Текст книги "КОМСОМОЛ 4 (СИ)"

Автор книги: Ольга Войлошникова

Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Отдать предпочтение одной из сторон натуры?

– Да! В этом случае та часть, которая получает больше, непроизвольно начнёт… э-э-э…

– Перетягивать одеяло на себя? – снова предположил я.

– Да! Очень образно и верно! Опасность в том, что поначалу вы можете этого совсем не заметить. До тех пор, пока процесс не приобретёт неконтролируемый характер.

– И что в этом случае может случиться? – спросил я. Признаться, спросил довольно напряжённо, потому что новость была не из самых приятных.

– Конкретно таких случаев как ваш до сего момента описано не было, но редчайшие факты соединения в одном маге трудносовместимых даров в исследовательской литературе встречаются. И если носитель пренебрегает внутренним балансом, – отец Бенедикт покачал головой, – очень высока вероятность того, что половину своей магической природы он утратит.

– Етитская сила… – пробормотал я.

– При этом, – продолжал отец Бенедикт, – ваш случай я считаю более сложным, поскольку у вас не просто трудносовместимые дары, но две стороны вашей сущности опираются на совершенно разные природы. И какова будет реакция вашей энергетической системы на утрату половины себя, я не берусь предсказать. Но за благоприятный исход не поручусь. Причём не только магический, но и жизненный в целом.

Вот он меня конкретно напугал сейчас! Звучало как «поздравляем, в любой момент вы можете неожиданно сдохнуть!»

Ну охренеть теперь…

– И что делать?

Отец Бенедикт внезапно просиял, как солнышко:

– Замечательная новость в том, что у нас есть прекрасный способ профилактики! Пересдавайте контрольную пробу Вюрца раз в три-четыре недели, и если будет замечен перекос в ту или иную сторону – просто постарайтесь уделить больше внимания противоположной… э-э-э… стороне!

– Вот утешили вы меня, батюшка…

Глава 5
ВСЕ ПРИНИМАЮТ РЕШЕНИЯ

ГОСПОДА В ЯРОСТИ

Южная Моравия, городок Зноймо

20 января 1948 года, около шести часов вечера

Несколько очень серьёзных джентльменов

На этот раз в солидном кабинете собрались только настоящие джентльмены: мистер Браун, мистер Тейлор и лорд фельдмаршал – по каковому случаю знамя Европейской коалиции новой цивилизации было свёрнуто и отставлено в угол, а на парадное место помещено знамя Королевства англов (да, именно это, а не Британского островного союза, в который помимо благородных англов входили куда менее благородные гэлы, скотты и пикты).

– Знаете, господа, наши встречи всё больше и больше напоминают мне мою «работу над ошибками» в университете дипломатии, – проворчал лорд фельдмаршал. – Там тоже давали задание, полное заранее неверных предпосылок, и смотрели, как ты выкрутишься.

– Мне тоже это не доставляет никакого удовольствия, сэр, – поджал губы Тейлор, – но необходимость…

– Предлагаю для начала определиться с фактами, джентльмены, – скупо кивнул Браун. – С тем, что мы можем таковыми считать.

– Даже так, мистер Браун? – кривовато усмехнулся лорд фельдмаршал. – Забавная формулировка. Поясните, будьте так любезны, свою мысль.

– Легко. Итак, что мы можем утверждать с более-менее приемлемыми допусками? Против нас работает мощный маг, который не погиб, не улетел и даже не затаился. По этому пункту возражения есть? Нет? Далее. Я считаю, что данный менталист входит если не в десятку, то в первую сотню страны – точно. Более того, ему совершенно наплевать на истощение магического поля, поскольку его деятельность затронула уже несколько областей, в том числе тех, на которых установки-подавители работают без сбоев. И даже теоретическая возможность работы в условиях подавления чрезвычайно удивляет экспертов. Возражения?

– Позвольте вопрос, – шевельнул пальцами Тейлор.

– Конечно, коллега, что у вас?

– Вы намеренно убираете возможность что против нас работает некромант? В этом случае, согласитесь, маг не будет скован недостатком энергии. Эманации смерти…

– Вы серьёзно, Тейлор? – лорд фельдмаршал вытаращился на говорящего так, что его мясистое лицо, утяжелённое бакенбардами, сделалось похожим на бульдожью морду. – Архимаг-некромант⁈ Маг такой силы, что способен повелевать несколькими десятками неупокоенных? Даже господарь Валахии по общеизвестным данным… – тут лорд фельдмаршал выпятил нижнюю губу и скептически затряс головой. Щёки заколыхались.

– Именно что по общеизвестным, сэр! – не сдался Тейлор. – А что если эти данные, скажем так, не вполне корректны?

– Вы сомневаетесь в работе аналитических отделов Коалиции?

– Именно! Я очень серьёзно сомневаюсь, сэр! Особенно в работе наших дорогих союзников.

– М-мрх! – недовольно крякнул лорд фельдмаршал. – Именно поэтому сегодня мы собрались узким кругом, господа. От всех этих… – он снова издал невнятный горловой звук, – слишком мало толку и слишком много шума. – Лорд фельдмаршал вспомнил обеденное срочное совещание в этом же кабинете и невольно вздрогнул плечами и щеками…

...

– Значит, тот маг-диверсант не был эвакуирован на русском дирижабле, – вскочив, затряс кривым пальцем мелкорослый и лысый представитель ордена «Возрождённых Тамплиеров», – что автоматически…

– Это ничего, как вы говорите, «автоматически» не значит! – громко и возмущённо перебил его франкский майор. Он так близко наклонился к тамплиеру, что, казалось, сейчас порежет ему лысину своим острым носом. – Разгромлена база, собранная добыча с которой, – о, боги, он так и сказал – «добыча»! – должна была отправиться в наше королевство! Снова пострадали франки! Мы потеряли столько, что это даже в не укладывается в уме! Как мне прикажете писать докладные⁈

– Буквами! – неожиданно рявкнул всегда спокойный италийский полковник. – Буквами писать! Не нужно излишне драматизировать и устраивать нам истерику по поводу ваших материальных потерь! Разве вас не волнует падение морали среди воинских подразделений? – Италиец пригладил благородную седину и опустился в кресло. – Уже за время, что мы отслеживаем действия этого субъекта…

– Скажите честно: «фиксируем»! – едко заметил тамплиер.

– Пусть «фиксируем», – дёрнул щекой италиец, – неважно! Он умудрился уничтожить лабораторию, выкрасть Морачевскую и её воспитанников, организовать бегство целого лагеря рабочей силы! Это не считая простых – простых! – потерь среди войск внутренних гарнизонов. А место дислокации отрядов очистки территорий? Это я ещё молчу про подрыв морали всего воинского контингента. Мои данные утверждают это со стопроцентной гарантией! Рядовые уже не доверяют сослуживцам, которых не видели более четверти часа! Об офицерах и говорить не приходится!

– Это потому что вы всегда были трусами! – фыркнул франк.

– То-то мы не можем добиться прибытия ни одного франкского отряда усиления даже на территорию округа Мистельбах! – огрызнулся италиец.

– Кстати! – Тамплиер подпрыгнул на стуле и обернулся к франку. – Наши франкские союзники утверждали в докладах, что белый зверь, неоднократно замеченный в сопровождении мага, уничтожен. Якобы прямым попаданием из главного калибра их хвалёных ползунов! И?.. Я вас спрашиваю! Не делайте вид, что это не ваши заявления! Вот! Вот свидетельские показания трёх выживших в нападении на базу «Новых Тамплиеров»! Белый зверь – волк, медведь, собака, или что-то подобное – жив и прекрасно себя чувствует! Нет животных или химер, могущих пережить попадание из пушки! Без последствий!

Лорд фельдмаршал беспомощно наблюдал за разгорающимся скандалом.

– Вы хотите сказать, что я лжец⁈ – взревел, вскакивая, франк.

– Заткнитесь! – Второй раз за совещание рявкнул италиец. – Или говорите, что вы хотели до нас донести, или заткнитесь! Это не ваши части несут невосполнимые потери. Постоянно! И без каких-либо внятных результатов. Нас уничтожают, вам это понятно? Я требую решительных действий! Вы в курсе, что несколько подразделений самовольно оставили регион дислокации? Солдаты не желают…

– Вы собираетесь требовать от нас сочувствия к дезертирам? – высокомерно фыркнул франк.

– Если бы эта проблема была единичным случаем… Солдаты просто отказываются находиться в этих, как они говорят «проклятых районах»!

– А вы не пытались?..

– Не затыкайте меня! И ваша практика недослушивать собеседника…

– А по-моему это кто-то перекладывает с больной головы на здоровую…

– Вернёмся к обсуждению…

– Именно! Вернёмся! Где реакция командования?

– О реакции я и хотел вам рассказать! Дайте договорить!

...

Лорд фельдмаршал сморгнул отвратительное воспоминание и нахмурился:

– Дослушаем нашего уважаемого коллегу. Говорите, мистер Браун.

Джентльмены из разведки и контрразведки обменялись короткими взглядами – экая невиданная учтивость со стороны лорда фельдмаршала!

– Я продолжу с того места, где мы остановились! – не выдавая изумления, ровно заговорил Браун: – Итак, у нас есть маг, очень сильный противник. Некромант или менталист – это сейчас не столь суть неважно, господа, главное – он существует. Исходя из проведённых им акций определён возможный район местонахождения. Признаю, он довольно обширен не только с запада на восток, но и с юга на север. Идя на это совещание, господа, я получил новую информацию…

– Что ещё? – забыв о новоприобретённой учтивости, застонал лорд фельдмаршал.

– Для начала, позвольте: экспертиза, работавшая с телами убитых офицеров базы «Страхотин», вот, – он достал лист, – позвольте, я зачитаю: «Все восемь тел характеризует общая черта: свёрнутые шеи и искусственно растянутые в улыбке рты, для чего были применены выгнутые скрепки и канцелярские резинки».

– Славков-у-Брна! – хлобыстнул ладонью по столу лорд фельдмаршал.

– Именно, сэр! Информации было так много, что на детали мало кто обратил внимание. Но стоило признать, это могло быть и случайное совпадение. Дикое, чудовищное, но совпадение. Поэтому я дал поручение сделать запрос по деталям диверсионной акции в Славкове-у-Брна. И вот та депеша, о которой я вам говорил! Анализ повреждений техники в том городе и на базе «Страхотин» показывает их абсолютно сходный характер. Работал или один и тот же маг, или маги одной школы.

Лорд-фельдмаршал откинулся на спинку кресла и задумался, шевеля брылями.

Тейлор аккуратно приподнял пальцы, показывая желание сказать.

– Говорите!

– Насколько мне известно, сэр, в распоряжении нашего фронта есть две независимых команды магов-охотников. Если нужен запрос какой-либо структуры на задействование этих групп, то Управление разведки Южного фронта подаёт такой запрос, – с этими словами он подвинул заполненный бланк в сторону лорда фельдмаршала.

Тот уцепился за предложение, заблестев глазками:

– Да. Да, господа, возможно, это выход! Я подам срочный запрос в королевскую канцелярию на привлечение этих специалистов. Обеих групп, да! Благодарю, господа. На сегодня наше совещание окончено. Надеюсь, эта новость устроит всех собравшихся?

Тейлор и Браун согласно кивнули и неслышными шагами удалились в коридор. Дойдя до лестничной клетки они слегка замедлили шаги.

– Маги-охотники, – Браун внимательно посмотрел на Тейлора. – Вы уверены в их квалификации?

– Настолько, насколько в нынешних условиях можно быть в чём-либо уверенным.

КОГДА НЕКРОМАНТУ СКУЧНО

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера

20 января 1948 года, поздний вечер

Аркадий

После объявленных мне отцом Бенедиктом подробностей о внезапностях, которые может выкинуть мой нестандартный организм, я, честно вам скажу, как-то загрустил. А лучший способ для медведя переварить грусть – это заесть её, конечно! А потом уж переварить, да. И желательно заспать.

Так что за обедом я порадовал себя двойной порцией картошки с мясом, потом завалился спать, занавесив окно одеялом – чтоб всякие лучи меня не доставали. Спал буквально до ночи. Выспался прям до хруста! Проснувшись, подход с картошкой повторил. И свеженькими мягкими вафлями с кофием заполировал, для полной гарантии восстановления душевной гармонии.

В животе стало тепло и приятно. И я понял, что психовать совсем перестал. Чё психовать-то, когда сказали: пока что всё гармонично, да? Раз в две недели, так и быть, буду кровушки дедам сцеживать, пусть контролируют. Вот если засуетятся, что дисбаланс пошёл – тогда и я нервничать стану, а пока – фигня на палочке!

Я отставил опустевшую кружку и понял, что вся честная компания, собравшись вокруг, внимательно за мной наблюдает. И понял, что тело решительно требует куда-то бежать и творить очередную дичь. Осталось только провозгласить:

– Дамы и господа, я вам категорически заявляю: я заскучал! Есть целая ночь впереди, которую хотелось бы провести с максимальной пользой.

После подобной декларации Хотару мгновенно состроила любопытную мордочку, а Мюллеровы внуки наоборот – загрустили.

– Опять будете вести войну, и опять без нас, – пробурчал Тобиас.

Я переглянулся с Агнессой. Вот, кстати, идеальная казачья жена. Если нужно воевать мужу, значит нужно! А она уж будет дом вести. Так, что судя по всему, на сей раз воевать будем всей толпой. Опять же, будь они с нами в прошлый раз, мы б со Страхотина го-ораздо больше притаранили! На два грузовика добра!

Хотя это я тоже, внутреннюю жабу надо давить, а то, понимаешь… Едрид-мадрид, привязалось это «понимаешь»! Убью Колю!

– Отчего же? На сей раз пойдём с вами. Так что думайте: где будем наносить добро и причинять радости?

Чего-то у дойчей лица повытягивались. Не слышали подобную поговорку?

– А чего долго думать? – рубанул по воздуху Николай. – Давайте просто зачистим округу!

– Решение самое простое, но не самое разумное, – возразил я. – Мы и так в Хёрерсдорфе нашумели. Положим, все три раза я мимо пройти не мог – что с обозом, что с лабораторией, что с лагерем этим рабским. Но если сейчас мы пройдёмся метлой по окрестным гарнизонам…

– Да-да! – горячо поддержала меня Хотару. – Это будет словно крик: вот они мы! Словно кружок вокруг Клостервальда на карте обвести. Надёжнее только указатели поставить, чтоб враги видели, куда им идти.

– Действительно, – запереживал Николай. – Как же мне не пришла в голову такая простая вещь…

– А мне терять мельницу как базу совсем неохота, – заключил я. – Да и ещё такой вопрос: выяснят, разведают – где мы, подгонят батарею гаубиц и, как под Архлебовым, просто сровняют тут всё в мелкую щебёнку. А дальность у современной гаубицы за пятнадцать километров. Мы даже понять ничего не успеем.

– Да-а, – протянул Тобиас, – при таком варианте уцелеют разве что призраки.

– Нет-нет, – слегка нахмурился Мюллер, – фройляйн Хотару сохранит жизнь почти наверняка, вы не представляете мощи щитов волшебных лис. Герр Аркадий… это будет зависеть от ряда факторов. А остальные…

– Именно, господа сотоварищи, – подтвердил я. – Мы можем не успеть прикрыть остальных. Или элементарно не сдюжить. Поэтому мы не будем дёргать тигра за усы, а выберем цель подальше от Клостервальда.

– Предложения есть? – деловито упёр руки в боки Коля. – А то критиковать все молодцы! Критикуешь – предлагай!

– А тут есть какой-нибудь большой город? – спросила Хотару. – Рядом? Большой город – большой гарнизон. Там наверняка много техники, м? Герр Мюллер, идите сюда и не дуйтесь! Я знаю, у вас есть карта.

– Ага! – тут же заворчал мельник, подходя из угла поближе. – Как только что-то нужно…

– Ха! Я могу обойтись и своими запасами! – фыркнула Хотару… и извлекла на свет божий огромную и подробнейшую школьную карту Великой Германской империи. С рейками и верёвочкой! И тут же развернула её, взлетев над диваном: – Вот!

– Однако! – оторопел Мюллер. – Признаю́, вы весьма предусмотрительная особа. Но давайте всё же обойдёмся более щадящим вариантом.

Оказалось, что карты лежали там же, куда Мюллер сложил их в прошлый раз – на верху посудного шкафа.

– Кто бы мог подумать! – всплеснула руками Агнесса. – Как хорошо, что сегодня у меня все силы ушли на сортировку припасов, а я ведь хотела пройтись там мокрой тряпкой!

В общем, для карт нашли более подходящее место в комоде, а одну, тоже довольно крупную, Мюллер расстелил на столе, сообщив торжественно:

– Это карта австрийских земель Великой Германской империи!

– И где ж тут мы? – сразу полюбопытствовал Коля.

– Вот тут! – ткнул Мюллер почти в самый верх северо-восточного угла карты.

– Ага…

Все вытянули шеи в ту сторону.

– Похоже, самый крупный город рядом – Вена, – первым сказал молодой Отто. – Это почти пятьдесят километров от нас.

– О, да это ж рядом! – обрадовался я, снова увидел изумлённые немецкие лица и пояснил: – Ну… по нашим сибирским меркам – вообще близко, рукой подать.

– А там есть что-нибудь вкусное? – задумчиво спросила Хотару.

Кто о чём, а лиса о вкусняшках!

– Вена славится своими сладостям. Штрудель… – принялся рассказывать священник.

– Штрудель знаю, тётя Марта делала! – восторженно перебила его Хотару.

– Завтра я вам тоже испеку, – тихонько обещала Агнесса, а отец Бенедикт (судя по всему, уже привыкший к лисьей манере разговаривать) просто продолжил:

– Нокерльн, знаменитые венские вафли, моцарткугель, пуншкрапфен…

– Господи, как вы всё это запоминаете? – вытаращил на него глаза Коля. – Это же язык сломаешь…

– И ничего не сломаешь! Это очень-очень вкусно! – отбрил его священник.

– Как хорошо! – воскликнула Хотару. – Мы могли бы прихватить что-нибудь в их кондитерских на обратном пути. У меня освободилось немного места в хранилище!

Да-да, на пару вагонов.

– Знаменитых кондитерских домов в Вене три, – с радостью поддержал её отец Бенедикт, словно позабыв, зачем мы вообще туда собираемся, – это Демель, Захер и Слука.

– Звучит как ругательства, – подозрительно поморщилась Хотару.

– Уверяю вас, это божественно! А шоколадно-абрикосовый торт, м-м-м…

– Я вам верю, – милостиво расплылась в улыбке Хотару, – я согласна, едем в Вену!

Ну что, похоже, Хотару уже всё для себя решила. А с другой стороны – Вена так Вена, почему нет?

Глава 6
ВЕНА, РАЗМИНАЕМСЯ

А КАКИЕ ТАМ КОНДИТЕРСКИЕ!

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, мельница Мюллера – путь на Вену

20 января 1948 года, дело близится к полночи

Аркадий

Перед отъездом Хотару подчёркнуто официально заявила:

– А вам, Аркадий Ильич, лучше бы переодеться. Я вам тут костюмчик припасла.

– На складе? – догадался я.

Хотару вздохнула:

– Хозяину он больше всё равно не послужит. Если вас взбодрит, сегодня вы пойдёте в бой, чтобы совершить месть и за него тоже. А к вам будет меньше вопросов.

В новом костюме я был похож на военного, специально вырядившегося гражданским. Всё-таки три курсантских года – они сказываются. Но костюм выглядел дорого. К нему Хотару приложила шёлковую рубашку с золотыми запонками и галстук с золотым же зажимом и камешком, похожим на рубин.

– И вот ещё, – она извлекла из своего хранилища брегет с цепочкой. – Это не со склада. Это мой подарок… должен был быть… на окончание училища. – Она вздохнула и вложила часы мне в руку: – Отпразднуем хотя бы, что сейчас мы живы и нашли друг друга.

– А что, отличный повод! – я принял часы с лёгким поклоном: – Сердечно благодарю!

В общем, сейчас я выглядел как капиталист, сопровождаемый шофёром и… Младшего Отто, наверное, с натяжкой можно было счесть охранником. Н-да, для мальчика на посылках он, пожалуй, слишком здоров. Под сиденьями у парней лежали обрезы. Ну очень им хотелось – на всякий случай. Я подумал и возражать не стал, пусть уж лучше тащат с собой, чем дёргаются всю дорогу.

Выезжать решили на машинке Бауэра. Как ни нравилась эта железная лягушонка мне, но, возвращаться, вспоминая Страхотин, мы будем по-любому на грузовиках, так что пусть будет она. Не на ползуне же, в самом деле, ехать? Только телефункен выложили. Я всё-таки надеялся каким-нибудь макаром выведать частоты русского экспедиционного корпуса. Надо было у Бауэра уточнить тогда, не подумал. А теперь рацио есть, а ничего передать не могу. Досадно.

Влезли не то чтобы с трудом, но коленки у Отто в спинку переднего сиденья упирались. Всё-таки машинка весьма компактная, а мы все подобрались довольно рослые. Это хорошо ещё, что Коля места не занимает, да и лиса тоже. Она вообще улеглась прямо на брезентовую крышу и ехала, иногда заглядывая внутрь через стекло, чем нервировала Тобиаса. Я всё порывался его заменить за рулём, но парень упёрся. И, главное, аргументация серьёзная – «Вы командир, вам невместно!» И чего ты с ним сделаешь?

* * *

Пока ехали, Николай всё порывался патрули по пути поубивать. Пришлось ему сделать строгое внушение.

– Ты понимаешь – нет, что эта кровожадность до добра не доведёт? Это ж словно на карте начертить – «Мы ехали вот отсюда!»

– А если рядом с нами совсем никого не трогать, это тоже подозрительно будет! – возражал Коля.

– Согласен. Эту твою поправку мы отдельно обсудим, как нам лучше быть. Но пока – действуем в соответствии с намеченным планом и до Вены никого не потрошим! Ферштеен?

– Яволь… – недовольно проворчал Коля и (пока думал, что я не вижу) утёк на крышу, рядом с Хотару сидеть. Там они обсуждали то, что им с крыши лучше видно было, жаловались друг другу (как будто мы внизу через брезент не слышим, ага) на то, что нельзя прям щас всех вражин перебить и с косами вдоль дороги расставить – вон в Страхотине как красиво получилось! – и разглагольствовали о том, велик ли будет Венский гарнизон и чем удастся поживиться в тамошних кондитерских. Между делом Хотару каким-то непонятным мне способом отводила глаза стоящим на заставах караульным, и мы спокойно ехали себе дальше.

В общем, весь путь, отделяющий Клостервальд от Вены составил не пятьдесят километров, а (если со всеми загибами) как бы не семьдесят. Проехали мы их чуть больше чем за час и к первым петухам[7]7
  Около часу ночи.


[Закрыть] были на подъезде к Вене

Тут, завидев зарево от фонарей над городом и приближающиеся предместья, оживились Мюллеры и насмешили меня изрядно. По их мнению, мы должны были ворваться в Вену прям как карающая рука Господа. Они так и сказали! Нет, даже не так, а более превыспренне. Типа… «карающая длань Господня» – во! Пришлось тоже им укорот дать. Ну что за фантазии, в самом деле?

Вскоре мы были уже прямо в центре города. Отто припарковал нас прямо на мосту через Дунай. Я вылез. Огляделся, посмотрел на переминающуюся рядом свою команду-ух и спросил:

– Ну, откуда начнём? Направо, налево?

– Туда! – Хотару ткнула пальцем, а поскольку мне было совершенно всё равно, «туда» мы и пошли.

– Аркадий Ильич, вы так и не провели инструктаж!

– О! Проснулся, Тобиас, а чего раньше не спросил? – Как он на меня посмотрел! С таким искренним возмущением! Орёл! – Вы просто идёте рядом со мной и стараетесь не мешать вот этим богам войны, – я ткнул в Хотару и Колю. – Ну и мне не мешать. Вы видели, как воюют маги? Нет? Задача: не мешать! Исполнять!

Прониклись! Молодцы!

– И ещё, Хотару, постарайся убивать солдат каким-нибудь другим способом, не ломая шеи.

– Почему, Аркадий Ильич? – удивилась лиса.

– А потому, что я их потом поднимаю, а они бегают, головы набок! Поняла?

– Поняла. Убивать, не ломая шеи!

И всё-таки первого солдата цивилизационного союза сегодня грохнул Николай. Пока я инструктировал Хотару, этот маньяк полупрозрачный заколол одного из идущих нам навстречу патрульных позаимствованным у него же ножом. Жутковатая смерть, как по мне.

– Эй, юрей, так нечестно! – вскрикнула Хотару, мелькнула вперёд белой молнией и… кажется, она воткнула второму солдату тонкий, похожий на шпильку нож (или похожую на нож шпильку?) прямо в сердце.

– Третьего не трогать! – рявкнул я, и мои «боги войны» замерли, вцепившись последнему патрульному в плечи с двух сторон. – Сюда! – заметно тише сказал я, для убедительности ткнув пальцем в мостовую перед собой.

Лиса и призрак подлетели, и не подумав отпустить пленника, ноги которого скребли носками ботинок по булыжникам. Судя по красным штанам, в городе стояли франки. По-франкски я его и спросил:

– Где расквартированы воинские подразделения коалиции?

Выслушал довольно пространный заикающийся ответ, порадовался, что гарнизон размещён кучно – в общежитиях университетов, из которых выгнали студентов (не придётся все квартиры в Вене шерстить, какое счастье!), и задал второй волнующий меня вопрос:

– Механизированная часть есть в городе? Техника?

Как я и предполагал, механизированный корпус коалиции занял корпуса и ангары Венской шагоходной школы.

Где находятся склады оружия, франк не знал. Я прервал его жизнь быстро – коротким ударом когтя в висок. Красное пятно на красной кепи почти и незаметно. Будет как живой.

– А почему вы не спросили его, как к ентой школе пройтить, ваш-сият-ство? – полюбопытствовал Коля.

– Потому что я знаю, где это, – с некоторой отстранённостью ответил я.

Бывал здесь с дядей Хагеном и отцом – катались как-то в отпуске по местам, так сказать, боевой славы. Поэтому, где искать шагоходную школу, я знал точно. Эх, не так я мечтал вернуться в это славное место… И точно не думал, что стану причиной его разрушения. Ну да посмотрим.

Мюллеры расправой с патрулём прониклись. Хотя они ещё больше прониклись (прям до сине-зелёного цвета лица), когда мертвецы после моего приказа встали и бросились в указанном мной направлении.

– Вот так и живём, – философски заметил я. – Всем! Двигаемся на северо-запад вдоль набережной. Хотару и Коля – в свободном полёте. Тела только к нашей линии движения стаскивайте.

– Яволь! – гаркнули оба и умчались проверять близлежащие улицы. План «Разгром и шатание Вены» начал своё победное шествие. Вместе с нами, ага. Но щиты я на Отто и Тобиаса накинул какие только возможно сильные. Во избежание, так сказать.

ПРОЙТИ ГОРОД ПОПЕРЁК

– Поехали! – кивнул я братьям на наш швиммваген. – До шагоходной школы отсюда прилично топать, чуть не с десяток километров будет. Так что, как говорит нам пословица, лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Но не торопясь! За убивцами нашими потащимся.

Тобиас сел за руль и мы поползли со скоростью, едва превышающей энергичный человеческий шаг. Через первых же метров двести я велел:

– Тормози!

На тротуаре лежало четыре красноштанных трупа в синих шинелях и красных кепи.

Ну чисто ходячие мишени же!

Не говори…

А может, ты велишь им шинельками поделиться, чтоб Тобиас с Отто ни у кого вопросов не вызывали? Будут как невидимки в городе. Николай обзавидуется!

Я всерьёз рассмотрел этот вариант.

Не, чёт не нравится мне, – скептически поморщился я. – Не настолько кадавр – сообразительное и высокочувствительное существо, чтобы франка во франкской шинели от австрийца во франкской шинели отличить. Оно нам надо?

А если в приказ добавить, мол: атаковать солдат и офицеров коалиции, предварительно убедившись, что это именно они?

Тяжеловесно звучит. И неубедительно. А если какие кадавры примут парней за цивилизаторов и шарахнут по ним разом из десятка стволов? Ну как щиты не выдержат под слаженным залпом? Так я их от случайной пули прикрываю, и достаточно, а то придётся беспрерывно пасти.

Н-да, не вариант.

В общем, поднял я и этих, отправил со стандартным приказом, добавив указание перейти через любой ближайший мост на другой берег и там своих искать. В добрый путь, как говорится.

– Простите, ваше сиятельство, но вы так и будете воевать? – спросил меня Отто, едва мы дальше тронулись.

– Как? – удивился я.

Он помялся, но всё же ответил:

– Ещё раз прошу меня простить, но в книгах маги – это взрывы, огонь с небес, молнии и ледяные глыбы, протыкающие противников.

– А-а-а! – внезапно понял я. – Зрелищности не хватает?

Братья одновременно кивнули. Прям болванчики тебе.

– Как бы вам объяснить, чтоб в ярких картинках… У русских есть поговорка про рыбку съесть и хм… – Я оглянулся, никто не видит? Хотя продолжать неприличную поговорку не стал. Братья смотрели на меня и моргали, не догоняя. Аж неловко сделалось. – Лад-но, попробуем по-немецки. Вам что важнее: результативность или зрелищность?

– Результат, конечно! – сразу ответил за обоих Тобиас.

– Вот и будет вам результат. Давай, вперёд двигай. Вон у моста целая шеренга лежит. Но, к слову, взрывать тоже будем. Всё взорвём, всех цивилизаторов в труху. Но, – я поднял палец вверх, – потом, когда уезжать будем.

Повеселели. Простые души! Хлебом не корми, дай фейерверк из чужой военной собственности устроить.

Кстати, фейерверк! Отец Бенедикт мне что сказал? Баланс соблюдать, так? Значит, сегодня сиренью только поднимаем кадавров! И чего-нибудь фигачим обычной зелёнкой. Запасец небольшой есть.

Мост проявлялся всё чётче, и мне почему-то прям хотелось скорее оказаться к нему поближе.

Маной тянет.

Да ну, не может быть! Тут в городе всё словно высушенное! «В джунгли пришла великая сушь!»

Но подъехав ближе, я понял, что тут каким-то чудом сохранилось маленькое окошко вне полей подавления. Не рассчитали господа цивилизаторы? Или вынуждены были блокирующую будку на несколько метров сместить? Если итальянцы или франки ставили, могли посчитать, что ерунда это несущественная. Или кто-то из инженеров решил, что посреди больших городов и так магический фон понижен, не сыграет роли крошечное пятнышко.

А оно бы и не сыграло, если б не река! Река – мощнейший природный ретранслятор сырой маны. И несмотря на все подавители, сюда, к этому окошку, она доносила энергию и выплёскивала. Воздух над водой как будто аж переливался.

Вот это нам подспорье! Берём!

Только рукой человеческой не дотянешься… А вот медведем!

Я накинул шкуру и свесился за перила моста, вытянув лапу…

Бэн-н-н-нц! – вылетевший из проулка мотоцикл с коляской врезался в столб. Ну просто водитель увидел замершего над перилами моста меня и… засмотрелся, в общем.

А я от неожиданности жахнул по ним «бабочками». Не сиреневыми – обычными бабочками, огненными! И получились они вполне отчётливыми и изящными, а никакими не кляксами! Помнят руки-то!

Конфуз состоял в том, что вся втёкшая в меня зелёная мана разом ушла в тройное заклинание, испепелив подвернувшихся солдафонов буквально в пыль.

Однако!

– Парни, проверьте-ка технику. Если на ходу – затрофеить! – я ткнул в уткнувшийся в столб мотоцикл. – Будем по городу с шиком разъезжать!

Так-то повреждений особо не видать, да и звон больше от каски водителя шёл.

Как сказал бы дядя Петя: от каски, пришедшей в критическое сближение с металлоконструкцией, – усмехнулся Зверь.

– А зачем нам ещё и мотоцикл? – спросил Отто, неуклюже выдираясь из тесной машины.

– А затем, мой любознательный друг, что на мотоцикле военные символы цивилизаторские. И к тому же – разве тебе не надоело упираться коленками в сиденье Тобиаса?

– Надоело! – быстро сказал Отто.

– А мотоцикл ты водить умеешь?

– Немного.

– Ладно, проверяйте. А я делом займусь.

Вдоль ограды набережной лежало полтора десятка свежих мертвяков. Я начал поднимать кадавров, прислушиваясь к шумам, отчётливо разносящимся в ночной тишине.

Впереди что-то бахнуло. Или Коля, или Хотару развлекаются.

Или оба сразу.

– Заводи! Поехали, а то без нас всё закончится.