Текст книги "Я украду твоё сердце (СИ)"

Автор книги: Ольга Островская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

Глава 17

Азим

− Ты ведь не сбежишь, пока меня не будет? – спрашиваю у своей драгоценной пленницы, когда она с блаженной улыбкой откладывает вилку и нож.

Есть что-то непередаваемо эротичное в наблюдении за тем, как желанная женщина наслаждается приготовленной тобой пищей. Думаю, не меньше удовольствия мне бы доставило наблюдать, как Ники готовит что-нибудь для меня. Но, конечно же, ожидать этого от моей крошки-принцессы пока не приходится. Но ничего, я терпеливый. И за неделю, которую она согласилась со мной провести, смогу многому её научить.

− Нет. Зачем мне это? – недоумённо смотрит Ники на меня. – Если бы хотела сбежать отсюда, не соглашалась бы остаться. Или ты считаешь меня настолько непоследовательной?

И первое, чему мне придётся научить мою дерзкую колючку, так это не искать подвох в каждом моём слове и действии.

− Не считаю. Просто до сих пор не могу поверить своему счастью, − пытаюсь обезоружить её улыбкой. И в который раз удивляюсь, когда это действует.

Взгляд золотисто-карих глаз вмиг становится очень удивлённым, а потом смущённо теплеет. Словно сладкая карамель тает. Почему я раньше этим не пользовался? Почему не видел, как ей нравится внимание и забота? Хотя что-то мне подсказывает, раньше на подобные мои слова она бы ещё сильнее выставила все свои колючки. Лишь бы не поддаваться своим чувствам.

Всему своё время, и это можно только принять.

– Насчёт своей безопасности можешь не беспокоиться. Этот дом надёжно защищён, как и вся территория на милю вокруг. Магический контур не подпустит никого постороннего.

Ники с пониманием и вполне заметным облегчением кивает. Вполне ожидаемо, что принцессе крови непривычно оставаться одной в пустом доме. Говорить о том, что за территорией и за ней самой будут присматривать ещё и мои люди, пока что не хочу. Ещё подумает, что я её здесь удерживаю силой.

− Тебе точно ничего больше не нужно? – уточняю, рассматривая сидящую напротив меня девушку. Невольно усмехаюсь, с умилением вспоминая, как она краснела и смущалась, объясняя мне, что ей помимо платьев, блуз и юбок, нужно ещё и нижнее бельё.

Признаться, никогда не думал, что буду предвкушать процесс выбора и покупки женской одежды, чтобы потом полюбоваться тем, как это будет выглядеть на Ники.

− Из срочного вроде бы ничего. Ты же говорил, что я потом сама смогу всё выбрать, − смотрит на меня вопросительно. Опять в глазах мелькает тень подозрительности.

− Сможешь, конечно. Но уже, скорее всего, завтра, − поднимаюсь из-за стола.

− Хорошо, я потерплю, − кивает со смиренным вздохом. Неженка моя.

− Тогда отдыхай, малышка, − подойдя к ней, целую нежные губы, едва сдерживаясь от желания углубить эту ласку, взять больше. Особенно, когда чувствую, как моя колючка подаётся навстречу и несмело отвечает мне.

Позже. Всё будет позже. Главное, набраться терпения. Отстранившись, строго смотрю в затуманенные глаза:

− На солнце долго не сиди. Далеко от дома тоже желательно не отходи. Я постараюсь вернуться как можно быстрее.

И в полной мере насладившись её возмущённым румянцем и дерзким взглядом, ухожу к себе собираться в дорогу.

Спустя четверть часа я уже седлаю коня в небольшой конюшне. Она, очень удобно расположена за садом и почти не просматривается из окон виллы. Но даже если Ники надумает сюда зайти, и увидит, что помимо трёх пустующих денников, тут есть ещё и жилая пристройка, обнаружить своих охранников у неё вряд ли получится.

− Как обстановка? – спрашиваю тихо, почувствовав, что в помещение тенью проскользнул Самад.

− Чисто. Контур нигде не нарушен. Мы с братом контролируем всю территорию.

− Хорошо. Я ненадолго в город. Присмотрите. На глаза не показывайтесь. И не пяльтесь. Она не знает, что её могут видеть.

− Как скажете, принц, − криво ухмыляется мой лучший боевик и опаснейший убийца из всех, кого я знаю. – На чужое не заримся. Я так понимаю, девушка свободна в своих передвижениях?

− Да, она осталась со мной по доброй воле, − киваю, не скрывая удовлетворения.

Пожалуй, братья Гур единственные, кого я могу назвать если не друзьями, то верными товарищами точно. И преданность их не подлежит сомнению. Они оба мои кровные должники, и я уже не единожды обязан обоим жизнью. Поэтому только им и могу доверить своё сокровище на время своего отсутствия. Как и секрет нашего с ней местопребывания.

− Рад за вас, принц, − слышу совершенно искренний ответ. – Её родственников стоит ждать?

− Мы говорим о Сэйнарах, − хмыкаю мрачно, выводя жеребца из денника. − Конечно, кто-то из них может появиться. Скорее всего, принц Тайрэн. Всё зависит только от того, как быстро они вычислят, куда я увёз Николь. А это будет нелегко. Все маяки со своей невесты я снял. Мой дядя хоть и написал мне гневное письмо, с требованиями вернуть принцессу, сдавать Сэйнарам меня не спешит. Сам будущую жену когда-то похищал. Думаю, несколько дней, а то и вся неделя, у нас есть. Но вы не расслабляйтесь. Глядите в оба.

Воевать с Сэйнарами я не собираюсь. Всё-таки уже почти родственники. И Николь мне этого не простит. Но и отдавать свою колючку я не собираюсь. Так что придётся им смириться с тем, что она будет моя, и что добьюсь я этого не по правилам.

Перебросившись с Самадом ещё парой слов, я отправляюсь в дорогу. Путь до Эстебеля занимает у меня не больше часа, нужные лавки я тоже нахожу без проблем. Их не так много в этом маленьком городке и все расположены на одной улице. Здесь и коня можно спокойно оставить.

Сперва я захожу в лавку аптекаря с целым списком женских штучек и примочек, нужных Ники, а потом направляюсь в лавку готовой женской одежды. И, игнорируя любопытные кокетливые взгляды парочки покупательниц, сразу обращаюсь к хозяйке заведения с просьбой помочь подобрать нужное.

Ники посчитала, что платье ей по фигуре я выбрать не смогу, поэтому попросила купить пару блуз и юбок. Пока хозяйка лавки выкладывает передо мной свой товар, я окидываю беглым взглядом помещение. Полки, прилавок, большая витрина, в которой выставлены деревянные манекены, судя по всему, с самыми привлекательными нарядами. Мои глаза цепляются за красное платье с открытыми плечами, спущенными рукавами с оборками и широкой юбкой. Ткань выглядит тонкой и наверняка очень соблазнительно обрисует женское тело. Такое никогда не наденет ни одна босварийка. Но я отчётливо могу представить, как бы выглядела моя малышка в таком наряде. Яркая как огонёк. Только для моих глаз. Только моя. Я бы хотел увидеть.

Бросив короткий оценивающий взгляд на двух шушукающих и хихикающих местных девиц, усердно делающих вид, что выбирают ленты, я поворачиваюсь к хозяйке.

− Уважаемая данна, мне бы хотелось купить для невесты вон то красное платье, что красуется в витрине. Моя Роза ростом и фигурой слегка похожа на данну в жёлтой блузе, за моей спиной. Как думаете, подойдёт оно ей по размеру?

Окинув обозначенную девицу профессиональным взглядом, модистка уверенно кивает

− Думаю, подойдёт, дан. Если же нет, я с удовольствием подгоню его специально для вашей невесты.

− Отлично, − улыбаюсь довольно. – Тогда покажите мне ещё что-нибудь из платьев. Ещё нижние сорочки и остальное дамское бельё.

− Вашей невесте очень повезло с таким заботливым и щедрым женихом, − кокетливо улыбается хозяйка, почуявшая хорошую прибыль.

Спустя полчаса я с чувством глубокого удовлетворения выхожу из лавки с несколькими свёртками и направляюсь к своему коню, чтобы упаковать всё это добро в седельные сумки. Надеюсь, со всем угадал, и Ники понравятся мои покупки. И ещё больше надеюсь, что уже сегодня я смогу полюбоваться, как на ней смотрятся некоторые вещички, купленные мною. Это должно быть очень горячо. Впрочем, моя дерзкая красавица даже в хламиде смотрелась бы горячо.

Потрепав Тумана по холке, тянусь к ремням сумки, и тут всё во мне внезапно настораживается от ощущения чьего-то внимательно взгляда. Даже волосы на затылке начинают подниматься. Своему чутью я привык безоговорочно доверять, так что на секунду замерев, всё же продолжаю для виду заниматься своим делом, но при этом незаметно отпускаю на волю десяток поисковых заклинаний, плетения которых всегда держу наготове. Кроме того более тщательно проверяю защитные плетения, которыми неизменно защищаю своё имущество, живое или нет, когда оставляю его без присмотра.

Спустя пару минут я уже знаю, что к моему коню никто посторонний не приближался.

Да и ощущение чужого взгляда исчезает.

Словно этот неизвестный некто потерял ко мне интерес. Может, это кто-то из местных присматривался к чужаку? Я хоть и бываю тут иногда, но ни с кем знакомства не вожу. И обо мне никто из горожан ничего не знает. Есть ещё вариант, что кто-то обознался и просто присматривался.

Либо этот кто-то понял, что я могу его обнаружить, и затаился.

Чутьё и вбитая с юношеских лет паранойя склоняют меня к последнему варианту. Надо послать кого-то из Гуров, пусть прошерстят городишко на предмет нежелательных для меня гостей.

Решив, что немедленно отправившись в обратный путь, я рискую привести за собой хвост, заканчиваю с упаковыванием свёртков, отвязываю Тумана и направляюсь дальше по улочке. Может, ещё что-то куплю моей колючке, пока убежусь, что за мной нет слежки. А потом незаметно уеду из города.

Придётся отложить нашу прогулку по набережной Эстебеля на день-два. Пока я не буду уверен, что это безопасно.

В результате своих блужданий я действительно дополняю свои покупки ещё несколькими симпатичными безделушками и вещами, которые, как мне кажется, могут понравиться моей драгоценной пленнице. И в конце концов выезжаю из города, двигаясь на север. Чтобы скрывшись из виду, набросить на себя иллюзию и, объехав Эстебель окольными путями, направиться в нужную мне, юго-западную, сторону.

Всю дорогу я то и дело проверяю, нет ли за мной хвоста.

Магические поисковики, как и чутьё, говорят, что нет.

Может, мне действительно показалось, и ничего серьёзного этот взгляд не значил? Кто мог меня так быстро выследить?

Корим? Сэйнары?

Хм. Если последние, уже вечером в городе появится кто-то из этой семейки. Сам Яргард вряд ли. Как я и говорил Самаду, по мою душу скорее всего примчится Рэн. Опасный противник.

Но у него должок передо мной и моей семьёй. Пусть в теле моей младшей сестры Миренхаш вот уже три года живёт другая душа, он всё равно поступил не по правилам и не по традициям, женившись на ней без ведома и согласия семьи Босвари. Ему ли попрекать меня тем, что я хочу добиться любви его сестры?

Эта внезапная мысль заставляет меня недоумённо нахмуриться.

Любви?

Мне действительно нужна её любовь?

Получается, что да. Одного согласия на брак мне точно будет мало. Я хочу её всю. Душу, сердце и тело.

На границе защитного контура, окружающего виллу, спрятавшись в тени рожкового дерева у дороги, меня уже встречает Эльчин, брат Самада. И я замечаю его только потому, что знаю, куда смотреть и что должен увидеть. Как этому здоровяку удаётся буквально сливаться с окружающей средой, не прибегая к магии, я за годы нашего знакомства так и не понял. Талант у мужика такой. Очень полезный.

− Принц, − кивает приветственно, отлепившись от ствола, когда я, натянув поводья, останавливаю коня. – Как съездили?

− Неоднозначно. Сейчас расскажу. Но сперва ты докладывай.

− На вилле всё спокойно. Ваша невеста немного погуляла на пляже, немного посидела на террасе, а потом чуть не сожгла кухню, пытаясь что-то приготовить. Мы уже думали вмешаться, но малышка сама погасила огонь и даже худо-бедно довела своё дело до конца. Так что вас там ждёт обед. Не знаю, какой на вкус, но девчонка явно старалась, − ухмыляется Эльчин.

Ну надо же. Я сам не замечаю, как начинаю довольно улыбаться, испытывая то неизменное тепло в груди, которое умеет разбудить во мне только Ники. Но приходится усилием воли вернуть себя на землю.

− Это хорошо. Я сегодня уже не буду отлучаться от неё. И у меня будет к вам задание. Нужно, чтобы вы кое-что проверили…

Глава 18

Николь

Никогда не думала, что могу почувствовать себя настолько безрукой и бездарной в каком-то деле. И зачем я вообще всё это затеяла? Азим же ясно дал понять, что не ждёт от меня умения его накормить.

Но после потрясающе вкусного завтрака мне захотелось чем-то отблагодарить его в ответ. Так сказать, продемонстрировать шаг навстречу. Ещё один. Тем более, что Азим поехал в город за покупками именно для меня. И наверняка вернётся проголодавшийся.

Вот я и решилась попробовать. Подумала, что приготовление пищи вряд ли сложнее артефакторики, или основ аптекарского дела, которые мне предстоит начать изучать в следующем учёбном году.

Но теперь в доме воняет гарью, на кухне, несмотря на мои попытки всё убрать, отчётливо видны следы едва не случившегося пожара, а большой кусок мяса, который, как я думала, будет несложно пожарить, теперь напоминает здоровенную головешку, пригоревшую к сковородке. А поначалу, так вкусно пахло.

С овощным салатом всё оказалось немного проще. Я запомнила, какие ингредиенты добавил в него утром Азим и худо-бедно смогла повторить. Получилось неплохо. Но этого же мало. Мужчина салатом не наестся. Да и я тоже. Море, прогулка по пляжу, упоительный свежий воздух и куча нервов, потраченных на совершенно непривычное для меня занятие, сделали своё дело. Мой молодой растущий организм, как говорит мама, требует пищи. Более сытной, чем фрукты.

Надо ещё что-то придумать. Попроще.

Смотрю задумчиво на небольшую дверь, притаившуюся в углу пострадавшей от моих рук кухни.

Может, там в кладовке имеется что-то более готовое к употреблению? Кажется, я видела в охлаждающем шкафе, помимо сырого мяса и рыбы, ещё сыры и какие-то копчёности. Можно бутербродов сделать.

Кивнув своим мыслям я иду в кладовку.

У меня даже в животе урчать начинает от предвкушения.

Щёлкнув пальцами, зажигаю в кладовке светильники. Пробежавшись глазами по полкам со всяческими непонятными мешочками, баночками, и кубышками, я решительно направляюсь к высокому, под самый потолок, охлаждающему шкафу, встроенному в противоположную стену. Распахиваю двойные дверцы.

И сразу вижу то, что хотела. Аппетитный окорок и добрый десяток не менее аппетитных колец колбасы. Вот только всё это подвешено под самым потолком. Мне не дотянуться.

Обернувшись, я ещё раз осматриваю кладовку. И радостно улыбаюсь, когда замечаю в одном из углов, сложенную стремянку. Вот ты-то мне и нужна.

Через пару минут я уже ставлю её у шкафа. Подвигав туда-сюда и убедившись, что стоит надёжно, нетерпеливо поднимаюсь на несколько ступенек. Нет, всё равно низко. Залезаю ещё выше, тянусь к соблазнительному кольцу колбаски, уже касаюсь его пальцами… и вдруг слышу странный треск, а в следующий миг ступенька подо мной проламывается, и я начинаю падать.

Крик застревает в горле, я взмахиваю руками, всё же ухватившись за злополучную колбасу, и неотвратимо лечу вниз. Внутри всё сжимается от ожидания удара. Но вместо этого меня внезапно подхватывают чьи-то руки.

− Если бы знал, что ты так любишь колбасу, повесил бы ниже, − хмыкает у меня над головой невесть откуда взявшийся Азим.

А я только и могу, что хватать ртом воздух, прижимая к груди свою добычу в попытке унять бешеное сердцебиение. Ох.

− Это всё стремянка. Ступенька, − бормочу сбивчиво, сглатывая и пытаясь прийти в себя. Вот это я испугалась. Так ведь и шею можно сломать. – Зачем ты держишь в кладовке такую ненадёжную вещь?

Вместо ответа, Азим пару минут изучает эту самую вещь, мрачно поджимая губы. А я сама не замечаю, как снова невольно начинаю любоваться его волевым и мужественным лицом.

− Ты права, мой просчёт. Извини, Ники. Не проверил. Я этой стремянкой редко пользуюсь, гораздо чаще её использует данна Чиара. Это женщина из местных, которая убирается тут, иногда готовит, когда мне некогда, и вместе с мужем следит за домом в моё отсутствие. Она придёт завтра утром, тогда я и спрошу у неё, почему не сказала, что стремянка пришла в негодность и нуждается в починке.

− Может, эта данна Чиара сама этого не заметила? – смягчаюсь я.

− Может, − роняет его высочество. Его лицо опять становится хмурым. – Что не отменяет тот факт, что из-за этого недосмотра могло случиться несчастье. А если бы я не успел?

То, как он смотрит на меня теперь, как сжимает в своих руках, словно безумно боится потерять, неотвратимо пробивает ещё одну брешь в моих бастионах. Неужели я так для него важна? Так нужна?

Наверное. Вон даже не побоялся похитить меня, настроив против себя моих родных. Папа ведь точно может голову ему оторвать. Если раньше даже замуж меня не собирался отдавать раньше чем лет через десять. И Тай тоже сейчас землю роет, выясняя, куда Азим меня увёз.

− Но ты же успел, − улыбаюсь я робко. Боги, сама себя не узнаю.

− А ты всё-таки добыла себе пропитание, − усмехается Азим, выразительно смотря на мою руку. – И судя по тому, как ты прижимаешь к сердцу свою добычу, делиться ею ты явно не намерена.

Ой. Я уже и забыла, что в руке держу кольцо колбасы. Неловко вышло.

− Тебя долго не было, − произношу, чтобы преодолеть снова накрывающее меня смущение. Как общаться Азимом-врагом, я хорошо знаю, а как вести себя с Азимом, чьи ухаживания я вроде как принимаю, пока не разобралась.

− Да, мне пришлось немного задержаться, − чувствую я на себе его внимательный взгляд. – Зато я купил всё, что ты просила и даже ещё кое-что. Пойдём, посмотришь.

И он, не дожидаясь моего ответа, разворачивается и идёт к выходу из кладовки.

− Извини за бардак, который я тут учинила. Это случайно получилось. Я… хотела попробовать приготовить обед. Но… мои опасения оказались верны, я к этому абсолютно неприспособленна. Могу угостить тебя только салатом. Мясо я бесповоротно испортила, − признаюсь, с лёгкой самоиронией. − А. И колбасой, − с улыбкой показываю ему свою добычу.

− Мы можем доготовить обед вдвоём, − предлагает Азим, ставя меня на ноги. Придержав за талию, поворачивает к себе лицом. Гладит костяшками пальцев щёку. – И ты увидишь, что в этом ничего сложного. Просто нужен навык.

− Хорошо, − киваю, завороженно прислушиваясь к своим ощущениям.

− Тогда разбери пока покупки, а я тем временем ополоснусь с дороги, − звучит новое предложение-команда, но отпускать меня никто не спешит.

− Угу, − снова киваю, невольно прижимаясь щекой к его ладони.

− А знаешь, − на его губах появляется соблазнительная улыбка, − такая ты мне тоже безумно нравишься, − склоняется он ко мне

− Какая? – свожу вопросительно брови.

− Послушная, покладистая, спрятавшая свои колючки, − вкрадчиво урчит он, почти касаясь моих губ. – Как ласковая кошечка. Котёночек мой.

И целует, наглец такой. Оглушая не только возмутительными словами и своей самоуверенностью, но и этой собственнической, требовательной лаской. А в меня будто бес противоречия вселяется. Снова. Как бы я ни таяла от его ласк и прикосновений, полностью капитулировать я пока не собираюсь. Я тут для того, чтобы разобраться в себе и в нём, а не для того, чтобы делать всё, как он хочет. Пусть не думает, что я теперь буду во всём плясать под его дудку. Как наложница какая-нибудь.

Позволив мужчине, слегка углубить поцелуй, поверить, что сопротивления с моей стороны не будет, я прихватываю зубами его губу. И намеренно кусаю, напоминая, что эту кошечку он пока не приручил.

Зарычав Азим отшатывается. Смотрит на меня удивлённо, облизывая пострадавшую губу. Я невольно повторяю его жест.

− Я всего лишь веду себя адекватно, стараясь отбросить в сторону свою прежнюю предвзятость к твоей персоне. Если твои предложения разумны и мне по душе, то почему бы не согласиться. Это здравый смысл и желание узнать тебя получше, а не покладистость, − заявляю, вскидывая голову.

Азим сужает глаза, буравя меня пронзительным взглядом. В полуночной тьме его глаза зажигаются хищные огоньки. Ноздри раздуваются. А на губах появляется предвкушающая, порочная улыбка.

− Как скажешь, любовь моя, − тянет он вкрадчиво. − Как скажешь.

Прищурившись, я пару минут буравлю принца изучающим взглядом. И почему мне кажется, что я сейчас его только раззадорила.

− И не называй меня так, − произношу давно наболевшую просьбу. Правда, всё же смягчаю: − Пожалуйста.

− Почему? – удивлённо склоняет голову Азим.

− Потому, что ты меня на самом деле не любишь и это звучит как издевательство.

− Ты так в этом уверена? – хмурится он.

− Конечно. Мы не знаем друг друга. Ты не знаешь меня настоящую. О какой любви может идти речь? Это несерьёзно.

− А ты, значит, к любви относишься очень серьёзно? – на губах его высочества появляется кривая усмешка.

− Да. Очень. Я всю жизнь видела перед собой примеры настоящей взаимной и преданной любви между супружескими парами. Между моими родителями. Между Тайрэном и Раминой. Могу привести ещё много примеров. И хоть я понимаю, что при наших статусах это, скорее исключение, чем правило, мне бы хотелось того же. Брака по любви. Может, не сразу, но всё же. Если же любви между мной и моим избранником так и не случится, то думаю, я вполне заслуживаю хотя бы уважения и искренности. Поэтому прошу, не пытайся мной манипулировать красивыми словами, намекая на то, чего не испытываешь на самом деле. Этим ты меня только отталкиваешь.

По мере моего монолога, лицо Азима становится всё более задумчивым и даже мрачным. Кажется, ему неприятны мои слова. Возможно, задевает такая прямолинейность и откровенность. Но лучше пусть так, чем и дальше играть в эти его игры. Я не хочу обманываться и страдать потом, если мы всё же не подойдём друг другу. Потому что… да, я боюсь безответно влюбиться. Уже слишком близка к этому.

− Извини за такую прямолинейность. Но мы ведь хотим узнать друг друга, − смотрю на него, стараясь выглядеть уверенной и невозмутимой.

Зато Азим сейчас выглядит так, будто увидел меня совершенно по-другому, по-новому, и пока не решил, как к этому относиться.

− Покажешь, что купил? – решаю увести разговор от поднятой темы.

− Да, − кивает он рассеянно. − Пойдём, − мягко увлекает меня из кухни.

Седельные сумки с покупками обнаруживаются в небольшой прихожей, где Азим оставил их, прежде чем отправился меня искать.

− Давай отнесём это к тебе в спальню. Там тебе будет удобней всё распаковать и посмотреть, − ухмыляется его высочество, поднимая вещи с банкетки.

Мне чудится, или в его голосе действительно слышится предвкушение? Что же такого он купил?

От воспоминания о том, что, помимо прочего, я была вынуждена у него ещё и нижнее белье попросить, к щекам снова приливает кровь, окрашивая их смущённым румянцем. Мне стыдно. И как-то очень волнительно. Даже внутри всё трепещет.

Оказывается, купил Азим очень много чего. Когда я начинаю доставать из седельных сумок и выкладывать на свою кровать свёртки с покупками, сразу становится понятно, что тут гораздо больше, чем я просила.

Распаковывать и рассматривать одежду при мужчине мне очень непривычно и даже слегка неловко. Но его высочество всем своим видом демонстрирует, что никуда не собирается уходить. Стоит себе, прислонившись плечом к дверному косяку и внимательно наблюдает за мной. Будто реакцию пытается прочесть.

− Очень красивые, спасибо − откладываю в сторону стопку из нескольких блуз и такого же количества юбок. Тянусь к следующему свёртку, развязываю ленту, развожу в стороны вощёную бумагу... а там что-то очень яркое и явно не из перечня моих просьб.

Платье. Алое, воздушное, так и притягивающее взгляд. Открытые плечи, глубокое декольте, однослойная юбка, тонкая, мягкая ткань, так и льнущая к телу… мне ещё никогда не доводилось носить ничего столь откровенного.

− Мне показалось, что оно будет очень хорошо на тебе смотреться, − слышу бархатный голос Азима от двери. – Если не подойдёт, хозяйка лавки обещала подогнать по твоей фигуре, когда мы наведаемся в город. Примеришь?

− Может быть. Потом, − краснея ещё больше, бормочу я, откладывая провокационную покупку в сторону.

В остальных свёртках обнаруживаю ещё два платья, белое и нежно-голубое. И бельё. Целый ворох тончайшего кружева и шёлка, от одного взгляда на который я забываю, как дышать. Он же смотрел, выбирал, наверное, трогал руками, представляя на мне...

− Это я тоже посмотрю потом, − заявляю поспешно, завернув этот свёрток обратно.

− И не примеришь? Я так надеялся увидеть, как ты в этом будешь выглядеть.

− Вот ещё! Очень самонадеянно с твоей стороны.

− А как же я узнаю, подошло ли тебе то, что я выбрал? – с откровенными дразнящими нотками интересуется Азим.

− Я тебе сама об этом скажу. Смотреть для этого необязательно. И вообще… ты ополоснуться собирался. Вот… и иди в ванную.

В ответ его высочество уже откровенно смеётся.

− Хорошо, малыш. Придётся мне пока довольствоваться своими фантазиями. Но я не оставляю надежды, что ты передумаешь, − подмигивает он мне и, посмеиваясь уходит к себе.

Вот же… вот же несносный.

Вот только почему я теперь сама не могу отделаться от фантазий о том, как бы смотрел на меня Азим, если бы я выполнила его просьбу. Почему так и вижу, как он приближается, прожигая меня своим пламенным жаждущим взглядом, почти чувствую, как на моём теле сжимаются его руки, а губы снова оказываются в сладком плену… ох, мышцы между ног буквально сводит от возбуждения... и становится так непозволительно мокро.

Бесов соблазнитель. И это он ещё ничего такого не сделал, только намекал. Как мне выдержать его чувственную атаку? Как удерживать между нами расстояние целую неделю. И нужно ли? Ведь можно и поддаться... Но нет.

Взгляд сам собой притягивается к браслету на запястье.

Цена моей слабости слишком высока. А я пока не уверена, готова ли её заплатить.