Текст книги "Темный стражник (СИ)"

Автор книги: Ольга Смирнова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

   Для сравнения – между Ричем и подобным допуском стояли две диссертации, которые было необходимо подготовить самостоятельно. При этом следовало руководствоваться "Положением о научных работах", которое назубок знали все уважающие себя и стремящиеся чего-то достичь в этой жизни колдуны. Документом предписывалось селиться на время написания сих трудов где-нибудь в глуши, потому как темы диссертаций предполагали огромное количество подкрепляющих выдвинутые тезисы и ужасающих по своим масштабам экспериментов, после которых частенько императорской природоохранной службе приходилось восстанавливать микрофлору, флору и фауну в этих районах. Но глобальных разрушений и катаклизмов, таких, например, как уничтожение целого города или заражение сотен тысяч живых смертельно опасным вирусом, подобным способом удавалось избежать.

   Далее. Защищать готовые диссертации следовало не где-нибудь, а на заседании Императорского магического Совета, что уже приравнивалось к поднебесному уровню, до которого Ричу еще лет тридцать в преподавателях ходить следовало. После этого необходимо было пройти стажировку при дворе Императора, затем три года доказывать свою верность правителю лично в составе придворной свиты колдунов. А этих вечно засылали в самые горячие точки для решения острых конфликтов. Поэтому текучка в свите была постоянная – при том, что все приписанные к ней колдуны были лучшими из лучших. Три года "медленной смерти" – так называли службу в свите между собой колдуны. И только после этого – если остался в живых – прошедший огонь, воду и приграничные районы империи колдун удостаивался величайшей милости и доверия – права на Вход в библиотеку Императора.

   А там, поверьте, было на что посмотреть. По крайней мере, Рич на это надеялся. Ничего другого ему не оставалось – на вошедших в библиотеку накладывалась печать молчания об увиденном и прочитанном. За нарушение – смерть на месте. Так что достоверно знать, что именно он обнаружит за дубовыми дверями, Рич не мог. Но ходили слухи, что заклинание повторного возрождения или увеличения силы, до которого так охочи были молодые колдуны, – детский лепет по сравнению с тем, что там можно найти.

   Другой вопрос, что колдуны, уровень которых достигал необходимого, почему-то эти заклинания не использовали в обычной жизни, по крайней мере, Рич ни об одном подобном случае не слышал. Почему? Почему бы не попробовать хотя бы из интереса? Ответа на этот вопрос у него не было, хотя очень хотелось знать. К сожалению, его отец так и не получил в свое время подобного допуска – помешала женитьба, а потом рождение первенца. Сам Рич, глядя на отца, поклялся подобной глупости не сделать и добиться-таки высшего для каждого колдуна счастья. Допуска. Знаний. Могущества. Славы. Всего того, о чем он грезил по ночам в своей лаборатории, корпя над очередным опытом.

   ...огненный зверь исчез. Водитель пойманного в ловушку внедорожника не стал дожидаться продолжения и лихо сдал назад, отчего стоящий там автомобиль развернуло и снесло в сторону. Оглушительно взвизгнули покрышки, взревел мощный мотор и несостоявшаяся жертва на полной скорости пошла на таран передней машины. По крайней мере, так показалось несведущему в тонкостях вождения Ричу. Но в миллиметре от боковой дверцы преследуемая машина взмыла в воздух, а под колесами оставшихся на земле начал проваливаться асфальт. Он трескался, крошился, целыми пластами уходил под землю. Задние колёса одной из машин – той, что была впереди, провалились, и она опасно накренилась. Взмывший в небо внедорожник, стремительно набирая скорость, пронёсся над препятствием, сразу за ним пошел на снижение и плавно приземлился на проезжую часть на все четыре колеса метров за триста от того места, где барахтались его преследователи. Помигал аварийкой, погудел задорно и умчался вдаль. В воздухе фейерверком вспыхнула надпись: "Бывайте, лузеры!!!" Спустя мгновение,яростно и оскорбленно взревев моторами, за ним полетели преследователи – провалившееся дорожное покрытие задержало их ненадолго. Все маневры заняли от силы секунд двадцать.

   Рич, не любивший механические средства передвижения и не доверявший им ни на грош, даже залюбовался. Надо отдать должное мастерству сидевшего за рулем преследуемой машины – как в плане вождения, так и в магическом плане. Хладнокровный, должно быть, сукин сын.

   Во время того, как вышеописанные события имели место быть, среди пассажиров маршрутки, выбравшихся на волю, царила единодушная тишина. И не потому, что им не хотелось обсудить происходящее, отнюдь! Просто каждый знал, что в таких случаях до окончания конфликта лучше держать рот на замке – да и после не упоминать, чему стал свидетелем, иначе такой вот внедорожник в следующий раз может приехать за тобой. Никто не любит любопытных и сплетников.

   Стоило машинам скрыться из виду – загалдели все разом. Кто о чем, но тему увиденного обходили стороной. Ричу же в принципе дело до этого не было. Зрелище его впечатлило, но и только. Да, магический уровень дающих бесплатный мастер-класс на трех машинах зашкаливал и было чему позавидовать, но вздыхать о несбыточном было не в характере Рича. Все хорошо в свое время, а в том, что и он достигнет подобных высот, Рич не сомневался ни секунды. Колдуна тревожило другое.

   Идти пешком до родительского дома – далеко. Возвращаться обратно в город и ловить другую маршрутку – тоже не самый близкий путь. А больше никак. И телефон, как назло, Тимми колдунье отдал, чтобы связь держать. И как это Рич на такую глупость согласился? Хотя младшенький не очень-то интересовался его мнением, если уж откровенно, просто схватил телефон и был таков. Пока Рич сообразил, что именно произошло, колдунья уже ушла, а Тима неслабо накрыло, и стало не до всякой ерунды. И вот расплата за доброе дело.

   Пока Рич мрачно раздумывал, куда ему податься, народ разбился по кучкам и что-то громогласно обсуждал. Колдуну до этого дела не было – он радовался, что остался цел и невредим. А уж отчего, да почему – не столь важно. Он повздыхал, с тоской посмотрел на пустую дорогу и зашагал в сторону родительского дома. Солнце припекало и даже в легкой хлопчатобумажной рубашке быстро стало жарко.

   "Эээй, – прозвучало у него в голове. – Ты ничего не забыл?"

   – Что еще? – обреченно спросил Рич, сходя с обочины на раскаленный асфальт.

   "А ну как помощь кому нужна? Ты же знаниями медицинскими обладаешь, я ничего не путаю? Вот и предложи".

   Рич невольно оглянулся назад.

   – Кому предложить? – проговорил с издевкой, не замедляя шаг ни на секунду. – Этим бугаям? Да что им сделается? Их захочешь – не упокоишь без асфальтоукладочной техники. Обойдутся.

   Совесть вздохнула и замолчала. Рич ощутил некое подобие удовлетворения от того, что в кои-то веки последнее слово осталось за ним.

   Еще через три часа он стучался в ворота отчего дома.

   ***

   Когда Тим забирал Тессу с кухни вампирши, он предполагал, конечно, что девица – не самый легкий напарник. Но ведь и он не лыком шит, прошёл суровую школу – два года патрульной службы под началом сержанта Клауса приучили его к терпению и дали многое в плане умения держать себя в руках. Но оказалось, что к такому не был готов даже его закаленный бесконечными придирками и воплями толстого напарника разум.

   Как только они очутились у Рича – началось. Поскольку самого хозяина жилища не было дома, Тесса позволила себе развернуться. Во-первых, еще раз было Тессой подчеркнуто – а ну как Тим забыл – Рича они дожидаться не будут, а попытаются прорваться в Калерию своими силами. Причина была проста – колдунья вполне обоснованно опасалась, что Рич предпочтёт оставить при себе, как именно он прорвал купол и оказался в доме ее папули, и это еще полбеды. Колдун из одной только вредности может отговорить от этой затеи младшего брата, а тот в свою очередь – Миранду, и что тогда будет делать Тесса?

   Потом, выпытав у Тима, что Рич отправился к родителям и раньше вечера не вернётся, колдунья расслабилась и изволила отзавтракать. Ее не смущало, что холодильник чужой и рыться в нем в поисках пропитания не слишком вежливо, а уж критиковать по ходу дела образ жизни хозяина, который пусть и невольно, но явился кормильцем, того хуже.

   Набив живот парочкой оладий со сметаной, которыми внука снабдила заботливая Матрёна Патрикеевна, Тесса принялась кипятить чайник. Еще пятнадцать минут ушло на то, чтобы выхлебать чай и закусить выуженной из вазочки с конфетами – и как она только там очутилась? – печенькой. Мявшийся в сторонке Тим молчал и терпел, все еще чувствуя невольную вину за то, что вышел из себя позавчера. Ошибочность этого ощущения он понял значительно позже, когда наевшаяся до отвала колдунья решила покемарить часок, никого не предупредив. Просто встала из-за стола, ни слова не говоря, начисто игнорируя парня, и прошествовала в спальню Рича, где, скинув туфельки, рухнула на кровать и блаженно задремала.

   Тим за ней не пошел – мало ли куда девица могла направиться! Может, в туалет. Не стоять же у нее над душой. Ему, конечно, и в голову не могло прийти, что девица уже похрапывает на мягкой перине.

   Спустя десять минут Тим все ж таки направился за колдуньей – время поджимало. Ему необходимо было быть дома к вечеру, потому как недавние знакомые – ведьма Корнелия и бывший парень Миры Егор – планировали нанести рядовому Брайту визит вежливости, дабы убедиться, что расследование смерти громил идет в нужном русле. Ну и самим заглянуть в его записи. Корнелия – по ее же словам – была убеждена, что сможет бросить на Тима заклинание очарования или подчинения, как только тот откроет дверь. И он, как послушный щенок, доложит гостям о ходе расследования и поделится последними наработками. Еще и чаем угостит с плюшками. Егор сомневался, стоит ли вообще затевать это дело, но Корнелия была непреклонна – какое-то смутное ощущение неправильности не давало ей покоя. За душу тянуло и не позволяло расслабиться.

   Ей необходимо было выяснить все до конца, хотя Егор, как мог, отговаривал ее от этого. Ему и так было хорошо. Кроме того, парень предпочитал решать проблемы по мере их поступления, а не предпринимать превентивные меры. Только нервы портить. Ведьма была в корне не согласна с такой жизненной позицией, и все их стратегические планирования стопорились на этом моменте. Разговоры происходили на кухне, где под столом был приклеен жучок, так что Тим,практически не отнимавший телефон от уха все это время, прекрасно слышал их планы, рассуждения и споры и примерно представлял дальнейшие события.

   ...В итоге, устав ждать, пока колдунья завершит свои предполагаемые личные дела, Тим направился на ее поиски. Каково же было его удивление, когда он обнаружил пропажу на кровати Рича, тихо сопящую во сне. Сначала Тим взбесился, хотел уже разбудить наглую девицу ледяным душем, но потом передумал.

   Подошел, потряс за плечо.

   – Вставай. Вставай, кому говорю.

   Тесса сонно причмокнула губами и еле слышно послала надоеду куда подальше. Тогда Тим тряхнул колдунью посильнее, она дернула плечом и капризно пробурчала:

   – Всю ночь на кресле маялась, дай поспать по-человечески, а? Иди, погуляй, что ли. Потом... все потом...

   Конечно, вежливость и вбитые намертво принципы повелевали оставить девушку в покое, но выбора у Тим не было. Он потряс ее за плечо и громко сказал:

   – Ты вставать собираешься или нет?

   Злые глаза распахнулись и уставились на Тима. Он оставался спокойным.

   – Изверг, садист чистой воды! – пробурчала Тесса, натягивая одеяло до ушей. – Я спать изволю...

   Тим не стал извиняться – потому как было не за что, ответил:

   – Мы с тобой должны дарственную достать, или ты передумала? Если не хочешь, можешь катиться на все четыре стороны. Мне оно не надо, а с Мирой я сам разберусь. Уж как-нибудь уговорю отступиться.

   Тесса с лязгом захлопнула открывшийся было для потока ругательств рот и поняла, что из-за сильной усталости и недосыпа чуть было не проворонила свой единственный шанс на удачные поиски. Встряхнулась по-собачьи, мгновенно сменив гнев на милость. Мячиком вскочила с кровати и, откинув со лба спутанные волосы, деловито спросила:

   – Мел достал?

   Тим полез в карман и протянул ей бумажную упаковку:

   – Здесь десять штук. Надеюсь, хватит.

   – С головой, – подтвердила колдунья и задала другой вопрос: – Прямо тут?

   – Нет, пойдем в лабораторию, там хоть защита стоит на случай неудачи.

   Колдунья была полностью с этим согласна. Они направились в лабораторию. По пути Тесса объясняла Тиму порядок действий. Сначала она вычерчивает схему, дожидается отклика с той стороны – тот самый доступ, о котором она говорила, затем парень открывает портал, и они уходят. На словах выходило легко и просто, как обычно и бывает. На деле получилось много сложнее.

   Во-первых, Тим первые шестьдесят минут натуральным образом пытал колдунью на предмет конечных координат, по которым он будет выстраивать путь портала. Ведь без этого невозможен ни один переход. Тесса огрызалась, по два раза циферки на листочке переписывала, зло стирала и писала снова, пытаясь подстроить систему исчисления Калерии под местную. Перевод давался плохо. Тесса несколько раз пересчитывала уравнение и каждый раз получала разные цифры. Нужные коэффициенты как назло словно вылетели из головы, и в итоге на достижение правильного результата ушло около часа. Сунув в руки Тиму выстраданные координаты, Тесса перешла к главному – прорыву.

   Символы вычерчивались неохотно, вязко, руку словно что-то держало, не давая свершаться колдовству, но это было в принципе ожидаемо, потому как ощущалось далеко не в первый раз. Магия не универсальна по своей сути. Едина в глобальных принципах, но имеет отличительные особенности в зависимости от географического положения. Она – как местные наречия, в каждой империи – свои прибабахи и закавыки, продраться через которые слабым не дано.

   Ходили слухи, что это было сделано еще богами для того, чтобы усложнить завоевание новых территорий и таким образом избежать постоянных кровопролитных войн. Чужеродная магия всегда воспринималась в штыки, и сотворить простейшее заклинание было в разы труднее, если ты находился не в своей среде обитания. Казалось бы, ничего особенно разного, но в том-то и состояла главная загвоздка. Именно эти мелкие детальки, к которым нужно было относиться с предельной внимательностью, тормозили весь процесс. Тесса это знала – но опять же в теории. На себе успела прочувствовать лишь уменьшение силы атакующих заклинаний, которыми пользовалась пару раз с тех пор, как очутилась в империи Ион. Девица хорошо представляла, что обычная формула прорыва, которой она пользовалась дома, не подойдет, по идее нужно переставить символы в несколько другом порядке и видоизменить знак вызова – дорисовать пару закорючек. Но непослушная рука машинально вычертила обычное заклинание, которое, конечно же, не сработало – вспыхнув белым, символы осыпались вниз. Защитный контур лаборатории полыхнул красным, раздался визг сирены и через мгновение все стихло.

   Досадливо вздохнув, Тесса отругала себя за невнимательность и поспешность. Начала снова.

   Тим насмешливо покачал головой – вот вам и задавака-колдунья. Элементарные вещи – и такой провал. Что же будет дальше? Затем, решив, что и ему делом надо заняться, стал в уме прикидывать основные значения уравнений, чтобы потом на этом не останавливаться. Получалось, что путь будет выстроен длинный, примерно несколько тысяч километров на уровне минус три от линии земли. Самая безопасная высота, немного более капризная, чем остальные, зато немногие рисковали с ней связываться – слишком велик процент заблудившихся. Стражник внутри Тима этой проблемой не озадачивался.

   За всеми этими событиями недавняя ссора с Мирой не то чтобы поблекла, а отступила на второй план. Стала казаться мелочью, глупостью, из-за которой теперь страдают они оба. Наверное, проще всего встретиться и выяснить отношения, но позже, когда он вернется из Калерии.

   Тим вздохнул. Поговорить – это, конечно, хорошо... но только что сказать? Ведь, по чести говоря, парень не был уверен, что на вопрос "ты женишься на мне?", вздумай Мира его повторить, он ответит утвердительно. Отнюдь... и даже наоборот. Не готов он, не готов. Пусть и звучало это трусливо и безответственно. Кто-то скажет – мол, затащил девушку в постель, поигрался в свое удовольствие, а потом – как получится. Но в представлении Тима брак – нечто незыблемое, как у родителей, вечное и гармоничное. А будучи знакомым с человеком – даже не человеком, а ведьмой – неделю, как он может утверждать, что в будущем у них все сложится? Что они не разочаруют друг друга? Что через год-другой не воспылают взаимной ненавистью? Это ли не полнейшая безответственность, когда два малознакомых человека соединяют свои жизни, как им кажется, навечно, а через полгода разбегаются под звон бьющихся тарелок, поливая друг друга грязью, деля квартиры, телевизоры и кошек? Это ли не величайшая глупость?

   Тим был уверен только в одном – его чувства к Мире были сильными, но однозначно обозвать их "любовью" он не осмеливался по той простой причине, что любви как таковой к женщине никогда не испытывал. Половое влечение не в счет. И, спрашивается, откуда ему знать, что это ощущение в груди – любовь? На ней таблички не висит, и штрих-кода, который мог бы считать сканер и тут же выдать однозначный ответ, тоже нет. Так откуда?

   Решив столь тяжелые размышления оставить на потом – настроение от них катастрофически портилось – Тим переключил внимание на происходящее в лаборатории.

   А там Тесса вовсю сражалась с непослушной магией и через не могу творила. Медленно, вдумчиво, поскольку и вторая попытка закончилась неудачей. Девушка выглядела взмыленной как загнанная лошадь, рука её, сжимавшая мелок, заметно дрожала, но глаза упрямо блестели. Тим ничем не мог ей помочь, поэтому приходилось исполнять роль стороннего наблюдателя, когда элементарное внутреннее уважение к себе требовало сделать хоть что-то для Тессы. И хотя девица не вызывала у Тима хоть сколько-нибудь положительных чувств, наблюдать за ее мучениями было тяжело. Увы, трезво оценивая свои возможности, парень вынужден был признать, что скорее помешает, чем окажется полезным. Поэтому заставлял себя стоять в сторонке, не спеша выстаивая портал.

   Наконец, спустя ещё полчаса и пять попыток, Тесса вычертила-таки схему, которая тут же словно окаменела в воздухе. Вытерла пот со лба, выдохнула и выразительно глянула на Тима. Тот намек понял, совершил последние вычисления и открыл портал. Шагнул туда первым. За ним последовала Тесса.

   Выйдя из портала, Тим обнаружил себя в небольшой спаленке. Женской, судя по обстановке. Но осмотреться ему не дали сильный толчок сзади и возмущенное:

   – Чего на дороге встал? В сторону отвали.

   Тим посторонился, уже привычно грубость проигнорировав. Единственное, что он успел заметить, покосившись в широкое окно – на улице вечерело. Тесса же продолжала:

   – Прорыв будет зафиксирован примерно через шестьдесят секунд, после этого у нас будет десять минут на то, чтобы обыскать папин кабинет и вернуться обратно.

   Тим хотел что-то сказать, но вышло сплошное невразумительное мычание. Он изумленно притих, пытаясь понять, что произошло с его речью.

   – Ах, да! – хлопнула себя по лбу Тесса и, подойдя к парню, с нескрываемым удовольствием отвесила ему смачную оплеуху.

   – Тьфу ты! Чего дерешься? – сердито спросил Тим. – И что это было такое?

   – Заклинание для особо болтливых, – неохотно пояснила Тесса. – Ну, чтоб колдун залетный какой не набедокурил... вроде простенькое, а действенно.

   – Однако... – задумчиво протянул Тим, начиная понимать, почему Рича отделали здесь столь качественно. И почему ему понадобилась помощь Тессы для возвращения домой.

   – Ты уверена, что твоего отца в это время не будет в кабинете? – с сомнением спросил он, возвращаясь в настоящее.

   – Уверена, – отрубила Тесса. – Он прорыв самолично должен ликвидировать, больше ни у кого силенок не хватит. Обычно укладывается в десять минут, я засекала. Пару минут еще можно накинуть сверху, пока он виноватого будет искать. Когда поймет, что это была я – вот тогда начнется самое веселое. Так что руки в ноги и за мной.

   Тим не стал спорить – девице виднее, она тут всю жизнь провела. Кто он такой, чтобы сомневаться в ее словах?

   Колдунья выскользнула из комнаты, Тим бесшумно последовал за ней. Они вышли в тускло освещаемый коридор и двинулись направо. Тесса с наслаждением прищелкнула пальцами, ощущая как вся доступная ей магия приходит в движение, повинуясь малейшему жесту – не то, что в империи Ион, когда приходилось выцеживать силу по каплям, и их окутала дымка.

   – Теперь не заметят. По крайней мере, сразу, – пояснила, хотя Тим и не спрашивал. Ему и так было все понятно – не зря у него в ближайших родственниках колдуны.

   Предосторожность оказалась излишней – по пути им никто не встретился. Тим предположил, что домочадцы и слуги благополучно отдыхали в своих покоях от дневных забот. Незваные гости дошли до конца коридора и остановились у неприметной двери. Тесса сделала знак подождать, а сама осторожно склонилась над замочной скважиной и что-то прошептала. Раздался еле слышный щелчок и дверь отворилась. Тесса поманила Тима за собой.

   Они вошли внутрь. Парень быстро огляделся – обычный рабочий кабинет колдуна, ничего лишнего. Обилие книг, горы бумаг на столе, писчие принадлежности, настольная лампа и – вот странность – кофемашина. Стол – большой и добротный, дубовый, и удобное кресло за ним. Напротив двери – большое окно, полузакрытое тяжелыми бархатными шторами. Все выдержано в приглушенных коричневых тонах.

   – Жди здесь и не вздумай никуда двигаться! – безапелляционно приказала Тесса и странными зигзагами устремилась к стене по левую руку. Тим наблюдал, как она приложила ладошку к обоям, сложив пальцы буквой "зю", и слегка удивился, что анатомия подобное позволяет. Что-то заскрипело внутри стены, и незаметная глазу панель отъехала в сторону. Сейф. Колдунья вновь что-то прошептала и пристукнула кулачком по металлической дверце, отчего она послушно распахнулась.

   Удовлетворенно мурлыкнув, девушка засунула руку внутрь, пошарила и вдруг вздрогнула и застонала сквозь зубы. Тим мгновенно напрягся:

   – Что случилось?

   – Папочкины шуточки... чтоб ему... – задыхаясь от боли, прошептала Тесса. – И надо ж было догадаться подселить сюда эту гадость... Пригнись!

   И упершись ногой и свободной рукой в стену, что было сил дернула руку, застрявшую в сейфе, сопроводив рывок еще одним выкриком. Из проема вылетело нечто пушистое, серое и со свистом пронеслось в воздухе прямо над головой вовремя присевшего Тима. С пронзительным писком серый комок врезался в противоположную стену с книжными полками и упал на пол. Колдунья с горящими от гнева глазами развернулась и с нескрываемым наслаждением шарахнула по нему красной молнией. Комок еще раз пискнул, дернулся и затих. Тим пригляделся – мохнатое нечто сильно напоминало крысеныша с несуразными огромными клыками, распиравшими небольшую, в общем-то, челюсть. Тесса баюкала покусанные пальцы и причитала. Парню колдунью было жалко, но времени на развазюкивание соплей не было совершенно. Все будет, но по благополучном возвращении. Поэтому он сурово приказал:

   – Бумаги ищи.

   Тесса обиженно глянула на Тима, словно не понимая, как он может быть столь жесток, и демонстративно прижав к груди кровоточащую ладонь, повернулась к сейфу. Особо она не церемонилась – скрывать от папочки цель своих поисков не посчитала нужным, и не по причине беспечности, а потому, что он и так обо всем догадается. А зачем тратить драгоценное время на сокрытие того, что в любом случае станет явным?

   Поэтому девица вывалила содержимое сейфа на пол и одной рукой начала в нем копаться. Получалось крайне неловко, кроме того, кровь из раны никак не желала останавливаться, что еще больше затрудняло поиски. Тим не выдержал и поспешил на помощь девице в надежде ускорить процесс, напрочь забыв о ее предупреждении своего места не покидать. И тут же за свою беспечность поплатился.

   Под ногами вспыхнуло, и пол вдруг куда-то провалился. Не успел Тим ахнуть, как понял, что падает. Враз перехватило дыхание, сердце заколотилось, как бешеное. Правда, полет продолжался недолго. Что-то сверху вцепилось ему в волосы и сильно дернуло вверх. Из глаз сами собой брызнули слезы – до того было больно. Мельком проскочила невольная мысль, что видимо, придется побриться налысо, потому как значительная часть его шевелюры осталась в цепких пальцах того, кто его держал. Но за то, что провалиться в неизвестность не дал – большое спасибо. Как только приподняло настолько, что он смог ухватиться за край ямы руками, его многострадальные волосы были оставлены в покое. Тим отчаянно ухватился за ковер и изо всех сил пытался вытолкнуть себя наверх. Получалось плоховато, но попыхтев пару минут и в который раз с благодарностью вспомнив Гнилые болота, он втащил своё тело на пол. И, тяжело дыша и не имея сил поднять голову, наткнулся на внимательный взгляд какого-то старикашки.

   Обычный такой старикашка, в потертых трениках и майке-алкоголичке. Внимательный взгляд и сардоническая ухмылка. Этот, с позволения сказать, хмырь вытащил Тима? Парень машинально поискал взглядом Тессу – она застыла у сейфа, на обычно высокомерном личике отражалась растерянность. И что сие появление означает? Хорошо или плохо? Нет, скорее не так – плохо или очень плохо?

   Тиму дали подняться и ощупать голову. Волосы были на месте. Знакомиться с тем, кто его предположительно спас, было некогда, да и незачем – все хорошо в свое время. Сейчас надо выяснить, чем им данная встреча грозит. Приглядевшись к колдунье, Тим понял, что она далеко не в восторге от появления гостя. Мало того, он догадался, что она находится под каким-то заклинанием, не дающим двигаться и говорить – девица еле слышно что-то мычала и судорожно дергалась всем телом. Значит, придется выкручиваться самому.

   Тим приказал себе расслабиться и, не спуская взгляда со старикашки, рискнул сделать небольшой шаг вперед – подальше от ямы, края которой уже начали стягиваться. Старик казался безобидным, даже беспомощным, но Тим знал, что самые страшные чудовища любят прикидываться кроткими овечками. Стражник внутри заворочался и приветственно поднял голову, и тут Тим осознал, что стоящий перед ним дедок – демон. Родственнички, стало быть, практически... Знать бы его имя...

   Приказав своему зверю заткнуться, парень сказал:

   – И вам добрый вечер.

   Старикашка скривился, будто лимон проглотил.

   – Чего надо? – спросил, смешно, как и Тесса, растягивая гласные. Будто пел. – Зачем явились в кабинет хозяина?

   Тесса дернулась, мычание стало на порядок громче – ей явно было, что сказать, но кто бы позволил. Старикашка обернулся, сурово посмотрел на колдунью.

   – Ты хоть представляешь, какой переполох устроила, неблагодарная девица? Ты отца чуть до сердечного приступа не довела! Сбежала! Неизвестно куда! Непонятно с кем! Мерзавка! Где твоя дочерняя привязанность? Где уважение? И если твой отец с тебя пылинки сдувает, не жди подобных поблажек от меня! Вмиг уму-разуму научу ремнём по заднице!

   Тесса потупилась и всхлипнула. Тим понял, что его угораздило влипнуть гораздо глубже, чем он себе представлял. Семейные разборки – то еще болото, в котором непосвященные и непричастные тонут пачками, он по своему опыту знал. А тех, кто по счастливой случайности выживает, добивают как нежелательных свидетелей.

   – Сейчас придет хозяин, будет решать, что с вами делать. Учти, неблагодарная, я буду просить его, чтобы практику ты проходила в моем ведомстве.

   Глаза Тессы округлились от ужаса, но возразить она не могла. Старикашка развернулся к Тиму, словно только что вспомнил про него:

   – Ты лучше заранее придумывай сказку поинтереснее – зря, что ль, тебя наша краля спасала. Будь моя воля – расплющило б тебя там, внизу, и дело с концом. Ну лады, авось хозяин развлечется новыми баснями... Глядишь, и не прибьет сразу. – Из-за спины его вильнул жесткий хвост и пару раз ударил по полу.

   Значит, его спасла Тесса. Как? Видимо, заклинанием, дотянуться физически до парня она бы не смогла, это факт. И демон ей это позволил, так получается. Или и в самом деле не успел помешать?

   Тим заинтересованно пригляделся: да, он встречал демонов и раньше, но те были молодыми, зелёными ещё, неопытными. И полноценного хвоста у них еще не было, так, отросточек какой-то, как у купированной собаки. А всем известно – чем старше и могущественнее демон, тем длиннее его хвост. У этого экземпляра хвост был ничего себе, больше метра, точно. Значит, и сил хватало. Выстоять против него даже колдуну было бы сложновато. И конечно, нужное впечатление на Тима произвел тот факт, что именно демон на данный момент, если он правильно все понял, держал Тессу в тисках заклинания, не давая возможности оказать сопротивление. А девица не из последних по уровню силы и подготовки, насколько Тим успел заметить. Так что со старикашкой следовало держать ухо востро, неизвестно, каких сюрпризов он полон. Человеческая оболочка прискорбнейшим образом хрупка и ненадежна, и если ее убить, то даже стражнику потребуется какое-то время на восстановление жизненных функций организма. А времени-то как раз и не было.

   Так что рисковать понапрасну Тим не собирался, надеясь решить проблему мирным путем. Подумалось, что Рич на такие пацифистские мысли отреагировал бы гомерическим хохотом. Но из них двоих именно Тим всегда отличался вдумчивостью и не рубил с плеча, не повертев вопрос так и эдак, не попробовав все варианты.

   Вдруг старикашка заметил дохлый меховой комок на полу. Взгляд его сделался недоверчивым, затем наполнился страданием. Демон подошел поближе и сказал:

   – Зачем ты убила моего тушкана? Что он тебе сделал? – и с укоризной посмотрел на Тессу.

   Она воинственно сверкнула глазами и недвусмысленно замычала. Старик крякнул и кивнул:

   – Это был риторический вопрос, и слова тебе никто не даст до тех пор, пока хозяин не придет. Уже скоро.

   – У вашего хозяина есть имя? – спросил Тим, чтобы выиграть время и отвлечь внимание демона на себя. – Как его зовут другие? И почему вы находитесь в услужении? – Ответ на последний вопрос действительно интересовал парня.

   Демоны – они обычно независимы до чертиков и чтобы заарканить одного, получить себе в услужение, нужно порядком попотеть. Зато более преданных слуг не найти. Но подчиняются порождения Тьмы только чистой силе. Собственно, до Тима сейчас дошло то же, что и до Рича ранее – хозяин дома обладает несомненно выдающимися колдовскими способностями. Но вывод разумный Тим сделал другой – чем раньше они уберутся отсюда, тем целее останутся. Стражник, конечно, мощное оружие, но слишком нестабильное, слишком самостоятельное, в чём он вынужденно убеждался всю сознательную жизнь, чтобы звать его на помощь, и Тим решил прибегнуть к нему, только если иного выхода не будет. В данный момент он не чувствовал достаточной уверенности в том, что сможет загнать его обратно. А рисковать и надеяться на авось не хотел. Стражник то огрызался, то ластился, просясь на волю, но Тим держался, стараясь сильно не волноваться, памятуя о том, что эмоции – его злейший враг.