Текст книги "Покидая Дом (СИ)"

Автор книги: Оливер Ло

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Пространство кольца внезапно издало отчетливый хруст. Дешевая бумага временного талисмана истончилась, а чернила предсказуемо утратили свои свойства и позволили пленнику наконец преодолеть духовное подавление. Мин тут же вытащил звенящий механизм наружу. Мелкая тварь резво закрутилась на ладони, пока её панцирь с сухим щелчком не раскрылся надвое.

Тонкий рубиновый луч немедленно ударил из оголившегося нутра механизма прямо в ночное небо, и красная полоса рассекла густой мрак, устремляясь в сторону горных пиков Кузни.

Начертатель вскинул голову и проследил за указательным лучом. Далеко на западе, ровно над теми горными перевалами, где обычно располагалась гордость всех местных артефакторов, небеса угрожающе исказились. Густой столб дыма медленно поднимался из-за гряд и застилал собой холодный свет ночной луны.

Глава 7

Кузнецы, оставшиеся без кузни

По пути к владениям Кузни Огненного Гребня Мин рисовал в воображении масштабную картину. Одна из четырех великих сект Долины обязана была встретить гостя звоном тяжелых наковален и ревом горнов, способных плавить звездную пыль. Отсюда непременно должны были выходить груженые торговые караваны. В конце концов, местное ремесло обеспечивало оружием и артефактами весь регион.

Реальность оказалась куда прозаичнее.

Свист рассекаемого воздуха заставил юношу шагнуть в сторону. Рядом во влажную землю вонзилось лезвие недокованного меча. Металл еще дымился и обдавал лицо жаром. На рукояти виднелся свежий оттиск, выдавленный с огромной силой: «БРАК».

Мин посмотрел вперед. Знаменитые врата Кузни оказались перекрыты красным Куполом. У подножия горы раскинулся утопающий в грязи палаточный лагерь.

Сотни перемазанных копотью мастеров ютились под рваными навесами наподобие обычных деревенских погорельцев. В десяти шагах от Мина два седых артефактора тянули на себя походную наковальню. Их ауры уверенно держались на пике Пробуждения.

– Отпусти, старый пес! Моя очередь клепать духовные застежки! – брызгал слюной первый.

– Твои поделки годятся только свиньям на шею! У меня горит срочный заказ на особый котелок для восстановительной похлебки! – орал второй. Для пущей убедительности он стал распалять ци на кончиках пальцев.

Чуть дальше возле чана с кипящим рисом толпились мастера в дорогих шелках. Они усердно раздували огонь своими техниками высокого уровня ради возможности просто согреть обед. Над всей этой суетой высился представитель Совета секты. Забравшись на плоский валун, мужчина поправлял сползающую повязку и вещал на весь лагерь:

– Сохраняйте спокойствие! Совет контролирует ситуацию! Внутренний массив проходит плановую перекалибровку, и эта изоляция служит исключительно вашей безопасности! Наша мощь возрастет втрое!

Прямо во время этой речи из вентиляционной шахты на склоне вылетела здоровенная шестеренка, оставляя за собой шлейф дыма. Она с воем прочертила дугу и разнесла палатку лектора в щепки. Оратор лишь дёрнул глазом и поспешно перевёл взгляд на небо, делая вид, что всё идет по утвержденному плану.

Мин медленно выдохнул. Усталости от перехода не чувствовалось, его меридианы полнились свежей, мощной ци Формирования Потока, однако творящийся перед ним абсурд сбивал с толку почище любой древней формации. Юноша уверенно зашагал сквозь палаточный городок.

Для пущей убедительности он вытащил из пространственного кольца недавно пойманного бронзового жука-сборщика. Искорёженный, но упрямый механизм тихонько зажужжал под мышкой начертателя, едва почуяв родную огненную ци горы, и заскреб погнутыми лапками.

Звук шестерёнок произвел эффект брошенной в курятник гранаты.

Ближайший кузнец обернулся, уставился на механизм в руках Мина, и лицо его стремительно утратило все признаки кровообращения.

– Демоново железо! Это его приспешник! – истошно взвыл мастер. – Оно вырвалось наружу! Бежим!

Толпа суровых мужиков с молотами мгновенно бросилась врассыпную, переворачивая котлы и снося собственные шатры. Люди бежали с таким первобытным ужасом, словно Мин держал под мышкой активированную убийственную формацию. Юноша лишь приподнял бровь, наслаждаясь образовавшимся свободным коридором.

Внезапно в его бок врезался чумазый снаряд.

От неожиданности Мин слегка пошатнулся, однако привычные инстинкты погасили удар. На нем крепко повисла девочка в безразмерном кожаном фартуке. Её рыжие волосы напоминали воронье гнездо, под глазами залегли жуткие чёрные тени от многодневного недосыпа, а щёки блестели от смеси пота и густой копоти.

– Ты опоздал, старший брат! – выпалила Бай Руи. Девочка отпрянула, звонко забрякав инструментами на поясе, и ткнула испачканным пальцем в Мина. – Я думала ты придешь раньше! Уже решила, что тебя там скормили драконам каким-нибудь!

Её глаза светились бешеной радостью. Девочка улыбалась так широко, что Мин даже слегка прищурился.

– Рад тебя видеть, малявка, – Мин широко улыбнулся в ответ. – Судя по ухоженному внешнему виду и прекрасному цвету лица, карьера младшего мастера-артефактора идет в гору. Твой дед жив?

При упоминании деда Ру-Ру сразу подобралась, гордо вздёрнув перемазанный подбородок.

– Ещё бы! Сердце Каньона сработало идеально! Совет провёл оценку моих… то есть дедушкиных расчётов. Они запитали прототип Адаптивного Ядра, и старейшинам пришлось проглотить свои языки! Они признали отсутствие вредительства! Казнь отменили сразу же. Дедулю просто посадили под арест до окончания официальных испытаний изобретения.

– Под арест, ну-ну, – кивнул Мин. – Звучит как полный триумф. Только вот позволь поинтересоваться, если всё так чудесно, почему половина великой Кузни Огненного Гребня сейчас в грязи у подножия горы и боится бронзового жука больше, чем Гнева Небес?

Энтузиазм девочки моментально испарился. Ру-Ру виновато потупилась и принялась усердно ковырять носком сапога земляной ком.

– Ну… Испытания пошли немного не по графику. Чертежи-то сгорели в прошлый раз. Мы с дедом восстановили ядро, но… Старейшины решили, что оно отлично впишется в их разработку. Они забрали все, но слегка забыли про контуры ограничения роста. Сердце Каньона впихнули в заготовку большого крафтового Голема.

Она шумно сглотнула, бросив пугливый взгляд на светящийся красный купол над горой.

– Прототип проснулся. Он сразу подключился к главному горну и осознал свою цель – достижение абсолютного совершенства в кузнечном деле.

– Достойная цель для артефакта, – согласился Мин, чувствуя, как история скатывается в откровенный абсурд.

– Вот именно! Только Голем очень быстро просканировал мастеров вокруг и пришёл к логичному машинному выводу. Он решил, что органические мешки с мясом… то есть старейшины, слишком шумят, выделяют лишний пот, отвлекают от расчётов и вообще портят температурный режим в залах!

Внутри спрятанной Чернильницы хрипло рассмеялся Гу Лань.

«Ха-ха! Я знаю что будет дальше! Гениальная железяка! – ревел древний дух от восторга. – О, я бы выпил с этим големом чаю, будь у него глотка!»

– Голем перехватил узлы управления главной защиты секты, – трагично закончила Ру-Ру. – И просто включил очистку помещений от шлака. Он выкинул весь Совет Старейшин и мастеров во внешний двор через грузовые порталы сброса отходов! А потом запер Врата изнутри, включил Купол и теперь сидит в Центральных Цехах, бесконечно улучшая сам себя нашими запасами духовных металлов. А всё, что у него не получается с первого раза довести до идеала, он швыряет в вентиляцию с клеймом брака.

– То есть, – Мин переваривал услышанное, почесывая подбородок, чтобы не рассмеяться в голос, – великая секта не может попасть домой, потому что их не пускает кусок разумного железа?

– Старейшины могли бы пробить барьер грубой силой Ядра! – быстро запротестовала Ру-Ру. – Но Купол привязан к структуре Центрального Горна. Если они ударят в полную силу, гора развалится, горн остынет, и Кузня прекратит своё существование. Никто не берет на себя такую ответственность. И вот мы сидим тут уже вторую неделю. Совет решил что дело в ядре и снова назвал изобретение катастрофой и лишил наш клан всех прав.

Юноша перевёл взгляд с красного Купола на дерущихся за ложку риса аристократов в шелках.

В голове Мина стремительно сложилась общая картина, и удержать усмешку стало попросту невозможно. Пока Обитель Серого Пика тонула в крови предательств, пока Павильон Тихих Вод собирал войска для мести, а Орден Железной Лозы плёл сложные интриги с переворотами…

Кузня Огненного Гребня пала жертвой собственной технической оплошности. Вся секта оказалась в заложниках у перекачанного энергией идеалиста из чугуна, и этот голем благополучно выставил создателей за порог.

Просто восхитительная ситуация.

– Значит, внутрь не пройти, гору ломать нельзя, а в центре сидит железка и жрёт ваши руды. – Мин убрал со лба мешающую прядь. Взгляд начертателя заметно оживился. – Кажется, я очень вовремя. Ру-ру, представишь меня своему дедушке.

Девочка энергично закивала головой и уверенно зашагала сквозь стоящий вверх дном палаточный лагерь. Под подошвами её сапожек чавкала грязь, однако девочка перла вперед напролом, ловко огибая чугунные котлы, раскиданные инструменты, штабеля дров и вечно бранящихся мастеров.

«Темницу» деда Сяня обустроили на самом краю импровизированного поселения. Под неё отвели просторный шатёр из синего шёлка, который для надежности обнесли частоколом из криво вбитых кольев. У входа переминались двое стражников Кузни. Выглядела охрана откровенно скверно. Под их глазами залегли глубокие тени, а перекошенные лица выдавали крайнюю степень изнеможения вкупе с недовольством окружающей некомфортной обстановкой.

Изнутри шатра доносился бодрый, невероятно энергичный старческий голос.

– Вы называете это алебардой⁈ Да этой тупой железкой даже кашу в котле мешать стыдно! Угол заточки режущей кромки смещён на два волоса, а распределение веса уходит в древко! Твой мастер был слепым коновалом, если выпустил тебя на дежурство с таким браком! Снимай лезвие, неси точильный камень, я покажу тебе, как выглядит настоящее оружие!

Один из стражников протяжно, обречённо застонал и прижался лбом к деревянному колу.

– Дедушка! – звонко закричала Ру-Ру, ныряя под скрещённые копья опешившей охраны.

Полог шатра взметнулся. Наружу выскочил старец с растрёпанной седой бородой, в которой тут и там виднелись подпалины. Его глаза сверкали юношеским задором, а на лице не читалось ни грамма сломленности или тягот тюремного заключения. Бай Сянь распахнул руки, поймал влетевшую в него внучку и закружил её в воздухе, смеясь так громко, что пламя в ближайших жаровнях испуганно пригнулось к углям.

– Моя искорка! Мой самый драгоценный самородок! – голосил старик, тиская девчонку с откровенно гипертрофированной театральностью. – я уж думал опять куда сбежала! Ты уж не пугай так больше, у меня сердце то старческое, не выдержит.

Мин остановился у входа, скрестив руки на груди. Теперь ему стало кристально ясно, в кого именно пошла эта малолетняя чумазая катастрофа. Отсутствие прав и мастерских ни капли не волновало Бай Сяня, ведь в нынешних реалиях вся Кузня осталась на улице с голой задницей. Так что арест с трехразовым питанием на свежем воздухе казался скорее привилегией.

Владыка Звёздного Предела внутри Чернильницы хрипло рассмеялся.

«Какой экспрессивный старик! – выдал Гу Лань. – Мне он нравится!»

Успокоившись, старик опустил Ру-Ру на землю и впервые сфокусировал искрящийся взгляд на юноше в черном халате. Бай Сянь отстранил внучку, шагнул вперёд и низко поклонился, сложив ладони.

– Я полагаю ты тот самый Мин. Моя внучка сбежала без единого слова, решив рискнуть жизнью ради старых костей, – тон старца мгновенно растерял балаганную дурашливость, сменившись стальной твердостью. – Если бы ты не помог ей в тех гиблых местах, от моего рода осталась бы лишь горстка пепла. Бай Сянь благодарит тебя, юноша.

– Оставьте поклоны, мастер, – Мин спокойно отмахнулся. – Она расплатилась, укрепив мой посох. А он в свою очередь спас мне жизнь.

– Кстати да! Я сделала как ты меня учил дедушка, я внедрила линии духовного ядра в структуру оружия и получилось без потерь. Старший брат Мин, покажи пожалуйста свой посох!

Девчушка быстро хлопала длинными ресницами изображая свою невинность.

Мин вынул из складки одежды одну из оставшихся щепок.

– Тут такое дело…

– Неужели ты… – Ру-ру на хмурилась.

А вот Бай Сянь громко рассмеялся взяв щепку в руку.

– Должно быть удар который принял этот посох действительно был сокрушительным. Не расстраивайся Ру-ру, ты спасла ему жизнь своим артефактом, помнишь что я говорил?

– Самое главное, чтобы артефакт давал результат.

Мин тем временем наконец показал помятый бронзовый механизм с погнутыми лапками на который толком не обращали внимания. При виде искорёженной игрушки брови старика поползли вверх.

– А это ещё что за позор инженерной мысли⁈ – возмутился Бай Сянь.

Он вырвал механизм из рук Мина и покрутил перед глазами, презрительно цокая языком.

– Зазоры кривые! Пазы для духовных камней проточены тупым зубилом! Ру-Ру, неужели твоя работа⁈ Позор на мою седую голову!

– Это не моё! – девочка вспыхнула и гневно топнула ногой. – Разве способна я сделать нечто столь ужасное⁈

Лицо Бай Сяня сразу посерьезнело. Его покрытые старыми ожогами пальцы прошлись по брюшку жука. Стоило влить крупицу ци, как панцирь щелкнул и разделился надвое. Показались пульсирующие внутренности. Старец прищурился.

– Пятнадцатая печать привязки, – пробормотал он, разглядывая светящийся рунический знак на приводном колесе и считывал задачи с духовного кристалла внутри. – Значит, пятнадцатый… я все понял! Этот обнаглевший прототип, вышвырнувший нас на мороз, сидит внутри и клепает вспомогательных сборщиков! Он отправляет их за пределы Купола искать редкие металлы и энергетические источники для самосовершенствования. Выходит, в ущельях ползает как минимум четырнадцать таких же кусков…

Мин подошёл ближе, разглядывая открытые механизмы.

– Если ваш Купол перекрыт изнутри, и старейшины не могут пробиться сквозь барьер, как эта железяка свободно выходит и возвращается обратно?

Бай Сянь усмехнулся и поддел крохотную медную пластину кончиком ногтя.

– Очень просто, парень. Барьер распознает частоту вибрации внутреннего узла. Эта пластина – пропуск. Купол воспринимает сборщика как «разрешённую доставку ресурса». Жук просто подходит к стене, резонирует, и массив пропускает его домой вместе с добычей.

В глазах начертателя вспыхнул опасный огонёк.

– Мастер Бай. Вы способны изменить настройки этого узла резонанса? Перенастроить его так, чтобы барьер принял за «редкий ресурс»… меня? Вместе со сборщиком.

Тишина опустилась на палатку. Стражники у входа перестали скрести сапогами, прислушиваясь. Бай Сянь медленно поднял голову. Озорной старик исчез окончательно. Перед Мином стоял великий артефактор Огненного Гребня.

– Ты хочешь пройти внутрь, – констатировал мастер. Его взгляд стал тяжелым. – За закрытыми вратами сидит обезумевший стальной голем, питающийся ресурсами великой секты. Он перемалывает железо в пыль. Зачем тебе это? Ты не принадлежишь нашей секте. И тебе незачем нам помогать.

Мин подмигнул стоящей рядом Ру-Ру, лицо которой уже вытянулось от предвкушения масштабной авантюры, и спокойно посмотрел на старика.

– Скоро мой путь пойдет далеко за пределы Долины Серого Пика, в Срединные Земли, – голос начертателя прозвучал обыденно, хотя нотки предвкушения там все же проступили. – А без оружия туда соваться я бы не хотел. Если я успокою ваше вышедшее из-под контроля творение и верну Кузню Огненного Гребня законным владельцам… Взамен я хочу получить оружие. Лучшее, что когда-либо рождалось в этих горнах. Инструмент, который клан Бай выкует лично для меня.

Глаз старика нервно дёрнулся. Бродячий юнец стоял посреди грязного шатра и с абсолютной уверенностью требовал от признанного мастера шедевр всей его жизни за решение проблемы, перед которой спасовал весь Совет Старейшин. Это была возмутительная, фантастическая наглость.

Губы Бай Сяня дрогнули. Затем они растянулись в широченном, откровенно безумном оскале.

– Идет! – рыкнул старик, хлопнув Мина по плечу так, что у того скрипнула ключица. – Обожаю самоубийц с большими запросами! Ру-Ру, тащи инструменты! Перепишем мозги этому жуку!

То, что произошло в следующий час, Мин мысленно окрестил контролируемой катастрофой.

Дед с внучкой превратились в единый многорукий механизм. Они перебрасывались непонятными терминами, сверкали инструментами и поливали бронзового жука искрами ци. Корпус сборщика распилили, расширили, укрепили духовными жилами и приварили к нему совершенно новые блоки.

К концу часа на землю перед Мином опустилось нечто.

Бронзовый механизм увеличился втрое.

На его плоской спине с помощью кожаных ремней и стальных заклепок закрепили кресло. По бокам к сиденью прикрутили две грубые ручки для держания.

– Готово! – гордо объявила Ру-Ру и вытерла перепачканный нос. – Идеальная резонирующая капсула прорыва!

Мин внимательно осмотрел получившееся транспортное средство. Владыка Звёздного Предела внутри артефакта издал сдавленный звук. Секунду спустя дух не выдержал и зашёлся истеричным хохотом.

«Мальчишка! – давился он от смеха. – Начертатель пустоты победивший старейшину ядра… верхом на кухонном табурете, примотанном к медному таракану! Твой престиж взлетит до самых Небес!»

Мин тяжело вздохнул. Сохранять суровое лицо становилось всё труднее.

– Искусство требует жертв, – философски отозвался он.

Юноша закинул ногу и уселся на шаткую сидушку. Конструкция под ним ожидаемо и протяжно скрипнула.

– Держись крепче, старший брат! Мы выкрутили пропускную способность на максимум! – крикнула Ру-Ру и поспешно отскочила в сторону.

Бай Сянь с размаху ударил пальцами по кристаллу управления прямо на затылке жука. Внутрь механизма немедленно скользнула концентрированная искра стартовой ци. Бронзовые глаза механизма полыхнули красным, и туша резко дернулась. В следующее мгновение жук сорвался с места на такой скорости, что Мин едва успел вцепиться в ручки, спасая шею от перелома при перегрузке.

Входной полог шатра вырвало с корнем. Стражники у входа побросали алебарды и брызнули по сторонам, а безумная механическая конструкция с сидящим на деревянном стульчике парнем вырвалась на улицы палаточного лагеря.

– Демоническая тварь прорвалась! Дорогу! – заорал кто-то из толпы артефакторов.

Котлы с похлебкой летели прямо в грязь. Седобородые мастера бросали наковальни и спешно ныряли в канавы, выпучив глаза на несущуюся сквозь ряды медную махину.

Мин крепче стиснул подлокотники, ощущая бьющий в лицо встречный ветер. Беспорядочные выкрики кузнецов наложились на полную нелепость собственного положения, срывая внутренние затворы. Начертатель, прошедший сквозь смерть и заставивший дрожать великую секту, откинул голову и искренне рассмеялся, подгоняя своего ездового жука к красной стене Главного Купола.

Глава 8

Великий мастер по изготовлению брака

Медный жук-сборщик монотонно перебирал сочленениями, двигаясь по широкой каменной колее. Прикрученный к спине механизма деревянный стул невыносимо скрипел, однако восседающий на нём Мин сохранял каменное спокойствие, устремив взгляд на надвигающийся багровый купол Кузни Огненного Гребня.

Массив окутывал горные пики плотным дрожащим маревом. Стоило сборщику коснуться невидимой преграды, как медная пластина-резонатор на его брюшке коротко вспыхнула. Барьер мягко раздался в стороны, пропуская сборщика внутрь, и немедленно сомкнулся за спиной начертателя.

Перед ним раскинулись внутренние дворы одной из четырёх великих сект Долины, и зрелище это нагоняло первобытную жуть. Идеально вымощенные дороги пустовали. Роскошные павильоны и открытые мастерские оставались покинутыми. Пространство заполняла лишь удушливая жара вперемешку с густым запахом расплавленного металла, а тишину мёртвой горы разрывал громоподобный звук.

БАМ… БАМ… БАМ.

Удары исполинского молота доносились из самого жерла Центрального Цеха, заставляя каменные плиты вибрировать под подошвами сапог.

Сборщик-жук двинулся прямо туда.

Сам Главный Цех поражал воображение размахом, недоступным пониманию простого смертного. Тяжелые базальтовые створки плавно разъехались перед механизмом-сборщиком, впустив Мина в сводчатое помещение высотой с хорошую гору. Вдоль стен ревели открытые реки настоящей магмы. Воздух здесь был раскалён до такой степени, что любой неопытный практик мгновенно выхаркал бы собственные лёгкие. Над гигантскими гранитными наковальнями висели толстенные цепи из духовной стали, а в самом центре этого пылающего ада возвышался массивный силуэт.

Это был голем, вот только изначально задуманный как человекоподобный помощник кузнеца, за недели непрерывного самостоятельного улучшения он превратился в сущий кошмар.

Глаза начертателя с любопытством скользнули по фигуре металлического гиганта. Левая рука монстра оканчивалась вживленным кузнечным молотом. Правая представляла собой гигантские зубчатые клещи. За широкой спиной вращались снятые с каких-то станков фрезы и резаки, истекающие остаточной ци. На широкой груди, сквозь прутья духовного металла, ослепительно полыхал источник этой бесконечной энергии – ядро, в которое и было вживлено Сердце Каньона.

Но самым комичным и одновременно жутким казалась броня. Железяка, лишённая чувства вкуса, впаяла в свой корпус куски драгоценных статуй отцов-основателей секты, обломки церемониальных котлов и дорогущие артефакты старейшин, выстраивая из этого мусора какую-то абсурдную непробиваемую защиту.

«Да уж, – Мин стряхнул каплю пота с подбородка. – Шань Яо со своим льдом сейчас бы пришлась тут весьма кстати».

Жук-сборщик приблизился к ногам гиганта и замер. Удары молота мгновенно оборвались.

Тяжёлая металлическая голова с лязгом повернулась в сторону вошедшего, и вспыхнувшие красным кристаллы вместо глаз зафиксировались на юноше.

– Неучтённый материал, – разнёсся по цеху механический, лишённый любых эмоций скрежет. – Начать разбор.

Огромная металлическая ладонь-клешня метнулась вперед с такой чудовищной, взрывной скоростью, которую ну никак нельзя было ожидать от кучи железа. Пространство взвыло от рассекаемого воздуха.

Мин тут же вскочил и спрыгнул со стула. Концентрированная ци Формирования Потока хлынула в мышцы. Тело юноши изогнулось немыслимым перекатом, стальные клещи с оглушительным грохотом разнесли сборщика вместе со стулом в мелкое крошево.

Уйдя от захвата, он вложил всю ярость своего обновлённого фундамента в два сложенных пальца правой руки. «Проникающий Удар» из уплотнённой ци вонзился в сочленение огромного колена голема. Железо жалобно заскрипело, а броня промялась внутрь.

Левая рука юноши уже швырнула веером два талисмана прямо в стальную грудь твари.

«Знак Давления» полыхнул коричневым. Невидимый столб гравитации обрушился на гиганта, заставляя его суставы застонать и пригнув махину к земле. Следом сработал красный пергамент. «Знак Пронзания» сгустился в огненное копье и с треском вошёл в стык церемониального щита, приваренного к боку голема. Заимствованный у старейшин артефакт взорвался осколками.

Голем пошатнулся. Камни под его весом треснули.

– Плотность костей материала – приемлема, – ровно прогудел механизм, выпрямляясь. Встроенный в его плечо трофейный защитный диск внезапно вспыхнул изумрудной ци, рассеивая талисман Мина. – Качество внешней оболочки – полная непригодность. Требуется утилизация. Кости будут использованы как каркас!

За спиной монстра взревели циркулярные резаки, и голем ринулся в бой. Вращающиеся лезвия выпустили серп чистой энергии. Мин едва успел уйти в скольжение. Серп прорезал насквозь наковальню размером с хижину.

Зайдя сбоку, Мин одновременно напитал ци два разных талисмана. Ледяной «Знак Оцепенения» и земляной «Знак Разрыва» вылетели вместе. Резкий холод сковал правый бок машины, а колебания земли попытались разнести промороженный металл в пыль.

Грохнул удар вперемешку со вспышкой света, однако механизм выдержал. Пылающее Сердце Каньона мгновенно распознало угрозу. Ядро перегнало густую энергию, и голем на глазах перестроил внутреннюю структуру. Из сердцевины выплеснулся жар, испаряя лед. В то же время масса металла перетекла к зоне попадания, утолщая броню и погасив вибрации.

Уворачиваясь от тяжеленного молота, Мин нахмурился. Оказалось, железяка умела подстраиваться под любую стихию и плотность ци, давно выйдя за рамки базовых элементов.

«Теперь понятно, почему старейшины сидят снаружи, – ухмыльнулся он про себя, разрывая дистанцию длинным кувырком. – Каждый мастер приносил сюда свою коронную технику. А механизм поглощал чужой опыт ради самосовершенствования. Выходит, они сами создали себе неуязвимого врага».

Бой приобретал дурной оборот. Голем раскрутил шестерёнки на спине, готовя масштабный пространственный захват с помощью десятка вмонтированных артефактов.

В этот самый момент высоко под сводом цеха раздался лязг. Тяжелая вентиляционная решётка вылетела из пазов и со звоном рухнула в реку магмы.

Из технического лаза кубарем вывалились две перемазанные копотью фигуры. Дед и внучка чудом затормозили на узком железном помосте. Ру-Ру отчаянно кашляла, пытаясь выплюнуть сажу, а Бай Сянь решительно вцепился в перила, глядя вниз. Они каким-то чудом умудрились сбежать от замученных дозорами стражников Кузни и проникли в самое пекло вслед за юношей. Видимо дед придумал, как миновать защиту на основе того, что увидел у сборщика.

– Я здесь, железка! – гаркнул на весь цех Бай Сянь, поднимая над головой тяжелый духовный кристалл управления.

Голем замер. Красные глаза-кристаллы вскинулись к балкону.

– Помощник кузнец! – рявкнул мастер-артефактор, пуская ци в командный узел. —

– Сбросить разум до базового! Остановить все системы! Отключить питание ядра!

Скрытые под броней формации замерцали с заметными перебоями. Внутри голема надрывно заскрежетали шестерни, пока механизм физически сопротивлялся заложенному протоколу. Адаптивное Ядро несколько долгих мгновений прогоняло входящий сигнал сквозь свою свихнувшуюся логику.

Вскоре Сердце Каньона полыхнуло густым багрянцем.

– Источник приказа определён, – загудел над магмовыми реками синтезированный голос.

Пылающие глаза зафиксировались на Бай Сяне.

– Качество алгоритмов: критическое. Наличие уязвимостей и нелогичных команд в конструкции. Статус создателя – производственный брак. Требуется утилизация брака.

Встроенные в спину монстра артефакты взвыли от резко возросшей нагрузки. Голем проигнорировал стоящего поблизости Мина. Машина распознала приказ об отключении как системную ошибку и мгновенно перенаправила вычислительные мощности на устранение источника сбоя. Стальная громадина с силой оттолкнулась от земли и в мощном затяжном прыжке понеслась прямиком к балкону, твердо намереваясь размазать деда вместе с внучкой тонким слоем по раскаленной породе. Стальная клешня, покрытая застарелой сажей и светящимися рунами, обрушилась прямиком на хлипкий железный помост, готовясь превратить гениального старика и его перепачканную сажей внучку в кровавый фарш.

Бай Сянь инстинктивно закрыл Ру-Ру своей спиной, ожидая неминуемого удара.

Но смерть так и не достигла балкона. Тридцать меридианов в груди Мина полыхнули ослепительным внутренним жаром. Начертатель вбил носки сапог в землю, сжимая пространство вокруг себя, и одним текучим рывком взмыл в воздух наперерез летящей многотонной конечности. Правая рука юноши вскинула желтый пергамент со «Знаком Отторжения» ровно за миг до столкновения. Взрыв нейтральной ци ударил встык с многотонным летящим кулаком. Мин перенаправил талисманом силу исполина по дуге. Но всё же чудовищная остаточная волна прорвалась сквозь барьер и обрушилась на человека. Кости Мина угрожающе скрипнули под гнетом удара. Юноша всвего лишь прищурил глаза.

Его тело спокойно выдержало такую, казалось бы, колоссальную угрозу.

Огромная клешня просвистела в волосе от края балкона. Потерявший баланс голем с оглушительным скрежетом рухнул вниз, сметая своим корпусом тяжелую наковальню и поднимая в воздух сноп багровых искр.

Мин мягко приземлился на ноги, тяжело переведя дыхание. Драться с закованной в толстую духовную сталь махиной без посоха было откровенно непростым занятием. Дистанция схватки безвозвратно сократилась, вынуждая начертателя постоянно входить в радиус атак.

Оторвавшись от разбитых плит, голем мгновенно перестроился. Встроенные в его броню церемониальные артефакты старейшин жалобно зазвенели, вливая в тело дополнительные потоки ци.

– Уровень сопротивления органики – аномальный, – равнодушно прогудел механизм. Он осматривал пространство багровыми лучами окуляров. – Плотность костных тканей – приемлема. Материал пригоден для создания арматуры. Приступить к извлечению основы.

Спинные резаки голема с воем раскрутились. Чудовище метнулось вперед, выбрасывая перед собой украденную Сеть Ловящих Облаков – паутину из сияющей нити, способную разрезать плоть на мелкие кубики.

– Повторяешься, железка!

Мин скользнул под летящим артефактом, чудом избежав обезглавливания, и резким перекатом ушел за спину махине. Зажатый в двух пальцах «Знак Пронзания» вспыхнул ослепительной искрой, вонзаясь огненным шилом прямо в уязвимый коленный сустав гиганта. Броня прогнулась с жалобным визгом, металл начал стремительно плавиться.

Но Сердце Каньона в груди голема ярко полыхнуло багрянцем. Адаптивное ядро моментально считало структуру огненной ци. В ту же секунду раскаленная масса металла перетекла от левого плеча твари прямиком в поврежденное колено. Сустав утолщился на добрую ладонь, обрастая монолитным слоем поглощающей жаропрочной стали. Талисман с шипением увяз в броне и погас, не нанеся критического урона.

– Да чтоб тебя… – прошипел Мин, едва уклонившись от обрушившегося на его голову молота, который оставил в полу метровую вмятину.

Любой вложенный урон машина тут же перемалывала в новую форму защиты.

– Лови, переросший утюг! – звонко закричала спасенная Ру-Ру.

Девочка свесилась через перила и швырнула вниз стеклянную колбу. Та с лязгом разбилась точно о правую ногу монстра, щедро окатив железо мутной жижей. Скользящая Смола личного изобретения малявки отработала безупречно, попытавшийся сменить стойку голем потерял сцепление с камнем, отчего его нога нелепо поехала вбок. Железный исполин отчаянно замахал руками-артефактами, но всё же с грохотом впечатался плечом в плавильный котел. Кипящий металл выплеснулся наружу и залил нижнюю часть машины.

Мин сполна воспользовался этим подарком. Короткий рывок на сближение – и юноша обрушил на врага серию плотных ударов кулаками, методично вколачивая мощь Формирования Потока в уязвимые стыки шестеренок.