Текст книги "Любовь под прицелом. Рикошет (СИ)"
Автор книги: Ольга Корк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)
Я настолько увлеклась его рассказом, что даже не сразу поняла, что он обращался ко мне с вопросом, а после с улыбкой кивнула.
– Ты не убиваешь женщин и детей.
– Точно, – он щёлкнул меня по носу – кажется, это его любимое действие. – Два года всё работало как часы: я создал себе надёжную легенду и прикрытие и просто жил от заказа к заказу. Иногда, правда, спецслужбы подбирались довольно близко, и тогда я на некоторое время залегал на дно – как будто уходил в отпуск. На пляжах не валялся – чревато, сама понимаешь, – но отдыхал где-нибудь в тихой деревушке, в небольшом домике с мангалом на заднем дворе, где в окно всегда было видно горы или реки, а за ними – густые непроходимые леса. После снова возвращался к работе и при этом старался избегать людей Урмана: до меня дошёл слух, что в той облаве он уцелел. На моё удивление шакал не искал со мной встреч и не жаждал вернуть или как-то наказать, будто я ему и не был ничего должен, и всё же я не брезговал бдительностью. Через два года такой собачьей жизни я получил очередной заказ, который привёл меня к тебе, ну а дальше ты знаешь.
Я вздохнула, продолжив рассматривать нежное лицо Олеси.
– Жаль, что ты так и не узнал, кто убил твою сестру.
Костя нахмурился и тоже выдохнул.
– На самом деле, узнал. – А вот это было неожиданно. Увидев вопрос на моём лице, Костя невесело усмехнулся. – Когда Эд и компания спасли мне жизнь и предложили месть Урману в обмен на контракт с их конторой, я узнал, что Урман и был тем человеком, который приказал убить мою сестру.
Костя вкратце обрисовал детали этого происшествия, и я в очередной раз подивилась людской бесчеловечности.
– Выходит, Олеся всё-таки отомщена, пусть и не тобой.
– Видит Бог, я сам хотел это сделать и чертовски зол, что всё вышло иначе, но ты права: теперь она может спать спокойно.
– А-а... Не знаю, важно ли это, и всё же не могу не спросить. – Я на секунду замялась, но меня всегда волновал этот вопрос. – Тебя не мучает совесть за все эти отнятые жизни? Ты ведь наверняка не только плохишей убивал... В конце концов, ты и меня собирался убрать, и, окажись я парнем, вряд ли бы сейчас стояла рядом с тобой.
На это умозаключение парень только тихо рассмеялся, чем вызвал у меня недоумение; я уже было подумала, что Костя не такой уж белый и пушистый, терзаемый чувством вины плюшевый медведь, каким его нарисовало моё воображение, но он снова меня удивил.
– Знаешь, я не святой и некоторыми своими делами действительно не горжусь, но далеко не всех из списка моих заказов я устранил.
– Как это?
Вздохнув, Костя уселся на старую, наполовину сгнившую скамеечку, совершенно не заботясь о том, что испачкаются его джинсы, и потянул меня к себе на колени.
– Перед тем, как выполнить любой из заказов, я получал папку со всеми данными об объекте. Если этих данных мне не хватало, что-то смущало меня или вызывало подозрение, как было и в твоём случае, я пытался накопать что-то самостоятельно, чтобы увидеть картину целиком. И если в итоге я видел, что человеку просто не повезло попасть в сферу чужих интересов – например, какая-нибудь журналистка с комплексом героя перешла дорогу террористам... Ай! – Костя захохотал, когда я стукнула его кулаком в плечо, поняв намёк. – Так вот. Если я видел, что человеку просто не повезло, то вместо настоящей пули он от меня получал пулю3 с нормальной такой дозой «Кораксана»4. Заказчикам было не подкопаться. Ранение налицо, цель падала без чувств, пульс замедлялся до трёх-четырёх ударов в минуту5, так что врачи с лёгкостью констатировали смерть. Как только мне переводили вторую часть суммы после «устранения», моя жертва получала небольшую дозу адреналина и после прихода в себя узнавала много нового. Дальше дело за малым: отвалить врачам приличную сумму, чтобы подделать свидетельство о смерти, сделать новые документы и исчезнуть из страны. Иванов Иван убит, зато Петров Пётр – живее всех живых.
– И как часто ты такое проворачивал? – вскинула я брови.
– Всё чаще в последнее время. Для тебя, кстати, у меня тоже был готова такая пуля, – он сунул руку в карман, извлек из него полупрозрачную пулю с мутно-розовой жидкостью внутри и вложил её в мою раскрытую ладонь. – Это тебе на память.
Хохотнув, я немного покатала её по ладони и спрятала в своём кармане, когда мой телефон неожиданно разразился стандартной трелью. Вытащила гаджет на свет Божий, и мои глаза удивлённо распахнулись: с этим абонентом я не разговаривала уже давно и, если честно, не была уверена, что мы вообще будем снова когда-то общаться. Но, видимо, Марине и впрямь просто нужно было время, поэтому я дрожащим пальцем потянула зелёную трубочку под недоумевающим взглядом Кости.
– Алло?
– Лера? – неуверенно уточнила подруга, и я кивнула, только потом сообразив, что ей меня не видно, поэтому ответила тихое и такое же неуверенное «Да». – Привет. Прости, если я тебя отвлекаю, я просто... В общем, я хотела извиниться. В смерти Вадика не было твоей вины, он ведь сам никогда не мог усидеть на месте, и даже если бы ты его отговаривала, он бы всё равно поехал, так что... Прости за то, что я тогда на тебя всех собак спустила, оттолкнула и не отвечала на твои звонки, мне просто нужно было время, чтобы разобраться в себе, понимаешь?
– Тебе не нужно ничего мне объяснять, – облегчённо выдохнула я, чувствуя, что глаза уже на мокром месте. – Но моя вина в его смерти всё же есть... Знаешь, он ведь предлагал уйти, когда ещё было безопасно, но мне же всё мало, хотелось получить больше информации, и в итоге Вадим поплатился за это жизнью. Мои слова уже ничего не исправят, но мне, правда, очень жаль.
– Обида всё равно не вернёт мне мужа, – тихонько всхлипнула Марина, и где-то под рёбрами я ощутила болезненный укол. – Но я не могу остаться совсем одна, лишившись ещё и подруги. Мы можем встретиться?
Я покосилась на Костю, который продолжал удерживать меня на своих коленях обеими руками.
– Сегодня вряд ли получиться, меня нет в городе... – немного виновато ответила ей.
– Тогда... завтра?
Я спросила шёпотом у Кости, насколько он хочет здесь задержаться, и он, сказав, что не планировал быть здесь дольше одного дня, убедил меня согласиться на завтрашнюю встречу – слышал весь разговор от и до.
– Да, давай встретимся завтра. Мне приехать к тебе?
– Если тебе несложно. – Впервые за всё время разговора в голосе подруги я расслышала улыбку. – Знаешь, дети по тебе скучают.
– Я по ним тоже, – улыбнулась в ответ. Кажется, жизнь потихоньку налаживается. – У вас ведь всё в порядке?
– Всё никак не могу привыкнуть, что одна. Оформила пособие по потере кормильца, но платят копейки, хотя даже не в них дело: тяжело тянуть двоих детей в одиночку.
Чувство вины снова неприятно царапнуло, а потом я вспомнила слова Артёма, которые он сказал мне, когда мы ещё только покидали Осетию.
«Я уверен, его жену и детей не оставят без поддержки. Уж что-что, а благодарными наши генералы быть умеют, хоть и посмертно».
И где же их хвалёная помощь подевалась, интересно?
– Обещаю, что приеду к вам завтра, – твёрдо ответила я и, попрощавшись, мы разъединились, но разглаживать хмурую складку на лбу я не спешила.
Не оставляют и умеют, как же.
– В чём дело? – слегка потормошил меня Костя.
– Дай мне ещё минутку, – чмокнула его губы перед тем, как набрать новый номер.
Трубку сняли практически мгновенно.
– Лера? – Надо же, голос отца звучал довольно напряжённо. – Что-то случилось?
Я закатила глаза: он теперь, наверное, каждую нашу беседу будет с этого вопроса начинать.
– Да как сказать... У меня есть одна просьба. Помнишь моего друга, который погиб в Осетии? – Дождавшись утвердительного «угум», я продолжила: – Так вот. Знаю, что это не ваша забота, и погиб он тоже не по вашей вине, но его вдове теперь в одиночку поднимать двоих детей, а ты сам знаешь, что в нашей стране таких семей довольно много, и помощь им оказывают по минимуму. Нет-нет, – поспешила перебить его бурчание, – я не прошу тебя выплачивать ей деньги, сама постараюсь помогать с этим, но ты сам семейный человек и понимаешь, что в доме иногда без мужской руки не обойтись. Я не прошу тебя искать Марине нового мужа, но, возможно, кто-то из твоих ребят будет не против хоть изредка наведываться к ней и помогать с чем-то по дому по мере сил и возможностей? Ну, там, знаешь, гвоздь забить, розетку починить или прочистить засорившийся слив…
В ожидании ответа я скрестила пальцы и перевела взгляд на Костю, заломив брови домиком, отчего он тихо рассмеялся и уткнулся лицом мне в шею.
– Ох, Лера, задала же ты мне проблем с этими своими командировками... Передай Косте, чтоб посадил тебя на цепь и приковал к батарее, как только квартиру купит! Иначе я сам это сделаю!
Вышеназванный снова расхохотался, послав волну мурашек по моей коже.
– Он тебя и так прекрасно слышал, – пробурчала я. – Ну что, ты поможешь?
– Я подумаю, что можно сделать, – с тяжёлым вздохом ответил и отключился.
Спрятав телефон в карман, я победно улыбнулась: зная своего отца, он наверняка уже придумал, как поступить, так что это помогло немного заглушить моё чувство вины.
– Кстати, насчёт квартиры, – снова нахмурилась, внимательно разглядывая лицо парня. – Разве тебя не должны были обеспечить жильём после выпуска из детдома?
– Я ведь говорил: меня больше волновал мой гнев, чем мысли о будущем, – напомнил тот. – Вопросами жилья я не озадачился сразу, за меня думать было некому, и государство в конечном итоге просто сняло меня с учёта.
– А квартира родителей?
– Ну, поначалу я и впрямь думал осесть в ней, но после смерти сестры мне снова было не до чего, а сейчас я уже не уверен, что хотел бы войти туда снова. И дело даже не в том, что у меня нет ключей: я просто не готов к тем воспоминаниям, которые остались за закрытыми дверьми.
– То есть, она так и пустует все эти годы?
– В нашей стране редко что остаётся нетронутым. Какие-нибудь алкоголики или наркоманы уже давно её вскрыли и вынесли всё добро, а из самой квартиры сделали притон.
– Ты невероятно циничен, ты в курсе? – пожурила парня.
– Я реалист, а не циник, – хмыкнул Костя, подняв меня и поднявшись следом. – Давай перекусим где-нибудь и поедем домой?
Последнее слово звучало так тепло, что я невольно расплылась в улыбке; смахнув на прощание с надгробий пыль и мелкие веточки, взяла протянутую парнем руку и потопала следом. Я всю жизнь прожила в полной семье среди пусть и вечно пропадавших где-то, но любящих родителей, и даже представить не могла, каково приходилось Косте все эти годы. Жизнь его так сильно попинала, что можно было на весь белый свет обозлиться, но вот он: услышал голос собственной совести и спас мне жизнь. Да и не только мне.
– А Эд и компания знают, что ты не всех подряд убивал? – спросила я, когда мы, накупив в кафе всяких вкусностей навынос, уселись в машину.
Солнце уже клонилось к закату, и на улице достаточно похолодало – теперь понятно, почему Костя попросил взять тёплые вещи. Такими темпами до дома мы доберёмся только к ночи, если уже не за полночь, но мне не привыкать к ночным вылазкам. Костя завёл машину и мягко вырулил на дорогу, попутно уплетая за обе щеки шоколадный пончик и изредка бросая на меня заинтересованные взгляды.
– Они, как оказалось, в курсе, – пробубнил он, прожевав. – Думаю, отчасти поэтому они и взяли меня в свою команду, а не отдали на растерзание спецслужбам.
– Знаешь, мы с тобой стоим друг друга! – расхохоталась я в голос, и Костя ко мне присоединился.
– Это точно.
Обратный путь домой мы преодолели гораздо быстрее и в основном в полной тишине. Иногда останавливались, чтобы размять ноги и посмотреть на силуэты небольших гор; иногда Костя молча брал меня за руку, будто ему была нужна подзарядка, и я, как могла, делилась с ним своей энергией. По возвращении в город Костя остался у меня на ночь, а на мои уговоры остаться здесь жить только бурчал себе под нос что-то неразборчивое.
На следующий день к Марине мы поехали вдвоём: Костя настоял на том, что, пока мой отец решает вопрос о помощи моей подруге в виде физической силы, он мог бы помочь ей с чем-то сейчас, если это будет нужно. Марина ничего не имела против нежданного гостя – кажется, даже наоборот обрадовалась, что в доме будет чуть больше народу и новое лицо. У неё и помимо меня были подруги, но я бы не сказала, что они общались достаточно тесно, особенно после рождения двойняшек, так что ей наверняка хотелось с кем-то поговорить.
Но меня удивило совсем не это – Марина огорошила тем, что помимо нас в её квартире будет кто-то ещё.
Всю дорогу до знакомой многоэтажки я хмурилась, потому как не могла понять, о ком именно подруга говорила. Вариант, что она уже кого-то себе нашла и встречается, я даже не рассматривала: это было совершенно не в её стиле – она ведь очень Вадика любила и не смогла бы забыть его так быстро даже при всём желании. И всё же речь точно шла о мужчине, потому что, будь это соседка или кто-то из знакомых, она бы так и сказала, а не мялась и юлила, пообещав объяснить всё при встрече. Мог ли сам Вадим перед отправкой в Осетию попросить кого-то из своих друзей присматривать за Маринкой, если с ним что-то случится? Такой вариант я отметать не стала, потому что с Вадика станется – он ведь и мне признавался, что думал о подобном, перед одной из наших командировок. Но как далеко могла бы зайти с этим другом сама Марина?
Опять одни вопросы, а у меня уже терпения не хватало.
Костя припарковал машину – он её так и не сдал, продлил прокат ещё на пару дней, – и вот мы уже топали к нужному подъезду. Лифт здесь работал редко, так что снова пришлось прогуляться до пятого этажа; перед входной дверью я вдруг застыла, невольно прокрутив в голове воспоминания о своём последнем визите в эту квартиру, и Костя, словно почувствовав моё внутреннее состояние, крепко стиснул мою ладонь. Ощущать его поддержку было приятно, но я чувствовала себя виноватой за то, что рядом со мной теперь есть любимый человек, а рядом с Маришкой – нет. Вдохнув поглубже ещё раз, уверенно потянулась к звонку и вдавила кнопку; тот отозвался неприятным писком – кажется, пора менять батарейки, – и через пару секунд дверь распахнулась рукой подруги.
– Лерка! – Я сюда ехала с надеждой, что наша размолвка и впрямь осталась позади, но даже не ожидала такого радушия. Совсем как раньше. – Рада тебя видеть! Проходите в дом, не стойте на пороге!
Внутри пахло чем-то вкусным, Марина всегда любила готовить, но, что немаловажно, у неё это отлично получалось. Услышав голоса детей, которые выскочили из гостиной в коридор и кинулись мне на шею, я немного удивилась, но после вспомнила, что сегодня суббота, у всех нормальных людей выходной. После настал черёд Марины; она первой потянулась ко мне за объятиями, но те вышли немного неловкими из-за нашего общего смущения, а после я обернулась к своему снайперу.
– Костя, познакомься – это Марина, жена моего... погибшего друга, о котором я тебе рассказывала, и по совместительству моя лучшая подруга. – На упоминании Вадика я споткнулась, и в глазах Марины сверкнула та же мимолётная боль, что и в моих, но мы обе быстро взяли себя в руки. – А это Костя, мой молодой человек.
– Не слушайте её, она врёт, – сверкнул зубами тот. – После всего, что между нами было, можно считать, что мы с ней уже почти женаты.
Мы с подругой переглянулись и расхохотались. А когда на кухне раздался грохот и чьё-то сдавленное ругательство, улыбка резко скатилась с моего лица.
– Кого ты там прячешь? – как можно мягче поинтересовалась я.
Даже если Марина с кем-то встречается, я не стану её осуждать: она заслужила быть счастливой.
– Ради Бога, ты только не подумай ничего такого! – в панике отозвалась та. – Честное слово, ситуация совершенно странная, но мне действительно нужна сейчас кое-какая помощь, так что я не стала отказываться…
– Привет, Лер.
Мои глаза округлились, как блюдца, когда я услышала знакомый голос, а после разглядела Маришкиного гостя: перекинув через плечо вафельное полотенце, в коридор выглянул… Артём.
– Тёма? А ты здесь какими судьбами?
– Вы что, знакомы? – совершенно растерялась подруга.
– Бывает же, – вовсю улыбался за моей спиной Костя.
Ну, хоть кому-то весело.
– Ты ведь просила отца, чтобы кто-то помогал твоей подруге – я и помогаю.
– Ну, да, но я же не думала…
Марина была права: ситуации страннее я ещё не видела. Жена моего погибшего друга, мой несостоявшийся парень, помогающий ей, и мой нынешний парень, который по совместительству был моим несостоявшимся убийцей, собрались под одной крышей... Кому рассказать – обхохочутся. А потом всплакнут, наверное.
Так мы и стояли, переглядываясь, пока Костя не нарушил затянувшуюся тишину.
– Расслабься, Лер, всё в порядке. – Он перевёл взгляд на Артёма и протянул ему руку. – В порядке же?
Тот некоторое время разглядывал её, но после, словно что-то взвесив в своей голове и решив для себя, уверенно пожал в ответ.
– Да, порядок.
На кухню мы шли вшестером, потому что дети, несмотря на слегка напряжённую атмосферу, не хотели оставаться в стороне – благо размер кухни позволял вместить большое количество народа. Хотя компания серьёзных взрослых им быстро наскучила, и они сбежали обратно в гостиную, где лежали новые, привезённые Артёмом игрушки. Марина суетливо накрывала на стол, изредка нервно смеясь, когда шла за чем-либо не в ту сторону, а мне только и оставалось, что диву даваться, так как на подругу это совсем не похоже. Из них двоих именно Вадим всегда был вот таким рассеянным, Марина же наоборот всегда максимально собрана и редко отвлекалась, если была на чём-то сосредоточена.
Неужели ей так понравился Артём, что она готова вот так быстро отпустить мужа?
– Мариш, у тебя случилось что-то ещё? – осторожно поинтересовалась я.
Поставив на стол последнее блюдо, она устало плюхнулась на стул, но вместо неё почему-то ответил Артём.
– Пообещай, что не будешь смеяться. – Он упорно молчал и продолжил, лишь дождавшись моего кивка. – Помнишь, я рассказывал тебе про свою невесту, с которой у нас не сложилось?
О, боги, ему даже не нужно было продолжать говорить дальше, чтобы моя челюсть отвисла и грохнулась под ноги. Я переводила взгляд с такого неожиданно уязвимого Артёма на смущённую Марину и обратно, и могла только ртом хлопать. У Кости, похоже, в принципе по жизни с восприятием чего-либо было куда проще, потому что он снова насмешливо фыркнул.
– Я думаю, друг мой, судьба вам обоим второй шанс дала, так что постарайтесь его не профукать.
Кажется, Марина смутилась окончательно, а Тёма перевёл на Костика возмущённый взгляд – мол, я только от наёмных убийц советов не получал! – в то время как я стукнула этого прямолинейного кулаком в плечо, на что Костя наигранно сморщился, потирая ушибленную конечность. Артист хренов.
– То есть, ты сюда не только по просьбе генерала приехал? – уточнила я у Артёма.
– Ну, – замялся он. – На самом деле, я стал наведываться сюда почти сразу после того, как этот оптик со своими дружками тебя увезли, а мы крысу вычислили. Я только потом узнал, что твой погибший друг – муж моей бывшей невесты.
– И молчал, как партизан! – возмутилась я на его признание.
– Да как-то не до этого было. За тобой всё ещё охотились, я во всех своих парнях сомневался, пытаясь просчитать, мог ли быть предателем кто-то ещё – в общем, думать, а тем более разговаривать с кем-то о том, что я свою первую любовь встретил спустя столько лет, было немного не ко времени.
– А когда я тебе звонила, почему не поделился?
– Разве можно такое вываливать сходу, без подготовки? – нахмурился Тёма. – Марина всё равно собиралась тебя в гости звать, вот тогда мы и рассказали бы всё вместе.
Звучало разумно. Это просто я со своим вечным желанием знать всё наперёд постоянно ко всем лезла.
– Так вы собираетесь навёрстывать упущенное? – никак не мог угомониться Костя.
Я только грозно зыркнула на него, но парень и ухом не повёл.
– Мы стараемся не заглядывать так далеко, – подала, наконец, голос Марина. – Раз судьба нас снова свела – значит, это для чего-то нужно, так что мы решили пока просто плыть по течению.
Это тоже звучало разумно. Жаль, я сама чаще прислушивалась к чувствам, а не к мозгам – скольких проблем можно было бы избежать…
У Марины мы просидели почти до позднего вечера – пока я не почувствовала, что устала уже не только физически, но и эмоционально из-за перегруза большим количеством информации. Заметив мой кислый вид, Костя извинился перед хозяйкой и поволок меня в коридор одеваться, за что я ему была благодарна, а Марина всё то время, что мы натягивали свитера и завязывали шнурки, бессвязно извинялась за своё поведение. Она ведь была не в курсе, что за мной охотились боевики, и через что мне пришлось проходить эти несколько недель, но я на неё зла не держала, о чём и повторила раз 100500, пока за нашими спинами не захлопнулась дверь. Уже в сообщении она взяла с меня обещание, что наше общение больше не прервётся так надолго, и напомнила, что будет рада видеть в любое время не только меня, но и Костю тоже. Последний, кстати, улыбался Чеширским котом всю дорогу до дома, но на вопросы о причине отмалчивался, говоря, что скоро я всё узнаю. И хотя я не большой любитель тайн – мне, скорее, нравится их разгадывать, желательно, за короткий промежуток времени, – мне пришлось смириться с тем, что мой парень тот ещё любитель сюрпризов.
Главное, что он всё-таки рядом.
