет, – покачал головой Себастиан. – Твоя проблема – не петля. Поверь мне на слово, я понимаю, о чем говорю, ведь частично это заклинание было на мне все эти столетия.

Мы вновь замолчали, углубившись в записи изгнанной богини. Отвлеклись лишь на Француа, который вышел из уборной уже вполне симпатичным: побритым, уложенными мокрой рукой жидкими волосами, но куда более свежим, как я его и помню на рабочем месте. Его маленькие глазки исчезли за опухшими щеками, но светились вполне ясным взором.

Он ушел за едой, когда Себастиан неожиданно ткнул пальцем в книгу:

– Вот оно! Заклинание «путешествий по мирам, в разделе времени». Посмотри, Из, – указал он на строчки на непонятном мне языке.

– Я ни слова из этого понять не могу, – призналась я.

– Я бы мог дать тебе элексир языков, но боюсь, ты его все же разбила в тот раз. Я не уверен, да и, с другой стороны, зачем тебе арлангский или язык древних бронье…

– Кого-кого?

– Народы, которые исчезли много веков назад, от которых остались только языки, да несколько рукописей. Хотя поговаривают, что в Сноуленде и в Лонгстоне все еще можно встретить их потомков… Но я лично их не видел.

– Боги, просто переведи мне, что тут написано, – перебила я его, пока он окончательно не ушел в историю.

Когда я в одном шаге от дома, красноязычие и интересные еще ночью истории были сейчас неуместны и только нервировали.

– Это заклинание, которое надо его произнести в полдень, в день солнцестояния, в голой степи, откуда открывается все части света, а тень не падает. Хлопнуть в ладоши над головой. И да, еще перья… Тебе нужна дюжина перьев, которые ты должна воткнуть в землю вокруг себя на подобие часов… Кристаллы четырех стихий, призвав их магию, и самое главное – представление, куда именно ты хочешь попасть.

– Сумбурно, но вроде бы ничего сверхъестественного, – отрапортовала я. – Но вот солнцестояние… если мне не изменяет память, явление достаточно редкое.

Себастиан уже рылся в ящиках комода.

– Что ты ищешь? – спросила я, не понимая его действий.

– Если я не ошибаюсь, а я, поверь, не ошибаюсь, в каждом отеле нашего мира кладут календари с молитвами.

– Это еще что за странная традиция? – удивилась я.

– За исключением «Пэлэй де ла Мажи», – будто не обратив внимания на мой вопрос, ответил Себастиан. – Учитывая, что мы работали вне времени, так сказать, смысла от этих календарей не было.

– Так зачем они? – вновь спросила я.

– Ну вроде как что-то из моральных соображений. То бишь этот буклет будет напоминанием о том, что время – бесценный дар божий и его надо бережно использовать, а не растрачивать на сон в отелях, а все остальное попытки власть имущих контролировать население хоть таким и бестолковым образом.

Глава 32

Себастиан потянулся к самому дальнему уголку самого нижнего ящика. Его пальцы нащупали что-то мягкое и податливое – помятую бумажку, словно забытый клочок воспоминаний.

Я мельком вспомнила нечто похожее, виденное в отеле «Стивенсон Лаунж», но тогда, поглощенная суетой и собственными мыслями, я не придала этому значения. Теперь же, когда Себастиан развернул этот пожелтевший лист, воздух вокруг нас словно сгустился.

– Итак, – пробегая глазами по листу бумаги, вычитывал Себастиан нужную информацию, – день солнцестояния… день солнцестояния… Да не может этого быть!

Его голос дрогнул, и я почувствовала, как холодок пробежал по спине. В моей голове мгновенно пронеслись самые мрачные сценарии: что, если в этом странном мире солнцестояние наступит через столетие, и мы обречены ждать его в неизвестности?

– Что? Что случилось?» – выдохнула я, мой голос звучал испуганно даже для моих собственных ушей.

Себастиан поднял на меня глаза, и я увидела, как в них заплясали искорки, которые я до этого момента и не видела в них. Его лицо озарилось такой искренней радостью, что я невольно улыбнулась, еще не понимая причины.

– Оно сегодня, Изи! Солнцестояние сегодня!

– Ааа!!! – вырвалось из нас одновременно.

Два звонких крика, полных облегчения и ликования. Мы, словно дети, забывшие обо всех своих тревогах, схватились за руки и начали прыгать на месте, теснясь в этом крошечном пространстве. Каждый прыжок был маленьким взрывом счастья, подтверждением того, что мы не ошиблись, что этот день, такой долгожданный и такой важный, наступил.

– Но, но… – я посмотрела на книгу. – Там что-то говорилось еще. Что за кристаллы четырех стихий?

Себастиан остановившись, но не убирая с лица довольной улыбки, ответил.

– Это несложно. Даже странно, что ты не знаешь о них. Воздух – лунный камень, огонь – рубины, земля – раухтопаз, ну и вода, конечно же, лазурит, – так сообщил мне Себастиан, будто я должна была знать это с пеленок.

– Какие очевидные факты, – подразнила я его. – Ну и где мы их достанем?

– Ты, кажется, забыла, что мы находимся в Марамбе – крупнейшем торговом центре мира! Здесь можно найти все, ну или почти все, – призадумался мужчина, и мне стало интересно, какая мысль у него не укладывалось в слово «все». – Кстати, – и он пошарил по карманам, – возможно у меня найдется парочка из этих камней, – сообщи торжественно он и вынул огромный кусок природного рубина. И выглядел он не так впечатляюще, как обрамленный, однако своими размерами превзошел все мои ожидания.

– И кто мог забыть его в отеле? Это же несметные богатства! – воскликнула я, не в силах сдержать изумление.

Глаза мои метались между сверкающим камнем, лежащим на бархатной подушке, и лицом Себастиана, которое, казалось, пыталось спрятаться от моего взгляда. Мысль о том, что такое сокровище могло просто так остаться без присмотра, казалась абсурдной.

– Его не совсем забыли, – как-то смущенно пробормотал Себастиан, избегая прямого взгляда. Его обычная легкость в общении куда-то испарилась, словно унесенная ветром.

– Это как? – недоуменно спросила я, чувствуя, как в моей голове начинают складываться не самые приятные пазлы.

Себастиан глубоко вздохнул. На его лице мелькнула тень то ли сожаления, то ли старой привычки.

– Это мой камень. Точнее прям перед превращением в здание я его присвоил, и он завалялся до сегодняшнего дня в моих закромах.

– Присвоил? – уточнила я.

Я видела, как Себастиану неприятен сей разговор, он не так охотно вытаскивал из себя слова, как если бы рассказывал глупые смешные истории.

– Ты же помнишь, что я был не самым бескорыстным человеком на свете, – замялся он. – И позволял я себя куда больше, чем полагалось…

– Ты украл камень, – вырвалось у меня, и я тут же хлопнула себя по лбу. Ну конечно, украл! Как я могла вообще допустить мысль, что этот мужчина способен на что-то другое, кроме как на… Особенно зная его прошлое!

– Да, – лишь кратко кивнул он, и по выражению лица я определила, что он готов смириться с любым моим выводом.

– Оставим это в прошлом, – зачем-то сказала я, то ли потому, что время поджимало, то ли потому, что где-то глубоко внутри теплилась надежда, что Себастиан действительно изменился. Я взяла у него камень. – Главное, что он нам сейчас очень необходим. Осталось раздобыть еще три.

В этот момент в комнату ввалился запыхавшийся Франсуа. В руках он держал скромный набор: буханку хлеба, кусок сыра и бутылку молока.

– Это все, что я смог купить, – как-то грустно произнес он.

Себастиан прищурился. Слова брата явно пришлись ему не по вкусу. Он подошел к Франсуа, мягко, но настойчиво забрал у него корзину и поставил на стол.

– Что значит «все, что я смог»?

– Так деньги все у тебя, – нахмурился Франсуа, отводя взгляд. Его плечи слегка опустились, словно он нес на себе невидимый груз.

Казалось, они общались телепатически, обмениваясь мыслями и подозрениями без единого слова. Лишь недоверчивые выражения лиц, легкое подрагивание век и сощуренные глаза говорили о том, что кто-то из них, а может быть, и оба, блефует.

Себастиан чувствовал, что Франсуа что-то недоговаривает. А Франсуа, в свою очередь, видел в глазах брата не только недоверие, но и какую-то странную, почти болезненную заботу, которую тот так старательно пытался скрыть за маской холодности.

– Я оставил все, что у меня было, Себ, ибо в это время массово всех эвакуировал. Как-то не хотелось, знаешь ли, чтоб тебя разорвало при перевоплощении, – и Француа театрально указал рукой на тело Себастиана с ног до головы.

Себастиан пошарил по карманам. Он так долго в них рылся, будто они были бездонными.

– Они в сейфе. Ты их оставил в сейфе, – он в итоге ударил свободной рукой по лбу. – Проклятье.

Я наблюдала за его метаниями с легкой тревогой, но и с долей понимания. Себастиан всегда был склонен к импульсивным решениям, а вот с организацией дел у него, мягко говоря, не ладилось.

– И ты не сможешь их достать? – предположила я, чувствуя, как в животе начинает неприятно скручивать. Отсутствие этих денег сейчас было бы катастрофой.

– Наверное смогу, если среди сотен ключей найду подходящий, – ответил он с явной досадой. – Ну а деньги нам нужны срочно. Очень срочно.

Франсуа, который до этого момента молча наблюдал за нашей перепалкой, наконец подал голос. Его спокойный, ровный тон всегда действовал успокаивающе, но сейчас в нем проскользнула нотка настороженности.

– Для чего же? – уточнил он не отводя взгляд брата, словно пытаясь уловить малейший намек на истинные причины этой спешки.

Себастиан глубоко вздохнул. Он повернулся к Франсуа со смесью решимости и какой-то странной, почти детской растерянности. Он похлопал брата по плечу, как бы пытаясь таким образом смягчить неожиданную новость, которая, казалось, была готова обрушиться на нас всех.

– Мы покидаем этот мир, братец, – произнес он, и в его голосе прозвучала такая окончательность, что у меня перехватило дыхание.

Француа ничего не ответил. Он просто уставился на нас. Можно было бы предположить, что специфический чай до сих пор действовал на его тело, однако у него слегка затуманились глаза: Француа был готов расплакаться.

Он тяжело выдохнул и спросил:

– Сколько у нас времени?

– До полудня. Сегодня самый подходящий день, – на что Француа кивнул.

– Ты знал, не так ли? – спросила я его. – Знал, что именно сегодня нам суждено… уйти? – никак не могла я подобрать слов, как сказать про наш билет в один конец.

Он грустно улыбнулся и кивнул.

– Откуда?

– Ясновидящая, – ответил за него Себастиан. – Уверен, вы славно потолковали с ней. И напомни мне, сколько стоили ее услуги, брат? Я сомневаюсь, что она вот так бесплатно раздавала свои предсказания.

Теперь настало время Француа опустить голову, как нашкодившему мальчишке.

– Франц, сколько денег ты ей отдал? – настаивал на своем Себастиан.

– Почти половину сбережений, – тихо произнес где-то тот через минуту.

– Ты с ума сошел?! – прикрикнул бывший хозяин отеля.

– Знаю, что ты думаешь, Себ, но я знал, что она не шарлатанка. Она доказала это! – настаивал на своем Француа. Мне же в этот момент хотелось максимально ему поверить, ведь если он ошибается, то слова-загадки от некой незнакомки про мое путешествие домой могут быть лишь пустым набором слов.

– Как? Сказав, что предскажет тебе будущее за волшебные бобы?

Я понятия не имела, о чем он говорит, но это было и не важно, учитывая, что Себастиан был в ужасе от того, что возможно мы все еще в начале нашего пути: практически без денег и без какой-либо зацепки, кроме книги заклинаний Аурелии (что в принципе не маловажно и возможно действенно).

– Она показала мне то, что мог знать только я.

– Что например? – переходил на крик Себастиан. Я его еще ни разу не видела в гневе, и меня почему-то не пугали его слова на более высоких интонациях. Я была уверена, что это лишь крик души, а не разъяренный зверь, что пытается вылезти наружу.

Француа выкрикнул ему в ответ, уже не фильтруя и не смягчая фраз.

– Я тогда был как раз на рынке и видел, как Аурелия превратила тебя в здание! И скажу больше, я мог ей помешать, но не сделал этого! Да, я как раз был у нее за спиной, но ты, напыщенный петух, не обратил на меня внимания!

Себастиана будто пнули в грудь, отчего он осел на кровати. Такого предательства от брата он явно не ожидал.

– Почему ты думаешь, я все это время был с тобой, засранец?! Почему не бросил?! – и не дожидаясь ответа, продолжил: – Да потому что совесть мне не давала оставить все как есть.

– Ты мог проследить за Аурелией, – тихо сказала я. – Ты же знал, кто его заколдовал.

Француа некрасиво рассмеялся.

– Да, мог. Но в первое время не хотел. – И обращаясь вновь к Себастиану: – Да, я не хотел тебя сразу возвращать к жизни. Мне нравились твои страдания. Наконец-то, великий и прекрасный Себастиан повержен и ни кем иным, как своими амбициями! – чуть не сплевывал слова Француа. – А когда я натешился, я уже не смог найти ведьму. Она словно сквозь землю провалилась!

– Таласи уже обратил ее в Анджали, – сделала я вывод.

– Кто такая Анджали? Да хотя мне все равно. Ведь на тот момент я начал искать уже альтернативные методы «лечения», но безуспешно.

Себастиан молчал. Его взгляд был потерянным, и выглядел он как побитая собака. Не каждый день тебя придает родной брат.

Француа отвернулся к окну. После столь громких и неприятных слов, после стольких лет сокрытия сей информации, его плечи поникли. Он будто высох. Как бы больно не сделал сейчас, все это время эта же боль грызла его самого.

Я подсела к Себастиану. Не зная, что сказать, предпочла просто приобнять его.

Тишина в помещении была густой, будто ее пропитали магией. Однако несущей в себе скорее уныние и обиды, чем радость.

– Я нашел ключ, – гулко произнес Себастиан, что я не сразу поняла смысл его слов.

– Что? – переспросила я.

– Я открыл сейф, – посмотрев на меня, уголком губ улыбнулся он. – У нас есть немного денег. Мы еще успеем проверить теорию слов этой ясновидящей.