Текст книги "Ком 10 (СИ)"
Автор книги: Ольга Войлошникова
Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
11. СОБЫТИЕ ОГРОМНОГО МАСШТАБА!
ЕДЕМ В ХРАМ
С раннего утра в нашем дворце царила суета. Преимущественно она касалась прекрасной половины иркутской делегации – едва прошёл завтрак, как с чёрного крыльца подкатил фургон с цельным отрядом парикмахеров, и дамы дружно удалились в особо отведённые под эту прелесть покои. Но не все. Маман, к примеру, заявила, что не в том она уже возрасте, чтобы вавилоны на голове накручивать. А лисы и так всегда могли придать себе любой желаемый вид.
Да и смысл им был прихорашиваться? Айко с детьми оставалась, а Сэнго с Хотару хоть и отправлялись на торжества, но собирались всё время находиться под невидимостью. Никаких кавалеров ни одна из них так и не пригласила, Айко решила, что «всё это будет мешать поставленным задачам».
У меня в глубине души сохранялось некоторое подозрение, что вопреки своим собственным словам о появившемуся меж нами родству по крови, она не оставляет надежды как-нибудь обойти некстати появившийся запрет и всё-таки выдать какую-нибудь из своих дочерей замуж за Аркашку. Недаром она ему столько внимания уделяет! Нет, действительно, читал же я, что лисы иной раз даже собственных будущих мужей воспитывают, а уж зятька-то…
Впрочем, всё это исключительно мои домыслы. Да и далеко до всех возможных браков, честно скажем. Маловаты ещё лисьи дочки по лисьим же меркам для замужества.
А вот на саму Айко после того с треском провалившегося сценария весь наш женский батальон начал вдруг по-другому смотреть. Сперва-то все хохотали над душераздирающим финалом и даже цитировали предполагаемые титры: «И СИЯ ПУЧИНА ПОГЛОТИЛА ЕЁ В ЕДИНЫЙ МОМЕНТ!» Пока маман однажды вдруг не сказала:
– А мне эту Чио-сан жалко. Несчастная ведь девка. От неразделённой любви пострадавшая! – И тут мысль её совершенно внезапно совершила неожиданный поворот: – Да и наша Айко почему одна?
– Мне это не к спеху, – обескуражив всех, сказала тогда Айко. – Да и идея замужества плохо сочетается с задачей служения и охраны.
И, вроде как, все отступились от неё. Все, кроме матушки. Насколько я знаю Евдокию Максимовну, единожды втемяшенную мысль она будет крутить так и эдак, подбираясь к задаче со всех сторон, пока лазейку не найдёт. К тому же, с её точки зрения, она исключительно благим делом занята, правильно? Значит, будет искать решение с двойным усердием. С тройным даже!
Но это меня что-то вдаль унесло. Про свадьбу ж!
К одиннадцати мы уже ехали на нескольких подкативших открытых автомобилях в главный Московский храм. На венчание. Расселись свободно, чтоб дамам платья не помять. Мы в машину с Соколовыми попали.
– А этот египтянин – он какой веры? – спросила Серафима Машу, пока мы ехали.
– Язычник, можно сказать, – пожала та плечами. – У них своя какая-то, древняя.
– А как же венчание?
– Особый чин. Благословение на брак надо же получить.
– А как же его родня не против?
– Так поэтому Московские торжества – это только первая часть свадьбы, – пояснил Иван. – Сейчас выйдем, увидите: они ради этого и одеты все по европейской моде. А в Египте вторая часть будет. Там – чисто старинные сказки, для нашего глаза невиданное действо. И там уж невесте в их платья переодеваться надо будет, чтобы всё по чину.
– Они хоть приличные? – с подозрением спросил я.
– Кто?
– Да «кто»! Платья египетские! А то на картинках как посмотришь – голова как копна начёсана, глазищи чёрным в палец толщиной обведены, а на теле то одна юбка, то прозрачное что-то, навроде тюля. Срамота!
– Ну, Илюха, ты дал! Что пять тыщ лет назад было, а что сейчас!
– Ну разве что…
За этими разговорами мы подкатили к храму, торжественно убранному цветами. Народу – толпы! Экипажей и автомобилей – цельна площадь! Да такие все блестящие, аж зайчики солнечные во все стороны.
На высоком крыльце уже дожидался жених со своими дру́жками и послами – и впрямь во вполне европейского вида мундиры наряжены. Я думал, хоть тюрбаны будут или шапочки какие-нибудь вроде того – индусы же, к примеру, к любым костюмам их наматывают – ан нет.
– Самый высокий – принц, – сказал Иван.
Я, в принципе, так и подозревал.
Принц выделялся среди своих подчинённых чисто как Гулливер среди лилипутов – на полторы головы выше остальных! В буквальном смысле на маковки плевать может. И не потому что свита у него мелкорослая, нет. Должно быть, хорошо египетскую кашу в детстве кушал. Уж на что в нашей компании лбы здоровые подобрались, а этот принц любого из нас на полголовы выше будет. Здоров, здоров…
Мы вышли из автомобилей и пошли на назначенное нам место в плотном кольце охраны. Над головами чувствовался наведённый защитный экран. Да уж, не забалуешь тут.
Не успели мы встать, как по толпе на площади словно волна прошла:
– Едут! Едут!!!
Ясно, кто едет – невеста!
Катерина Кирилловна казалась невесомой в своём белоснежном платье, а на бегемота своего смотрела такими лучащимися глазами – аж светилась вся.
Дальше, как положено – очень торжественное венчание, после которого все приглашённые грузились в свои транспорты – и все, я специально внимание обратил – под охраной не худшей, чем мы. Честно говоря, как-то оно тревожненько. Как в частушке прям: «Или люди чё сказали? Или сам увидел чё?» От чего так сильно страхуются-то? Не иначе, ждут беды. Точнее – попытки эту беду учинить. Ладно, и мы расслабляться не будем.
Бесконечная череда машин и экипажей направлялась в загородный Летний дворец на торжества.
ЛЕТНИЙ ДВОРЕЦ
Привычного нам застолья на этой свадьбе, судя по всему, вовсе не предполагалось. В огромном парке Летнего дворца, похоже, были устроены сотни площадок, на которых гости могли развлекаться в своё удовольствие – смотреть всякие выступления, слушать музыку, танцевать (причём, характер музыки на разных площадках тоже весьма отличался), можно было и посидеть за столами, устроенными во множестве на манер летних ресторанов и ресторанчиков, и угоститься напитками в любом из бесконечной вереницы палаток-баров, и так пробегающего официанта окликнуть и получить всё, что только душенька пожелает. При этом неподалёку от гостей всё время маячила охрана, а в нужный момент к старшему её представителю подходил распорядитель, и новую группу гостей приглашали в парадный зал дворца, где сидели принимающие поздравления жених и невеста.
Компания наша из-за этих приглашений немного разбилась. Иван с Марьей ушли в первый круг – там только родственники были, я так понимаю. А остальные все – во второй. Багратион со своей кавказской роднёй ушёл, Петю я видел в компании отца, рядом с профессором Бобровым и чета Дашковых в толпе промелькнула…
А нас – конкретно меня, Серафиму, батю с маман, Афоню с Катериной, а также (видимо, как вассалов) Хагена и Фридриха с жёнами – разделять не стали, и мы неожиданно оказались во второй очереди, вместе со всеми светлейшими князьями и прочей аристократией. Впрочем, Фридрих – принц, его попробуй-ка далеко задвинь. Да и я – герцог, хоть и игрушечный.
Вошли, построились по ранжиру. Из множества боковых дверей выскользнул целый строй официантов, наделивший всех гостей бокалами с шампанским. Распорядитель произнёс короткий, но красивый тост за молодых, и все принялись чокаться, пить, а потом кричать «горько!»
Оригинально, однако.
Молодые поцеловались. Я даже не успел заметить, когда нас освободили от бокалов, и пошла церемония вручения подарков. К этому моменту Катерина Кирилловна и Джедеф Семнадцатый ещё не успели устать от официальных мероприятий, но памятуя количество гостей… Я ужаснулся. Сколько ж они тут сидеть будут? Как бы не до вечера!
Гости в очереди переминались – стульев не полагалось. Спасибо, хоть вручивших сразу провожали на выход, в парк – развлекаться и праздновать. Вот и наша очередь подошла!
Каждого гостя, как положено, представляли. Первыми я поставил батю с маманей. Как у них тут по чинам положено, я не знаю, а родителей чтить надо. Отец поднёс Джедефу изукрашенную пальм у* Аносовской булатной стали. Специально для этого случая изготовленный между прочим!
*Пальма – сибирское древковое оружие типа глефы. Представляет собой однолезвийный крупный ножевидный наконечник, закреплённый на длинном древке.
Вообще-то в Африке любят оружие странное и до того заковыристое, что иной раз и не поймёшь, с какой стороны за его хвататься – да я рассказывал, с Трансвааля я тогда трофеев привёз. Но Джедефу пальма понравилась, глазки заблестели.
Маман со своей стороны вручила невесте блокнотик в обложке тиснёной кожи с серебряной ручкой-самопиской на шнурочке, и, слегка подавшись ближе к невесте негромко сказала:
– Катенька… ой! Екатерина Кирилловна…
– Ничего, Евдокия Максимовна, давайте по-свойски! – шевельнула Катенька ручкой в белой перчатке. Это явно было сделано, чтоб аристократов, ожидающих немного эпатировать. Хулиганка всё же у Ивана сестрица!
– Так вот, снадобья, о которых мы сговаривались, в шкатулочку к Хагену оченно хорошо встали. Так я и не стала перекладывать. А здесь в книжечке – подробные инструкции по применению!
– Огромное вам спасибо! Так, если что, я вам письмецо пишу?
– Всенепременно!
Следующим подошёл я. Подарок мой был простой. При разработке месторождения серафинита, что совсем рядом с железнорудным обнаружилось, нашли горняки очень редкую дивной красоты друзу, похожую на шар размером с небольшой арбузик. И снаружи узоры камня завораживающие, а сквозь небольшое отверстие внутри вся полость прозрачными золотистыми кристаллами усажена. Вроде и толку с этой вещицы нет, а красиво. Самое то дарить людям, у которых и без нас всё есть.
Фридрих поднёс подарок со значением. Каменный. В небольшой мраморной вазочке росли фиалки. Каменные. Зелень у них, по-моему, были из того же серафинита, а лепестки цветов – кажись, из фиолетового чароита. Цветочек именно рос. Во всяком случае, был он гибким, практически как обычный живой цветок, и Фридрих вручил его со словами:
– Не опасайтся, он не станет увядать! Совет да любовь!
Последнее, скорее всего, его маманя научила, а первая часть – это больше для родственников в Германской империи послание, чем дня новобрачных. Тем более что германский посол, скорее всего, в числе приглашённых есть.
Хаген вручил упомянутую шкатулочку – резную, вкусно пахнущую кедром и украшенную серебряными вставками. Шкатулка была открыта и ряды пузатых бутыльков предъявлены молодожёнам.
А Афоня, идя по проторенному пути, подарил Екатерине Кирилловне соболью шубу да, пользуясь случаем, пригласил молодых супругов, буде у них найдётся время, на прогулочные экскурсии.
– Хоть на север, хоть на юг! И в Кайеркан летаем с посещением плато Путорана, и в Бидар, и в новые дальневосточные земли, а уж по Байкалу экскурсии налажены в лучшем виде! Только желание изъявите, всё устроим по высшему разряду!
Молодец, вообще-то. Отчего бы себя и не прорекламировать при таком стечении дорогой публики? Сразу торговую жилку видно, не то что у меня.
Надо сказать, что Звериную природу принц-бегемот в нас сразу почуял. Это было видно по изменившемуся взгляду, по некоторой напряжённости мышц. Интересно, Катерина жениху про нашу родову рассказывала что-то или нет?
Как бы то ни было, дальше осторожных взглядов дело не пошло. Мы ещё раз раскланялись и отбыли в сад. Больше сегодня увидеть молодожёнов нам вряд ли светило.
* * *
Против ворот, из которых валили отдарившиеся гости, прогуливался Сокол с Машей под ручку. Увидел нас, оживился:
– Сюда-сюда! Сейчас наших дождёмся и пойдём гулять.
– А мы-то с дедом вам не нужны? – сразу уточнила маман. – Чего мы вам, молодым, глаза мозолить будем? Пойдём сами прогуляемся – да, Алёша?
Батя степенно кивнул, и они отбыли, да и Афоня с Катериной за ними. Смущала их всё же великокняжеская компания.
Немного потолокшись на площадке, мы увидели Серго с Дарьей, потом выскочили Дашковы, а там и Петя с Сонечкой присоединились. И пошли мы в своё удовольствие развлекаться. Парк казался бесконечным.
– Как странно, – сказала Серафима, – словно в детстве на ярмарке. Так интересно и столько всего!
Гуляли мы часа три, пока с очередной дорожки не вырулили к большой вывеске «РУССКИЕ ГОРКИ».
– Ух ты! – сразу сказала Дарья. – Поедем?
– Я пищать буду, – честно предупредила Соня.
– А я в Иркутске каталась! – похвасталась смелостью Серафима. – Правда, те поменьше были.
В общем, уговорили мы своих зазноб. И визгу же было! Но все побежали ещё на круг. И побежали бы на третий, если б с боковой дорожки к нам не подскочил поручик из нашей охраны с выраженьем на лице.
– Что⁈ – спросили его сразу все хором.
– Всё в порядке. Почти в порядке, – поправился он. – Нападение отражено, провокация не удалась. И мы бы вовсе вас не беспокоили, если бы.
– Ну⁉ – требовательно гаркнул Иван. – Живее!
Поручик кивнул и протараторил:
– Глава вашей ближней охраны, госпожа Айко, передаёт, что ваш сын, Аркадий Ильич, инициировался…
12. СРОЧНЫМ ПОРЯДКОМ
БЕЗ ПАНИКИ!
Смелый человек этот поручик! Вот так смотреть на мою перекошенную рожу, да ещё и зубы, поди, синим засияли.
– Аркадий Ильич инициировался, и лисе требуется помощь, чтобы его удержать.
– Аркаша⁈ – воскликнули все женщины разом, а я:
– Ему ж пяти лет ещё нет!
– В этом основная проблема. Специалиста вызвали…
– Да какого спэциалыста! – взревел Багратион. – Евдокия Максымовна по оборотням главная! Она ж здэсь!
– Её должны тоже привезти, – нервничая от вида пробивающейся на щеках Багратиона шерсти, пояснил поручик. – Но присутствие родителей…
– Так, я с вами! – решительно сказала Есения. – Целитель ещё никому не помешал!
В итоге в «прабабушкин» дворец мы гнали все вместе, в наглухо затонированном спецавтобусе. Следом за нами, подвывая сиреной и сияя мигалками, подкатил автомобиль, из которого выскочила маман и, не дожидаясь остальных, побежала по ступенькам, обращаясь на ходу. За ней – Катерина, тоже медведицей. Над ними по воздуху неслись проявившиеся Сэнго с Хотару.
– Илюха, шкуру не накидывай! – попросил Серго. – Потерпи хоть до зала, иначе разворотим коридоры.
Да и двери посносим, пожалуй.
И тем не менее, мы бежали.
Понятно, что опасности уже нет. А каково Аркашке? Он же маленький совсем. У племяшек, впервые оборотившихся, и то шок был. Да и у мамани!
Первое, что кинулось в глаза в большой приёмной зале – круг оцепления. Два круга! В центре большого толпилась большая часть нянь с детьми – вроде, кроватки мелькнули, стулья… А в маленьком…
– Дорогу! – рявкнула маман.
Не знаю, как бы поступила чужая охрана, увидев незнакомых медведей, и я поспешил крикнуть:
– Расступитесь!
Внутри круга, прямо на полу, сидела белая лиса, укачивающая медвежонка. Айко держала обычный свой вид, не боевой. Боялась Аркашку напугать?
Шерсть их, белоснежная лисья и молочно-белая медвежья, была испятнана кровью.
– Мама! – закричал Аркаша. – Баба!
Айко с облегчением разжала лапы и распласталась по полу.
– Пропустите целителя! – Есения решительно проталкивалась сквозь толпу. – Ранены?
– Это не наша кровь, – устало сказала Айко. – На мальчике повреждений нет. Просто шок инициации.
Но Есения уже завершила самостоятельный осмотр и повернулась к лисе:
– Не делайте резких движений, пожалуйста. Небольшая общеукрепляющая волна.
– Мне? – Айко удивлённо подняла брови, не открывая, впрочем, глаз.
– С моей профессиональной точки зрения, вы тоже относитесь к пострадавшим.
– Хм.
Зато через несколько секунд Айко уже сидела, бодрая и собранная, как обычно, а Есения побежала в большой круг.
Маман укачивала Аркашку. Причём, вместе с Серафимой. Потому что к маме он прижиматься хотел, а она бы ни за что не смогла поднять медвежонка размером с телка. Ладно, туда пока всё одно не вклинишься. Я подвинул себе стул, сел рядом с Айко:
– Рассказывай.
– Нападение началось около двух часов назад. Нас изо всех сил старались убедить, что устроено оно египтянами, поэтому уверенно могу сказать: это либо англы, либо франки.
– Не вижу тел, – нахмурился батя.
– А не было людей. И бомб не было, от которых этот особняк прекрасно укрыт. Использовали единственную прореху в защите – подъездные ворота.
– Секунду! – к нам подошёл сосредоточенный и злой Витгенштейн, за ним – Иван, Серго, Хаген и неизвестный мне капитан. – Это старший охраны особняка, господа. Прошу!
– Два часа семнадцать минут назад по улице против подъездных ворот проследовали три грузовых фургона, – начал доклад тот. – Не останавливаясь, они распахнули задние дверцы, и на мостовую одномоментно был вывален полный груз зачарованных скорпионов.
Хаген отчётливо скрипнул зубами.
– Дежурный маг ударил огнём по площади, но поскольку огонь – не его основная специализация…
– Ясно, дальше!
– Два замыкающих грузовика расстреляны тут же против ворот. Первый остановлен дальше по улице. За рулём человек со стёртой памятью, личность устанавливается.
– Скорпионы? – потребовал Иван.
– Значительной части удалось проникнуть в парк и рассеяться под прикрытием растительности. К этому времени были подключены ещё два мага, находящиеся в составе нашего подразделения. На улице они ещё могли работать огнём, но как только твари проникли в помещение, по понятным причинам остался только лёд. Мы срочно переместили охраняемых в парадную залу, поскольку там отсутствовали мелкие предметы и драпировки, под прикрытием которых скорпионы могли бы затаиться.
– И тут стало ясно, что целью атаки были дети, – подала голос Айко. – Все дети, без разбора. Взрослых эти твари игнорировали. Они валили со всех сторон, бежали по стенам, по потолку. Я откидывала ударной волной, они лезли снова. А потом… Я не успела понять откуда они взялись. Упали с пустого потолка!
– Там скрытая вентиляция, – коротко пояснил капитан, но Айко рассказывала, словно заново погружаясь в переживания:
– Упали прямо на коврик, где сидели Машенька и Ваня. И как только сгусток скорпионов оказался вблизи детей, он слился в змей.
– Слияние в сопряжении с трансмутацией! – воскликнул Петя.
– Наверное. Незнакомая мне магическая техника. Здоровенные такие змеи получились! Вот тут Аркаша и зарычал, страшно так.
– В этот момент он обернулся? – уточнил я. – В момент опасности?
– Да. И он этих змей просто порвал. Самое поразительное, что из них хлестала настоящая кровь!
– Позвольте, дальше я? – слегка поклонился капитан. – Я считаю, что именно в этот момент произошел следующий инцидент. Дети испугались крови гораздо сильнее, чем этих… насекомых?
– Членистоногих, – поправила подошедшая Есения.
– Пусть так. И они… кхм… дети закричали хором. И все скорпионы отчего-то сделались очень медленными, и тут стало легче и просто бить их, и примораживать.
– Я прошу прощения, – прервал его Петя, – вы утверждаете, что дети закричали, – он сделал жест, переворачивая ладонь, – и магическая атака замедлилась? Как такое возможно?
Капитан нахмурился:
– К сожалению, у меня нет никаких разумных версий…
– А у меня есть, – неожиданно даже для себя сказал я, так внезапно пришло мне в голову самое вероятное объяснение. – Кирюшку бы на энергомере проверить. Скорее всего, накопитель у него полон под завязку. А среагировал он на кровь.
– Но это же невозможно, господа! – шёпотом воскликнул офицер. – Такое количество магически заряженных объектов!..
– А теперь вам придётся пройти со мной, – Петя оглянулся, – да хоть бы вон туда. И дать мне расписку о неразглашении, ибо услышанное вами является государственной тайной…
Петя увёл капитана, а Айко сказала:
– Это мальчик ещё не учитывает, сколько в сих мелких тварях было упаковано энергии на трансмутацию…
– Очень маноёмкий процесс, – согласился Серго.
– Я, пожалуй, вызову бригаду с оборудованием, – сказал Иван и пошёл звонить.
* * *
Впрочем, бригаду ждать не пришлось.
Не успел Иван уйти к аппарату, как женщины хором закричали:
– Слава Богу!!! – и принялись плакать и обниматься от облегчения.
Аркашка вернулся в человеческую форму!
Тут наконец-то пропустили и нас с дедом, и я получил возможность подхватить сына на руки, подкинуть под потолок и похвалить:
– Молодец! Настоящий герой!
– Брата с сестрой спас! – гордо добавил дед, принимая у меня внука.
– А они такие были здоровенные!!! – Аркашка закрутил руками, показывая, как извивались противные змеи. – Я даже немножко забоялся сперва.
– Немножко – это ничего, – дед пригладил ему вихры. – Что пересилил свой страх и победил вражин – вот это молодец! Так впредь и держись!
Тут вернулся Иван и объявил:
– Дамы и господа, собираемся! Лаборатория института будет готова нас принять через полчаса. Также ставлю вас в известность, что сюда мы уже не вернёмся. Здесь будет работать группа зачистки.
– В таком случае, господа, душевно приглашаем всех к нам! – подхватил Дашков. – Места у нас более чем достаточно! Никакого стеснения не будет!
– А вещички-то? – охнул кто-то из нянь.
– Вещи доставят после тщательной проверки на возможных скрывшихся скорпионов, – доложил капитан. – Бригада магов со спецоборудованием на подходе.
ПОД ПРИСТАЛЬНЫМ ВЗГЛЯДОМ НАУКИ
Итак, все мы собрались и поехали в какой-то огромный исследовательский центр, на пороге которого нас встретил знакомый нам по Бидару профессор Шляпников – в новом, с иголочки, костюме, весь этак блестящий и благоухающий – не иначе, мы его со свадебного празднества вырвали.
– Профессор, я весьма сожалею, что мы прервали ваш отдых… – начал Иван.
– Ах, пустое, мой друг! – небрежно махнул рукой Шляпников, приглашая нас за собой вглубь комплекса. – Подарок я вручил, с коллегами успел пообщаться. Ваш же случай мне гораздо интереснее, нежели предлагаемые для публики развлечения. Итак, давайте по порядку…
Пока мы шли по коридорам и переходам, профессор успел выслушать версию произошедшего от Ивана, потом в мельчайших подробностях расспросить Айко, сочтя её самой адекватной из очевидцев. А тут мы и к лаборатории пришли, которая оказалась огромной!
– Здесь у нас и комната отдыха имеется, – сообщил нам профессор, включая повсюду свет и заводя какие-то приборы, которые тут же принялись гудеть и потрескивать. – Персонала у нас много, так что помещение довольно просторное, прошу располагаться. Чай и чашки вон в том шкафчике. Там и печенья обычно имеются. Прошу простить, прислуга сегодня отпущена.
– На этот счёт не переживайте! – заверила его Мария. – Мы сейчас посыльных отправим, всё необходимое доставят.
– Вот и славно! – профессор явно обрадовался, что ему разрешили не заморачиваться хозяйственными вопросами, и устремился к своим любимым приборчикам.
Проверил Шляпников на всякий случай всех детей (и даже нянь). Подозреваю, что он втайне надеялся на обнаружение дополнительных объектов для своих исследований. Но кроме Кирюшки и Аркашки никто ничем учёное светило не удивил. Впрочем, он и этим двоим был рад до умопомрачения, живо с ними разговаривал, выпытывая всякие подробности и мелочи. К примеру:
– Ух ты! Такая здоровенная змея! А покажи руками, какая?.. А что ты подумал?.. А она склизкая была или сухая?..
А иногда радовался вместе с мальчишками, вызывая у наших дам оторопелые взгляды высказываниями типа:
– И кровища полетела во все стороны!!!
В общем, с юными пациентами у профессора Шляпникова сложилось полное взаимопонимание.
Моё предположение касательно младшего великого князя подтвердилось – он одним махом вытянул у наступающей массы скорпионов бо́льшую часть энергии, и его манонакопитель снова был полон под крышечку.
– Эх, жаль, что там у Кирюшки ещё бидарской маны полно, – сетовал Иван, – а так бы он просто обнулил их до состояния пустышек!
– Нда, надо что-то придумывать, – очень серьёзно согласилась Маша. – Хоть и говорят, что по возрасту рано и сложно – а что делать? Придётся его потихоньку учить…
Вот и Аркашку тоже учить придётся. Серафима, конечно, сразу воспротивилась:
– И даже не начинайте! Ну куда ребёнка в четыре года в школу отправлять? Это же безумие, нет и нет!
– Есть вариант вам поехать вместе с ним, – с похвальной учёной безжалостностью предложил профессор Шляпников. – Иначе, дорогая, он сам себе будет опасен.
– Да уж не пугайте! – вступила маман. – И ты, Симушка, не волнуйся. Сядем мы с Аркашей на нашу «Пульку» да и съездим в Кайеркан, да, внучок? Поживём там пару месяцев. Как раз лето, учеников почти и нет. С нами там позанима-а-аются, да? – маман притянула Аркашку к себе и усадила на колени. – Поедешь с бабулей, Аркаш?
– С бабулей поеду, – сурово согласился сын.
– А там и вы к нам можете в гости наведаться. Ты, Илья, кайеркановским-то ещё в новом виде не показывался.
– В новом виде? – живо обернулся ко мне профессор Шляпников.
Я вздохнул:
– Видите ли, профессор, не далее как на Пасхальной неделе мы с господами Серго, Иваном, Петром, Фридрихом и Хагеном стали случайной жертвой одного странного эксперимента.
Профессор сдёрнул с носа очки в золотой оправе, поспешно протёр их мягкой тряпочкой и снова водрузил на нос:
– Так что же вы молчите, господа⁈
Пойдём-ка мы в комнату отдыха, – сказала маман, похлопывая Серафиму по плечу. – Теперь больших мальчишек просвечивать будут.
И нас действительно измеряли, просвечивали, сканировали и всякое такое.
В общем, вырвались мы из лаборатории поздним вечером (мне кажется, была б воля профессора – он бы нас и вовсе не выпускал) и покатили к Дашковым, где нас уже ждали проверенные чемоданы, саквояжи и прочие кульки.
А наутро…
Наутро, спускаясь в столовую, я услышал оживлённые разговоры и смех.
– Илья Алексеевич, глянь-ка! – Хаген показывал мне развёрнутую газету.
На титульной полосе красовался я с сыном на руках – похоже, кто-то сфотографировал, как мы покидали исследовательский центр вчера вечером. Над фотографией во всю ширину страницы огромными буквами буквально кричал заголовок: «ВРАГ НЕ ПРОЙДЁТ!»
– Ух ты… – я принял экземпляр.
Должно быть, кто-то умный постарался представить всё в наиболее выгодном для Российской империи свете. Расписывалось, что подлыми врагами была затеяна провокация с целью разрушить тёплые дружеские отношения, установившиеся между Российской Империей и Царством Египетским. Про то, что возможной целью была ещё и смерть будущего великого русского мага – ни слова.
– Про Кирюшку, я так понимаю, специально умолчали?
– Конечно, – согласился Петя, тоже читающий газету, – это же для широких кругов – тайна.
– А про медведей?..
– А про медведей писать наоборот следует. Так что все лавры в этот раз достаются Аркадию Ильичу.
– Хорошо, что он маленький и не возгордится, – покачала головой Серафима.
– А вот эту бы я сохранил, – Петя с улыбкой передал нам свою газету, – гляньте-ка, как журналисты стараются!
Здесь заголовок гласил: «РУССКИЙ ГЕРАКЛ!»
– Ни больше ни меньше, – обалдело пробормотал я.
У этих фотки не нашлось, зато имелся художник с воображением.
– На-а-адо ж ты! – протянула маман.
Газета с живописно нарисованным медвежонком, удушающим двух змей над колыбелью с младенцами, пошла по кругу.
– Нашли, чей след? – спросил я Петю.
– По всем косвенным доказательствам – англы. Они же и первыми соболезнования выразили, ещё до выхода газет.
– А чего нам соболезновать⁈ – возмутился я. – Мы победили!
– И верно, – согласился батя. – Себе пусть пособолезнуют, ироды.
– Я, конечно, не Белая Вьюга, – вдруг задумчиво сказала Маша и посмотрела на сестру, – но если ты мне поможешь…
– Я с вами! – сразу сказала Дашка.
– И маму позовём, – добавила Соня. – Кажется, англы плохо усвоили предыдущий урок.
Маша кивнула:
– Проморозим Темзу до дна!
