Текст книги "Виктория. Вспомнить себя 2 (СИ)"

Автор книги: Раяна Спорт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

Аурелия ответила кивком головы. В таком случае дело обстоит куда проще: она ведь может освободить Себастиана, а я могу помочь ей переметнуться на другую сторону – ну это я так думаю, уж надеюсь, магии моей хватит, чтоб помочь ведьме.

Я внимательно посмотрела на Аурелию, пытаясь прочесть в ее глазах что-то еще, кроме этой внезапной, но такой желанной для меня искренности. Ее лицо, обычно искаженное злобой или презрением, сейчас было почти умиротворенным. Это было так непривычно, что я на мгновение усомнилась в реальности происходящего. Неужели это не очередная уловка? Но ее взгляд был чист, без тени хитрости.

Я было хотела открыть рот, чтобы поговорить с ней об этом, как к нам из-за деревьев выбежал Таласи.

– Не верь не единому ее слову! – крикнул он, запыхавшись.

Ну что еще, господи!?

Я просто посмотрела на демона, не произнеся ни слова. Думаю, одного моего многозначительного взгляда было достаточно, чтоб высказать все мои чувства.

– Она не Анджали, – выпалил он.

Фух, я аж в голос выдохнула.

– Я знаю. Она рассказала уже об этом, – нетерпеливо ответила я, давая знать, что он сейчас весьма не кстати.

Но Таласи и не собирался уступать.

– И о том, что она убила настоящую Анджали?

– Ну не совсем, – ответила я. – Это же природа. Все стареют и умирают, знаешь ли. Хотя откуда тебе знать.

Демон сощурился, явно пытаясь догнать мою мысль. И он посмотрел на ведьму.

– Аурелия убила Анджали, – спокойно ответил он. – Причем тут природа, Из?

Я переваривала его слова дольше, чем ведьма, ибо она ответила:

– Нет. Я ее не убивала! Я бы запомнила такое! Я никогда так не поступила бы с моей любимой единственной ученицей! – потрясла она головой как сумасшедшая.

– Ну так вспомни, – сурово и с вызовом произнес Таласи и бросил клуб газа с магией в Аурелию.

– Что ты творишь?! – лишь успела воскликнуть я, думая, что Таласи решил избавиться от ведьмы примитивным образом, то бишь просто убить ее.

Однако я ошиблась, убедившись, что он то ли промахнулся, то ли ведьма успела увернуться, но из-за этого между ними началась обыкновенная драка, в перерывах которой демон успел сказать мне, что это всего лишь была магия воспоминаний.

– Я всего лишь хотел ей вернуть потерянную память, будь она не ладна!

«О да, и бросить неожиданно его в нее – весьма разумно, зная наперед, что у нее с головой что-то не так», – мысленно проклинала я Таласи! Все же было нормально вплоть до его появления! Не мог он опоздать минут на десять, проклятье!

В Аурелию будто вселился дух зла (ну или проснулась вся сила обиженной ведьмы), так как она со всей ненавистью и агрессией начала бросаться магией. Воздух наэлектризовывался, густел, будто лес того и ждал, когда в него вновь войдет сила, и любые несложные заклинания усиливал и по-своему координировал. Так, наши удары чаще всего терпели фиаско, в то время как Аурелия все ближе и ближе была к победе.

Таласи был ранен: удар воды, превращенной в острый лед, поразил его в левую руку, отчего она не двигалась и мешала ему правильно уворачиваться, все более делая его уязвимым. Я же как могла «вливала» магию в свои руки и кидалась волной энергии просто из расчета свалить ведьму, однако она была непрошибаема, но и возможно собственный сад защищал ее.

Каждое ее заклинание, казалось, находило отклик в самой земле, заставляя корни деревьев выходить из-под земли, обвиваясь вокруг нас, словно живые щупальца. Цветы, что еще минуту назад мирно покачивались на ветру, теперь источали ядовитые споры, заставляя нас кашлять и задыхаться. Аурелия, с безумной улыбкой на лице, наслаждалась нашим отчаянием. Ее глаза горели зеленым огнем, а волосы, обычно заплетенные в аккуратную косу, теперь развевались вокруг нее, словно змеи.

– Уничтожь яблоню, – услышала я слабый шепот у себя в голове.

Этот голос не принадлежал Керубу, и был уже узнаваем по медленному томному звучанию (будто слова давались ему ужасно трудно, через силу) Себастиана.

Уворачиваясь от очередного удара ведьмы, я краем глаза уловила вдали дерево, про которое говорил заколдованный хозяин отеля: старая, трухлявая яблоня, покрытая мхом и словно дышащая, отчего от нее исходили малозаметные клубы дыма или газа слабо голубого цвета. Именно ее аромат разносился по всему лесу приятной пьянящей негой, которую я скорее помнила, чем чувствовала сейчас: вопреки всему происходящему вокруг, повязка на лице все же имела место быть.

«Отвлеки ее!» – шикнула я про себя Таласи, надеясь, что он услышит меня, и, прячась за каменными изваяниями и кустами, поспешила к сердцу сада.

Демон в это время уже бился с Аурелией не на жизнь, а на смерть. Они «испускали дух» при каждом ударе, укладывая в свою магию всю ненависть и агрессию.

Нет-нет, да до меня долетали брошенные ими друг другу фразы:

– Это за моего брата, божественное отребье!

– Не будь таким самоуверенным, демон, ты меня не знаешь! А он заслужил смерть! Все эти годы, что я была в его плену, стоило того, чтоб увидеть, как он горит в огне ведьмы из иного мира…

И много-много слов между ними, что удивляли мое воображение своим сквернословием.

Чем ближе я подходила к дереву, тем сложнее мне было ступать. Каждый шаг давался с трудом, будто на ногах повязли гири или кандалы.

«Почему я не замечала его раньше? Ведь оно так не вписывалось в общую картину ухоженного сада?» – мысленно задавалась я вопросом, но продолжала к нему идти.

– Эта тьма, что выросла здесь, как побочный эффект магии Аурелии, – подсказал мне Керуб.

Пропитанная «молоком тьмы», оно чувствовало меня, отталкивало, я будто слышала его голос, что заунывно звал хозяйку на помощь, однако Таласи вовсю ее отвлекал все новыми, новыми ударами, не давая и продохнуть.

И вот когда до яблони оставалось пару метров, я поняла, что смогу уничтожить его.

«Бей в корень», – вновь посоветовал мне Себастиан. – «Мы питали его кровью наших жертв. Осуши его!»

Господи, какая мерзость!

«Я сожалею о своих деяниях», – произнес Себастиан так, словно прощался со мной.

И тут меня прошибло холодным потом. Я вспомнила о времени. Конечно же оно подходило к концу! Мы так давно его не продляли! Вот же черт!

Анджали продляла его, потому что знала: если Себастиан умрет, то я не стану идти до конца. А я была ей нужна. Не знаю для чего, хотя возможно, как шанс попасть на небеса, в свой пантеон.

– Не время для размышлений, женщина! – напомнил о себе Керуб.

«Только не смей умирать, Себастиан, когда мы так близки к победе!» – шикнула я на доску, повернув голову в сторону его одиноко приставленной персоне.

Я вдохнула магию, что окружала меня (в частности, использовав именно магию яблони, ибо именно она была источником этого сада), будто профильтровала ее внутри и, прицелившись к корням, ударила в нее чистой энергией. Иначе бы не смогла, это было необходимо, чтоб ранить ее.

Признаться честно, я не надеялась на успех, однако он не заставил себя ждать. Когда в ее кореньях образовалась щель, а барьер ослаб, я со всей силы понеслась к ней. У меня на тот момент была одна цель – упасть к ее «ног» и всеми фибрами своей души и тела впитать в себя все, что оттуда выходило.

И боже, это было ужасно! Все муки и ужасы жертв, вскормленных дереву, их крики и страхи, боль и отчаяние – все это медленно вливалось в мои жилы, принося адские истязания моей душе.

Наверное, я вопила, не могу сказать точно, потому что чувствовала я лишь то, что меня раздирало на части. Когда же, наконец-то, это закончилось, я свалилась на землю на некоторое время потеряла сознание.

– Вставай, Изи, вставай, не время лежать при смерти, – пинал меня изнутри Керуб, поддувая ветром белоснежных крыльев. – Битва во всем разгаре, а ты прохлаждаешься!

Я была настолько раздавлена, что даже ответить ему что-то едкое в форме «если ты не заметил, через меня ад пропустили только что», не было сил. Я лежала, смотря на звездное небо. Оно было до того прекрасно в своей гармонии, неотразимости и безграничности, что одинокая слеза скатилась из моих глаз.

«Изи» – прохрипел знакомый голос в голове, – «Изи, мне кажется, я умираю».

Именно эти слова, произнесенные шепотом внутри моей головы, побудили меня к действиям. Я вскочила, словно проснулась ото сна, и собралась вступить в бой. Я не могла позволить ему вот так оставить меня, разрушить весь смысл последних месяцев моего существования здесь лишь из-за того, что я промедлила. Нет! Только не сейчас!

Тело ныло так, будто во мне все кости были переломаны, а мышцы перенапряжены, однако об этом я не могла думать сейчас. Глазами, хоть и картина всего сада расплывалась, я выискала Себастиана, который то ли из-за волны разрушительной магии, то ли из-за слабости уже лежал на боку. Проклятье!

Таласи все продолжал биться, но уже не так активно, не столь импульсивно и без лишнего бахвальства. То ли ему начало надоедать все происходящее, то ли энергия даже у демонов – продукт исчерпаемый. Аурелия же все еще держала позицию: на то она и богиня (хоть и в прошлом) – самое сильнейшее существо в магической иерархии.

– Ну что, глупец, ты все еще надеешься победить меня? – усмехнулась она, пока еще не заметив меня.

На что Таласи, превратив свою энергию в воду, попытался ее утопить, но тщетно: жидкость лишь ковром разлилась вокруг нее.

– У тебя прекрасный повод удара сбоку, – посоветовал Керуб в моей голове. – И ты уже, наверное, заметила, что шансы твои явно увеличились из-за отсутствия силы дерева.

Да, это и впрямь было заметно, но до этого мне некогда было анализировать прогноз погоды, а надо было действовать быстро.

Я, собрав всю магию внутри себя (ее оставалось очень мало, ибо трансформация темной сущности крови и душ дерева в мою чистую энергию все еще была не до конца пройдена), бросила ее в Аурелию.

Но! Она оказалась куда проворнее, и смогла отбить ее, направив обратно на саму меня, будто мяч в жё-де-пом, что я видела, как играли дети французского посла из окна в моем доме где-то в прошлой жизни.

Чье-то отдаленное, неистовое «нееет»!

И пустота.

Глава 26

Все было пустынно и бело, и лишь далекое мурлыканье, что привлекало мой слух, – это все, что я могу сказать о месте, где я оказалась.

Свежо и приятно, мягко и спокойно. Какое же это блаженство побыть здесь после того, что испытывала секундами ранее.

– Я рад, что тебе нравится в моем доме, – сказал приятный голос, в котором чувствовалось что-то кошачье.

Я обернулась и увидела существо с телом льва и головой прекрасного мужчины. Он был брюнет, с заросшей шевелюрой, щетиной и яркими синими глазами под кустистыми под цвет волос бровями. Но особенно выделялись его белоснежные ангельские крылья, которые лишь из-за мерцания и блеска не сливались в общей картине сего помещения, притягивая мою руку, дабы коснуться сего небесного сияния.

Он улыбнулся мне, явно прочитав мои немного непристойные мысли.

– Что я здесь делаю? – одергивая руку, спросила я, чтобы не давать больше ему повода заставлять меня краснеть.

– Решил попрощаться, – грустно ответил он мне.

– Попрощаться? – переспросила я, явно не понимая, о чем он.

– Знаю, мы не были особо близки, и ты явно не хотела быть моей почитательницей, ибо я все же полубог, однако я – справедливое существо, и за эти годы многое перенял от своих хозяев. А они учили меня быть благородным.

– К чему все это? – вспомнила я о времени, точнее об его отсутствии у Себастиана.

– Я не могу позволить тебе умереть, Изи, – произнес он тихо, подходя ближе, отчего мы теперь стояли на расстоянии вытянутой руки.

– Я умираю? – спросила я, как глупый ребенок. Однако мозг от усталости отказывался меня слушать и работать быстрее.

– Последний удар, что вернула тебе Аурелия, был смертельным, – проговорил Керуб, отчего слезы покатились из моих глаз. Пусть голова моя на данный момент соображала довольно-таки туго, но по интонации Керуба и, зная свою эмоциональность, я поняла, что все плохо. – Но я не могу позволить тебе умереть, женщина… Да и смысл – это делать, если без тебя я не попаду в твой мир. А это должна была быть моей великой миссией, возложенной на меня моими покровителями. И пусть я не справился, однако не хочу прослыть трусом среди своих товарищей, – и вот я уже сижу, а Керуб примостил свою голову мне на плечо, приобнимая мягкой лапой, – поэтому позволь мне совершить геройский поступок и забрать твою смерть, чтоб ты могла продолжить битву и выиграть этот бой.

– Но… но… – я не знала, что ему ответить.

Мало того, что было так непривычно видеть Керуба таким ласковым и добрым, а не бубнящим высокомерным ублюдком, так его просьба выбила меня из колеи, как и сама мысль, что в реальности я умираю.

– Кто-то должен умереть, Изи, – проговорил он, посмотрев в мои глаза, завораживая своей неземной синевой, которые будто и не давали мне выбора, решив уже наперед. – Но у меня есть одно условие: не дай Аурелии победить. Она необратимо стала темной, ей уже не место в нашем пантеоне. Ее душу не спасти. И едва она переступит порог небес, то уничтожит все сокровенное, что там есть.

Я неохотно кивнула.

– Мне… мне так жаль, – лишь проговорила я, искренне жалея, что не смогла лучше и больше узнать о нем.

– И мне, – проговорил он. – Однако тебе пора возвращаться. Время играет против нас, а у тебя в руках сейчас две жизни, не считая своей.

И поцеловав меня по-отечески в лоб, что-то промурлыкал, после чего исчез, и я вновь услышала звуки битвы, смех ведьмы и тяжелое запыхавшееся дыхание Таласи.

– Ты жива? – тряс он меня.

– Да, – кивнула я, едва смогла открыть глаза, которые все еще пеленами жгучие слезы.

Я почувствовала пустоту внутри меня, будто часть органов убрали из тела в мое отсутствие.

– Нам надо что-то с ней делать. Боюсь, мои силы на исходе, – разочаровано произнес Таласи.

– Да, – вновь кивнула я, не желая с одной стороны ничего делать, а с другой – быстрее закрыть уже этот гештальт.

«Вода. Она стоит на воде», – прохрипел очень тихо Себастиан.

– Давай ударим по воде, – передала я слова «заколдованного принца». – Вместе. Молнией. Должно получиться, – уверенней произнесла я.

– Сразу после моего удара над ее головой. Это на секунду ее отвлечет, – согласился демон и незамедлительно бросил клуб энергии куда-то на крышу дома-хижины, отчего Аурелия пригнулась, и я воспользовавшись ее заминкой, все еще лежа на земле, ударила ладонью по влажной траве, что в свою очередь цепной реакцией попало в цель.

Когда Таласи усилил мою магию своей, ведьма затряслась как в дикой лихорадке, отчего от нее отскакивали будто изнутри искры. Она упала.

Таласи был быстрее меня, ведь он все еще был на ногах. Побежал убедиться в ее смерти. Я же первое что сделала – поползла к Себастиану. Доска все еще тихо вибрировала. Он был жив, я знала. Но вот ведь черт, ведьма его не расколдовала.

Взяв его в руки. Я поползла к ней. Не знаю зачем, ведь глупо было надеяться, что она вот так загадочным образом его расколдует, хотя мне и хотелось верить, что с ее смертью с Себастиана снимутся и чары.

– Жива еще представляешь! – сплюнул Таласи и хотел было ударить в нее энергией вновь, но я успела перехватить его руку.

– Нет. Не надо. Она все равно не жилец.

Эта ужасная правда, прозвучавшая в моих словах, вызвала горечь. Кем бы не была эта дева, она буквально минутой назад была живой. И умирала сейчас от моей руки. Еще одна моя жертва. В голове пронеслись образы нагов, что я собственноручно зарубила, битва при дворце в Даркленде, что, казалось, я оставила в прошлом, и вот вновь стою лицом к лицу со смертью, вызванной мной.

Глаза Аурелии были открыты. Она, как и я недавно, созерцала небо. Я прикоснулась к ее руке и попыталась проникнуть в ее сознание. Не знаю откуда, но я была уверена, что у меня получится.

Она плакала. Внутри, в душе, она горько плакала.

– Я убила ее, – звучал ее голос в моей голове. – Я убила Анджали.

Словно в подтверждение всплыли в моей голове картинки так, словно я и впрямь присутствовала в те времена:

– Не верьте ему! – кричала в отчаянии Анджали, чуть ли не умоляя свою протеже. – Я вижу его ауру, он – сын дьявола!

– Уйди с дороги, бестолковая! – метаясь по комнате, кричала Аурелия, красивая женщина в возрасте, черные с проседью волосы которой развивались в такт ее хаотичному движению. – Лишь он мне может помочь.

– Нет! Вы совершаете ошибку! – не отступала девушка.

– Ты никогда меня не понимала! Молодая, привлекательная, смирившаяся с природой смерти! Ты не знаешь какого это быть слабой и беззащитной после вечной силы богов! Когда тебя постоянно обманывают, разбивают сердце…

– Мы справимся, мама, – прохрипела девушка.

И я вылетела из этих воспоминаний, попав в другое, где Таксон – чуть более молодой и красивый чем тот, кого я увидела на площади в Марамбе, протягивал элексир в стеклянном флаконе Аурелии.

– Дай испробовать его своей прислужнице, если мне не доверяешь, – прогоготал он, явно отличаясь от мягкости характера своего более миловидного брата.

И вновь я в комнате с двумя женщинами и начинала догадываться, что все, что вижу идет в хаотичной хронологии, как и свойственно эксцентричному характеру Аурелии.

– Я помогу Вам, – чуть ли не умоляла Анджали ведьму. – Мы найдем способ продлить Вам жизнь! – она держала в руках книгу, трясла ею, будто в ней есть все заклинания мира, и они способны решить любые проблемы.

– Нет! Его более нет! Мы все перепробовали!

– Не пейте, прошу Вас, – настаивала девушка.

– Что, хочешь одна прожить вечно? Вот уж нет! – Аурелия была злой и невменяемой, глаза ее метались по дому, словно не могли найти себе успокоения. Ее всю трясло от нетерпения.

И тут Анджали накинулась на экс-богиню, но ведьма уже успела залпом осушить флакон. Их обеих затрясло в конвульсиях, отчего книга заклинаний выпала из рук девушки и упала к ногам Аурелии. Когда через несколько минут все это закончилось, они в ужасе уставились друг на друга.

– Что Вы наделали!? – завопила Анджали и набросилась на свое тело, внутри которого, как мы уже знаем, была бывшая богиня, однако лишь получила ошеломительной силы разряд магии в грудь, отчего волной ее отбросило в кресло у окна.

– Нет, – прохрипела надломленным голосом Аурелия в теле Анджали. – Нет! – и затряслась. В ужасе она подняла книгу с пола и, вложив ей в руки, закрыла глаза и начала шептать какие-то магические слова, однако ничего не помогало.

Зато именно в этот момент материализовался Таксон и довольный улыбнувшись, прощебетал:

– Ну что, попалась, моя птичка, – и, схватив ведьму, телепортировался.

Как и я, вылетев из воспоминаний Аурелии, ведь она испустила дух.

Таласи все еще стоял рядом со мной и наблюдал.

– Мне надо спасти Себастиана, – проговорила я, вернувшись в реальность, где уже было поздно спасать душу ведьмы, и не было времени оплакивать ее сожаления. Эта ночь унесла уже две жизни. Я не могла позволить ей забрать и Себастиана.

– Что мне делать? – спросила я с мольбой доску. – Ты должен знать. Ведь мы так близки к цели, как никогда.

В ответ тишина, такая тяжелая, словно кричащая, что уже поздно, что нет пути назад. И даже если я попробую невесть как продлить время, нам все равно не успеть в отель. Я не справилась, я теряла Себастиана раз и навсегда…

«Книга» – шепнул Себастиан в моем сознании.

И я, не теряя ни секунды, начала рыскать по земле в поисках атрибута ведьмы, но в итоге нашла ее около двери в хижину.

Это был огромный тяжелый том, исписанный вдоль и поперек корявым почерком, в которых я узнавала не только заклинания, но и составы зелий, они были местами перечеркнуты, будто постепенно видоизменялись, либо совершенствовались. Разные чернила, почерки, знаки, местами размазанные кровью и грязью…

И что мне с ними делать? Времени изучать каждое из них у меня не было, Себастиан не продержится, если я даже несколько раз постараюсь продлить время, тем более почерк в большинстве своем был малопонятен. К тому же записи были на других, непонятных мне языках.

– Черт! Черт! Черт! – вопила я от безысходности.

Голова раскалывалась от боли, тело ломило от усталости, но подпитываемая страхом полного провала я пыталась соображать, как могла.

Если Себастиан сказал, что ответ в книге, значит, именно с ней я и могу ему помочь. Но этого мало для подсказки, времени которому выделили считанные минуты.

– Давай я попробую кое-что, – подсел ко мне Таласи.

Демон поднял руку над страницами и приказал:

– Магия освобождения.

Страницы начали мелькать под моими руками с бешеной скоростью, будто их задувал ветер. И вот, наконец-то, остановились где-то по середине.

Среди десятков непонятных мне записей я прочитала «обратная трансформация». Бинго!

От радости я готова была плясать! Прям словно гора с плеч!

– Спасибо, спасибо, Таласи, – искренне поблагодарила я. Надежда на спасение Себастиана еще была.

Итак, заклинание было не сложным, а вот ингредиенты были паршивыми, поэтому я попросила перечитать все Таласи.

– Так, заклятие может снять лишь кровь, либо плоть заклинателя, – монотонно начал читать он. – Чтобы снять проклятье, необходимо прочувствовать всю мощь энергии, что он или она вложили в процесс создания магии. Создать атмосферу и аромат события, когда произошло превращение. Так, нужна еще живая вода.

На полях были написаны руны, видимо которые должны были быть нанесены на заколдованного. Господи! Почему все так сложно?! Но благо, что Аурелия вообще соизволила написать о нем в книге, за что я посмертно была благодарна ей.

– Таласи, прошу, найди мне живую воду! – взмолилась я, в надежде, что это не тот ингредиент, который добывается раз в столетие в фазе голубой луны на четвертом цикле и прочее.

– Без проблем, – сказал он. – Благо чары с сада сняты, можно телепортироваться без проблем, – что он и сделал незамедлительно, оставив нас с Себастианом наедине, а я даже и не знала, что мы были ограничены в передвижении.

– Держись, милый, мы уже у цели. Я спасу тебя, обещаю, – ободряюще взглянула я на доску, хотя скорее мотивировала себя, чем его.

Итак, плоть или кровь заклинателя. Было сложно понять кого именно часть мне нужна была: Аурелии или Анджали, ибо они поменялись душами. В связи с чем я побежала в хижину под корнями старого баньяна. Там в углу, средь паутины и развалившегося хлама, битой посуды, трав, что некогда сушили здесь, действительно развалилось тело Анджали, точнее ее протеже.

С легкостью (ибо Аурелия уже надругалась над скелетом, когда пыталась вырвать из ее рук книгу) схватив валявшуюся кость, скорее всего некогда бывшей изящной рукой ведьмы, я побежала на улицу. Там я приземлилась у молодого тела, все еще взирающей на небо. И уголка ее губ застыла капля крови. Вытерев ее костью, я очень надеялась, что этого будет достаточно, я закрыла ей очи и подбежала к Себастиану.

Когда я уже начерчивала на нем последнюю руну, вновь появился Таласи. От него несло дымом, будто он только что вышел из горящего дома.

– Что произошло?

– Да так, – потушив огонь с рукава, отмахнулся он. – Ад, знаешь ли. Дом, милый дом, и все такое.

– Как твоя рука? – поинтересовалась я, вспомнив как ее изрезали осколки льда.

– Пустяки, смотри, уже зажила, – и протянул ею мне знакомую фляжку.

– Это фляжка Француа, – вспомнила я, мгновенно отпустив ситуацию о ранении демона. И у меня произошло некое озарение. – Он в отеле. Как и все остальные гости. И если я расколдую Себастиана, то они могут быть заперты в магии или того хуже, внутри Себастиана.

– Я как раз оттуда, глупышка. Живая вода была у метрдотеля.

– Так ты говорил про милый дом и прочее…

– Если кратко, – помогая мне раскидывать по порядку руны, начал свой рассказ Таласи, – я жил некоторое время у Француа. Подрабатывал у него, когда сбегал от отца. Садизм не мое с детства. Однако Данклуир, естественно, узнал об этом и решил спалить дом. Но у него ничего не вышло, ибо он не знал, что здание было создано самой богиней, хоть и экс к тому времени. В связи с чем папаня решил просто наложить на дом свое заклинание, отчего, если я попадал в него вновь, то сгорал вроде как. Сама понимаешь, хоть я и родом из ада, но постоянно гореть не представляется мне комфортом. Пришлось оставить отель и найти новое пристанище.

Я слушала, разинув рот.

– Вот почему ты задолжал Француа? Из-за пожара и отца, – уточнила я.

– А, нет, – отмахнулся вновь мужчина. – До этого я украл у него один элексир и использовал, и он узнал об этом, – пожал плечами демон.

«Вор» – мелькнуло слово в голове голосом Француа.

– Какой элексир? – напряглась я, представив себе новый поворот событий, где Таласи и есть Таксон, отравивший Аурелию.

– Хотел стать симпатичнее братца, – заулыбался глупой улыбкой демон. – Так ты собираешься колдовать или нет. От твоей любопытности скоро принц помрет.

Я тряхнула головой, про себя произнеся «фух, пронесло», и готова была приступить к самому сложному, однако не знала, как это можно было осуществить.

– Как мне создать атмосферу и аромат событий того времени? Меня же там не было…

– Думаю, паренек и сам сможет это сделать, не так ли? – качнул подбородком в сторону доски Таласи. – Он же там был.

«Помоги мне, Себастиан», – обратилась я к хозяину отеля. – «Покажи мне все, что ты помнишь».

Я понимала, что это слишком тяжелая просьба для умирающего, однако другого варианта у меня не было…

Взяв в руки окровавленную кость и живую воду, я отошла, как и Таласи. Мир вокруг начал зыбко меняться. Словно приведения мимо нас проносились экипажи, люди. Дома как дым вырисовывались там и тут. До нас долетел некий аромат свежеиспеченного хлеба, всевозможных трав и специй, пота и гнили, в скупе образовывая образ небольшого городка, предположу, что это был Страгон в лучшие свои годы, а не когда я попала туда десятилетия спустя.

– Ты должна стать Аурелией, – подсказал мне Таласи. – Ну, чтобы потом вместо нее снять заклятие.

Я кивнула.

Было сложно возненавидеть в одночасье человека, к которому испытываешь лишь нежность и всеми силами пытаешься спасти жизнь. Он меня не предавал, не заставлял перешагивать через принципы. Это сделал со мной Тарун. Это принц нагов растоптал мою душу, заставлял плакать и страдать не только при жизни, но и после смерти.

Волна агрессии вспыхнула в моей груди, расползлось по конечностям. И вот я уже стою мысленно во дворце в Даркленде и узнаю самую страшную тайну своей жизни. Подпитываемая этими чувствами, я постаралась взглянуть на картину дымчатого Страгона глазами теперь Аурелии: несчастной в своей боли и в ненависти совершающей деяние, о котором в последствии все же пожалеет, но ведомая сумасшествием и обидчивостью, так и не сделавшей шага назад, а после уже попавшей в плен демону и потерявшей память.

Страгон окрашивался в красные оттенки: это моя магия влияла на ход событий вокруг, утяжеляя и сгущая воздух, отчего дышать становилось все сложнее.

Понимаю, что еще чуть-чуть и задушу своей ненавистью Себастиана, поэтому выплескиваю на него живую воду из фляжки и кричу, что есть мочи: «Я прощаю тебя!». Сама уже не зная, кому именно я это говорю: моему мужчине из прошлого, или возлюбленному Аурелии, но меня отпускает.