Текст книги "Пенелопа направляется в Трою"
Автор книги: Ольга Тонина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 35 страниц)
И снова дежавю. Такое впечатление, что я где-то с этими людьми встречалась. Только где? Этого, которого зовут Андрей, и этого, которого зовут Майкл – я уже где-то видела. Равно как и две женщины с ними Лариса и Инга – где я их встречала? Или ... Или это от того, что я видела их во сне, который забыла, а теперь встретила наяву? Холеные, наглые, самодовольные и самоуверенные лица. Точнее рожи. Им еще осталось пальцы веером растопырить! Ведут себя так, как будто они здесь все купили. Слуги народа? Или еще круче? За ними стояли заплаканные Аня и Марина, за которыми в свою очередь толкались гогочущие мужики – человек десять двенадцать – видимо те, кому принадлежал пес. Насчет пса я не ошиблась – злобный, мохнатый то ли кавказец, то ли типа того – теленок 70-80 кг весом. Ессссно без намордника!
– Барышни! А в две дырки дадите? Сразу четверым? Гы-гы-гы!
– Арсений Павлович, они же Мехлиса любят – будут ему миньет делать! У них же от его вида уже течка началась! Гы-гы-гы!
Бандюки что ли? Нет, внешне не похожи, да и манеры... Что-то не стыкуется!
– Да меня не волнует, где ты билет брала! Мы брали целиком купе – так что это наши места! – это тот, которого звали Андрей, выселяемой девчонке
– Давай, давай, шалава! Выметайся! Нечего билеты с рук покупать! – это, которую звали Лариса.
– Я не с рук покупала. Я... , – пытается возразить девчонка!
– Ты че, сикуша не поняла? Хватай манатки и освобождай место! – это Инга.
– Инга, у меня есть идея получше, – как-то злорадно произнесла Лариса.
– Какая, Лар?
– Давай ее нашим ребятам для утех!
– Эту-то? Да она от первого раза подохнет!
Тут Инга, кстати говоря заблуждалась – наиболее выносливые в интимных делах именно такие, как эта девчонка – 150-155 см вес примерно сорок кг. Чем крупнее и полнее женщина – тем труднее ей выдерживать интимную физическую нагрузку.
В коридор я вышла очень даже зря – меня срисовали эти то ли бандюки, то ли хер знает кто, срисовали фигуру, лицо, и мне такое похотливое сканирование очень не понравилось. Заныривать обратно в купе было уже поздно – меня оценили, что сулило неприятности в дальнейшем – пьяные мужики обычно, как добавят, начинают шастать по поезду так сказать "по бабам". Почему я решила вмешаться? Уж слишком чем-то нехорошим стала попахивать ситуация – еще чуть-чуть поскандалят, и эту девчонку, которая робко пытается возразить, действительно заволокут в гогочущую кампанию хамов, изнасилуют, а потом ... ТАКИЕ могут запросто выкинуть ее из окна по ходу поезда – отморозки. Полные отморозки. Да и девчонок-проводниц жалко – сейчас их окончательно психологически растопчут, а дальше... они ведь в таком состоянии даже сопротивляться не смогут, или пытаться убежать! Впрочем, и нам с Сашкой, если по-правильному – нужно делать сейчас ноги – уж больно отмороженная кампания набилась в вагон. Но что потом? Если выскакивать на перрон – потом фиг билеты достанем, если удирать в соседние вагоны – еще не известно что там, да и... я ж себе места всю дорогу не найду – буду бегать и строить планы спасения Ани и Марины. Почему? Вот такая я вот сентиментальная – уже "прикипела" к девчонкам, которых вижу в первый и скорее всего в последний раз жизни. Поэтому я попробовала разгрузить ситуацию. Девчонка, которую выселяли... Уппс! Она не девчонка – ей лет тридцать с хвостиком, красавицей не назовешь, но симпатичная. Черноволосая. Очень черные глаза. Ну не важно – по комплекции она девчонка, хотя и старше меня (кстати, и ее я вроде где-то видела раньше...где?). Мелкая она по габаритам – если что, и проводницы не сумеют потом разрулить накладку с местами– сможем уместиться на одной нижней полке. Что-то кстати мне подсказывало, что именно так и произойдет – после такого наезда они неделю в себя приходить будут.
– Девушка, а давайте вы подсядете пока на мое место, а проводницы потом все уладят? – предложила я черноглазой.
– Спасибо! – с видимым облегчением согласилась та, и добавила, – Я маленькая, много места не займу. Наташа.
– Ольга.
Мда! Ни хрена они не уладят! Сломали их! Об колено суки сломали! Вот скоты же! Девчонок нужно коньком отпаивать, утешать и спать укладывать – глаза на мокром месте, внутри глаз страх, ужас, шок и неприкрытая обида. Детская обида!
Я открыла дверь купе и произнесла:
– Саш, Наташа пока у нас приютится. Там какая-то накладка с местами, потом я думаю, девчонки разберутся.
Сашка, клацая что-то на мобильнике, убрал ноги, с полки на пол, и взглянул на вошедшую:
– О! Наташ, привет!
Та как-то непонимающе глянула, а потом "щелк"! И улыбнулась:
– Привет Саша, извини, что сразу не узнала, у тебя очень хорошая жена!
– Не поняла? – это уже я, ибо я действительно не поняла.
– Мы раньше ... , – начал Сашка, – Северодвинский роман....
Тьфу, блин! Вот же! Помогла девушке! На свою голову! Счас у них этот роман вспыхнет нах по-новой, а я значит.... Да, она не красавица, но Северодвинск... Северодвинск, это город со странной аурой, где мужчинам сносит башку напрочь. А еще у этой Наташи странные черные глаза! Ну попала, так...
– Оля, вы плохого не думайте, – стала успокаивать черноглазая, – Сашка, очень добрый парень, он...помог мне в свое время.
Ну спасибо! Добрый блин! Что-то от этой доброты... Но я не взорвалась ответной репликой – взгляд у черноглазой был виноватый. Не совсем чтобы, но... Сто пудов, что она готова продолжить роман, но у нее есть совесть, и она не хочет подкладывать мне свинью. Я вздохнула и успокоилась:
– Ревнивая я...
– Я... – начала было Наташа, но дверь купе открылась и появились таки наши попутчики. Точнее попутчицы. Они встали в коридоре чуть в стороне, а двое из "бандюков" вошли в купе и стали загружать их вещи – две сумки на колесиках. К стоящим в коридоре женщинам они обращались исключительно по имени-отчеству – Елена Владимировна и Елизавета Антоновна. Пока я видела только их силуэты – неплохие силуэты – 175 см – бедра, грудь 94-96, талия 56-58, светловолосые. Блондинки значит. Парфюм. Какой-то странный – не сногшибающий, что-то такое-этакое, неприторное, незнакомое. Запах полыни, от волос Наташки, как-то сразу улетучился. И этот маленький факт меня очень сильно огорчил. Что удивительно, на запах полыни, я обратила внимание, только тогда, когда он стал улетучиваться под запахом духов. Я пыталась отсканировать этих "бандюков" чтобы понять – кто это такие. Но мало преуспела. Хотя. Или мне показалось, или... Русский у них какой-то неправильный, словно бы по Чехову-Толстому-Достоевскому учили. Или это говор какого-то региона России? Но для бандитов у этих слишком интеллектуальные лица. Военные? Милиция? Спецслужбы? Нет – не похожи они ни на одну из перечисленных категорий! И не слуги народа – похоже, что подчиняются и Андрею и иже из соседнего купе и этим двум дамам по имени-отчеству. Иностранцы? Эмиграция? Теплее. Русская мафия из Нью-Йорка? Сомнительно – та вроде сплошь из одних евреев состоит. Но кто тогда? Американский спецназ? Из потомков эмигрантов? Почему поездом? И какой идиот, их учил так себя в поезде вести? Оружия кстати ни при одном нет – при таком гардеробе – брюки, рубашки с коротким рукавом не спрячешь. Что-то я упустила! Что? Ага, выходят. Заходят дамы.
БЛ...ДЬ!!!! Да что ж нам не везет то так!!!!!! Сказать, что наши попутчицы мне сильно не понравились – это значит, ничего не сказать! Я бы с радостью согласилась, на то, чтобы Сашка в моем присутствии занимался безудержным трахом и с этой Наташей, и с Аней и Мариной, и при этом все они вчетвером дразнили бы меня до самого Севастополя, чем ехать с ЭТИМИ... гм...Как бы это точнее сказать...
Старшей, Елене Владимировне, было в районе тридцать с хвостиком, хотя выглядела она моложе, младшей, Елизавете Антоновне, около двадцати. Сестры? Может быть. Младшая – сильного отторжения не вызывала. Даже наоборот – хотя и держалась высокомерно, в глазах светилось вполне человеческое чувство – похоже, что эта Елизавета в первый раз в жизни ехала поездом – на все смотрела с жадным любопытством, щенячьим восторгом и широко раскрытыми и без того огромными глазами. А вот старшая... Может, схватить Наташку, бегом к проводницам, и ну его на Х...Й с этого поезда? Черт!!!! Перрон поплыл! Вот же дура! Умная мысля – приходит опосля!
– Выйдите в коридор, нам нужно переодеться! – категорическим ледяным приказным тоном заявила Елена Владимировна Сашке.
Ох, них..чего себе! А где, хотя бы "пожалуйста"? Сашка подхватил мобильник со стола и вышел. Вышел с невысказанной фразой – рот раскрыл, но передумал говорить. И мы с Наташей остались наедине с попутчицами. Черт! Все таки здорово, что я ее к нам позвала! Я бы с ЭТИМИ, точнее с ЭТОЙ, наедине побоялась бы оставаться и тоже бы вышла...И все таки, запах полыни стал пробиваться сквозь аромат странных духов ЭТИХ...
Глава 3
Самая точная и емкая характеристика человека, это та, которая характеризует его одним словом. Какую же характеристику можно было дать Елене Владимировне? Одета со вкусом. Даже слишком – ничего лишнего. Платье, выше колена, под ним полоска замысловатых стрингов, туфли на высоком каблуке. Ювелирные украшения – серьги, цепочка с кулоном, пара золотых нешироких колец на пальцах. Прическа, макияж, маникюр – все, слишком идеально и элегантно и просто! Этакая супер-топ-модель или даже «мисс Вселенная», если бы не наличие в глазах слишком большого интеллекта, самоуверенности и высокомерности. Жена олигарха? Те себя так тоже не ведут! Мисс олигархичка? Аналогично! Даже если она богаче Билла Гейтца, то не стала бы себя так вести! Как вести? Она просканировала нас с Наташкой взглядом. Как просканировала? Быстро, цепко, профессионально и ... как каких-то животных. Точно! Что-то знакомое шевельнулось у меня в душе, знакомое и заложенное на генетическом уровне. Я придумала ей характеристику! Такой взгляд навевает только одно – цветущий яблоневый сад, удобряемый пеплом, штангенциркуль, которым меряют... ЭСЭСОВКА! Ей, вместо ее платья военную форму с рунами связиста, и фуражку с орлом и свастикой! И опять это ощущение дежавю! Может, хватит? Видимо это все же вещий сон, который я почему-то не запомнила поутру.
Эта фашистка, словно раздела и облапила нас взглядом, я даже вздрогнула – Наташка кстати тоже. Причем облапила, не как какая-то лесбиянка, а как ... как рабынь перед продажей – грудь, бедра, низ, ягодицы – я даже колени сжала, чтобы не дать меня "потрогать" между ног. И эта тварь заметила мое движение и презрительно усмехнулась! Вот же гадство! Зачем она это делает? Или ее шестерки-"бандюки" уже проинформировали ее о "девочках для утех" – ведь и меня и Наташку уже срисовали в коридоре? Черт! Черт! А Наташке от ее взгляда, похоже что больше досталось – ее трясти начало – несильно, но... Она попыталась как-то забиться мне за спину. А ЭТА гадина, как-то презрительно усмехнулась одним краешком губ! Я, же инстинктивно левой рукой попыталась прикрыть Наташку – потому что нехорошо обижать маленьких! Она же почти девчонка, хоть и старше меня! Почему девчонка? Потому что я почувствовала это. В ней слишком много было от девчонки. ЭТА же...словно бы вычеркнула ее из жизни – если осмотр меня, ее вроде как удовлетворил, и я явственно увидела в ее глазах подсчет моей ресурсной стойкости в интимо-часах, то Наташку она словно бы поставила к стенке за полной ненадобностью. Черт! Черт! Сколько там часов до Тулы? Или уже все и песенка спета? Сашка? А что он? Его спишут в утиль первым – он специалист по умственной работе, а не по боевой системе Кадочникова! Или успеем свалить? Куда?
Может, удастся понять, кто эти люди? Найти какое-то уязвимое место? Ну, вдруг они боятся какого-нибудь "Сашу Белого" или налоговой инспекции? Мысли заметались и я начала запоздало сканировать попутчиц в ответ. Точнее одну попутчицу – ЭТУ, ибо вторая, Елизавета Антоновна, глядела в рот первой, и во всем пыталась ей подражать. Есть! Есть нестыковка! Одежда! Шмотки на попутчицах были даже не с бутика – тут похоже что вообще штучная работа. Это платье на Елене – оно как бы не дороже автомобиля среднего класса стоит! И туфли – тут слишком фирмовая фирма. И что? А то, что в ТАКОЙ одежде в купейном вагоне никто не ездит! В худшем случае – СВ -вагон, но и то будет нелепо смотреться. Такая одежда для самолета, причем даже не для бизнес класса, а для персонального, размером с пассажирский "Боинг". Кстати шестерки-"бандюки" – они тоже дороговато были одеты, конечно не так дорога как ЭТА, но явно из бутика, причем настоящего. Что за нах? Иностранцы? Перепутали дополнительный российский поезд с американским экспрессом? Украшения. Неброские, но... на ее кулончик можно тот самый персональный "Боинг" нанять!
Обе попутчицы стянули с себя платье, и остались в стрингах. Платья они повесили, на специальные вешалки, снабженные полиэтиленовыми чехлами с молниями. Обстоятельные! Мда! Это я про стринги! Аж жаба задавила! Охренеть! Но цена! Задний металлический треугольничек – из платины, с настоящими брюликами по нескольку карат каждый. Однако ж смотрятся так, что в первую очередь подчеркивают красоту тела, а умопомрачительная стоимость как-то и не бросается в глаза. Интересно... Ан-нет! Стали снимать стринги, и ЭТА достала хлопчатобумажные трусики классического фасона. Хм... Солярий или загорают нагишом? Впрочем при таких стрингах, вряд ли возятся с солярием – наверняка вечерком на какие-нибудь Мальдивы летают.
БЛ...ДЬ! А вот это уже самое натуральное свинство! ЭТА, не стала одевать трусики, а извлекла из пакета с постельным бельем простынь и села на нее в весьма неприличной позе, раздвинув ноги и демонстрируя свои прелести и аккуратно гладко выбритый лобок. Ессссно у не там все было идеально, даже слишком, но... ЭТА СУКА – другого слова и не подберешь, достала из сумочки маникюрный набор и зеркальце, в которое стала что-то рассматривать вокруг своего ануса:
– Лиза! Выдерни пожалуйста мне там два волоска!
ТЬФУ БЛ...ДЬ! Совсем что ли ОХ...ЕЛА! Может ты сейчас и пальчиками у себя в ж...пе начнешь ковыряться? Или использованные прокладки по купе раскладывать? Ваааще-то есть интимные вещи, которыми при посторонних не принято заниматься! Ах, да, мы же для тебя – нелюди, унтерменши! Поэтому ты и не считаешь зазорным просить свою подругу, повыдергивать из твоей холеной задницы волоски!
– Елена Владимировна! А вы мне не посмотрите? – прощебетала Елизавета.
Ну что ты будешь делать! Кино и немцы мля! Немцы и ...БЛ...ДЬ, точно ЭССЭСОВКА!
– Будет немножко больно Лиза...
– Хорошо Елена Владимировна...
Ну и гадство! Хорошо хоть Наташка успокоилась – дрожать перестала. А это еще что за???? У самой двери купе раздался лай, аж взахлеб. Черт! Сашку что ли собаками травят? Нет, вроде прекратился! Ну если...А что если? Что я сделаю? Да ни хрена не сделаю! Вот же гадство! А ЭТА – повыщипывав волоски подруге (или сестре) на холеной арийской ж...пе, минут пять вертелась перед зеркалом, по типу "свет мой зеркало скажи, я ль на свете...". Давила значит нас с Наташкой своей недосягаемой и недостижимой идеальностью холеного тела. Сука! Потом ее подружка тоже стала елозить:
– Елена Владимировна а у меня... Елена Владимировна а у меня...
А та ей, типа и там у тебя нормально Лизонька, и там все идеально, и там....
Потом, напялили таки трусики, шорты и топики. Ессссно и шорты и топики – не черкизовские, как у нас с Наташкой – опять какая-то ручная работа. Уффф!!! Все их переодевание заняло минут пятнадцать.
– Можете сказать своему мужу, чтобы зашел, – бросила мне ЭТА.
На слове мужу – она поставила очень презрительную интонацию. В чем-то она была права – по ее фашистским канонам, Сашку пустили бы в расход наверное еще раньше Наташки – худой, страшненький, даже слишком худой – кажется дунет ветер и он рассыплется. Я не стала спорить с ЭТОЙ по поводу ее фразы. Встала, шагнула к двери, и в испуге отлетела обратно от щелкнувших перед самым лицом клыков, и больно ударилась задницей о край стола. БЛ...ДЬ!!!!! Они что этого пса перед нашей дверью привязали? ЭТА презрительно и высокомерно усмехнулась. Великосветски – краешком губ, и малоразличимым движением глаз. Псина же захлебывалась от злобного глухого лая, примерно на метр, торча в нашем купе – дальше не пускал один из "бандюков" держа оную за ошейник. Прелестно, мля! Это что же мне теперь – до Севастополя сидя на столе ехать, или на верхней полке? И где бл...дь, Сашка? Что они с ним сделали? Или уже ВСЕ???? Меня начало колотить от страха.
– Сергей Порфирьевич! – с язвительной и торжествующей лаской в голосе сладко произнесла Елена Владимировна, – Уймите Мехлиса, а то он барышень чего доброго покусает!
– Будет сделано Елена Владимировна! Это его один идиот шпак так разозлил – стал м..дак руками махать, когда Мехлис его на пол стал валить.
У меня от услышанного выключился свет, и я стуча позвонками по краю стола поехала вниз... САШКА!!!!! Я наверное звезданулось бы головой о стол, если бы не Наташа, которая успела меня подхватить, и рывком приподняв мое беспомощное тело, усадить на сидение поближе к окну. Мозг выключался с каким-то тоскливым воем, как электродвигатель, на который перестали подавать электричество. Нужно было... Нужно...Я отчаянно пыталась за что-нибудь зацепиться, но все как-то ускользало. Торжествующий взгляд этой эссэсовки, недоуменно-глупый взгляд ее подруги или младшей сестры, плотоядно раздевающий взгляд этого Порфирьевича, который казалось уже сдирал с меня шорты, я пыталась судорожно сжать ноги, но они меня не слушались, а из горла стал вырываться какой-то то ли рев, то ли плач, то ли вой:
– Ы-Ы-Ы...
Ай! Бл...дь! Больно то как! Что это??? Черт! Это Наташка меня кольнула чем-то! Чем? В руке у нее была сережка-гвоздик. Зачем кольнула? Зачем???? Ведь сейчас эти...Лучше уж, в полной отключке быть!
– Сиди, я сейчас за нашатырем...
Каким нашатырем? Каким???? На что не понимает, что сейчас будет???? Она что дура???? Черт, или она удрать хочет, бросив меня здесь????? А тут эта псина повернула голову влево в сторону туалета и зашлась злобным бешенным лаем!
– Ну ты, мудень! Тебе ж сказали, не ходи здесь! – заржал Сергей Порфирьевич.
– Пусть ваш муж погуляет, – как-то нехорошо произнесла Елена Владимировна, косясь со своего места на объект лая.
Сашка? Господи! Значит, еще жив! Господи! Но для чего все это? БЛ...ДЬ! Я ни х...я не понимаю, зачем такие сложности? Для чего Сашку травить псом? Или... или это кто-то из моей части скрысятничал о командировке и вот он результат? Но так ведь не бывает! Зачем нагонять такую уйму народу? Хватило бы пары-тройки человек – Сашку в расход – меня под пытки тем или иным способом! Или нам просто не повезло и мы оказались не в нужное время и не в нужном месте? Похоже, что хлопнула дверь. Черт! Ушел???? Бросил нас здесь с Наташкой???? Сволочь!!!!! Меня опять начало трясти от страха. Наташка клещами сжала мне руку и поймала мой взгляд. Я удивилась ее огромным расширенным черным зрачкам, словно бы гипнотизирую... Стало отпускать...
И вместе с исчезновением дрожи, стал мучить вопрос – когда? Когда эти сволочи возьмутся за нас? И что я могу им противопоставить? Что? Если только... Хотя нет – уж больно холеная эта Елена Владимировна – наверняка часами шлифует свои обводы в спортивном зале, и приставить ей перочинный ножик к горлу... Да и ножик то у Сашки в шортах! Однако все пока затихло. Надолго ли? Честно говоря, я потеряла ориентацию во времени и пребывала в какой-то прострации, или на грани ее – провалиться не давала Наташка, которая постоянно меня теребила. Сколько мы так едем? Бл...дь! Там кажется Аня и Марина кричат! Господи!!! А что я могу сейчас? Я же... Меня саму ноги не держат – подкашиваются! Нет, вроде пока их не достали! Дверь ломают?
А это еще что? Мимо открытой двери купе прошла Лариса. Абсолютно голая и красная с полотенцем и мыльницей. Господи, да они что там со всем с ума посходили? Ага – возмущенные крики из соседних купе – что за бесстыдство, тут же дети! Хамство в ответ – а ну занырнули в свои норы! И этот – Сергей Порфирьевич с псом туда направился. Точно – загоняет вовнутрь! А девчонок кажется, еще не извлекли из купе – кричат, зовут на помощь! В нос ударило запахом разведенного спирта.
– Господа офицеры! ....Виват! Виват!
Какие на х...й господа офицеры? Оборзевшие беспредельщики! Амеры? Точно амеры! Какие-нибудь отморозки из числа эмигрантов! Но ведь не стыкуется! Почему поездом? Оружие? В самолете оружие сейчас ведь не провезешь! Но очему через Россию? Или это какая-то провокация? Впрочем мне-то что с этого? Телефон! Телефон мля! Дура! И что? Кому я позвоню? Здравствуйте дяди млиционеры, звонит вам Оля из поезда номер... – и тут мне ЭТА нож к горлу или этого с псом кликнет... Черт!
К запаху спирта добавились запахи "копченой" курицы, копченой колбасы, копченой же рыбы, свежих огурцов и ... сигаретный дым! Ну песец! Осталось еще только сгореть в этом вагоне от пьяных м..даков! Хотя... Лучше уж сгореть! Стоп!!!! Черт, это мысль! Если по телефону ЭТА сучка звонить не даст, то... А что я могу поджечь? Мы ж спиртного с Сашкой не брали!
– Ямщик не гони лошадей.... – пел кто-то из этих "амеров" пьяным, но хорошо поставленным баритоном
– Господа офицеры!.... Виват! Виват! Виват!...
Я тоскливо и тупо глядела в окно на проносившийся пейзаж. Окно! Окно открывается! Черт! Но, чтобы успеть открыть, нужно, чтобы была закрыта дверь в купе. Закрыта на защелку. Одна отвлекает чем-то ЭТИХ... Чем? Что-то на них швырнуть! Одеяло и простыни? И навалиться сверху, пока вторая... Наташка слишком легкая – ее быстро сбросят, я? Но она легкая – окно может и не открыть! Господи! На то, что при таком покидании поезда шансов уцелеть не было, мне было как-то по барабану... Тула? Черт! В Туле есть шанс! Если мы до этой самой Тулы...
Мимо прошла пьяная покачивающаяся Лариса. Прошла враскоряку, вытирая себе полотенцем на ходу лобок и задницу. Следом направилась Инга в том же неглиже. Мда... Сейчас с ними закончат а потом.... Или нас по отдельной программе? Аня и Марина – кажется еще визжат и ревут. Стуки в дверь и какой-то пьяный гогот. И сколько все это будет продолжаться? Сколько???? А ЭТА? ЭТА похоже, что наслаждается моим животным страхом и ужасом от предстоящего. Елизавета? Смотрит с любопытством и каким-то презрением. Сколько сейчас времени? Сколько до Тулы?
– А ну заткнись дура! И муженька своего уйми! Под себя ходите! – это этот Порфирьевич, кому-то в купе, расположенных между нашим и туалетом. Детский плач. Бешенный злобный лай пса. Чей-то крик. Всхлип!
– Коля! Коленька! Что ж вы делаете сволочи!
Инга проковыляла мимо нашего купе, массируя руками, свою слишком большую, но вроде натуральную грудь – как бы не все 120 см!
– Слышь ты старуха! Можешь идти гадить! И уйми своего детеныша – пса нервирует!
БЛ...ДЬ! Сожгу вагон к е..ням собачьим! Сожгу! Дайте чем! Черт! Опять он со своим псом к нам приковылял. Долго думаешь Оля! Мозги включи! Чтоб если снова отойдет с псом в сторону – успеть задуманное. Что у меня есть в багаже горючего? Лак для ногтей, духи. Все. Дезодорантами не пользуюсь – мыться нужно чаще! Лаком для волос – тоже. Духи и лак в слишком толстостенных флакончиках с маленькими выходными отверстиями – быстро не разобьешь и быстро не выльешь.
– Тебе ж сука сказали – иди погуляй! – рассвирепел Сергей Порфирьевич , а злобный мохнатый Мехлис зашелся в злобном лае.
Кому это он? Сашка вернулся?
– Ты что не понял бл...дь!
И этот Порфирьевич отпустил ошейник и рвущегося Мехлиса... Господи!!!! ....Лай внезапно прервался жалобным скулежом, переходящим в визг, а в купе мимо изумленного Порфирьевича, влетел перекособоченный Сашка. В нос ударило жутким запахом спиртного. Сашка влетел в купе как-то неуверенно, еле держась на ногах – ударился плечом в верхнюю полку наших соседок, неуклюже развернулся, нагнулся и рванул дверь, затем выпрямился и отщелкнул фиксатор. Видок у него был кошмарный – рубашки не было, правая рука замотана чем-то светлым, и на этом светлом и .... мокром (????) проступали пятна крови. Цвет лица у Сашки – неестественно белый с зеленоватым отливом.
Он начал как-то сползать вниз – похоже, что этот марш-бросок истощил все его силы – Наташка успела его подхватить, а я смогла подвинуться и помогла ей разместить Сашку возле окна. Пока мы возились с ним, ЭТА с деланным омерзением и отвращением на лице, поднялась и открыла дверь купе. Черт!
А запах спиртного действительно был жуткий. Я было подумала, что бросивший пить несколько лет назад Сашка, решил надраться для храбрости, но потом поняла, что этот спиртовой фон создавала его рубашка, намотанная на правую руку, в левой же руке он стискивал зажигалку. Китайскую с "противоветренной" сеточкой и "турбонаддувом". Ясненько – хотел использовать как факел. Видимо, чтобы отпугнуть пса, если тот его завалит, подставив Мехлису повторно правую руку. Чирк и.... Это если бы успел. Черт! А чем же он его тогда шуганул? И шуганул нехило! Пес по-прежнему скулил, и пытался лапами сбросить что-то со своего носа. Господи, но какая же жуткая вонь от этой рубашки! Он что ее самогоном, что ли пропитал?
И самое главное – что теперь нам делать? Я переживала, думала, что Сашка струсил, но он вернулся – правда толку от него никакого. Скорее наоборот – лучше бы он не возвращался в наше купе! Ведь если нам повезет, и мы доедем до Тулы в своем купе, то... Даже если мы с Наташкой справимся с ЭТИМИ сучками и нейтрализуем их на время. Что дальше? Одна из нас имеет шансы выскочить из вагона через окно и позвать на помощь. В лучшем случае – мы сможем выскочить обе. Здорово? Ага, но... теперь остается Сашка. Блин! Ну на х...я он вернулся! Попробуем еще раз и спокойно. Наташка, если поймет конечно, закрывает на блокиратор дверь купе. Я ... Я должна вырубить эту Елену чем-то тяжелым. Остается Лизавета. Вдвоем на нее. Потом окно. Открываем. Потом Наташка, а я пытаюсь работать на добивание. Пока я бью ЭТИХ – Сашка должен перебраться и тушкой упасть вниз на перрон, следом я. Шансы в теории есть. Хотя и очень мизерные, ибо зависят от того, помет Наташка мой замысел или нет, а также от моего первого удара. Чем огреть эту Елену? Сколько может держать защелка двери? Пес. Вроде успокоился, хотя как-то нехорошо смотрит на Наташку. БЛ...ДЬ! Она же в два раза меньше его по массе! Суки!
«Потому, потому, что мы пилоты...» – затренькал мой мобильник. СМСка. От кого?
Сашка. "В Туле зажгу вагон". Хм... Рука-факел????? Черт! Сколько же до этой Тулы? Успеем доехать? Или не успеем?
Не успели!
В проеме купе показалась пьяная и наглая рожа одного из амеров("бандюков"???):
-Елена Владимировна, Вы не возражаете, если мы пригласим Вашу, – его взгляд уперся в меня и начал снимать с меня одежду, – Соседку к нам в гости?
– Я думаю, Николай Карлович,... – ЭТА как-то нехорошо улыбнулась, снова облапив меня взглядом, словно перепроверяя – не упустила ли чего-нибудь,– Я думаю она будет рада такому приглашению. Только вначале уберите из купе ее мужа-алкоголика – уже дышать нечем от его амбре!
– Сей момент, Елена Владимировна! – хищно улыбнулся Николай Карлович, и мне стало ясно, что Сашку сейчас уберут не только из купе, но и из жизни.
Я попыталась встать, чтобы хоть как-то перекрыть этому уроду дорогу, и по дрожащим ногам поняла, что все мое планирование по спасению через окно – блеф – сил не хватит после пережитой нервной встряски. Пес по прежнему смотрел на Наташку, которая что-то беззвучно шептала, Николай Карлович начал движение в купе.
"GAME OVER"? В смысле песец?...
Глава 4.
– Взять! – требовательно, но тихо прозвучал вдруг голос Наташки.
Чего взять? ОХ МАТЬ!!!! Злобный пес взвившись в прыжке, припечатал полувошедшего Николая Карловича так, что тот приложился виском о металлическую планку окантовки дверного проема, и обмякшей тушкой упал на ковер.
-Мехлис ФУ! Мехлис взять! – палец Наташки уткнулся в Сергея Юрьевича, стоявшего, как бы это помягче выразиться – с ох...вшим выражением лица.
– Мехлис держать! – скомандовала Наташка, когда упомянутый Юрьевич, оказался на полу, а клыки пса стали стискивать его горло. В коридоре послышались удивленные возгласы, мат, топот ног, которые, впрочем замерли метров за пять-шесть до нашего купе.
– Эй в коридоре! Стойте где стоите, иначе пес вырвет горло вашему пидору, а потом начнет рвать остальных – крикнула Наташка, – Пусть подойдет кто-то один и заберет вашего Карловича!
– Мехлис ко мне! Мехлис фу! Мехлис фу! Бл...дь! Совсем еб...нулся пес! – это из коридора.
– Я кажется сказала! – крикнула Наташка, – Подойти одному и забрать этого Николая Карловича.
Шли долго. За это время я успела рассмотреть ЭТИХ. Младшая Елизавета таращилась на Наташку с детским изумлением и восторгом. ЭТА – с испугом – попыталась забиться дальше в угол купе, сжалась вся как-то, ноги забросила на полку.
Наконец подошел какой-то тип из "этих" и боязливо, косясь на Мехлиса и лежащего Сергея Юрьевича, вытащил Николя Карловича из купе. С последним судя по всему дело было достаточно плохо – либо черепно-мозговая, либо пушной зверек. Сергей Юрьевич же, начал сучить ножками и менять цвет лица на какой-то бело-синий.
– Выйдем в Туле, – резко и тихо бросила Наташка, – Мехлис впереди, я тащу багаж, ты Сашку – пойдем через дверь! Мехлис стеречь! – пес отпустил горло лежащего на полу, и отполз чуть-чуть в сторону.
– Ну ты, вставай и вали к своим ублюдкам! – крикнула Наташка Сергею Юрьевичу. Тот встать не мог, и раскачиваясь из стороны в сторону поковылял на четвереньках в сторону своих.
Что дальше? Когда эта чертова Тула? Ведь план Наташки может сработать, только если Тула очень скоро. Если же нет, – то эти сволочи опомнятся и найдут способ нейтрализовать пса. Не поверю, чтобы у таких уродов, хотя бы в багаже не было оружия! Блин, да когда же эта чертова Тула!
– Вашему мужу нужна противостолбнячная сыворотка, иначе он умрет, – как орудийный залп прогремела сказанная ледяным тоном фраза Елены Владимировны. Торгуешься сука? Черт, а ведь Сашка то действительно плох – чуть живее того Николая Карловича – побелел весь! Что делать? Ведь если... ЭТА же наверняка потребует баш на баш – а как только выйдет из купе, тут ее охранники нас и ...
– Не нужна ему сыворотка, пес чистый, – с ответной ненавистью зашипела Наташка, – Просто ему больно.
