Текст книги "КОМСОМОЛ 4 (СИ)"

Автор книги: Ольга Войлошникова

Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

...

Казаки крались за парой «девочек» по лесу, и даже ветер, казалось, притих.

А потом началась полузаросшая тропинка, на которой есаул сам уже разглядел медвежьи следы. Действительно, совсем Коршунёнок страх потерял. Так, а это что? Собака здоровенная? Это ж что за телок-то такой? Нет уж, целый лось! Или…

– Госпожа, посмотрите сюда, обратите внимание, – есаул показал баронессе цепочку следов.

– Ой, как хорошо! Значит Лиса тут!

Она так сказала это слово, словно с большой буквы. Хотя, опять же, у старшего Коршуна четыре японских волшебных лисы же живут? Значит одна тут?

– Это вы про волшебных лис коршуновских? – надо уточнить, а то знаем мы…

– Они не коршуновские совершенно, господин есаул. Они сами по себе, свои собственные… – отстранённым тоном проговорила баронесса, склонилась и мазнула рукой по лисьему следу. – Это герцог Коршунов лисий, если вы меня понимаете… Я знакома с ними… И даже чуть…

Чего «чуть» Енрикетта не договорила. Они вышли на запруду, за которой виднелась тёмная громада мельницы.

Глава 25
А ВОТ – ОНА, МЕЛЬНИЦА!

А ВЫ НЕ ЖДАЛИ НАС, А МЫ ПРИПЁРЛИСЯ

Нижняя Австрия, лес Клостервальд, мельница

25 января 1948 года, утро

Есаул Дмитриев

– Вот и твоё странное озеро, Марфа! – весело воскликнула баронесса.

– И вовсе оно не моё! – утопица топнула ножкой.

«Ох-хо-хо, – подумалось Дмитриеву, – а ведь перенимает младшая малявка манеры своей жуткой подружайки. И переймёт! Что делать с двумя мощными магинями-капризулями будем?»

– Не злись! – Баронесса умильно улыбнулась и потрепала утопицу по голове. И прикосновение к Марфе, от которого взвыл от боли опытный казак-оборотень, совершенно не причинило Енрикетте вреда. – Это только пока. Нам нужно, чтобы оно стало твоим. Ты же сможешь подчинить себе окрестные, – баронесса покрутила неопределённо ручкой, – речки и ручьи?

– Наверное, смогу, если у них нет своих хранителей. Если нету – тогда точно, а если есть, вы же поможете мне?

– Конечно, маленькая, конечно! Я думаю, это будет очень увлекательно!

«Да уж, увлекательно будет, не то слово, – мысленно представил себе сие действо есаул. – Обхохочемся все…»

* * *

Пока девочки оживлённо обсуждали, как они организуют захват местной текучей воды, Дмитриев прошёл вперёд и постучал в прикрытые ворота:

– Аркадий Ильич! Встречай подмогу!

– Назовитесь! – потребовал со стороны дома дребезжащий старческий голос. – На правах хозяина этого места и его друга мы имеем право первыми задать вопрос: кто и зачем прибыл? Иначе мы оставляем за собой право применить по вам боевую магию!

Есаул пожал плечами. Ссориться с соратниками Коршунёнка в его планы никак не входило:

– Иркутского казачьего войска есаул Дмитриев Олег Викторович, старший Карлукского казачьего отряда, направленного во вспомоществование Коршунову Аркадию Ильичу. С нами в усилении две магички: Марфа Прохорова и баронесса Енрикетта Марти…

– Вы лжёте! – воскликнул старик. – Великая некромантка Енрикетта Марти погибла во времена Тёмной войны триста лет назад!

Дмитриев обернулся на весело щебечущих девочек.

– По-моему, слухи о её смерти сильно преувеличены. По крайней мере, выглядит она вполне живой.

Во дворе два голоса о чём-то тихо посовещались.

– А почему вы пришли пешком? – спросил второй, тоже не особо молодой. – Мы ждём дирижабль!

– Пилоты побоялись повредить транспорт или строения, нам пришлось высадиться на краю Клостервальда. Примерно в два часа ночи.

Второй голос что-то настойчиво зашептал, но первый упрямо возразил:

– Совпадает! – и пригласил: – Входите!

С этими словами створка ворот подалась под рукой и распахнулась внутрь. Посреди двора стоял пожилой мужчина в одежде явно с чужого плеча – слишком ему великоватой. Или болел долго и исхудал? Неважно, впрочем. Другое дело, что он был единственным здесь живым, и это живой жадно впился взглядом во входящих. Рассматривает знаки на форме. Вон как глаза радостно загорелись!

Второй – призрак – смотрел куда более настороженно.

– Вы действительно русские! – восторженно воскликнул живой и затряс пальцем перед носом у призрака: – Я же говорил! Я так и знал! Наконец-то прибыла личная гвардия Аркадия Ильича!

– Это не совсем так, – пришлось Дмитриеву укоротить энтузиазм дедули, – всё-таки вспомогательный отряд и личная гвардия – это вещи разные. Однако ж, встречный вопрос: а где, собственно, его сиятельство? У нас документы и письма для него.

– К сожалению, Аркадий Ильич отбыл по срочному делу в Линц. Рассчитывал вернуться, но… – дедушка развёл руками.

Енрикетта Марти, вошедшая во двор последней, приблизилась и прислушивалась в разговору, а потом негромко предположила:

– Вероятно, хотел предпринять попытку вывезти родственников отцовского вассала?

Быстро она сообразила! Впрочем, о происхождении Хагена фон Ярроу из Линца не знал разве что ленивый глухой (каковых в Карлуке не имелось), и никакая это была не тайна. Услышала разговоры, поди.

Во всяком случае, есаул посчитал возможным советоваться с существом столь умудрённым годами и наделённым силой:

– И как теперь поступим? В Линц?

Баронесса нахмурилась и отрицательно покачала головой:

– И разминуться с ним? Он сейчас уже явно не там. Кстати, – Енрикетта повернулась к парочке стариков, – а вы не знаете, как его сиятельство планировал эвакуацию?

– Аркадий Ильич не докладывает нам о таких моментах, – ответил живой дедушка и потёр лоб: – А почему вы спрашиваете, а не…

Похоже, его тоже вводит в недоумение внешность маленькой девочки.

– Потому что я могу спросить, неужели непонятно? – фыркнула баронесса.

– Хранителя нет! – деловито заявила Марфа, входя в ворота. Она отряхивала руки и выглядела страшно довольной. – И, судя по всему, не было! А это значит, я смогу видеть весь этот лес, ручейки и дальше вниз. Только почти всё мелкое замёрзло. Зима же! Но скоро оттает, морозы тут… Ой! Тётя Енрикетта, там призрак!

– Ты удивительно наблюдательна, – хихикнула баронесса, обнимая утопицу.

– Зачем вы берёте на войну детей? – тревожно спросил дедушка. – Вы не представляете, что здесь делают с детьми…

– Представляем, – перебила его Енрикетта. – Я читала перед вылетом доклады.

– Даже если у ребёнка выдающиеся аналитические данные…

Девочки посмотрели друг на друга и весело расхохотались.

«Да их пьянит этот лес и свалившаяся на головы свобода!» – понял Дмитриев. Но призрак истолковал поведение «детей» по-своему и сварливо каркнул:

– Удивительная невоспитанность! Удивительное неуважение к старшим!

– К старшим? – прыснула Енрикетта. – Сколько тебе лет, прозрачный старик? Так и быть, разрешаю посчитать не-жизнь после смерти!

Разобиженный призрак фыркнул и взлетел на верхнюю галерею дома, уселся там на перила и отвернулся.

Живой поджал губы:

– Зато мне восемьдесят три года, девочка!

– А мне почти семьсот! – с захлёстывающей бесшабашностью выкрикнула баронесса, и тень под ней словно налилась тьмой. – Кстати, а тебе, Марфуша, сколько годков точно? Что-то я не удосужилась…

– Мне-то? – переспросила утопица, – так вот скоро сто девятнадцать будет, а что?

– Да так, тут дедушки возрастом мериться решили. А ещё можем силой мажеской помериться… Я же вижу, что ты, дед – бывший боевик. А бывших боевиков не бывает! Обещаю до смерти не убивать!

Тут есаул решил, что хватит на сегодня фокусов и выпендрёсов, и решительно вмешался:

– Так! Властью, данной мне его светлостью – прекращаем ссориться! Госпожа баронесса, что за ребячество, в самом деле⁈ Мы сюда для чего посланы⁈ Оказать всемерную поддержку его сиятельству! Я потом, по-вашему, что в докладах писать буду? «Подрались из вредности»?

Енрикетта вздрогнула и склонилась в поклоне:

– Слушаюсь, господин есаул! Приношу свои искренние извинения. Я… заигралась… Больше не повторится. И… спасибо.

– Да не за что, обращайтесь! – сурово кивнул есаул, удивляясь про себя, как всё-таки сложно воспринимать эту девочку древним чудовищем. Пока не начинает лезть из неё всякое…

Но до дедов тоже дошло!

– Так великая Енрикетта Марти – это… это вы?.. – спросил живой.

Баронесса вздёрнула подбородок:

– И что вас так удивляет?

– Но во всех воспоминаниях описывается небывалая мощь!..

– Неужели непонятно, что речь в них идёт не о физиологии?

– И всё же… Простите, я сейчас успокоюсь… Но каким образом?

– Школа, к которой я принадлежу, предполагает замирание всех процессов старения в момент инициации. Это очень удобно для обычных семнадцати-восемнадцати лет. Я же инициировалась в шесть, как видите.

– Нет-нет, простите, я о другом. Как вы оказались в России?

Енрикетта сплела на груди руки:

– Раз уж мы здесь, может быть, пригласите нас в дом и мы поговорим в более уютной обстановке? Господин есаул сможет тем временем отправить кого-то из своих людей, чтобы они указали остальным дорогу.

– Да, конечно! – засуетился дедушка. – Прошу, дамы и господа!

ПОЧТИ СВЕТСКАЯ БЕСЕДА

– Что последнее вы знаете обо мне? – баронесса сидела на диванчике в столовой, изящно придерживая на фарфоровом блюдце кружечку с кофе.

– Что вы руководили Арагонским союзом некромантов и вывели их из Испании, спасаясь от катка Восьмой когорты, – живо сказал дедуля в великоватой одежде, оказавшийся священником и представившийся всем отцом Бенедиктом. – По некоторым данным, вы ушли в Турцию, по другим – в Африку.

– Те и другие врут, – задумчиво кивнула Енрикетта. – Быть может, нам и следовало идти в Африку. Кто знает, как тогда всё сложилось бы. Но нам… – мне – мне претила их примитивная школа некромантии, захватившая практически весь континент. Это даже школой по-хорошему нельзя назвать. Тупое пожирание людей в надежде захватить их жизненную силу. Самое примитивное, не учитывающее даже – имеет ли человек склонность к сему великому дару или нет. Многие из них так и не приобретают магию, оставаясь всю жизнь тупыми людоедами. Фу. Хуже даже, чем на Балканах.

– А на Балканах, извините?.. – не удержавшись спросил есаул.

Енрикетта обратила на него взгляд чёрных глаз, став неожиданно похожей на маленькую учительницу:

– На Балканах сохранилась школа, в основе которой лежит прямой захват жизненной силы донора через кровь. То, что называется вампиризмом.

Пока есаул обалдевал, отец Бенедикт с интересом продолжил познавательную беседу, заметив:

– Но нужно признать, им удалось-таки отстоять свои земли.

– Клочок от своей земли, вы хотели сказать? – презрительно изогнула губы баронесса. – Я видела карты. Они ушли в самые неудобья – горы, ущелья… И, насколько я могу судить, вынуждены тщательно контролировать численность своего клана.

– Честно сказать, я думал, это ваши боевики отметились в нескольких волнах турецкой резни?

– О, нет. Там и без нас участников хватало. Сбежались со всей Европы, как блохи на нос намыленной собаки. – Енрикетта фыркнула и отпила глоточек из кружки. – Отличный кофе, падре!

– Благодарю, – довольно кивнул отец Бенедикт. – И всё же…

– Да, я обещала, и я говорю: мы направились в Россию. Это была наша самая большая ошибка. В Европе Россию представляли богатой, обширной, но крайне дикой варварской страной. Мы надеялись найти там нечто вроде африканских джунглей, но с ёлками, медведями и людьми, наряженными в шубы.

Дмитриев невольно хмыкнул, и Енрикетта слегка на него покосилась:

– Да, Олег Викторович, мы оказались здорово разочарованы действительностью. Хуже того, мы успели самонадеянно вляпаться в несколько… неприятных инцидентов и вызвали нешуточный гнев тогдашнего царя, Теодора Пятого.

– Что-то я не помню такого, – покрутил головой есаул.

– М-м! Всё время сбиваюсь! По-вашему «Фёдора», конечно! Гнев его был столь велик, что нас преследовали и отыскивали, даже когда мы попытались скрыться за Байкалом… Противостояние длилось почти три десятка лет. И… надо отдать должное, за эти годы русская школа некромантии укрепилась и оформилась в самостоятельную ветвь – ту, которую сейчас все знают как монастырь Марка Печерского. В борьбе с нами они забыли собственные междоусобицы и обрели силу. А мы… Мы закончились. – Баронесса помолчала и решительно подвела черту: – О дальнейшем я поклялась не рассказывать никому, и клятву свою сдержу, хотя давно мертвы все взявшие её.

Она передала блюдечко с опустевшей чашкой священнику и совсем другим тоном сказала:

– Ладно. Это всё понятно. Сейчас меня гораздо больше интересует: кто ставил защиту на небольшое поселение на окраине леса?

– Защиту ставил я! Вернее, мой внук, он установил зачарованные предметы, – ответил из-под потолка призрак, незаметно просочившийся в дом с верхней галерейки.

Енрикетта повернулась к нему и ворчливо спросила:

– А почему такая топорная работа? Я вижу, что вы много знаете, так почему эта защита такая слабая?

– У нас, простите, совсем недавно вообще не было магического фона! И то, что я смог сделать, это вообще на тот момент было вершиной возможного! – не менее сварливо ответил Мюллер, снижаясь.

Есаул наблюдал за этим диалогом, размышляя, что где в другом месте застал бы такую сцену – поразился б безмерно. А у Коршуна младшего – нормально всё! И вот всегда у них так занимательно, у Коршуновых. Но забавные союзнички, всё же. Хотя, надо отметить, действенно получается – это учитывая, что Аркадий тут вообще один был!

За двое суток в дирижабле есаул на несколько раз перечитал тоненькую папку, переданную ему и ещё нескольким казакам Великим князем. Оно, понятно, что в папочке той да-а-алеко не всё прописано (кто ж ему полный доклад-то даст?), однако и вот этот вот дедок-священник, и призрак были там указаны как дружественные силы. Пока есаулу казалось, что силы эти немного слабые, но он готов был работать с тем, что имеется.

Енрикетта удовлетворилась объяснением и слегка подпрыгнула на диване, расправив складочки юбки:

– А-а-а! Тогда ещё раз приношу свои извинения. Прошу меня понять. Столько всего вокруг! Нового! Замечательного! Меня заносит, и несёт, и несёт… А вы можете удаляться от мельницы? – неожиданно продолжила вопросом она.

– Я? – удивился Мюллер.

– Конечно! Священник – человек, и ему ничего не стоит уйти. А вы? Вас что-то держит, именно тут?

– Убили меня. У впадения ручья в запруду нож в спину воткнули… – нехотя ответил призрак.

– А-а-а-а! И вы не можете удалиться от мельницы дальше чем?..

– На сто метров! Плюс-минус. К чему эти вопросы, госпожа? – после того как баронесса указала свой возраст, привидение мельника испытывало к ней большее уважение, но вопросы ему всё равно не нравились.

– А потому что вот, – Енрикетта Марти вытянула пальчик, и от него в призрака потекла чёрная как смоль струйка. Призрак дёрнулся, но было поздно. Тьма впиталась в него, и он стал как-то более…объёмным, что ли? – А теперь вы не ограничены этим местом, господин мельник. Или следует говорить, господин профессор? Не удивляйтесь, я вижу на той доске в углу формулы, написанные двумя разными почерками. Не исключено, конечно, что профессор – тот молодой человек, который спрятан у вас в подвале…

– А! Это герр Борн! – встрепенулся отец Бенедикт. – Надо было позвать его! Вчера Мюллеру удалось наконец достать материалы для проявки плёнок и печати фотографий, так герр Борн с утра печатает.

– Етитская сила! – хлопнул по коленке Дмитриев. – Это тот тип из Вены, которого надо было отправить в Россию⁈

– Да, – проворчал Мюллер, – хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах! А нормальный аппарат для связи вы привезли?

– Конечно! И аппарат, и связиста. Доставят вместе с техникой.

– В таком случае, герр Аркадий вернётся и будет решать и связываться с вашим руководством, как передать этого Юстаса Борна или хотя бы его фотографии, – рассудительно сказал отец Бенедикт.

– Это столь значительные снимки? – заинтересовалась баронесса, приподняв бровь.

– Вам тоже может быть интересно, – хмыкнул Мюллер. – Герр Борн уверяет, что на них запечатлён даже Венский парад мертвецов, шагающих вокруг подбитой техники колонной из двухсот кадавров!

– Звучит фантастически, – покачала головой Енрикетта. – Возвращаясь же к вашему вопросу, дорогой профессор, вы будете чувствовать себя заметно увереннее, хотя… пожалуй, покидать границы этого леса всё равно не нужно. А чуть позже, когда утрясётся вопрос с размещением и переездом, мы походим с вами по лесу, и я покажу как правильно ставить защиту, хорошо?

Мельник ощупал себя руками и с сомнением улыбнулся:

– Это будет познавательно, госпожа баронесса. Хотя, я хочу вас предупредить, с его сиятельством у меня была договорённость. – Тут она заинтересованно наклонила голову, и призрак продолжил: – Как только мы разберёмся в тонкостях дара Аркадия Ильича, я намерен… покинуть этот мир. Надеюсь, не обидел вас?

Глава 26
ГОТОВЯТСЯ ВСЕ

ВОПРОСЫ РАЗНЫЕ

Нижняя Австрия, лес Клостервальд, мельница

25 января 1948 года, утро

Есаул Дмитриев

– Что вы, какие обиды? Я даже скажу вам больше, вы можете не дождаться конца вашего исследования. Я не угрожаю! – выставила вперёд ручки Енрикетта. – Вовсе нет. Просто, если бы я не подпитала вас, вы «ушли» бы уже через неделю независимо от вашего желания или нежелания.

Старики переглянулись. Мюллер пожал плечами, а священник спросил:

– А, простите, почему?

– Это же очень просто! – взмахнула ручкой баронесса. – Посмотрите на его энергетическую структуру! Он почти получил всё что хотел, и это размывало его, прекращало подпитку. А теперь у вас, – она кивнула призраку, – есть минимум год, чтобы закончить всё, что вы тут себе запланировали.

– А если мы закончим раньше, это не помешает мне, как вы изящно выразились, «уйти»? – коротко поклонился призрачный мельник.

– Конечно нет! Вольному воля!

Всё это было очень здорово, но есаула гораздо более интересовали приземлённые вопросы:

– А позвольте поинтересоваться, не знаете ли вы, кто сейчас находится в поселении из трёх жилых домов, расположенном на восточной окраине Клостервальда?

– Как же не знаю? Конечно знаю! – встревожился мельник. – Это хутор моей семьи! Там сейчас двое моих внуков и жена одного из них. А почему вы спрашиваете?

– Стреляли, – коротко ответил есаул. – Пытались остановить движение поисковой группы. Одного упаковали сразу. Если, вы говорите, что там ещё двое, то их, скорее всего, тоже уже нашли.

– Но они же не знали! – взволнованно закружился по комнате Мюллер. – Уверяю вас, они полностью поддерживают его сиятельство! Они могли принять вас за врагов! Вы знаете, на Аркадия Ильича была совершена попытка нападения особо подготовленной группы – а тут вы! Давайте признаем, что ваших знаков различия, господин есаул, дальше чем с трёх шагов не разглядеть, а у ваших подчинённых их вовсе нет!

– Ага, я в тыл к врагу собрался, мне может ещё и мишень на себе нарисовать? Для удобства вражеского? – Есаул со скрытым удовольствием оправил форму.

От старшего Коршуна отряду подарок – новейшей разработки тактический камуфляж, да ещё со встроенными пластинами брони на плечах, груди, коленях и бёдрах. Мечта, а не форма! Денег, небось, стоит совершенно сумасшедших!

– Не переживайте, господин мельник, все живы. Разберёмся. Может, даже наградим за бдительность.

– А сейчас, – провозгласила баронесса, – мы с сеньором Мюллером пойдём ставить защиту! Да! Посерьёзнее, чем прежняя. Господин есаул, вам совершенно не нужно нас сопровождать. Сами справимся. Да? Справимся?

– Справимся! – ответил Мюллер и кивнул почему-то синхронно со священником.

Они вышли, причём призрак попытался привычно пролететь сквозь стену, и ему даже это удалось. Только вот… как бы с неким сопротивлением. И глаза у него стали такие удивлённые! Похоже, «подарок» баронессы сделал его несколько плотнее, чем он привык.

Есаул посмотрел на маленькую утопицу, скромно сидящую на диванчике, сложив ручки на коленочках. Ух и мелконькая же! Ножки в валенках такие крохотные…

Спросил:

– А тебе что-нибудь надо?

– Мне? – удивилась она, распахнув огромные зелёные глазищи. – Дяденька, а мне ничего уже и не надо! Водицы ключевой дали напиться вдоволь! – она аж в ладошки прихлопнула. – А место какое чудесное! Такая славная запруда! Такие вокруг неё ручейки замечательные! А ниже, там – и даже речка есть! Здорово! И ни одного хранителя – всё мне! Удивительно! Я такая довольная!

Фраза про хранителей озадачила есаула страшно. Ему ещё в Карлуке ясно дали понять, что отношение к девочкам должно быть максимально обходительным, и чтоб казаки особо не лезли с расспросами. Но тут-то для дела! Так что он осторожно поинтересовался:

– Э-э-э, и что ты с этими ручейками можешь сделать? А то, извини, но сил-то я твоих не знаю. Может ли отряд на твою поддержку в бою рассчитывать? И конкретно на что?

– Я могу действовать как сильный водный маг, – совершенно серьёзным и неожиданно взрослым тоном ответила утопица. Подумала и уточнила: – Очень сильный маг. Но только недалеко от воды.

– Насколько недалеко?

Утопица сосредоточенно нахмурила бровки:

– Мерных если… сажени две, много три.

«Етитская сила, – озадачился Дмитриев, – с саженей-то на метры когда перешли!»

– А сажень – это сколько примерно? Можешь показать?

Утопица усмехнулась:

– Мерная-то? Вы от руки-то в стороны раскиньте – примерно и будет.

– Ага! То есть в пределах от трёх с половиной до пяти метров, где-то так, – быстро прикинул он в уме. – Лучше даже на три ориентироваться, чтоб точно.

– Если бы не зима… – вздохнула Марфуша, – но я говорила уже. И мне не нужна магическая энергия со стороны. Вода сама даёт её мне…

– Вот это отлично! Больно уж тут фон скуден. Так что ты знай, очень рассчитываем на тебя! – Ещё бы! Водный маг в наше безмагическое время! Это ж такая находка! – И надо будет на том хуторе поспрошать. Ботиночки тебе какие подобрать или хоть на валенки галошки. Зима тут у них не зимняя, скоро распутица грянет, так чтоб ножки у тебя не мокли.

Марфуша совершенно по-детски улыбнулась и посмотрела на свои серые валеночки:

– Ботиночки? На каблучке и с блестящими пряжками?

Есаул вздохнул:

– Покуда будем искать, какие есть. Но от себя обещаю: при первой возможности будут тебе самые наилучшие башмачки, как у принцессы!

А то чего это? Арагонским баронессам башмачки на каблучках полагаются, а нашим Марфушам – нет, что ли? Так не пойдёт!

ГРУППА НОМЕР ДВА

Нижняя Австрия, округ Мистельбах

25 января 1948 года, в рассветном тумане

Группа номер два, капитан ОʼКоннор

Вот уже третий день они шли от Страхотина на юго-восток, словно ищейки, уткнувшиеся носами в землю. Молодой мальчишка, принятый в отряд за своё изобретение и за него же получивший нашивки капрала, смог разглядеть в бесформенных пятнах, которые демонстрировал ему его приборчик, направление движения тех типов, которые разнесли в пыль базу чистильщиков, выдрав из неё предварительно самое ценное. В последнем старик ОʼКоннор ни капли не сомневался. Он сам поступил бы точно так же, если бы его отправили уничтожить гнездо столь зажравшихся уродов, как эти чистильщики – выдрал бы самую мякотку и поделил между своими. И непременно отчитался бы, что всё уничтожено.

Иначе с чего бы так бесновался новый начальник базы в идиотском мундире в косую полоску? Этот клоунский мундир сразу вызвал у ОʼКоннора раздражение. Кто придумал такую чушь? И главное – зачем? Чтобы сразу было видно, что это – подразделение идиотов?

Мальчик с экранчиком и мотком проводов первым делом заявил, что все посторонние должны покинуть базу. «Посторонние», ха! Та полосатая свинья чуть визгом не захлебнулась, но тут уж ОʼКоннор сам сказал: «Или выметаетесь, или контракт расторгнут!» Никому нельзя позволять орать на своих людей. Это прерогатива командира.

...

Больше всего времени ушло на сканирование вокруг тех озёр, чтобы точно установить первоначальное направление. Дальше было проще. Медленно, но надёжно. Непонятно, почему эти психи уходили по полям, по всякому бездорожью. Точнее, непонятно было два дня, пока они не наткнулись на место с чётким отпечатком огромной лапы.

– Кажется, медведь, – сказал тогда Джонсон, – но больно уж здоровый. И почему когти направлены в ту сторону?

– Потому что мы, видимо, идём по первому следу, – понял ОʼКоннор. – По пути, которым они шли туда.

Однако по мере продвижения капитаном овладевали всё большие сомнения. Что-то было не так…

...

Сегодня на рассвете

– Ну и что ты можешь мне сказать? – капитан ОʼКоннор привычным движением провёл по короткой белоснежной бородке и опёрся о крыло военного грузовика. Стоящий перед ним невысокий капрал вытянулся и доложил:

– Господин капитан! Это совершенно не моё дело, но нас кинули на это задание зря. Согласно всем выданным нам материалам, магов было всего двое. Но это расходится с показаниями приборов. Следов больше, они зыбкие и нетипичные. Причём, ни одного из них я не могу опознать как менталиста.

– Ну-ка, подробнее! – заинтересовался старик. Если его лучшая техномагическая ищейка говорит «непонятно», как минимум нужно разобраться. – Только не показывай мне свои графики и кляксы, избавь дедушку от головной боли. Сразу выводы.

– Значительная область значений имеет рисунок смерти.

– Ха! Я так и знал! Некромант!

– Скорее всего, да. Но тоже какой-то нестандартный. Если бы вы видели графики…

– Уволь! Мне достаточно твоего вывода. Это некромант?

– Так точно.

– Отлично! И у него есть спутник?

– Не так быстро, сэр! Со спутниками всё вообще непонятно.

– Спутника-ми?

– Просто послушайте. Отпечатки с нескольких мест убийства носят структурный образ, характерный для магов-оборотней. Причём, периодически он задваивается. Один – более крупный зверь, я не могу его внятно опознать, что-то медвежье, но… это неточно.

– Но мы же видели след?

– Он слишком крупный для обычного медведя. Кроме того, это может быть химера.

– Допустим. Итак, первый – условный медведь. Дальше?

– Второй – мельче, похож на сильно искажённый лисий, в котором звериная компонента преобладает над человеческой. Очень концентрированный звериный след.

– Хм… Либо они каким-то образом заставили работать на себя кого-то из психов-оборотней, у которых звериная природа берёт верх над разумом… Может такое быть? Я читал про опасные случаи. Говорят, что такие особи подлежат зачистке или изоляции. Могли они найти или выкрасть экземпляр?

– Кто разберёт этих варваров, – хмыкнул ОʼКоннор, – я никогда не был в России. Говорят, там вечный снег, все пьют водку и повсюду медведи. Может, среди них и попадаются порченые маги?

– Как вариант, у нас остаётся химера.

– Химера лисы и медведя?

Технарь усомнился.

– Если бы я получил возможность исследовать такое существо с помощью моих приборов какое-то время… Сейчас я не готов однозначно подтвердить или опровергнуть ваше предположение. Одно могу сказать точно – я однозначно вычленил звериный след. Исходя из него, мы можем предполагать наличие в отряде двух оборотней, оборотня и магически подчинённого зверя либо химеры. Но какой-то зверь точно есть.

– Значит, всё-таки менталист… – протянул старик. – Менталист со зверем…

– Господин капитан, погодите, это ещё не всё!

– Ну⁈

– Есть ещё следы стандартной боевой магии. Огонь и лёд. Единственное, как он смог оперировать довольно значительными объёмами энергий в безмагической зоне?

– Может, таскали с собой сверхмощный аккумулятор? – задумчиво пожал плечами старик. – Ещё что-то?

– Остальные возмущения неотделимы от фоновых всплесков и чётко не идентифицируются.

– Хорошо. Позови лейтенантов.

– Есть!

КЛОСТЕРВАЛЬД КИПИТ

Нижняя Австрия, лес Клостервальд, мельница

25 января 1948 года, утро раннее

Есаул Дмитриев

Пару раз патрули, которые казаки отправили в разные концы леса, видели неспешно вышагивающую между деревьями баронессу и летящего рядом с ней призрачного мельника. Но, как было приказано – к ним не лезли.

И так дел полно! Секреты оборудуй, заминируй всё правильно, связь наладь. Работа кипела с самого момента высадки.

Помимо штатных, деды выдвинули на-гора целый список всяческих казачьих штучек, которые можно было бы по лесу да вокруг наставить. Оно, конечно, старина да баловство (если по большому-то счёту), но множество удивительных моментов могут недругам преподнесть. Вроде как шалость, а поди ж ты.

Получив добро, деды разгулялись вовсю! Такую деятельность развили – страх Божий. А неча в лес, что Коршунёнок базой выбрал, лезть!

Хотя какой тут лес? Смех один. Такой же несерьёзный, как зима здешняя!

На этой самой мысли, которую есаул краем сознания думал, обходя с проверкой секреты, лес Клостервальд мигнул. Вот не подберёшь другого слова. Вся эта поросшая деревьями гора вздрогнула и словно дымкой подёрнулась.

– Ваш-бродь, эт чего? – рывком повернулся к нему Ваня Долгов.

– Это защита магическая, – детский голосок прозвучал сзади настолько неожиданно, что подпрыгнули оба, – не нужно волноваться!

Баронесса! Неслабо она в подкрадывание умеет!

ВСПЛЕСК

В тот же момент

Группа номер два, капитан ОʼКоннор

– Стоп машины! – заорал молодой капрал, страшно поразив всю группу столь нетипичным для себя поведением. А тот взбудораженно пучил глаза и тыкал в зелёный экранчик своей хитромудрой техники: – Капитан, смотрите? Смотрите? Вы видите это пятно⁈ А вот здесь пик??? Это не может быть простое возмущение! И оно в той же стороне, что и всплеск средней интенсивности, который я фиксировал ночью! Могу поставить на кон своё трёхмесячное жалованье – это заклинание произведено очень сильным магом!

– Успокойся и обозначь расстояние.

Минута возни, и капитан получил желаемое:

– К югу от нас! Рядом с деревушкой Хёресдорф!

– Господа, мы нашли нашу цель! Всем предельное внимание! – произнёс в рацию старик и повесил передатчик на крюк.

Колонна бронемашин устремилась на юг.

* * *

СТАРТ пятого тома ПРЯМО СЕЙЧАС! /work/644615