Текст книги "Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови (СИ)"

Автор книги: Петра Дестимаро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

Шинобу и я отклонились от атаки, но за ней последовала орда острых ледяных лепестков… И от этого отклониться уже не получилось.

По всему телу в Шинобу вонзилось множество ледяных лепестков и она отлетела, упав на деревянный помост и перекувыркнувшись на нем пару раз. Потекла кровь.

– Ой, я не убил тебя этой атакой! Мне так жаль! Я прекращу твои мучения и подарю тебе рай~

– Куда ты там собрался, Доума?

Я налетел на него, сияя улыбкой. Изо рта текла кровь, живот был замерзшим и регенерация замедлилась… Доума также улыбался.

– Шинобу-тян, смотри! Плохие люди, как мы с Акирой, творим что хотим! Нас не постигает кара небесная, но после смерти нас точно ждет Ад, верно? Неверно~ Так мыслят лишь только слабые духом, иначе у них попросту не было бы причины продолжать свой собственный путь~

Доума, который ранее играючи отражал мои атаки, замедленные льдом, внезапно провел мощную контратаку и меня отбросило в сторону с глубоким порезом на груди. Тут же я постарался встать…

"Искусство демонической крови: Зимние сосульки"

Сверху на меня обрушился град ледяных сосулек, пронзая тело и пригвождая к полу. Я непроизвольно расхохотался от сильной боли, сбивая себе дыхание. Хотя какое там дыхание с развороченной грудью?

Я начал подниматься, слезая с шипов, разрывая свою плоть. Которая, впрочем, быстро затягивалась.

– О, Акира-кун, неплохая регенерация! Ты уже закончил играть в Охотника?

– Нет!

– Вот как… Заканчивай. Это может наскучить. – Доума с небольшим холодом посмотрел на меня, присев рядом.

Я вставал с пола, сдирая себя с ледяных сосулек. В руке сформировался клинок из стали. Доума покачал головой.

– Непослушный~

Удар веера и клинок вылетает в сторону. Я формирую стальной шип из руки и тот мгновенно вырастает до Доумы, но тот с легкостью отклоняется. На его лице появляется досада.

– Прекрати, Акира-кун~

Веер полоснул меня по груди. Я дернулся. Снова удар. Руки и ноги приморозили к полу.

Не могу двигаться. Я проиграл. Я проиграл?

Чувствую себя вымотанным до предела. В первый раз так интенсивно использую магию крови. Надо мной улыбающееся лицо демона.

Черт. Это так сильно напоминает подвал с Тэнокой. Где я сидел в цепях, а тот улыбался. Или тот момент, когда я склонял голову перед Музаном, называя господином.

Отсутствие свободы. Отсутствие собственного выбора.

Нет. Я не хочу такое. Это точно. Абсолютно точно не хочу.

Я успокоился, спокойно лег и посмотрел вверх.

– О, ты все уже?

– Нет, просто никак не могу понять, отчего мне так спокойно и хорошо.

На правой щеке под глазом кожа окрасилась в красный цвет, образуя метку в форме неправильной извилистой трещины.

Чилим

Глава 38. Пробуждение

Метка. Таинственная хрень в виде татуировки(у каждого стилистика татуировки зависит от применяемого Дыхания), появляющаяся на теле носителя в момент смертельной опасности (при условии если человек использует Дыхание и ранее контактировал с другим носителем Метки). Резко повышает все характеристики тела, однако, люди, получившие метку, умирают, когда им исполняется двадцать пять. Можно сказать, метка забирает жизнь и дает силу. Однако существовал и один человек, что пользовался меткой настолько умело, что нормально прожил жизнь, дожив до старости. Ну или тут сыграло роль его особенное телосложение.

Это был Ёриичи Цугикуни, создатель Дыханий.

Это я услышал от Кокушибо, когда он ещё обучал Акиру Дыханию Луны. У самой Первой Высшей Луны также была метка, однако, он демон – а посему он бессмертный тип, и метка просто повышает его силу, никак не сказываясь на продолжительности жизни. Демоны ведь бессмертны.

Я сжал кулаки и резко изогнулся всем телом, выпрыгивая изо льда, в который меня заковал Доума. Сила, которая позволила мне это сделать, была дарована меткой. Доума закрылся веерами от летящих в него осколков льда и наклонил голову, глядя на меня немного заинтересованно.

– Что это, Акира-кун? Я чувствую, ты внезапно стал сильнее!

"Дыхание крови, ката восьмая: Блики пустого холода"

Мой силуэт растворился в воздухе, вводя в замешательство Высшую Луну и в следующее мгновение я обьявился уже за спиной Доумы, замахиваясь клинком.

"Дыхание крови, ката третья: кровоточащий порез"

– Что за…

Доума увидел моё лицо в отражении лепестка лотоса и постарался пригнуться. Но моя скорость после получения Метки достигла уровня Доумы и он не успел полностью пригнуться. Клинок срезал половину его головы. А ещё мой клинок был наполнен "разрушением", что фатально отражается на демонах.

Демон потерял половину мозга. Это хоть и не помешало ему продолжить нормально мыслить, сильно замедлило его реакцию. Я бы от такого умер.

"Искусство демонической крови: Холодные облака"

От тела Доумы распространился такой мороз, все в округе стало покрываться корочкой льда. Я, предвкушающе улыбаясь, перехватил клинок и усилил руку дыханием, двигая её в обратную сторону. К шее демона.

Губы замерзли и потрескались, пальцы также задубенели, мороз пробирался через кожу, сковывая мышцы, но мой клинок всё равно ударил Доуму по шее.

"Твердая кожа!"

Лицо треснуло, как стекло. Я понял, что прорезать шею не получиться. Клинок лишь наполовину вошел в плоть и застрял в позвоночнике.

На оставшейся половине лица Доумы нарисовалась теплая улыбка:

– Ты действительно хотел убить меня, Вторую Высшую Луну?

– Я… Тебя… Убью…

"Искусство демонической крови: Кровавая сталь"

В тот момент, когда я от холода уже практически не мог двигаться, лезвие моего клинка, повинуясь моему искусству крови, стало намного шире в размерах, расширясь через шею Высшей Луны и срезая её…

– Э… Что?…

Такими и были последние слова Второго из Двенадцати Лун, Доумы.

Его голова покатилась по земле, глаза опустели. "Разрушение", поразив критическое место демона, пошло распространяться по всему его телу, разрушая демонические клетки. Это даже действеннее, чем солнечный клинок.

Моя регенерация мало-помалу справлялась с заморозкой. Холода больше не поступало и через секунд десять я смог пошевелиться. Спустя две минуты я полностью пришел в норму и первое, что я сделал – набросился на разлагающуюся тушу демона и начал её жрать.

Ммм, мороженка. Я так голоден, что даже подобная дрянь сойдет.

Тьфу, тут ещё остался привкус яда Шинобу… Ну да пофиг, я слишком голоден.

Кстати о Шинобу. Где она?

Обернулся, посмотрел, что там, где она. А, вот. Лежит, истекает кровью, утыканная острыми ледяными лепестками. Проморожена, пытается достать что-то из кармана в штанах.

Выглядит очень вкусно. Я уж и слюнки пустил, доев Доуму, но что такое моё чувство присутствия? Это способность чувствовать кровь существ, окружающих меня. И вот кровь Шинобу моё чувство присутствия определяло как… Не совсем кровь. Ну, или, если говорить точнее…

У Шинобу яд течет по венам вместе с кровью. Это сразу же отбило мне желание её есть.

Подошел к ней. Убивать лежачего не хочется. Она посмотрела на меня своими бездонными фиолетовыми глазами. На лице не отразилось никаких эмоций. Она попросту не знала, как на меня ей реагировать.

Я присел рядом и достал из её кармана то, что она пыталась там нащупать. Это оказался препарат какой-то. Я молча вколол этот препарат Шинобу.

Она посмотрела на меня с удивлением. Улыбнувшись ей, я сказал:

– За добро надо платить.

Где-то год назад я, слепой, не знал, что мне делать, когда ослеп. Однако тогда именно Шинобу указала мне возможность, что я могу ещё сделать, направила в деревню кузнецов. Кем бы я был, если бы не отблагодарил?..

Встав, я развернулся и ушел.

– Э?..

***

Санеми смотрел, как его же собственная рука летит мимо него, источая кровь, словно в замедленной сьемке. Руки бледные от кровопотери, с множеством порезов.

"Это тело… Оно слабее, чем мое настоящее…"

Долго Столп Ветра не мешкал, практически мгновенно остановив дыханием кровотечение и сжимая рукоять катаны оставшейся правой рукой.

Кокушибо не удивлялся. Только похвалил, одновременно сражаясь с Гемеем и Зеницу.

– Неплохо, Столп Ветра. Ты ничуть не хуже того, с которым я спарринговался, будучи человеком. И твой потенциал – он ещё не раскрыт полностью. Стань демоном, Санеми – и я научу тебя.

Стойка. Белые волосы развевались от мощи, исходящей от тела Столпа.

– Ублюдок, если ты считал, что я просто возьму и скажу да, то ты конченый идиот!

Зеницу рывком атаковал Кокушибо сзади, в то время как стальной шар на цепи Гемея несся к голове Высшей Луны сбоку. Кокушибо же, будто имея глаза на затылке, ударом меча отбросил оружие Столпа Камня в Зеницу. Гемей тут же натянул цепь, пытаясь смягчить удар, но Зеницу всё равно не успел отклониться и получил удар стальным шаром в живот.

Отхаркнув кровь, его отбросило в сторону.

– Ты считаешь, что у тебя есть время отвлекаться на защиту других, Столп Камня?

Кокушибо исчез с места и появился уже перед Химеджимой, атакуя того.

"Этот демон предугадывает все мои намерения и заблаговременно реагирует на них. Но как? Не могу понять."

Натяжение цепи и слева в демона прилетает массивное лезвие на цепи, блокируя удар.

"Мне нужно это понять. Иначе мы все здесь умрем."

Цепи, на концах которых были орудия Гемея, повинуясь гениальным движениям его рук, описали сложное движение в воздухе, беря Кокушибо в кольцо, в то время как сам Столп проводил обмен ударами с Высшей Луной вблизи.

– Жалкие уловки. – произнес тот, подпрыгивая.

Цепь звякнула, сужая кольцо на том месте, откуда только что исчез высший демон. Кокушибо перехватил клинок в воздухе. Светло-серебристый пар вышел из его рта.

"Дыхание луны, ката шестая: Одинокая луна в бесконечной ночи преисподней"

Неизвестное количество взмахов за мгновение.

Вся комната покрылась порезами и деревянные стены начали съезжать друг с друга, как половинки рассеченной дыни. Сражение происходило в одной из больших комнат Крепости Бесконечности, тут были раньше и колонны, подпирающие потолок… Но теперь их не было – всё, нарезанное на кусочки идеально ровными срезами, съезжало и падало. Но для сражающихся на огромных скоростях Хаширо и Первой Высшей Луны это всё выглядело как в замедленном действии.

Столпы и Зеницу кое-как защитились от этой массовой атаки, отделавшись незначительными порезами, но их отбросило от мощи. Кокушибо тихо и изящно приземлился на землю.

Темно-фиолетовое хаори и длинный хвост тёмных волос взметнулись ударной волной от упавшего рядом массивного куска колонны. Кокушибо даже не моргнул. Ни одним из своих шести глаз.

Охотники применили восстанавливающее дыхание, нормализуя состояние и останавливая кровотечение в порезах и разгоняя кровь по телу к мышцам. Те налились силой. Разгоряченные битвой тела вдруг почувствовали огромный прилив сил.

– Эт-это… – запнулся Зеницу, смотря на столпов Камня и Ветра.

– Я хотел сохранить это для битвы с Музаном… Но всё-таки не выйдет.

По рукам Гемея будто разошлись трещины, как на камне. На щеке Санеми проявился знак, напоминающий вертушку, какие развеваются от ветра.

Зеницу ощупал свою щеку. Почему-то он знал, что там сейчас изгибистая, словно молния, метка.

Кокушибо наклонил голову немного вниз.

– Пробуждение сразу трех меток. Великолепно. Похоже, мне стоит стать слегка серьезнее.

Меч Из Плоти, на плоскости клинка которого было множество глаз, вырос в размерах, вдобавок образуя вторичные лезвия, выходящие по бокам из основного клинка.

– Ну что…

– КОКУШИБО!!! СРАЗИСЬ СО МНОЙ!!!

Треск потолка, и так держащегося непонятно на чем, и на место, откуда только что отскочил Кокушибо, обрушивается комок мощи. Небрежно уклонившись от щепок разрушенного пола, Кокушибо удивленно приподнял бровь.

– Аказа. Я вижу, ты стал существом совершенно иного типа.

Третья Высшая Луна, у которого в глазах иероглиф уже наполовину исчез, после выхода из-под контроля Музана, улыбаясь во весь рот, встал с пола.

"Искусство демонической крови: Компас"

На полу проявилась огромная снежинка, показывая об активации искусства крови Аказы. Демон встал в стойку мастера рукопашного боя.

– Да, Кокушибо! Я больше не связан оковами, подобно тебе! И на этот раз я одержу над тобой абсолютную победу!

Кокушибо осмотрел того и безэмоционально произнес:

– Смысл твоей силы был в служении Господину. Теперь ты бесполезен.

Повернув голову в сторону Аказы, Кокушибо закончил:

– И потому ты и умрешь здесь.

Два силуэта сильнейших демонов расплылись в воздухе и столкнулись, породив мощнейшую ударную волну.

Хаширо немного не понимали ситуацию.

– …И что нам делать? – спросил Зеницу у двух оставшихся Столпов.

– Будь готов вмешаться в удобный момент. В приоритете уничтожение Кокушибо.

Столпам ничего не оставалось, как лишь только наблюдать. Санеми тем временем скривился и достал из сумки на боку шприц, вкалывая себе его содержимое в руку.

– Черт возьми, придется воспользоваться этим вашим новым препаратом.

"Восстановление" – препарат, созданный при помощи крови Незуко, той, что сумела преодолеть солнце, и крови высших демонов. Суть его состоит в том, что происходит демонификация организма, получение регенерации на короткий срок, а вместе с этим и усыпление пользователя. Проходит время, регенерация восстанавливает тело носителя, и лекарство превращения из демона в человека снова делает своё дело.

Два лучших алхимика, Шинобу и Тамаё, создавали этот препарат целых девять месяцев, мало на что отвлекаясь. Результат превзошел все ожидания, особенно по сравнению с начальным образцом, где время превращения из демона в человека занимало несколько часов.

Сейчас препарат, который использовал Санеми, имел действие пять минут, после чего Столп будет снова в строю. Зеницу, склонившись над Санеми, вколол ему и питательную жидкость, что могла восстановить выносливость, необходимую для регенерации. Гемей и Зеницу же использовали это время для улучшения своего общего состояния и залечивания ран.

Впрочем, два демона были равны по силе и битва, по всей видимости, могла затянуться надолго. И это даже несмотря на то, что каждый удар, на который неправильно среагировали, мог обернуться поражением.

Казалось, оба бойца читают действия друг друга и бой меж ними напоминал шахматную партию – каждый старался подловить противника.

Зеницу внезапно вспомнил слова Узуя.

"Любой бой – это музыка. Найди в нем ритм."

В время предыдущего сражения у него даже времени нормально перехватить катану не было, не говоря уже о сосредоточении на музыке боя. Но сейчас он прикрыл глаза и вслушался.

Звуки боя и вправду стали напоминать симфонию нот, с предсказуемыми действиями и резкими, но все-таки читаемыми переходами…

Зеницу слушал.

***

– От лица Кирэя-

– Тук тук, пришел бабадук. Только вот куда?

Аккуратно выглядываю из-за угла. Хм, ничего особенного, всего лишь орда монстров, с которыми сражаются несколько Охотников. Вполне успешно, кстати, сражаются. Опа, а там и мой преемничек тоже мается. И тот тип, который подумал, что спит вообще – он тоже здесь. Дыханием Ветра пользуется.

Ну пофиг, не моё дело.

Звук струны бивы раздался со стороны той огромной орды монстров и я замер, затем повернулся в ту сторону. Знаю я, что это значит. Демон с Бивой, как там её звали… Не помню. Короче, управляет она всем этим пространством.

Хм, а вот теперь мне жутко интересно, что будет, если я прибью эту демоницу. Пространство Крепости Бесконечности ведь должно будет разрушиться? А что тогда станет с теми, кто сейчас находится внутри? Они просто мгновенно исчезнут вместе с пространством, ведь так?

– Ахахаха! Это неплохой способ сдохнуть!

***

Флоу не обернулся, услышав знакомый голос. Куда тут было оборачиваться, когда на тебя прёт огромная орда монстров? Флоу был в экстазе, сражаясь в этой мясорубке, он получил уже много ранений, но благодаря своей врожденной интуиции, которая развивалась семимильными шагами в таких условиях на краю жизни и смерти, избежал смертельных попаданий. Искусство владения клинком, стиль Дыхания Крови, все больше раскрывался перед ним, и лишних движений уже почти не было.

Дыхание… Флоу так интенсивно его применял, что ему казалось, что его легкие буквально скоро сгорят.

А вот Охотнику рядом с ним было хоть бы хны, он там бормотал чего-то, рубя демонов клинком и изредка откидывая их в сторону тяжелейшими ударами кулаков. Флоу уважительно покачал головой, думая, что пофигизма и крепости костей этому чуваку не занимать. Он даже попытался с тем скооперироваться, но этот тип так удивлённо на Флоу уставился, что чуть не пропустил удар от демона.

– И когда это мои сны помогали мне с уничтожением моих же снов?…

– …

"Дыхание крови, ката первая: Коготь, расплёскивающий сакэ"

Тут с потолка алым когтем на демона обрушился мечник. Голова демона покатилась по земле, а Флоу поёжился от холода, исходящего от новоприбывшего.

– Что, преемничек, маешься? Долговато что-то то ты.

"Дыхание крови, ката четвертая: Шквал кровавой резни"

Несколько взмахов катаной, сорвался шторм алых режущих волн. Орда монстров, напирающая на проход, взорвалась кровью и демоны в ней оказались рассечены на куски мяса, фонтанирующие алой жидкостью.

– Сенсей… – обратился Флоу в замешательстве к новоприбывшему

– Что? – приподнял тот бровь

– У вас на голове снег… Где вы умудрились-то?

Мечник потряс головой, стряхивая снег, и невозмутимо вогнал катану в ножны.

– Места надо знать. Бывайте короче.

После этих слов тот растворился в воздухе.

– …

– …

Двое оставшихся мечников замолчали в ошеломлении. Затем переглянулись. Флоу протянул руку соратнику:

– Флоу Аматэру.

– Фуниясаку Суйсен.

Флоу ухмыльнулся, подумав, что на таком имени и язык сломать можно.

– Будем знакомы.

Мечники отправились вперед, шагая по разлитой демонической крови на полу среди испепеляющихся останков демонов, словно по фантастическому кровавому мелководью…

***

– От лица Кирея-

Вот, расчистил проход от мелкоты и пришел. А что тут у нас?

Хм, на помосте сидит демоница, держащая в левой руке биву, оперев её на пол, а второй рукой держит какую-то штуку, которой и бренчит по струнам. Длинные черные прямые волосы ниспадают с головы водопадом, закрывая глаза демоницы, так что если бы не "чувство присутствия", которым я ощутил пути крови в её голове, я бы и не узнал, что глаз-то у неё всего один.

– Акира. – внезапно заговорила эта девушка своими изящными алыми губами, – Господин предает тебе, чтобы ты заканчивал играть. Это начинает раздражать. При непослушании он тебя уничтожит.

– Пускай попробует.

"Дыхание крови, ката пятая: Леденящий всплеск крови"

Молниеносный рывок вперед. Девушка тренькнула бивой, всё еще сидя на месте и передом мной появилась дверь-портал из ниоткуда и открылась.

Я помнил об этой способности этого демона и к тому же перед применением в этом месте в воздухе произошли чуть заметные колебания "присутствия", так что мгновенно перегруппировался, становясь ногами на деревянный ободок этой двери.

Дыхание, кислород в ноги.

"Дыхание крови, ката восьмая: Блики пустого холода"

Мой силуэт растворился в воздухе, исчезая из области восприятия демоницы. Та замешкалась.

– Прощай. – появился я сбоку от Накиме – такое было у неё имя, да.

"Дыхание крови, ката третья: Кровоточащий порез"

Клинок взмахом отсек Накиме голову и режущая волна с него вспорола стену, пройдя дальше.

Голова Накиме упала и начала испепеляться. Крепость Бесконечности внезапно затряслась.

…Хм, я не умер мгновенно. Как жаль!

Когда я уже наконец сдохну? Мда.

Глава 39. Кибуцуджи Музан

Кулак Аказы, усиленный его искусством крови, встретил клинок Кокушибо и Первая Высшая Луна был вынужден сделать шаг назад от гигантской мощи удара.

– Не могу не признать, Аказа. Ты стал сильнее.

– Это свобода, Кокушибо!

"Искусство демонической крови: Разрушительный стиль"

Очередь ударов, хлопками разрывающих воздух, обрушилась на Кокушибо. Но тот, не сделав ни единого лишнего движения, уклонился от большей части, уйдя в сторону, и оставшиеся заблокировал взмахами клинка.

– Твой дар чтения боевых аур хорош. Но я уже прочитал тебя.

Смена стойки, два демона отскочили друг от друга и тут пол Крепости Бесконечности, где они сражались, вдруг содрогнулся. Кокушибо повернул голову в сторону, глядя сквозь стену.

– Накиме мертва.

Аказа хрустнул шеей.

– Наверху ночь. Нет причин прерывать битву.

***

Бездыханные тела Мицури и Обаная лежали на земле. Кибуцуджи Музан посмотрел на тех, а потом перевел взгляд на последнего Столпа, который остался.

– Столп Воды, Томиока Гию. Ты безумец. Нет смысла пытаться меня уничтожить. Сколько раз ваш солнечный клинок проходил через мою шею за это сражение?

Музан наклонил голову, улыбнувшись, и показал два пальца.

– За каждый раз один из твоих соратников жертвовал жизнью. Хочешь ли и ты пожертвовать своей жизнью так же напрасно? Солнце уже не может навредить мне. Солнечные клинки – тем более.

Повелитель демонов протянул руку к Столпу Воды:

– Стань демоном, Томиока Гию. Ты откроешь для себя горизонты, о которых и не мечтал. Ведь что для тебя сейчас твоя жизнь? Твои рамки так очевидны, что мне становиться жаль тебя.

Томиока, который всё это время применял восстановительное дыхание, бросил на Музана взгляд, преисполненный холодной ярости:

– Я не люблю болтать. Но тебе скажу одно – я живу для того, чтобы ты умер.

Музан вздохнул, возвращая руку обратно:

– Как обычно. Вы, Охотники, так любите упорствовать в своём безумии.

Внезапно Крепость Бесконечности содрогнулась. Кибуцуджи нахмурился и пробормотал:

– Этот тип ещё не наигрался.

Впрочем, Кибуцуджи Музану уже было всё равно на них. Одну из своих целей – бессмертие и неуязвимость – он достиг. Осталась вторая цель – уничтожить корпус Охотников за демонами.

И это можно было выполнить проще простого.

***

Танджиро уже долго бегал по этому пространству Крепости Бесконечности. Он не встретил никого из высших Лун, но уничтожил нескольких сильных демонов, которые ему попались.

Пробегая мимо поворота, он резко затормозил. Там на полу лежали остатки черно-голубых волос, носителем которых был явно Муичиро Токито. А разбрызганная вокруг кровь и ошметки формы Охотника свидетельствовала о том, что Столпа Тумана повергли и съели.

– Н-нет… Токито-сан…

Танджиро сделал шаг в комнату и его глаза расширились. Около стенки лежала Незуко. Невредимая, но без сознания. Танджиро почувствовал огромное облегчение, поднял Незуко с пола и прижал к груди, рыдая:

– Ты жива… Жива…

Пол дрогнул и Танджиро вдруг понял, что что-то приближается.

***

– За пределами Крепости Бесконечности, штаб Охотников-

– Демоны всё наступают!

– Кххх! Сколько их там ещё!?

– Вороны докладывают, что не менее нескольких тысяч!

– Ч-что!? Мы все умрем!

Два Охотника седьмого ранга покрылись потом и отскочили в стороны, когда мимо них пролетел на крыльях демон, струёй пламени изо рта прожгя полосу на за земле.

– Ч-черт побери!

В это время земля задрожала и покрылась трещинами. Охотники вообще перестали что-то понимать. Они бежали, рассекали, отбивались от демонов, стараясь не подпустить их к штабу. А теперь масштабное землетрясение грозит уничтожит штаб? Да что вообще происходит?

В это время все погрузилось в хаос. Земля трескалась и из-под неё, один за другим, показывались те комнаты Крепости Бесконечности, в которых ещё кто-то был. Материал комнат испепелялся, как демон под солнцем, хотя сейчас была всё ещё ночь.

– Эй-эй-эй, какого черта!? Почему всё вдруг внезапно разрушилось!?

Иноске шел, поддерживая Шинобу одной рукой и во второй держа клинок. Сама Шинобу уже более-менее оклемалась, но ходить всё ещё могла с трудом.

Взрыв мощи. Потолок одной из гигантских комнат, вылезших из-под земли, разлетелся в щепки, и оттуда вылетел Аказа и его отсеченная рука.

"Искусство демонической крови: Боевой стиль"

Рука восстановилась и очередь дистанционных ударов отправилась обратно в комнату. В ответ оттуда вылетело несколько режущих волн в виде гигантских полумесяцев и комната окончательно разлетелась на куски. Рывком из разваливающейся комнаты устремился к штабу Зеницу, на спине у которого лежал бессознательный Санеми уже с отросшей рукой.

Очередная комната вылезла из-под земли и из разных её сторон, разбив стены, вылетели Томиока, держащий в руках алый, словно раскаленный, клинок и Музан, с лицом, выражающим некоторую неприязнь к происходящему. Столп Воды тут же откашлялся кровью и его мышцы свело судорогой. Превзойдя свой предел, можно умереть. Именно это сейчас чуть не произошло с Томиокой. Музан поправил новоотрегенерированную голову и огляделся.

По всей территории штаба Охотников из-под земли вылезали комнаты, из которых ранее состояла Крепость Бесконечности.

– Как много мусора. – вскинул Музан руку вверх.

Хлысты из спины разделились на множество потоньше и подлиннее. Пальцы удлинились и выросли до невероятных размеров, также становясь хлыстами. Все эти смертоносные орудия взмыли в воздух.

Люди в округе побледнели.

– Э-это…

Костяные щупальца покачивались в воздухе. Музан достал откуда-то шляпу и надел себе на голову.

– Пора прибраться.

Костяные хлысты обрушились на землю, молниеносно и точно убивая тех слабых Охотников, которым не повезло находиться в пределах сотни метров от Музан. Затем прародитель демонов крутанулся, хлысты вместе с ним и это ознаменовало собой мясорубку. Всё в округе окрасилось в красный цвет.

Хотя нет. Не всё. Был островок, чуть менее заляпанный кровью.

– КИБУЦУДЖИ МУЗААААААН!!! – Танджиро, отразивший удары хлыстов, пришедшихся на него, испустил яростный крик из глубины свой души, перехватил катану и выдохнул пламя.

"Дыхание солнца, ката первая, модификация: Удар вальса"

Во вспышке яркого солнечного огня Танджиро молниеносно приблизился к Музану и нисходящим ударом разрубил туловище напополам – Музан ударом руки отбил клинок от своей шеи.

– Твоему появлению больше обрадуется Кокушибо.

Пока клинок Танджиро проходил через плоть демона, Музан пнул его ногой, превращая свою ногу в хлыст. Танджиро успел втянуть к себе клинок и выполнить защитную кату, но его всё равно отбросило. И отбросило прямо к сражающимся Аказе и Кокушибо.

– Аказа. – прозвучал мощный голос Музана затем.

Бывшая Третья Вышсая Луна замешкался из-за остатков влияния крови Музана на него. Всё-таки какая-то часть влияния прародителя на Аказу осталась.

И мгновения замешательства хватило для того, чтобы Кокушибо отрубил Аказе голову, после чего в плоть отбившегося от рук повелителя высшего демона вонзился костяной хлыст. И через хлыст Музан поглотил всю силу крови демона.

Аказа теперь напоминал скелет, настолько он стал тощим. Голова медленно восстанавливалась. Его силу теперь можно было сравнить с низшим демоном…

– Разберусь с тобой позднее. Кокушибо, займись этим солнечным. А остальные… – Музан оглядел оставшихся Охотников и с превосходством улыбнулся. – Нападайте, безумцы.

Тут из дома, который стоял поодаль от радиуса поражения хлыстов, вышел мальчик лет восьми, Кирия Убуяшики – сын главы Охотников, Кагаи Убуяшики.

– Как скажешь, Кибуцуджи Музан. В эту ночь мы навсегда сотрем твое существование из этого мира и тем самым очистим наш род, который и породил такое чудовище, как ты.

– Убуяшики… – на лице Музана вздулась вена, – вечно вы пытаетесь встать на моём пути. И что же ты придумал? Неужели собрался победить меня только этими силами?

Кирия оглядел округу.

Томиока, пробудивший метку, алый клинок и приходящий в себя после превышения предела, Санеми, пробудивший метку и просыпающийся после "восстановления", Гемей, пробудивший метку, Зеницу, пробудивший метку, Танджиро, пробудивший метку, Иноске, Незуко без сознания, ослабленная Шинобу, Акира, вылезающий с чертыханием из-под обломков… Три Столпа – Муичиро, Мицури и Обанай, были уже мертвы. Из Высших Лун в строю остался лишь Кокушибо, который с некоторым воодушевлением рассматривал Танджиро. Аказа, очень сильно ослабленный, медленно регенерировался, лежа в стороне, пригвожденный к полу костяными отростками.

– Да, мы кое-что придумали, Кибуцуджи.

Добрые фиолетовые глаза мальчика холодно сверкнули, когда он поднял руку.

– Приготовиться.

Кусты позади дома зашевелились. Это оказались не кусты, а маскировка. Под сброшенной маскировкой оказались солдаты правительства Японии, стоящие за щитками стационарных пулеметов, и несколько мощных орудий.

Кибуцуджи недоуменно приподнял бровь. Кирия опустил руку.

– Огонь.

Три мощных залпа раздались практически одновременно, а дальше округа заполнилась запахом пороха и непрерывными звуками очередей пулеметов.

Место, где стоял Музан, скрылось под облаком пыли от мощнейшего взрыва. Кокушибо рванул туда, но его перехватил Танджиро, преградив путь к Прародителю Демонов.

Оба знали, что им не нужно говорить и столкнулись, ведомые разными целями. Один – пройти к Музану и защитить Господина, второй – не дать этого сделать.

Холодные лунные серпы разрезов и обжигающе горячее солнечное пламя столкнулись. Глаза Танджиро были покрыты кровью, в них лопнули капилляры от напряжения, что показывало, что Танджиро уже превзошел свой предел.

Но он был удивительно спокоен. Два мечника сражались меж собой насмерть, глядя друг на друга одинаково холодными глазами.

– Понятно. Ты тоже сумел увидеть это. Прозрачный мир.

Танджиро и правду буквально видел Кокушибо насквозь. Для него любой предмет в мире был прозрачен, как стекло.

Пули со свистом рвали воздух и тело Музана. Танджиро мог видеть это даже сквозь дым. Мощное орудие тяжело ударило выстрелом и Музана разорвало на части картечью.

Музан недооценил орудия и потому не потрудился уйти из-под обстрела до начала атаки. И теперь он не мог регенерировать мускулы, его постоянно шпиговали пулями и картечью.

– Будем молиться, чтобы препрараты Шинобу и Тамаё сделали своё дело… – умоляюще пробормотал Кирия сжимая руки в кулачки до крови.

Зеницу и Гёмей рванули к Кокушибо. Тот, сражаясь с Танджиро, заметил и приближение тех.

"Дыхание луны, ката девятая: Бесконечный пейзаж убывающей луны"

Разрезы понеслись вперед, неся смертельную опасность. Зеницу едва уловимо сменил траекторию движения, лавируя между лезвиями так, будто попросту танцевал под ритм, рывками приближаясь.

"Бой – это просто музыка"

Зеницу полностью освоил в этот момент прием Узуя. Теперь он мог читать движения всего, чего слышал. А слух у него был сверхъестественный.

Кокушибо выполнил круговой размах, заставляя Танджиро отскочить и нацеленный режущей волной на Зеницу, но тут ему в кисть руки прилетела большая бусина, сбивая удар.

Демон перевел взгляд на Гёмея, у которого на шее висели бусины из таких массивных бус.

"Почему я не заметил как он бросал?.. А. Ясно. Он тоже стал видеть Прозрачный Мир. Теперь не дает мне предсказывать его движения, путая свой кровоток."

Удар, второй. Кокушибо, отражая удары Зеницу и Танджиро, пришлось развернуться в бою и после этого ему в шею чуть не прилетело массивное лезвие на цепи Гёмея, от которого тот увернулся… И попал прямо на траекторию движения металлического шара на цепи. Столп Камня воспользовался отвлеченностью Первой Высшей Луны на Зеницу и Танджиро и таким образом подловил его – он ведь понял, как скрывать свои действия от всевидящих глаз Кокушибо.