Текст книги "Насекомые вокруг нас"
Автор книги: Павел Мариковский
Жанр:
Природа и животные
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)
В Бразилии после кровопролитного восстания в 1835–1836 годах местных племен против колонизаторов произошло массовое размножение маленького, портящего продукты и очень больно жалящего огненного муравья. Все жители прониклись глубоким убеждением, что муравей развелся на крови погибших бунтовщиков и теперь мстит живым людям за кровопролитную войну.
Часто по незнанию насекомых обвиняют в ничем неповинных грехах. Бескрылых и крайне безобидных ос немок или, как их еще называют, «бархатных муравьев», в некоторых местностях США окрестили «убийцами коров» и считали, что они смертельно отравляют домашних животных.
На территории реки Амазонки индейцы-охотники считают ужаления черной осы «Итури супаи» и черного муравья из подсемейства Понеринае смертельными, хотя они совершенно безобидны.
На одном из островов Индонезии верят, что стрекозы умеют отличать хороших и послушных мальчиков от плохих, больно кусая последних за проказы во время рыбной ловли. В некоторых районах на северо-востоке США долго верили, что стрекозы имеют жало и способны при помощи его у спящих склеивать уши, рот и пальцы.
Название «уховертка» эти безобидные насекомые получили независимо у нескольких народов. Неужели они могут забираться в уши и просверливать ушную перепонку? Один из английских энтомологов полагает, что слово «уховертка», по-английски «еарвигс», возникло от искаженного «иар-винг», то есть «крылья-уши». Действительно, крылья у этого насекомого похожи по форме на ухо человека. Но трудно представить, что в древние времена были столь тонкие познания в морфологии насекомых, тем более, что уховертки прячут крылья под надкрылья в плотные тючки и пользуются ими необычайно редко, главным образом во время ночных переселений. В других европейских странах этих насекомых еще называют «ушной бурав» или «ушной червь» и считают, что они способны забираться в уши. Во все это ученые, которым, как обычно, свойствен скептицизм ко всему, что не подтверждено точными наблюдениями и экспериментами, не верят. Однако, в данном случае нет дыма без огня, и нам кажется, все просто объясняется. Уховертки – ночные влаголюбивые насекомые. С наступлением дня они забираются во всевозможные теневые укрытия и в норки. В давние времена уховертки могли заползать в уши спящих в поле на земле людей, во время путешествий, кочевок или даже военных походов.
И в чем только еще не обвиняют зря насекомых! Даже в наше просвещенное время расцвета наук. К тому же у большинства людей интерес к животным прямо пропорционален их размерам: насекомые же малы и плохо заметны. Впрочем, чему удивляться, коли даже ученые биологи смежных наук иногда попадают впросак из-за плохого знакомства с энтомологией! На ивах комарик галлица вызывает своеобразный галл, представляющий собою резко укороченный побег с тесно сблизившимися листьями, похожими на розу. Розовидные галлы так широко распространены, что некто Герард, как сообщал энтомолог Кэрби в 1864 году, описал «розовидную иву» как новый вид и рекомендовал ее разводить близ домов как красивое дерево.
Галл-орешек, вызываемый крошечной осой – орехотворкой, на Кубе был вначале принят и даже изучен ботаниками как гриб.
Мой сосед, Саша, будучи учеником одной из школ Алма-Аты, сообщил мне однажды:
– Наша учительница сказала, что все насекомые вредные, всех их надо давить и убивать!
Саша часто ездил со мною в поле и кое-что усвоил из жизни насекомых.
– А я ей не поверил! – добавил Саша.
Это было в 1968 году. Пусть не подумает читатель, что этот факт, сообщенный мною, представляет собой редкое исключение.
Необыкновенно бурный темп развития техники, резкая концентрация населения в городах, оскудение природы создает тип городского жителя, далекого от природы или в лучшем случае знакомого с нею только по книгам, газетам, радио, телевидению. Это также способствует искаженному представлению о насекомых.
Рей Тегкаф в статье «Индейцы из Рио-Шингу – друзья животных» пишет: «Дети таких городов, как Нью-Йорк, видали бабочек только в кино или на картинках, уж не говоря о более крупных животных. Не случайно там работники просвещения организуют передвижные выставки, чтобы показать школьникам корову или ягненка»[22]22
Тегкаф Р. Индейцы из Рио-Шингу – друзья животных. – Наука и жизнь, 1969, № 11.
[Закрыть].
Но чаще всего недостаточное знакомство с насекомыми проявляется в изобразительном искусстве. Уж как только ни рисуют насекомых! Мы, конечно, не берем в расчет рисунки для детей, стилизованные согласно художественной задаче, а, скажем, только хотя бы те, где, по сути дела, должно быть реальное насекомое. У пчелы рисуют жало в виде острого хоботка на голове, муравья наделяют только двумя парами ног и т. п. Однажды в казахском учебнике грамматики для третьего класса средней школы вместо осы камбаза, истребителя ядовитого паука каракурта, был нарисован типичный шмель. А вот в небольшом чудесном стихотворении И. Шкляровского поденка четыре раза названа бабочкой:
Где золотая бабочка – поденка?
Бывало, в детстве в речке голубой
Язь на струе выплескивался звонко
И белый дождь шумел над головой…
Человек плохо знал насекомых со времен древности. А потому боялся их и уничтожал. Враги человека – кровососы: блохи, комары, мошки, москиты, слепни, кровососущие мухи. Они досаждали ему, лишали покоя, переносили заразные болезни. Человек покидал летом места скоплений насекомых, уходил с низменностей подальше от болот, озер, рек в высокие горы, защищался от них дымом костров, прятался в прокуренных пещерах, походных домах – юртах, вигвамах, палатках. От укусов кровососущей братии, образно именуемой русскими «гнусом», люди спасались плотной одеждой, через которую не могли проникнуть хоботки жаждущих напиться крови насекомых.
Жители тропических стран, не знавшие никакого платья, кроме набедренной повязки, обмазывали свое тело маслами или покрывали слоем глины, защищавшими от насекомых. В странах Дальнего Востока и по настоящее время, особенно во время полевых работ, на голову надевают жгут из сухих растений. Подожженный конец жгута тлеет и спасает лицо от нападения кровососов.
Не надо было обладать большой изобретательностью, чтобы использовать против насекомых то орудие, которым защищаются от них животные – хвост. Различные мухобойки из конского хвоста широко применяются и до настоящего времени в Китае. Степные животноводы используют хвосты лошадей без особенной выделки, заменяя позвонки тонкой палочкой. В казахском народе такой предмет обихода называется кылгаккыш. В Африке с той же целью используют хвост жирафа.
Число насекомых-недругов неожиданно резко возросло, как только человек перешел от стадии собирателя, охотника, скотовода к жизни оседлого земледельца. На возделываемых им растениях неожиданно объявились насекомые, которые и стали претендовать иногда на значительную долю его урожая. Эти враги большей частью жили незримо на тех растениях, на которые земледелец обратил свой взор, начав их культивировать. В основном насекомые урывали свою долю исподволь, незаметно, но иногда по неожиданным причинам они, размножаясь в массе, уничтожали возделываемые посевы, обрекая людей на голод и сопутствующие ему болезни, нужду.
Тогда-то и стали изобретать способы борьбы с недругами. Большей частью человек уничтожал насекомых просто механически, собирая руками, или использовал для этого отвары из различных растений. Например, в средние века таким средством была полынь Артемизиа обротанум, за свои хорошие качества она даже получила название «божьего дерева». Применяли и отвары табака, медвежьего ушка и многих других растений. В какой-то мере эти в общем слабо действующие вещества выручали, может быть, потому что помогала и сама природа, тогда еще не тронутая человеческой деятельностью. Природа сама справлялась с теми нарушениями, которые иногда проявлялись, численность всех живых существ взаимно уравновешивалась благодаря царившим сложным взаимосвязям между обитателями леса, степи и пустыни.
Но человечество совершенствовало свою жизнь. Оно постепенно избавлялось от различных болезней, преждевременно его губивших, численность населения земного шара от столетия к столетию возрастала. Земли, поросшие девственными травами, кустарниками и деревьями, стали отступать перед посевами и пастбищами, а на обедненные участки стали с большим рвением нападать насекомые-вредители.
Но у сельского хозяйства, казалось, появился друг – могущественная химия. Один за другим стали появляться химические вещества, губившие насекомых, а когда в 1939 году был изобретен ныне всемирно и печально известный инсектицид – дихлордифенилтрихлорэтан, человечество радостно вздохнуло. Представлялось ему, что проблема вредных насекомых решена. Изобретатель этого вещества, сокращенно названного ДДТ, швейцарец П. Мюллер получил самую высокую награду – Нобелевскую премию.
Следом за ДДТ стал использоваться другой сильный инсектицид – гексахлоран, или сокращенно ГХЦ. Это вещество и все другие очень сильно действовали против насекомых. А так как вначале ученые заверяли, что инсектициды совершенно безвредны для человека, то их усиленно стали применять, используя различную аппаратуру как с земли, так и с воздуха – при помощи авиации. Человек стал беспредельным властителем судеб насекомых, он свободно расправлялся с ними и уничтожал их.
Страны с высокоразвитой промышленностью мгновенно наладили производство этих ядов. Только в США в 1960 году было изготовлено и использовано 225 тысяч тонн ДДТ. В 1962 году этим ядом было обработано уже около восьми процентов всей площади этой страны. Потом на производство инсектицидов здесь ежегодно затрачивалось более 2 миллионов долларов. ДДТ стали применять не только на сельскохозяйственных посевах, ими стали опылять леса, в которых появлялись насекомые-вредители, ими стали опылять громадные площади лугов и болот для уничтожения комаров и мошек.
Человек становился хозяином природы, и, казалось, докучливые насекомые им были побеждены.
Но вскоре за успехом наступило горькое разочарование. Вместе с насекомыми-вредителями были уничтожены и наши безвестные друзья – насекомые, уничтожавшие насекомых-недругов, сдерживавших рост их численности. Возник парадокс – территории, которые обрабатывались ядами, стали еще большими очагами развития насекомых-вредителей и для их уничтожения требовалось все больше яда и более частое его применение.
Инсектициды оказались вроде алкоголя для страдающего запоем человека. Посевы попали в полную зависимость от инсектицидов и без них уже не могли существовать. Затем вдруг оказалось, что многие насекомые-вредители вскоре привыкли к ядам, они на них перестали действовать. Для того, чтобы добиться «гибельного эффекта», требовалось во много раз увеличивать его дозы. Мало того, некоторые насекомые стали усваивать яды и использовать их для защиты от врагов. Так, в одном из районов США были наедены кузнечики, которые выделяли против врагов изо рта смертельную дозу яда. Химический анализ показал, что в составе – фенол и хинин.
Особенно своеобразным оказался дихлорфенол. Он составлял ту часть гербицидов, которые использовались для химической прополки сорных растений. В тех районах, где этот гербицид не применялся, дихлорфенол отсутствовал в защитных выделениях кузнечиков. Так человек стал снабжать насекомых «химическим оружием».
И наконец, «прославленные» инсектициды проявили еще одну свою неблаговидную особенность. Они отравляли все остальные организмы, и с продуктами, употребляемыми в пищу, попадали и в тело человека и, что еще хуже, иногда оставались в нем на все время: организм человека не был способен их ни разрушить, ни вывести наружу.
Увлечение инсектицидами привело к сильному загрязнению всей природы. От них стали гибнуть рыбы, птицы, звери. Они проникали всюду: реками добирались до моря и вскоре были найдены даже в обитателях Антарктиды – в пингвинах и тюленях, уже не говоря о рыбах. Обнаружилось и отрицательное действие их на организм. Редкие и почти исчезающие морские животные – морские львы – приносили мертвых детенышей, их печень содержала изрядное количество казавшихся такими безобидными, но на самом деле коварными ядами.
Уничтожение насекомых-недругов оказалось не столь уж и простым делом, хотя сама по себе идея с легкостью завладела широкими массами населения, утвердилась в его воззрении на вмешательство в природу. Отказаться от применения инсектицидов было очень трудно.
Химики стали синтезировать другие яды, якобы, менее вредные, быстро распадающиеся. Но их многократное использование рано или поздно открывало опасные стороны: они отрицательно воздействовали на генетический аппарат живых организмов, разрушали сложные связи в природе.
Не нашлось до сего времени еще такого яда, который бы не был палкой о двух концах!
Неудачи химических методов борьбы о насекомыми-вредителями побудили к поискам других методов. А это требовало более пристального изучения самих насекомых.
Сейчас уже найдены средства биологической борьбы. Так, против злейшего вредителя леса непарного шелкопряда применяется пахучее вещество, которым самки приманивают своих самцов. В ловушки, в которые закладывается препарат, слетаются все самцы, а самки, оставшись неоплодотворенными, не дают потомства. Этот способ сулит большое будущее.
Против мухи каллитроги, личинки которой губили скот, развиваясь в их теле, было использовано радиоактивное излучение. Этим способом стерилизовали самцов, и те из них, которые сохраняли половую активность, успешно конкурировали с нормальными самцами. Но самки, спаривавшиеся со стерилизованными самцами, уже не могли дать жизнеспособного потомства. Зловредная муха была уничтожена на одном крупном острове. Теперь с нею ведется борьба на материке. Этот способ открыл ранее казавшуюся несбыточной перспективу полного уничтожения какого-либо насекомого как вида на земном шаре.
Ученые открыли гормон, который не позволяет личинке насекомого переходить во взрослую фазу. Достаточно одной миллионной миллиграмма этого вещества, чтобы приостановить развитие насекомого. Сейчас дело за синтезом этого гормона. Он специфичен для каждого вида.
В борьбе с насекомыми стали использовать все достижения современной науки и техники. Воспроизведением магнитофонной записи звуков брачных призывов стали приманивать и уничтожать некоторых насекомых-захребетников человека. При помощи особых приборов, издающих сигналы тревоги, отпугивают нежелательных насекомых. Благодаря радарам начали обнаруживать насекомых, следить за ними, контролировать их поведение с расстояния более 50 километров, а также определять размеры и плотность тучи летящей саранчи, чтобы своевременно принять против этого прожорливого насекомого истребительные меры. Недавно комитет по контролю над саранчой предложил продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Нации использовать искусственные спутники для обнаружения зон активного размножения этого опасного насекомого.
Нет предела человеческой изобретательности в проблеме уничтожения вредных насекомых. И можно верить, что рано или поздно будут найдены рациональные и безопасные для человека и окружающей природы средства.
Мы говорили об активных мерах, направленных человеком против насекомых – вредных для хозяйственной деятельности и здоровья человека. Но этого далеко недостаточно для благополучия на земле. Важно при всех способах борьбы сохранить природу от оскудения.
Энтомология: мир насекомых многолик и прекрасен
Это поняли еще древние люди, любознательность и пытливость ума которых была направлена на природу. От того, насколько человек знал мир живых существ, зависело и его благополучие. Но он не всегда воспринимал окружающее только с практической стороны. При изобилии пищи его остаточная энергия была направлена на изучение тех сторон органической жизни, которые и не имели прямого для него значения. Словом, человек-дикарь невольно становился натуралистом. Свидетельств тому много, и мы о них уже говорили. Одно из доказательств – имена насекомых, которые перешли в нашу жизнь из далеких эпох. Правда, с развитием общества часть из этих названий забылась и исчезла из языка.
Этот процесс, пожалуй, идет и сейчас и, видимо, объясняется просто – постепенным отходом людей от природы, урбанизацией. Например, прежде, когда в степях Казахстана периодически размножался опасный ядовитый паук каракурт, кочевники хорошо знали осу – истребительницу этого паука. Сохранилось описание энтомолога К. Н. Россикова, посетившего степи Казахстана в 1914 году. Все жители аула радостно приветствовали появление этой осы, называя ее «камбаз». Теперь это слово забыто, и его нет в словарях. Его не помнят даже старики. Сейчас казахи называют медведку и фалангу одним именем «бзаубас» (телячья голова) из-за того, что путают оба этих существа, принимая за одно и то же. За отдаленное сходство в строении такие разные животные, как скорпион и рак, называются одинаково – «чаян».
Сейчас вряд ли кто среди русских знает, какое имя у жуков кравчиков из семейства Пластинчатоусых. Между тем русский энтомолог Тарнани, описывая жизнь кравчика Летрус аптерус в 1900 году, приводит следующие шесть совершенно забытых народных названий этого жука: головастый почкарец, кравец, портной, разбойник, матрос, черный жук, головач…
Неудивительно и то, что мы не знаем, которого из насекомых называли «скрипачом». Между тем А. П. Чехов в «Степи» пишет: «Кузнечики, сверчки, скрипачи и медведки затянули в траве свою скрипучую монотонную музыку».
Впрочем, у некоторых народов, названия уцелели только благодаря любителям природы и даже запечатлены в специальных научно-популярных книгах. Такова, например, специальная книга англичан «Имена насекомых».
И все же кое-какие названия сохранились. Многие из них устарели, изменились до неузнаваемости, и догадаться об их происхождении сейчас невозможно: жук, стрекоза, таракан, муха, клоп, вошь, блоха, комар и т. д. Но есть понятные нам названия. Вот они.
Маленькое насекомое, водящееся в сырой земле, прыгает при помощи придатка – хвостика на брюшке, и его называют «ногохвосткой».
Насекомое, живущее личинкой в воде, становясь взрослым, вылетает из нее лишь для того, чтобы провести короткий брачный день, народ, подметив эту особенность, назвал ее «поденкой».
Забавный хищник, сложивший в молитвенной позе свои вооруженные острыми шипами ноги, готовый ежесекундно броситься на добычу, во многих странах зовется «богомолом». Ну а прыгающие подобно резвой лошадке саранчовые чем не «кобылки»?
«Кузнечики», наверное, так названы за то, что способны мелодично стрекотать подобно тому, как кузнец ударяет молоточком по наковальне.
Самой ранней весной прежде всех появляется ширококрылое насекомое, предвестник пробуждения природы, и его зовут «веснянка». Водных насекомых, обитающих чаще всего в проточной воде ручьев, личинки которых строят замысловатые чехлики, окрестили «ручейниками». Милые нашему глазу чешуекрылые – никто иные, как бабочки.
Крупное насекомое медведка отдаленно напоминает медведя своими широкими и мощными передними ногами, которыми она роет землю. Еще медведку на Руси называли земляным раком, волчком, капустянкой.
Уховертку, о происхождении названия которой мы уже говорили, зовут «клещаком» за своеобразные клешневидные придатки на конце брюшка.
Гусеница бабочек пядениц, или землемеров, так названа за то, что, передвигаясь рывками, сгибаясь скобочкой и разгибаясь, будто пальцами-пядью измеряет расстояние.
Жуков светляков особенно много появляется во время древнего земледельческого праздника – Ивана Купалы. Поэтому с давних времен славяне называли светляка «Иванов червяк» или «Иванов светлячок».
Употребляя слово «оса», никто не думает о его происхождении. Приведу коротенькую зарисовку А. Зимина «Урок русского языка»[23]23
Зимин А. Уроки русского языка. – Костер, 1973, № 3.
[Закрыть] об этом названии:
«Вечер тихий-тихий. И я слышу: Тррк! Тррк! – будто мышь сухарь грызет.
Ползу на звук. До осинового пня дополз. Кора на пне ободрана, и на нем оса. Сидит и вовсю челюстями работает: тррк! тррк!
„Зачем она пень грызет?“ – удивляюсь. И тут же догадываюсь – для гнезда. Собирает строительный материал. По цвету осиное гнездо с сухой осиной схоже. Одна догадка рождает другую.
– Оса, осиный, осина, – шепчу я. – Да это же слова одного корня!
Так в лесу состоялся урок русского языка».
В Древней Руси июнь называли «изок», что значило «кузнечик». Почему так, никто не знает. Среди украинцев до сих пор сохранилось старинное название июня – «червень». В эту пору наши дальние предки собирали насекомых – червецов, из которых добывали багряную краску.
В южноамериканской пампе обитает интересный навозный жук – Фриксотрикс. Его личинка светится на голове красным фонариком, а на одиннадцати сегментах по краям сверкают золотистые зеленые точки. Интенсивность свечения красного фонарика достигает силы света тлеющей папиросы. Ночью эта личинка напоминает в миниатюре поезд. Так и зовут этого светляка «железнодорожный червь».
Одного из жуков – морщинистого заболоника – за то, что он протачивает клепки винных бочек, прозвали «пьяницей Томми». Многочисленные народные названия подчеркивают какую-нибудь особенность строения. Например, есть жуки: слоники, долгоносики, олени, рогачи, усачи, щитовки, водяные скорпионы. Или: клопы гладыши. Или осы: рогохвосты, блестянки. Бывают комары долгоножки, мухи пестрокрылки. Выделен цвет (бабочки: белянки, белокрылки) или способность издавать звуки (жуки скрипуны, комары звонцы).
Иногда удивительно подмечена какая-нибудь особенность поведения или даже движения (кобылка летунья, жуки скакуны, клопы греблянки, жуки вертячки, клопы водомерки), склонность жить в какой-нибудь среде (мухи береговушки). Другие названы по характеру приносимого вреда (жуки: дровосеки, короеды, точильщики) или по какой-нибудь характерной черте биологии (пенницы, осы немки, слепни дождевики). И, наконец, некоторые просто названы с любовью, ласкательно (стрекозы: стрелки, красотки, лютки; жуки: божьи коровки) или за сходство с каким-нибудь предметом (жуки карапузики, стрекозы коромысла).
Есть многочисленные названия насекомых и у других народов, при этом некоторые из них комичны и непонятны. Например, комары долгоножки зовутся у англичан почему-то «папа длинноногий», жуки коровки – «лэди птички», долгоножка – «муха-журавль», скакуны – «тигры», бражник – «бабочка-ястреб» и т. д.
В японской письменности слову «муравей» соответствует четыре иероглифа, обозначающие – «насекомое», «великодушие», «справедливость», «благородство». Вот какими замечательными качествами наделили японцы это насекомое!
Словом, с давних пор стремление изучать насекомых запечатлено в очень выразительных, емких названиях. Многие из них, кстати, приняты учеными. Например, осу, часто роющую в песке норки, в которые она для своей детки заносит парализованных насекомых, в народе зовут «песколюбкой», точно такое название сохранено в научной классификации. Многие народные названия насекомых ученые перевели на латинский язык.
Конечно, подавляющее большинство имен насекомым присвоено исследователями. Так, очень крупному жуку Голиафу, обитателю тропической Африки, за резвость дали видовое название по имени быстроногого героя древней Греции Мелеагра, а родовое – Голиаф – за рост и силу мифического библейского силача. Красивейшую бабочку «Махаон» назвали в честь древнегреческого бога – врача, исцелявшего чудодейственными травами раненых героев Троянской войны. Великолепной белой бабочке с крупными оранжевыми пятнами на конце передних крыльев дано имя богини утренней зари Авроры (в народе ее же именуют ласково «зорька»).
Назначение названий понятно – они нужны для систематики насекомых, без которой невозможен ни один научный поиск. В частности, специалисты по насекомым, работающие в многочисленных музеях, – энтомологи-систематики – составляют специальные картотеки, каталоги, указатели по насекомым, определяют их видовое, родовое названия. Они же разрабатывают систему мира насекомых. Без этих специалистов энтомология не может существовать, так как необходимо разбираться в нескольких миллионах видов насекомых, многие из которых к тому же еще и неизвестны науке и являются для нее новыми.
Кроме систематиков, изучением насекомых занимается огромная армия энтомологов. Они кропотливо проникают в тайны образа жизни, строения, физиологии, фауны и систематики этих маленьких жителей планеты; изучают их болезни, наследственность, изменчивость, эволюцию, происхождение. Исследуют и меры расселения полезных насекомых. Даже такие детали жизни насекомых, как сезонные переселения бабочек, не ускользают от их внимания. Так, недавно энтомологи Института зоологии в Бонне выпустили в разных районах страны тысячи бабочек, к которым прикрепили крошечные пластинки из алюминиевой фольги с номером и названием института. Блестящие на солнце пластинки помогают обнаружить в полете и «окольцованных» бабочек, благодаря чему удается получить новые данные о перелете этих странниц.
В изучении насекомых применяют самые разнообразные, подчас очень сложные приборы, используют электронный и растровый микроскопы, под которыми обнаруживаются тончайшие детали поверхности тела.
Когда-то одна целостная наука о насекомых – энтомология – теперь расчленилась на множество соподчиненных дисциплин. Выделились всего три основные группы: частная, общая, практическая энтомология. Частная энтомология изучает насекомых по их принадлежности к различным естественным группам: например, входящая в нее дисциплина колеоптерология – наука о жуках (от слова колеоптера – жесткокрылые – жуки), лепидептерология – наука о бабочках и т. п. Общая энтомология объединяет такие теоретические науки, как физиология, морфология, систематика, зоогеография, биология и эволюция насекомых. Третья – практическая энтомология – изучает насекомых с точки зрения их значимости и состоит из сельскохозяйственной, лесной и медико-ветеринарной энтомологии. Вычленились в совершенно самостоятельные дисциплины: наука о медоносной пчеле и наука о тутовом шелкопряде.
Энтомология стыкуется в исследованиях с другими науками. Например, на десятки лет вперед рассчитали ученые Украинского НИИ растениеводства, селекции и генетики имени В. Я. Юрьева прогноз массовых размножений на территории республики насекомых – вредителей сельскохозяйственных культур. Исследование должно помочь более эффективной защите урожая. В его основу положена цикличность солнечной активности – главный стимулятор процессов, протекающих в биосфере Земли.
Достоверные прогнозы таких циклов позволили бы значительно снизить затраты на защитные меры, уменьшить загрязнение окружающей среды пестицидами. Ученые использовали данные более чем столетних наблюдений, а также результаты исследований энтомологов и генетиков Украинского института[24]24
Казахстанская правда, 1985, 18 сентября.
[Закрыть].
В качестве модели прогнозов по многим видам вредных насекомых харьковские ученые избрали широко распространенную черепашку, представляющую большую опасность для зерновых культур. Предсказанная закономерность ее появления на Украине и в других районах страны полностью подтвердилась. Сейчас заблаговременно планируются меры по охране посевов.
Изучением насекомых занято множество учреждений. В нашей стране существуют отделы энтомологии Института зоологии Академии наук СССР и Института зоологии Академии наук союзных республик, специальные институты энтомологии Академии наук. Энтомологи работают на кафедрах зоологии педагогических и сельскохозяйственных институтов и университетов.
Есть большой Институт защиты растений в Ленинграде, в котором доминирующее значение имеет энтомология. Институты защиты растений существуют в каждой союзной республике, а в краях и областях нашей страны есть также или институты или станций защиты растений, работают они и в некоторых районах.
За проникновением насекомых из-за рубежа следят специальные карантинные лаборатории в каждой республике. Энтомологи работают также в противочумных и санитарно-эпидемиологических станциях. Создан Всесоюзный институт биологических методов борьбы с насекомыми.
В разных странах издаются энтомологические журналы. Литература по вопросам энтомологии велика. Подсчитано, что уже издано более 600 тысяч статей о насекомых, а ежегодно выходит в свет более 8000 статей, то есть около 20 в сутки, по одной – каждый час. Ежегодно печатаются сотни научных монографий и научно-популярных книг о насекомых.
Еще в 1859 годы в России было основано Русское энтомологическое общество. Уже тогда оно объединило около 2 тысяч членов. Ныне это общество называется Всесоюзным, оно имеет филиалы в каждой союзной республике и в некоторых краях.
В нашей стране работает большая армия энтомологов. На периодически созываемые съезды Всесоюзного энтомологического общества приезжает несколько сотен делегатов-энтомологов, чтобы поделиться опытом, заслушать оригинальные научные сообщения, обсудить животрепещущие вопросы этой науки. Кроме того, у нас собираются ученые по различным более узким проблемам, связанным с энтомологией.
На насекомых устремлено множество пристальных глаз любознательных ученых, старающихся все познать и всюду проникнуть. И, думается, каждый из них идет к познанию через наблюдения за ними в природе и лабораториях. По эпизоду, который я привожу из своей практики, можно представить будни науки, изучающей насекомых.
…В тихой заводи ручья нетрудно найти стайку небольших жуков вертячек. С неимоверной быстротой они скользят по воде, выписывая замысловатые фигуры. Плавание вертячек немного напоминает собой витиеватую роспись писарей старых времен, за что этих жуков в народе и прозвали «писариками».
Ученых всегда поражала способность вертячек быстро крутиться на воде сразу вместе большой компанией, не сталкиваясь друг с другом. Было высказано предположение, что эти жуки обладают особым органом локации, как у летучих мышей, который помогает распознавать находящиеся вблизи предметы и избегать с ними соприкосновения.
Известно около 700 видов вертячек, в нашей стране их не более двух десятков видов. Это типично водные насекомые с сильно измененными коротенькими плавательными ногами и блестящей, обтекаемой формой тела. У них своеобразные глаза. Они как бы разделены пополам: нижняя пара глаз смотрит под воду, тогда как верхняя – зорко следит за всем, что происходит над водой. Если вокруг спокойно, жучки медленно, как бы нехотя, скользят по воде. Но стоит слегка взмахнуть рукой, как они все, встрепенувшись, предаются бешеной пляске. Рыбы понимают неожиданное беспокойство вертячек и тотчас же прячутся в укромные места. Вертячки для них вроде сторожей, на чуткость которых можно положиться.
