Текст книги "Я украду твоё сердце (СИ)"

Автор книги: Ольга Островская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

− Крошка, извини, но наша встреча подошла к концу, − изображает он равнодушную улыбку. Отстёгивает от пояса кошель и протягивает мне. – Это тебе за неудобства.

Что? Он серьёзно? Решил выставить меня… девушкой для утех? Какого беса?

Я настолько не ожидала подобного развития событий, что справиться с волной ярости просто не удаётся. Вспыхнув до корней волос, награждаю принца испепеляющим взглядом.

− Забери свои деньги, − шиплю разъярённой кошкой.

− Как скажешь, − пожимает плечами Азим. – Тогда прощай.

А потом просто отворачивается и уходит. Демонстрируя полную уверенность, что его собеседник последует за ним.

Толстяк, бросив на меня ещё один масляный взгляд, поспешно устремляется за принцем.

А я остаюсь одна. На набережной чужого мне города.

Какого беса?! Что происходит вообще?

− Ваше высочество, − слышу я вдруг тихий голос у меня за спиной.

Вздрогнув от неожиданности, резко оборачиваюсь и едва не отшатываюсь, увидев возвышающегося надо мной Самада. Мужчина стоит в тени и со стороны его наверняка никто не сможет рассмотреть.

Неужели всё это время они с братом охраняли нас?

− Что вы здесь делаете? – прищуриваюсь.

− Полагаю, вы знаете. Не думали же вы, что его высочество рискнёт вашей безопасностью? – смотрит он мне в глаза.

− Я уже не знаю, что думать, − вздыхаю растерянно.

Понимаю, что происходит что-то из ряда вон выходящее. Понимаю, что Азим не просто так повёл себя, как полная скотина, но всё равно ситуация жутко неприятная. Особенно на контрасте с тем, как хорошо всё было до появления этого мерзкого хали Умара.

− Тогда не спешите с этим. Уверен, вам всё обязательно объяснят, − криво ухмыляется приставленный ко мне телохранитель. – Доедайте свой десерт, и мы с братом отвезём вас на виллу.

− Он… не вернётся? – бросаю я взгляд в ту сторону, куда ушёл принц.

− Он нас догонит. Не нужно никому видеть, как вы вместе уезжаете. Так будет безопасней для вас.

− Вы знаете, кто этот хали и о каком покровителе шла речь? – вскидываю брови. О том, что Самад не поймёт о чём я, не беспокоюсь. Ясно уже, что был где-то рядом и всё слышал, раз появился так вовремя.

− Догадываюсь, − слышу в ответ. И по выражению мужского лица, понимаю, что большего на эту тему не услышу.

Что ж… придётся дождаться разговора с Азимом. И ему придётся очень постараться, чтобы всё мне объяснить.

Что это за хали Умар? Что за покровитель? Что значат все эти многозначительные фразы? Чего они хотят от Азима? И почему он сделал всё, чтобы продемонстрировать своё равнодушие ко мне?

Выдохнув, я смотрю на свой фруктовый рожок. Аппетит уже бесследно пропал. Но и выбрасывать жалко. Так что, наколов специальной острой палочкой кусочек какого-то фрукта, я отправляю его в рот.

Глава 22

Братья Гур увели меня из набережной сразу же, как я дала знать, что готова уходить. Да так ловко, что нас наверняка никто не заметил. Мы не прятались по кустам, и мне даже не пришлось использовать иллюзии. Но было очень интересно наблюдать за слаженными действиями этих двух мужчин. И изучать то, как виртуозно и слегка нестандартно они управляются со своей магией. Более умелого отвода глаз мне ещё в жизни не доводилось видеть. У них явно есть чему поучиться.

Но я уже давно заметила, что порой те, кому от рождения даётся меньше, может развить свой дар гораздо сильнее, чем даже носители королевской крови. Просто потому что работают они над своим развитием гораздо упорней.

− Вы здесь оставили своих лошадей? – интересуюсь я, когда братья приводят меня в тёмный безлюдный проулок. Если бы не знала, что это люди Азима, которым можно доверять, уже бы начала нервничать.

− Нет, ваше высочество. Наши лошади ждут в другом месте, − усмехается Эльчин.

А дальше мне демонстрируют то, что вмиг заставляет меня ещё раз пересмотреть свои выводы, насчёт одарённости моих новых телохранителей.

Легко, будто играючи, Самад сплетает незамысловатое заклинание и отпускает его с кончиков пальцев. То, воспарив тонким кружевом, зависает на миг в воздухе и растворяется, вспарывая пространство и открывая переход.

− Вы ещё и портальные маги? – изумлённо и с нескрываемым восторгом восклицаю я. Вот какое умение мне всегда неимоверно хотелось иметь. Но увы. Портальная магия это довольно редкий дар и даётся далеко не всем. И дело тут не в размере резерва, а во врождённой предрасположенности.

− Есть немного, − с кривой ухмылкой кивает Самад, приглашающим жестом указывая на открытый портал. – Прошу, ваше высочество.

Честно говоря, я думала, что перенесёмся мы сразу на виллу. Вместо этого, я вдруг оказываюсь за чертой города, посреди пустыни.

− Не пугайтесь, принцесса, − рядом тут же появляются братья Гур.

В ночной тишине, разбавленной лишь пением сверчков и далёким шумом прибоя вдруг раздаётся ухканье какой-то птицы. Совсем рядом. И когда я удивлённо оборачиваюсь, замечаю, как Эльчин опускает сложенные вместе ладони. Это он издавал эти звуки?

Но спросить его, что это может значить, попросту не успеваю. Потому что вдалеке слышится конское ржание, а потом и быстро приближающийся топот копыт. И вскоре я вижу двух оседланных лошадей, бегущих к нам.

Накинув мне на плечи свой камзол и подсадив меня в седло гнедого жеребца, Самад берёт самого коня за поводья и ведёт в сторону дороги к вилле, насколько я могу судить. Эльчин тоже не спешит взбираться в седло, так что в путь мы отправляемся неспешным, можно сказать, прогулочным шагом.

− А почему мы не перенесёмся порталом сразу на место? – спрашиваю, закутавшись поплотнее. Тут оказалось гораздо прохладней, чем в городе.

− Защитный контур вокруг виллы не позволит, − слышу в ответ. Ну да, могла бы и сама догадаться.

− А насколько дальние переходы вы можете создавать? – смотрю по очереди на обоих братьев.

− Если объединим усилия, до Сэйнара дотянемся без проблем, − хмыкает Эльчин.

− Ого, − тяну с уважением. Это действительно впечатляет. – Так это вы помогли его высочеству тайком увезти меня из Босварии?

Братья ничего не отвечают, но это уже само по себе служит ответом.

Дальше мы движемся молча. И мои мысли неуклонно возвращаются к Азиму и его странному поведению. Сейчас, когда эмоции уже схлынули, и ко мне вернулась способность более здраво анализировать ситуацию, становится отчётливо понятным, что он всячески попытался подчеркнуть, что я никто и не имею для него никакого значения. Будто опасался, что этот хали Умар может быть для меня опасен, если догадается, кто я такая и что меня связывает с принцем Босварии на самом деле. Или не сам толстяк, а его «покровитель».

Интересно, кто он вообще? Уж не будущий ли мой свёкор? Скажет ли мне Азим правду?

Проходит, наверное, минут двадцать, и я вдруг начинаю различать позади цокот копыт. Всё ближе и ближе. Кто-то нас догоняет. На душе становится слегка тревожно. Всё-таки ночь, пустыня, нигде никого... Но Самад с Эльчином никак не реагируют. Неужели не слышат? Может это Азим?

Не в силах справиться с беспокойством, я оглядываюсь назад. Всматриваюсь вдаль.

Ночь выдалась безоблачной, на звёздном небе во всю светит прибывающая луна, но всадник, который во весь опор мчится за нами, всё равно выглядит тёмным силуэтом на дороге. Жутенько.

− Не бойтесь, это его высочество, − замечает мои телодвижения Самад.

И действительно, спустя ещё несколько минут, рядом оказывается Азим на своём Тумане. А ещё спустя миг, меня внезапно выхватывают из седла и перетаскивают к себе на колени. В волосы зарывается мужская пятерня, оттягивая голову и на мои губы обрушивается неожиданный в своей требовательности, неистовости и лёгкой безуминке поцелуй.

Ошарашенно застонав, я сначала хватаюсь за его плечи. То ли, чтобы удержаться, то ли, чтобы оттолкнуть. Но в следующую секунду, не выдержав, уже обнимаю жениха за шею, отвечая ему не менее пылко. Впускаю его язык внутрь, позволяя втянуть меня в чувственное безумие.

− Прости, малышка. Сильно испугалась? – бормочет Азим спустя маленькую вечность, расцвеченную сотнями искр под веками. Пытается заглянуть в глаза, несмотря на царящий вокруг ночной полумрак.

− Нет. Целуешься ты вполне сносно, − хмыкаю я невольно. Хоть и понимаю, что спрашивал он совершенно точно не об этом.

Азим замирает удивлённо.

− Вот значит как? Всего лишь сносно? – тянет возмущённо.

Нет, ну вы посмотрите на него.

− Угу. В качестве развлечения на один вечер сойдёт, − не могу удержаться от шпильки. – Извини за неудобство, пупсик.

Вот жаль, что я сейчас не могу толком рассмотреть выражение его лица. Наверное, оно бы меня потешило. Зато взгляд ощущаю очень хорошо. Очень пристальный.

Кажется, мою шутку не оценили. Ну и ладно. Действительно не самая удачная получилась.

− Обиделась всё-таки, − в конце концов произносит он. Не спрашивает. Констатирует.

− Нет, не обиделась, − сообщаю абсолютно честно. – Но неприятный осадок остался. Слишком уж внезапно пришлось спуститься с небес на землю. Кто это был?

− Неважно, Ники. Я обещаю, что ты его больше никогда не увидишь, − каким-то очень мрачным и решительным тоном обещает Азим, от которого мне почему-то хочется поёжиться.

Дальше мы едем молча. Я не знаю, о чём говорить после его заявления. Не уверена, что готова услышать правду, если спрошу, что он имел в виду. Азим тоже не спешит продолжать разговор.

Братья Гур теперь едут позади нас.

Когда мы подъезжаем к крыльцу виллы и спешиваемся, Азим отдаёт узды Тумана Самаду, что-то тихо тому говорит, а потом решительным шагом подходит ко мне и, взяв за руку, ведёт в дом.

В прихожей зажигает свет, стаскивает с моих плеч камзол Самада. Как ни странно, ничего не говорит по поводу того, что я носила вещь чужого мужчины.

− Ты голодна? – спрашивает, бросив на меня короткий взгляд.

− Нет, − качаю головой.

− Хочешь поговорить?

− А ты расскажешь мне, что происходит? – вскидываю бровь.

Не могу избавиться от подсознательного, необъяснимого чувства тревоги. Кажется, что случившееся сегодня безвозвратно всё поменяло. Но это ведь не должно быть так. Наверное, я просто накручиваю себя на эмоциях.

И Азим, к сожалению, никак не развеивает мои страхи.

− Не могу, малыш. Пока не могу.

− Почему?

− Я связан клятвами, − получаю не самый понятный и приятный ответ.

Кому он приносил эти клятвы? Своему королю, надеюсь?

Эта встреча как-то связана с его обязанностями по обеспечению госбезопасности?

Стоит об этом подумать, и я каким-то внутренним чутьём понимаю, что наша короткая сказка подходит к концу. Вот только к какому, пока не понятно. Очень хочется верить, что к тому, где «жили они вместе долго и счастливо».

− Но… мы же останемся здесь? – всё-таки спрашиваю, подсознательно надеясь получить положительный ответ.

− Этой ночью да, завтра… скорее всего, нет, − качает он головой.

− И что дальше? Ты сперва доставишь меня в Сэйнар и поговоришь с моим отцом, или заберешь меня в Босварию? У тебя там срочные дела, да? – требовательно смотрю на него. Не нравится мне эта безжизненная пустота в его глазах. Слишком часто я видела её раньше… когда мы не были вместе.

Но Азим почему-то молчит. Смотрит на меня в ответ. Так, будто пытается запомнить каждую чёрточку. Берёт лицо в ладони, гладит скулы большими пальцами.

− Ты самое прекрасное, что когда-либо случалось со мной в жизни, Ники. Помни это, что бы не случилось.

− А что должно случиться? – ещё больше настораживаюсь.

− Ничего. Тебе ровным счётом ничего не угрожает. Я никогда не позволю, чтобы ты пострадала. Веришь мне?

− Верю, − киваю растерянно. Но я ведь у него не об этом спрашивала.

− Умница, − дёргает Азим уголком губ в ласковой улыбке. – Подари мне эту ночь, душа моя.

− Ночь? – немного опешив, уточняю осторожно. – Ты хочешь, чтобы я провела с тобой ночь?

Это же… это же будет означать брак. На мне ведь его браслет. Я как-то не ожидала… вот так, сразу.

− Да, Ники. Безумно хочу. А ты хочешь? – смотрит в глаза.

Сглотнув, я пару секунд просто пытаюсь собраться с мыслями. Хочу ли я? Готова ли не просто отдать ему своё тело, но соединить наши судьбы навек?

Сердце от волнения, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Но сомнений, я как ни странно, не чувствую. Потому что решение я уже приняла. Задолго до этого разговора. И сказать ему об этом хотела ещё там, в городе, на набережной. Но нас перебили.

Так какая разница, когда это произойдёт? Какая разница, насколько торжественно? Из примера моих родных я знаю, что совсем не это залог счастливой семейной жизни.

− Хочу, − киваю смущённо. И глаза Азима вспыхивают тёплым, согревающим пламенем.

− Идём, − зовёт он, снова взяв меня за руку.

Дорогу до моей комнаты я почти не замечаю. С каждым шагом сердце стучит всё сильнее. Даже дыхание сбивает.

О боги. Это случится прямо сейчас. Моя первая ночь с мужчиной. Первая брачная ночь.

− Хочешь сперва принять ванну? – спрашивает у меня Азим уже в спальне. И, заметив мой утверждающий кивок, сразу уходит в ванную комнату. Оттуда доносится шум льющейся воды.

Сбрасывая туфли, я босиком направляюсь вслед за ним. Остановившись в дверном проёме, молча наблюдаю, как набирается вода, а мой жених поворачивается ко мне лицом. Обводит меня жарким взглядом, идёт ко мне.

− Доверяешь мне? – спрашивает тихо, подхватывая тесёмки моей блузы.

− Да, − срывается с моих губ раньше, чем я успеваю задуматься.

И в тот же миг задыхаюсь от нового поцелуя, на этот раз чувственно нежного. И одновременно с этим настолько жадного, будто мной напиться не могут.

Отвечая на пылкую ласку мужских губ я даже не замечаю, как он ловко распускает шнуровку и спускает блузу с моих плеч. А потом развязывает и пояс юбки. Та с тихим шорохом падает к моим ногам. Руки Азима ложатся на мои бёдра, пальцы проникают под тонкий шёлк маленьких, кружевных панталон, обнажая низ живота, ягодицы, гладят чувствительную кожу…

Оттянув мою нижнюю губу, принц моего сердца слегка прикусывает мягкую податливую плоть, чтобы тут же загладить вину языком. Отрывается от моего рта, смотря хмельным взглядом. Стягивает с меня через голову блузу и камисоль. И медленно опускается передо мной на одно колено. Смотрит на меня снизу вверх, заставляя задохнуться от шквала чувств, пылающих в чёрных омутах его глаз. Там столько исступлённой нежности и чего-то ещё... отчаянной нужды, пронзающей моё сердце.

Он целует подрагивающий живот и тянет мои панталончики вниз. А потом проводит ладонями по моей ноге и, обхватив её, заставляет поднять и поставить стопу на его согнутое колено.

Чувствуя себя слишком открытой, я снова невольно смущаюсь, но вскоре забываю обо всём на свете, когда Азим принимается скатывать с моей ноги чулок и целовать обнажающуюся кожу.

К тому моменту, как он заканчивает с правой ногой, на левой я уже едва держусь. А потом всё повторяется. Медленное скольжение шёлка по коже, горячие поцелуи, дрожь в коленках и сладкая патока желания, растекающаяся внизу живота. Закончив с моим раздеванием, Азим поднимается и вдруг подхватывает меня на руки, сорвав с губ удивлённый вздох. И через минуту меня уже усаживают в тёплую воду.

А дальше я широко распахнутыми глазами наблюдаю, как мой будущий муж тоже принимается раздеваться.

Глава 23

Он снимает камзол, тянет вверх рубашку, обнажая подтянутый мускулистый торс. И я, к своему дичайшему смущению не могу отвести глаз от дорожки тёмных волосков, скрывающейся под поясом его штанов. А потом взгляд скользит ниже, натыкаясь на недвусмысленный бугор. Но когда Азим расстёгивает ремень и начинает эти штаны снимать, не выдерживаю и закрываю глаза, чувствуя, как снова заливаюсь краской.

Ох, надо взять себя в руки. И не вести себя, как пугливая... девственница. Хоть я и есть девственница. Но это же не значит, что нужно быть пугливой. Я знаю, что в первый раз бывает больно. Слышала об этом и от мамы, и от Рамины. Но ещё они обе говорили, что если девушка готова к близости и сильно возбуждена, а мужчина действует осторожно и умело, то боль не будет сильной, и можно даже получить удовольствие. Главное, не бояться и расслабиться. Думаю, мой будущий муж достаточно опытный и умелый, чтобы сделать всё так, как надо.

Проходит минута, и до моего слуха доносится всплеск воды. А потом я вдруг оказываюсь в мужских объятиях.

− Иди ко мне, душа моя, − прижимается Азим губами к моему виску перед тем, как повернуть спиной к себе и усадить между своих ног. – Сильно стесняешься?

Ослеплённая невероятно приятным ощущением соприкосновения наших тел, я на миг теряюсь. Киваю, прикрыв глаза и учащённо дыша. Под кожей уже пляшут искры того самого возбуждения.

− Чуть-чуть, − улыбаюсь, повернувшись к жениху и прижавшись щекой к смуглому мускулистому плечу.

− Не нужно, маленькая. Ты прекрасна, − вокруг меня сильнее сжимаются его руки.

Не знаю, чего я ждала от нашего общего купания. Наверное, страсти и напора, которые так часто демонстрировал мне Азим раньше. Очередного погружения в чувственное безумие. Но вместо этого мой мужчина окружил меня такой трепетной нежностью и заботой, что я буквально утонула в щемящем чувстве своей первой и такой прекрасной любви. Он сам вымыл моё тело, прикасаясь так бережно, будто боготворил меня каждым касанием.

А когда я отобрала у Азима мочалку, чтобы помыть его в ответ, отчаянно стараясь не краснеть ещё больше и любуясь совершенством мужественного, сильного тела, то едва могла дышать от того, как он смотрел на меня всё это время. Едва не мурлыкала от того, как перекатывались и натягивались стальными канатами литые мышцы под моими пальцами, как он дрожал, как дышал часто и хрипло, не пряча своих чувств, как откровенно демонстрировал свою реакцию на меня.

А потом было огромное полотенце, в которое меня укутали практически с головой, и ощущение полёта, когда на руках отнесли в спальню.

И вот меня опускают на кровать. Словно подарок из упаковки, выпутывают из полотенца. Взволнованно выдохнув, я едва справляюсь с желанием прикрыться руками. Комкаю пальцами простыню подо мной. Отбросив влажную ткань, Азим окидывает меня голодным взглядом, и плавно опускается рядом, притягивая в свои объятия. И снова целует. Пьёт моё дыхание, откровенно лаская губами и языком. Теперь его руки скользят по моему телу более настойчиво. Буквально везде. Находят каждое чувствительное местечко.

Я отдаюсь этой сладкой неге, отдаюсь ему, отбросив всё стеснение. Позволяю трогать, гладить, перемещать моё тело так, как ему удобней. С гортанным стоном выгибаюсь, когда настойчивые губы принимаются пировать на моей груди, играясь с ноющими чувствительными сосками, а руки раздвигают мои ноги, добираясь до самого сокровенного. Закатываю глаза, распахивая рот в беззвучном вскрике, когда умелые пальцы касаются женской плоти, нежно раздвигая влажные складочки и дразня пульсирующий возбуждением клитор. Теряю голову окончательно, когда эта откровенная ласка становится более настойчивой, доводящей до исступления, когда в меня проталкивается палец, снова оглушая непривычным пока чувством наполненности.

Когда поцелуи снова опускаются ниже, неумолимо двигаясь к уже обласканному местечку, я больше не пугаюсь. Слишком хорошо помню, как нереально сладко мне было в прошлый раз, когда Азим дарил моему телу такую ласку. Слишком сильно хочу ощутить это вновь. И мои ожидания полностью оправдываются. Не прекращая ласкать меня изнутри пальцами, он накрывает горячим ртом клитор, нежно всасывая чувствительный бугорок плоти. Когда к игре подключается язык, я просто улетаю.

Мир сходит с ума. Наслаждение накатывает волнами, поднимаясь всё выше и выше, пока не выплёскивается из меня криками и дрожью во всём теле. А потом ещё раз… и ещё… Я схожу с ума… Каждый раз, когда мне кажется, что больше не выдержу, Азим толкает меня ещё дальше, ещё выше. Я вся превращаюсь в обнажённый нерв, вновь и вновь умирая от удовольствия в его руках.

Пока не падаю, пресыщенная и обессиленная после очередного оргазма на кровать, задыхаясь и ничего не видя перед собой.

Оторвавшись от моей трепещущей плоти, Азим целует мой живот, поднимается выше… и неожиданно ложится рядом. Обнимает, зарываясь лицом в волосы и так замирает, напряжённый как тетива. Словно… не собирается продолжать.

Споткнувшись об эту мысль, я удивлённо хмурюсь, поворачиваюсь к нему, прижимаясь всем телом. Даже ощущение его твёрдой плоти, уткнувшейся мне в живот, уже не смущает.

− Азим, − зову, целуя колючий подбородок. Прихватываю губами кожу. Добираюсь до губ. – Почему ты ждёшь?

− Я не стану брать твою невинность, Ники, − целует он меня в ответ. Сжимает ещё крепче.

− Почему? – ошарашенно отстраняюсь. Сердце снова сжимается от нехорошего предчувствия. – Разве… когда ты попросил подарить тебе эту ночь, ты имел в виду не это?

Азим в ответ грустно усмехается. Качает головой.

− Нет, малыш. Я попросил тебя всего лишь провести со мной ночь. Чтобы держать тебя в своих руках, когда ты уснёшь. Надышаться тобой. Насладиться твоей близостью. Я не имею права забрать больше.

− Но… ты имеешь. Я ведь согласилась, − с непониманием приподнимаюсь на локте. – Я осознаю все последствия, правда. И согласна стать полностью твоей.

− Ты можешь потом сильно пожалеть о таком поспешном решении, душа моя. Я слишком… ты слишком важна для меня, чтобы я мог позволить этому случиться. Между нами всё должно быть иначе. Не так, − произносит он, и я отчётливо чувствую горечь в его интонациях. Вижу в глазах.

И не понимаю совсем ничего. Почему всё так резко изменилось? Он же... не отказывается от меня?

− Что случилось, Азим? Что тебя гложет? Поделись со мной, пожалуйста, − заглядываю в его глаза. Задыхаюсь от безысходной боли, которую вижу там.

− Не могу, Ники. Не проси, − вздыхает он, снова пытаясь притянуть меня к себе. – Ты устала, маленькая. Тебе нужно поспать.

Растерявшись окончательно, я позволяю ему устроить меня на своём плече, накрыть нас простыней и погасить свет. Пару минут, лежу, прислушиваясь к мужскому дыханию. Учащённому. Совсем не спокойному. Тянусь к нему, касаюсь губами пульсирующей жилки на горле. Провожу рукой по напряжённому торсу… Азим рвано выдыхает, напрягаясь ещё больше. Пальцы на моей талии буквально впиваются в кожу.

− Азим, тебе плохо? – шепчу, снова поднимаясь над ним. Усилием воли зажигаю магический светильник возле кровати. – Я же вижу.

− Это всего лишь неудовлетворённое желание, Ники. Ничего страшного. Не переживай, − криво усмехается он, зарываясь рукой в мои волосы и нежно поглаживая затылок. – Я способен потерпеть.

Боги, и почему я такая недогадливая? Он же, в отличие от меня, не получил никакого удовлетворения. Ни в этот раз, ни в прошлые. А я эгоистично даже не подумала, что ему тоже нужна разрядка. Только брала и ничего не давала взамен.

Прикусив губу, растерянно поднимаю взгляд на своего упрямого жениха. Он в ответ вопросительно приподнимает бровь.

− Научи меня, как сделать приятно тебе, − прошу, снова невольно краснея. – Я очень хочу доставить тебе удовольствие.

− Очень хочешь? – изгибаются губы Азима в чувственной и удивлённой улыбке.

− Да, очень, − киваю уверенно.

Проходит пару минут, наверное, пока мы вот так смотрим друг на друга.

− Тогда коснись меня, Ники, − просит сглотнув. − Мне будет очень приятно, если ты подаришь мне ответную ласку.

− Где коснуться? – округляю глаза.

− Я думаю, ты знаешь, − прикрыв веки, он откидывается головой на подушку. – Я весь в твоём распоряжении.

Ох. Догадываюсь. Скосив глаза в другую сторону, я вижу, что его плоть весьма заметно приподнимает простыню. Тут даже такой неопытной особе, как я, понятно, какая именно часть его тела больше всего просит моего внимания.

Решусь ли? Впрочем… почему нет? Он же ласкал меня и трогал везде.

Глубоко вдохнув для смелости, скольжу рукой по мужскому животу под простынёй, глажу напряжённые мышцы пресса. От нового прерывистого стона, сорвавшегося с его губ, чувствую, как что-то начинает сладко трепетать под солнечным сплетением. А это, оказывается, безумно приятно – видеть, как кто-то настолько большой и сильный, настолько желанный и важный для меня, полностью теряет самообладание от моих прикосновений.

Осмелев, я перемещаюсь немного ниже, скользнув своим телом по телу жениха. И осторожно тянусь к возбуждённой мужской плоти. Пальцы обхватывают гладкий ствол. Азим вздрагивает, и слегка толкается бёдрами вверх, в мою руку.

Ох. Он такой… приятный на ощупь. Всё чаще дыша от волнения, уже более уверенно исследую эту часть мужского организма наощупь. Провожу по нему ладонью, касаюсь головки, размазав по ней каплю, выступившую на кончике, снова аккуратно веду вниз, до основания.

− Пожалуйста, сожми сильнее, − хрипло выдыхает его высочество, слегка выгибаясь. И накрывает мою руку своей, показывая, как правильно двигать ею.

Я послушно начинаю повторять эти движения, водя рукой вверх и вниз.

– О да, Ники. Вот так, сладкая моя девочка, − в награду мне звучит новый хриплый стон.

Теперь мне не только касаться хочется, но и смотреть. Мой жених везде красивый. Даже там. Да и любопытно же. Поддавшись своему желанию я сажусь и сдвигаю простыню, обнажая Азима и с жадным восторгом наблюдая за тем, как он вздрагивает и выгибается от моих ласк.

Ну не только же мне терять разум от его прикосновений. Я тоже хочу сводить его с ума.

Вспомнив, как он ласкал меня ртом и что я при этом испытывала, с удивлением ловлю себя на том, как пытаюсь представить, что бы я испытала, подарив ему такую же ласку.

Однажды, когда я в очередной раз убегала из дворца под иллюзией невидимости, я случайно застала одну из маминых фрейлин с её любовником. Пара уединилась в беседке в дальней части королевского сада. Дамочка опустившись на колени в ворохе юбок, старательно ласкала своего кавалера ртом. Я тогда чуть со стыда не сгорела. И еще долго вспоминала увиденное с уймой противоречивых эмоций.

Но потом осторожно расспросила Рамину о том, нормально ли это вообще, заниматься таким с мужчиной. Невестка, загадочно улыбнувшись, сказала, что между любовниками нормально всё, что происходит по взаимному согласию и приносит обоюдное удовольствие. А такие ласки, она их ещё оральными назвала, удовольствие приносят очень большое.

На своём примере я в этом уже убедилась, хоть и не думала раньше, что мужчина женщину тоже может ласкать подобным образом. Так может, попробовать ответить Азиму тем же?

Сместившись ещё ближе к интересующей меня части мужского тела, я наклоняюсь и осторожно касаюсь губами налитой головки. М-м-м, кажется, не противно.

Осмелев, обхватываю и медленно погружаю немного глубже, касаясь гладкой плоти языком.

− Ники? – ошеломлённо стонет Азим. – Что ты… ты… о боги…

− Тебе не нравится? – поднимаю голову, смотрю на него смущённо. – Прости, я просто хотела… ты меня ласкал ртом, я думала, тебе будет приятно, если я тоже. Но… я не умею, конечно, и…

− Мне приятно, − перебивает он меня на полуслове. Поднимается на локтях, улыбаясь какой-то шальной, обезоруживающей улыбкой: – Безумно приятно. Просто я совсем не ожидал, что ты решишься на такую смелую ласку.

− Ну-у-у, я же говорила, что хочу доставить тебе удовольствие, − неловко пожимаю плечами. Улыбаюсь в ответ: − Мне продолжить?

− Если хочешь этого, − облизывает он губы, прикрывая глаза. – Даже если я окончательно сойду с ума, отказаться от твоего медового ротика точно не смогу.

Ох, ну если так…

Воодушевлённая этими словами, я снова склоняюсь к мужской плоти. Снова обхватываю губами крепкий ствол. Уже гораздо смелее облизываю головку, и принимаюсь двигать головой, как делала та фрейлина. Азим со стоном откидывается назад на подушки. Скосив глаза, я вижу, как он комкает пальцами простыни, как искажается от наслаждения красивое лицо и напрягается всё его тело, будто он изо всех сил сдерживается. Чувствую, как подаются мне навстречу бёдра, толкаясь глубже. А с покрасневших от возбуждения чувственных губ то и дело срываются тихие стоны.

Значит, ему нравится? Значит, я всё правильно делаю?

Осознание, что это от моих ласк ему настолько хорошо, и меня саму неожиданно заставляет снова слегка возбудиться. Отчего я начинаю двигать головой ещё быстрее, помогая себе рукой и ощущая необычное удовольствие от происходящего. Член у меня во рту, кажется, становится ещё больше. Мужское тело дрожит всё сильнее, бёдра толкаются вверх всё несдержанней, пока в какой-то момент Азим резко не поднимается и не отстраняет меня рукой за плечо. Впивается в мои губы своими, целуя как одержимый. Другой же ладонью обхватывает свой член и пару раз резко проводит по нему, содрогаясь всем телом и с рычанием выплёскивая себе на живот белесое семя.

− Ты нереальная, душа моя, − выдыхает хрипло, улыбаясь мне в губы. – Самая сладкая, самая красивая в мире, самая моя.

− Ты тоже мне очень нравишься, − улыбаюсь смущённо. – Оказывается, я тебя раньше совершенно не знала. И даже не представляла, какой ты на самом деле.

Азим в ответ снова меня целует, а потом бережно укладывает на подушку и накрывает простынёй. Но вместо того, чтобы лечь рядом, чмокает в нос.

− Я сейчас приду, маленькая, − произносит тихо. И поднявшись, уходит в ванную. Видимо, чтобы вытереться.

Вернувшись же, спустя пару минут, снова гасит свет и забирается ко мне в кровать. Сгребает в свои объятия, снова зарываясь лицом в волосы. И наконец расслабляется. Я с наслаждением обнимаю его в ответ, прижимаясь всем телом и устраиваясь поудобней. Никогда ни с кем не делила кровать, но лежать вот так, с ним в обнимку, дышать им, чувствовать его тепло, его руки вокруг меня, его тело рядом, всё это ощущается таким правильным, что я закрываю глаза и тоже позволяю себе полностью расслабиться, погружаясь в сонное блаженство. Представляя, что теперь смогу каждую ночь вот так засыпать. Рядом с любимым.

Азим был прав. День выдался насыщенным и местами сложным. А ещё очень переживательным. Я действительно очень устала. И теперь дрёма незаметно подкрадывается ко мне на мягких лапах, окутывая ласковой тьмой. Я уплываю в это сладкое забытие. И мне чудится тихий голос:

− Я так безумно люблю тебя, моя девочка. Если бы ты только знала…