Текст книги "Смертельная жара (ЛП)"
Автор книги: Патриция Бриггз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)
– Ты же слышал его. Она для него – вызов. Он хочет ее. Чарльз заплатил бы за нее десять тысяч.
– Мы не завышаем цены на наших лошадей, старик, – сказал Кейдж. – Это может испортить репутацию. И подозреваю, что Чарльз точно знает, сколько стоит эта лошадь. – Он помолчал мгновение. – Мне вообще не следовало вмешиваться. Я мог бы просто рассказать папе, что ты пытался сделать, и тогда у тебя были бы большие проблемы.
Хостин что-то радостно ответил, но Анна не расслышала его слова.
– Они мне нравятся, – очень тихо произнесла Анна.
Чарльз улыбнулся.
– Видела, что Хостин смотрел на Кейджа, когда назвал нам цену?
– Но он прав, – заметила Анна. – Ты бы заплатил за нее десять тысяч, потому что она вызов.
Чарльз улыбнулся, его взгляд смягчился.
– Я уже принял один вызов, – сказал он хриплым голосом.
Она покачала головой с притворной грустью.
– Я не бросаю тебе вызов, Чарльз. Я просто еще одна женщина, которая бегает за тобой, как сегодняшняя директриса детского сада.
Он громко рассмеялся.
– Конечно, ты права. – И обнял ее за плечи.
Что ж, она сказала правду, даже если он ей не верил. Она слегка пошатнулась под его рукой, но в то же время его присутствие ее успокоило. С самого начала Чарльз оказывал на ее сердце такое же действие, сначала оно замерло, а потом понеслось вскачь от волнения.
«Но что будет, если я потеряю его?»
* * *
Утром Анна позвонила Лесли.
– Я не могу устроить вам встречу с Шоном Макдермитом, – сказала Лесли рассеянным голосом. – Он молчит, а его адвокат – настоящая акула. У нас на него ничего нет, кроме того, что он фейри и мы нашли тела в его доме, в котором он никогда не жил. И учитывая напряженные отношения с фейри, это политическая катастрофа.
– Мы не уверены, что вы поймали того самого фейри, – объяснила Анна.
На другом конце провода воцарилось молчание.
– Я выяснила про Арчи Вона, – продолжила Анна. – Его убили через полтора года после того, как он предотвратил похищение. Фейри разорвал его на куски. Почему тот, кто может разорвать на части оборотня, позволил без драки полицейским арестовать себя?
– Я передам ваши опасения нашему эксперту по фейри, – сказала Лесли. – Неприятно это говорить, но мне тоже не по себе от того, как легко было провести арест. Поэтому я поручила своим людям проверить всех, кто когда-либо работал или приводил детей в детский сад. – Она сделала паузу. – Мы также ищем записи о пропавших детях, пытаемся опознать тела. Часть данных хранится в компьютере, часть – на микрофишах, а еще больше – в бумажных папках, разбросанных в архивах по всему городу. Парочка помощников продираются сквозь микрофиши столетней давности. К тому же затронут не только Скоттсдейл, но и Финикс, и все другие пригороды. Мы десятилетиями будем опознавать тела на этом чердаке.
Анна сочувственно хмыкнула.
– Но вы будете рады слышать, – продолжила Лесли более спокойным голосом, – что бедную малышку, которую мы вчера спасли, не изнасиловали. Она все еще в шоке, боится темноты, кукол и плачет каждый раз, когда родителей нет с ней в комнате.
– Что он с ней сделал? – спросила Анна.
– Одел ее как куклу, пел ей, причинял боль. Она сказала, что его прикосновения были как пчелиные укусы по всему телу. Он что-то сделал, и она не могла пошевелиться. Она не спала, просто не могла пошевелиться.
– Это ужасно, – сказала Анна.
– Да, – устало согласилась Лесли.
– Поскольку вы сосредоточены на исследованиях, то будете рады узнать, что мы поставили оборотней охранять семью Аметист, доктора Вона и его парня, а так же его мать. И тебя, Лидса и Марсдена. Вы даже не заметите охрану. – Анна продолжала говорить, не обращая внимания на возмущенные протесты Лесли. – Этот фейри убил оборотня, разорвал на части с помощью магии. У человека просто нет против него шансов. Оборотни будут в черных кроссовках «Конверс», так что не стреляйте в них и не привлекайте к ним внимания. Они делают это, потому что мы попросили их, Лесли. Она рискуют своими жизнями. Никто из стаи не выходил на публику. Если вы раскроете их личности общественности, это может разрушить их жизни.
Лесли недовольно хмыкнула.
– Я сохраню их секрет и позабочусь о том, чтобы Марсден и Лидс тоже были в курсе. Как долго мы будем под защитой?
– Спасибо, – с облегчением сказала Анна. – Вас будут охранять, пока мы не убедимся, что вы арестовали нужного фейри. Если вам понадобимся, знайте, что мы будем на выставке арабских лошадей в «Вест Уорлд» в северной части Скоттсдейла. Там будет громко, так что пишите сообщение.
– Выставка лошадей? – переспросила Лесли. – Группа мисс Ньюман для четырехлетних детей будет там утром, а группа мисс Бэрд для пятилеток приедет днем. Судя по всему, они ездят на представление каждый год. Завтра там будут двухлетние дети, а потом появится группа миссис Хепплуэйт с трехлетками. Вам нужно расписание занятий по дням недели? Учительница музыки в понедельник и среду также является инструктором по плаванию во вторник и четверг. Я говорила, что мы очень внимательно следим за этим детским садом?
Анна рассмеялась.
– Зачем двухлеткам учитель? – спросила Лесли. – Тебе не кажется, что им нужна няня? Или аниматор? Они же просто малыши, а не ученики.
– Учителям платят больше, чем няням, – предположила Анна.
– Да, – сказала Лесли. – Думаю, что ты права. Спасибо.
– Просто не разговаривайте слишком много с мисс Ньюман, – предложила Анна, – иначе вы захотите забрать всех учеников из-под ее железной опеки и вывести их на улицу, чтобы они побегали и повеселились, как обычные четырехлетние дети.
Лесли засмеялась.
– Я никак не смогу провести вас с Чарльзом к Макдермиту до того, как с ним побеседует наш эксперт. Но позвони мне сегодня днем, посмотрю, что можно сделать.
– Мы были бы очень признательны, – сказала Анна.
– Обещать не могу, но постараюсь, – ответила Лесли и завершила звонок.
Анна натянула носки и ботинки и сбежала по лестнице. Все уже были на выставке лошадей, даже Мэгги и Джозеф. Никто не хотел пропустить выступление младших детей семьи.
По спине Анны пробежал холодок. Фейри коварны. Предполагалось, что все они спрятались в резервациях, но один фейри жил в саду Кэтрин Джеймисон. И ни Анна, ни Чарльз его не видели, арестованный тоже был фейри, и в его доме обнаружили тела. Но Анна научилась прислушиваться к своей интуиции, и та подсказывала, что есть третий фейри, настоящий Коллекционер Кукол, связанный с детским садом.
К счастью, не только у Анны была хорошая интуиция. Хостин взял на себя охрану детей, а Уэйд присматривал за Челси. Но хорошо, что Анна с Чарльзом тоже пойдут на выступление. Еще двое оборотней будут присматривать за окружающими. Они должны обеспечивать безопасность, выискивая любые признаки атаки фейри на семью Сани. Все шоу было спланировано таким образом, что все учителя детского сада и дети должны присутствовать на представлении.
Чарльз сидел на кухне и заканчивал завтракать. Семья Сани и большая часть персонала уехали еще до рассвета. Хостин предложил Анне и Чарльзу приехать после начала выставки.
– Я предупредила Лесли, – сказала Анна. – Она передала, что сегодня и завтра весь день учителя и дети будут на выставке лошадей. Она также сказала, что сегодня мы не сможем попасть к арестованному фейри, попытается устроить нам встречу во второй половине дня.
Чарльз отложил столовые приборы. Анна села к нему на колени и съела последний кусочек бекона с его тарелки.
– Отвезешь меня на мою первую выставку лошадей?
– В последний раз я был на этом шоу в «Парадайз-парке». Кажется, это было в тысяча шестьдесят пятом году, задолго до твоего рождения. – Он замолчал, слегка нахмурившись.
– Ты беспокоишься о том, что намного старше меня? И когда мне будет двести, тебе будет четыреста? – спросила она. – Я спрашиваю только потому, что папа сказал, что нельзя игнорировать беспокойство своего супруга. Но я не могу волноваться по таким пустякам.
Чарльз рассмеялся, обнял ее и крепче прижал к себе.
– К тому же, – непринужденно сказала Анна, соскальзывая с его колен, – я слышала, что Влад Цепеш доказал, что лишнее беспокойство вредит здоровью. А я очень хочу, чтобы ты был здоров.
Анна не успела дойти до двери, как Чарльз схватил ее, обняв одной рукой за плечи, а другой – за талию, и притянул к себе.
Он прижался губами к ее уху и игриво прорычал:
– Значит, мне грозит участь жертв Влада? Может, тебе стоит спасти меня?
От хрипоты в его голосе Анна вздрогнула, но все же постаралась говорить спокойно.
– Что вы имеете в виду, сэр? Вы делаете мне непристойное предложение?
Он зарычал ей на ухо, и она пискнула от щекотки и тепла в душе. Затем Чарльз обхватил ее правой рукой за грудь, а его левая рука скользнула ниже. Хриплым голосом он произнес несколько фраз по-французски. Анна подумала, что он забыл, что она не говорит по-французски.
– Чарльз, – сказала она, ее голос тоже охрип от желания, потому что перед этим мужчиной трудно устоять, особенно когда он в игривом настроении.
Чарльз взял ее на руки и медленно отнес в их комнату.
Прошло много времени прежде, чем они добрались до выставки, и все равно прибыли рано. Кейдж сказал, что больше всего людей будет только в последние три-четыре дня. Но даже сейчас машину пришлось парковать в четверти мили от входа на выставку.
Вооружившись картой, Чарльз быстро зашагал по огромному главному зданию, где стояло множество торговых киосков. Он не обращал внимания на взгляды, которые кидали на него прохожие.
Когда они наконец пришли класс Майкла должен был начать выступление. Анна уже начала отчаиваться, что они не найдут места, которые забронировало ранчо Сани, когда Чарльз заметил серебристо-коричневую инвалидную коляску с логотипом ранчо, припаркованную вплотную к рядам зрительских мест.
Анна и Чарльз нашли места рядом с Матео и Тери, сразу за Мэгги, Джозефом, Максом, Челси и Уэйдом. Макс повернулся и улыбнулся Анне.
– Маки – маленькая тиранка, – сказал он. – Она заявила, что все должны посмотреть на ее выступление. – Он заговорил писклявым голосом, копируя сестру: – Все должны прийти. – Затем ухмыльнулся. – А потом Майкл присоединился к ней и заявил, что мы все должны быть здесь и посмотреть на его выступление. Так что папа и Хостин готовят детей и лошадей к выступлению, чтобы остальные члены команды могли смотреть выступление.
Анна подумала, что это было правильно, ведь дети должны чувствовать себя комфортно, потому что они собираются выступить перед столькими зрителями. Трибуны были пусты, но места на стадионе вдоль ограждения арены заполнены.
– А где Маки? – спросила Анна. – Ее выступление только во второй половине дня, верно?
– Она решила, что Майклу может понадобиться помощь, – ответил Джозеф с веселым блеском в глазах. – Хотя ее приказы сложно назвать помощью. Хорошо, что мальчик спокойный, иначе в доме Кейджа будет ад, пока они оба не повзрослеют и не съедут.
– У нее доброе сердце, – сдержанно произнесла Мэгги.
Джозеф посмотрел на нее, и Анна заметила, что он обожает эту женщину.
– Она такая же, как ее бабушка, – сказал он, похлопав ее по руке. – Жесткая, прямая и решительная. Ты оказалась не такой уж плохой, любовь моя. Если она хотя бы наполовину такая женщина, как ты, миру лучше остерегаться.
– Джозеф, – позвал незнакомый мужчина, который спустился по короткой лестнице и встал рядом с инвалидным креслом Джозефа. – Я не ожидал увидеть тебя здесь.
– Мой внук будет выступать, – с достоинством ответил Джозеф. – Где же мне еще быть?
И они начали болтать о былых временах и прошлых шоу, о лошадях, которыми владели сами и другие люди. К ним присоединилась пожилая женщина, которая могла бы сойти с экрана восьмидесятых годов. Она была одета в полосатую одежду, сверкала золотом, была слишком накрашена и говорила хриплым голосом, как будто курила десятилетиями. Она вела себя непристойно, и оба старика рассмеялись. Мэгги наклонилась вбок и сказала что-то язвительное – сразу видно, что они давно дружат.
Они попытались вовлечь в разговор Челси. Та улыбнулась, но была напряжена в большой шумной толпе. Анна взглянула на Чарльза, который тоже наблюдал за Челси.
Чарльз не выглядел обеспокоенным, поэтому Анна откинулась на спинку стула и огляделась. Прямо перед ними большая группа очень ухоженных лошадей очень-очень медленно кружила по арене. Как только Анна посмотрела на них, Чарльз прошептал ей на ухо:
– Полуарабская, англо-арабская. Владелец – любитель. Это отборочный раунд. Лучшие из лошадей пройдут в полуфинал. Вот почему зрители не взволнованы, кроме тех, кто болеет за свою лошадь и наездника.
– Они очень медленно идут, – сказала она через мгновение. – Разве они не должны идти быстрее? Что, если их кто-то будет преследовать? Вчера даже Портабелла шла быстрее. Что такое англо-арабская порода?
– Наполовину чистокровная, наполовину арабская. Сначала арабская лошадь была популярной. Чистокровная лошадь добавила роста, чтобы на ней могли ездить высокие люди. Здесь почти все помеси с квотерхорсами или пейнтхорсами, кроме вон той аппалузы. – Он сделал паузу. – Это очень красивая аппалуза.
Джозеф все еще болтал со своими друзьями, но услышал их разговор.
– Кобыла выигрывала в этом классе последние два года подряд. И несмотря на ее соперниц, у нее есть хорошие шансы выиграть снова. Если невестка Хелен не выиграет на своем мерине Сияющей Искорке.
Анна не поняла, о чем речь, и как можно было назвать мерина «Сияющая Искорка». Поэтому просто устроилась поудобнее, наблюдая за красивыми лошадьми, которые двигались очень медленно, а на них сидели красивые наездники, одетые в кричащие цвета и с большим количеством блесток. По сравнению с женщинами, мужчины выглядели не так кричаще.
Анна принюхалась. Нос подсказывал ей, что двое из присутствующих здесь людей слишком сильно надушились, к тому же вокруг очень много лошадей.
Наездников вызвали в центр арены и объявили тех, кто переходит на следующий уровень, а затем все покинули арену. Почти мгновенно все места на трибунах заполнились. Друзья Джозефа и Мэгги разошлись по своим местам.
Из громкоговорителя раздался голос диктора:
– На арене класс один-шестнадцать, возраст от двух до семи лет. Первой выступает Кэндис Харт на Малыше Джо Грине, принадлежащем мистеру Ваниле из «Долины пустынного ветра», хэндлеры Джози Харт и Карен Такер.
На арену вышел очень светлый паломино. На нем сидела девочка младше Майкла, в крошечном розовом ковбойском наряде, сверкавшем розовыми стразами в свете прожекторов. На ней были крошечные розовые сапожки и ярко-розовые бриджи с бахромой. Она сидела в очень маленьком черном седле, которое выглядело одновременно нелепо и изящно. Вместо ковбойской шляпы на ее голове красовался ярко-розовый шлем для верховой езды. Двое взрослых шли слева, один держал повод, а другой придерживал девочку за ногу.
– Никогда не видела такой милоты, – серьезно произнесла Анна.
– Просто подожди, – сказала Мэгги. – Это только начало.
Потом объявляли каждого маленького наездника и выводили на сцену. Там были наездники из Англии, западных стран и один, похожий на статиста из «Шейха», в традиционном костюме из яркой струящейся ткани с таким количеством кисточек, драгоценностей и браслетов, что любой уважающий себя бедуин убежал бы со сцены.
– Следующим будет Майкл Сани на трехкратном чемпионе страны Фениксе из «Королевы роз». Их ведет Кейдж Сани.
Майкл не был так ярко одет, как маленькая розовая девочка. Вместо этого, как и некоторые мужчины, которых Анна видела, он облачился в вполне респектабельную синюю рубашку в западном стиле с черным галстуком-шнурком. Как и его отец и Хостин, Майкл чувствовал себя уверенно в седле большого гнедого мерина, которого вел отец.
Когда проезжал мимо них, Майкл торжественно кивнул дедушке и похлопал своего коня по шее. Джозеф ответил кивком, улыбнулся и победно поднял обе руки. Когда выступил последний всадник, ведущий попросил группу двигаться шагом назад. Они ездили около пяти минут, чтобы все зрители успели сделать фотографии, а затем их вывели на середину арены.
Анна не могла избавиться от нелепого чувства тревоги. Майкл выглядел потрясающе. Но кто мог сравниться с малышкой в розовом? Или с принцессой в платье с кисточками на белой лошади с длинным хвостом? Она схватила Чарльза за руку, и он сжал ее руку в ответ. Он выглядел таким серьезным, но Анна чувствовала его веселье. Она подозревала, что он смеется над ней.
– Что ж, дамы и господа, – произнес ведущий. – Наши судьи были очень впечатлены этой группой. Что вы скажете?
Толпа взорвалась аплодисментами и свистом. Чарльз прикрыл уши Анны и слегка поморщился. Было очень громко. Челси тоже прикрыла уши. Молодец.
Когда толпа затихла, ведущий торжественно продолжил:
– Именно так отреагировали и наши судьи. Так много наездников, что они не смогли определиться с победителем. Если бы это была гонка, им пришлось бы объявить ничью. Поэтому мы решили присудить первое место каждому ребенку в классе.
Последовали новые аплодисменты.
Анна откинулась на спинку стула и возмущенно посмотрела на Чарльза.
– Они все получают главный приз, – сказала она.
– Совершенно верно, – ответил Чарльз.
– Каждый из них.
– А ты могла бы выбрать победителя?
Она слегка ударила его по бедру, а затем потерла ушибленное место, опасаясь, что ударила слишком сильно. Когда последнего ребенка вывели с арены, Анна счастливо вздохнула, а конюхи, тренеры и наездники Сани встали и начали расходиться.
– Мы с Джозефом будем наблюдать отсюда, – сказала Мэгги. – Вам стоит прогуляться. Выступление Маки будет незадолго до обеденного перерыва. Мы оставим Макса здесь, чтобы он приносил еду и напитки.
Глава 13
Несмотря на громадные размеры, арена не дотягивала и до десятой части выставочного комплекса в Скоттсдейле. В программке указали, что будет показано более двух тысяч лошадей, и Анна удивилась, как они смогут уместиться на такой маленькой территории.
Чарльза интересовали все лошади. Вскоре Анна перестала обращать внимание на лошадей и наблюдала за тем, как ее муж смотрит на них. Время от времени он одобрительно хмыкал, и она понимала, что лошадь его заинтересовала.
Какое-то время они стояли у крытой арены, где разминались всадники перед выходом. Английские лошади с большими подковами бегали рысью, обходя других лошадей, которые двигались очень медленно. Женщин верхом казалось немного больше, чем мужчин, но в детской категории в основном были только девочки. Одна лошадь была вся в мыле и скованно двигалась. Ее наездница то натягивала поводья, то пришпоривала ее. Чарльз хмыкнул и ушел с арены.
– Что она пыталась сделать? – спросила Анна.
– Я не знаю, – печально сказал Чарльз. – И думаю, что бедная лошадь тоже не знала.
Они остановились перед группой молодых лошадей, толпившихся перед очередной ареной. На них были только уздечки с узкими ремешками, которые подчеркивали их экзотические головы. Они переступали с ноги на ногу, фыркали и выглядели очень мило. По запаху Анна почувствовала, что некоторые из лошадей испытывали страх, но большинство просто прыгали от радости, когда замечали, что на них смотрят.
Чарльз купил Анне рожок мороженого и, когда она предложила ему, с удовольствием лизнул сладость.
И они не чувствовали запаха фейри.
Конюшни располагались параллельными рядами вдоль внешнего края выставочной площадки. Некоторые из них были увешаны флагами, обозначающие разные конюшни. Среди множества зданий они нашли конюшни Сани.
Толпа детей собралась вокруг лошади, на которой Майкл ездил на арене. На ней был только недоуздок, и она спокойно стояла на месте, пока один из конюхов держал ее, чтобы дети могли ее погладить.
Кейдж стоял у крупа лошади, мягко направляя детей, чтобы они не подходили к ней сзади, и терпеливо отвечал на вопросы. Маки помогала, показывая младшим детям, как нужно аккуратно гладить лошадь. Она была одета в белую рубашку на пуговицах, в темно-серые эластичные брюки, заправленные в высокие английские сапоги для верховой езды.
– Анна, – пропел Майкл, выбираясь из толпы и подбегая к ней. – Я победил. Ты меня видела?
Она улыбнулась.
– Да, видела. Тебе было весело?
– Мне нравится кататься на Никсе, – сказал он. Мальчик так радостно скакал на месте, что напомнил Анне тех молодых лошадей, мимо которых они прошли ранее. – Это дедушкина лошадь, и она любит детей. Пришли ребята из моей школы. Они тоже видели, как я победил. Я разрешил им погладить мою лошадь.
– Я вижу.
Мисс Ньюман была слишком занята восхищением Кейджем, чтобы смотреть в их сторону, но все же успела бросить лукавый взгляд на Чарльза, но тут же отвернулась заметив, что Анна поймала ее с поличным. Мисс Эдисон многозначительно улыбнулась, но не покинула свой пост в хвосте группы детей.
Анна поняла, что директриса догадалась, кто подсказал им о проблемах в детском саду. Ни от кого из присутствующих не пахло магией фейри. Анна чувствовала запах духов мисс Эдисон и шампуня мисс Ньюман, а один из детей держал кошку, но не было запаха фейри.
Чарльз прошел мимо детей, кивнув Кейджу, и вошел в конюшню. Хостин пил воду из бутылки и болтал с Уэйдом. Рядом с ними, сгорбившись на тюке соломы и закрыв глаза, сидела Челси.
Анна подошла к ней и села рядом. Она доела мороженое, облизнула липкие пальцы и постаралась излучать спокойствие. И вскоре Челси расслабилась, хотя так и не открыла глаза.
– Слишком много людей, – пробормотала Челси. – Слишком много звуков, слишком много запахов.
– Да, – согласилась Анна. – Такое случается со всеми нами время от времени. Тебе нужно домой?
Челси покачала головой, сделала глубокий вдох и открыла глаза.
– Только после выступления Маки. Потом я и дети вместе вернемся на ранчо. И Никса возьмем. Он старик, ему двадцать восемь. С него хватит веселья на сегодня.
– Когда Маки будет выступать? – спросила Анна.
– Где-то через час, – ответил Хостин.
– Тогда если ты не против, я подожду здесь с тобой.
Челси натянуто улыбнулась, но Хостин мягким голосом сказал:
– Думаю, это очень поможет. Спасибо.
* * *
Мисс Эдисон зашла в конюшню, чтобы поблагодарить Челси за то, что она разрешила четырехлетним детям погладить лошадь Майкла.
Детей на выступлении Маки было намного меньше, чем у Майкла: три девочки, одной из которых около десяти лет, а другая примерно ровесница Маки.
– Это английская прогулочная лошадь, – сказал Джозеф Анне. – У таких лошадей более высокий шаг, то есть они поднимают ноги выше и они более нервные. Не много лошадей английской прогулочной породы безопасны для детей младше десяти лет.
Всадники рысью объехали круг, и Хейлайт казался намного больше, когда на нем ехала Маки. Анна наклонилась вперед и внимательно наблюдала за ним. Другая девочка помладше немного съехала вбок, а ее гнедая лошадь с милой мордочкой не шагала синхронно с другими лошадьми.
На этот раз, заметила Анна, все члены семьи Сани были более напряжены, чем во время выступления Майкла. Лошади прошли половину арены шагом, развернулись и поскакали рысью.
Макс застонал, и Мэгги выпрямилась.
– Смени диагональ, Маки, – сказала она себе под нос. – Ну же, посмотри, что происходит. Не обращай внимание на толпу и следи за тем, что делаешь.
Анна вопросительно наклонилась к Чарльзу.
– Лошадь шагает на одну переднюю ногу, а не подпрыгивает при каждом шаге, – ответил Чарльз.
Это было похоже на выступление оркестра, а Анна понимала музыку.
– Как будто время замедлилось вместо того, чтобы ускориться.
– Верно, так легче и для лошади, и для всадника. Но когда едешь по кругу, нужно шагать внешней ногой, внутренняя нога уже принимает на себя больше веса. Лошадь Маки шагает не той ногой. Ей придется подпрыгнуть, чтобы перестроиться. Вот так. Хорошая девочка.
– У нее есть запасное время, – успокаивал Джозеф. – Это нормально. Это не первая ее ошибка на арене и не последняя.
– Любой урок полезен, если ты остаешься на плаву, а не падаешь в грязь, – невозмутимо произнес Макс, явно кого-то цитируя.
– У нее есть талант, – сказала Мэгги. – Прямо как у ее дедушки. Она будет одной из лучших всадников.
– Если она этого захочет, – заметила Челси.
Она пришла на трибуны вместе с Уэйдом, Анной и Чарльзом, пока ее муж находился в загоне, стараясь убедиться, что Маки нормально выступит. Анна заметила, что Челси уже лучше переносит толпу. Час в тишине конюшни в компании Анны, излучающей спокойствие, дал ей передышку.
Макс рассмеялся.
– Никто не может заставить Маки делать то, чего она не хочет. Ты же это знаешь.
Всадники выстроились в ряд посередине арены, чтобы узнать результат. Маки взяла резерв, что означало второе место. Лошади еще раз проскакали рысью по арене, а затем вышли за ворота.
Челси вскочила так быстро, словно сработала пружина.
– Я пойду заберу детей. Макс, ты не поможешь бабушке с дедушкой вернуться домой, когда они будут готовы?
– Хорошо, – сказал он.
Чарльз тоже встал.
– Давайте сделаем перерыв. Если на территории и есть фейри, нам не удастся его найти.
В итоге они поужинали в приличном китайском ресторане. Было уже давно за полдень, но рано для ужина, так что в ресторане сидела только одна пара. Чарльз расслабился и прислушался к телефонному разговору Анны со специальным агентом Фишер.
Лесли казалась расстроенной и несчастной.
– Утром наш эксперт провел с Макдермитом два часа, но хочет еще раз поговорить с ним днем. Извините.
– Скажи ей, – задумчиво произнес Чарльз, – пусть выяснит, не пропадал ли мистер Макдермит на пару недель в ноябре, когда все фейри спрятались в резервациях. Он не будет одним из тех, кто прятался, как хранитель в саду мисс Джеймисон. Пусть проверит прошлое других людей, связанных с детским садом.
Когда Анна передала все сказанное Лесли, та вздохнула.
– Мы уже работаем над этим, но в ноябре был День благодарения. Многие ездили к родственникам на праздники. Мои помощники проверяют, куда все ездили. Пока что мы нашли одну жену, которая должна была навестить своих родителей, но на самом деле спала с женатым мужчиной. И еще одного парня, который был на реабилитации, хотя на работе сказал, что берет отпуск. Я позвоню, когда что-нибудь узнаю, или если смогу устроить вам встречу с мистером Макдермитом.
Через два часа они вернулись на ранчо Сани, но дома еще никого не было. Поэтому Анна позвонила Кейджу.
– Челси тусуется с Майклом, Маки и девочкой, которая заняла последнее место в конкурсе Маки, – с улыбкой в голосе объяснил Кейдж.
Чарльз удивился, почему никто не позвонил им и не сообщил, что все останутся смотреть шоу. Но Хостин мог присмотреть за своей семьей и без помощи Анны и Чарльза.
– Маки была расстроена, пока не увидела, что маленькая девочка плачет, – сказал Кейдж. – Она подбодрила ее в стиле Хостина: «Ты старалась изо всех сил? Тогда все в порядке. Любой урок, на котором ты не упала на землю – хороший урок». Челси с Хостином повели их обеих за мороженым.
– Я же говорил, что не стоит волноваться, – заметил Чарльз после того, как Анна повесила трубку.
– Если бы я была фейри, который пытается похитить детей, то конное шоу с огромной толпой стало бы идеальным местом для этого, – сказала она.
– Ему придется пройти мимо Хостина, Уэйда и кучи оборотней, которые присматривают за толпой. И это довольно публичное место. До сих пор этот фейри старался не привлекать к себе внимания.
– Куча оборотней? – Анна нахмурилась. – Я заметила только двоих.
– Они старались держаться подальше, чтобы ты их не унюхала, – объяснил он. – Не было смысла дважды искать в тех местах, что мы уже осмотрели. Если мы не заметили ни одного фейри, то и они тоже. Но я знаю в лицо большинство оборотней из стаи Хостина.
Чарльз взял ноутбук и устроился на единственном стуле в их комнате, чтобы поработать над финансами стаи. То, что фейри терроризировали Скоттсдейл, не означало, что ему не нужно работать.
Анна вытащила из сумки роман, на мягкой обложке которого был изображен полуобнаженный мужчина, держащий невероятно длинный меч. Чарльз задумался, что может означать такой длинный меч. Затем задумался, стоит ли ему беспокоиться о том, что его пара читает книгу с обнаженным мужчиной на обложке. Взяв книгу, Анна растянулась на животе, задрав ноги. Благодаря этой позе Чарльзу открывался прекрасный вид, который отвлекал от изучения цифр, и он перестал беспокоиться об обнаженных мужчинах.
Пару часов спустя они услышали, как подъехала машина и открылась входная дверь. Услышав веселую болтовню, Чарльз понял, что младшие дети и Макс вернулись домой. Но он не был таким же счастливым, как дети. Чарльз уже выходил из системы и закрывал ноутбук, когда в дверь тихо постучали.
Анна спрыгнула с кровати и распахнула дверь.
– Простите, – сказал Макс. – Но дедушка остался в машине, и он слишком устал, чтобы идти самостоятельно. Бабушка послала меня за вами.
Чарльз протиснулся мимо него и сбежал по лестнице. Он волновался, хотя и понимал, что это нелепо. Джозеф умирал. Он мог умереть сегодня вечером, ожидая, пока кто-нибудь поможет ему выйти из машины. Он мог умереть через неделю в своей постели.
Нелепо это или нет, но Чарльз бросился к машине, у двери которой стояла Мэгги.
– Не умирай на моих глазах, старик, – сказала она. – Нам еще предстоит побороться.
– И поспорить, – с трудом выдохнул Джозеф.
– Я же говорила тебе, что мы должны уйти после выступления Маки, – огрызнулась она.
– Но нам нужно было посмотреть, насколько хорош тот жеребец, которым хвастался Конрад. А потом Люси участвовала в любительских скачках на кобыле, которую она купила у нас два года назад.
– Я знаю, почему ты остался, – сказала Мэгги. – И это не имело никакого отношения к кобылке Люси. Во всем виновата глупая гордость. Ты не хотел признаваться, что плохо себя чувствуешь.
Если она кричала на него, значит, с Джозефом все в порядке. Когда Чарльз наклонился, чтобы поднять старого друга на руки, Мэгги положила руку ему на плечо и прислонилась головой к его плечу. Он почти физически ощущал ее боль. Мэгги всегда огрызалась, когда ей было плохо.
– Давай отведем тебя внутрь, – сказал Чарльз.
– Я не против умереть после такого замечательного дня, когда наблюдал за прекрасными лошадьми, – произнес Джозеф.
Вокруг Джозефа витали духи, и только Чарльз мог их видеть. Они налетели на него с такой силой, что он едва мог дышать. Он споткнулся, остановился и слегка расставил ноги, чтобы сохранить равновесие.
– У тебя еще есть работа, – пробормотал он и направился к дому. – Давай посмотрим, дадут ли они тебе немного больше сил, чтобы сделать то, что необходимо.
– Скажи этим духам, что если они так сильно хотят заручиться его помощью, то могли бы вылечить его от рака, – язвительно бросила Мэгги.
– Я готов отдать свою жизнь, чтобы поговорить с духами, – сказал Чарльз. – Ты же знаешь, что лучше не спрашивать их ни о чем.
