Текст книги "Ценнее власти (СИ)"
Автор книги: Ольга Арунд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Глава 11
Пить. Полжизни за стакан воды!
Открыв глаза, я с хрипом сажусь и долго откашливаюсь, чувствуя, как горит горло и лёгкие. Губ касается прохладный бок бокала, и я пью, забыв обо всём. Почти обо всём, потому что стоит мозгу осознать металлический и очень характерный привкус во рту, как всё содержимое желудка просится наружу. И, свесившись с края кровати, я, полностью с ним солидарная, освобождаю организм от лишней дряни.
А чужая кровь однозначно лишняя дрянь.
– Точно знает, говорите? – ехидный голос Мара я узнала бы и из-за грани. Кровать рядом со мной прогибается под чужим весом, а у губ снова бокал, но в этот раз я категорически против. – Это вода, Оль.
Вода? До сих пор Мар мне не врал и, всё ещё чувствуя позывы из-за мерзкого привкуса во рту, я делаю первый глоток. И осушаю бокал, поняв, что действительно вода.
– Этого не может быть, – уверенный голос привлекает внимание и я, наконец, осознаю себя в реальности.
В реальности чужой компании и чужой спальни. Потому что эта кровать в два раза больше той, что стояла в нашей спальне, балдахин в два раза шикарнее, а обстановка пафоснее. И всё такое чёрно-красное, что воротит, особенно, после недавнего питья.
А вот хозяин голоса очень даже привлекает, за этот очень длинный вечер я его ещё не видела. Высокий и светлокожий, с тёмными волосами, изящный и очень аристократичный мужчина встречает меня странным взглядом. Как будто он вдруг увидел то, чего увидеть не ожидал, в этой жизни так точно. А то, что жизнь конкретно этого вампира была очень длинной, сомневаться не приходилось.
Не тогда, когда на его шее висела средневековая цепь с орденом в виде креста, напоминающего древнеегипетский анкх.
– Не может, но есть, – мстительно замечает Мар, чьи руки я чувствую на своих плечах. – Надеюсь, вопрос с размещением в этой спальне можно считать решённым?
Он и с вампирским князем успел поцапаться?
Не обращая внимания на слабость и головокружение, я поднимаю взгляд и сталкиваюсь со светящимся даже при ярком свете ламп зрачком. Вот только выглядит Марек не очень – больной взгляд, бьющаяся на шее жилка, расширенные зрачки. Что у них тут произошло за время моего отсутствия?
– Это нецелесообразно, – ровно отзывается действительно красивый по человеческим меркам вампир. – Реакция необычная, и в любой момент слэчно может обратиться.
Обратиться?
– Какого чёрта здесь происходит?
***
– Ты умерла.
Смысл медлить, если проблем хватает и без этого. Ян в дальнем углу комнаты хмыкает, и Оля переводит на него тяжёлый взгляд. Действительно тяжёлый, а красный светящийся зрачок только добавляет антуража.
– Серьёзно? – издевательски поднимает она бровь и с его помощью садится на край кровати. За это время вышколенные слуги уже прибрали результат вампирской ошибки. – Это ты мне будешь рассказывать про мою же смерть?
– Оль…
– Вы умерли, – бесстрастно повторяет проклятый Бенеш. – Случившийся взрыв повредил жизненно важные органы, в числе которых были лёгкие, сердце и мозг.
– Тогда почему я здесь, а не в картёжном салоне?
– Где?
– Неважно.
Опираясь на его ладонь, Оля встаёт с постели под пристальным взглядом вампира. Встаёт, выдыхает и вырывает ладонь из его руки. Зверь скребёт и скулит, требуя поставить метку вот прямо сейчас, но Марек лишь стоит рядом и смотрит на рассыпанные по спине светлые пряди.
– Присядем? – Бенеш жестом указывает на выход из спальни. – И я всё вам объясню.
Мгновение заминки, после которого Оля оглядывается на него с вопросом во взгляде. И получает всё и разом – довольство зверя, его кивок и безграничную поддержку во всех своих финтах. Теперь точно безграничную. Настолько, что вместо поисков убийцы брата, он подходит, берёт её за руку и идёт разбираться с князем вампиров.
– Вы умерли, – сев в кресло и закинув ногу на ногу, повторяет тот. Они с Олей садятся в соседние кресла, а Ян остаётся подпирать стену около входа. – Люди не живут с такими травмами, но вы не совсем человек.
– Я ясновидящая. – Оля кривится, наблюдая как Бенеш залпом осушает рюмку с тягучей красной жидкостью, и Марек не торопится сообщать ей, что там сок.
– Вы человек, – вдруг улыбается Бенеш тепло и мягко, словно ребёнку. – Были им, пока не умерли. К счастью, стоило вашему сердцу остановиться, как власть над телом перехватили гены, которые достались вам от…
– Назовёте это имя, и я за себя не ручаюсь, – бесстрастно предупреждает она и берёт бокал с водой, который только что поставили его слуги. Хмыкнув, к своему с кофе Марек даже не притрагивается.
– Которые достались вам от одного из наших князей, – не впечатляется Бенеш угрозой, хотя на его месте Марек бы задумался. – Они начали изменять ваше тело и разум, превращая в вампира. Настоящего вампира, – весомо добавляет он.
– Тогда почему ваш фокус с кровью не сработал? Резус не подошёл?
Олю не исправит даже смерть, и Ян тоже это понимает – из его угла слышится весёлый хмык.
– Этого мы не знаем, – во взгляде Бенеша всё больше интереса, и Мареку всё меньше хочется продолжать беседу. – Поэтому целесообразнее вам будет остаться здесь, там, где вам смогут помочь. Рядом со мной.
Придушу гада. Вот прямо сейчас встану и…
– Целесообразнее мне быть там, где я смогу хотя бы переодеться, – положив ладонь на моё запястье, фыркает Оля и поднимается. – Всего хорошего.
– Вы не понимаете.
Мгновение, и Бенеш стоит перед Олей. Ещё одно, и их разделяет его весомая и очень злая фигура. И вампирский телохранители рыпаются было в нашу сторону, но поднятая рука князя их останавливает.
– Слэчно Щенкевич… Ольга. – И подправить бы прикус одному конкретному вампирюге, но у нас же долбанная политика. Которая, в принципе, и так не особо складывается. – Ваш зов я ощутил бы и на другом конце мира. Возможно, мы с вами последние представители высшей знати и игнорировать это всё равно, что отказываться от родной крови.
– Есть кровь, от которой и отказаться не грех, – криво усмехается она, а Марек только сейчас замечает за своим плечом Яна.
Который тоже усмехается, потому что вспомнили они явно об одном – о маньяке Тадеаше.
– И всё же, – бросив взгляд на него, вампир протягивает Оле визитку, – если вдруг вы почувствуете себя странно или просто захотите поговорить…
– Я запомню.
Забрав визитку, Оля бесстрастно рассматривает её со всех сторон, засовывает в карман джинс и резким шагом идёт на выход.
Глава 12
Не знаю в какой момент теряется Ян, но в разгромленную спальню мы входим вдвоём. Проёма в ванную, как и части стены, больше не существует, ванна расколота пополам, а вся светлая плитка залита моей кровью.
– Кто это сделал?
Я как чувствовала, когда собиралась не на вечер, а на неделю.
Достать из шкафа сумку, вытащить футболку, стянуть пропитанную кровью кофту и не обращать на то, как трясутся руки.
– Прости, это моя вина.
Мар подходит сзади, заключает в кольцо рук, прижимает к себе. Вот только ни разу не вовремя.
– Теперь и в туалет будешь со мной ходить? Раз уж это твоя вина. – Зря, ой, зря он сейчас меня трогает. – А кто будет искать убийцу Влада? Или думаешь, я в восторге от вашей «Волчьей тени»?
– А я в восторге от того, что тебя облизывает чёртов вампир? – Мар резко разворачивает меня лицом к себе.
Глаза светятся, по лицу гуляют желваки, а по рукам вены.
– Делает что?
Нет, князь, конечно, мужчина красивый, но не до такой степени.
– Он ворвался сюда почти сразу после взрыва. – Мар отпускает мои плечи, отходит к окну и засовывает руки в карманы. – Выбил остатки двери и рванул к тебе. Сказал, что тебя можно спасти. Что он сможет тебя спасти, вот только способ… – Хмыкнув, он качает головой. – В любом случае главное, что ты жива.
– И что там со способом? – Злость схлынула, словно и не было. – Мар.
– Тебе не хватало вампирских генов, Бенеш помог.
Вот так просто взял и помог? Бескорыстно? И, главное, как у него это получилось?
– Только не говори, что он меня укусил.
Расширяться больше глазам, кажется, уже некуда. Меня, наполовину вампира, дообратили в вампира? Да что за жесть творится в этом замке!
– И облизал? – От вопроса Мар кривится и снова отворачивается к окну. – Ты знаешь, я не отстану.
Подойдя к нему, я тянусь, чтобы положить ладони на широкие плечи – без каблуков он выше меня почти на голову. Лёгкими движениями массирую напряжённую шею, которая от этого напрягается ещё больше. Спускаюсь к предплечьям, прижимаюсь щекой и грудью, всё ещё в одном белье, к его спине. Шумно вдыхаю.
– Я должна знать.
Думать головой тоже иногда должна, потому что в следующий миг оказываюсь зажатой между ним и широким подоконником.
– Что знать? – прорывается с рыком. – Что укусы этого залечиваются его же слюной? Что этих укусов был не один десяток? Что ты не умерла только по случайности?
Меня окунает в ярость, замешанную на отчаянии – горячую, обжигающую все мои рецепторы. В горле разом пересыхает и я понимаю, что вот сейчас не отказалась бы от того кровяного стаканчика. Хотя у меня ведь есть вариант поинтереснее.
– Обернись, – поддавшись вперёд, выдыхаю я. И с трудом сдерживаюсь, чтобы не повторить свой фокус с укусом, как тогда в подвалах.
Мар будто на стену натыкается. Смотрит на меня неверяще, изучает моё лицо и только после этого с силой отталкивается руками от подоконника.
– Мар.
Желание увидеть его волком становится нестерпимым и с мягкой, тягучей грацией, которой в жизни за собой не знала, я делаю шаг к нему. К тому, кто совсем по-собачьи трясёт головой, бросает на меня ещё один шальной взгляд и нагло сбегает, громко хлопая дверью.
– Слэчно Щенкевич? Ольга? Вы одеты?
Да кому какая разница, если я в полном неадеквате. И развлекаюсь тем, что гадаю, кто есть кто в парке, с изнанки мира выглядевшим как безумный сверкающий клубок нитей.
– Ольга? – Голос Бенеша ближе, но реагировать не хочется. Апатия как она есть во всей своей красе. – С вами всё нормально?
– После того, как вы меня облизали, уже не уверена.
Находится самое яркое, прыгающее и безумное скопление нитей. Хм, сюда и детей приводят? Для чего?
– Вас никто не облизывал, – даже спиной я ощущаю его вселенский укор. – Слюна вампира имеет заживляющий эффект, чтобы раны на телах жертв затягивались и не давали повода для лишних слухов. Я не был уверен в том, как ваше тело отреагирует на укусы, поэтому подстраховался.
– Зачем вы пришли сейчас? – Я оборачиваюсь и почти утыкаюсь носом в рубашку с двумя расстёгнутыми пуговицами. Естественно, чёрную. Поднимаю взгляд выше и сталкиваюсь с тёмными глазами. Именно сталкиваюсь, чувствуя, как князь пытается на меня влиять. Его воля ощущается волной, тёплой и ласковой, но от этого не менее раздражающей. – Гипнотизируете?
– Проверяю ваше самочувствие. – Он отступает на шаг и становится почти похож на человека. – Какое-то время после укуса я могу контролировать ваши реакции.
– И какое?
Может я из-за него такая заторможенная? Ага, как же. И Марек, сбежавший после неадекватной просьбы тут совсем ни при чём.
– Часов десять, не больше. – Бенеш улыбается и достаёт из кармана небольшую термокружку. – Это вам.
– Кровь? – Хуже всего, что сейчас она не вызывает такого отвращения, как пару часов назад.
И всё это печально настолько, что жизнь ощущается сплошным непрекращающимся кошмаром.
– Вино. С несколькими каплями крови, – добавляет он под моим ироничным взглядом.
– Зачем я вам, князь? – Я не пробыла в «Волчьей тени» и двенадцати часов, а от обилия событий уже тошно.
– Тебе.
Ну, конечно. Странно выкать тому, у кого в ауре столько неприкрытого интереса к одной скромной ясновидящей.
– У меня нет ни сил, ни времени, ни желания играть в ваши клановые игры. У меня есть другие, гораздо более интересные занятия, так ответь, зачем я тебе?
– Уже очень давно я не встречал никого, похожего на тебя. Никого, кто был бы достоин княжеской крови. Никого…
– Ой, всё. – Глаза закатываются сами собой, а желание торчать в этой комнате одной пропадает как вид. – Надумаешь ответить честно и без всего вот этого, ты знаешь, где меня найти.
Обойдя застывшего вампирского князя, я резким шагом выхожу из спальни.
***
Ноги сами приносят его туда, где всегда тихо, спокойно и уютно. Где волков, независимо от пола, возраста и чина поили, кормили и согревали. Туда, куда ноги привели и Стасю.
– Поделишься?
Она сидит в самом дальнем углу кухни на высоком барном стуле. Сидит, повесив голову и запустив руки в длинные кудрявые волосы. И молча придвигает ему огромную и круглую деревянную тарелку с сырами, мясом и хлебом.
– Как ты? – Марек без всякого удовольствия вгрызается в кусок белого, только испечённого хлеба.
– А ты? – горько усмехается она.
Он? Зверь внутри в форменном коматозе, а сам Марек хочет перекинуться, забыть обо всём и унестись на самый край мира.
– Почему ты здесь? – вместо ответа он тянется к её кружке и делает большой глоток молока.
– А ты? – повторяется Стася. – Здесь можно отвлечься, – кивает она после паузы на суетящихся поваров, – а в комнате хочется повеситься. Только представлю, что какая-то тварь тронула мою семью… – Стася со стоном трёт лицо. Ожесточённо, словно пытаясь проснуться от кошмара. – Это же жесть какая-то! Просто взять и убить Влада. Зачем? Почему? Как наглости хватило поднять руку на наследника Главы?
– Значит, кому-то было очень надо. – Взгляд упирается в сцепленные в замок пальцы.
– Кому, Мар? – Стася резко поворачивается. – Скажи кому и я лично, своими собственными руками порву гада!
– Скажу, – вздохнув, он отводит от лица сестры прядь волос и она, по сути совсем ещё девчонка, доверчиво прижимается щекой к его руке. – Но не сейчас.
– Хорошо. – Стася тяжело вздыхает и, замявшись, всё же сооружает себе огромный сэндвич. – Тебя тоже хотели убить? Все только и делают, что шепчутся. Идиоты.
– Не меня, – дёрнув подбородком, Марек залпом допивает всё Стасино молоко. – Олю.
– Олю? – жуя, поднимает она бровь. – Это ту красотку, которая не побоялась меня ударить?
– Иногда мне кажется, что страха у неё нет вовсе.
– Как раз то, что тебе нужно, – с коротким смешком Стася хлопает его по плечу. – Так что там с покушением? Мимо?
– В цель.
Пережить это ещё раз? Да лучше самому сдохнуть.
Стася меняется в лице, бледнеет, хватает его за руку, заставляя развернуться. Пытается сказать что-то, замолкает, встряхивает распущенными волосами.
– Ты только держись, Мар. – Узкие ладони обхватывают его лицо, тёплые карие глаза обеспокоены. – Это… мы справимся. Со всем справимся. И отомстим.
– Оля жива, – усмехнувшись, он убирает руки сестры. – Вампирский князёк помог. Чтоб его на осиновый кол насадили.
– Тогда чего ты так меня пугаешь! – Стася с силой бьёт его кулаком в плечо. – Как будто и без этого нервов мало! И что твоя Оля?
«Обернись».
Не просьба, приказ, подкреплённый истинно вампирским обаянием, который она пустила в ход, даже не заметив.
– Не моя.
Не став при этом вампиром, иначе тот стакан крови попал бы в цель. Стань она новорождённой, ещё и добавки бы попросила, а не вывернулась наизнанку после пары глотков.
– Мне-то не ври, – качает головой Стася. – На тебе её запах, въелся, словно вы уже лет десять в связке. – Фыркнув, она наклоняется и шумно вдыхает. – Так и есть.
– Прекращай меня нюхать, малявка. – Марек со смешком удерживает её за плечи, не давая наклониться ниже. – Имей совесть.
– В нашем семействе такое чудо не встречается, – весело хмыкает Стася и хочет что-то добавить, но переводит взгляд за его плечо.
Веселье заканчивается всё и разом.
– Что? – Почувствовав присутствие Роберта ещё до того, как тот открыл дверь кухни, не оборачивается он.
– Мы кое-что нашли, ты должен взглянуть.
Глава 13
– Ты-то мне и нужна! – Петя, который, как всегда, счастливее всех, перехватывает меня прямо посреди лестницы. – Идём.
– Снова к Яну? – мрачно интересуюсь я. Ничего нового в этом лучшем из миров. – Ты бы хоть ради приличия спросил как я. Как себя чувствую. Не убилась ли ненароком.
– Да кому нужны эти банальности, – морщит он нос, хватает меня за руку и тащит вниз. – Моргаешь – значит, жива. Стоишь – значит, здорова.
– Калата! – возмущённо. – Петя! – испуганно.
Потому что этот полуоборотень не придумал ничего лучше, чем подхватить меня на руки, перемахнуть через перила и спрыгнуть вниз с высоты второго этажа. Я даже закрыть глаза не успела, лишь люстра мелькнула, а в следующее мгновение мы уже стояли в холле первого этажа. Почти там же, где недавно лежало тело Влада.
– Зато быстро, – в своей манере сообщает Петя и собирается тащить меня дальше, но…
– Не. Смей. Больше. Так. Делать.
Раздражение последних часов яростью выплескивается на попавшего под руку патологоанатома. Хорошей такой яростью, качественной.
– Да без проблем, – сдавленно фыркает Калата, спиной прижатый к одной из стен холла. И сдавленно не потому, что смущается, просто моя рука с отросшими когтями передавливает ему горло, без особых сложностей удерживая взрослого мужика над полом. – А ты где такие зубки нашла? Дашь адресок?
Разжав руку и не обращая вниманием на сгруппировавшегося Петю, я подношу ладони к лицу. Когти впечатляют – тёмные, длинные, не чета тем, что отрастали ещё недавно. А странные ощущения на губах оказываются клыками – истинно вампирскими, о которых Тадеаш мог только мечтать.
– Глаза тоже ничего, потом полюбуешься. – Непробиваемый Калата снова берёт меня за руку и утягивает в сторону парадной двери. – Помнишь, ты нашла наложение на видео с камер наблюдения?
– Помню, а ты-то откуда знаешь? Тебя же там не было. – Он всё набирает скорость и думать о каких-то там вампирских когтях уже некогда.
– Пф. Знать места надо и быстро бегать. – Конец февраля радовал город и окрестности бесснежной плюсовой погодой, так что холод не беспокоил меня даже в тонкой футболке. – В общем, на одной из твоих видеонаходок, вблизи калитки Тени нашли кулон, который как раз по твоему профилю.
– По какому из?
Я только сейчас понимаю, что имел в виду Ян, когда говорил, что в «Вольчей тени» все выходы одинаковые. Так и есть. Хуже того, рассвет, который, по идее, занимается только на востоке, сейчас был, кажется, повсюду. И, с одной стороны, от этого становилось гораздо светлее, но с другой мозг медленно, но верно сдавал позиции.
– По всем, – вздыхает Петя, нашаривает что-то в траве и перед нами открывается проход в сплошной иллюзорной завесе. – Он весь в крови, и нам надо знать, чья она.
***
Оставив сестру заедать стресс, Марек быстрым шагом идёт за Робом. Какое счастье, что им не надо обходить половину замка, достаточно зайти в тайный проход, а выйти уже на улице.
– Что вы нашли? – Изо рта идёт пар, ночью похолодало, но это волнует его меньше всего.
– Кулон. Длинная цепь, круглый месяц, внутри воющий оборотень, стоящий на четырёх лапах. Платина и золото, – отрывисто отчитывается Роб.
– Кулон Влада, – качает Марек головой и ускоряет шаг. – Где?
– Нашли у западного входа, там, куда указывала на видео слэчно Щенкевич. – Он кривится, но вытягивается в струнку под его мрачным взглядом. – Рядом с калиткой. Всю зону отгородили иллюзией.
Ещё два шага, и на земле появляется едва заметный контур. Марек привычно шагает в пустоту и оказывается в другом мире – мире убийств, улик и преступлений.
– Комиссар, – кивают ему двое из отдела, но уже всё равно.
Потому что в нескольких шагах, присев на корточки и всматриваясь в траву, сидит Оля, а над ней явно зубоскалит бессменный друг и товарищ Калата.
– Ээ. Мы решили привлечь консультанта. Раз уж всё равно все здесь… но, если вы против, мы быстро выгоним…
– Я тебя сейчас выгоню, – мрачно обещает он.
Оля вскидывается. Взгляд встречается со взглядом и в её – раскаяние. Что там в своих Марек не знает, но равнодушия точно нет.
– Ты что-нибудь нашла?
***
– Как всегда, – вздохнув, я поднимаюсь, долго и тщательно отряхиваю джинсы, хотя необходимости в этом нет и только потом перевожу взгляд на Мара. – Кровь.
– Чью? – Вместо ответа я развожу руками.
Откуда я знаю чью, если, стоит ему появиться под куполом, и о другом думаться перестало. И это в мои-то годы! И это с моими-то сложностями.
– Мужчина, оборотень, возраст лет восемьдесят.
– Влад, – констатирует Мар и присаживается на корточки, всматриваясь в кулон.
– Не знаю, – ещё один вздох. – Может, он, а может и нет. Нужно спокойное место и поменьше народа вокруг, чтобы я сказала точно.
Мар долго не отвечает, не отрывая взгляда от травы.
– Будет, – поднявшись, наконец, обещает он, – и место, и спокойствие.
– Прекрасно. – Улыбка выходит вежливой, но до того искусственной, что я сама же морщусь. – Позовёте, если что.
– Оль. – Но у Мара оказываются другие планы. Удержав меня за запястье, он тянет на себя, вторая его ладонь зарывается в распущенные волосы, И это при всём честном народе, который, кажется, даже дышать перестаёт. – Я сорвался. Прости, я не должен был уходить.
– Ты рехнулся, Мар, – на выдохе. Правда, накрыть его ладонь своей мне не мешают ни взгляды, ни громкий присвист, подозреваю, что Пети.
– Местами, – хмыкает Мар и касается лбом моего лба. – Давай разберёмся со всем… вместе, а потом свалим в отпуск куда-нибудь к океану?
Кто-то надрывно закашливается. Наверняка от счастья, что надоевший начальник планирует исчезнуть с горизонта хотя бы на чуть-чуть.
– Я подумаю. – Натянутая пружина отпускает, и только сейчас я узнаю, что она во мне была. Отстраняюсь улыбаясь. – Твои не переживут.
– Куда они денутся, – улыбается Мар в ответ. И добавляет гораздо громче: – Роб?
– Справимся, комиссар, – гаркает тот, доказывая, что с их слухом все всё слышали и упираться не то чтобы поздно, но откровенно бесполезно.
– Сначала нужно разобраться. – Появляется запоздавшая жажда, но я вполне могу её контролировать. Поэтому отхожу на шаг, бросаю взгляд на кулон, поднимаю его на Мара. И вздыхаю. – Подвал?
– Подвал.
