Текст книги "Светлый огонь. Ход королевой (СИ)"
Автор книги: Ольга Зима
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)
Ураук щерится, но уходит, Ула проводит его подозрительным взглядом, и только когда шум совсем затихает вдали, торопливо склоняется к Мэю.
Ула бледнеет от ужаса, Мэй – давно бледен от удара, и оба они сейчас отдают слегка голубоватым оттенком кожи. Фоморка садится рядом с волком на колени, склоняется, почти припадая ухом к земле, чтобы заглянуть в лицо, поспешно и беспокойно стягивает одну перчатку, шлем, протягивает пальцы, пытаясь уловить дыхание, к лицу Мэя. Дышит волк слабо, но дышит, пусть синеватая бледность – ровно как у фоморки, только разбавленная водой – не обещает, что это будет долго.
– Мэ-э-эй… – всхлипывает она. – Почему сегодня?.. Я ведь так давно пыталась сбить с тебя шлем… – сердито стирает накатившие слезы. – Ну почему ты поддался именно сегодня?
Волк не отвечает, не меняется в лице, только продолжает очень нехорошо бледнеть.
– Я тебя прошу, Мэй, я тебя прошу, выживи! – вытягивает из-под своего доспеха тонкую серебристо-голубоватую цепочку, на которой висит небольшой кулон с оплетенной тем же металлом жемчужиной. Опасаясь трогать голову, наматывает цепочку на ладонь волка, упрятывая жемчужину в кулак. – Это все, чем владеет Ула, дочь Эрхи, пусть мой талисман хранит твою душу! Оставайся, Мэй, оставайся!
Может быть, это обман зрения, но лицо Мэя как будто чуть розовеет.
– Расскажу воде, и не быть беде, – торопливо шепчет фоморка дрожащими губами, собирая ладонью утреннюю росу.
Позади опять слышен шорох, Ула вскакивает, срывает с пояса шестопер и со всей яростью, всем негодованием бьет им возле головы Мэя.
Мэй ловит то, что осталось от Улы, ту магию, что благие зовут флером, и тратит ее не на себя, не на то, чтобы затянуть раны, а чтобы подать знак – фоморы ближе, чем думали они все. Они уже подле Черного замка…
* * *
После короткого совещания и вестей от гонцов, а особенно, от мыслекрика Мэя стало понятно – по густому белому туману, все сильнее затягивающему не только низины, но и возвышенности, фоморы подошли близко. Видеть их удавалось лишь столкнувшись нос к носу, что по большей части заканчивалось гибелью для того, кто с ними сталкивался. За Мэя волновались все, несмотря на то, что его местонахождение удалось определить достаточно точно, и небольшой отряд уже выдвинулся, чтобы забрать его и доставить в Черный замок. Остальные войска, волчьи, лесные, степные и небесные, что находились вне стен замка, замерли, не давая о себе знать, но готовые к бою.
– Джаред, твое слово, – произнес Дей, не останавливаясь. Не в силах стоять на месте, он ходил из угла в угол.
– Логичнее было бы остаться в Цитадели. Не мне вам указывать, мой король, но нападающие всегда теряют в три раза больше, чем обороняющиеся, – привычно тихо, непривычно торопливо доложил советник.
– Джаред, как реагирует наша благая магия на фоморову… как ее, – щелкнул пальцами Дей, – мару?
– Мару или флер, как они ее называют. Плохо, мой король, – после паузы признался Джаред. – Особенно когда благой воздух наполнен влагой.
– И они явно не знают, что обнаружены? – еще более напряженно спросил Дей, наконец остановившись.
– Да, мой король. Встретиться бы с их вожаком…
– Бранн, ты можешь стянуть этот фоморов… эх, теперь и выругаться от благой души не получится! Ты сможешь сдернуть эту влагу?
– Мой король, что вы задумали? – встревоженно справился Джаред. – Королевский волк Бранн, вы правда это сможете?
Неблагой замер на миг. Бесчисленные каскады благих и неблагих формул перестали крутиться в сознании, сложившись в весьма определенный набор простейших магических действий.
– Мне понадобятся силы звездочета и госпожи белошвейки. Их магия – защитная. Не беспокойтесь, начальник замковой стражи, вашему ребенку ничего не угрожает, – добавил он для возникшего словно бы из ниоткуда Алана. – Конечно, потребуется время и силы, особенно если принимать в расчет…
– Бранн сможет, – резюмировал за друга Дей. – Они не ждут ничего, таятся, готовясь к одному решающему удару. Возможно, хотят одним махом сокрушить стены Цитадели. И это возможно, если Нис понял, как управлять этой выкраденной… бумагой! – выплюнул Дей как ругательство. – Джаред, до гарнизонов дошли наши приказы?
– Да, мой король.
– Есть одно «но», – вклинился неблагой. – Я не смогу держать магию неубийства и стягивать флер одновременно.
– Это было бы слишком хорошо для нас, – глубоко вздохнул Дей. – Джаред, готовься.
– К чему, мой король?
– Мы атакуем. Я доберусь до него первым! Все услышали меня?!
По собравшимся в зале ши пробегает шум, словно от прибоя. Опаска, страх, недоумение, восхищение – множество чувств сменяется одно другим. У более молодых – восхищение, у ши постарше – больше опасений, но зато они привычно подчиняются владыке Благого мира и преклоняют колена, прижимая к сердцам сомкнутые кулаки – знак полного подчинения, отдачи «всего, кроме чести».
Советник торопливо отдает приказы: как только туман рассеется, волки – тараном вперед, лесные – справа, небесные – слева. Все просто, ничего лишнего.
«Эх, гарнизоны бы сюда…» – шепчет один из лесных, советник что-то тихо отвечает ему, и тот перестает быть таким мрачным. Гарнизоны у прибрежных вод малочисленны, но чем ближе к Черному замку, тем они сильнее, и они не останутся в стороне.
Бранн с встревоженными Джослинн и Дженнифер торопится на самый верх Башни Снов.
– Дорогая госпожа Дженнифер, – спокойно начинает Бранн, – до того момента, когда мы начнем, я должен сказать вам, что это все же опасно. Не до такой степени, чтобы я мог отстранить вас, но все же…
– Я буду переводить, – хватает Джослинн за руку подругу. – Это опасно, но кто, кроме нас?
Черноволосая волчица мягко улыбается, гладит серебряные волосы звездочета, оборачивается к Вороне.
– Я ношу ребенка, Бранн. Я более других заинтересована в том, чтобы в Светлых землях воцарился мир. Я буду осторожна за двоих. Даже за троих.
– Бранн, что не так? Бранн, милый, ведь что-то не так?
Его прекрасная звезда отбрасывает за спину серебристые пряди, смотрит на него такими родными светло-серыми глазами.
Бранн молчит, потому что много чего не так. И не только потому, что они находятся в осажденном замке.
Бранн знает про ранение Мэя, не знает только, нашли его или нет, поэтому не уверен, говорить ли что-то его матери или повременить, чтобы не смущать волчицу, обладающую крайне редкой магией защиты. Но перед ним сейчас другая дилемма, куда серьезнее и страшнее.
А ведь Джослинн его жена, его жена по неблагим законам, а Дженнифер – приятная мать его друга Мэя. А ведь в паре должно быть равенство, так что же выбрать неблагому – приблизить Дженнифер или отдалить Джослинн? Отдалить Джослинн правильнее, проще и быстрее, но тут неблагой был в полном согласии с собой – этого делать не хотелось категорически. Он вздохнул, мысленно попросил прощения у собственной жены, понимая, как это может аукнуться на их и без того хрупкое понимание, и отвел от себя Джослинн. Вот они не проводят вместе чудесный день под благими звездами, и Бранн не плетет брачную арку, Джослинн не целует Бранна, а он и вовсе не знакомится со звездочетом…
Серебристые глаза Джослинн холодеют, словно набирая мглу из окружающей их хмари.
«Прошу, только не забудь меня совсем», – шепчет Бранн, торопливо – сегодня они все делают торопливо – отодвигая от себя Джослинн. Может быть, есть способ сделать это менее болезненно, но не столь быстро и не так надежно.
– Бра-а-анн, – озадаченно произносит Джослинн, потирая висок. – Мне привиделось что-то очень нехорошее…
– Ты готова? – кратко спрашивает Бранн через боль, собравшуюся в горле. Ему почти так же больно, когда он решил, что Дей ему больше не друг. А может, еще больнее. Разберемся потом.
– Я готова, – так же кратко отвечает Джослинн. Прижимает кулак к груди, хоть она и не королевская волчица. – Готова отдать свою жизнь на благо Дома Волка. И тебя, Бранн.
Неблагой вспыхивает радостью от того, что Джослинн и правда говорит все с той же любовью, затем смаргивает и отводит захолодевший взгляд. Что будет потом, гадать можно, только смысла мало.
– Вы имеете редкий дар, дар защиты. Он зиждется на том, что является основой вашего мира. На любви.
Бранн осторожно разворачивает обеих женщин к зубцам стены, к плотному мареву, закрывающему поля, лес и даже горы.
– Что нам делать, Бранн? – деловито спрашивает Дженнифер.
– Выровняйте дыхание. Соедините руки. Подумайте о своих близких, подумайте о тех, кто вам дорог, а потом сдерните эту белую мглу. Она хочет навредить всем в этом мире. За этим пологом прячутся наши враги, – Бранн продолжал говорить все более монотонно, выводя ши за пределы их сознания, свивая их магические сущности и выпуская всю их силу туда, где прятались воины морского царя. Стягивает – и возвращается обратно, прикрывая Черный замок магическим щитом, укрепляя его тем, что есть – собственной фоморовой магией, таинственным флером, поддающейся неблагой руке. И пусть Бранн не рожден волком, он не собирается бросать без защиты ни воинов, ни мирных жителей цитадели.
Он бросил торопливый взгляд на поле, которое скоро вновь станет полем боя, и перевел дыхание. Из синевы неба выступили далекие горы, сине-зеленые верхушки далеких елей, и покрытая снегом земля перед Черным замком.
Глава 10. Кто прав
Фоморы были все-таки не столь близко, как думалось Бранну. Однако земля содрогалась под чьими-то копытами, негодовала, но не могла помешать. Толчки становились все более отчетливыми и быстрыми, то ли магическими, то ли телесными. Черные точки, которыми вмиг заполнился горизонт, росли на глазах. Гигантские крабы с поднятыми клешнями, огромные кони, парящие по воздуху, летящие в небе то ли птицы, то ли животные со всадниками на спинах…
Вдоль позвоночника прошел холод, а Дженнифер и Джослинн, держась за руки, направляли всю свою силу на поддержание защиты. Бранн порадовался, что в его далеком детстве в него долго и прилежно вколачивали именно эту часть магии, и теперь он мог использовать ее целенаправленно и осторожно, тратя как можно медленнее, не растрачивая по пустякам.
Животные, не похожие ни на что, виденное Бранном, присели на длинные хвосты, выдохнули – и выплюнули чистое пламя. Разноцветные языки прочертили небо, соединились в один и взорвались, ударившись о защитный купол. Джослинн застонала – слишком неожиданна и сильна была нагрузка.
Бранн прикусил губу, не имея возможности позвать кого-то на помощь. Хорошо, что у волков этого не требовалось. Послышался топот ног, и подле Дженнифер стал Алан, держа ее за плечи, а за Джослинн – старый-престарый ши, словно стершийся от времени.
– Хранитель, – еле слышно шепнул Алан для Бранна. – Не самый приятный ши, но Джослинн – его воспитанница. Он поможет.
Силы и правда прибывали так быстро, что Бранн даже откладывал немного про запас, чтобы не истратить раньше времени всю имеющуюся у него магию.
Очередной выхлоп странных тварей – и теперь уже не взрыв, а поглощение на еле заметной, слабо переливающейся сфере.
– Стабилизация? – донесся до Бранна слабый мыслеслов советника. Джареда что-то или кто-то отвлекает, отсюда Бранну не понять, но он может и должен ответить:
– Почти. Оказалось труднее, чем я рассчитывал. Они… – снова залп, теперь в восьмую стену, там, где проход, куда когда-то били и галаты, и черные смерчи, пожиратели магии. – Вы видите это?
– Да, королевский волк Бранн. Это слабое место, они его нащупали не знаю как. Неужели Зельдхилл еще жив и выбрался на берег? Это плохо. Держитесь. Что? – голос советника становится тише, словно он говорил уже не с Бранном. – Конечно, лэрд Ллвид, еще бы нам это не пригодилось! Что?! Зачем вам это? Нет, я ничего не имею против вас и всего клана северных волков тем более, и крайне уважаю белых особенно. Разумеется, полгода в Укрывище меня не убьют, в отличие от моего короля. Да, я заручусь его согласием, если вы выполните свое обещание. Конечно, Ллвид, ваше слово – и есть ваше обещание. Я и не думал сомневаться, я просто… Король Дей, нет, рано, нельзя!
Джаред, как бы ему ни было жаль, отключается от неблагого. Дей спешит на поле битвы, но ему правда рано. Только как остановить его?
– Джаред, пропусти меня! – рычит Дей, сжимая свой любимый меч, пусть не столь грозный, как меч Нуаду, но верный его руке.
– Нет, мой король. Вы можете убить меня, но – нет, нельзя. Вы назначили меня главнокомандующим, а ему подчиняются все, даже короли.
– Я тебя назначил, но я же могу и сместить тебя, Джаред!
Джаред усмехается еле заметно.
– Почти такой же разговор когда-то состоялся у меня с вашим отцом, и я скажу вам то же, что сказал и ему. Вы можете сделать со мной что вашей душе угодно, даже убить, но только после войны. И вы знаете, что я прав, потому что сейчас не время спешить. Вы погубите не только себя, но и тех, кто вам дорог! Вы желаете драться с Нисом – это правильно. И я устрою вам это. Но драться вам следует только с Нисом! Только с ним, а не со всей армией ши-саа разом. Вы согласны со мной?
Дей, тяжело дыша, кладет руку на плечо советника.
– Хор-р-рошо, Джаред. Я подожду! Но не слишком долго.
– Мой король, дайте расчистить вам дорогу. Флинн, тебе тоже несладко, но будь рядом с королем. Нет! Остановил он двух шагнувших к нему волков. Все потом, – Джаред, вымотанный больше разговором с королем, чем нашествием обитателей моря, прикрыл глаза.
«Алан, мне отсюда ничего не видно, и все мне крайне мешают своими разнообразными мыслями и действиями. Так много ши вокруг, и так мало на кого можно положиться! Можешь перенести нас подальше отсюда и туда, где видно получше? Нет, главное, чтобы меня было видно издалека, – мыслесловом просит советник. – Да, и Ллвида тоже перенеси. Он обещал помощь в нужный момент. О, это очень важно! Не смешно, Алан. Потому что я все еще «его белый волчонок».
Воздух сворачивается вокруг короля и тех, кто рядом с ним, и выбрасывает их на смотровой выступ, на башню, что возвышается чуть позади главных ворот.
«Спасибо, Алан», – шепчет Джаред и поднимает левую руку вперед. Ворота распахиваются, опускается мост, прикрывая ров. Вершники, давно готовые к бою, вылетают четверо в ряд.
Взмах правой руки Джареда, и над всадниками со свистом проносятся эйтеллы, летучие кони, только-только осознавшие былую возможность летать. Их не так много, но и не мало. На них тоже всадники, держащие луки наизготовку.
Джаред сводит руки перед собой, а потом резко разводит их. Алан зажигает огни на самых дальних левой и правой башнях. Сигнал для наступления лесовикам и степным, затаившимся слева и справа.
Фоморы все ближе, они приближаются нескончаемыми морскими волнами. Посередине поля их встречает боевой клин волков, слева и справа наступают лесовики и степные. Чем ближе к Черному замку, тем ниже опускаются летучие твари фоморов, а плюющие огнем полускорпионы-полужуки прижимаются к земле. Чего это стоит Бранну и женщинам, неожиданно ставшими защитницами мира, Джареду остается только гадать. А вот что такое синие вспышки по центру, понятно. Бичи Балора, страшное оружие царской семьи, Ниса и Айджиана, рассекающие даже заговоренные доспехи. Нис близко, он рвется к Черному замку на новой волне магии, и он готов смести все на своем пути.
– Простите меня, – шепчет советник.
Родни будет очень зол, да и не дело изничтожать магических тварей, но советник щелкает пальцами. Из-под земли вылезают злые виверны. Волки направляют их на фоморов лёгкими разрядами – вот уж кому все равно, что или кого жевать. Жуткие оскаленные морды, безумный блеск глаз, и короткие крылья с бритвенно-острыми когтями, которыми так удобно рвать добычу. Первые ряды синих воинов сметает начисто. Но их словно прибывает ещё больше. Середина поля превращается в кровавую свалку, где сражаются одновременно воины Леса, Степи, Волка – против фоморов, а кое-где, как это часто бывает, чуть ли не друг с другом. Битва продолжается в воздухе, где эйтеллы из Черного замка рвут хищных летучих полуптиц-полурыб. Фоморы стреляют из арбалетов, ши – из луков. Подобравшиеся поближе животные, плюющиеся огнем, больше всего похожи на кальмаров, только очень больших. Они продолжают бить в уже закрытые ворота цитадели. А там, где бился Нис, вырастает фигура синего змея. И судя по его движению, летающего змея. Он медленно поднимается и движется в сторону ворот, но перед ним все еще очень много фоморов.
– Когда, Джар-р-ред?! – рычит Дей.
– Скоро, мой король.
Джаред вглядывается в горизонт, и еле заметно выдыхает.
– Что, Джаред? – ловит его эмоции Дей.
На грани видимости заметно движение – фоморы разворачиваются против нового врага.
– Гарнизоны, мой король, и все, кого они могли собрать по дороге. Они ударили в тыл ши-саа, и змей Ниса не сможет улететь далеко. Ллвид, ваш выход, – кивает Джаред белому волку.
Тот важно кивает, достает из кармана небольшой серебристый голяш.
– И что, теперь будем кидаться камнями? – восклицает Дей.
Джаред рад, что Дей видит даже это, но улыбается не из-за его новых способностей.
– Нет, мой король. Нам нужно, чтобы вы стали не одним из воинов, а тем, кто решит исход сражения. Лэрд Укрывища, старейшина Севера, мой родич, прошу, действуйте, и я выполню то, что обещал вам.
Ллвид вскидывает белую бровь, прищуривает и так надменно приопущенные тяжелые веки, шепчет наговор – и голяш на его ладони шевелится, превращаясь в серебристого ящера. Тот спрыгивает на пол, выпускает крылья, на глазах превращаясь в небольшого дракона. Этакого комнатного дракона.
«За королеву», – доносится со стороны ши.
«За царицу», – отвечают фоморы.
Джаред вздыхает от слишком похожего и очень неприятного воспоминания.
– Нет, мой король, это – ваше средство передвижения. Пора.
– Ну наконец-то! – восклицает Дей.
«Кормак, трубите: король вызывает короля», – мыслесловом приказывает советник.
Низкий звук тяжёлым рокотом проносится по полю, приглушая звуки боев, останавливая войну. И фоморы, и ши замирают, переводя дыхание, стирая пот, зажимая раны, подбирая павших.
Синий дракон стремится назад – отступить на время было бы верным, и такую стратегию Нису наверняка и советовали, но царевич находится там, где раньше была воронка в мир теней – и он не может отступить. А возможно, и не хочет. Нис – сын своего отца.
Теперь, хотел бы царевич сражаться именно против Дея или не хотел, уклониться ему не удастся. И от исхода схватки, замешанной не только на телесных возможностях, а на мужестве каждого, на истинной правде, будет зависеть все.
– Секунду, мой король, мой ро… Дей, береги себя, – Джаред обнимает удивленного короля первый раз с тех пор, как тот перестал быть ребенком. – Да храни вас Луг. Мы с вами, мы верим в вас, и пусть весь закон двух миров на стороне Ниса, на вашей стороне, Дей – вся правда Светлых земель, вся истина, все наши ценности, всё Благо. Вы с Алиенной любите друг друга, вы венчаны Кольцами, вы – наша гордость, вы две половинки единого целого, пусть все Книги мира говорят об обратном!
– Спасибо, Джаред, – как всегда, от души отвечает Дей, отстраняется, хватает копье, вскакивает на все растущего дракона, как на коня, и тот взмывает в темное небо.
– Флинн, пойдем, – торопит советник лесовика.
– Куда вы? – останавливает Ллвид уходящего Джареда.
– К королевскому волку Бранну.
– Помни про долг. Полгода, племянничек, и ни днем меньше, – еле заметно усмехается Ллвид.
Джаред вздыхает. Все благие ши на одной стороне, но почему выгадать что-то для себя остается на первом месте?
– Приезжай когда захочешь, – неожиданно тихо говорит Ллвид и протягивает Джареду еще один серебристый голыш.
«Алан, – тихим мыслесловом тянется советник. – Не переноси нас, я вижу, что все на пределе. Мы будем через пять минут».
«Не уверен, что у нас есть даже минута».
«Что? – холодные пальцы пробежались по спине Джареда, сжали горло, не давая вздохнуть. – Вернее, кто?»
«Хранитель. Он истаял. Неприятный был ши, но выложился ради своей воспитанницы. Из магов защиты есть Фианна, ты с ней общался и даже помогал. Может быть…»
«Нет, не может быть. Фианна пытается побороть собственных демонов и разбудить Мидира».
«Я чего-то не знаю, советник?»
«Нис тут один, без Айджиана и, похоже, без его благословения, иначе они давно прорвались бы в Черный замок, и трупов было бы поболее. Если Нису станет грозить опасность – а она ему будет грозить в лице Дея! – морской царь появится. Если очнется Мидир, я уверен, они договорятся. А поцелуй любви все еще самое лучшее лекарство от всех болезней».
«Угрюм? Я знаю, ты его не любишь, но он полукровка, у него силы немерено».
«Он в первых рядах, сам вызвался. А ведь терпеть не может «всех этих долгоживущих». Тут только ты и я».
«Я перенесу тебя немедля».
«И Флинна».
«Отнимет силы. Зачем? Он тебе нужен?»
«Он нужен не мне, а тебе. Вернее, Мэю».
Алан не ответил, но воздух уплотнился, скрутился тугим вихрем, очертания окружающих неживых предметов и живых ши размылись, а потом резко замерли. Ллвид так и остановился с кислой миной и протянутой рукой, на которой уже не было камня.
* * *
Дей несся навстречу Нису, прижавшись к неожиданно теплой спине дракона, рассекая холодный и ставший ледяным и твердым воздух. Надо успокоиться, выровнять дыхание, собраться с силами – ему даже Алан не давал заниматься последние дни – но не выходило. Короны на голове не было, был лишь шлем Дома Волка, но давил он еще тяжелее. Дей не жаждал власти, он стал владыкой Благого мира лишь для того, чтобы избежать кровопролитной междоусобицы, жестокой, затяжной и бессмысленной войны между Домами, и что в итоге? Черные кляксы на бывшем когда-то белом поле – следы от взрывов, кроваво-красной чернотой пропитана земля его Дома, и две армии замерли в ожидании битвы. Бранн смягчил удар, и убитых могло быть еще больше, но все впереди. И теперь от его руки, от его меча и от его, Дея, веры в собственную правду зависят жизни и будущее, зависит счастье его жены, свобода его друзей. Дей еле увернулся от плавно опускающегося вниз синего создания, хлестнувшего его по щеке мягким крылом, и еще больше разозлился на себя. Были времена и похуже, когда он понял, что кольцо на пальце Лили – не только знак истинной любви, но и скорой смерти её носителя.
– Де-е-е-ей! – раздалось снизу. – Наш король, наш Дей!!!
Похоже, его увидели. Он пронесся совсем низко над своими волками – но кричали и лесные, и небесные. Вот совсем близко багрово-красная полоса. Трупы виверн – так много, что это почти что вал. И вот, наконец, синие фоморы и круг, где нет никого, только несется навстречу ему его собственный брат. В доспехах фоморов и в шлеме Дома Волка, выставив вперед копье.
Вот тут веселая злость вновь наполнила Дея, вытеснила все мысли, страхи и переживания. Он сжал ногами туловище дракона, направляя его немного вниз, покрепче прижал копье к боку – и уже ничего не видел, кроме летящей на него смерти. Он попал? Нис попал? Удар вырвал с дракона.
Мир завертелся вокруг, земля притягивала как никогда, и когда под ладонями Дей вновь нащупал мягкий гребень, он схватился за него и притянул себя обратно на спину. Дракон фыркнул совсем как конь, крутанулся и рванул назад, к Черному замку.
– Э, нет, милый, нам туда! – рявкнул Дей, перекрикивая вой ветра. – Назад, обратно, эгей, чудовище, как тебя там?
Но дракон его не слушал, по-прежнему радостно несясь к воротам. Ах так?! Дей подхватил длинные усы, которые полоскал ветер, дернул за один. Дракон замедлил движение, без особой охоты развернулся, и Дей увидел, что тоже упавшего Ниса у самой земли подхватил его синий змей.
Фомор мигом вновь оказался наверху. И у него были нормальные седло и перевязь, а не усы дракона и собственные ноги для передвижения. Нис крикнул что-то своему зверю, крикнул протяжно и гортанно. Что-то дрогнуло под ложечкой, но Дею было некогда разбираться в собственных чувствах. Нис развернулся куда быстрее Дея – и вновь понесся ему навстречу. Определенно, переговорами тут и не пахло. И как его вера и его любовь может тут помочь?! Даже сила явно на стороне этого фомора. Ила, рост и одно или два тысячелетия воинской выучки. Остается надеяться только на себя, свои умения и свое собственное оружие. Синий змей поверх покрыт доспехом, а вот живот у него не особо защищен, только повязки для удержания седла и уздечки. Эх, был бы рядом Бранн, они бы что-нибудь придумали! Вместе.
Дей не стал отводить взгляда с летящего на него острия пики, лишь самую малость нырнул вниз – и поймал удар плечом. Пика прошла навылет, лишь немного задев плечо, и застряла в плечевом доспехе. Его отбросило назад и вправо, поверх пронеслось злое синее лицо, не слишком заметное под шлемом, но все же видное и очень похожее на его собственное, и Дей со всей силы воткнул собственное копье в приоткрывшийся живот змея. Тот свился от боли, затрубил низко – и, извернувшись, вцепился в шею белого дракона Дея, почти сбросив собственного седока. Белый дракон кусал и царапал синего змея, слившись с ним в клубок, Дей, схватившись за крыло, болтался в воздухе, и Нис, оказывающийся то сверху, то снизу Дея, внезапно звякнул чем-то – отстегнул поясной ремень. Шевельнулся – и его очередным содроганием схватки дракона и змея вынесло из седла. До земли было еще далеко, змей вгрызался в шею дракону, на этот раз ничего не видя или не собираясь спасать собственного седока – и Дей поступил так, как его учили – рефлекторно схватил за руку падающего. А Нис, улыбаясь довольно-таки мерзко, тянется к рукояти ножа.
Дей не успел ни обозлиться, ни отмахнуться – они оба рухнули на снег, а на них упали их воздушные кони.
Удар отнял дыхание, и несколько неприятных минут прошло в состоянии мерзкой беспомощности и отчаянной попытке вдохнуть. Наконец когда Дей уже мысленно увидел стоящего над ним Ниса, воздух пошел в лёгкие. Но попытка вскочить на ноги не удалась. Мешало правое плечо и левая нога. Дей скосил глаза – блестящий ядовито-синий фоморский наконечник копья торчал из его плечевого доспеха, зацепившись глубже, чем хотелось бы. И холод ощущался сильнее, значит рана была глубже, чем планировалось, хотя планировалось и вовсе не то. Дей постарался подцепить вошедшее ровно под ключицу копьё, но пальцы скользили, а время уходило, как вода. Постаравшись смягчить боль, Дей чуть приподнялся, выпрямил спину и ещё сильнее толкнулся о землю. Наконечник продвинулся, осталось, преодолев себя, засунуть пальцы в рану и вытащить его окончательно. В глазах потемнело. Дей проморгался и огляделся. Ниса ещё не было видно, сизое небо казалось очень близким, обзору мешали грязные сугробы, а подняться Дей не смог из-за того, что его ногу прижимала слабо шевелящаяся драконья туша. Видимо, дракон был тоже ранен, или разбился при падении, так как спина и бок мгновенно промокли, Дей лежал в луже сине-зеленой крови и весь перемазанный ихором.
– Эй, Нис, ты жив? – прокричал Дей, больше всего на свете не терпя неизвестности. – А то, может, мне уже не надо будет тебя убивать?!
– Сейчас вылезу из-под змея, и поговорим, – глухо и сердито донеслось с другой стороны.
Это в легендах здорово выходит – сошлись два героя, поговорили и либо побратались, либо перебили друг друга. Обычно в жизни все проще, разговора особо не выходит – и дыхание терять не хочется, и времени нет на досужую болтовню. Нет, можно выкрикнуть что-либо обидное, однако – Дей поерзал в тщетной попытке выбраться, но бок дракона и не думал отдавать его бедро – стоило попробовать.
– Так ты пришел за Алиенной? Зачем?
– Ты сам мне ее показал. Ты скажи, разве в нее можно не влюбиться?
Дей припомнил всех подводных демонов разом, проклиная собственную глупость, а потом перешел на «благие елки» – странно ругаться, называя фомора фомором.
– Она замужем. Она замужем за мной! – повторил Дей, но почему-то простые слова сегодня словно бы лишились смысла. Дернулся изо всех сил и уперся руками в серебристый, слабо поднимающийся и опускающийся бок в попытке вырваться из этого странного плена. Судя по шуму и скрежету, Нис занимался тем же.
– И это раздражает меня больше всего. Твой – вернее, наш! – папа отдал ее мне. «Первенцу Дома Волка вручаю своей рукой воспитанницу Дома Волка». Ты мне нравишься, Дей, ты мне всегда нравился. Но ты знаешь, что ты, волчий принц, спишь с чужой женой?
Что Дея не может вывести из себя никакое оскорбление, знали все волки в Черном замке. Но сейчас кровь застила глаза, в висках застучало – в отсутствии чести его еще ни разу не обвиняли. А надо было бы отложить иное! Нис назвал его волчьим принцем, стало быть, не знал о последних событиях, потрясших благой мир. Хотя толку с этого чуть.
– Нис, Алиенна любит меня, – прошептал Дей. – Ты знаешь это. Солнечные принцессы умирают в разлуке с любимыми. Если она дорога тебе, ты не допустишь ее смерти.
– Любит тебя?! – рявкнул Нис, зашуршало сильнее, и Дей понял, что времени у него мало. – Может, она и полюбила тебя, она добрая. Просто у нее не было выхода. Но то, что взято насильно, не живет долго.
– Что? – прошептал Дей.
– Да то! Я знаю тебя, знаю, на что ты способен! У меня тоже есть советники. Она полюбит меня!
– Ши не могут любить дважды. Ши-саа – тоже.
– Кто бы говорил! Наш отец так жаждал забыть обо мне, что сменил имя.
– Смена имени… – прошептал Дей.
– Именно. И тогда она забудет тебя и полюбит меня. Мы ведь так похожи! Теплое солнце наконец осветит зеленые воды, а может, и мельница душ закрутится вновь. Знаешь что?
Это замечательно, это умно, это на самом деле могло бы сработать. Всем-то до Лили было дело, до ее солнечной магии, до ее силы и красоты. Как и ему когда-то. А до нее самой?
Дей прикусил губу, вытащил кинжал, попросил прощения – и ткнул ледяной серебристый бок. Но шкуру дракона оказалось невозможно пробить! Точно же, когда-то Дей чисто теоретически изучал, как можно убить дракона: снизу не подобраться, там адамантовой твердости шкура, можно ударить лишь сверху, до мягких гребней, где между жесткими сочленениями шеи просвечивает мягкая кожа.
– Я мог бы потребовать все – трон благого мира, Дом Волка, все. Но я попрошу – отдай мне Алиенну! – прокричал Нис. – Она моя! Она ведь несчастна с тобой!
Дей решил не отвечать вовсе на крайне странные слова Ниса. Он, засунув кинжал обратно за голенище, рванул пальцами холодную землю, перемешанную со льдом и снегом, решив сделать хоть что-то, хоть подкоп – дракон развалился привольно и сдвигаться не собирался.
– Безымянный палец ты ей тоже отрежешь?! – в ярости выкрикнул Дей.
– Зачем?
– Потому что там Кольцо. Кольцо истинной любви. То, что проявляется само, что не забыть, не стереть и не уничтожить.
– Подстраховался, да?! Женщиной прикрываешься?
Дей расхохотался, туша дрогнула, и он наконец вырвался на волю. Вскинул глаза от резкого звука – на дракона с мечом в руке запрыгнул Нис. Оскорбленный зверь взрыкнул, засучил лапами, изогнул шею в попытке укусить – и вскинул меч, ударить в то самое слабое место. Замахнуться не было ни сил, ни времени, и Дей, взлетев вверх, снес собой Ниса вместе с его мечом. Оба упали наземь теперь по другую сторону дракона и змея, перевернулись по земле, и Дей ощутил хват чужой руки на собственном горле. Заехал рукой под ребра Нису и только отбил локоть о кольчугу. Дыхание вновь прервалось, Дей привычным, не королевским, скорее, дворовым движением обхватил чужую ногу, перевернул Ниса – его вес и сила тут сработали против фомора – и оказался сверху. Воздух поступил в легкие.
