Текст книги "Маша и Медведь 3 (СИ)"

Автор книги: Ольга Войлошникова

Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

– Идём с ними. Я… заключил союз с этим антимагом. Вдвоём у нас есть надежда.

– Ты нас-то со счетов не сбрасывай! – аж подскочила я.

– Откровенно говоря, Муша, я надеялся оставить вас в безопасном месте…

Надо ли говорить, что я возмущалась? Так вот, я возмущалась! Всю оставшуюся до Даляня дорогу, сколько там часов осталось.

И, тем не менее, подходе к порту Дальнему Баграр очень серьёзно спросил нас:

– Девочки, может быть, вы всё-таки останетесь? Приобретём вам домик, займётесь самосовершенствованием?

Но мы сказали «нет». Я – потому что боялась снова потерять Баграра. Маруся – потому что сочла, что это её долг. Аня подумала, что мы можем без неё не справиться. А Катя от перспективы остаться в чужой стране с чужими людьми пришла в такой ужас, что этот вариант отпал сам собой.

ГОЛОВНОЙ ДЕПАРТАМЕНТ ГОРОДСКОГО МАГОУПРАВЛЕНИЯ ГОРОДА ЗАРАНСКА

Тимофей Егорыч, начальник городского магоуправления, некоторое время сидел, вертя в руках телеграмму. Потянулся к телефону. Набрал номер главы оперативного отдела:

– Иван Семёныч? М… Никаких… Ага… Забирай своих с югов… Что?.. Нечего, говорю, в южных губерниях толочься!.. Да! Надо было сразу Макария слушаться, так нет, поволоклись!.. Да нету их там, чего ещё пробовать! Телеграмма пришла, видели их в

Тяньцзине!.. В Тяньцзине, говорю, не ослышался! Да! Всё, отбой.

Тимофей Егорыч некоторое время сердито смотрел на телефон. Ну, что, своим разнос дал, теперь надо думать, что вышестоящему начальству говорить будем…

В СИНЕМ… ОЙ, НЕТ, В ЖЁЛТОМ МОРЕ

На следующее утро наш «Следопыт» кинул якорь в порту Дальнем.

– На берег пойдём? – спросила нас Маруся.

– Да уж, неплохо было бы ногами по твёрдой земельке пробежаться, – мечтательно потянулась Анечка.

– Ага, мы пойдём по городу ходить, а они без нас уплывут, – с неожиданно прорезавшейся подозрительностью проворчала Катюшка.

– Катенька, ты чего придумала? – удивилась рассудительная Маруся. – Кто же нас в чужом городе одних оставит?

– А он и не чужой! – выложила козырь Катя. – Тут русский порт и военная база, православная миссия и эти ещё… дипламачические люди сидят. Я в книжке читала! Самая безопасность. Договорятся да оставят нас тут, при церкви хотя бы. Будем сидеть, куковать.

На меня мгновенно напали те же параноидальные подозрения.

– Нет уж, я в город не пойду! С Баграра станется, «из лучших побуждений»! А ты сиди тут потом, изводись! Да и не справятся они без нас, я уверена. Или два мага – или четыре, разница есть? Да ещё Аня со своей подпиткой.

– А из церкви нас запросто отправят обратно в гимназию, – глубокомысленно изрекла Анечка.

– Как бы нас в тюремный изолятор не отправили, – мрачно поправила её Маруся. – Нет, знаете, что-то перехотелось мне по земельке гулять.

Так что на берег в порту Дальнем мы сходить не стали. Сидели спокойно в выделенной нам каютке, немногим более обширной, чем капитанская, время от времени поглядывая на берег в круглые окошечки. Дожидались, пока «Следопыт» возьмёт груз продуктов и свежей воды.

А Баграр (накинув человеческий вид, конечно) с есаулом и священником-антимагом куда-то ходили. По возвращении Баграр заглянул к нам в выделенную «девчачью» каюту, спросил:

– Гуляли?

– Что-то не хочется, – ответили мы хором.

– М-м, ну-у. Вот, получайте тогда амулетики.

– Амулетики? – первой оживилась Катя.

– Ну… по-местному… о, ладанки! Чтобы на вас магоблокировка отца Филарета не действовала. Когда до боя дойдёт, ему разбираться некогда будет, по площадям станет крыть.

Мы разобрали овальные плоские медальончики из грубой кожи. Внутри прощупывалось что-то твёрденькое, как будто кусочек дерева. Верёвочки к ним были пришиты тоже не самые тонкие – видать, чтоб запросто не оторвались.

– Надеть и носить, не снимая! – строго велел Баграр.

Ну, не снимая, значит, не снимая…

Следом за Баграром, дождавшись, пока корабль отчалит от пристани, в комнату постучался есаул Савелий:

– Барышни, простите великодушно, я к Анне Алексеевне. Можно? – спросил он Анечку.

– Входите, – чинно ответила она, – присаживайтесь.

– Присаживаться покуда несподручно-с, а вот, не откажите принять, – Савелий жестом фокусника вытащил из-за спины букетик пушистых хризантем и большую блестящую коробку. – Шоколадные.

– Мне, право, неловко, – Анечка слегка пошла розовым румянцем.

– Так от души же, Анна Алексеевна!

Подозреваю, они бы ещё раскланиваться друг с другом начали, но в тесном помещении каюты выполнять подобные упражнения было решительно невозможно. Аня и так вынужденно стояла колом посреди, не зная, куда девать руки, а Савелий топтался у порога. Маруся, закатив глаза, незаметно для есаула слегка толкнула Аню в бок и приняла его коробку.

– Премного благодарны вам, Савелий… э-э-э…

– Никитич, – подсказал тот.

– Да, Савелий Никитич. Заходите вечером на чай, буде представится такая возможность. Посидим, побеседуем.

– Благодарю за приглашение, – есаул всё-таки поклонился, для чего ему пришлось попятиться назад, и дверь каюты распахнулась, – всенепременно!

– Маруся, ты что! – зашипела Анечка, когда мы, наконец, снова оказались исключительно в девическом кругу. – Какой чай⁈

– Ну, какой-то чай они здесь пьют? – пожала плечами Маруся. – Я ж тебя не замуж выдаю. Посидим, разговоры поразговариваем. Спроси его что-нибудь про прежние походы, мужчины хвастаться любят, пусть рассказывает. Заодно и поймёшь, стоит его второй раз на чай приглашать или нет. Да и нам не так скучно сидеть…

07. В СТРАННЫХ ВОДАХ

В МОРЕ, ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Перестав бояться, что нас внезапно оставят на попечение русской православной миссии, я смогла наконец выйти и спокойно поглазеть на море. К тёплому морю же ехали, правильно? Так вот оно, а мы всё опомниться не можем.

– Неприглядно, – критически высказалась Анечка.

– А что ты хочешь, – пожала плечами Маруся. – Реки выносят мутную взвесь, дальше станет почище. Говорят, ещё из пустыни пыльными бурями много забрасывает.

Да уж, воды Жёлтого моря выглядели так, словно в них тщательно разболтали изрядную гору самой обыкновенной глины.

Фраза о бурях меня порядком насторожила. Впрочем, при наличии стольких магов на борту, можно было и попытаться успокоить стихию.

Наш кораблик бежал довольно бодро, и… тут мне вдруг пришла в голову мысль, с которой я направилась к капитану:

– Александр Петрович, не могли бы вы показать мне на карте, как вы предполагаете двигаться?

– А вам, барышня, зачем? – ревниво встопорщил рыжие усы капитан.

– Исключительно для дела.

– Что ж, извольте, – Александр Петрович продемонстрировал мне карту с предполагаемыми комментариями касательно маршрута, остановок и прочего.

Я, чувствуя себя почти что настоящим магическим завучем, решилась:

– Александр Петрович, а как вы рассмотрите такую тему, что мы начнём двигаться немного быстрее?

– Это каким же образом?

– Видите ли, кроме меня, у нас ещё одна магичка есть, которая весьма активно собирает энергию. Ей бы её куда-нибудь сбрасывать, пока она огнём искрить не начала. И остальным бы тоже не мешало потренироваться.

– И насколько быстрее мы сможем идти?

– Не могу утверждать точно, но… раза в два, к примеру? А может и ещё больше.

– Барышня! Ещё больше, так это наша скорлупка развалится на ходу!

– Хм… В таком случае, мы могли бы сперва провести основательные укрепляющие мероприятия, а потом уже и скорости добавить? Под вашим чутким руководством, а?

– Если только под поручительство вашего папеньки.

Баграр к заданию укрепить кораблик для его быстрейшего передвижения отнёсся со всем тщанием, доверив нам четверым только смотреть. Впрочем, кроме нас собралась довольно большая толпа любопытствующих, которые, кажется, были разочарованы отсутствием грохота, сияний и прочих спецэффектов. Очень уж буднично и незаметно всё прошло.

Но я-то почувствовала! Контур корабля в ментальном плане словно сделался более чётким. Можно работать!

– А теперь уменьшим сопротивление среды, – сказал Баграр, и корабль, словно поплавок, приподнялся в воде. – Александр Петрович, ты б велел двигатель заглушить, чтоб зазря топливо не тратить, вдруг ещё пригодится. Поехали, девочки!

На наш девчачий эксперимент мужики тоже остались посмотреть.

Мы с Марусей стояли посреди свободного пятачка на палубе – на самом деле, предстоящий процесс от направленного левитирования мало чем отличался, и главное было – в принципе стоять на предмете, а в какой уж его части – неважно.

– Маруся, смотри. Как скажешь, что готова – я перекину тебе формулу, идёт?

– Хорошо!

Мы с самого начала учились с ней по принципу «делай как я», весьма неплохо выходило.

Через некоторое время Маруся сказала:

– Ну всё, давай, теперь я, а то у меня от энергии океана уже, по-моему, волосы дыбом вставать начинают…

Я уступила ей место, и кораблик словно встрепенулся, ожил, начал двигаться быстрее и быстрее… ветер свистел в ушах и трепал наши платья, а в голове было легко, и хотелось хохотать!

– А хотите, прибавим ещё? – спросила Анечка и запела: – Окрасился месяц багря-а-а-анцем, где волны бушуют у скал!..

«Следопыт» рванулся вперёд.

Восторженно визжала Катюшка. Люди цеплялись за ручки и поручни.

– Чуть поме-е-едленнее! – крикнул капитан, и Маруся немного сбавила.

Через полчаса по правому борту показался какой-то мыс, который мы обогнули и устремились почти ровно на юг.

Как сказал потом капитан, до Шанхая мы должны были дойти за полтора суток. А домчались за два часа.

– Таким макаром мы к вечеру и до Манилы долетим! – обрадовался Александр Петрович. – Поднажми, девчата!

И мы поднажали, сменяя друг друга по очереди. Так что к тому моменту, когда закат окрасил море пурпурным и алым, мы, сбавляя ход, чтобы не пугать непосвящённых, подходили к главному порту Филиппин.

Здесь мы, конечно, вышли поглазеть – с Баграром, само собой, и парой казаков-добровольцев, чтоб не вызывать у портовой публики лишних вопросов. Прошлись по городу. Честно скажу: мне бы не хотелось здесь оставаться, чтобы жить. Шумно, суетно и толпами народа напомнило Тяньцзинь.

А тем же вечером мы имели честь принимать у себя (как звучит!) господина есаула. Пришёл он при полном параде, и даже с медалями, что, по-моему, произвело на Аню крайне благоприятное впечатление. Мы с Марусей исполняли роль матрон и поддерживали беседу, пока Аня разливала чай. Чай со всеми принадлежностями был, между прочим, предоставлен корабельным коком, который, кажется, был с Савелием в некотором сговоре.

Вопрос чрезвычайной тесноты до некоторой степени решился с помощью Катюшки, в сопровождении Баграра отправившейся к отцу Филарету учиться прятать сущность.

За разговорами выяснилось, что есаул Савелий успел и в Сирийской компании повоевать, и на Африканский континент тоже хаживал, и даже в дебрях Амазонии бывал и видел там чудовищных змеюк анакондов размером с хорошее бревно.

А ещё Савелий провёл нам (мне в основном) краткий ликбез по современному немагическому оружию. Как всё сложно, я хочу сказать! Пистолеты эти, пулемёты, калибры всякие… Но у меня хотя бы появилось какое-то понимание.

В общем и целом, посиделки мне понравились. А ещё у меня было подозрение, что есаул Погребенько забежал на местный Манильский рынок и купил несколько наборов шоколадных конфет сверх прежнего. С надеждой на приятные вечерние беседы.

В Филиппинских водах мы двигались гораздо медленнее, прислушиваясь к чутью Баграра. А Баграр утверждал, что обе наши цели периодически смещаются. И если с вантийским магом всё было ясно (ну, мало ли, перелетел, допустим, куда-то), то с синхронным смещением целой группы потерянных казаков было совсем ничего не понятно. Куда (и, главное, на чём?) двигались они с такой скоростью? Александр Петрович, рассчитывавший нам предположительные их маршруты на основании указанных Баграром направлений и примерного ощутимого до цели расстояния, сказал, что подобная скорость возможна разве что, если люди летят на самолёте. А ежели они располагают самолётом, то отчего тогда не попытаются добраться до дома? Или их перевозят самолётами как пленных? Зачем?

Вопросов было больше, чем ответов.

ЗАПОЗДАЛОЕ…

– Ну, что?

– Не срослось, ваша светлость, к медведю с предложением подойти.

– Отказался?

– Никак нет. «Следопыт» в Шанхай не заходил. Все сроки уж вышли.

– Опять потерялся, что ли?

– Не могу знать, ваша светлость. По представительствам в регионе разосланы запросы. Ждём ответов.

Начальник с досадой прихлопнут по столу:

– А ведь могли успеть в Дальнем его перехватить! Нет, пока бумажки таскали да подписывали… А ведь в протоколах ещё когда было, что девчонка сама призналась: готовилась в военную академию! Всё на блеф списали. Готового боевого мага упустили, да какого уровня! А теперь ещё и с папашей конфуз за конфузом…

– Виноват, ваша светлость!

– Да не тянись уж. Толку в том. Результат нужен. Результа-а-ат.

СРЕДЬ БЕЛА ДНЯ

Итак, мы крались вдоль Филиппинского архипелага третий день, когда за одним из очередных островов наткнулись на сцену форменного пиратства. Несколько чрезвычайно задрипанных катеров окружили пассажирский кораблик под французским флагом. Голопузые неопрятные филиппинцы (а, возможно, малайцы, индонезийцы или даже китайцы – или все они вместе), вооружённые разношёрстным огнестрельным оружием, разделали под орех аккуратных французов. Связанные мужчины сидели (или лежали) в ряд вдоль левого борта.

Дело дошло уже до вытряхивания на палубу чемоданов. Кричали упирающиеся женщины, которых не стали бить (вероятно, чтобы не уронить в ликвидности) и пытались заставить почти что добровольно погрузиться в катера. И тут мы, такие красивые!

– Ишь ты, грабят – и без нас! – громогласно высказался есаул Погребенько и усмехнулся возмущённой Анечке: – Шучу-у. А ну, Петька, шугани их!

Пулемётчик Пётр обозначился короткой очередью, и нас, наконец, заметили.

– А у них есть маг! – сказала Катя. – Вон там, в будочке.

– Девчонки – в каюту! – велел Баграр, и дальнейшее мы наблюдали поочерёдно через иллюминатор.

Пираты сориентировались мгновенно, прикрылись растрёпанными тётками и ощетинились из-за их спин своими ружбайками. Казаки тоже клювом щёлкать не стали, живо превратив «Следопыта» в подобие ядовитого иглострела*.

*Зверёк такой

из каменистых районов Гертнии.

Небольшой, но чрезвычайно опасный.

Не могу стопроцентно утверждать, но, на мой личный взгляд, вооружение у казаков выглядело новее, лучше, да и держались они слаженнее. Но я на всякий случай потянулась и поставила общий прикрывающий щит.

– Проваливайте, и мы вас не тронем! – завопил один из голопузых, с перекинутой через плечо лентой, в которой, мне показалось, были воткнуты патроны (ну, не разбираюсь я в оружии, спасибо хоть Савелий немножко просветил!). Судя по гонору, крикун был старшим этой шайки.

Баграр (в человеческом виде, конечно), благодаря языковому модулю лучше всех из наших разобравшийся в предложении, сам себя назначил переговорщиком. Его рык раскатился над удивительно спокойной водой:

– Бросайте оружие и садитесь в свои дырявые сандалии, которые вы называете лодками! Тогда мы сохраним ваши жалкие жизни!

Отец Филарет что-то сказал Баграру. Катюшка тоже пробормотала:

– А тот маг колдует!

Да мы и сами видели, что что-то в пространстве вокруг нас начало неуловимо меняться.

Наверное, Филарет предложил Баграру остановить этот поток, но тот предупредительно поднял палец и покачал головой.

– Посмотреть хочет, на что тот способен? – предположила Маруся.

– Возможно. И это прекрасный момент потренироваться в одном очень полезном приёме. Формула называется «изоляция». Наша сложность будет в том, что объект большой – я хочу прикрыть весь корабль.

– А если не потянем?

– Должны. Я думаю, даже Аню привлекать не придётся. Я ставлю основной контур, ты – дублирующий. Начали!

– Девчонки, поторопитесь, – с тревогой сказала Аня, – кажись, буря находит!

Да, чужой маг, как я и предполагала, оказался то ли природником, то ли стихийником (а, может, гибридом этих двух). А такая магия не слишком быстрая, особенно если у вас квалификация деревенского колдуна. Мы спокойно успели закрыть двойной контур, когда на нас обрушился шторм. Разом потемневшее море вздыбилось огромными волнами, засвистели бешеные порывы ветра, с неба низверглись тонны воды. И только наш кораблик висел на пятачке спокойного моря, словно в хрустальном шарике.

Баграр подошёл, заглянул в каюту и спросил:

– Муша, справляешься?

Я только кивнула, удерживая довольно сложный для меня контур.

– Маруся – тоже молодец, – похвалил Баграр и ушёл.

А буря выходила из себя ещё минуты три, потом Баграру стало скучно, он рывком отдёрнул разделяющую корабли пелену стихии и ударил, грубо и незамысловато: словно гигантская чаша зачерпнула океанской воды, да и плеснула на пиратские катера, попутно перевернув тот, на котором, теперь мы тоже чувствовали, сидел маг. Главарь шайки, увидев такое дело, чуть ли не вывалился за борт и нырнул – спасать ценный объект, вероятно.

Потоки маны, поддерживающие бурю, немедленно оборвались. В небе громыхнуло напоследок и начало стремительно светлеть.

– Считаю до десяти! – рявкнул Баграр. – После этого начинаю просто и без затей убивать всех пиратов, которые останутся на захваченном судне! Три! Пять! Восемь! Десять!

Палуба французского кораблика внезапно огласилась одиноким визгом. Нашёлся-таки кто-то, желающий повоевать. Но всё, что успел сделать его автомат – единожды металлически лязгнуть. Палец Баграра (мне живо представился огненный коготь) ткнул в визжащего, и тот обмяк. И француженка, которой он прикрывался – тоже.

– А баба-то! – ахнула Анечка.

– Просто в отключке, – пробормотала я, – в обморок упала.

Палец сместился, ткнул в следующего. О доски палубы стукнуло тело. Кто-то из пиратов не выдержал, побежал. Упал третий. Тут уж они бросились с французского борта все, роняя свои внезапно раскалившиеся оружия.

Из воды, отплёвываясь и подтягивая за собой молодую, явно ухоженную девушку, очень странно смотревшуюся среди этого сброда, высунулся главарь – и был немедленно втащен на ближайший катер.

Пиратская стая развернулась и рванула в пролив между островами. Когда им показалось, что они удалились на безопасное расстояние, ветер донёс усиленный магией высокий крик:

– Вы ещё пожалеете! Вы прогневали госпожу!

– Ну-ну, – ухмыльнулся Баграр, – так боимся, аж кушать не можем. Беги быстрее, доходяга, шевели лаптями… Кстати, господа! Настало время прогуляться до пострадавшего судна. Мне нужны их убогие стрелялки.

– Зачем? – искренне удивились казаки. Со всех сторон послышались реплики о том, что «это ж не оружия, а говна какая-то», «да мы тебе из арсенала получче подберём» и тому подобные.

– Да я ж не стрелять из них собираюсь! – захохотал Баграр. – Это ж их личные вещи.

– А-а-а… – догадалась Анечка, – чтобы знать, где они находятся? – и все казаки посмотрели на неё с уважением, особенно сами понимаете кто.

– Именно, барышня! Если это та банда, которая третирует весь регион, возможно, у них в неволе и содержатся потерянные моряки.

И ВОТ ОПЯТЬ…

Филипп Афанасьевич, начальник Третьего отделения Специальной службы имперской безопасности, смотрел в разложенные перед ним доклады, депеши и прочие бумажонки, и в очередной раз досадовал. Что ни сделаешь – всё опоздали! Когда уже на опережение работать начнём?

– Таким образом?..

– Таким образом, – уныло подхватил глава департамента Заранского магоуправления, Тимофей Егорович, – учитывая последние донесения из Манилы, следует констатировать, что операцию по привлечению на свою сторону боевого мага и его ученицы мы провалили со всех сторон.

– Учениц, – негромко добавил третий присутствующий в кабинете мужчина. – Двух учениц. Или даже трёх. Непонятно, к тому же, зачем они эту малолетнюю обузу с собой потащили.

– Вот! – Филипп Афанасьевич пристукнул по столу отточенным карандашом. – Раз потащили – значит, не обуза, а ценный объект?

– Может, она кому из них родственница?

– В документах об этом никаких следов… – снова вклинился третий.

Филипп Афанасьевич встал и по своей привычке пошёлся вдоль окна.

– Одна радость, что у цесаревича никаких приключений. Где они сейчас?

Третий мужчина словно лимон съел:

– Третьего дня, перед отходом из Бомбея, «Царицын» получил распоряжение следовать в Сидней с заходом в Джакарту. Далее крейсер должен был двигаться в сторону островной миссии. Как вы помните, идея была максимально увеличить расстояние между цесаревичем и упомянутыми особами, нахождение которых мы предполагали на Чёрном море. Два часа назад был ежедневный сеанс связи. Никаких происшествий, к обеду должны уж до Джакарты дойти.

– И ты молчишь! Снова навстречу друг другу прут!

– Так без происшествий же, Филипп Афанасьич.

– Немедленно послать радиограмму с приказом разворачиваться и следовать в Александрию!

– Слушаю! – мужчина подскочил и бросился из кабинета. Спустя короткое время он вернулся с таким выражением на лице, что Филипп Афанасьевич преисполнился самых дурных предположений.

– Что⁈

– Установить связь с крейсером не удалось, весь эфир забит помехами.

– Случись что с цесаревичем, я ж тебя, Сан Сергеич, своими руками задушу!

08. РЕВЕРАНСЫ КОНЧИЛИСЬ

РАЗБОР ЖЕЛЕЗЯК

Нас, девочек, на французский корабль, понятное дело, не взяли. Мы смотрели со своей палубы, как пострадавшие кричали, плакали, Баграр, по-моему, кого-то исцелял, потому что потом тон воплей внезапно изменился, и эмоциональные французы долго не могли успокоиться, благодарили наших и на каждом висли. Нет, можно понять (после того, что люди пережили), но мне почему-то показалось, что они пожизненно такие. Ужас.

Стволы притащили и вывалили на палубу. Баграр начал их рассматривать и озадачился. Мы с девочками, конечно, не упустили шанса поглазеть, и я с любопытством спросила:

– Что-то нестандартное?

– Да уж, – Баграр покрутил в руках очередной автомат и кинул в общую кучу. – Оружие сменило нескольких владельцев. Часть из них мертвы. Остальные… находятся в разных местах, мда. Кажется, я могу вычленить более свежий след, но…

– Задачка получилась не такой простой, как казалась? – подсказала Маруся.

– Именно, – Баграр потёр затылок. – Лад-но. Приступим, потому что если не начнём, то так ничего и не узнаем.

– Логично, – согласились мы и начали помогать.

В итоге у нас образовалось три кучки.

– Предполагаю, что самая массивная – это рядовые исполнители, отправленные на базу, – вслух предположил Баграр.

Опять же, звучало логично. Прочие делились примерно поровну и были небольшими.

– Допустим, – Маруся прошлась вдоль маленького ряда, – кто-то из них отправился к своему начальству. Той госпоже, которой они нам угрожали. Кто это может быть?

– Лиса? – предположила я.

– Может быть, – рассудительно кивнула Маруся. – В конце концов, с ними была местная колдунья – может быть, помощница этой лисы, о которой все так настойчиво говорят. Но с тем же успехом она может быть помощницей какой-то немагической госпожи. Знаете ли вы, что один из самых больших пиратских флотов Филиппин управляется женщиной? Китайцы называют её госпожой Мэнь. И это не вымысел и не предположение, а вполне реальная личность. Крайне жестокая и мстительная особа.

И все снова согласились, что такой вариант событий вполне вероятен.

– А третьи? – я слегка подопнула ногой сползший в сторону грязный шёлковый платок, привязанный к одному из автоматов.

– Поехали навестить бабушку? – усмехнулась Аня. – Или продуктов купить. Чем-то кормиться они там должны? Вряд ли пираты разводят огороды.

– И за кем мы двинем? – спросил капитан, наблюдающий наши изыскания.

– Тут мы вступаем в область туманных предположений, – развёл руками Баграр.

– Так, может, отца Филарета призвать или Катюшку вашу маленькую – раз уж они особо чувствительные?

Вокруг развалов оружия топталась и чесала в затылках толпа. Мда, лотерея…

Маруся слегка встряхнула головой, словно отгоняя мошку, нахмурила брови:

– А какое из направлений совпадает с местонахождением вантийского мага? Или пропавших членов русской экспедиции?

– В том то и дело, что никакое.

– В таком случае, предлагаю оставить пока эту тему и двинуться по следу потерянных моряков. Это ведь первоочередная задача. Возможно, в случае удачи, мы сможем доставить их хотя бы в Манилу, после чего попробуем вернуться к нашим поискам.

Мы с Баграром переглянулись. Оставить людей, беззащитных против магии, в спокойном месте – лучшее решение. Нам хотя бы не придётся отвлекаться на их прикрытие.

В итоге на этом варианте мы и остановились. Отправляемся за моряками. Но не прямо сейчас. В сложном и разбросанном архипелаге решено было впотьмах никуда не метаться, а переночевать в какой-нибудь укромной бухте, и с рассветом двинуться по следу.

УТРО

«Следопыт» пробирался между островов и порой нам начинало казаться, что нас специально путают.

– Всё равно как леший! – сердито сказала Анечка. – Ровно в трёх соснах крутит!

И это была истинная правда. Направления менялись. Учитывая, что находились мы не в открытом океане, а посреди архипелага, постоянно корректировать направление не всегда представлялось возможным. Баграр раздражался и подозрительно вглядывался в горизонт.

– Ты не думаешь, что это работа вантийца? – потихоньку спросила его я.

– Вряд ли, – он ещё подумал и решительно мотнул головой: – Нет. Совсем не его профиль. Тот, если ты помнишь, водник-виртуоз, это да. Но не психо-манипулятор.

– А если лиса? – вся наша магическая кучка, включая отца Филарета, собралась поближе и внимательно прислушивалась к разговору.

– Действительно, – сказала Маруся, – если взять за основу психологический портрет лисы, вытекающий из народных описаний, то получится очень жёсткая и властная личность, склонная к играм с чужими сознаниями – любые мистификации, наведённые состояния, галюцинации и прочее.

– Эх, жаль не удалось с той магички хоть обрывок платья урвать, – с досадой высказался Баграр.

– Ты уверен, что лиса, заподозрив в девушке маяк, не велела бы увезти её куда подальше, да притопить? – этот вариант представлялся мне куда как вероятным.

– Тоже может быть, – согласился Баграр. – Концы в воду – и ищи-свищи… А, может быть, и нет. С чего бы ей раскидываться ценными кадрами? Она себя уверенной чувствует…

Так или иначе, стоять смысла не было. Мы шли, придерживаясь вихляющего направления и петляя в архипелаге, и Баграр занимал наше время усиленной тренировкой – постановка защит, постановка маскировок, замена друг друга на пике процесса – и снова, и снова, пока формулы не начали складываться словно сами собой.

«ЦАРИЦЫН»

То, что происходит нечто неладное, стало понятно, когда берега Индонезии не появились на горизонте – ни в расчётное время, ни двумя часами позже. Горизонт подёрнуло серой полупрозрачной дымкой, постепенно превращающейся в туман, набирающий в себя сизую мглу моря, сливающийся с таким же глухо темнеющим небом. Мир словно обложило ватой, превратило в волшебный хрустальный шар, в центре которого висел тяжёлый крейсер, а за пределами сгущалась мгла.

Приборы сошли с ума и показывали всё, что угодно, противореча друг другу. В эфире висел сплошной шум помех. В сочетании с полным безветрием и тишиной впечатление получалось убийственное.

Начальник курса поднялся на капитанский мостик:

– Что думаете, Иван Андреич?

Капитан прищурился на горизонт:

– Думаю, Аристарх Леонидович, что вас о бытующих в здешних водах сказках тоже предупреждали?

Теперь на темнеющую у горизонта влажную стену смотрели двое.

– Так ведь… сказки же? Да и следящий артефакт не показывает превышения общего допустимого фона.

– Возможно, господин полковник*, и сказки, – капитан заговорил отстранённым академическим голосом: – Возможно нам с вами не посчастливилось стать открывателями некой аномальной зоны или редкого природного феномена. Допускаю, что вследствие сочетания этих факторов корабль сбился с курса. Мы должны были забрать сильно южнее – в противном случае, «Царицын» давно бы уткнулся в берег.

*Аристарх Леонидович являлся

корабельным инженером,

и его звание по статусу

соответствовало капитану I ранга.

– Логично. Ваше решение?

– Мы изменим курс и возьмём на северо-восток – в условиях отказа большинства приборов и малой видимости, как вы понимаете, придётся полагаться на интуицию. Однако, так у нас повысится шанс выйти к южному побережью Индонезийских островов.

– Согласен с вами.

Аристарх Леонидович развернулся к выходу и услышал негромкое:

– Однако, я настоятельно прошу вас провести разъяснительную беседу с курсантами. В условиях морского боя сотня предупреждённых молодых людей – куда лучше, чем сотня растерявшихся и обескураженных. У них хотя бы останется шанс сохранить честь и достоинство перед лицом иррационального.

А ВОТ И ОН

«Следопыт» крался между островов.

Катюша давно чувствовала возрастающую опасность. Собственно, этого все и ожидали – с самого Тяньцзиня никто не рассчитывал на увеселительную прогулку. Зато потерянные моряки снова стали ощущаться ближе – и они совершенно точно перемещались нам навстречу. Баграр прислушивался и словно принюхивался к изменениям в магическом поле и наконец выдал вердикт:

– Теперь я могу сказать, что вместе с ними – или сразу за ними – движется нечто, по своему существу очень похожее на природный магический источник.

– Так, может, в нём и есть опасность? – нахмурил седые брови отец Филарет.

– Пока не увижу – не могу сказать. Похоже, что этому миру есть ещё чем меня удивить. Однако, батя, предупрежу тебя сразу: подобные силы сродни стихии, и твоя попытка блокировать исходящую магию может обернуться… чем угодно, на самом деле. Совершенно непредсказуемо. Минимальный шанс на то, что тебе удастся его погасить. Максимальный – на то, что зеркально по нам шарахнет. И процентов тридцать – вероятность стихийного хаотического выплеска произвольной силы.

– А точнее если?

– Могут бабочки полететь, а может камнепад сверху обрушиться. Или снизу ударить. Или лавовый поток. Что угодно, что вы можете себе вообразить.

Слушавший эти рассуждения капитан только крякнул. С воображением у него, должно быть, всё было нормально.

– И ещё одна не самая приятная новость, – добавил Баграр. – Вантиец направляется сюда. Идёт чётко, как по маяку. И скорость растёт. С кем мы столкнёмся первым – непонятно.

– Объявляю всеобщую боевую готовность, – кивнул помощнику капитан.

– И вот ещё что, – добавил Баграр. – Вантиец – мощный водник. Та девица, что корабли грабить помогала, в подмётки ему не годится. Я практически гарантирую, что он попытается смыть нас с палубы.

– Всем привязаться, – понял капитан. – Посмотрим ещё, кого тут смоет!

– Маленькую в каюте надо бы закрыть, всё равно помощи оказать не сможет, а нам только отвлечения лишние. В бою не до неё будет.