Текст книги "Ком 10 (СИ)"
Автор книги: Ольга Войлошникова
Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
07. ВЕДЕМ БЕСЕДЫ
КАВАЛЕРИЯ ИЗ-ЗА ХОЛМОВ
Отряд, сопровождаемый невидимыми для них лисами, приблизился к пещерам. Вперёд выступил особо выдающийся господин, которого хотелось называть даже не воином, а, наверное, витязем:
– Подполковник Благовестов. Представьтесь!
Ух, ты гляди какой важный! И даже почти на нас с Серго косяка не давил, надо признать. Чего-то мне стало смешно. И я сняв, звериный облик бросился вперёд, от чего весь остальной отряд слегка синхронно качнулся назад, ощетиниваясь в мою сторону оружием.
– Спасители наши! Родненькие! А мы уж не знали, куды бечь! Тут же такой ужасть творился! – Я повернулся и ткнул в изумлённо взирающего на это представление Ивана. – Чуть не погибли все смертью лю-ютой! Страсти-то какие! А тут вы! А мы здесь! И вот!
– Ваше имя? – более настойчиво потребовал Благовестов.
– Илюха! Илюха Коршунов! Из казаков мы…
– Ясно. Вы, господа?
Это он к принцам, значицца. Не поймёшь же, что принцы-то – комбинезоны пилотские, старые, чутка замасленные. Морды гарью подкопчённые.
Фридрих с Иваном переглянулись и синхронно расплылись в улыбках.
– Так мы это, – Иван взялся представляться за всех оставшихсмя, – Соколов Ваня, пилот шагохода. А это Федя Немчинов, стрелок. А в шагоходе, – господин барон, командир наш.
– Ясно. – Командир «серебряного отряда» обвёл нас взглядом и словно споткнулся о громадную фигуру Серго. – А это?
– А-а-а, так это ж Волчок. Собачка местная рудничная. Но, ваша правда, чего-то здоровенный вымахал. Говорят – эманации какие-то из местных гор идут, на собак оченно влиятельно. Но вы бы знали, – Сокол доверительно наклонился к полковнику, – жрёт ужасть сколько! Объедки со всего рудника отдаём!
Багратион возмущённо уставился на нас. Иван тем временем, игнорируя гневные взгляды Серго, продолжал фонтанировать развесёлой ахинеей:
– Сейчас ещё Петя Начальников подойдёт, чего-то задержался он.
– Начальников?
– А чего, фамилии не выбирают же. Вы вон и вовсе Благовестов. А какую благую весть принесли? Никакую. Вот.
– Уймитесь. Где сбежавшие вампиры? – шибко большой начальник обвёл взглядом нашу группу.
– А это вампиры были? Ух ты! А мы их того… Утихомирили.
Фридрих состроил зверскую рожу, чиркнув себя по воротнику, после чего радостно закивал.
– Ага, – подключился я к балагану, – хотели бритвой по горлу – и в колодец. Но потом решили, что негигиенично. Так эт самое – поджарили, а сверх того для верности приморозили. А вы по дороге шли – не видали рази ж глыбы заиндевелые? Это вот они и есть.
– Хотя я от вампиров ожидал большего, – привередливо резюмировал Иван. – В книжках-то они – ого-го! Ка-ак…
Благовестов уже надулся. Я представил, что сейчас он рявкнет что-нибудь в духе «прекратить балаган!» – Соколу-то смешно, а офицеру потом душевная травма. Но тут из-за валуна вышел запыхавшийся Петя, и все возможные выкрики остались неслучившимися.
– О! Благовестов! – деловито кивнул Витгенштейн.
– Как всегда испортил всю малину… – недовольно пробурчал Сокол, но Петя его полностью проигнорировал:
– Отлично! Оставляем на вас зачистку. Основную часть нападавших экипаж его высочества при содействии группы поддержки в лице герцога Коршунова и князя Багратиона нейтрализовали.
– И при поддержке лис! – возмущённо заорала Сэнго, материализуясь.
– Мне моего пришлось сжечь, – проявилась Хотару. – Но я закоптила голову! А мама своего до сих пор бьёт, я слышала.
Тут, видимо, мозг Благовестова вычленил из общей сумятицы самое главное. Он стремительно повернулся и поражённо уставился на нас. Потом крупно сглотнул и дёрнул головой в резком кивке:
– Ваше высочество? – смотрел он при этом волшебным образом сразу на всех троих. И как у него глаза так разъехались, я поражаюсь?
Сокол, видать, пожалел подполковника и кивнул:
– Можете обращаться ко мне «полковник Соколов».
Меня Благовестов идентифицировал по фамилии, кивнув столь же отрывисто, но чуть с меньшим апломбом:
– Ваше сиятельство!
– Просто «Илья Алексеевич», я сегодня не при должности.
Благовестов перевёл взгляд на Фридриха и методом исключения с большим сомнением предположил:
– Князь Багратион?
– Я – Багратион, – проворчал Волчок. – А это – принц Фридрих Прусский.
Фридрих с достоинством поклонился.
Серго принял человеческий вид и, игнорируя некоторую ажитацию подполковника, сообщил:
– По мере нашего следования отсюда к рабочему посёлку на тропе находятся четыре массивных ледяных глыбы, там три упыря и вурдалак. Ещё парочка по твари каждого вида здесь в пещере. Один уничтожен лисой…
– Вот голова! – жизнерадостно предъявила Хотару обугленную головёшку.
– И ещё одного истрёпанного, должно быть, предъявит Айко. Если Илья её позовёт.
Я решил, что орать на весь лес несолидно и отправил Сэнго за матерью.
– Так мало? – растерялся Благовестов.
– Шестеро порваны сестрой Ильи Алексеевича, остались только головы. Не знаю, возможна ли их регенерация. Ещё трое остались по пути следования сбежавшей группы, в точке переправы через Илим. Остальные около дома начальника логистики рудника во льду упакованные стоят. Надеюсь, с распаковкой вы сами справитесь?
– Не сомневайтесь, справимся! – Благовестов едва каблуками не щёлкнул. – Прошу прощения, что сразу не признал вас, господа. И спасибо, что сделали за нас нашу работу.
Надо ж ты, даже спасибо сказали.
– Ладно. Цирк окончен. – Сокол обнял Фридриха за плечи. – Давайте к дамам возвращаться. А тебе, братец, нужно стрелять научиться. Просто позор какой-то. Илья, он вообще ни в кого не попал! Ни разу! Талант! Талантище просто!
Фридрих сконфуженно развёл руками:
– Я не есть иметь честь быть обучен пилотирование или стрельба…
– Да я же не в упрёк, – усмехнулся Иван. – Просто забавно.
– Ничего! – Серго похлопал принца по плечу. – Мы ликвидируем этот пробел.
– Это есть звучайт достаточно зловещий, – слегка прищурился Фридрих.
– Ещё бы! – порадовал его я. – С этого дня тебе ещё и физподготовка прописана. Армейский гимнастический комплекс. Специально распоряжусь, чтоб тебе тут полосу препятствий напротив дома построили.
– О майн Готт! – пробормотал Фридрих и обречённо добавил: – Яволь…
В ДРУЖЕСКОМ КРУГУ
Мы залезли на крышу «Саранчи», и Хаген неторопливо повёл её вниз. А я с высоты оценил результаты нападения.
Оказалось, что все машины в карьере были выстроены кругом, а внутри был собран народ со всего рудника. С различными длинномерными железками! И не просто толпой, а организованно – в середине женщины с детьми да бухгалтерши-учётчицы из конторы, в отцеплении – рабочие группами. К горнякам никто не сунулся, но, даже при явной бесполезности этих подготовительных мер, мужики без боя сдаваться не собирались.
– Маладца! – Серго, видимо тоже оценил решительность наших рабочих. – Премию за боевую готовность выдать всем, а организатору – в двойном размере!
Правильно, Волчок же не только сильно большой отмороженный волк, он же и начальник горнорудной кампании. А я, признаться, так ошалевши был, даже и не подумал о возможной награде для отличившихся. С другой стороны, у меня вон Серго и Дашка евойная есть, пусть у них голова болит.
А в доме нас уже ждали. И повод для радости был далеко не единственный!
– Как хорошо, что с нами Есения поехала! – радовались наши девчонки наперебой, и каждая говорила что-нибудь вроде: «Я, конечно, тоже мать и немного в акушерстве понимаю, но всё-таки целитель такого уровня…»
Да, когда через забор усадьбы полезли жуткие упыриные рожи, у Эльзы от шока начались схватки. И пока наши боевые дамы раскатывали в блин вампиров, Есения при помощи Серафимы и Марты принимала роды.
– Здоровый крепкий мальчик, – объявила всем княгиня Дашкова. – А вот ломиться толпой к нему не надо. Вот будут крестины, там и посмотрите!
– Как сына назовёшь? – спросил я Фридриха.
Он посмотрел на меня многозначительно:
– Сперва я хотейть назвать мальчик Отто, – Фридрих помолчал, – но теперь решайт: Вильгельм.
Все начали радоваться, кто-то вино потащил и начал разливать по невесть откуда явившимся бокалам, а Фридрих негромко добавил, пости мне на ухо:
– Это имя имейт право давать своему сыну самый сильный маг среди весь род.
А ведь верно – теперь у него три сильных дара против одиночного у прочей родни. И сталь его полноценно проявилась – мы уж бронированные кулаки проверяли.
И ещё я подумал, что за такое ему старшие братья и предъявить могут. Так что физкультура и стрельба – это, конечно, здорово, но надо бы нашему принцу и по магии дельного наставника подобрать, чтоб сырым да необученным не ходил. А то есть у меня подозрение, что как только информация начнёт просачиваться – тут-то спокойной жизни Фридриха конец придёт. И моей заодно.
Можно подумать, была она у нас, спокойная жизнь.
А станет ещё веселее. И интенсивнее! – возразил сам себе я.
В общем, нужен учитель. Из Новосибирской академии, что ли, выписать? О! Под видом того, что я тут в Железногорске для детей посёлка специальную гимназию организую, а? Идеальное же прикрытие! А по вечерам и по выходным он Фридриха натаскивать будет.
Я гений, прочь сомненья! – так, кажется, какой-то пиит говорил?
Эльза плакала и обнимала мужа. Нет, всё же хорошо, что Есения с нами. Так-то женщинам после родов даже вставать тяжко – а Эльза, смотрю, бодра и энергична. Вместо вина только свой бокальчик наполняет строго из графина с морсом. Впрочем, это не мешало ей радоваться.
Мы чокались и пили за новорождённого, и ели всякую вкуснятину. Оно, конечно шашлык вампирами был безвозвратно испорчен, но и без него всяких угощений было полно. Нас с Серго опять заставили принять облик, и дети вовсю лазили по нам. С меня так вообще кататься удумали. Вроде как горка меховая. А что? Пришлось соответствовать, дети ж. Хотя больше всего веселились и прыгали вокруг нас лисы. Младшие так вообще – ухо мне приподняли и давай в него выпытывать:
– Дядя герцог Илья Алексеевич, а вы нам травки, которые ели, покажете? – Они почему-то решили, что мы с Багратионом каких-то специальных травок наелись. – А я тоже хочу быть такой большо-ой! – Сэнго умилительно приложила ручки к щекам.
– И вовсе не травки это! И вовсе не травки! Это какое-то сильно могучее волшебство! Научите, научите? – Хотару не отставала от сестры, и, отталкивая её, кричала мне прямо в ухо.
– Не донимайте господина! А ну, кыш! – Айко попыталась спасти меня, но спустя несколько минут, попрыгав на моей спине, лисички вновь принялись терроризировать меня вопросами.
Я подумал, что хуже не будет и обещал:
– Всё расскажу и научу, но потом.
– Когда потом⁈ – обе разом насторожили уши.
– Через десять дней, – обещал я. Успокоятся немного, да и профессор приедет, вот и расскажу, а там пусть мать решает – давать им эти водоросли или нет. Но Сэнго и Хотару пришли в совершенный восторг и начали скакать вокруг меня с какими-то совершенно дикими индейскими воплями.
Да и пусть их. Я так рад был оказаться рядом с женой и детьми, что моё отличное настроение невозможно было испортить.
Сима подошла, приобняла меня за морду и прижалась щекой:
– Ты теперь всегда такой громадный будешь?
– Да не знаю. – Говорить пришлось аккуратно, поскольку дети не унимались, вон вообще с лисичками в «царя горы» играть удумали. Причём лисы боролись едва ли в сотую часть силы, зато веселились от души. – У нас тут новое дело организовалось. Шибко секретное. От него и размеры наши с Багратионом. И худоба у остальных.
– Ага, Фридрих-то вообще скелет скелетом!
– Ему полезно.
– Ну не скажи. Эльза вон, вцепилась в него и откармливает. Прям насильно. Она как его увидела, чуть в обморок не грохнулась. А ей вредно волноваться.
– Так-то да.
– Да угомонятся они, когда-нибудь? – спросил я, получив особо чувствительный тычок в спину.
– О-о, ещё не скоро, любимый. Это ж дети. Ты подожди, когда в Карлуке тебя увидят, что будет.
– Ну нет. Для наших я готов живой игрушкой побыть, но для всех – увольте!
– Посмотрим-посмотрим, – улыбнулась Сима.
– Чего смотреть? Герцог я или где? Ишь, удумали!
– Илья Алексеевич, а помимо размеров ещё что изменилось? – Это уже Айко с другой стороны подкатывает.
– Сложно сразу сказать. Силушки прибавилось, да. Может, щиты подросли. Я ещё не проверял, не до того было. А ты что, тоже хочешь?
– Не-ет. Вот такой громадиной – нет. Просто интересно.
– Говорю же, сам ещё не знаю. Домой приедем, по-любому придётся проверять. Господа учёные ж не слезут, пока всё не разузнают. Как Бидар вспомню, ужас просто.
Но всё когда-нибудь кончается. Вот и угомонившихся детей утащили в дом, я снял облик и присел к остальным за стол. Ледяные тушки уже забрали бойцы Благовестова, от необходимости «вот прямо щас» писать докладные нас отмазал Витгенштейн и множество блестящих титулов. И мы сидели за столом и не торопясь чаёвничали. Хотя чай пили не все. Эльза всё пыталась впихнуть в Фридриха ещё какой-нибудь кусочек.
Сокол, не торопясь, рассказывал про наши немецкие похождения. И так у него это вкусно получалось, что слушающие его дамы только ахали да рты руками прикрывали.
– А самый страшный для дойчей человек оказался… угадайте кто? Конечно, Илья! Вы бы видели, на какие неаппетитные… – Иван осёкся и обвёл взглядом стол: – Все же доели?
Все сразу закивали. Впрочем, наших женщин страшными подробностями было не удивить. Одна только Эльза подозрения вызывала, да и то занята она сейчас была другими хлопотами.
– Так вот, на какие неаппетитные куски он своих противников на дуэли порубал, моё почтение! Красота прям.
– Ильюша наш, вообще без дуэлей не может, – подключился Петя. – Помните университетскую на саблях? Так тут ещё кровавей было.
Ага, хвалите меня, хвалите!
– Ну в универе-то он не виноват был! – вступилась за меня Маша.
Ну хоть кто-то, а то делают маньяком каким…
И не говори…
– Так и тут не он виновник, однако тенденция налицо! – закончил Иван.
– А ещё он крышу у шагохода оторвал! – как-то не в строчку рубанул Серго.
– В смысле «крышу шагоходу»? – уставилась на меня Катерина. – Он же железный? Или как?
– Так Илюха теперь видела какой? У него когти, как сабли! Да чего там? Больше! Больше, чем сабли! – принялся с апломбом расхваливать меня Багратион.
– Блин горелый, я вам что, девка на выданье? Задрали уже. Вы вот лучше… – я нашел глазами Айко, которая вопреки обыкновению сидела за столом, а не пребывала в невидимости. – Рядом никого нет? Нас не услышат?
Она отрицательно покачала головой.
Ну и хорошо.
– Дамы, вы тут пьёте чай в присутствии наиболее вероятного следующего кайзера германского. У Фридриха теперь три дара. Такой вот вассал у меня, – немного неуклюже закончил я.
Теперь все за столом уставились на Фридриха. Даже Эльза замерла с кусочком мяса на вилке. Всё откормить суженого пытается.
– Есть главный проблема в том, что я твой вассал, Илья. Я есть не мочь становийтся кайзер, и при этом находиться в вассалитет, – твёрдо проговорил Фридрих. – Поэтому – найн! Нет. Это есть фантазия. Отказать.
– Япона ма-а-а-ть… – негромко пробормотал Витгенштейн. – Илья, твою охрану нужно утроить, учетверить! Приедем домой – займусь.
– Ты с этим нападением сначала разберись. Тех, кто это устроил-то, так и не взяли. Только упыри да вампиры. Где эти поляки, французы, или кто они там? – Негромко, но весомо сказал Иван. – Охрану Ильи, конечно, стоит усилить. Да и Фридриху… Я вообще думаю, вам бы пока вместе с тем профессором пожить. Его же на охраняемый объект посадят?
Витгенштейн кивнул.
– А как же дом? – Спросила Эльза. – Дом же…
– Да построят вам там ещё один. Будет повод ещё раз вас навестить, – успокаивающе положила ей на плечо руку Маша.
– Может, мы и поживём здесь недельку, – предположил Иван, – пока Катерина базу под объект обеспечивать будет.
– Катерина? – не поняла Эльза.
– Ивана Кирилловича сестра, – пояснил Хаген, – Екатерина Кирилловна.
Соня с Машей переглянулись, но промолчали. А Дашка не выдержала:
– Катерина? А Илюха ей по жопе, простите, не надавал? А чего вы на меня смотрите, он – может!
– Да перестаньте! – с некоторой досадой ответил Сокол. – Никто Катерине по… хм!.. афедрону не надавал! Всё было чинно и скучно. Она извинилась, Илья её простил. Простил же?
– Да простил, простил! – буркнул я. – Успокойтесь уже. Давайте лучше за наше новое предприятие!
Зазвенели бокалы.
– А руководство Кайеркана эффект этих немецких водорослей должен заинтересовать, – сказала вдруг сестра, подперев подбородок. – Вы только подумайте! Раньше оборотни сетовали, что большое количество низших медведей не могут полноценно служить, потому что им нечего противопоставить технике. А теперь?
– А теперь медведь против шагохода выйти может! – подхватил Серго. А если подразделение⁈ Да с полноценной боевой подготовкой⁈
– Это будет настоящий прорыв в защите наших северных границ, – задумчиво протянул Иван, и в глазах его замелькали разнообразные планы.
И я был согласен со всеми высказываниями. Белый медведь от холода не застынет. Слышит он как бы не лучше специальной техники. А наученный правильно драться, превратится в такую мощную боевую единицу, что только держись!
Однако, хорошо бы сперва проверить, нет ли у этих водорослей каких-нибудь неприятных побочных эффектов?
И кто подопытным кроликом будет, угадайте?
Снова Илюша. Ну, в этот раз для разнообразия – в компании с Серго. Потому как мы уже отоваренные.
Что ж, судьба такая.
08. ЖЕЛЕЗНОГОРСК
СКРЫТОЕ
Была у всего произошедшего и обратная сторона. Тягостная. От которой нас наши жёнушки, как оказалось, по доброте душевной отгородили – дескать, и так нервов сколько, потом.
Но оно всё равно само вылезло, когда военным курьером на двор к Фридриху лично Попов свалился. Примчавшийся, оказывается, аж с самого Новосибирска, где держал доклад перед собственным начальством. Взмыленный прилетел, в общем. И немедля с Иваном в предполагаемый Фридрихов кабинет удалился.
Смотрю я, а Серго тоже эдак к дому правым ухом поворачивается, и ухо это у него как будто слегка вытягивается и даже шерстью обрастает… Ну-с, послушаем.
Поначалу у них там тихий разговор шёл, даже Зверю ничего разобрать не удавалось, только слышно было Иваново «бу-бу-бу» вначале, а потом совсем тихое «шу-шу-шу» Попова, и тут Иван как гаркнет:
– А вы, мать вашу, где были? Почему покушение на… на… – у него, похоже, от негодования все слова смешались, – на всех наших жён!!! опять! должны мы со товарищи разгребать⁈ Где ваши хвалёные кольца охраны? Остались в Иркутске и Карлуке? Почему не было сопровождения⁈
– Было, – гораздо громче чем прежде коротко ответил Попов. – Все погибли. Почти два десятка человек.
Я успел до пяти досчитать, пока Сокол тихо не спросил:
– Сколько точно?
– Восемнадцать боевых офицеров погибло и четверо ранено. Эти чудом выжить смогли, только благодаря тому, что княгиня Дашкова в усадьбе оказалась.
– Список завтра же мне на стол. Позаботьтесь, чтобы у погибших были указаны родственники и, если есть, иждивенцы и несовершеннолетние дети. Наградить из моего фонда!
– Слушаюсь, ваше высочество!
Мы с Серго переглянулись.
Мда. Получается, до дома добрались далеко не все твари. Или добрались далеко не в той силе, в какой могли бы. Страшно было бы представить, что могло… Нет, блин горелый! Я даже думать о подобном не хочу!
ВОПРОСЫ ПРАКТИЧЕСКОГО СВОЙСТВА
К вечеру телефонную связь таки восстановили, мы переговорили с Афоней, потом с родителями, с какими-то кураторами и, наоборот, подотчётными лицами (это уже Петя), успокоили всех (насчёт Пети не знаю, он мог и хвосты своим накрутить) и согласовали взаимные перемещения. В ночь «Пуля» ушла в Иркутск. И ушла, к сожалению, со скорбным грузом. Восемнадцать заполненных льдом гробов с растерзанными останками офицеров охраны.
* * *
На следущее утро тем же транспортом прилетели сестра Ивана и дойчевский профессор с сопровождением. Екатерина Кирилловна пребывала в некоторой растерянности, а охраны вокруг неё было как бы не половина дирижабля.
Так вот.
Сгрузили нашего профессора как раз в новый дом. Отстроен тот был просторно, с двумя длинными флигелями. Да и охрану удобнее организовывать, когда все в куче.
Марширующие… Ладно, не марширующие, но попадающиеся повсюду офицеры вызывали уже некоторое раздражение (а всегда так – как гром грянул, вот все службы креститься и побежали!), а их натренированные выражения лиц – этакие, знаете, скучающие, как будто они тут на моционе и совершенно случайно вам на глаза попались – тихую истерику. Вокруг тайга стеной! И чего вы тут, господа, гуляете – секрет Полишинеля.
Екатерина Кирилловна поближе к брату разместилась, а профессору с его громилами отдали весь правый флигель.
– Здесь совершенно пустой, и вы можейт размещать свой оборудование, как вам вздумайтся, – с хозяйским видом вёл Фридрих учёного гостя по пристрою.
– Но я бы не советовал капитально тут устраиваться, – заметил я.
– Почему? – напряжённо спросил профессор.
Он вообще немного нервничал, осознав, что его с его драгоценной водорослёй привезли не абы куда, а в Россию. Более того – в саму ужасную Сибирь! Так что по сторонам он смотрел тревожно. Маманиных капель ему надо выдать, что ли? Или нет, не выдать – прямо напоить, а то ведь подумает, что отрава, да выльет, дурашка.
Немного успокоился Кнопфель, когда дошло до дела. В тот же день после обеда все желающие из нашей честной компании уселись за карты, любезно предоставленные замечательным рудничным управляющим Владимиром Николаевичем, который тут же и присутствовал, как главный специалист по местности.
– Была поставлена задача определиться со списком подходящих озёр, чтоб недалеко от рудника, – докладывал он, – чтобы охраной не разбрасываться, значицца. Но тут у меня определённые сомнения имеются. Вот, обратите внимание, на карте ближний к руднику водоём. Он весьма удобен по расположению, но в нём уже организована промывка руды. По уверению господ-алхимиков дело это для живности безвредное, да только техника…
– Нет-нет-нет, погодите! – замахала ручками Екатерина Кирилловна. – Во-первых, озеро нам нужно маленькое. Не прямо о-о-озеро, а озерцо, понимаете? В идеале не больше двадцати метров в диаметре. Иначе возникнут сложности в вопросах климат-контроля, да и защитный купол до морозов построить над ним вы можете не успеть.
– А-а-а! – обрадовался Владимир Николаевич. – Так это и не озеро, получается, а навроде лужицы! Таких у нас по округе хоть ж… э-э-э… вагон и маленькая тележка, если можно так сказать. Вот, извольте, крупная карта. Хоть бы вот это.
– А-а-ха, – Катерина уставилась в предложенный лист. – И здесь мы сразу переходим ко второму фактору. Вот тут я вижу, из озера вытекает… Что это? Речка?
– Ручей, ваше высочество, – пояснил Владимир Николаевич.
– М-хм. Ручей. Ручей – уже не так критично, но всё равно нежелательно.
– И чем плох ручей? – удивился Иван. – Застаиваться не будет!
– А фильтровать утекающую воду во избежание потерь полезных микроорганизмов как будете? А если эта водоросль к местному климату внезапно адаптируется – да пойдёт по рекам – а люди напьются или дети купаться полезут?
Профессор, словно школяр, поднял руку, прося слово. Я кивнул.
– Проблему фильтрации можно решить, но это требует весьма затратных вложений. И не столько денежных, сколько временны́х – на изготовление специальных фильтров. И пока они не будут установлены, заселение озера нельзя будет начинать. А это значит, придётся продолжать поддерживать жизнеспособность водорослей в их временных ёмкостях – ежедневные процедуры, дважды в сутки. Вряд ли мы можем позволить себе такую роскошь как эксплуатацию талантов её высочества в подобном режиме. Возможно, позже мы сможем расширить наши производственные мощности, если сумеем решить проблему стабилизации температур. Благо ваша природа удивительно разнообразна…
Он бы ещё разливался, но княжна подняв ладонь вежливо его остановила.
– Всё это потом. Вначале – озеро…
Я смотрел на неё и удивлялся – от краснеющей девицы-литератора и следа не осталось. Сейчас с нами говорил сильный, уверенный в себе, маг-природник:
– Смотрите! Просто, как Владимир Николаевич их окрестил, «лужицы» для наших целей не подходят. Для нас предпочтительно, чтоб водоём подпитывался. Но не ручьём, а ключом. И чтоб ключ был маленьким, но стабильным.
– А маленький, чтоб не переполнялся? – блеснул логическим умозаключением Иван.
– Естественно!
И вновь уткнулись в карты. А я, внезапно почувствовав себя лишним на этом празднике жизни, решил прошвырнуться в управление карьера. Владелец я или погулять вышел?
А там в управлении Багратионова Дашка на весь свет с мастеровыми препирается:
– А я требую, чтобы вы выделили мне потребное количество людей для обнесения карьера необходимыми тремя кольцами колючей проволоки!
– Так нет же ещё проволоки-то! – пытались возражать мастера.
– Не перечить мне! Столбы вкопать! Защитную полосу вырубить! А колючка будет уже на следующей неделе! Или вы хотите опять с ломами да лопатами за грузовиками сидеть? Так отсидеться может и не получиться!
– Никак, ваше сиятельство, повторения надо ждать?
– Не знаю, – запнулась Дарья. – Скорее это на княжеские семьи охота была…
– На княжеских жен? На детей? – Заволновались горняки. – Так это мы завсегда. Потом планы рудничные догоним. Ежели так, то спроворим всем на зависть!
– Вот и отлично! – Тут она увидела меня. – Что-то хотели, Илья Алексеевич?
Все дружно подорвались и поклонились мне. Блин горелый, вот претит мне это. А стал светлостью, будь добр, соответствовать…
– Да я, собственно, хотел сказать, что за работу по защите рудника будет положена дополнительная оплата. Из моих фондов. В размере, скажем, в полтора раза от обычной. Но чтоб сделано было на совесть и в скорейшие сроки.
– Так это… Мы же вот прямо сейчас и пойдём…
– Идите, любезные.
Когда комната очистилась, Дашка, лукаво улыбаясь, спросила меня:
– А чего это ты деньгами швыряешься? А, Илья?
– Охрана ваша почти вся погибла. Ты в курсе? – она помрачнела и опустила глаза. – Иван из своих спонсирует вспомоществование семьям, а я вот хочу сделать так, чтоб подобное не повторилось.
– Я-асно! – протянула Дашка. – Ну тогда князья Багратион-Уральские тоже немного в этом поучаствуют. Тоже не бедствуем…
– Так я же не обвинял тебя ни в чём, ты чего, бриллиантовая ты наша?
– А получается – обвинил. Сокол ясный участвует, ты тоже, мишка наш белый. А мы что, хуже? – прищурилась на меня Даша. И руки эдак домиком сложила.
Но уж насколько я её знал – не серчает. Так, слегка нерву мне дёргает. Норов у неё такой. Не может без этого. Вот что забавно. С Волчком своим она была предупредительна и ласкова. А на остальных оттачивала свои коготки… Да мне-то, у меня шкура толстая, так что пускай.
Тут к Дарье очередной приказчик с проблемами прибежал, давай они их обсуждать – и меня заодно спрашивают – вроде как, основной хозяин. А я и не в зуб ногой! Ляпнул пару раз невпопад, да и откланялся восвояси. Без меня тут прекрасно справляются. Пойду, в объятьях любимой горести свои утешу.
Это я шуткую, если не понятно. Какие у меня горести?
МЕТАНЬЯ ПРИНЦА ПРУССКОГО
Совсем уж на ночь глядя на беседу меня вызвал Фридрих. Дело происходило в «библиотеке», от которой пока имелось одно название да пустые ряды стеллажей. Ну и два разделённых столиком кресла, в которых мы и устроились.
Фридрих скроил максимально суровую мину и драматически начал:
– Илья Алексеевич! После весь этот приключений и страсти я есть много думайт.
– Немудрено, – согласился я, – задумаешься тут. Полагаешь, доброжелатели из Германской империи тебя от лишних «якорей» избавить хотят?
– Я не подозревайт. Я есть уверен! Недаром мать сказайт… – он осёкся и замолчал, катая желваки. – С ваш позволений я не хотеть поднимать эта тема. Возможно, я ошибайтся. Даст Бог, – он покивал, хмурясь своим мыслям. – Герр Витгенштейн обещайт сообщать, когда пленный будет давать информация.
– Ещё бы. Мне тоже интересно послушать, откуда ноги у акции устрашения растут.
– Я. Но я вызывайт вас по другой причина, – он вздохнул и кивнул сам себе: Я думайт и снова думайт и приходить к решение.
– Та-а-ак?
– Я просийт вас позволение остаться на житьё в Карлук. Здесь я… – он покачал головой, – всё равно опасайтся. Я просийт ваш разрешений.
Тут я прямо руками развёл:
– Фридрих! Ты мой вассал, а не раб! Что за метания? Если хочешь, чтоб твои у нас жили – так вперёд и с песней! Удобно – так и продолжайте у родителей ваши комнаты занимать. Хотите простору больше – построим вам отдельный дом! Дворцов не обещаю, но хороший каменный дом в деревне – запросто! А около наших особняков в городе, рядом с училищем, можно и участок выкупить. Напротив Дашкова, а? Потихоньку и там отстроимся!
– А на какие деньги, я ещё столько не заработал…
– Фридрих, не парь мне мозх! О! Я твой сюзерен? – принц Прусский уверенно кивнул. Ну хоть в этом есть стабильность! – Значит, мне как сюзерену невместно, чтоб мой вассал жил в конуре! Ясно? Уж дом я тебе построю. И тем более, не только тебе, ты о жене и дитёнке подумал?
Он яростно кивнул.
– Не про их безопасность, это конечно важно, а про уют и прочее? Чтоб светлые комнаты, сад под окном? Цветочки всякие в саду? Во-от! Так что не напрягай меня, а спокойно планируй, что и как тебе… – я поправился: – вам нужно. И не стесняйся, в капиталах, чай, недостатка нету.
– В первую очередь…
– Фридрих! Не сейчас! Подготовь мне доклад, ну-у, к вечеру! И с Эльзой посоветуйся!
– Яволь!
И что характерно, совершенно счастливый убежал. Видимо, к Эльзе.
