Текст книги "Смертельная жара (ЛП)"

Автор книги: Патриция Бриггз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Анна улыбнулась.

– Многие люди в округе знают имя Чарльза, – заметила она.

– Кейдж, – сказал Чарльз. – Это моя жена Анна. Анна, познакомься с сыном Джозефа и Мэгги, Хашке Гааджи Сани. Но все зовут его Кейдж.

Анна улыбнулась и шагнула вперед, протягивая руку.

– Рада с тобой познакомиться, – произнесла она с привычной теплотой. – Я так понимаю, ты будешь показывать нам лошадей.

– Таков план, – согласился Кейдж, расслабляясь под влиянием Анны. – Мне просто нужно захватить телефон…

Мэгги проскользнула на кухню и протянула ему старомодный потрепанный телефон-раскладушку.

– Спасибо, мам. Тебе больше нравятся кобылы или мерины? – Не отрывая взгляда от Анны, Кейдж открыл телефон и посмотрел на экран.

– Не знаю, – ответила Анна. – В основном я ездила на меринах.

– Я так понимаю, у вас есть пара недель для выбора, – сказал Кейдж. – Через три дня начинается большая выставка, и мне придется проводить там большую часть времени. Я присмотрел несколько лошадей. Сегодня я покажу вам некоторых из них, а завтра мы отправимся на прогулку.

Анна бросила на Чарльза удивленный взгляд, вероятно, из-за «пары недель». Но Чарльзу нужно было время с Джозефом. Если бы напряжение между Мэгги и Анной усилилось, а не ослабло, они могли бы переехать в отель. Кроме того, выбор лошади – это серьезное дело, важно сделать все правильно.

– Я пропустил несколько звонков от жены, – нахмурившись, произнес Кейдж. – Она нервничает, когда я не беру трубку. Для городской девушки она неплохо ездит верхом, но знает, что лошади – большие животные и всякое может случиться. Я перезвоню ей, а потом мы пойдем в конюшню.

Он нажал на кнопку и подождал, пока на другом конце провода голос сообщит о голосовом сообщении.

– Это Челси Сани. Пожалуйста, оставьте… – Он прервал сообщение и раздраженно посмотрел на телефон. – С утра у меня четыре новых сообщения. Простите, мне лучше их прослушать.

– Никаких проблем, – сказала Анна. – У нас есть пара недель, чтобы сделать выбор. Несколько минут ничего не изменят. – Она замялась. – Ты же знаешь, что Хостин – оборотень. Но если будешь прослушивать сообщения здесь, мы с Чарльзом тоже сможем их слышать. Так что если они личные…

Он ухмыльнулся ей.

– Не волнуйся. У нас подросток и двое маленьких детей. Ни один из нас не стал бы оставлять личные сообщения на телефонах.

– Кейдж, черт возьми. Возьми трубку, – послышался в трубке голос Челси. Но вместо спокойного тона в нем слышалось раздражение и…

Чарльз не знал эту женщину, но понял, что она испытывает сильные эмоции.

Второе сообщение было более тревожным.

– Кейдж. Пожалуйста, возвращайся домой. Я плохо себя чувствую. Адская головная боль. – Она рассмеялась, но смех больше походил на всхлип. – И здесь нож. Блестящий и острый.

Кейдж нахмурился, когда прослушал третье сообщение. На этот раз его жена шептала:

– Со мной что-то не так. Ты можешь мне помочь? Помочь им?

Четвертое сообщение заставило их всех, кроме Мэгги, выбежать из дома. Она осталась, потому что не могла бежать вместе с остальными. Братец волк горевал, но Чарльз больше беспокоился о детях Кейджа.

– Я поведу, – коротко бросил Хостин.

В кабине не было места для них четверых, и, взглянув на Анну, Чарльз изменил направление и запрыгнул в кузов грузовика. Мгновение спустя Анна грациозно приземлилась рядом с ним. Хостин дал задний ход и на полной скорости выехал с парковки. Он остановился и распахнул пассажирскую дверь для Кейджа, который, как и все люди, был медленным и последним добрался до грузовика.

Не прошло и десяти минут, как Хостин остановил машину перед двухэтажным домом из светлого оштукатуренного кирпича. На подъездной дорожке был припаркован бордовый «БМВ». Когда они все вышли из грузовика, Хостин поднял руку. Он посмотрел на Чарльза и указал на заднюю часть дома.

Братец волк заколебался, но решил, что в этой ситуации можно подчиниться приказу, потому что в беде оказалась семья Хостина. Хостин лучше всех знал, как организовать охоту.

Анна, на которую Хостин не обращал внимания, решила пойти с Чарльзом, и легко запрыгнула на восьмифутовую цементную стену, отделявшую улицу от частного двора. Она ждала его на стене, пока он быстро, но тщательно оценивал ситуацию.

Задний двор был небольшим с засухоустойчивыми растениями и мощеной дорожкой из плитки, которая окружала довольно большой бассейн. Никого не было поблизости. Только несколько детей играли в другом бассейне в нескольких метрах к западу.

Но Чарльз заметил, что кто-то слишком громко включал мультфильмы в одной из комнат на верхнем этаже дома Кейджа. Он выпрямился и пошел вдоль стены, пока не оказался довольно близко к дому. Кто-то позаботился о безопасности, и в пределах досягаемости человека от стены не было окон. Но Чарльз никогда не был обычным человеком.

Он прыгнул в сторону дома, ухватился за подоконник и подтянулся, чтобы заглянуть в комнату, откуда доносился звук.

У стены под окном стояла кровать. Он видел затылки трех человек, сидевших на полу и опиравшихся на кровать. Двое из них были маленькими детьми, которые тесно прижимались к подростку. Один из младших детей дрожал от рыданий.

– Папа ведь приедет, правда? – спросил кто-то из детей.

– Папа придет, – сказал подросток. В его голосе звучала надежда.

– Она все еще там? – спросила девочка. – Она перестала стучать в дверь.

– Я не знаю, – ответил подросток. – Все будет хорошо. Вам просто нужно оставаться со здесь со мной, Майкл. Я позабочусь о вас.

Чарльз беззвучно опустился на землю, а затем вернулся к стене, где его ждала Анна.

– Дети наверху, в той комнате. Не думаю, что кто-то из них ранен, но одному из нас нужно подняться туда и убедиться, что с ними все в порядке. Ты не такая страшная, как я.

Чарльз говорил тихо, чтобы его не слышали в комнате, где громко работал телевизор.

– Мне взломать окно или разбить его? – спросила она.

Окно было современным. Ему пришлось бы сломать задвижки или разбить стекло. Но Анны могла сделать кое-что другое.

– Почему бы тебе не попросить детей открыть окно? – предложил он. – В крайнем случае, разбей стекло. Я прослежу, чтобы ты благополучно попала в дом. Потом я войду в дом с задней стороны.

Чарльз спрыгнул обратно на землю и отошел в сторону. Анна грациозно прыгнула к окну и подтянулась. Но продолжала подтягиваться выше, пока в окне не показалась вся верхняя часть ее тела. Потом она постучала в окно.

– Прошу прощения, – сказала она.

Чарльз не представлял, как отреагируют дети, которые заперлись в спальне, чтобы спрятаться от… от чего-то. Он надеялся, что старший мальчик не вооружен. Но комната была обставлена в стиле маленькой девочки, а не для мальчика-подростка. Если у парня был пистолет, то, скорее всего, он в другой комнате.

– Кто ты? – враждебно спросил подросток.

– Я оборотень, как и твой прадед, – ответила Анна веселым голосом, как будто она постоянно висит на руках за окном. – Мы с мужем были на ранчо, когда ваша мама позвонила вашему отцу, и ее голос был странным. Они с твоим прадедом входят через парадную дверь. Мой муж войдет через черный ход, но он подумал, что вам может понадобиться союзник. Я сильнее, чем кажусь. Но сначала вам придется открыть окно.

Раздался щелчок, и окно открылось внутрь. Люди часто делали что-то для Анны. Это не похоже на то, как Бран приказывал, и окружающие просто делали то, что он им говорил, не успев подумать. Но люди хотели делать то, о чем их просила Анна.

– Спасибо, – сказала она, перекидывая ноги через подоконник. – Я уже начала чувствовать себя немного глупо. Меня зовут Анна, но я не знаю ваших имен. Мы с Чарльзом ехали сюда в кузове грузовика, и я только что познакомилась с Кейджем, вашим отцом, так что не было возможности узнать подробности. Вам придется представиться самим.

Она болтала с ними так, будто все было в порядке. Чарльз присел и осторожно приблизился к французским дверям, чтобы проникнуть в дом. Внутри Кейдж позвал жену по имени, но ответа не последовало.

Чарльз осторожно открыл дверь и, не теряя времени, скользнул внутрь.

Анна прижалась спиной к стене, сбоку от двери, между детьми и причиной их страха. Они были в безопасности, насколько это возможно в данный момент.

– Ладно, – сказала она. – Майкл, Маки и Макс. Расскажите мне, что случилось. Мы услышали только несколько странных сообщений от вашей мамы. – Анна прислушалась. Кейдж тихо звал жену, и она сомневалась, что дети услышат его голос. Челси не отвечала.

– Я вернулся домой с тренировки, – начал Макс. – Мама была на кухне, а дети смотрели телевизор в гостиной. Она казалась немного странной, но я решил, что она устала, ведь много работает. – Он посмотрел на Майкла, который решил, что приключения маленькой рыбки на экране интереснее, чем женщина, забравшаяся в окно.

Убедившись, что не напугает брата, Макс продолжил, стараясь говорить спокойным голосом, чтобы не привлекать внимания брата:

– Она резала морковь на разделочной доске, и я потянулся за кусочком. – Он помедлил, снова взглянув на младшего мальчика. Сестра похлопала его по руке.

– Чинди, – сказала она очень тихим голосом.

Макс кивнул ей в ответ.

– Чинди.

– Что такое чинди? – спросила Анна.

– Дикие духи, злые силы, неправильные вещи. – Макс нервно пожал плечами. – Это слово навахо.

– Я не должна была этого говорить, – тихо произнесла Маки. – Я сказала, и мама разозлилась. Это все моя вина.

Макс фыркнул.

– Это просто суеверие. Это неправда.

– Анали Хастин говорит, что нельзя произносить это слово, иначе злые духи придут за тобой, – возразила она.

– Анали Хастиин… – Макс проглотил конец фразы. – Послушай, малышка, ты ни в чем не виновата. По словам Кейджа, многое из того, что говорит Анали Хастин – выдумка. Ты не виновата в том, что случилось что-то плохое.

– Ты обещаешь? – недоверчиво спросила она.

– Обещаю. – Он поднял руку, прижал мизинец к большому пальцу. Анна подумала, что это жест бойскаутов, но, насколько знала, это мог быть и бессмысленный жест. Она никогда не была бойскаутом.

Маки, очевидно, поняла что он показывал, потому что тяжело вздохнула.

– Хорошо.

– Значит, ваша мама резала морковь? – спросила Анна у Макса.

– И я потянулся, чтобы взять морковку из пакета, а она… – Он сглотнул и стал выглядеть совсем юным. Он взмахнул рукой, словно держал в ней нож. – Она хотела меня порезать, но в последний момент изменила направление. Она… – он убедился, что Майкл все еще отвлекся, но все равно произнес слово по буквам, как это делают старшие братья ради младших братьев и сестер по всему миру, – п-о-р-е-з-а-л-а себе руку и закричала, чтобы я забрал детей, заперся в комнате и не открывал дверь, пока папа не вернется домой. Я ни при каких обстоятельствах не должен был ее впускать.

Подросток посмотрел на Анну огромными испуганными глазами и прошептал:

– Она была вся в крови. Ее рука прилипла к разделочной доске, и я просто оставил ее там. Оставил свой дурацкий мобильник в рюкзаке вместе с ноутбуком, а стационарный телефон есть только на кухне. Я не мог позвать никого на помощь. – Он отвернулся и заморгал, шмыгнув носом.

– Как давно это было? – спросила Анна, отвлекая его.

– Черт, – он замолчал, вытер лицо о плечо и посмотрел на сестру. – Кажется, что прошли часы, но этот фильм длится около полутора часов, а мы просмотрели только две трети.

– Чинди, которая похожа на мою маму, стучала в дверь, – торжественно сообщила Маки Анне, спрятавшись в объятиях брата. – Она кричала Максу, чтобы он открыл дверь. А потом заплакала. И она пыталась быть милой, но Макс включил фильм, и мы не слушали.

Действительно чинди, подумала Анна. Это многое объясняло. Анна была музыкантом, а не психологом, но уверена, что матери не сходят с ума и не наносят себе удары ножом ни с того ни с сего.

– Макс очень храбрый, – сказала Анна.

Маки кивнула.

– Да, он такой. Когда я вырасту, я выйду замуж за кого-нибудь вроде Макса и заставлю его охотиться на чинди вместе со мной. – Очевидно, благодаря уверенному взгляду Макса ее уверенность в том, что нельзя произносить запрещенное слово, развеялась.

Макс сдавленно рассмеялся.

– Так и сделай, малышка. – Он глянул на Анну. – Кто-то дал ей посмотреть «Сверхъестественное», и теперь она хочет только одного – сражаться с монстрами.

Маки нахмурилась, глядя на Анну.

– Ты сказала, что ты оборотень. Как Анали Хостин.

Анна кивнула.

– Если Хостин ваш прадед, то да, мы оба оборотни.

– Ты можешь пойти со мной на охоту на чинди, – властно сказала она. – Макс не может пойти, потому что к тому времени, как я вырасту, он уже будет стариком. А Майкл слишком шумный и неуклюжий. Он пугается и совершает ошибки. Монстры его съедят. И что я буду делать без младшего брата?

– Не знаю, – медленно произнесла Анна, словно обдумывая приглашение. – Мой муж не любит оставаться один. Но если мы возьмем его с собой, все монстры сбегут, и будет не так весело.

– Твой муж тоже оборотень?

– Да.

– Если он распугает нашу добычу, ему придется остаться дома, – сказал Маки.

Анна ухмыльнулась.

– Верно. Он бы испортил нам веселье. Но, может, ему будет грустно, если мы не пригласим его с нами.

– Если он заплачет, просто все объясни ему, – мудро предложила Маки.

– Маки, – укоризненно произнес Макс.

– Макс, – ответила девочка таким же тоном.

– Вы оба заткнитесь, – бросил им Майкл, продолжая смотреть телевизор. – Акула приближается.

Анна услышала, как кто-то торопливо поднимается по лестнице, и прямо за дверью Кейдж прошептал имя своей жены и попытался открыть дверь.

Дети насторожились, но никто ничего не сказал. Может, их напугал этот напряженный шепот. Сегодня один из родителей уже напугал их до чертиков, очевидно, они опасались, что все повторится.

– Нет, – отозвалась Анна, открывая дверь, но оставаясь наготове на случай, если то, что поразило их мать, заразно. – Здесь нет Челси. Но все дети здесь, со мной, и с ними все в порядке.

Когда дверь открылась, Кейдж протиснулся мимо Анны, чтобы обнять детей, а затем отстранился, чтобы проверить каждого из них и убедиться, что они в порядке. Он так же поспешно обнял Макса, хотя судя по внешности он не был ему родным отцом. Хостин наблюдал за ними с невозмутимым лицом, сосредоточившись на том, что происходило за пределами комнаты. Он знал, что это еще не конец.

– На первом этаже дома туман из магии фейри, – сообщил он. – Где Чарльз?

– Внизу, – сказала Анна. – Он послал меня сюда, чтобы убедиться, что с детьми все в порядке.

– Прямо за дверью лужа крови, – прошептал он, отступая в сторону, чтобы Анна могла увидеть кровь, пока дети были отвлечены. – Кровь Челси. Я не могу учуять ее запах из-за вони магии фейри, которая пропитала весь дом.

– Чарльз найдет ее, – заверила Анна. – Он… – она не смогла закончить мысль, потому что ее волчица рванулась вперед, подгоняемая посланием, которое Чарльз отправил ей через их брачную связь. Она знала, что ее обычно карие глаза стали голубыми, как лед, когда посмотрела на Кейджа и сказала: – Выбирай.

Кейдж оторвал взгляд от своих детей.

– Что?

Анна повторила снова:

– Выбирай. Выбирай сейчас.

***

Чарльз вдохнул запах крови и магии. Крови он ожидал, она не стала для него неожиданностью, но дети были в безопасности. Именно магия фейри, которую он почувствовал, изменила ход игры.

Предполагалось, что фейри не должны появляться на людях. Они с большой помпой спрятались в своих резервациях, объявив себя свободными от законов Соединенных Штатов. Насколько было известно Чарльзу, они последние несколько месяцев не появлялись за пределами резерваций.

Но он узнал магию фейри. Братец волк поднялся на поверхность, и внезапно краски немного померкли, а тени раскрыли свои секреты.

В комнате, в которую он вошел, никого не было. Это была типичная семейная гостиная с телевизором с большим экраном на одной стене и книжными полками, заставленными трофеями, фотографиями, книгами и играми, на другой. Но кровь была свежей. Чарльз наклонил голову, чтобы понять, откуда исходит запах, не совершая резких движений, которые могли бы привлечь внимание, если бы его кто-то поджидал.

Наверху по-прежнему орал телевизор. Он смог бы услышать больше, если бы не было такого шума. Но из-за шума любому врагу тоже было бы сложнее его услышать.

Где-то в доме скрипнул пол. Ему показалось, что слева от него, но трудно сказать наверняка. Чарльз пригнулся и быстро переместился в ту сторону комнаты, и остановился у стены. Он не доверял стенам, в поисках добычи он сам проломил немало стен. Гипсокартон и доски не могли остановить оборотня, и многие фейри были такими же сильными. Но в качестве визуального барьера стена подходила.

Он осторожно выглянул из-за угла. Это была прачечная. На полу повсюду виднелась кровь, кое-где в виде брызг, а еще были следы крови, которые тянулись вокруг бытовой техники и исчезали из виду. Чарльз осторожно шагнул вперед, мимо стиральной и сушильной машин, и уставился в глаза обезумевшей женщины, которая сидела на корточках, спрятавшись в дальнем конце комнаты. Он застыл на месте.

Челси сидела на полу, скрестив ноги, с чертовски большим ножом в дрожащей руке. Дрожь могла быть вызвана потерей крови, шоком или и тем, и другим.

Длинные кровавые порезы, некоторые глубокие, а некоторые поверхностные, украшали ее руки и ноги, испортив очень хорошие брюки. Она оскалилась на него.

– Дети должны истечь кровью, – процедила она сквозь зубы, и нож задрожал в ее правой руке. – Выпустить дурную… – она вонзила нож себе в бедро, и Чарльз поморщился. Но она не стала вонзать нож глубже, а просто провела лезвием вдоль ноги параллельно другим кровоточащим ранам. – Что-то в моей голове хочет, чтобы я убила своих детей, – сказала Челси торопливым шепотом, совсем не похожим на тот голос, которым она говорила минуту назад. – Ты должен меня остановить.

Братец волк зарычал на врага, с которым не мог сражаться ни зубами, ни когтями, потому что женщину окружала магия фейри. Чарльзу нужно было придумать, как помочь жене Кейджа. Магия, окутывающая ее, означала, что он лучше подготовлен к этому, чем кто-либо другой. Хотя ему пригодилась бы помощь ведьмы или кого-то еще, Бран был бы полезен.

– Челси Сани, – сказал он, используя свою магию, чтобы дать ей хоть что-то, за что можно ухватиться.

Этого было недостаточно.

Челси замерла и качнулась вперед, пока не оказалась на четвереньках, и начала ползти. Не к нему, понял Чарльз. Не он был ее целью.

– Здесь есть плохие дети… маленькие мальчики, которые воруют еду, маленькие девочки, которые не хотят играть с другими, маленькие мальчики, которые… – Она упала на пол и, застонав, скорчилась.

«Челси», – потребовал братец волк, потянувшись к силе своей стаи, к силе своего отца. Ледяная сила откликнулась на его призыв и обрушилась на женщину.

Челси перестала стонать и двигаться, только шумно дышала. Затем она повернула голову и посмотрела на него. Она глядела ему в глаза, открыла рот и закрыла его. Затем разрезала себе руку, оставив нож в ране.

– Когда течет кровь, мне легче сопротивляться. Кто ты?

– Я Чарльз. Друг Джозефа. Ты можешь рассказать мне, что случилось?

Чарльз придвинулся ближе, взывая к магии, которая была в нем от отца и матери. Его кожа потеплела и неприятно заколола, но он видел заклинания, окутывавшие женщину. Там, где свежая кровь стекала на сталь ножа, магия притягивалась сильнее, но не касалась холодного железа. Она беспокойно клубилась вокруг открытой раны, истончаясь вокруг остального тела.

«Рожденная ведьмой, – подумал он, – если в ее крови была такая сила. Но не обученная, иначе она бы разрушила заклятие».

Челси ахнула, и дрожь сотрясла ее тело, словно она замерзала до смерти.

– Оборотень. Чарльз? Ты оборотень Джозефа? – спросила она то ли утвердительно, то ли с вызовом.

– Да. Я здесь, чтобы помочь тебе.

Она хрипло рассмеялась.

– Ты опоздал. Слишком поздно для меня. Я отправила их в комнату, чтобы они заперлись от меня, но им нужно выбраться из дома. Уведи моих детей в безопасное место. – В ее голосе прозвучала команда, которую он с трудом стряхнул с себя. Братец волк нашел это очень интересным.

– Они в безопасности, – заверил он ее.

Ее глаза расширились, магия фейри вспыхнула, и он слишком поздно понял, что совершил ошибку.

Некоторые фейри быстры, и что бы ни сделала с ней магия, она дала ей скорость, превосходящую человеческую. Чарльз был рядом с ней, а братец-волк двигался еще быстрее и успел перехватить руку с ножом как раз перед тем, как она собиралась вонзить его себе под подбородок.

Значит, это было двойное заклинание, которое заставляло Челси убить своих детей, а когда это будет сделано – или если это было невозможно – убить себя. Ее смерть усложнила бы поиск фейри, который сделал это с ней.

Челси боролась с ним за нож, но силы были не на ее стороне, и в конце концов Чарльз вонзил нож в пол, сквозь линолеум в деревянные половицы. Он вонзил его глубоко, стараясь не ломать ей руку.

Всхлипывая, женщина попыталась вытащить нож, но внезапно, между двумя вдохами, запах фейри исчез, и она рухнула, тяжело дыша.

– Они в безопасности? – прошептала Челси Сани. – Повтори еще раз.

– Они в безопасности, – сказал Чарльз, и ее тело обмякло, словно она израсходовала последние силы. И он знал, что разрушило проклятие.

Чарльз внимательно посмотрел на кровь на полу, на ту последнюю рану, которая не так сильно кровоточила, как должна была. Сердцебиение женщины было нерегулярным. Челси потеряла слишком много крови, и кровь до сих пор текла из каждого пореза, который она нанесла себе, пытаясь защитить своих детей от магии, которая управляла ею. Это невероятный подвиг силы воли и сообразительности для женщины, которая была всего лишь человеком. Но это дорого ей стоило.

Челси умирала. Даже если бы они были в больнице, вряд ли врачи смогли бы спасти ее. Она умирала, и это уничтожило заклятие.

«Мы могли бы изменить ее, – сказал братец волк Чарльзу. – Она знает, как сражаться».

Это было бы нарушением закона Брана. Чарльз не получил одобрения отца, но отчаянное время требовало отчаянных мер, и каждый случай рассматривался отдельно. Будучи правой рукой своего отца, Чарльз имел больше свободы действий, чем другие волки. Он не имел никакого отношения к инциденту, из-за которого Челси умирала, его действия сочли бы беспристрастными. Позиция братца волка имела вес в глазах маррока. Чарльзу нужно было только согласие самой Челси.

Чарльз опустился на колени рядом с ней.

– Ты умираешь. Ты понимаешь это? Я могу изменить тебя, если ты этого хочешь.

Челси что-то слишком тихо прошептала, чего даже он не расслышал.

«Мы должны сделать это сейчас, – сказал братец волк. – И мы должны быть в волчьей шкуре».

Челси не могла дать разрешение, но в доме был кое-кто, кто мог это сделать. Братец волк сменил Чарльза. Это было так просто – превратиться из человека в волка, так близко к полнолунию, когда он уже несколько дней не ходил на четырех лапах. Когда Чарльз принял облик волка, он послал своей паре сообщение.

«Скажи ему, чтобы он выбрал за свою жену. Оставить ее умирать или изменить?»