Текст книги "Искусство Разрушения (СИ)"
Автор книги: Оливер Ло
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
– Осторожно, старший брат! Кусачие шипы! – крикнула Ру-Ру.
Девочка швырнула на землю перед правым зверем пригоршню странных металлических колючек. Пёс с размаху наступил на россыпь. Шипы сработали подобно крохотным капканам, намертво впившись в суставы и выпустив заряд замораживающей ци, так что лапа монстра быстро покрылась ледяной коркой, а сам зверь с жалким скулежом завалился на бок.
Мину оставалось лишь сделать полшага вперёд. Торец посоха опустился точно в основание шеи упавшей твари, выдавив сухой щелчок сломанных позвонков. Третий пёс уже подобрался вплотную с разинутой пылающей пастью, но прямо в эту самую пасть вдруг прилетел стеклянный флакон.
– Выкуси, псина! Концентрат лунной слизи! – победоносно пискнула девочка.
Стекло разбилось о морду. Густая и совершенно не поддающаяся огню пена залепила ноздри зверя, лишив его возможности дышать пламенем, и пёс захрипел, отчаянно пытаясь содрать лапами налипшую алхимическую дрянь.
Мин не стал ждать. Сжав ци в подушечках пальцев левой руки, он ударил «Знаком Пронзания» прямо сквозь пену, и луч Ци пробил нёбо, выжег звериный мозг за долю вдоха. Оставшиеся твари поджали дымящиеся хвосты и с позорным визгом растворились в каньоне, едва до их звериных инстинктов дошло, что стая уничтожена кучкой странных побрякушек в паре с куском дерева.
Мин небрежно стряхнул с посоха капли кипящей крови. Он обернулся к девочке, которая деловито отряхивала ладошки с сияющим от гордости за свои изобретения лицом. Впервые за всё время пребывания в Долине юноша поймал себя на мысли, что спутник в бою может быть не путающимся под ногами балластом, а весьма полезным подспорьем. Эта чумазая мелочь не истерила и не впадала в ступор, что было бы нормальным для ее возраста, вместо этого с поразительной точностью создавая ему идеальные окна для атак.
– Знаешь, малявка, – Мин усмехнулся, – твои игрушки весьма недурны. Пожалуй, с тобой можно иметь дело.
– Ещё бы! – Ру-Ру задрала перемазанный сажей нос. – Я же говорила, что мой разум заставит горы летать! А теперь пошли, старший брат. Мой компас сходит с ума. Мы почти на месте.
Забрав ядра с поверженных тварей они двинулись дальше.
Вскоре узкая тропа вывела их к подножию колоссальной скалы из чёрного оплавленного камня. В самом её центре зиял широкий зев пещеры, откуда не просто тянуло жаром, а вырывались волны настолько плотного давления, что воздух искажался наподобие марева над кузнечным горном. Дышать стало тяжелее.
Ру-Ру остановилась у входа выудив из сумки причудливую маску. Её обычная бойкость куда-то улетучилась, девочка нервно утёрла нос тыльной стороной ладони, размазав копоть ещё сильнее, и переступила с ноги на ногу.
– Там… внутри, – её голос слегка дрогнул. – Плотность ци превышает все мыслимые пределы. Нехорошее у меня предчувствие.
Мин молча кивнул. Под каменными сводами раскинулась гигантская пустота с озером, где вместо привычной воды бурлила густая белая жидкость, а окружающие берега светились вишнёвым отсветом.
Прямо над кипящей гладью в самом центре парил сгусток чистого пламени. Бесформенный огонь безостановочно сжимался и расширялся будто живое сердце, выплескивая наружу такую тяжелую ауру, что меридианы Мина разом отозвались болезненным стоном от перегрузки.
– Вот оно… – Ру-Ру уставилась на совершенный кузнечный материал с благоговением истинного мастера. – Сердце Каньона.
Чернильница завибрировала от раскатистого смеха Гу Ланя.
«АХАХА! Небеса благоволят нам, паршивец! – ревел древний дух, сотрясая стенки артефакта своей радостью. – Это природная купель из слёз земных жил, настоящий идеальный горн! Если ты погрузишься в это озеро и впитаешь энергию, твои меридианы переплавятся! Ты пробьёшь двадцать четвёртый и двадцать пятый каналы одним махом, замкнув контур Формирования Потока так, что сама Долина потом содрогнётся!»
Мин прикинул расстояние до парящего сгустка.
«Звучит заманчиво, дед. Но что-то мне подсказывает, что такие сокровища не лежат без присмотра.»
Озеро перед ними резко вздыбилось. Кипящая жидкость закрутилась чудовищным водоворотом, мгновенно взвинтив температуру до такой степени, что защитный кулон на груди Ру-Ру угрожающе затрещал, а волосы на макушке Мина стали обжигающе горячими.
Из центра водоворота вынырнула фигура. Сначала показались обсидиановые рога, за ними поднялась лишенная лица голова с единственной зияющей щелью, внутри которой полыхало густое пламя. Существо вырастало над поверхностью, сбрасывая с гигантских каменных плеч водопады.
Страж возвышался над ними на четыре человеческих роста. Тело порожденного самой сутью Кипящих Каньонов голема состояло из раскаленных добела блоков, между которыми вместо крови пульсировал жидкий огонь. В правой руке тварь сжимала грубо вытесанный из остывающего камня двуручный меч с бегущими по лезвию пламенными трещинами.
Аура стража удваивала давление в пещере. Эта мощь вплотную приближалась к пику Формирования Потока, надежно подкрепляясь каменной шкурой. Повернувший безликую голову к незваным гостям голем издал звук сдвигающихся горных хребтов.
Ручонки побледневшей Ру-Ру судорожно вцепились в кожаный фартук.
– С-старший брат… – пропищала она, делая шаг назад. – Мои игрушки… они против этого не сработают. Он же из чистого камня и огня! У меня не найдется ничего что бы пробило эту штуковину…
Мин остался на месте. Его глаза холодно скользнули по фигуре монстра, перекованное в демонической крови тело уверенно держало нагрузку, совершенно не позволяя давлению обрушить юношу на пол. Он выдохнул. Ци в каналах сжалась в тугую пружину.
– Игрушки оставь в карманах, малявка, – ровным голосом произнёс Мин.
Пальцы намертво стиснули сливовое древко. Левая рука уже скользнула за пазуху ради поиска заготовленных талисманов с древней грамматикой.
– Отойди к стене и не высовывайся. Кажется, пришло время проверить, насколько хорошо горят камни, если добавить к ним немного правильных чернил.
Голем занес свой тяжелый меч. Пещера содрогнулась.
Глава 3
Никаких розовых ленточек
Раскалённый пещерный воздух словно затвердел, едва безликий голем сделал первый шаг, однако эта чудовищная громада из магмы и камня совершенно не собиралась неуклюже переваливаться на неподъемных ногах, вместо этого обрушив на нарушителей пугающую, почти текучую грацию прорвавшегося лавового потока.
Каменный меч с пульсирующими прожилками рассёк пространство. Тяжёлое лезвие вспороло воздух и потащило за собой дугу гудящего пламени, хлестнувшую вслед за клинком на манер гигантского бича.
Мин даже не моргнул. Он направил упругую ци к ступням, и бесшумно скользнул в сторону от падающей угрозы. Огненный шлейф пронёсся буквально в волосе от его лица, слегка опалив кончики волос, в то время как само лезвие с оглушительным треском врубилось в берег кипящего озера, выбивая из дрогнувшей земли фонтан оплавленной породы, где каждый разлетевшийся осколок бил с убойной мощностью осадного орудия.
«Мальчишка, не вздумай принимать это на блок! – истошно рявкнул Гу Лань в глубине сознания. – Это тварь, рождённая самой сутью Кипящих Каньонов! Её ядро постоянно втягивает огненную ци из окружения. Твоя деревяшка вспыхнет быстрее, чем сухая солома, а следом в пепел превратишься и ты!»
«Я и без твоих мудрых советов вижу, что это не тренировочный манекен, дед», – мысленно огрызнулся Мин, мягко приземляясь на выступающий валун.
Духовное чутьё уже опутало фигуру стража невидимой сетью. Взгляд начертателя привык въедливо разбирать формации на базовые штрихи, поэтому сейчас он с абсолютным хладнокровием препарировал монстра и не находил под толстой каменной оболочкой привычных уязвимых органов, обнаружив там исключительно бушующий океан жидкого пламени. Эта субстанция безостановочно циркулировала по каналам-трещинам прямиком к сияющему ядру в центре груди. Бить в упор бессмысленно. Любой физический выпад попросту увязнет в раскалённой породе, тогда как заготовленные ледяные талисманы неизбежно испарятся ещё на подлёте из-за запредельной температуры воздуха вокруг шагающей печи.
Предстояло решить крайне специфическую задачу на логику с перспективой немедленного испепеления за малейшую ошибку в вычислениях.
Времени на раздумья голем выделять не собирался. Безликая голова дернулась, массивная тварь совершила совершенно немыслимый для своего громоздкого веса затяжной прыжок, и тяжелый клинок с гулом обрушился сверху вниз, выцеливая макушку замершего юноши.
Мин остался стоять. Его левая кисть неуловимым жестом швырнула прямо себе под ноги лоскут пергамента с давно проверенной связкой из «Круга замыкания» вместе со «Знаком отторжения», только вектор удара юноша намеренно заложил прямиком в собственные сапоги.
Взрыв нейтральной ци сработал идеально. Спрессованный кинетический импульс вышвырнул начертателя из-под опускающейся смерти под невероятно острым углом ровно в ту долю секунды, когда меч голема уже дробил оставленный валун в серую пыль. Прокрутившись в воздухе, юноша упруго приземлился на ноги в добром десятке шагов без единой царапины.
– Старший брат! Он впитывает жар от озера! – звонко крикнула вжавшаяся в скалу Ру-Ру. Девочка не паниковала, её глаза-блюдца безотрывно следили за боем. – Его броня самовосстанавливается!
Уголки губ Мина поползли вверх.
«Как разрушить раскалённый камень? – пронеслось в его голове. – Резкий перепад температур разорвёт любую породу. Но чтобы заморозить его, нужно сначала лишить эту печь топлива».
Пальцы начертателя ловко выудили из потайного кармана лист плотной бумаги с тускло-серой вязью.
До сегодняшнего дня применять двенадцатый символ первого круга в реальном бою не доводилось, ведь мастера Обители малевали этот скучный «Знак затухания» исключительно ради гашения случайных выбросов ци у нерадивых послушников в безопасных тренировочных залах. Контур исправно поглощал энергию, жадно проглатывая десять долей силы ради крохотного выхлопа в три, отчего для любой нормальной атаки он подходил хуже гнилого помидора. Мин же радикально перекроил изначальный рисунок по безжалостной древней грамматике Гу Ланя и обильно влил в изломанные линии концентрат из лунной лозы с примесью серебрянки, превратив банальный глушитель в глухую петлю-удавку для любой чужеродной ауры.
– Малявка! – голос Мина ударил поверх рева гейзеров. – Твоя бронзовая жаба! Готовь её! Бросишь по моей команде точно в грудь этой твари!
Мелкая артефакторша смекнула всё без дополнительных лекций. Ладошки тут же выхватили из бездонных глубин кармана ту самую пузатую бронзовую жабу, под завязку набитую спрессованной морозной росой, и пальцы девчонки принялись лихорадочно выкручивать запорный механизм ради перевода мирной железяки в режим объемной детонации.
Голем протяжно заскрежетал породой на развороте. Выделяемая им огненная ци опасно сжалась перед неминуемым выбросом широкой пламенной волны.
Отсиживаться в глухой обороне было опасно. Взвывшие от нагрузки двадцать три меридиана протолкнули свежую ци к ногам, и Мин сорвался с места прямиком навстречу разъяренному монстру, виртуозно петляя между плюющимися кипятком небольшими гейзерами. Гигант ударил на опережение, срезая возможные траектории широченным махом клинка.
Юноша рухнул на спину, благополучно пропустив смертоносную дугу над собой, и на одной лишь инерции проскользил по раскаленному слою пепла аккурат между массивных ног чудовища. Выгадав нужное мгновение под самым брюхом пылающей твари, начертатель с силой впечатал зажатый серый пергамент точно в пульсирующую трещину.
– Спи, – ледяным шепотом произнес Мин, вливая искру ци.
Скрытая в бумаге древняя грамматика активировалась без малейшей задержки, позволив агрессивному контуру впиться в каменную породу с хваткой ненасытной пиявки. Вырывавшееся из всех щелей ревущее пламя резко захлебнулось, а ослепительный внутренний свет мгновенно скис до состояния тлеющей золы, поскольку символ принялся эбеспощадно давить любые попытки ядра вытянуть свежую огненную ци из окружающей среды. Засов щелкнул.
Гигант замер с занесенным оружием, теперь двигаясь рывками, словно всё его тяжеловесное тело по шею погрузили в остывающую патоку.
– ДАВАЙ! – рявкнул Мин, выкатываясь из-под ног монстра и вскакивая на свои ноги.
Девочка сработала идеально. Мелкая чумазая фигурка отважно выпрыгнула из-за безопасного выступа, отправляя металлическую амфибию по красивой высокой дуге аккурат в грудную клетку дезориентированного монстра.
Мин крепко перехватил обеими ладонями свой посох. Хлынувшая в волокна древесины энергия укрепила древко получше любой стальной оковки, так что парень лишь развернул плечи, привычно нащупал ту самую неуловимую паузу на выдохе по жесткой науке деда Лао и всадил дерево вперед. С громким треском торец придал летящей безделушке воистину сумасшедшее ускорение, вколачивая снаряд прямиком в свежую выбоину потухшего панциря, где хрупкий медный механизм окончательно сдался под внешним давлением. Какого-либо оглушительного грохота не последовало, однако результат с лихвой перекрыл ожидания.
Тщательно спрессованная чумазой артефакторшей морозная эссенция выплеснулась в окружающее пекло неестественно студеной волной, за долю вздоха облепив остывающий камень толстым панцирем мерзлого инея. Искусственно созданный температурный провал вышиб из каменной брони противный зудящий скрежет, а следом массивный корпус покрылся сетью глубоких рваных трещин, избавляясь от верхних пластов породы прямо на глазах.
– А теперь… финал, – глаза Мина потемнели, став похожими на два бездонных колодца.
Забыв про остатки бумажного арсенала, Мин вытянул резервы внутренней ци к двум сложенным пальцам правой руки, пока энергия не уплотнилась в гудящее, невидимое лезвие того самого проникающего удара. Пружинистый толчок подбросил его на уровень груди осыпающегося гиганта. Пальцы с силой погрузились в изувеченную ледяную трещину, повторяя безупречное движение каллиграфа, выводящего последний штрих сложного символа.
Сжатый духовный луч пропорол уязвимую структуру навылет и намертво впился в оголенное ядро голема, после чего каменная туша просто перестала существовать как единое целое. Монстра разорвало изнутри, щедро осыпав берег озера тысячами дымящихся мерзлых осколков, пока выпавший тяжелый меч с грохотом разваливался надвое. Слегка дымящийся, но абсолютно целый посох лег на плечо тяжело выдохнувшего юноши, чьи сапоги коснулись твердой земли.
Сквозь утробное бульканье геотермальных луж пробился тонкий стеклянный звон выкатившегося на поверхность граненого кристалла размером со спелое яблоко. Густое багровое пульсирование больше не несло в себе смертельной угрозы. Отсиживавшаяся за выступом Бай Руи не выдержала, с восторженным писком метнувшись прямо к остывающим обломкам, где и рухнула на колени, благоговейно прижимая теплую добычу своими ручонками к кожаному фартуку.
– Старший брат! – её голос дрожал от щенячьего восторга.
Пальцы с какой-то фанатичной нежностью прошлись по граням остывающего кристалла, после чего взгляд девчонки намертво прикипел к зажатому в руке юноши сливовому посоху.
– Брат Мин! – затараторила Ру-Ру, подпрыгивая на месте. – Это ядро… оно идеально! Просто безупречно! Если я выстрою контур стабилизации и вживлю этот кристалл в навершие твоего посоха… О, предки! Древесина перестанет гореть от твоей плотной ци! Ядро будет поглощать излишки твоей энергии, накапливать её, а при ударе – высвобождать волну концентрированного пламени! Твоя палка превратится в артефакт разрушения, достойный старейшин! Дай мне всего день, и я сделаю из него шедевр!
Мин смерил прыгающую девчонку долгим взглядом.
– Малявка, – тяжело вздохнул он, покачав головой. – Тебе сколько лет? Ты звучишь так, будто под этим грязным фартуком прячется седобородый патриарх, проживший три сотни лет. «О, предки», «артефакт разрушения»… Ты же маленькая девочка.
Бай Руи удивленно захлопала ресницами. Она непонимающе склонила голову набок и крепче прижала к груди тяжелую добычу.
– А как я должна звучать? – искренне возмутилась она. – Меня дедушка воспитывал в кузне! Он так с нерадивыми подмастерьями разговаривает, когда они пропорции реагентов путают!
Мин наставительно поднял палец, тщательно поддерживая на лице совершенно издевательскую серьезность.
– Маленьким девочкам положено вести себя иначе. Тебе следует мило захлопать глазками, тоненько пискнуть: «Ой, старший брат Мин, какой красивый сверкающий камушек! Подаришь его мне? Мы привяжем к нему ленточку!» А не рассуждать с видом седого мастера о пропускной способности древесины и контурах стабилизации!
Бай Руи уставилась на парня. Выглядело это так, будто он на полном серьезе предложил ей отведать наваристой похлебки из пещерных жаб. На вытянувшемся лице девчонки скривились губы, а когда она возмущённо передёрнула худенькими плечами, целый арсенал развешанных по кожаному фартуку молоточков выдал тревожный металлический перезвон.
– Какая ещё ленточка⁈ – возмущенно пискнула она, собственнически прижимая к груди тяжелое ядро голема. – Разве розовая дрянь повышает проводимость духовной энергии? Или милое хлопанье ресницами удержит температуру плавки, когда металл готов брызнуть тебе прямо в глаза⁈ Чушь собачья! Это совершенно, абсолютно никак не поможет в высоком искусстве создания артефактов!
Задрав перемазанный нос к самому своду пещеры, мелкая мастерица тут же ожидаемо покачнулась на неровном гравии.
– Дедушка всегда говорил: если артефакт не пробивает шкуру духовного зверя, значит, мастер думал о птицах на небе, а не о нормальной закалке!
Мин всё-таки не сдержался, и наконец засмеялся, а девочка поняла, что он над ней подшучивает. В безумных реалиях Долины, где разодетый в шелка аристократ запросто вспарывал живот случайному прохожему за неловкий вздох, эта фанатичка горна внезапно оказалась очень адекватной и приспособленной. С ней хотя бы было понятно, как вести дела.
– Как скажешь, дедуля в теле маленькой девочки, – хмыкнул юноша, отворачиваясь к кипящему озеру. – Обойдемся без ленточек.
Гу Лань тем временем весьма одобрительно закряхтел прямо из-за пазухи.
«А девчонка-то зрит в корень! – пророкотал Владыка Звездного Предела. – Истинное Дао куется в пламени и крови, а не в шелках! Тебе бы поучиться у неё серьезному отношению к ремеслу, паршивец!»
«Угомонись, ископаемое, раз шуток не понимаешь», – мысленно отсек Мин. Лицо начертателя снова застыло непроницаемой маской.
Наслаждаться триумфом вечно им бы никто не дал. Пещерный жар упорно продолжал давить на плечи. Глухой рокот плюющихся грязью источников недвусмысленно давал понять, что местная экосистема вот-вот выкинет очередной смертоносный фокус, так что задерживаться тут дольше необходимого было откровенным самоубийством.
Отведя взгляд от свежедобытого кристалла, Мин посмотрел в самый центр огромного грота. Там, над молочно-белой бурлящей жидкостью, висел сгусток неистового огня.
– Твои амбиции артефактора похвальны, малявка, – спокойно произнёс Мин, опираясь на древко. – Но давай вернемся к тому, зачем мы вообще припёрлись в эту печку. К Сердцу Каньона.
Юноша ткнул пальцем в сторону пульсирующей над озером плазменной аномалии.
– Как именно ты собираешься его забирать? Голыми руками в карман фартука сунешь, или у тебя припасена пара артефактов для обвязки стихийной бомбы?
Девчонка мгновенно осеклась, растеряв весь свой запал. Она осторожно подобралась к осыпающемуся краю берега и принялась усердно грызть нижнюю губу, озадаченно разглядывая зависший в воздухе огненный феномен.
– Не понимаю… в трактатах Кузни же писали, что это минерал! – растерянно пробормотала Ру-Ру, попутно обшаривая свои бездонные карманы. – Остывшая порода, впитавшая жар жил… А это чистая и абсолютно нестабильная огненная ци! Коснись я её обычным захватом, и эта дрянь прожжёт мои щиты за половину вдоха.
Из недр кожаного фартука на свет появился заляпанный маслом блокнот, и девочка с тяжелым выдохом принялась яростно листать исписанные страницы.
– Старший брат, мне понадобится время. Я-то думала, мы будем ковырять камень, а не ловить сачком живое пламя, так что теперь придётся с нуля собирать контур термического удержания. Если я переплавлю пару своих бронзовых заготовок и выстрою клетку из подавляющих рун… на это уйдёт не меньше половины дня. И мне понадобится твоя ци для охлаждения металла, моей не хватит… беда какая беда…
Мин покачал головой. Левая рука юноши скользнула к серебряному ободку на пальце.
Воздух коротко мигнул. На ладони появилась гладкая подставка из Морозного Нефрита, тот самый кусок резного камня, ради которого наследнику клана Цзинь пришлось вытерпеть публичную порку на Теневом Аукционе.
Минерал немедленно выбросил вокруг себя ощутимую стужу. Столкнувшись с местным жаром, морозный фон породил плотную клубящуюся дымку, полностью скрывшую кисть начертателя.
– А если мы немного ускорим твою инженерную мысль? – Мин протянул артефакт девочке. – Эта штука удерживала эссенцию Корня Звёздного Очищения. Подойдёт?
Глаза артефакторши округлились. Затаив дыхание, она обеими руками сгребла нефритовый поднос с такой благоговейной дрожью, словно ей только что вручили скрижали самих праотцов.
– Морозный Нефрит… Да ещё и с идеальной внутренней огранкой! – выдохнула она, мгновенно забыв обо всём на свете. Её пальцы пробежались по кромке камня, считывая невидимые глазу простого смертного потоки. – Старший брат, да ты просто ходячая сокровищница! Откуда у бродячего начертателя такие вещи⁈ Нет, это конечно не такая дорогая вещь, но редкая и качественная!
– Считай, что выменял на гнилую редиску, – хмыкнул Мин. – Сможешь с этим работать?
– Ещё бы! – Ру-Ру уже сидела на корточках, разложив инструменты прямо на горячем пепле.
Дальнейший процесс расставил все точки над «и». Пигалица заслужила свой титул кровью и потом.
Ее измазанные сажей пальцы замелькали над минералом с маниакальной скоростью. Крошечное стальное зубило уверенно вгрызалось в породу, отсекая все лишнее, и девочка не просто портила дорогой материал, а на ходу перекраивала саму его энергетическую суть. Подставка треснула, распавшись на четыре аккуратных прямоугольника. Девочка тут же намертво стянула куски морозного камня витками серебряной проволоки, вытащенной из глубин необъятного кармана, после чего немедленно приступила к гравировке свежих проводящих каналов прямо на стенках получившегося импровизированного ларца.
«Невероятно… – голос Гу Ланя в сознании Мина ощутимо дрогнул. – Она перенаправляет охлаждающий массив так, чтобы он не просто изолировал жар, а создал внутри петлю! Эта девчонка чувствует ци материалов лучше, чем многие седобородые артефакторы моей эпохи. Мальчишка, если ты не заберёшь её с собой, я лично прокляну твои меридианы!»
Наблюдающий за процессом Мин быстро отметил про себя полное отсутствие лишней суеты или привычных для рыночных ремесленников показных замахов, ведь каждый поворот миниатюрного зубила в ее руках вымерялся до крохотной доли миллиметра. Работа заняла от силы четверть часа. Теперь на остывающем пепле покоился готовый нефритовый ларчик с пульсирующими внутри стенок голубыми прожилками перестроенного контура.
– Готово! – Ру-Ру утерла лоб тыльной стороной ладони, щедро добавив на кожу свежей копоти. – Старший брат, направь свою ци в основание. Как только Сердце окажется внутри, я замкну крышку.
Юноша подобрался к самому краю булькающего резервуара. Стоило ему направить уплотненную нить собственной энергии прямиком в основание артефакта, как сплетенный девчонкой морозный массив резко развернулся и ударил по парящему пламени направленной ледяной тягой. Сгусток стихии нервно дернулся. Сердце Каньона попыталось вырваться из захвата, однако хитроумная петля намертво зацепила строптивую породу и втянула добычу прямо в подготовленную емкость.
Серебряный фиксатор звонко щелкнул под пальцами подоспевшей девочки, наглухо запирая крышку. Полупрозрачный нефрит моментально налился багровым свечением, а стенки ощутимо раскалились от бьющейся внутри аномалии, но буквально через пару вдохов обновленные контуры охлаждения успешно задавили избыточный жар, и ларчик окончательно остыл до состояния тусклого кубика.
Ру-Ру судорожно прижала спасенный минерал к кожаному фартуку. Ее узкие плечи мелко затряслись, и скопившаяся влага наконец-то прорвалась наружу, смывая копоть с подбородка.
– Мы сделали это… – прошептала она, шмыгая носом. – Дедушка будет спасён. Теперь Совету придётся признать его правоту.
Задрав голову, девчонка уставилась на начертателя без привычного заносчивого прищура.
– Спасибо тебе, старший брат Мин. Если бы не ты, я бы осталась здесь горсткой пепла. Моя жизнь и жизнь моего дедушки – теперь в твоих руках. Кузня Огненного Гребня может быть слепой, но клан Бай свои долги помнит всегда.
Юноша прервал эти излияния коротким взмахом ладони.
– Долги оставим на потом. У нас ещё есть незаконченное дело.
Шмыганье носом прекратилось. Девочка бережно упаковала добычу в бездонный карман, похлопала по нему ладошкой и деловито подбоченилась.
– О да! Твой посох! Раз уж мы управились с Сердцем так быстро, нам не нужно никуда спешить. У меня с собой полный походный набор гравировщика. Я не буду делать наспех. Я выстрою идеальную сеть стабилизации, вживлю ядро голема так, что оно станет с древесиной единым целым! Но на такую тонкую работу уйдёт пара дней. Здесь, в пещере, никто не помешает. Да и жара не будет так давить, если отойти подальше от этого бурлящего озера!
Передача личного оружия в чужие руки обычно граничила с безумием, однако Мин без лишних колебаний вручил сливовое древко мелкой мастерице, поскольку прекрасно понимал, что эта фанатичка скорее откусит себе пальцы, нежели испортит качественный материал. Ру-Ру приняла тяжелую палку с таким почтением, будто ей передали императорский скипетр, и тут же принялась оглаживать вырезанную чешую драконов.
– Я не подведу, старший брат! – пообещала она, усаживаясь на относительно ровный кусок камня и выуживая инструменты. – А чем займёшься ты? Будешь медитировать?
Мин перевёл взгляд на булькающую белую поверхность, щедро источавшую клубы насыщенного хаотичной ци пара. Гу Лань внутри артефакта безошибочно распознал ту специфическую сосредоточенность на лице носителя, которая всегда предшествовала очередной порции издевательств над собственным телом.
– А я, пожалуй, приму ванну, – спокойно ответил юноша.
Он расстегнул пояс и стянул куртку вместе с остатками рубахи, обнажив плотно сбитый мышечный каркас. Кожа на лопатках и вдоль позвоночника бугрилась затянувшимися следами от недавней демонической купели вперемешку с отметинами от нанесенных еще в обители знаков отражения прямиком на тело, образуя своеобразную летопись его выживания в Долине.
Оторвавшись от созерцания резьбы, Бай Руи разинула рот.
– Ванну? – пискнула она, наблюдая за шагающим к обрыву начертателем. – Старший брат, ты с ума сошёл⁈ Это же концентрированная хаотичная ци! Это не вода, это жидкое пламя, смешанное с ядом земных жил! Оно растворяет плоть до костей за три вдоха! Стой!
Девчонка подорвалась с камня в попытке уцепиться за край его штанины, но опоздала ровно на один шаг.
Ноги Мина погрузились в кипящую белую жижу. Ру-Ру инстинктивно зажмурилась, приготовившись к тошнотворному звуку испаряющегося заживо мяса и крика, однако своды пещеры так и не наполнились предсмертным воплем. Осторожно приоткрыв сперва один глаз, а затем и второй, девочка застыла на краю берега.
Парень неторопливо заходил в агрессивную среду по пояс, затем по самую грудь, в то время как смертоносная стихия отказывалась выжигать его внутренности. Бурление жидкости в радиусе пары метров от юноши внезапно сгладилось. Кипящий расплав закрутился ровной воронкой, послушно огибая фигуру пришлого практика.
Перекроенные экстремальными перегрузками двадцать три меридиана распахнулись на полную пропускную способность, чтобы бесперебойно всасывать этот концентрированный яд земных жил прямо сквозь поры. Стоящий по шею в озере Мин просто закрыл глаза. Его бледная кожа стремительно наливалась раскаленным медным оттенком, переваривая колоссальный объем нестабильной энергии вместо того, чтобы обуглиться и сползти с костей.
Ноги девочки подогнулись, и она тяжело плюхнулась обратно на камень в обнимку с деревянным посохом. Привыкший оперировать строгими чертежами и точными замерами мозг банально отказывался классифицировать происходящее сумасшествие в рамках известных законов Долины. Проследив за укрощенной воронкой пламени вокруг невозмутимого лица юноши, Ру-Ру обреченно кивнула собственным мыслям.
– Дедушка говорил, что истинные монстры культивации рождаются не в золотых дворцах… – тихо прошептала она. – Кажется, я только что нанялась на работу к одному из них.
Глава 4
Рождение Истинного Оружия и Рев Зарождающегося Потока
Пещерный полумрак отдавал тухлой серой, и Бай Руи сидела посреди этой духоты, скрестив ноги. На брошенном поверх камней куске звериной шкуры валялся отполированный чужими руками сливовый посох, а по соседству с ним подрагивало багровое ядро хранителя Каньонов, от которого во все стороны расходились волны душного тяжелого жара.
Девочка склонила голову набок. Из её карих глаз разом выветрилась всякая детская дурь, уступив место расчетливой хватке настоящего мастера артефактов, привыкшего оценивать материал с точностью до пылинки. Обычный практик увидел бы просто крепкую палку, но Ру-Ру прекрасно понимала, что волокна этой невероятно плотной древесины способны прогонять сквозь себя целые реки энергии, вот только сейчас они оставались совершенно слепыми из-за отсутствия нормальных направляющих русел, отсюда и потери. Добытый же кристалл представлял собой комок первобытной природной мощи, который мог рвануть от любого чиха.
– Слишком грубо, – пробормотала Ру-Ру, размазывая сажу по носу. – Если просто вживить кристалл в навершие, как делают эти деревенские кузнецы-недоучки, при первом же серьёзном вливании ци древко разорвёт в щепки, а владельцу оторвёт руки. Нет, здесь нужна истинная гармония, как Инь и Ян. Дерево должно стать венами, а огонь – кровью.
Мелкая ручонка деловито нырнула к поясу, где среди связок инструментов болтался пространственный мешочек. Сплетенная из нитей Пустотного Шелкопряда и украшенная золотым гербом клана Бай вещица внешне казалась совершенно невзрачной, хотя на деле в эту крохотную тряпочку можно было без проблем запихать содержимое приличного складского павильона. Узнай какой-нибудь жадный старейшина захудалой секты о наличии подобного артефакта у пигалицы на втором уровне Пробуждения, подавился бы воздухом.
