290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Под солнцем Подземелья (СИ) » Текст книги (страница 12)
Под солнцем Подземелья (СИ)
  • Текст добавлен: 7 декабря 2019, 17:00

Текст книги "Под солнцем Подземелья (СИ)"


Автор книги: Ольга Кузьмина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

В дверь, соединяющую мужскую и женскую половину королевских апартаментов, негромко постучали.

– Входи.

Ну почему он так прекрасен? До сердечных спазмов, до кругов перед глазами! Лия остановилась у стола, вцепившись похолодевшими пальцами в спинку стула. Джарет переоделся к ужину. На нем была черная шелковая рубашка, в глубоком вырезе поблескивал золотой кулон. Об этом амулете она знала многое.

– Ты выиграл, – прошептала Лия, сглотнула и продолжила громче. – Я даю согласие на обратное превращение.

Джарет мягко улыбнулся.

– Я очень рад. Тебе лучше снять платье. Если хочешь, накинь мой плащ. Будет больно, с этим ничего не поделаешь, придется потерпеть.

Он отвернулся, давая ей возможность раздеться. Лия аккуратно повесила платье на спинку стула, завернулась в черно-синий шелковый плащ. Острую боль, пронзившую все тело и оставшуюся в нем на долгие секунды, она выдержала молча, стиснув зубы.

– Уже всё.

Король гоблинов с удовольствие разглядывал получившийся результат. Человек? Не совсем. Не зря же он выбирал девушку, в роду которой были фейри. В процессе превращения кровь всегда сказывается. Игрейна недоверчиво посмотрела на свое отражение. Ростом она стала Джарету до подбородка. Волосы цвета меди, глаза, переливчатые, как опалы, – это осталось. Лицо непривычное, хотя, пожалуй, красивое. Остальное не видно под плащом.

– Вот теперь ты действительно моя, Игрейна.

Джарет развернул ее к себе. Глаза его заледенели. И в них был голод – древний, ненасытный. Губы дернулись, приоткрывая клыки. Правильно, он ведь хищник, как и все старшие фейри. А скоге никогда не могли справиться с гоблинами. Она будет королевой всего одну ночь. Она – добыча. К утру ее кольцо покроется пятнами засохшей крови, так похожей на ржавчину.

– Нет, – Игрейна накрыла ладонью его амулет. – Я не твоя жертва. Трижды измененным телом и одной душой я присягаю тебе, как королева своему королю. По своей воле и любви.

Джарет засмеялся, и глаза его оттаяли.

– Умница! Но ты всё равно моя, – он поцеловал ее, потом еще раз, – Моя королева. Есть хочешь?

– Хочу, – Игрейна вспомнила, что с утра ничего не ела. Она с сомнением посмотрела на свое старое платье. Не налезет же.

Джарет щелкнул пальцами. Плащ слетел с Игрейны, и ее окутало что-то кружевное.

– В пеньюаре, конечно, не ужинают, – Джарет, усадил жену за стол. – Но не будем сегодня следовать этикету.

Игрейна почувствовала вкус еды только к десерту, так проголодалась. Джарет стоически выдержал затянувшийся ужин, но на шестой конфете не сдержался.

– А теперь проверим, как ты усвоила теорию, – он поднялся. – На практике.

– Ты подслушивал?! – Игрейна положила обратно уже надкушенную седьмую конфету. Ей стало жарко и как-то обмирательно.

– Это же мой замок, я слышу всё, что в нем происходит, – Джарет вытащил ее из-за стола. – Радость моя, я еще никого не ждал так долго, как тебя.

Он целовал быстро и жадно, Игрейна не успевала отвечать. Она вообще ничего не успевала. Только что они стояли у стола, и вот уже лежат на кровати, пеньюар куда-то делся, и как же это получается, что руки Джарета сразу везде? Никакая теория не подготовила ее к этому шторму. Хорошо, что можно было кричать, иначе ее бы просто разорвало на части. Языка скоге Джарет не знал, и счел за лучшее не переспрашивать. Уж слишком эмоционально звучали некоторые вырывающиеся у Игрейны словечки.

– А теперь повторим, но уже помедленнее, – он сладко потянулся. – Никогда не думал, что хвост может быть таким эротичным. Кстати, объясни, как тебе удалось его сохранить?

– Не знаю, – Игрейна выпуталась из шелковой простыни. – Наверное, хвост, если он есть, – это часть души. Им еще вот так можно делать.

Она показала и очень удивилась возникшим ощущениям. Герберт объяснял ей про особо чувствительные части тела, но хвост в этот список не входил. Азарт, появившийся в глазах жены, вызвал горячее одобрение у Джарета. Брачная ночь становилась всё более увлекательной.

Герберт так измучился от переживаний, что заснул в кресле, уронив голову на туалетный столик. А проснулся утром в той самой комнате замка, где жил до побега. Здесь ничего не изменилось, и даже его заветный сундук оказался на месте. На столе стояла бутылка со свежей кровью. Герберт решил, что это благоприятные признаки. Он с наслаждением принял ванну и переоделся. А потом выскользнул в коридор, твердо решив отыскать Алиаса. Однако на втором этаже его перехватили гвардейцы и весьма недвусмысленно сообщили, что к господину магу никого не пускают по указанию целительницы и приказу его величества. А если Герберту так нужно, пусть идет к королю и просит разрешения. Герберт решил, что ему не настолько нужно. К тому же снизу послышались звуки музыки, и он спохватился, что настала пора урока танцев. Герберт спустился в тронный зал, где уже репетировал оркестр.

– Приятно видеть, что ты готов выполнять свою работу, mon sheri, – Джарет появился у трона. – Королева сейчас придет. Учти, Берти, чем лучше она научится танцевать, тем больше у тебя шансов уцелеть.

Заслышав топот быстрых ног, Герберт с замиранием сердца обернулся к двери. Игрейна появилась в зале запыхавшаяся, на ходу застегивая мелкие пуговки на манжетах нового темно-зеленого платья из набивного шелка. Герберт от облегчения испытал настоящую эйфорию.

– Я проспала, – она стрельнула глазами в сторону Джарета. – Но готова учиться весь оставшийся день.

Оркестр заиграл вальс. Джарет понаблюдал за кружащейся парой, поморщился, но вмешиваться в процесс обучения не стал. Еще два дня в запасе. Ох нет, всего два дня в запасе, а замок еще не готов к приему гостей. Король гоблинов исчез, чтобы оказаться сразу в пяти местах. Тяжела ты, доля королевская, особенно если твои подданные – гоблины.

Алиас с тоской посмотрел на свое отражение в зеркальце. Омоложение – это не то, о чем он мечтал последние годы. Но его мнения опять не спросили. Ох, Джарет, Джарет…

– Я вижу, тебе уже лучше.

Легок на помине.

– Я тебе это припомню, твое величество, – Алиас бросил зеркальце на столик. Флаконы жалобно зазвенели.

– И это вместо благодарности? – Джарет приподнял брови в картинном изумлении. – Я нанимаю лучшую целительницу Подземелья, плачу ей тройную цену за срочность, и при этом я даже простого «спасибо» не заслужил, по-твоему?

– Спасибо, – процедил Алиас. – Но вообще-то я пострадал на твоей службе. А в услугах целительницы надобности вообще не было. Меня бы любой лекарь поставил на ноги.

– Да, но только через три месяца, а не через три дня.

– Хочешь сказать, что эта безумная эскапада продолжится?!

– Увы, нет, – Джарет вздохнул. – Герберт вызвал меня слишком поздно. Пришлось выдергивать вас силой Лабиринта, иначе ты бы истек кровью. А учитывая, что до этого он взламывал твое запирающее заклинание… В общем, как ни жаль, но эта универсальная отмычка теперь сломана.

Алиас помолчал, обдумывая услышанное. Как бы то ни было, Герберт спас ему жизнь. И не так уж важно, какими соображениями он при этом руководствовался. Нельзя его бросать на произвол судьбы… то есть, короля гоблинов.

Склонив голову на бок, Джарет с интересом смотрел на Драккони.

– Ты снова меня удивляешь, Алиас. Неужели Герберт тебе по-прежнему нужен?

– Что ты с ним сделал?

– Ничего особенного. Пока.

Они посмотрели друг на друга. Алиас вздохнул.

– К твоим браслетам не хватает диадемы.

Джарет широко улыбнулся.

– Договорились. Кстати, совсем забыл. Через два дня я устраиваю бал. Ты приглашен, Ирис тоже.

– По какому поводу? – Алиас приподнял бровь. Балы король гоблинов устраивал не часто.

– По поводу моей свадьбы.

– Что, опять?! – Алиас вздрогнул и осторожно уточнил: – Я ее знаю?

Но Джарет уже исчез, и вопрос то ли не расслышал, то ли предпочел на него не отвечать.

В последующие два дня Игрейна почти не видела Джарета. Он готовил сюрпризы гостям и категорически запретил себя беспокоить. Замок напоминал разворошенный муравейник. Гоблины, радостно признавшие Игрейну королевой, постоянно обращались к ней с вопросами. Герберт не расставался с книгой по этикету и зачитывал ее Игрейне непрерывно, даже на уроках танцев.

– Мы же про украшения забыли! – спохватился Герберт, когда Игрейна в очередной раз примеряла платье, и кинулся к Джарету, рискнув нарушить его запрет.

– Не морочь мне голову, – король сунул ему тяжелый ключ. – Идите в сокровищницу и берите, что угодно.

Это разрешение неожиданно обернулось для Игрейны желанным отдыхом. Драгоценности ее не особо увлекали. Пока ошалевший от количества украшений вампир бродил между полок, она раскопала невесть как оказавшийся здесь калейдоскоп и села в уголке, наслаждаясь покоем и волшебными узорами. Через два часа появился Джарет, напоминающий разъяренного дракона. Он выволок Герберта из сокровищницы за волосы и за пять минут выбрал жене ожерелье, серьги и браслеты.

В день бала Игрейна ощутила себя внутри калейдоскопа. Последняя примерка платья, истерика Герберта, обнаружившего, что внешность Игрейны продолжает понемногу меняться. Пробный танец с Джаретом, вполне удовлетворивший короля, самая последняя примерка платья, еще одна истерика Герберта, макияж и прическа. Только за час до приема гостей всё вдруг волшебным образом уладилось. Замок сиял и искрился. Бальный зал, освещенный сотней магических шаров, походил на волшебную страну в миниатюре. Игрейну Джарет напоил чем-то, одновременно успокаивающим и наполняющим силой. И всё равно зубы ее постукивали от волнения, когда они спускались по парадной лестнице, ведущей в бальный зал. Была ли тому виной сила Лабиринта, или магия Джарета, но она больше не походила ни на человека, ни на гоблина. Сейчас любой из владык, заставший Исход, узнал бы в ней скоге.

– Ты – королева, – негромко произнес Джарет. – Ты доказала это мне. И неважно, что подумает остальной мир.

И она улыбнулась.

========== Политика и алхимия ==========

Такого скопления знатных фейри в одном месте Алиас никогда не видел. Прошлая свадьба короля гоблинов прошла гораздо скромнее. Некромант вошел в зал под руку с Ирис, осмотрел группирующихся по видовому признаку гостей и присоединился к посольству троллей. С ними Алиасу было как-то спокойнее.

– Ты нервничаешь, – Ирис погладила его руку. – Уверяю тебя, всё уладится.

Зазвучала торжественная музыка.

– Его величество король гоблинов и владыка Лабиринта Джарет! Ее величество королева гоблинов Игрейна!

Нежно-оливковое платье с облаком кружев, контрастно-тяжелые, старой работы украшения. В завитках медных волос вспыхивают искры заколок. Неужели те самые? Рядом с Джаретом она смотрелась… правильно? Да, пожалуй, именно так.

Королевская чета взошла на помост. Музыка притихла, настала пора речей и подарков. Первыми к хозяевам бала подошел посол короля троллей. Услышав поздравления на старом языке фейри Игрейна радостно заулыбалась. Тролль открыл золотую шкатулку, продемонстрировав всем подарок – огромный рубин, вспыхнувший так ярко, что ближайшие гости зажмурились. По залу пролетел восхищенный шепот. Ожидающий своей очереди король гномов Альбрехт поджал губы.

«Ториус опять перещеголял его в щедрости», – усмехнулся про себя Алиас. Он посмотрел в сторону державшихся особняком эльфов. Сияющие. Другого слова подобрать невозможно. Джарет поступил верно, одевшись по грубоватой моде гоблинов. Даже в самом роскошном из своих бальных нарядов он бы неминуемо потерялся на фоне этих гостей.

Вслед за Альбрехтом к помосту подошли король и королева светлых эльфов. Алиас впервые увидел вблизи самую прекрасную королеву Подземелья – Моинс, дочь Ардена. Во время войны гоблинов с эльфами Джарет объявил ее своей невестой. В летописях Подземелья этой истории посвящено немало страниц. Алиас метнулся глазами к Игрейне. Доброжелательная улыбка не покинула ее губ, хотя и стала чуть напряженной. Велеречивые поздравления, совершенной красоты венец в подарок королеве. Алиас разглядел, как сжалась рука Джарета, обнимавшая талию Игрейны. Следующим на очереди был владыка темных эльфов. Алиас не поверил своим глазам. Под руку с Арденом шла его мать Кинта. Что вынудило отрекшуюся от трона королеву темных эльфов прервать столетнее уединение?

Игрейна перестала улыбаться. Кинта входила в совет, принявший решение о скоге. Глаза двух королев встретились. Арден что-то говорил, но Алиас не слышал ни слова. В кончиках пальцев покалывало. Кинта торжественно склонила голову. Игрейна вскинула подбородок и гордо улыбнулась. Ни одна не произнесла ни слова. Подарок – выточенный из цельного изумруда флакон с семенами редчайших в Подземелье золотых лилий – принял Джарет.

Владыки эльфов еще не вернулись к своей свите, когда по залу пролетел вздох. Перед помостом появилось огромное двустороннее зеркало. В серебряной глубине его возникали картины прошлого: Верхний мир, былое величие фейри перед людьми, Исход, война за передел власти в Подземелье, еще одна война – между эльфами и гоблинами. Клятва всех владык у Камня Истины, сцены мирной жизни последних пятисот лет.

– Это зеркало памяти, – никто не заметил, как Алан оказался у помоста. Владыка Лесного края был один. – Я надеюсь, в предстоящие годы ему не придется сохранять в себе ужасы новой войны.

– Я уверен в этом, – Джарет посмотрел на Игрейну.

– Благодарю тебя за бесценный подарок, – королева гоблинов не отрывала глаз от зеркала. – Я оценила его в полной мере.

Алиас перевел дыхание. Напряжение постепенно отпускало его. Здесь и сейчас творилась высокая политика. Вероятно, потом будет клятва у Камня Истины. Но в круг владык Игрейна уже вошла. По знаку Джарета подбежавшие гоблины унесли подарок.

– Да будет бал!

Первый танец – королевский. Алиас переживал за Игрейну, но она двигалась легко и уверенно. Джарет что-то тихо говорил жене, они улыбались друг другу. Следующий вальс последовал без перерыва.

– Помнишь? – Ирис заглянула в глаза Алиаса.

– Помню, – он вздохнул и вывел ее в круг. Теперь танцевали уже все желающие. Только гномы и тролли держались у стен, где стояли столы с угощением. Алиасу тоже хотелось там оказаться. По мере выздоровления у него развился зверский аппетит.

– Только не пей сегодня вина, – Ирис перехватила его взгляд. – И еще пару дней сохраняй разумное воздержание. Во всем. У тебя были проблемы с сердцем.

– Я прекрасно себя чувствую, просто голоден как волк.

Ирис понимающе кивнула, и они протанцевали к столикам. Пока Алиас подкреплялся, она изучала свою бальную книжечку.

– Следующий танец – новинка сезона. Выбирают и приглашают дамы. Интересно, кого пригласит королева?

– Джарета, конечно.

– Что ты, мужей приглашать не принято, – Ирис вздохнула с нарочитой грустью и принялась пробираться в направлении короля гоблинов.

В зале возникла веселая суматоха. На плечо некроманта опустилась невесомая рука.

– Позволь пригласить тебя, Алиас.

– Счастлив принять твое приглашение, владычица, – он поклонился, скрывая свое волнение. Королева темных эльфов улыбнулась. Вечно юная и прекрасная, с усталыми глазами, повидавшими слишком многое. Они вышли в круг следом за Джаретом с Ирис. Алана пригласила Моинс. Ардена и Селара – леди из их окружения, незнакомые Алиасу. Музыканты медлили, дожидаясь выбора королевы гоблинов. Она говорила с кем-то, но Алиас не видел за толпой, с кем. Но вот Игрейна решительно потянула своего избранника в круг. В оркестре сфальшивила скрипка. Лица эльфийских владык приняли одинаково отрешенное выражение. Алиас облизнул внезапно пересохшие губы. В паре с королевой гоблинов встал Герберт, безупречно одетый и причесанный, с модным эльфийским макияжем, но заметно нервничающий. Непонятно, как рослый вампир умудрялся до сих пор оставаться незамеченным. Должно быть, Джарет постарался.

– Смело, – Кинта одобрительно улыбнулась. – Молодец.

Кого она имела в виду, Алиас уточнять не стал. Музыканты заиграли вальс цветов.

– Последнее время произошло немало событий, – негромко заговорила Кинта, – которые я не одобряю. И это неодобрение мне удалось донести до остальных владык. По отношению к тебе было допущено много несправедливости. Надеюсь, ты примешь наши извинения? В любой желательной тебе форме.

– Благодарю тебя за вмешательство, владычица. Я всего лишь хочу, чтобы ни мне, ни Джарету не мешали выполнять наши миссии. И больше доверяли.

Она коротко улыбнулась.

– Я говорила с Джаретом. Мне больно, что король гоблинов ведет себя более сознательно, чем мои сородичи. С другой стороны, это дарит надежду на дальнейшее благополучие Подземелья.

– Полностью с тобой согласен.

– Я рада, что мы поняли друг друга, – Кинта обвела глазами зал. – Порой небольшая встряска идет всем только на пользу.

Музыка закончилась. Драккони поцеловал протянутую ему руку. На его ладони осталось изящное кольцо с черным янтарем. Он надел его на палец. Дар Кинты открывал много дорог. А раз уж он помолодел, можно и вернуться к практике. Алиас огляделся, но Герберт куда-то исчез. Джарета тоже не было видно. Зато к нему подошла Игрейна.

– Здравствуй, Алиас, – она протянула ему руку. – Вот мы и снова встретились.

– Не могу высказать, как я рад, что вижу тебя, – Драккони сжал ее пальцы в ладонях. – Ты мне веришь?

Игрейна серьезно кивнула.

– Верю.

– Ты выглядишь усталым, Алиас, – возле них возник Джарет.

– Я в порядке.

– Только не нужно лишнего героизма. Я не обижусь, если ты уйдешь.

Что-то в лукавой улыбке короля заставило Алиаса заподозрить, что дома его ожидает сюрприз.

Для Герберта всё фантастическое многоцветие бала померкло, когда он увидел Алиаса. Со слов Игрейны вампир уже знал, что некроманта не просто лечат, но одно дело слышать, а совсем другое – увидеть. С первого же взгляда Герберт влюбился в помолодевшего темноглазого мага с седыми волосами. Но Алиас был не один. Его спутницу Герберт пару раз видел мельком в замке и знал, что она – целительница. Но что если для Драккони эта пепельноволосая красавица – нечто большее? И он для нее – не просто пациент? Герберт прислонился к стене. Неужели, всё кончено и он больше не нужен Алиасу? Вампир кусал губы, безнадежно портя макияж. Даже танец с Игрейной не отвлек его от мрачных мыслей.

– О чем ты так напряженно думаешь? – королева гоблинов склонила голову набок, заглядывая в его опущенные глаза.

– Ты знаешь что-нибудь про целительницу, которая лечит Алиаса? – шепотом спросил Герберт.

– Совсем немного. Это леди Ирис из светлых эльфов. Джарет сказал, что она лучшая в своем роде. Ах да, еще она жена Алиаса.

Мир Герберта рухнул. Он автоматически закончил танец и подвел Игрейну к Джарету.

– Можно я уйду? – вампир умоляюще посмотрел на короля.

– Да, пожалуй, тебе пора, – неожиданно легко согласился тот. А в следующий миг бал вокруг исчез, и они оказались в прихожей дома Драккони. – Твои вещи гоблины уже должны были перенести сюда.

– Зачем? – в Герберте шевельнулась надежда.

– Зачем ты нужен Алиасу? – переспросил Джарет. – Полагаю, исключительно с целью подзаработать. Учитывая нынешние рыночные расценки на некоторые ингредиенты, ты стоишь немало. Так что приобретая тебя в собственность, он не прогадал.

Он протянул Герберту сложенную вчетверо бумагу и исчез. Герберт развернул листок. Это оказался прайс какой-то магической лавки. «Корень мандрагоры, слезы единорога, пепел феникса, – с удивлением читал он, – Сердце вампира… Что?!» Список был длинным. И по нему выходило, что если его, Герберта, расчленить на отдельные органы, можно выручить весьма внушительную сумму. А ведь в прайс входили еще и когти, и даже волосы. Особо оговаривалось, что расчленять вампира следует заживо, чтобы тело не рассыпалось прахом.

Дверь открылась. При виде некроманта Герберт попятился в таком ужасе, что Алиас резко оглянулся – не стоит ли кто у него за спиной?

– Что с тобой?

Герберт вскрикнул, выронил листок и кинулся к ближайшему окну.

– Стой! – Драккони вскинул руку. Невидимая петля затянулась вокруг Герберта, он упал, перекатился на спину и отполз к стене.

– Не надо! – Герберт зажмурился, по щекам его потекли слезы. – Я умоляю тебя! Не надо…

– Что не надо? Прекрати истерику, можно подумать, я тебя на части режу.

Герберт забился в таких отчаянных рыданиях, что Алиасу стало не по себе. Да что здесь происходит? Он подобрал оброненный Гербертом листок. Пробежал его глазами.

– Однако, как цены поднялись! Надо носить с собой, для объяснения клиентам, почему я беру такие гонорары. Герберт, прекрати выть, у меня уже голова болит. Что тебя так напугало-то? А-а-а, – Драккони дочитал до середины прайса. – Понятно. Это тебе Джарет дал? Узнаю его чувство юмора.

Алиас сложил листок и положил в карман. Присел возле Герберта и протянул ему платок.

– Успокойся. Я еще не настолько обнищал, чтобы продавать тебя по частям. Да и целиком тоже.

– То-огда за-зачем я т-тебе?! Т-ты ведь ж-женился!

В голове Алиаса наконец-то встали на места все части головоломки.

– Герберт, я женился сорок лет назад. И вот уже тридцать лет, как мы с Ирис не живем вместе. Просто по законам эльфов развод невозможен. Так что да, я женат. И останусь в этом статусе до конца жизни.

– П-почему ты не г-говорил мне, что ж-женат?

Алиас засмеялся.

– Я тебе много чего не говорил и говорить не собираюсь. Ох, Герберт, надеюсь ты не рассчитывал, что я женюсь на тебе? Ну всё, иди умойся. И подумай, какую пользу ты можешь мне принести целым и невредимым.

«Умывание» у Герберта растянулось на полчаса. Алиас успел переодеться в халат, разжечь камин в гостиной и устроиться в кресле с бокалом виноградного сока. Хотелось вина, но советы целительницы игнорировать не рекомендуется. Краем глаза он уловил движение и повернул голову. Герберт сменил бальный наряд на шелковую пижаму с кружевными оборками. В горле Алиаса внезапно пересохло.

– Ответ неверный, – он глотнул сока. – Я имел в виду помощь по хозяйству. Надеюсь, у тебя получится. Гоблины, конечно, шустрые ребята, но убираются из рук вон плохо. И мне уже надоело оплачивать обеды в трактире. В доме кухня есть. Ты готовить умеешь?

Герберт растерянно заморгал.

– Нет…

– Придется научиться. В список твоих обязанностей отныне входит уборка, готовка и выполнение любых моих поручений. Согласись, это будущее гораздо лучше того, что тебе напророчил Джарет. И длиннее. Жить можешь остаться в этой комнате, но одевайся во что-нибудь попроще. На завтрак я хочу получить яичницу и кофе. Свежие продукты гоблины приносят на крыльцо в девять утра. А сейчас можешь идти отдыхать. Или тебя что-то не устраивает?

Герберт недоверчиво улыбнулся.

– То есть, сегодня тебе больше ничего не нужно?

– Я же сказал, иди спать.

Герберт сделал пируэт и ушел в свою комнату, так покачивая бедрами, что некромант захлебнулся соком. Нет. Пусть сначала Герберт хоть что-то сделает для своего прощения! Алиас решительно направился в свою спальню и уже лег в постель, когда до него донесся стук дверного молотка.

– Герберт, открой! – крикнул он.

Герберт еще не ложился. Он кружил по спальне, то и дело всплескивая руками от возмущения. Сделать из него простого слугу? Да ни за что! Он своего добьется. Услышав оклик, вампир неохотно спустился вниз, отворил дверь и отшатнулся, увидев Ирис. Целительница окинула его непонятным взглядом и протянула флакон.

– Передай Алиасу, пусть принимает три дня по три капли перед едой. На этом его лечение будет закончено.

Только тут Герберт обратил внимание, что на эльфийке поверх бального платья накинут дорожный плащ. Ирис поправила на плече лямку большой сумки и неожиданно улыбнулась.

– Разрешаю тебе задать мне один вопрос.

– Почему вы разошлись?

– Хочешь избежать моих ошибок? – она мелодично рассмеялась. – Я дам тебе совет, Герберт. Никогда, ни при каких обстоятельствах не вставай между Алиасом и Джаретом. И прими как факт – в сердце и душе хозяина этого дома есть только один король. Удачи тебе, мальчик.

Она сбежала с крыльца. На лужайке перед домом ее ждал оседланный дракон. Герберт повертел в пальцах флакон. Теперь у него появился повод зайти к Алиасу. Однако дверь в спальню некроманта оказалась заперта. Пришлось стучать.

– Ну? – неласково спросил Алиас, открыв дверь.

– Леди Ирис просила передать лекарство, – Герберт протянул флакон. – По три капли во время еды. Принимать три дня.

– Утром ты мне это сказать не мог? – некромант зевнул, забрал лекарство и захлопнул дверь перед носом вампира.

Оставшуюся ночь Герберт прокрутился на постели, придумывая планы своих дальнейших действий, и, разумеется, проспал. Вскочил в половине десятого утра и помчался на кухню. Алиаса разбудил запах гари. Он накинул халат и спустился в цокольный этаж. Кухня вся была затянута дымом, несмотря на раскрытое окно. Герберт, чертыхаясь, бегал от плиты к раковине. Алиас потянул носом.

– Что кофе выкипело, это я могу понять. Но как ты умудрился сжечь яичницу? – он сделал сложный пасс двумя руками, выгоняя дым и чад в окно. – Сбегай в трактир, закажи там завтрак. Скажи, как обычно. А потом отмой плиту. И сковороду. И себя.

Через час позавтракавший и подобревший Алиас снова спустился на кухню. Как ни странно, плита сияла. И сковорода. И Герберт, что выглядело особенно подозрительно.

– Как тебе это удалось?

– Нашел рецепт средства от пригара, – Герберт продемонстрировал ему потрепанную книжку, которую обнаружил в кухонном шкафчике.

Алиас недоверчиво взял ее.

– «Сборник советов для начинающего алхимика»? Откуда у меня это? – в груди шевельнулось недоброе предчувствие. Он просмотрел оглавление, и от сердца отлегло. Никаких взрывчатых экспериментов авторы не предлагали, исключительно полезные советы. – Ладно, изучай. Советую еще поваренную книгу почитать.

Этот день Алиас планировал посвятить целиком отдыху и наведению порядка в делах. До обеда он просидел в кабинете, разбирая счета и то и дело прислушиваясь к звукам в доме. Герберт зачем-то прибегал в свою комнату, потом вернулся в кухню, еще куда-то бегал. Иногда из кухни доносился звон. Похоже, с фарфоровым сервизом придется распрощаться. Неужели он в самом деле учится готовить?

– Обед подан, – в кабинет заглянул Герберт.

Всё больше удивляясь, Алиас вышел в гостиную и обнаружил красиво накрытый стол. Вся посуда блестела так, что даже солнечные зайчики разбегались по сторонам. Что же касается содержимого, то обычно Алиас таких дорогих блюд не заказывал. Он попробовал салат.

– Вкусно, – одобрил он. – Только скажи, чтобы в следующий раз положили больше перца. И как ты уговорил гномов продать тебе обед из пяти блюд в долг?

– Я заплатил, – разоблачение Герберта не смутило. – У меня же полно украшений. А они за один перстень согласились три месяца готовить завтраки, обеды и ужины. С десертами.

– Не сомневаюсь, что за этот перстень можно было весь трактир купить, – Алиас усмехнулся. – В принципе, меня такая система устраивает. Только ты сначала у ювелира уточняй цену своим побрякушкам, а то быстро разоришься.

После обеда Алиас выяснил, чем же занимался Герберт всё это время. Весь стол на кухне был заставлен разнообразными баночками с не подлежащим определению содержимым разной степени вонючести.

– Если уж ты хочешь заниматься алхимией, заведи себе привычку записывать результаты опытов. Можешь взять у меня в кабинете чистый блокнот, – Алиас еще раз пролистал сборник советов. – И не трогай ни одно зеркало в доме, ясно? Лучше окна вымой.

До ужина Герберт проверял различные чистящие составы на окнах, мебели и паркете. Ему дважды пришлось переодеться, один раз сбегать в швейную мастерскую – заказать новый чехол на кресло, и переставить диван в гостиной так, чтобы не было видно пятна на паркете. Но в целом Герберт был доволен результатами своих экспериментов. Из двадцати испробованных им рецептов только пять не оправдали ожиданий. Но тоже действовали, только по-другому. Герберт пронумеровал банки с этими средствами и записал их в блокнот. Алхимия оказалась весьма интересным занятием.

Когда Алиас вышел к ужину, аппетит у него резко пропал. Весь дом благоухал такими ароматами, что при одной мысли о еде становилось тошно.

– Вынеси стол на балкон, ужинать я буду на свежем воздухе, – Драккони мрачно окинул взглядом любимую гостиную. – На приготовление этой гадости терпения у тебя, стало быть, хватило. А на планомерную уборку – нет? Хоть бы одно окно вымыл полностью, экспериментатор.

Герберт промолчал. Уборка – это скучно. А поглотитель запахов он просто еще не успел опробовать. Закрыв балконную дверь за Алиасом, вампир разжег камин и бросил в пламя щепотку порошка. Рецепт не подвел. Когда Драккони закончил ужинать, в доме уже можно было дышать.

– Что действительно нужно почистить, так это люстру, – Алиас развалился на диване и задумчиво посмотрел на потолок. – Вся уже почернела.

Герберт немного неверной походкой сходил за стремянкой. Демонстративно установил ее посреди комнаты. Алиас с интересом следил, как он поднимается по ступенькам. Герберт был босиком, в облегающих бриджах, рукава рубашки закатаны выше локтя. Некромант проклял свое омоложение. Эдак он даже намеченных пары дней не выдержит. И вдруг Герберет покачнулся и свалился со стремянки, издав такой вопль, словно упал не с полутораметровой высоты, а как минимум, с обрыва в пропасть. Алиас усмехнулся.

– Мог бы придумать что-нибудь по-оригинальнее. Таким бездарным спектаклем ты меня не проймешь.

Герберт с трудом сел. Глаза у него были совершенно расфокусированные.

– О боги! Ты же отравился! – Алиас вскочил, подхватил Герберта и выволок на балкон. – Сиди здесь, алхимик!

Некромант сбегал за универсальным противоядием. Взболтал в стакане с водой. Он понятия не имел, поможет ли оно вампиру, но хуже точно не будет. Герберт послушно выпил, даже не покривившись от горечи. Алиас оставил его на балконе, а сам принялся открывать в доме все окна. Вечерний ветерок быстро унес из комнат неприятные запахи. Тем временем Драккони порылся в своей библиотеке.

– Держи, – он протянул Герберту увесистый том. – Разделы по ядовитым веществам и технике безопасности выучишь наизусть. Я лично проверю. И только потом разрешу продолжать эксперименты.

– «Справочник по алхимии», – прочел Герберт. – Ой, спасибо!

Алиас тяжко вздохнул. Зачем он опять усложняет себе жизнь? Алхимия опасна не меньше магии. Нужно было пресечь это увлечение в зародыше, а не поощрять. Но не кинется ли вампир во Тьму, потеряв всё?

– Алиас, – осмелевший Герберт перебрался с балкона в гостиную, – а можно я в кухне устрою лабораторию? Там и вытяжка есть.

– Вытяжка есть, – кивнул Алиас, усаживаясь в любимое кресло. – А совести у тебя нет, и это можно считать доказанным фактом.

– Зато я тебя люблю, – неожиданно сказал Герберт. Он присел у ног Драккони и потянулся к поясу его халата. – И ты меня любишь. Только еще не до конца простил, да? А ты прости до конца. Тебе сейчас очень хорошо будет, ты еще не знаешь, что я умею, только прости!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю