Текст книги "Ветер Перемен (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

– Мама, когда я вырасту, стану таким же храбрым и сильным, как папа.

Она взглянула на Лешара. Сердце предательски защемило, затаённая любовь вновь напомнила о себе.

– Обязательно станешь.

Засмотревшись на него, она погрузилась в воспоминания о той мимолётной и страстной любви, которая им выпала. Лешар давно наблюдал за ней, видел, как порозовели её щёки, как потемнели глаза, губы, готовые к поцелую, слегка приоткрылись. Лешар слез с коня, запрыгнул к ней на телегу.

– Девушка, если и дальше будете смотреть на меня такими глазами, мне придётся остановить наш экипаж и умчаться с вами в уединённое место.

Зар поднял на них удивлённые глаза.

– А зачем?

– Затем, что я люблю вашу маму и хочу её пощекотать. Вот здесь. И вот здесь.

При этом он пощекотал Таинию, она рассмеялась, и долго по долине разносился их дружный смех.

Ветер почувствовал, что его втягивает куда-то, он рванул вперёд, обдав всей силой своего порыва Лешара, он кричал:

– Спа-а-аса-а-айте-е-ес-с-с-с-с-с-с-сь!..

Лешар удивился, поправил волосы, взлохмаченные ветром. Никто из них, кроме ветра, не заметил опасности, хотя её очень трудно было заметить – ты просто проходишь энергетический барьер и оказываешься в другом мире.

Впереди показалось огромное синее озеро, лёгкий ветерок гнал небольшие волны и выбрасывал их на берег. Лешар огляделся: он был совершенно один, но почему-то его это не волновало. Всё внимание притягивала к себе голубая вода озера, манила путника освежиться в своих водах. Он слез с телеги – желание искупаться всё росло – и стал приближаться к берегу, на ходу захотел снять рубашку, но так и застыл в изумлении. Из воды выходили три девы неземной красоты. Одеты они были в тончайшие облегающие платья, поэтому при движении был виден каждый изгиб их тел, высокая грудь каждой манила и притягивала взгляд. Длинные светлые волосы, развевающиеся на ветру, взгляд страстный и зовущий, слегка приоткрытые губы жаждали наслаждения. Лешар не мог оторвать взгляд от этой красоты, он забыл обо всём на свете, его единственным желанием было обладать этими девами. Он медленно пошёл в воду, в глазах – страсть.

Ветер закричал что было мочи:

– Оста-а-ано-о-ови-и-и-ис-с-с-сь, оста-а-ано-ови-и-и-ис-с-с-сь!

Лешар зашёл в воду по колено.

Ветер метнулся ввысь и ураганом обрушился на Лешара. Тот не устоял на ногах и упал, левую руку пронзила резкая боль. Он вытащил руку из воды – из ладони торчал осколок зеркала. Разум медленно возвращался к Лешару, он глянул на воду и увидел, что та окрашивается в красный цвет, с руки капает кровь. Он немного удивился, попытался вспомнить, как очутился в воде, стал озираться по сторонам, и как раз вовремя – на него с открытыми пастями неслись три твари. Громадные лысые головы, огромные пасти с мелкими острыми зубами почти во всю голову, узкие глазки с белыми зрачками и то сужавшейся, то расширявшейся жёлтой полосой посередине. Их длинные прозрачные тела заканчивались острыми хвостами, примерно посредине с каждой стороны тела торчали по две пары лап, вместо кистей извивались по три длинных пальца.

Он успел упасть в воду, рывком выхватил меч и распорол брюхо пролетающей над ним твари. Она ещё летела по инерции, но на берег упала уже мёртвой. Он услышал протяжный вой, от которого даже под водой заложило уши. Ему пришлось открыть глаза в воде, он увидел, как одна из тварей несётся на него, а вторая понеслась к мёртвой подруге. Он выкинул меч перед собой, дождавшись мига, когда тварь бросилась на него, и проткнул её. Пришлось вынырнуть из воды, от нехватки воздуха спёрло лёгкие. Спиной чувствовал, как третья, последняя из тварей приближается к нему, он резко уклонился, но не совсем удачно, и почувствовал, как в его руку что-то впилось. Посмотрев на источник боли, увидел, как три пальца, на подушечках которых – такие же острые и мелкие зубы, как и во рту тварей, прокусили руку и высасывают из него кровь. Он отрубил мечом присоски, и когда тварь от боли зависла в воздухе, проткнул и её. Убив их всех, вышел из воды, оторвал болтающийся обрубок лапы и только теперь заметил, что осколок так и торчит из его ладони. Выдернул его, хотел выбросить, но увидел какое-то мелькание в зеркале, посмотрел в него и обомлел. В отражении был не он, а Таиния. Она шла по пустыне. Лешар стал кричать, звать её, но понял, что она не слышит. Тогда положил осколок зеркала в карман и пошёл подальше от этого места.

Брёл он долго, показалось, что целую вечность. Солнце всё время стояло в зените и нещадно палило. Обессиленный и уставший, он сел на землю, обхватив голову руками. Сначала он кричал и звал детей по именам, но потом понял, что всё бесполезно.

Лешар почувствовал дуновение ветра, что-то заставило его ещё раз достать зеркало и посмотреть в него. В отражении был он сам. Им овладело разочарование. Лешар оторвал взгляд от осколка и увидел, что находится в пустыне. Стал озираться по сторонам и звать Таинию, но ответом была тишина. Страх за жену и детей сводил с ума, он упал на колени и увидел, как ветер закручивает перед ним песок тоненькой полоской, снова и снова, только с каждым разом полоска становилась всё длинней. Он понял, что ветер как будто указывает ему путь, поднялся с колен и бросился бежать по проложенному ветром пути.

Последнее, что видела Таиния, – озеро и выходящих из него необыкновенной красоты девушек. И то, как Лешар, забыв про всё на свете, слезает с телеги и идёт к ним. Внутри неё разгорелась ревность. Она спрыгнула с телеги и оказалась совершенно одна среди пустыни. Её охватил ужас, она бросалась то в одну сторону, то в другую, кричала и звала детей, ругала себя – как могла оставить их одних⁉ «Это всё он виноват, променял нас на этих красоток!» Она шла, а её всё скручивала боль от потери детей, душа кричала, и горячие слёзы лились по щекам. Жара стояла неимоверная, пересохли и потрескались губы, хотелось пить. Она устала подниматься и спускаться с одного бархана на другой. Сил почти не осталось, а она всё уговаривала себя: «Ну, поднимись на тот, последний, вдруг там дети…»

Кое-как забралась на последний, как ей казалось, бархан, но когда оказалась наверху, взору предстала всё та же картина – бескрайняя песчаная пустыня и палящее солнце. От бессилия ноги подкосились. Упав, она покатилась вниз и оказалась в яме. Сознание было затуманенным, и вот через эту завесу к ней стала пробиваться боль, исходящая от ступни. Её разум стал цепляться за эту боль как за последнюю соломинку, и постепенно Таиния пришла в себя. Открыла глаза, потянулась к ноге, повернула ступню и увидела, что в неё воткнулся осколок какого-то стекла. Вытащив его и рассмотрев, поняла, что это осколок зеркала.

Вдруг в яму упала чья-то тень. Таиния посмотрела вверх и увидела громадных чёрных существ. Они были похожи на пауков, только покрыты чёрными блестящими панцирями, вдобавок имели множество лап в два ряда, красные глаза, вылезшие из орбит; по два больших клыка прикрывали каждый омерзительный рот, из которого капала слюна. Ей стало совсем нехорошо, уже не было сил сопротивляться, она поняла, что пришла смерть. Покатившиеся из глаз слёзы упали на зеркало, она машинально вытерла его и увидела в отражении Лешара, державшего в руках такой же осколок. Их руки одновременно потянулись друг к другу. Через мгновение они оказались напротив друг друга, каждый держал зеркало, только это были не половинки, а один большой осколок. Таиния разрыдалась, уткнулась Лешару в грудь и только кричала:

– Это я во всём виновата, меня предупреждали об опасности, а я так хотела попасть домой… Где теперь искать детей?

– О чём ты говоришь?

– Главный магистр школы предупредил меня, что где-то рядом с этой дорогой маг разбил зеркало, которое создало пространство, и теперь оно втягивает в себя путников. Но я думала, всё обойдётся…

Он прижал её к себе и гладил по голове.

– Не переживай. И прекрати плакать. Нам нужно подумать, где искать детей.

– Где же их искать?

– Не знаю. Но знаю, что нам нужно освежиться и набраться сил для поисков. Вон вдалеке вижу лес. Пойдём, может, найдём там озеро или реку.

Маленький Никланд шёл по полю и плакал. Впервые за свою такую короткую жизнь он был один. Не было рядом ни мамы, ни папы, куда-то пропали сестрёнка и брат. Ему хотелось пить и есть, страх одиночества заставлял идти вперёд, он то и дело тёр кулачками распухшие от слёз зарёванные глаза, иногда останавливался и начинал звать родителей. Где-то вдалеке он услышал вой, который нарастал с каждой минутой. Никланд успокоился, вытер слёзы и стал всматриваться вдаль. Заметил на горизонте маленькую движущуюся точку, которая стала увеличиваться, и вскоре разглядел приближающуюся огромную собаку – так разум маленького мальчика представил себе громадное существо, появившееся перед ним в виде собаки. Это было магическое существо, примерно с человека среднего роста. Злой оскал жёлтых зубов, глубоко запавшие чёрные глаза, шерсти совсем нет, кожа просвечивала и были видны мышцы и вены, худой подтянутый живот почти сросся с позвоночником – тварь давно ничего не ела. Существо прыгнуло, ударив передними лапами Никланда, тот упал и откатился, тварь подбежала, схватила его зубами за ногу и побежала в сторону леса. От боли и страха у мальчишки перехватило дыхание. В лесу под большим деревом у твари была вырыта глубокая нора, туда она и бросила ребёнка. Поводя носом по воздуху, она уловила едва различимый запах людей, они были где-то далеко. Она перевела взгляд на добычу: слишком мала, даже не утолить голод. Решив раздобыть ещё еды, она кинулась в направлении нового запаха пищи.

Упав в нору, Никланд сильно ударился о корни дерева, которыми было увито всё логово. Надо было выбираться. Мальчик поднялся и стал руками цепляться за корни, но ему не хватало силёнок, он срывался и падал обратно, каждый раз ударяясь о корни. Он опять заплакал, поднял голову и стал смотреть на верхушки деревьев, через крону которых иногда пробивались лучи солнца – это всё, что можно было увидеть в отверстие норы. Вдруг возле верха норы среди корней что-то блеснуло. Ему стало любопытно, что это могло быть, он успокоился и очень осторожно полез вверх. Сначала он искал своими маленькими пальчиками, за что удержаться, потом ногой искал опору, и так потихоньку дополз до места, где, по его мнению, виднелся блеск. Всматриваясь в корни, он наконец увидел то, что привлекло его внимание. Это был небольшой осколок. Мальчик взялся за торчащий край и, совсем потеряв осторожность, опять упал на дно ямы, правда, осколка не выпустил. Стал рассматривать его и чистить ручонками от грязи и увидел, что это было не стекло, а зеркало – а в отражении разглядел своих родителей. Отец что-то держал в руке, одновременно их руки вытянулись, земля закружилась, и Никланд оказался напротив отца, они вместе держались за зеркало. Таиния обняла сына, подняла на руки и стала целовать, приговаривая:

– Сыночек, родненький, а где Саиния и Зар, ты их видел?

– Нет, я был один.

Лешар взял сына на руки, поцеловал и прижал к себе. Зеркало он протянул Таинии.

– Возьми, а я понесу его на руках, он совсем без сил.

Никланд уткнулся в отцовскую грудь и сразу уснул. Таиния не могла оторвать от него взгляда.

– Где нам искать детей?

– Останемся здесь и будем молиться богам, чтобы дети нашли осколки этого треклятого зеркала.

Саиния оказалась посреди дороги. Испуганная девочка озиралась по сторонам: с одной были бескрайние просторы пустыни, с другой – далеко расстилающееся поле, на котором цвели необыкновенной красоты цветы. Над полем висела яркая радуга, и от этого вся красота становилась ещё загадочней и прекрасней. Сразу забыв обо всех неприятностях, Саиния побежала рвать цветы. Как только ступила на поляну, радуга стала мерцать и темнеть, на небо набежали тучи, но девочка даже не заметила этих перемен. У неё уже были полные руки сорванных цветов, когда увидела очень необычный разноцветный цветок. Она медленно стала подходить к нему в восхищении, наклонилась, чтобы сорвать, но цветок оторвался от земли и завис над ней. Всмотревшись внимательно, она поняла, что это не цветок, а бабочка – только не такая, какие видела раньше, эта была очень большого размера, примерно с руку: длинное вытянутое тело, с каждого бока – по три пары крыльев, плавно порхающих на ветру. Такими же длинными были и лапки ярко-жёлтого цвета, только их было очень много. Больше всего Саинии не понравилась голова бабочки. Наверно потому, что на неё смотрели огромные чёрные глаза, взгляд был злым, и от него у девочки сразу пропало настроение. Бабочка открыла маленький ротик и высунула тонкий длинный язычок, подняла его и издала неприятный скрежет. Тут же по всей поляне разнесся ей в ответ такой же скрежет, и миллионы бабочек оторвались от цветов и зависли в воздухе, зло глядя на Саинию. Девочка увидела, как все бабочки подобрали под себя длинные ножки, а затем резко вытянули их, сбрасывая налипшую жёлтую пыльцу. Саиния испугалась и побежала, ей было трудно дышать, так как осыпающаяся пыльца стала оседать на её лице и руках, бабочки летели за ней следом и продолжали сбрасывать пыльцу, зло скрежеща. Она устала бежать, к тому же пыльца залепила глаза. Зацепившись за корни какого-то цветка, Саиния упала и расплакалась, а бабочки всё сбрасывали на неё пыльцу, почти засыпав её. Вдруг скрежет сменился писком, и она почувствовала, как сильный порыв ветра обдувает её. Она успокоилась, протёрла глаза и увидела, как посреди поля от земли до самого неба огромный смерч закручивает в себя огромное количество бабочек. Затем он резко стих, и на землю стали падать мёртвые бабочки. Ветер подлетел к Саинии и стал кружить вокруг неё, пытаясь сдуть пыльцу, но у него это плохо получалось, та сильно прилипла к телу. Какая-то тяжесть навалилась на всё тело девочки, она села на землю и почувствовала под рукой холод. Подняв руку, увидела, что из земли торчит маленькое стёклышко, из любопытства стала выковыривать осколок и вскоре увидела, что это осколок зеркала. Очистив его от грязи, увидела в отражении отца с матерью и братика, от радости стала кричать и звать их, но поняла, что они её не слышат, и расплакалась.

Таиния держала на руках сына.

– Что-то на душе неспокойно, где они?

Лешар встал, взял осколок зеркала, поднёс к ней.

– Давай посмотрим, может, увидим их в отражении.

Он передал зеркало, и как только она его коснулась, Никланд дёрнулся во сне, его ладонь упала на осколок.

В это мгновение земля под ногами Саинии закружилась, и она оказалась рядом с родителями. Таиния даже вскрикнула от неожиданности, увидев перед собой совершенно жёлтую дочку. Увидев родителей и брата, та стала бегать и кричать:

– Мамочка, папочка, братик, я вас видела в зеркале и звала!

От её крика проснулся Никланд и не мог понять, кто перед ним бегает. Таиния схватила дочь, стала обнимать и целовать её, не веря своим глазам. Лешар заулыбался, отложил зеркало в сторону, подошёл и забрал дочь у Таинии, стал целовать её и расспрашивать:

– И в чём это ты измазана? Отнесу тебя к озеру и как следует отмою, а то ты похожа на цыплёнка.

Саиния улыбалась – наконец-то она с родителями, и ей ничего теперь не страшно. Пройдя сквозь лес, они вышли на опушку с небольшим озерцом. Он снял с дочки платье, занёс в воду и стал отмывать от жёлтого налёта.

– Ну и где была наша принцесса, что видела?

– Видела злых бабочек.

– Ого! Это они тебя так?

– Да. А потом их ветер закружил и сломал им крылышки, они все упали на землю и не двигались. А потом я зеркальце нашла, посмотрела в него, а там вы все, я вам кричала, а вы не слышали.

Она весело плескалась в воде, а он отмывал её оторванным куском рубашки. Наконец она стала похожа на себя – только глаза были красными. Он посмотрел на воду: вокруг вода была вся жёлтая и кое-где плавали мёртвые рыбки.

– У тебя глазки не болят?

– Совсем немножечко.

Он снял с себя рубашку, завернул в неё дочь и понёс обратно.

Никланд увидел их и побежал встречать.

– Саиния, а я видел большую собаку, и даже не испугался её, и даже совсем не плакал.

Он бежал рядом и рассказывал о своих приключениях. А Саиния в это время тихо спала у отца на руках.

– Тише ты, баламут, сестра спит.

Лешар отдал дочь Таинии на руки, сел рядом. Хотел сказать про воспалённые глаза дочери, но решил не беспокоить жену раньше времени. Все равно колдовство здесь не получалось, а там, глядишь, выспится, и всё пройдёт.

Они сидели вчетвером, очень не хватало Зара. За то короткое время, что провели вместе, они полюбили его как родного. У Таинии потекли слёзы. Лешар обнял её, поцеловал в голову.

– Всё будет хорошо, он обязательно найдётся, мы будем ждать.

Возле них кружил ветер. Таиния вспомнила родителей и их счастливую жизнь, затем вспомнила встречу с Лешаром и Дика, огромного чёрного пса, погибшего от рук колдуна, и найденного Зара. Ветер кружил и втягивал в себя все эти воспоминания, а потом рванул и исчез.

– Ветер стих, – подняла она с волнением голову. – Уже не в первый раз чувствую его присутствие.

Зар шёл по ледяной заснеженной пустыне. Холод пронизывал до костей, он падал от усталости, но с растущим в мальчишеском теле упорством заставлял себя подниматься и идти дальше. Он говорил себе, что будет таким же сильным и храбрым, как отец, что ничего не боится. Вокруг него закружил ветер, обдав теплом и вселив надежду. Идти стало легче. Он ступил на небольшой заснеженный сугроб, а когда хотел шагнуть дальше, снег провалился, и Зар полетел в пропасть. Он упал на свитую белую паутину. Увидел, как к нему, быстро перебирая лапами, бежит огромный белый паук. Он ничем не отличался от земных пауков, разве что размерами и цветом. На его счастье, под весом падающего тела паутина порвалась, и Зар полетел дальше вниз. Следом спускался на паутине паук, стараясь догнать ребёнка. Зар услышал шум и тут же оказался в воде, его подхватило течение и выбросило из ледяной пещеры на середину реки. Плавать он не умел, поэтому как мог шлёпал руками по воде, стараясь удержаться на плаву. Ветер рванул к берегу и поднял из песка смерч, затем резко стих, и на том месте, где он только что был, появились женщина с мужчиной, а рядом с ними сидел огромный лохматый чёрный пёс. Мужчина дал собаке команду, та прыгнула в воду и поплыла к Зару. Нахлебавшись воды, он стал терять сознание, и последнее, что запомнил, – большая чёрная собака, в шерсть которой он вцепился рукой.

Собака вынесла его на берег, и только там он разжал пальцы. У него всё плыло перед глазами. Вот женщина и мужчина идут к нему, женщина протягивает осколок зеркала, Зар чувствует холод в руке и опять теряет сознание.

Таиния всё так же сидела на земле с детьми, её взгляд был устремлён на стоящего рядом Лешара, который с волнением озирался по сторонам. Их обдало тёплым ветром.

– Возьми зеркало, посмотри. Может, опять повезёт, и мы его увидим.

Лешар взял зеркало, оно было мутным.

– Нет, ничего не видно… Послушай, по-моему, когда зеркало срасталось, каждый раз кто-то возвращался, а мы в это время держались за него. Давай попробуем.

Он подошёл к Таинии, сел рядом, она взялась за край зеркала.

– Нет, ничего не происходит. Хотя… Когда возвратилась Саиния, Никланд дёрнулся во сне, его рука упала на зеркало.

Он быстро положил руки детей на зеркало, и в то же мгновение появился Зар с осколком зеркала, который уже присоединился к большому основному осколку. Они тут же бросились к мальчику, он был весь мокрый и едва дышал. Лешар стал приводить его в чувство, вскоре ребёнок вздохнул, и его вырвало водой. Открыв глаза, он увидел родителей, брата с сестрой и улыбнулся:

– Я опять нашёл вас!

Таиния обнимала и целовала его, а у самой не переставая текли слёзы. Ей столько пришлось пережить за это время… Она даже представить не могла, как сильно их всех любит.

Лешар взял зеркало.

– Не хватает ещё одного осколка. Мы не знаем, что там впереди ожидает нас всех, но другого выхода нет. Давайте составим круг: я первый берусь за зеркало, второй рукой держу Саинию; Саиния, возьмись одной рукой за зеркало, другой за Зара; Зар, делай то же самое, второй рукой держись за маму; Таиния, возьми за руку Никланда; Никланд, сынок, положи руку на зеркало.

В то же мгновение, как только он коснулся зеркала, всё вокруг них закружилось, и всё семейство оказалось возле старого разрушенного дома, на пороге которого сидел скелет, державший в руке целое зеркало – и они все держались за него. Саиния запищала и отскочила в сторону.

– Ой, кто это?

– Скелет, не видишь что ли, – сказал Никланд.

Лешар взял зеркало: «Наверное, это и есть тот самый маг. Его нужно похоронить». Недалеко от дома лежал большой камень. Здесь он и решил похоронить старика. Достал меч и с его помощью стал рыть и отбрасывать комья земли. Вырыв яму, Лешар сложил останки в могилу, сверху положил зеркало, затем засыпал всё выкопанной землёй.

– Спи с миром, а нам пора в дорогу.

Близилась к концу их поездка – вдалеке виднелись очертания Таинбурга. Город раскинулся у подножья горы и казался многоярусным: высокие башни домов, на острие крыш – множество разных флюгеров, узкие улочки, тянущиеся в гору, усаженные деревьями и цветами. Таиния быстро нашла свой дом. За ним виднелись горы, это была граница Королевства драконов. У калитки их ждала тётя Маинель, они обнялись, поплакали, а затем Таиния представила свою семью:

– Мой муж, Лешар. Это мои близнецы, Саиния и Никланд, а это мой старшенький, Зар.

Тётя каждого обняла и поцеловала.

– Теперь ты хозяйка в своём доме. Мы не теряли надежду, верили, что ты вернёшься. Твоих родителей мы похоронили у горы. Сейчас вам лучше умыться и отдохнуть с дороги, а завтра сходим на могилу.

Дом был большим, дети бегали по комнатам, пока не наткнулись на детскую, да так и застыли у входа, боясь зайти. Первой решилась Саиния. Увидав большую куклу, она тотчас решила её взять.

– Мама, можно мы здесь поиграем?

– Да.

Таиния стояла, смотрела, и слёзы воспоминаний лились по её щекам. Лешар обнял её и стал гладить по голове…

– Не плачь, моя малышка, теперь всё будет иначе.

– Это почему мама малышка? А я тогда кто?

– А ты дочка-малышка. Разве не понимаешь?

Близнецы ссорились. Лешар потёр виски.

– Тебе это ничего не напоминает?

Таиния подскочила и набросилась на него с кулачками.

– Да я ведь только спросил.

Он подхватил жену и завалился на ковёр в спальне, сверху на них тут же забрались дети, и началось веселье. Дружный смех долго разносился по дому, где столько лет стояла тишина.

На следующий день тётя отвела их к могиле родителей Таинии. Они оставили девушку одну, чтобы та могла снять с души груз, давивший столько времени, а сами пошли прогуляться к горам.

– Что это за дыра в горе? – спросил Зар.

– Это не дыра, это пещеры, – и тётя стала рассказывать. – Когда-то, в давние времена, на земле жили драконы. Люди их поработили, многих убили, в итоге не осталось ни одного. Только горы с их пещерами да название соседнего государства и остались воспоминанием о них.

Они погуляли немного, забрали Таинию и пошли домой.

И только ветер остался гулять внутри пещер, заново и заново переживая события так давно минувших лет.