Текст книги "Любовь под прицелом. Рикошет (СИ)"
Автор книги: Ольга Корк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)
Глава 4
Глаза по привычке открылись в пять утра. Боб спал, запутавшись в моих ногах, изредка поскуливая что-то своё, собачье, и, казалось, тоже был начеку, потому что, стоило мне пошевелиться, как он тут же вскинул голову и посмотрел на меня, будто говоря взглядом: «Я здесь. Я тебя прикрою». Потрепав собаку по голове, выпутался из одеяла и побрёл на кухню за порцией крепкого кофе, прихватив с собой по дороге папку, которую вчера даже не открыл. Внутри обнаружилось небольшое досье, карта передвижений по городу и бейджик, по которому словно потоптались в грязных ботинках – хотя, может, так и было. Первый тревожный звонок в голове прозвенел, когда я не нашёл ни одной фотки – вот такого раньше точно не случалось. Закралось подозрение, что меня где-то хотят нагреть, но я так и не смог понять, почему, хотя на всякий случай напомнил себе, что интуиция меня ещё ни разу не подводила. Я перечитал по сотому кругу досье, пытаясь сориентироваться, что упустил, и снова повертел в руках бейдж; в обоих случаях значились одни и те же инициалы – Максим В., журналист, но я как будто смотрел сквозь ширму, которая прикрывала реальность.
Что же здесь, чёрт возьми, не так?
Отложив просмотренное в сторону, я принялся за изучение карты передвижений объекта, чтобы выбрать оптимальное место с наименьшим количеством свидетелей. Больше всего подходил его двор, потому что там самая удобная стрелковая позиция; к тому же, если верить расписанию, у моего объекта на сегодня по планам съезд журналистов, а значит, я должен убрать его раньше, чем он успеет поделиться с миром новостями.
И нет, совесть не мучила.
Часы показывали почти шесть утра, когда я покинул квартиру, проделав тот же фокус со спичкой. Для передвижений объекта ещё было рано, но я собирался осмотреться на местности, рассчитать пути отхода и прикинуть время, которое затрачу на всё это. Собаку снова взял с собой, чтобы отвлекала внимание случайных свидетелей на себя, всё же прочее оставил в квартире. Кепку натянул почти до самого носа, чтобы не оставить шансов камерам, и шёл налегке, чувствуя себя при этом так, будто лишился прикрытия. Боб весело шнырял по изредка попадавшимся кустам, гонял птиц и обнюхивал каждый столб, будто впервые в жизни попал на улицу. Я завидовал собакену, потому что в отличие от него не мог позволить себе такую роскошь, как потеря бдительности. Моя жизнь уже давно превратилась в сидение на пороховой бочке с зажжённым фитилём и вечным угадыванием дня, когда эта бочка рванёт.
Однажды и для меня кто-нибудь захочет «подвести черту», но с этой мыслью я тоже давно свыкся.
Нужный район и двор оказались довольно близко – в армейке мы бегали гораздо дальше. Между тремя высотками ютилась детская площадка размером с приличный такой частный аэродром, на которой днём наверняка будет полно народу с детьми. Это осложняло мою задачу, ибо будет дохрена свидетелей, и кто-то может засечь, откуда был сделан выстрел. В таком случае уходить придётся довольно быстро – значит, путь отступления должен быть максимально простым и беспрепятственным. А самое главное то, что после такого замеса всякий в этом дворе сто процентов обратит внимание на человека с любой сумкой по размерам больше авоськи.
Следовательно, нужно прикрытие и для СВД, о чём тоже стоит подумать на досуге.
Нормальных точек, откуда можно сделать удачный выстрел, было всего две – с крыш двух противоположно стоящих высоток; спускаться обратно придётся на лифте, ибо так быстрее, но я успею исчезнуть ещё до того, как у ментов остынут покрышки на колёсах. После того, как получу оставшуюся часть «зарплаты», рвану куда-нибудь в Азию и залягу на дно на пару месяцев: не стоит дразнить бравых работников спецслужб слишком часто, а то кусаться начнут.
Пока осматривал местность да прикидывал варианты развития событий, к нам с Бобом подтянулись любопытные ребятишки; судя по форме, дети направлялись в школу, но не смогли пройти мимо собаки. Они доверчиво трепали его уши и интересовались, как зовут. Минут десять я только вспоминал, как вообще с людьми общаться, а тут ещё и дети... Но они, кажется, не заметили, что со мной что-то не так, потому что покидали нашу компанию со счастливыми улыбками на лицах. Я раньше никогда не думал о семье, но сейчас почему-то назойливая мысль о том, что я ничего не оставлю после себя, не давала покоя.
Распрощавшись с малышнёй, отправился в обратный путь. Необходимо снова посидеть над картами, выбрать самое удобное время, ещё раз пройтись по вариантам отхода. Не из стрелковой точки, нет. Необходимо решить, какими путями быстрее всего выйти со двора и раствориться в толпе, да и выбрать наиболее короткий путь до берлоги. А ещё нужно вернуть Боба в контору по прокату собак.
– Прости меня, парень, – потрепал рыжие уши, – но вечером я уже не смогу с тобой гулять: самому бы максимально быстро испариться из города.
Понял, что пёс мне не просто понравился – он будто был моим, весь, от наглой морды до кончика тонкого хвоста. Мог бы – оставил бы его себе. Но... не с моей работой. Казалось, будто Боб чувствовал, что скоро расстанемся, потому что по дороге до квартиры вдруг сник и перестал совать свой любопытный нос под каждый куст.
Дел на сегодня масса, а значит, после обеда перво-наперво нам с псом придётся попрощаться. Но пока что, пожалуй, пусть побудет со мной.
Запустив проныру в квартиру, пошёл за стол. Тщательное планирование операций ни разу ещё не было лишним. Поэтому, не отвлекаясь на посторонние мысли, которые сегодня так и кружили в голове, сбивая с толку и заставляя задумываться о том, что раньше меня мало беспокоило, принялся за работу.
Боб деловито стучал когтями по линолеуму, но вскоре и он затих. А я раз за разом сверял карту, расписание передвижений объекта, вчитывался в скудную информацию о своей цели и нервно крутил в руках потрёпанный бейдж. Интуиция буквально вопила: «Дело нечисто!». Глаза видели, что всё, как обычно, за исключением отсутствующих фотографий. Ладно, видимо, это тот случай, когда разбираться придётся на месте, а значит, нужно быть готовым к любому повороту.
К часу дня у меня уже был составлен детальный план, и ещё парочка запасных вариантов на всякий случай. Пришла пора отвести Боба «домой», а самому зайти в магазин за парой, в общем-то, обычных вещей.
Когда работники офиса «Пёс и я» забирали упирающегося сеттера, мне крайне не понравились их понимающие, самоуверенные взгляды: они были уверены, что и мне Боб вынес мозги. Но как же приятно было увидеть их вытянувшиеся лица от простого вопроса:
– Скажите, а вы, часом, не продаёте собак? Мы с племяшем к Бобу привыкнуть успели – парень уже с вечера реветь начал, когда узнал, что пса возвращаем. Да и мне он тоже по душе – славный собакен.
Когда первая волна безмолвного шока схлынула, Виктория и её коллега заверили меня, что в случае с Бобом они готовы сделать исключение, так как обычно собак не продают, но этот рыжий хулиган, который никогда никого не слушается, просто так проедает их деньги.
Покивал головой, выслушал немало интересных предложений от «А хотите, оформим продажу прямо сейчас?» до «Готовы оставить его у себя на содержании, если вам не удобно забрать пса сегодня» – последний вариант, естественно, был за мой счет. Пообещав подумать и всё обсудить с родителями племянника, поспешил на выход.
С чего я вообще заговорил о покупке пса?!
Покинув стены проката животных, зашёл в ближайшую аптеку за тонкими перчатками. Мысли о подвижном, хулиганистом и таком добродушном псе остались за дверьми: сейчас не до него, хотя я и чувствовал себя предателем. Полчаса до квартиры, по ходу заскочив в магазин музыкальных инструментов, полчаса на повторную пробежку плана и упаковку винтовки в чехол из-под гитары – чтобы лишних вопросов не возникло. По привычке хотел прихватить с собой собаку, но потом вспомнил, что рядом больше нет надёжного товарища.
Спичку в паз, дверь на замок, кепку до носа – всё на автомате за считанные секунды. Гитарный чехол заменял рюкзак с кучей нужной мелочёвки, но я и сюда умудрился впихнуть парочку примочек вроде складного армейского ножа – мало ли чего, – парочки пластырей и зажигалки. Не знаю, зачем всё это, но надеюсь, что выяснять не придётся: «усыплю» объект и максимально быстро исчезну из страны.
Наверно, со стороны я выглядел странно – рваные джинсы, тёмная футболка и кроссовки, а за спиной болтается «гитара», хотя мало ли, куда я направлялся. Снова знакомый двор, в котором я незаметно нацепил на одну из ветвей дерева неподалёку от нужного подъезда самодельный флюгер для определения силы и направления ветра, а после ещё раз оценил его – на этот раз с высоты двадцатого этажа, – и на всякий случай осмотрел окрестности сквозь оптику. Специальный армейский бинокль указывал мне расстояние до цели, вместо которой пока что выступала металлическая дверь подъезда, а после я на пару минут прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться и выбросить ненужные мысли. Снова прогнал в голове содержимое тощей картонной папки, и в который раз почувствовал ноющее ощущения в груди, как будто стоял перед пропастью.
Почему там не оказалось фотографии?
Когда до указанного времени выхода цели оставалось всего пять минут, я буквально прилип к оптике, откинув кепку козырьком назад, чтоб не мешала, и взяв под прицел выход из подъезда. Внезапно в кармане завибрировал прихваченный телефон – тот самый, на который упал первоначальный заказ – и я вчитался в сухой текст.
«Ситуация осложнилась: сейчас за больным животным присматривают несколько нянек – наняли для профессионального выгула собак. По возможности необходимо устранить. Доплату переведём в расчёт.»
Чего? Они там вообще в конец охренели?!
К чёрту доплату, к чёрту этих нянек! Заказ с каждой минутой нравился мне всё меньше, а интуиция орала, что дело – дрянь. Но свернуть операцию сейчас – и объект уйдёт; вероятно, вскроется та инфа, которую заказчик с таким рвением хочет скрыть, раз готов оплатить смерть охраны объекта. Что же там за важная птица такая, что к ней столько внимания?!
Закрыл глаза, досчитал до трёх и все посторонние мысли из головы выбросил. Сейчас главное сделать работу и приготовиться к сюрпризам – а то, что они будут, я уже даже не сомневался. Через прицел наблюдал за дверью, из которой вот-вот должны выйти нужные мне люди: чёрный металл, рядом щиток домофона с чуть потёртыми кнопками... Сосредоточившись на мелочах, поймал то самое состояние, когда в голове не остаётся ничего лишнего, дыхание замедляется, и ритм сердца вместе с ним. Палец привычно улёгся на спусковой крючок, приклад упёрся в плечо, руки ощутили знакомую тяжесть…
Индикатор на домофоне замигал, и подъездная дверь медленно распахнулась – для меня сейчас всё происходило, как в замедленной съёмке. В проёме появился человек; с виду обычный парень лет тридцати, в брюках и джемпере, но намётанный взгляд сразу распознал и военную выправку, и то, как незнакомец просканировал периметр в поисках опасности.
Мои клиенты.
Следом за первым вышел ещё один, такой же с виду неприметный, но явно профи. А вот за ним... Палец чуть вдавил спуск, я уже был готов к выстрелу – первому и, скорее всего, последнему. Этих парней не видел смысла убирать, они всё равно моментально просчитают, откуда ведётся огонь. Самому бы ноги успеть унести. Задержал дыхание и внутренне уже приготовился валить отсюда самым неожиданным путём отхода, как из подъезда вышла моя цель.
– Твою дивизию!
Хриплый от напряжения возглас сам сорвался с губ, когда в прицеле показалась тонкая женская фигура. Баба! Мне заказали бабу!! Крысы! Знают, что я не работаю с женщинами и детьми, и всё равно прислали заказ. Рискнули! Интересно только, на что они, шакалы, надеялись?!
Резко убрал от себя винтовку и от души проматерился на тех уродов, которые хотели меня так подставить. Вот же проклятые абреки!
Интересно, чем им эта девчонка помешала?
Активное движение внизу снова привлекло моё внимание, и для лучшего обзора я опять вскинул родную СВД. Не для того, чтобы стрелять, нет – просто прицел ближе, чем бинокль. Но то, за чем я наблюдал, мне совершенно не нравится. Во дворе творилась какая-то дичь. Люди как тараканы разбегались в стороны, тогда как мою цель и её охрану очень профессионально взяли в кольцо какие-то сомнительные личности с закрытыми рожами. Совершенно неожиданно началась стрельба. Охранники у блондиночки, конечно, хороши, но их меньше, и вот первая смерть в рядах тех, кто пытается спасти жизнь одной конкретной девушки.
На кой ляд было нанимать меня, если подослали своих? Перестраховываются? Или она попала в поле зрения не одного «собаковода»?
– Куда ж ты вляпалась-то, принцесса?
Увидел, как один из «вражеских» ушлёпков воспользовался тем, что все охранники заняты, и решил грохнуть незнакомку; не сомневаясь ни секунды, я поменял в обойме патроны и, взяв его на прицел, сверил данные от флюгера и мягко нажал на спуск. Родная винтовка не подвела, и абрек прилёг отдохнуть с аккуратной дырой в своей дурной голове.
«Куда ж ты лезешь, придурок? За каким местом тебе это надо?» – мысленно обматерил меня внутренний голос, но под прицелом уже был следующий нападающий, а сомнений не осталось.
Понятия не имел, как буду выкручиваться, но дать погибнуть воякам и совсем ещё зелёной девчонке я просто не смог.
Вдох, медленный выдох, в промежутках между ударами сердца сжать палец – труп. Привычные, годами отработанные действия, а в голове как будто тикает таймер – сколько ещё времени у меня есть на прикрытие незнакомцев? Тик-так, тик-так. Главное, не пропустить тот момент, когда я ещё могу безопасно отсюда испариться. Рисковать своей задницей я не готов даже ради такой симпатичной мордашки, как у этой невинной Ромашки.
Вдох, выдох – труп.
Интересно, с какого перепуга во мне проснулся благородный рыцарь, готовый подставиться из-за незнакомых людей? Где-то в закромах мелькнула мысль о том, что моей сестре сейчас было бы примерно столько же, если бы она осталась жива – вот тебе и ответ.
Вдох, выдох – труп.
А если меня поймают, удастся ли скосить срок за одно доброе дело? Вряд ли – в этом году я был очень плохим мальчиком, так что не стоит ждать такого подарка от Деда Мороза.
Вдох, выдох – труп.
Какого лешего? Вас там как тараканов, что ли, в гнезде?
Я ругался, да. Потому как тех, кто нападал, было много. Гораздо больше, чем было необходимо. Но вояки-охранники не зря получали свой хлеб за счёт налогоплательщиков; плюс моя помощь, и вот численный перевес уже на стороне «своих». Ещё один выстрел, и нужно будет сваливать. Дальше парни сами справятся.
Жаль, одного потеряли.
Тихий щелчок. Приклад ударил в плечо, гильза отскочила куда-то за спину. Пятая. Главное собрать. И уже пора сворачиваться.
Я отполз от края крыши, на ходу начав разбирать винтовку на составляющие. У меня максимум десять минут, и то с крепким натягом. Потом всё. Уже не уйти.
В гитарном чехле валялись четыре из пяти гильз – хорошо, что поставил её сразу за собой. Пятая нашлась рядом, чуть-чуть отлетела в сторону. СВД заняла своё место, бинокль улёгся рядом, чехол на спину, кепку перевернуть козырьком вперёд – теперь уже можно, не будет мешать, как в начале операции. На полусогнутых перебрался в противоположный конец крыши и спустился сквозь люк в другой подъезд – не тот, через который поднялся, – и, оказавшись на этаже, вызвал лифт. Хорошо, что он был где-то рядом и пришёл быстро – это сэкономит время и увеличит мои шансы исчезнуть незамеченным. В кабине стянул тонкие хирургические перчатки, с кроссовок – бахилы: да-да, не оставлять следов – самое главное в моей работе. Всё это запихнул в потайной карман на дне чехла, и вот в лифте уже не снайпер, а простой парень Костик, который собрался к друзьям с гитарой.
Главное, сделать рожу попроще.
До первого этажа добрался спокойно и в одиночестве, что не могло не радовать, теперь же было необходимо раствориться в суете улиц. Выход из подъезда уже близко, случайных людей нет – все попрятались по домам и нос боятся высунуть. А я что? А я просто очень невнимательный, некогда мне в окна смотреть, я «гитару» упаковывал! И даже если слышал выстрелы – тут во дворе, знаете ли, вечно шпана местная развлекается, бомбочки да петарды всякие взрывают, вот и не обратил внимания. Ещё вопросы?
Чуть ли не насвистывая, распахнул дверь, сделал шаг на улицу, и тут в меня на полной скорости влетела обезумевшая от страха девушка с ребёнком на руках. Она пронеслась мимо, даже не заметив, как толкнула взрослого, тренированного мужика с такой силой, что я, отлетев к косяку, потерял кепку.
Однако инстинкт самосохранения у барышни развит...
Поднял головной убор и, стукнув его о ногу, быстро вернул на макушку: не хватало только рожей тут сверкать.
Не стал выходить на подъездную дорогу, а направился вдоль дома, с интересом осматривая зону боевых действий: нехило так мы тут повеселились! Незнакомку, на которую поступил заказ, уже держал на руках один из её охранников, второй как раз осматривал полёгшего товарища, двое других прикрывали тылы. Вся компания явно собиралась валить обратно в квартиру девчонки, оставив во дворе трупы.
– Кто из наших с крыши прикрывал? – донёсся до меня обрывок фразы.
Я мгновенно напрягся, понимая, что речь шла обо мне, но они явно не в курсе, что я как-то причастен к этому замесу, ибо меня все ещё не пытались остановить или и вовсе молча «убрать», а значит, я вне подозрений.
Его товарищ озадаченно почесал в затылке и непонимающе нахмурился.
– Но у нас не было прикрытия в той части.
Дальше последовал поток непереводимых ругательств, когда до амбала дошла суть ситуации.
Бога ради, не благодарите.
Хотя нет, можете прислать открытку на Рождество.
Больше на них не смотрел и речей не слушал. Завернув за угол дома, быстрым шагом дотопал до оживлённого проспекта и всё. Меня тут не было. Я просто один человек из толпы прохожих, спешащих по своим делам и не знающих, что во дворе новостроек остались лежать мертвые наёмники, и была спасена одна, видимо, очень важная жизнь.
Как добрался до квартиры, не помнил, потому что мозги работали, словно шестерёнки в часовом механизме; теперь весь пазл сложился в единую картинку, вот только нихрена мне от этого не полегчало. Стало понятно, и почему информации было так мало, и почему не оказалось ни одной фотки в дурацкой папке, и почему моя паранойя так настырно вопила о том, что с этим заданием будут одни сплошные проблемы. Вот же с... безответственные люди!
Не знаю, как мне удалось добраться до дома и ничего при этом не расхреначить от злости. Это не было совпадением и в принципе дурно пахло, потому что… На что они вообще надеялись, заказывая мне её? Что я не замечу, что она девушка, с которыми я не работаю, и всё равно пропишу ей пулю между глаз? А эти боевики внизу были на кой – подстраховка?
Нет, здесь однозначно кроется что-то ещё.
Почему было сразу не отправить их для устранения? Будем смотреть правде в лицо – если бы не я, охрану вместе с девчонкой просто-напросто покрошили бы кубиками, потому что численное превосходство явно было не на их стороне. Но я сомневался, что мои заказчики ставили именно на это – мой переход на «тёмную сторону» и внеплановое сокращение штата в рядах тех, кто меня нанял.
Тогда что там сегодня произошло?
Закопался в мысли настолько, что в квартиру вошёл на автомате и не сразу понял, что не так; остановился на пороге, застыв на напрягшихся инстинктах, и меня озарила догадка: в моей руке не было спички, которая теперь валялась у входной двери.
Кто-то побывал в моей квартире.
Доставать СВД из чехла я не видел смысла, ибо собрать её за секунду всё равно не успел бы, а потому вытащил из ботинка армейский нож и медленно пошёл вглубь дома. В зале первое, что бросилось в глаза – моя спортивная сумка, стоявшая посреди комнаты; она находилась там же, где я оставил её, и никаких подозрений не вызывала. Тщательно осмотрел зал, а после провёл инспекцию во всех оставшихся комнатах, но везде оказалась та же песня: идеальный порядок, который был утром, и никаких следов, указывающих на присутствие посторонних.
Я спрятал нож и вернулся обратно, чтобы осмотреть сумку. На первый взгляд всё выглядело совершенно обычно, но интуиция била по нервам разводным ключом, и я присмотрелся внимательнее, подмечая ничего не значащие на первый взгляд детали. «Собачка» молнии на боковом кармане застёгнута до самого конца, но я точно помнил, что не дотянул её на несколько зубчиков; рукав полосатого свитера, лежащего внутри, съехал на бок, хотя у меня всегда всё было сложено ровно. Сразу видно, что работали чисто, без осечек, и если бы не моя параноидальная мания безопасности в виде спички, я бы никогда не узнал, что сюда кто-то заходил. Дилетанты... Только после этого я кинулся к батарее и, просунув за неё руку, со вздохом облегчения выудил папку с информацией о цели, которую благоразумно запихнул туда утром. Что бы здесь ни искали, вряд ли нашли, потому что папка – единственная ценная вещь в этой квартире, и я не сомневался, что приходили именно за ней.
Хотят спрятать концы?
Первым желанием было собрать вещи и свалить в закат, потому что одним обыском эти ублюдки вряд ли ограничатся: в следующий раз я могу прийти и застать тут отряд бравых блюстителей правопорядка. Но когда я всё вернул по местам и почти собрал сумку, в голове что-то щёлкнуло: хрена с два я отсюда свалю, пока не пойму, какому смертнику пришла в голову эта шальная идея меня подставить. И когда узнаю, кому именно – а я узнаю! – он тысячу раз пожалеет, что выполз из своей пещеры, в которой сидел.
Сделал себе большую кружку крепкого кофе без сахара, чтобы прочистить мозги, и снова вывалил на стол содержимое папки; здесь должно было быть что-то, что прольёт свет на всю эту хрень, в которую я умудрился вляпаться – что-то, что укажет на то, где мне «посчастливилось» лохануться. В который раз беру в руки потрёпанный бейджик и только теперь замечаю небольшую каплю засохшего клея в нижней части, которую сперва принял за налипшую грязь: очевидно, здесь и была фотография, которую кто-то убрал до того, как эта вещь попала ко мне. Интересно, почему девчонка выбрала мужское имя? Если бы не эта деталь, я бы похоронил этот заказ ещё в самом начале, потому что всё это слишком очевидно. Было бы неплохо поговорить с самой мишенью, вот только вряд ли её охрана подпустит меня близко; а после того, что сегодня случилось, не удивлюсь, если за этой Максим будет следить целый взвод.
Как же выйти на моих заказчиков?
По итогу единственной реальной зацепкой стало имя моего бывшего хозяина – моя задница чуяла, что без этого отморозка здесь явно не обошлось. Но, во-первых, я уже больше двух лет с ним не контактировал – с того самого злополучного дня, когда унёс из его лагеря ноги; во-вторых, я понятия не имел, как его найти. Если Урман не захочет, его и кинологи с собаками днём с огнём не отыщут, хотя те очень старались последние лет двадцать, а то и больше. Но в плане маскировки и умения залечь на дно Марианской впадины ему не было равных, и если он где-нибудь не проколется, добраться до него будет невозможно. Проще было найти способ поговорить с самой девчонкой и выяснить, кому она сумела так насолить, что они с заказом намудрили от души и даже на аванс не поскупились.
Наверняка ведь потому и ходит под присмотром охраны.
Ну и в-третьих – он меня до чёртиков пугал, потому как по части наказаний Урману тоже равных нет.
Моя шкура хорошо это запомнила.
Собрал всё обратно в папку и кинул взгляд на часы – я здесь знатно задержался. Сидеть на иголках в ожидании выносящего дверь ОМОНа не хотелось; да и на инстинкт самосохранения, который требовал скрыться, наплевать не получалось, но вместе со всем меня тянуло поговорить с Максим – короче, противоречивые эмоции умудрялись уживаться. Плюс про своих работодателей тоже нельзя было забывать, а это значит, что сначала нужно максимально подчистить хвосты и сбить их со следа.
Должен же быть какой-то способ, который позволит мне поговорить с ней и при этом не схлопотать пулю промеж глаз ни от её охраны, ни от боевиков.
Подхватив рюкзак с «гитарой» и засунув во внутренний карман куртки папку, в последний раз вставил в дверь спичку: возвращаться в эту квартиру я не намерен, но от привычек никуда не денешься. Путь мой лежал на ж/д вокзал, где мне предстояло купить билет и свалить из города – это была моя первостепенная задача. Не важно в какую сторону, главное свалить. А то, что я сойду на первой же станции, это мелочи. И вернусь обратно уже на каком-нибудь рейсовом автобусе, расплатившись за билет не через кассу, а напрямую с водилой – вообще фигня-вопрос. Моя цель – оставить явный след, указывающий на то, что я покинул город; ненадолго, но это позволит выиграть время. Главное, чтобы на вокзале не было кипиша: надеюсь, бравые ребята из органов правопорядка ещё не объявили какой-нибудь план-перехват. В конце концов, те, кто напал на охранников, остались лежать, а сами охранники вряд ли сейчас будут искать призрака, прикрывшего их задницы сверху. Там проблем и без меня хватает, а вот успели ли поймать мою мордашку камеры – большой вопрос. Я, конечно, фотогеничный парень – насколько могу судить по ориентировкам, – но пока что хотелось бы поработать без пиара.
Ладно, всегда можно прикинуться шальным туристом и по-быстрому свинтить.
На вокзале всё было тихо, и я, купив билет на ближайший поезд, вдруг решил, что не поеду. А нафига? Вон электричка отходит через пять минут. Вместо зала ожидания отправился на пятую платформу третьего пути и спокойно сел в вагон.
Чем хороша электричка? Всегда есть шанс сойти раньше, чем до тебя дойдет контролёр. Бессовестная моя морда – не заплатил сотню за билет... Так и быть, пожертвую эти деньги первому попрошайке на своём пути. Но, так или иначе, промотавшись из города и назад, времени я даром не терял; интернет-кафе в помощь, и вот я снова здесь, уже еду на встречу с хозяйкой квартиры, которую сдают в соседнем дворе от моей цели. Да, блондинка снова цель, но теперь встреча с ней необходима не для того, чтобы отправить её к прабабкам, а для оттачивания моих орально-речевых способностей. Осталось дело за малым – найти возможность связаться с девчонкой и встретиться с ней один на один. Нет, охранники, возможно, и неплохие ребята, но на свидание с девушкой я предпочитаю ходить без лишних свидетелей. Да и не уверен я, что при встрече эти парни скажут мне «Спасибо» за помощь; скорее, наоборот – всю душу вытрясут, пока не узнают, какого, собственно, хрена я делал на крыше в обнимку с СВДшкой.
Я бы вытряс.
Квартиру, что позволяла мне на данный момент быть максимально близко к Максим, я даже не стал осматривать. Спросил только, сколько хозяйка хочет за неё, отдал деньги за месяц вперёд и захлопнул за женщиной дверь. Свалив все вещи в кучу рядом с кроватью, отправился в душ: нужно смыть с себя сегодняшний день и заняться планированием. Сейчас дорога́ каждая минута, долго рассиживаться на месте не получится, а первоочередная задача – наладить контакт с блондинкой.
Душ, крепкий чай – кофе на кухне не оказалось, а потому на завтра первым пунктом стояла закупка продуктов, – и, не включая света, на кровать. Думать. Папка с информацией мне уже не нужна: всё, что там было, давно отпечаталось в памяти калёным железом.
Журналистка, значит.
Ну, во-первых, судя по людям, которые её заказали, девчонка была без тормозов. Чтобы перейти им дорогу, нужно сделать одно из трёх: либо забраться в самую задницу и унести оттуда ноги живой, при этом увидев то, что тебе видеть было не положено, либо накопать инфу, которая даже не снилась ни одному грифу «Секретно», либо стать кровником. Последнее отметаем сразу – малышка не боец однозначно, вряд ли она кого-то убила. Значит, остаются первые два варианта. Точно без головы дамочка!
Во-вторых, связи у блондиночки однозначно нехилые. Судя по тому, как работали парни, они не просто вояки, а самые что ни на есть профессионалы в своём деле – возможно, даже активно служащие в силовых ведомствах. Причём команда более-менее сработанная, а значит, либо давно знакомы, либо часто вместе участвуют в операциях. Таких нельзя нанять по объявлению на «Авито», и, тем не менее, их приставили к девчонке. Кто на такое способен? Правильно – боссы мафий либо шишки в государственных структурах, но кем бы ни оказался в итоге её папаша, я знал одно: выводы для меня не утешительные.
В сухом остатке имеем два варианта: попытаться подобраться к блондинке через контору, в которой трудится эта пчёлка, или попробовать побродить по этажам её дома, хотя последнее – такой себе вариант, учитывая штат личной охраны Максим. Те, скорее всего, выдрессированы так, что будут не только на этажах, но и в туалет за ней по очереди ходить и марш-бросок на крышу каждые пять минут совершать. Жаль, что заказчик не оставил мне в папке номера квартиры – это сэкономило бы мне кучу времени, а заодно, возможно, подкинуло бы парочку идей на тему того, как к ней подступиться. Хотя вычислить её гораздо проще, чем проникнуть незамеченным на эту жилплощадь.
Конечно, вся эта ситуация уже попахивала невменяемостью, но имею то, что имею. Придётся работать сразу в нескольких направлениях и в итоге выбирать то, по которому не придётся подыхать или отправляться за решётку раньше, чем это будет совершенно необходимо.
Значит так, завтра первым делом магазин, потом пробить бейдж – в сети должны найтись подсказки; расписание передвижения цели у меня есть, днём проверю, как обстоят дела с домом девушки. А дальше буду действовать, исходя из полученных данных. Возможно, что-то более конкретное получится придумать ещё в первой половине дня. Чем чёрт ни шутит, может, удача повернётся ко мне лицом, а не тем местом, которое она демонстрирует в последнее время.
С этими мыслями повернулся на бок и закрыл глаза. Отдых сейчас был необходим – тем более, меня не покидало чувство, что совсем скоро моя жизнь превратится в сплошной бег с препятствиями. Но последняя на сегодня мысль перед тем, как я отключился, почему-то была о рыжем псе.
Интересно, как там дела у Боба?
