Текст книги "Титан V ранга (СИ)"

Автор книги: Павел Вяч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16

Я не знал всего плана целиком, но, на мой взгляд, песьеголовые готовились к обороне города до нашего прихода.

По улицам сновали вооружённые патрули, на ключевых перекрёстках дежурили легионеры, а на воротах, помимо стражников, стояли шаманы.

Но когда новость о нежити дошла до дворца, я увидел, что такое настоящая подготовка к осаде.

Сначала по городу прокатились пронзительные завывания сигнальных труб, затем на улицы города хлынули расквартированные в столице легионы.

Местные жители при первых звуках труб начали исчезать в своих домах, но, к моему изумлению, уже через несколько минут выходили из них в полном боевом облачении и стягивались к ближайшей площади.

К тому моменту, как мы с Марией добрались до дворца, военная машина песьеголовых заработала в полный ход.

Раньше я скептически относился к словам Дона про силу псов, но сейчас своими глазами увидел, что партнёр был прав – почти каждый песьеголовый имел боевой опыт.

Да, возможно, мне так показалось со стороны, но выглядело всё так, будто война для псов – привычное дело.

Никакой паники, никакого волнения – лишь стремительное переключение с мирной жизни на военные рельсы.

И если до этого псы вели себя как-то расслабленно – наверняка не ожидая серьёзных проблем от идущей по стране гражданской войны – то сейчас я всерьёз засомневался, что ставка Дона на некромантов сработает.

В бастионе Ковена я ощущал зловещую ауру Смерти и был уверен – попытка захватить обитель некроманта обернётся ужасными потерями. Даже несмотря на отсутствие фортификационных укреплений.

Но смогут ли некроманты продемонстрировать подобную мощь вдали от своего дома?

А уж когда я ощутил первые всплески магии Крови, то мои опасения переросли в смутную уверенность – победителей в этой войне не будет.

Хотя, может, это и есть план Дона?

– Что дальше?

Вопрос Марии выбил меня из мыслей, и я недовольно покосился на неё.

– Ну а что? – девушка и не подумала смущаться, – ты уже минуту стоишь в этом переулке и смотришь на дворец. Может, уже пора идти вовнутрь?

– Ты понимаешь, что это смертельно опасно? – уточнил я, мазнув взглядом по наложенной на Марию иллюзии.

Если верить ей, рядом со мной стоял здоровенный песьеголовый легионер со шрамом через всю морду.

– Понимаю, – отмахнулась Мария. – Не тяни время, Вик. Пошли.

– Ты не понимаешь, – покачал головой я. – Мы идём в самое опасное место, думаю, будет лучше, если ты останешься…

– Дон предупреждал, что ты попытаешься меня отговорить, – перебила меня Мария. – У тебя ничего не выйдет.

– Ты так говоришь, – слегка нервно хмыкнул я, – будто я хочу лишить тебя чего-то ценного.

– Наставник Дон рассказал мне, почему ты всегда возвращаешься из разломов, – Мария смерила меня презрительным взглядом. – Вот и сейчас ты хочешь, чтобы вся сила досталась только тебе.

– Ты в своём уме? – опешил я.

– Тебе не удастся запудрить мне голову, – покачала головой Мария. – С этого рейда я вернусь с десятым рангом!

Что? С десятым рангом? Она что, с ума сошла? Точнее, не так… Что Дон сказал Марии такого, отчего она так взбеленилась?

– Я бы на твоём месте не стал верить Дону так сильно, – протянул я, соображая, как лучше погасить нарождающийся конфликт.

– Он дважды улучшил мой дар! – заявила Мария. – И это только аванс! Я сама разберусь, кому верить, а кому нет.

– Мария, Дон никогда не делает ничего просто так, – от фанатичного блеска, мелькнувшего в глазах Марии, мне стало не по себе. – Просто…

– Просто замолчи, – снова перебила меня Мария. – И делай свою работу.

Она бросила на меня недовольный взгляд и добавила:

– Можешь оставаться здесь, в этой подворотне. Я сама всё сделаю. Только отдай мне верительные грамоты.

– Что всё? – напрягся я.

– Это тебя не касается, – отрезала девушка. – Давай грамоты!

Меня охватило ощущение неправильности происходящего, но я решительно не понимал, что именно идёт не так.

Убедить Марию успокоиться? Невозможно… Скрутить её и вырубить? Она обязательно применит магию, и шаманы нас засекут… Плюнуть на всё и пойти во дворец?

– Пошли, – буркнул я, выходя из переулка. – И не говори потом, что я тебя не предупреждал.

– Все вы такие, – процедила Мария. – Так и норовите жить за счёт других.

Она не стала уточнять, кто все, но мне было плевать. Сказать, что я разочаровался в Марии – ничего не сказать.

Выйдя на площадь, я уверенно направился к дворцовым воротам. Вообще, если не знать, что этот город принадлежит псам, то можно было подумать, что я нахожусь в Древнем Риме.

Красивый город, жаль только, построен рабами…

Дойдя до почётного караула, усиленного контубернием легионеров, я молча протянул молодому песьеголовому документы.

Увидев проставленные на грамотах печати, стражник вытянулся по струнке и почтительно пролаял:

– Проводить легата Грабхадона к главе!

Грабхадона? Впрочем, какая разница?

Легионеры молча бухнули кулаками в грудь и, взяв нас с Марией в коробочку, двинулись во дворец.

Мария было напряглась, но, убедившись, что легионеры ведут себя крайне почтительно, расслабилась. И зря, на мой взгляд. Я же каждую секунду ждал подвоха и не столько смотрел по сторонам, любуясь внутренней отделкой дворца, сколько следил за легионерами.

Наверное, дворец был красив, но все статуи, картины и фонтаны прошли мимо моего внимания. Я шёл по мраморному полу и думал лишь о том, какую задачу Дон поставил перед Марией.

В том, что эта задача есть, я ничуть не сомневался.

Атаковать главу клана или шаманов? Выплеснуть из себя магию Тьмы? Призвать из выданного Доном артефакта какую-нибудь гадость?

Вариантов было много, и все они были чертовски неприятными.

Ведь если Мария нападёт на местное руководство, что делать мне? Помогать ей или скрывать свои силы?

Дон трижды повторил, что я должен тянуть время и ждать сигнала. И только потом отправляться на поиски сокровищницы.

В общем, придётся действовать по ситуации…

Легионеры тем временем довели нас до огромного зала и, дождавшись, когда мы зайдём, закрыли за нашими спинами двери.

В центре зала стоял стол, на котором была разложена карта, а вокруг него замерили три песьеголовых.

Первый, облачённый в золотой доспех, наверняка был легатом. Второй, судя по балахону и посоху – шаманом. Ну а третий чем-то визуально походил на нынешнее тело Дона.

– Легат Грабхадон, значит, – протянул третий, не обращая на нас с Марией никакого внимания. – Ты слышал, Архидрон?

– Невиданная наглость, господин Ахнарис, – пролаял песьеголовый в доспехах. – Ваш племянник забылся!

– Да нет, – покачал головой Ахнарис, – просто он по давней семейной традиции бросил мне вызов.

– Вот только вместо честного боя, – скрипнул зубами легат, – выбрал связаться с некромантами!

– Ищи во всём светлые стороны, легат, – хмыкнул Ахнарис. – За последние пятьдесят лет служители Смерти успели подкопить жирок. И они сами пришли к нам.

– Господин прав, – прошелестел шаман. – Не пришлось придумывать благовидного предлога.

Казалось, их нисколько не волнует идущая война с другими кланами и приближение армии нежити. Эти трое болтали между собой так, будто всё, что сейчас происходило – часть грандиозного плана.

И чем дольше я слушал их неспешную беседу, тем сильнее укоренялся в мысли, что Дон, возможно, ошибся.

– Почему Грабхадон? – представитель главы Призрачных волков оторвался от карты и посмотрел на меня. – Ты знаешь?

– Думаю, вам виднее, – протянул я, не зная, что сказать.

Ахнарис коротко хохотнул и посмотрел на легата.

– Ты слышал, Архидрон? Мне, говорит, виднее!

– В чём-то он прав, господин, – скривился легат. – Ведь великий Грабхадон был вашим потомком.

Потомком? Постойте-ка! Грабахадон… Грабха-Дон…

– Этот человек что-то понял, – проскрипел шаман.

– Что именно ты понял? – подобрался Ахнарис, не сводя с меня немигающего взгляда. – Скажи.

Я же промолчал, вновь не зная, что сказать.

Очевидно было лишь одно – они знают, что мы с Марией не псы и не удивлены этому. А раз так, значит, нас ждали. Что до потомка Ахнариса, то им вполне возможно мог быть и сам Дон.

– Отдайте его мне, господин, – проскрипел шаман. – Несколько часов, и он расскажет всё, что знает и не знает. В том числе и откуда у него настоящая верительная грамота диктатора Грабхадона…

– Обязательно отдам, – кивнул песьеголовый. – Но для начала я хочу услышать, что именно понял этот человек.

– Я понял, что нам, возможно, получится договориться, – протянул я. – Сами посудите…

– Он тянет время, – каркнул шаман и, впившись в меня тяжёлым взглядом багровых глаз, повысил голос. – Говори, где коготь Ануба?

От звуков его голоса голова мгновенно закружилась, и я лишь чудом удержался на ногах. Мой ментальный барьер трещал по швам, и, впервые за долгое время, я понял – с этим шаманом мне не справиться…

Да что там не справиться! Ещё несколько секунд, и мой мозг превратится в кисель!

– Он здесь, – Мария как будто только и ждала этих слов.

Я краем глаза заметил, как у неё в руках появился кроваво-красный предмет, а в следующий момент в грудь шаману угодил… лазерный луч?

Все побрякушки, которые на нём висели, разом вспыхнули и осыпались пеплом, а сам он превратился в мумию.

А мгновением позже меня швырнуло в сторону, словно пушинку.

Врезавшись в стену – кажется, по пути я сбил какую-то мраморную статую – я хотел было вскочить на ноги, но понял, что не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Да что там, я чувствовал себя так, будто из меня выжали всю энергию, силу и даже Волю!

Состояние было точь-в-точь как от попавшей в меня багровой капли шамана. Вот только когда он успел атаковать, ведь Мария не дала ему даже шелохнуться!

Или это её рук дело?

С трудом подняв голову, я увидел, как Мария, с которой слетела иллюзия, на глазах превращается в дряхлую бабку. А ярко-алый артефакт, из которого она и ударила кровавым лучом, рассыпается пеплом у неё в руках.

– Переборщила… – прокряхтела Мария, окутываясь вуалью Тьмы. – Идите сюда, щенки!

В её руке сверкнул светящийся Тьмой кинжал, и она, прихрамывая, двинулась на оставшихся в живых песьеголовых.

Приложив неимоверные усилия, я перевёл взгляд на Ахнариса и легата и увидел, что им ещё хуже, чем мне.

Оба лежали на полу и страшно хрипели.

В голову почему-то сразу же пришла мысль, что эта ударная волна и неподъёмная тяжесть – побочный эффект от применения активированного Марией артефакта.

Интересно, это и был сигнал от Дона? Сомневаюсь…

Ахнарис тем временем сумел достать какой-то артефакт. Сначала их с легатом окутала золотистая плёнка, об которую бессильно разбивались Тёмные кляксы Марии, затем двери в зал распахнулись, и к веселью присоединилась дворцовая стража.

Поначалу Мария умудрялась отбиваться, уничтожая псов Тёмными искрами и кляксами, но псов прибывало всё больше, а вместе с ними появлялись и легаты с шаманами.

Со своего места я хорошо видел, как Мария щедро тратит артефакты, зелья и запасы своей Духовной силы. Я всё так же не мог поднять даже руку, наверное, бОльшая часть отката прилетела в меня из-за того, что я стоял ближе всего, но Марию это нисколько не волновало.

Отправив в сторону выхода целый рой Тёмных искр, она сорвала с груди медную бляху и бросила её перед собой.

Не знаю, чего она ожидала, но не произошло ровным счётом ничего.

– Но как же, – я больше прочитал по губам, нежели услышал шёпот Марии. – Он обещал портал…

Её растерянный взгляд скользнул по хлынувшим в зал песьеголовым и остановился на мне.

Она ничего не сказала, но в её глазах сверкнула дикая смесь понимания, разочарования и… страха.

Медный артефакт тем временем мигнул и, превратившись в матово-чёрный шарик Тьмы, всосал в себя Марию.

Неужели это и вправду был портал?

Но не успел я об этом подумать, как шар Тьмы взорвался, расплёскивая вокруг себя тысячи Тёмных искр.

И всё, до чего долетали Тёмные искры, высыхало прямо на глазах.

Первыми рассыпались прахом Ахнарис и легат Архидрон, мгновением позже стол с картой империи псов. Следом пришла очередь пола, стен, потолков и, конечно же, легионеров.

Я уже приготовился умереть, но долетевшие искры, вместо того, чтобы развеять меня, словно пепел, бесследно исчезали. Но с каждой исчезнувшей искрой, мой медный амулет, который выдал Дон, нагревался всё сильнее.

Может это и есть сигнал?

Хотя нет, скорее это аналог ядерной бомбы, которую Дон умудрился взорвать в самом сердце столицы песьеголовых! А Мария выступала её батарейкой…

Интересно, я выживу под завалами, когда дворец сложится, словно карточный домик?

В том, что дворец вот-вот рассыпется, у меня не было ни малейших сомнений.

Тёмные искры стремительно разрушали всё вокруг себя, кроме кровавых сфер… Стоп, каких ещё кровавых сфер⁈

С трудом повернув голову к выходу, я увидел свыше тридцати шаманов песьеголовых, каждый из которых без устали выпускал перед собой кровавые сферы. Эти сферы летели вперёд и ловили искры, впитывая их в себя!

Для того чтобы план Дона удался, не хватило где-то полминуты.

С каждым биением сердца в зал прибывало всё больше шаманов, и магия Крови абсорбировала в себя магию Тьмы.

А затем… затем все эти шары слились в один, превращаясь… в того самого шамана, которого Мария уничтожила кровавым лучом?

– Подготовиться к массовому жертвоприношению… – проскрипел шаман смутно знакомым голосом. – Пригласить в Зал принятия решений всех свободных легатов… А этого…

Он посмотрел на меня, и в его взгляде полыхнуло кровавое сумасшествие, от которого мне стало по-настоящему страшно.

– Этого, – повторил он, – в пыточную. И передайте мастеру Крувусу, что у него есть полчаса, чтобы вытащить из него всё.

Шаман взмахнул рукой, и меня спеленали появившиеся из ниоткуда кровавые цепи.

– И в особенности, – проскрипел он. – Откуда у него грамота диктатора Грабхадона и Коготь Ануба.

Глава 17

Пока меня несли по многочисленным лестницам в подземелье, я успел прийти в себя и прикинуть, как быть дальше.

Первым делом я попробовал на прочность кровавые цепи – удалось поймать одно из звеньев и сжать его в кулаке.

Это усилие потребовало от меня всплеска духовной силы, зато звено, не выдержав давления, рассыпалось, словно засохшая кровь.

Убедившись, что в случае чего я смогу освободиться, я сконцентрировался на запоминании пути и обдумывании дальнейших действий.

Шаманы, которые несли меня в пыточную, шли самым кратчайшим путём, и это говорило о многом.

Первое – они явно спешат.

Второе – они уверены, что живым я после встречи с мастером Крувусом не выйду.

Третье – они не считают меня за серьёзного соперника.

Последнее было понятно по их презрительным взглядам и коротким репликам.

– Как думаешь, брат, после того как Крувус с ним закончит, он сохранит разум?

– Смеёшься? В лучшем случае останется на всю недолгую жизнь пускающим слюни идиотом! А что, хотел взять его себе в рабы?

– Я, конечно, не мастер Крувус, но судя по ауре, этот человек может насытить артефактов десять, а то и двадцать! Жаль будет упустить такой шанс…

– Не выйдет, брат, его наверняка заберёт себе Верховный шаман. Он и так в ярости, что потратил Возрождение Крови не в серьёзной битве, а от коварного удара некромантов. Так что забудь.

– Ты прав, брат… Где я и где Верховный шаман? Придётся потрошить зарвавшихся некров!

Уж не знаю, почему шаманы, не скрывая, обсуждали всё это при мне – или думали, что я не понимаю их языка, или уже окончательно списали меня со счетов.

Впрочем, мне это было на руку.

Спустившись на три этажа под землю, мы оказались в просторном коридоре, в котором жутко воняло кровью, фекалиями и гнилым мясом.

Вдоль галереи находились камеры, в которых находились люди. Поскольку меня несли лицом вниз, я не видел, сколько их и в каком состоянии они находятся, но, судя по тусклым аурам, пленников было не меньше двухсот.

Я бы мог посчитать их количество точнее, но коридор закончился, и меня занесли в ярко освещённое помещение.

Шаманы привычно закрепили меня на пыточном ложе и, обменявшись несколькими словами с обнажённым по пояс песьеголовым, потянулись обратно.

Один из них задержался и кивнул на меня:

– Верховный шаман прибудет через десять минут, мастер Крувус. К этому моменту человек должен быть готов.

– Будет, – пообещал палач.

– Не буду задерживать, – едва заметно поклонился шаман и ушёл, оставив меня с палачом один на один.

Я скользнул по псу взглядом и невольно поёжился. В глазах палача стояло… предвкушение.

– Значит, – песьеголовый демонстративно хрустнул шеей и направился к верстаку с пыточными инструментами. – Это ты виновен в гибели господина Ахнариса и легата Архидрона?

– Смотря с какой стороны на это посмотреть, – пожал плечами я. – технически я не тронул их и пальцем.

– Умник, да? – оскалился палач. – Посмотрим, как ты сейчас запоёшь!

Взяв с верстака ржавый гвоздь – неплохая попытка психологического воздействия – он вооружился молотком и, приставив гвоздь к моему бедру, с силой ударил по нему.

Данг!

Молоток отскочил назад, чуть было не попав в морду песьеголовому, а гвоздь… гвоздь погнулся.

– Ай! – запоздало произнёс я. – Точнее… А-а-а-а-а-а! Моя нога!

Пёс с удивлением посмотрел на погнувшийся гвоздь и опасно прищурился.

– Шутки со мной шутить вздумал?

– Не планировал, – честно признался я.

– А как тебе такое?

Он с размаху ударил молотком по коленке, отчего у меня невольно дёрнулась нога.

Боли, как таковой, я не почувствовал, вздрогнул скорее от неожиданности. А ещё эта сцена невольно напомнила мне приём у невропатолога, и я неосознанно хмыкнул.

– Ах, тебе смешно? – в глазах палача мелькнуло бешенство, и он схватил стоящую у прилавка кувалду. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда я размозжу тебе все кости!

На этот раз он не стал бить по ноге или колену и с размаху обрушил кувалду на мою стопу.

Не знаю, как бы отреагировали на встречу с кувалдой мои пальцы, и, видимо, не узнаю – я машинально отдёрнул ногу под пыточный стул, разорвав при этом цепь.

Данг!

Кувалда с грохотом обрушилась на каменный пол и, выбив целый сноп искр, отскочила назад. Я тут же вернул ногу на место, но обмануть палача не удалось.

– Жалкий червяк! – гаркнул он, – а ну, не двигайся!

– Простите, – кивнул я, не в силах ничего с собой поделать. – Постараюсь так больше не делать.

Сила постепенно ко мне возвращалась, и я, понимая, что палач никак не может мне навредить, невольно играл у него на нервах.

Мало того что всё и так шло не по его плану, так ещё и «жертва» насмешливо хмыкает и отвешивает издевательские комментарии!

Да, я помнил, что Дон попросил не показывать силу, но пальцы на ноге были мне намного важнее.

Что до палача, то он, по-видимому, не понимал, что происходит. Вернее не так. Он прекрасно понимал, что происходит какая-то ерунда, но в его картине мира это было невозможно.

Он просто не мог себе представить, что человек может с лёгкостью выдерживать удары молотком и даже кувалдой.

Крувус был уверен в своей силе и считал произошедшее досадной случайностью. Ведь по-другому просто не могло быть!

– Р-р-р-р-а-а-а-а-а-а!

Мои слова словно сорвали у песьеголового крышу, и он принялся наносить кувалдой беспорядочные удары.

Корпус, вскинутые в защите руки – и эти цепи пришлось порвать – плечи, прилетело также по голове.

Он бил и бил, вымещая всю свою ярость, злость и непонимание, а я старался принимать удары на блоки и в редких случаях уворачиваться.

Конечно, делать это сидя было неудобно, но вставать было нельзя. Если бы я встал, палач бы сообразил – что-то конкретно идёт не по плану! А так, он пока даже не замечал разорванные мной цепи!

Долго так продолжаться не могло, и как только у него в глазах появился проблеск разума, я понял – тянуть больше нельзя.

Да, можно было попробовать прикинуться дурачком и дальше, но если в ход пойдёт магия крови, я снова стану бессильным. К тому же, Верховный шаман рано или поздно сам сюда придёт…

А раз так…

Я рывком поднялся на ноги и с лёгкостью вырвал из рук пса кувалду.

Аккуратно опустив её у верстака, я схватил пса за горло и медленно усилил хватку.

Палач задёргался всем телом, безуспешно пытаясь вырваться. На моих глазах из него утекала жизнь, и мы оба это понимали.

Когда он был готов потерять сознание, я ослабил хватку и позволил ему втянуть в себя воздух.

Дав ему отдышаться, я вновь усилил нажим.

– Ты мучаешь своих пленников болью, – произнёс я, смотря ему в глаза. – Это зачастую очень эффективно. Но ничего не может сравниться со страхом смерти.

Я дождался, когда его глаза начнут закатываться назад, и снова ослабил хватку.

– Хы-ы-ы-ы! – пёс со свистом втянул в себя воздух.

– Скажи мне, – протянул я, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи пыточной. – Ты чувствуешь страх смерти?

Он промолчал, но по его глазам было видно – ещё как чувствует! И не просто чувствует, но и боится.

– По уму, следовало бы приковать тебя к этому… трону, – я кивнул на железный стул, на котором только что сидел, – и мучить тебя несколько суток без остановок. Вырывать ногти, спиливать зубы, дробить одну фалангу за другой… Так сказать, позволить тебе прочувствовать всё то, что чувствовали твои пленники.

Я усилил нажим и, дождавшись, когда палач вновь обмякнет у меня в руках, снова ослабил хватку.

Возможно, он бы и рад был умереть, но у его тела было своё мнение на этот счёт. Лёгкие сами втягивали в себя воздух, цепляясь за малейший шанс сохранить жизнь.

– Говори, – ровно произнёс я. – Сколько во дворце шаманов. Как убить Верховного шамана. Где находится Зал принятия решений. Как пройти к сокровищнице. Пока говоришь – живёшь. Соврёшь – отрежу тебе ухо и заставлю тебя его съесть.

Не знаю, что больше испугало палача – мой спокойный голос или балансирование на границе жизни и смерти, но он заговорил.

Хрипя и глотая слова, торопясь рассказать всё, пока я не передумал. Время от времени я усиливал нажим, и палач начинал жалобно скулить.

Убедившись, что выжал из него всё, что мне было нужно, я вырубил его ударом в челюсть и, надёжно перемотав цепями, закинул его в первую попавшуюся кладовку.

Затем вернулся на стул и накинул цепи так, чтобы со стороны создавалось впечатление, что я прикован.

Всё это было шито белыми нитками, но я не планировал задерживаться в пыточной надолго.

Из того, что я узнал у палача, стало ясно – просто так Верховного шамана не убить.

Мало того что во дворец вместе с ним прибыла свита из пятидесяти младших шаманов, так он ещё и использует Воскрешение Крови – ритуал, завязанный на многочисленные жертвоприношения, благодаря которому он становился практически бессмертным.

Крувус не знал, сколько уже прожил Верховный шаман клана Призрачные волки, но, по слухам, не менее двухсот лет.

Опять же по слухам, он прибыл в этот мир по просьбе главы клана, чтобы расследовать случившееся с Ахнаром.

Верхушку клана заинтересовала история с пантеоном, и все, конечно же, захотели присоединиться к этому празднику жизни.

Верховный шаман не планировал задерживаться здесь надолго, и штурм столицы, устроенный Доном, сыграл ему на руку.

Можно сказать, что Дон сделал за Верховного шамана всю грязную работу – не только пришёл сам, но ещё дал легальную возможность устроить чистки среди некромантов.

Из того, что я понял, смерть Ахнариса и легата Архидрона ничего, по сути, не поменяла.

Временный наместник будет выбран из легатов в Зале принятия решений, и одного пса сменит другой. Вот и всё.

Что до сокровищницы, то, хоть я и чувствовал её примерное расположение, но благодаря объяснению палача у меня появилось понимание, как до неё добраться из пыточных застенков.

Пока я сидел – Верховный шаман отчего-то задерживался – прикинул, что делать дальше.

В первую очередь меня ждала встреча с Верховным шаманом и стычка с его свитой.

Я не верил в то, что нейтрализация палача сойдёт мне с рук, и уж тем более не считал Верховного шамана псов за идиота. Да, возможно, получится ввести его в заблуждение в первые несколько минут, но потом он всё равно поймёт, что я не так прост, как всем казалось.

Далее, придётся делать выбор – идти на поводу шамана и тянуть время, как завещал Дон, или дать бой.

Вот только как убивать практически бессмертного песьеголового, чью жизнь поддерживал сложнейший ритуал и тысячи рабов, я пока себе не представлял.

Третье, мне предстояло разобраться с магией Крови.

То, как она на меня действовала, мне очень не нравилось, и, к сожалению, у меня с собой не было матового щита из Разлома.

Зато у меня была Длань молний , которую мне не терпелось опробовать в действии!

После этого оставалось каким-то образом добраться до дворцовой сокровищницы и найти Шань Ло и заготовки для наставников.

Ну и последнее – свалить отсюда в школу Титанов.

Что будет с псами и некромантами после нашего ухода, мне было плевать. Пусть жрут друг друга, как скорпионы в банке.

Гдадах!

Прогремевший наверху взрыв сотряс дворец до основания, да так, что толчки дошли даже до подземелья.

Более того, с потолка пыточной ударили крохотные молнии, заставляя стальные цепи зазвенеть от напряжения.

«Ты услышишь, – всплыли в голове слова Дона. – Возможно, даже увидишь».

Это, без всяких сомнений, и был тот самый сигнал, о котором говорил Дон.

– Ну вот, – пробормотал я, поднимаясь с пыточного стула. – Придётся мне самому искать этого вашего Верховного шамана. Как говорится, кто не спрятался – я не виноват… Я иду искать!