Текст книги "Ленивая пастораль - 5 (СИ)"

Автор книги: Олег Мамин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Annotation

Не всегда есть возможность идти по прямому пути. Иногда стоит свернуть в сторону, чтобы подобрать валяющееся в грязи сокровище.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Ленивая пастораль – 5

Глава 1

Скрипучая телега, носящая гордое имя «карета», подпрыгивала на каждой кочке, а иногда вдобавок сотрясалась дополнительно, когда непослушные тягловые звери, похожие на гигантских ослов с ушами в форме листьев гинго, вздрагивали при укусах насекомых.

И портили воздух. Мало кто из романтиков задумывается, что телега привязывается позади лошадиной задницы, что не делает поездку комфортной. Трава трудно переваривается даже в специализированных желудках.

Летающих мечей в этом мире нет, как и прочих артефактов подобного типа. Зато есть подавление развития. Именно поэтому прорыв на этап Формирования Ядра (3) – это главная цель, которую преследуют практики из этого мира, вылезающие наружу, преодолевая страх быть уничтоженными врагами извне.

Знали бы они, что снаружи их тоже опасаются из-за немалой свирепости и отличных физических данных, помноженных на владение непонятными во внешнем мире волшебными способностями и невероятную живучесть.

Большинство учеников топало на своих двоих, редкие экземпляры ехали верхом, и только ученице старейшины позволили занять место в карете, чтобы она могла поделиться подробностями вылазки.

– Представляете, учитель! Он прожил снаружи несколько лет! Его преследовали и Звери, и Люди. Его кожу палило светило внешнего мира, а сам он только и мог, что прятаться, – пищала женщина, манерно кривляясь перед уже немолодым мужчиной.

Поговаривали, что отношения у них несколько шире, чем "учитель-ученица".

– А почему ты решила, что он ученик старейшины Кожаной Флейты? Сама же говоришь, что он не помнит этого, – седеющий мужчина не возражал против надувания губок и притворной хмурости. – Может, он шпион внешних людей?

– Ну... Он же прошёл через барьер предка? Значит такой же как и мы. Я это сразу заметила, но не понимаю, какие звери лежат в основе его силы.

– Вот-вот! Подозрительно это!

– Ну, учитель! Разве не за этим мы выходим во внешний мир, чтобы принести в наш мир то, чего здесь нет? Я, например, в этот раз собрала семян чудесных фруктовых деревьев. В саду вашей супруги они будут отлично смотреться.

При упоминании жены Тигриный Рык поморщился. Зачем напоминать мужчине на отдыхе, что дома его ждёт сварливая женщина?

– Но он же не прорвался на новый этап? Даже второй у него какой-то незавершённый.

– Этого я не вижу, но неудивительно, учитель. Он же жил в том мире несколько лет. Ничего странного, что его развитие упало в мире, где энергии такие жидкие. У больных мышцы тоже теряют силу, если они лежат бревном.

– Это верно, Цветочек. Жаль, что пика старейшины Кожаной Флейты больше нет. Никто не выжил после... кхм... Как нам подтвердить его личность?

Карету тряхнуло, и послышался хруст, на который пассажиры не обратили внимания. Деревянное колесо раздавило кусок вулканического туфа. Таких во мрачном мире, прячущемся в скаде, немало.

– А так ли это важно? Восстановит развитие и на нашем пике появится ещё один сильный ученик, – ученица почувствовала, что она начинает оправдываться за принятое решение взять с собой мутного типа.

– Сильный ли?

– Точно сильный, учитель. Когда на нас напали во внешнем мире, он с лёгкостью раскидал Каменных Волков. Его даже Пурпурные Орангутанги обходили стороной! Он нам здорово помог. Если бы не он, то ваша ученица не получила бы дух Шипастой Змеи!

– Так это в том мире он был силён. А в нашем? Смотри как тяжело дышит, – чтобы ученица не увидела недовольства на лице старейшины, мужчина сделал вид, что хочет посмотреть на "новенького и отодвинул занавесочку, за которой открывался немного странный вид на мир вечных сумерек.

Сразу стало понятно, что тряпочка эта не простая, артефактная, потому как когда её откинули в сторону, внутрь повозки ворвался запах серы, пронизывающий этот мир. И несварение тягловых скотов здесь не при чём. Этот мир и без них так пахнет, потому как здесь много мест с вулканической активностью, которое и проезжали в данный момент. В таких локациях, светящихся красным из-за текущей магмы, воздух особенно тяжёл даже для местных: не только кислород выгорает и-за расплавленного камня, но и испарения не самые здоровые. Человек из внешнего мира вряд ли сможет может дышать здесь, точно так же, как обитателям подпространства не нравится внешний воздух – они тоже замечают в нём неприятные своему носу нотки.

Собственно о смертельном вреде речь не идёт: вовне смертные не ходят, как и вокруг кареты нет ни одного такого. Практикам это место просто неприятно, да и то, только если их Путь Развития не связан с огненным элементом, что не редкость.

Рядом с «каретой» шли весёлые ученики, вернувшиеся из внешнего мира, радующиеся повышению этапа развития и богатым трофеям. Помимо личного прогресса, всех их ждёт награда за новые виды растений и животных. Заселение мира не такая уж простая, но очень важная задача. Благодаря трофеям из таких вылазок, изначально полупустой мир, постепенно заполняется жизнью. Процесс идёт не так быстро, как хотелось бы: помимо нездорового воздуха, в этом мире нет понятий дня и ночи, оттого далеко не всё приживается. Обычным растениям важны солнечные циклы. У каждого есть период гибернации, даже у тропических видов. (авт.: в ботаническом смысле, термин не из фантастики).

Ещё пару тысяч лет назад здесь не было лесов, полей с пшеницей, фруктов. Только охота да собирательство позволяли выживать немногочисленным разумным жителям. А сейчас мир расширился, почти никто не голодает.

Среди толпы учеников один выделялся. Каждый шаг давался ему с трудом. Дышал тяжело, и постоянно тёр глаза, всматриваясь вдаль. Вздрагивал от каждого шороха, словно пугливый мышонок.

– Видимо, пережил от там всякого, – подсказала ученица. – Он и во внешнем мире от каждого куста шарахался. И как такого труса не сожрали?

Учитель лишь усмехнулся:

– Ты сказала, что он вас спас? Не видишь противоречия?

– Случайно вышло. Мы убегали от Пурпурных Орангутангов, и наткнулись на него. Он сначала убегал вместе с нами, а потом нас окружили и загнали в тупик среди гор.

– И он перестал бояться и раскидал обезьян?

– Именно. Он сильный физически.

Мужчина опять ухмыльнулся, в этот раз немного зловеще, достал большую иглу и отодвинул занавеску.

– Учитель! Вы же не собираетесь убить нашего спасителя? – хоть голос и звучал встревожено, но если бы при этой сцене присутствовал Станиславский, он бы крикнул: «Не верю!»

Мужчина проигнорировал фальшивое заступничество, и игла, низкочастотно загудев, вырвалась из его руки и полетела в сторону чужака.

Хоть летающего транспорта в этом подмире нет, но артефакты, способные самостоятельно ускоряться имеются. Ими даже можно немного управлять в полёте, но полноценного контроля достичь невозможно из-за слишком густой мистической энергии.

Судя по тому, что игла полетела гораздо медленнее, чем могла бы, убивать незнакомца мужчина не собирался. Это было своего рода испытание. Он хотел проверить, мог ли этот человек в самом деле спасти группу учеников, ведь для этого он должен превосходить их всех вместе взятых. А слабаков во внешний мир не отправляли.

– Учитель! Его способности в нашем мире вряд ли сработают! Он пользовался техниками внешников!

Объяснение, слишком длинное, не могло сравниться со скоростью полёта иглы, потому пользы от него не было: чужак выковыривал иглу из руки, застрявшую в ладони на половину своей десятисантиметровой длины.

– Уже понял, – ухмыльнулся старейшина. – Он там привык отбиваться от таких мелких препятствий, полагаясь на прочность своего тела.

Учитель выписал двумя пальцами немного странный жест, и игла, дёрнув чужака за руку, вырвалась из ладони и полетела назад к хозяину.

– Как, ты говоришь, его зовут?

– Он не представился. Не помнит. Я же рассказывала. Седьмой Колокол сказал, что он похож на пропавшего ученика Кожаной Флейты. Того звали не то Мрачная Глубина, не то Тихий Омут...

– А я помню того мальца... И вправду похож. И такой же робкий был, – потёр подбородок старейшина. Память у практиков прекрасная и перебрать в уме всех виденных учеников Кожаной Флейты не составило труда.

– Нельзя быть неблагодарными, учитель. Всё-таки он многим помог, – лицо ученицы опять стало притворно-капризным.

– Эй, парень! Лови! – в сторону нового-старого члена секты полетел пузырёк, но тот ловко от него увернулся, и довольно ценная мазь для заживления ран пролетела мимо. Пузырёк разбился о камни. – Не доверяешь? Второго подарка не будет. Сам упустил возможность.

Старейшина задёрнул занавеску и налил себе ароматного чая из подобия пузатого термоса – всё-таки телегу изрядно трясёт, чайник в ней не устоит. Мужчину совершенно не мучило раскаяние по поводу того, что рану, для которой предназначалось лекарство, нанёс именно он.

– А он точно был на Формирования Ядра (3) на той стороне? – отхлебнув ароматного отвара, поинтересовался учитель.

– Мы все это видели. Именно потому он помог нам в трудную минуту. Мы тогда ещё не совершили прорывов.

– А когда вернулись домой, то его уровень упал?

– Именно. Вы знаете, почему так может быть, учитель?

– Видел заметки в старых книгах. Если он прорвался на третий этап с помощью внешних техник, то по возвращению его развитие вернётся на тот уровень, на котором он был до выхода.

– Тогда, всё подтверждается? Это была его ошибка, что не следовал заветам предков. Оттого и пострадал. Получил силу, которая не принадлежит нашему миру, и не смог взять её с собой.

Главный старейшина, он же глава Пика Меча, самого сильного в секте, поднёс пиалу ко рту, больше для того, чтобы скрыть не к месту появившуюся злокозненную улыбку:

– Подарю его Пику Травников. Мне такой слабохарактерный на моём Пике не нужен, – посмаковав чай, старейшина огласил своё решение для ученицы.

Решение её полностью удовлетворило: с одной стороны, быть должником никто не любит, особенно если речь о спасении жизни. слишком уж трудно такой долг вернуть. А сейчас, можно сказать, жизнь Тихого Омута была спасена: его не казнили как шпиона, даже не подвергли пыткам. И из секты не изгнали. Так что можно считать долг оплаченным.

С другой стороны, его сплавили на другой Пик, что просто прекрасно: не будет напоминать о проявленной слабости. Трое учеников Пика Меча не справились с тем, что смог один потеряшка Кожаной Флейты.

***

– Ты сдурел, старый хрен? Зачем он мне нужен? Ишь, придумал: подарок. Оставь себе! – возмущающийся – глава Пика Травников выглядел куда как старее своего коллеги с Пика Меча. Но если считать по годам, то он и в самом деле младенец по сравнению с Разящим Ударом, главой Пика Меча.

Разящий Удар выглядел лет на сорок-пятьдесят по меркам смертных, а Сосновый Аромат минимум на семьдесят, хотя оба старше тысячи. Первостепенное место во внешности бессмертных занимает талант: чем раньше достигнешь прогресса, тем более молодым останешься на всю оставшуюся, потенциально бесконечную жизнь.

Во внешнем мире есть ещё перестройка тела во время прорывов на новый этап, но это не что-то такое, что можно контролировать. Далеко не все молодеют, большинство остаются в том «возрасте», в каком достигли условного бессмертия. А если и молодеют, то не существенно. Бывает и наоборот, стареют. Редко, но случается.

А в этом мире сам процесс перехода несколько отличается, потому и внешность не меняется. Да и нет здесь молодильных пилюль, что есть вовне – ингредиенты в подпространстве свои, не похожие. Они формируются, впитывая иные энергии, оттого даже если оригинальное растение похоже, его свойства вряд ли совпадут. Оттого старение всё-таки происходит, хоть и идёт оно много медленнее. Опять же, это соответствует уровню таланта. Более талантливые и удачливые дольше остаются молодыми, их внешность поддерживает внутренняя сила и модификации тела.

– Так ты же сам жаловался, что у вас мало сильных учеников? Что никто не хочет заниматься травами, всем подавай драки и смертоубийства.

– Я и сейчас так же думаю. Но он какой-то непонятный. Да и если он был учеником Кожаной Флейты...

– Ничего он не помнит. Можешь начать учить с нуля.

– Учить? Ты сдурел, старик? Приводишь ко мне непонятного человека и говоришь, что я должен его учить? – ноздри старца раздувались от гнева.

– Ну почему «должен». Я сказал: «Можешь». Твоё дело, как с поступать с подарком, – Разящий Удар вскинул руку: – Погоди злиться. Ты мне ещё спасибо скажешь!

– Спасибо?! – завопил абсолютно седой мужчина.

– Именно, – самодовольно ответил собеседник. – Через две недели будут соревнования с сектами Благой Вести и Божественной Ноты. Сколько твоих сла... прости уж меня за грубое слово, не-воинов ты потерял в прошлый раз? Кого ты отправишь теперь? Своего личного ученика?

Глава Пика призадумался. И в самом деле то состязание в формате «все против всех» слишком сильно подрезает крылья его вершине. А проигнорировать нельзя не только из-за репутации, но и из-за правил секты, основанном на древнем договоре со Зверьми. Раз не выставишь ученика, два – и станешь простой обслугой для секты, если не можешь вырастить сильных практиков. Авторитет у Пика и так не самый высокий. А потом, того гляди, отправишься вслед за Кожаной Флейтой.

Учеников у всех старейшин несколько, один недавно прорвался на третий этап, так что ему не грозит попасть на испытание, а вот кого-то из остальных, хотя бы одного, нужно будет отправить на то, что называют «испытанием». А на самом деле, для его учеников, совершенствующих травничество, это больше похоже на верную смерть на алтаре. С падением Пика Дракона секте достаётся даже от тех, кто считается союзниками, что уж говорить о состязании с недругами?

– И где он?

– Я его с собой привёл. Очень уж о тебе беспокоился! Хочешь взглянуть?

– Беспокоился он... – проворчал коллега-старейшина и крикнул в сторону дверей: – Эй! Кто там?!

В комнату, где проходила беседа, вбежал ученик в одеждах оливкового цвета, цвета Пика Травников, и замер, низко склонив голову.

– Там у ворот должен быть ученик. Разместите его где-нибудь. Выдайте жетон и одежду. Всё. Выполняй.

***

– Что это за идиот лупает глазами, будто видит всё впервые? – толкнул локтем один из учеников в оливковой одежде другого, чуть повыше ростом.

По обыкновению, только личным ученикам старейшины дозволялось не ухаживать за полями трав. Остальные же, независимо от талантов и достигнутого уровня, должны били превращаться в крестьян на добрых три-четыре часа в день. Собственно, как к крестьянам в средневековье и относились к ученикам Пика Травников остальные ученики секты именно из-за этого правила. Конечно, уровень силы тоже играет не малую роль, но всё-таки это вторично. Например, алхимики весьма уважаемы и без боевых навыков, только вот этот Пик таких не воспитывает. Пик Алхимии рядом, но не совмещён с Пиком Травников. Правда слухи ходят, что вскоре всё может измениться. Алхимики и сейчас ведут себя довольно высокомерно на чужой вершине. Нагло требуют травы, заботливо взрощенные заботливыми руками.

– Ты ничего не слышал про последнего ученика Кожаной Флейты, который потерял память? Говорят, жил во внешнем мире несколько лет, пока его не подобрали ученики Пика Меча, – парень сладко потянул уставшую спину, отвечая на вопрос товарища.

– Слышал, конечно. Только не так его себе представлял. Во внешний мир, вроде бы, ходят, чтобы прорваться на следующий этап? А этот на втором только. Этого и здесь можно достичь.

– Слышал, что он прорвался по методике внешников, оттого его и покалечило. Память потерял, и не смог вернуться вовремя. Потерялся и жил дикарём.

– Бедняга. Ему же теперь придётся на состязание Леса Предков идти, – сплетники посмотрели на парня с сочувствием.

– Тише! Он слышит! – шикнул кто-то и все уткнулись в волшебные грядки, уходящие за горизонт.

Как оказалось, имелся ввиду вовсе не новичок, а ученик старейшины секты, который с важным видом проходил между между рядками трав, время от времени делая замечания направо и налево. Хоть ему можно вообще не появляться в садах Пика, он часто заглядывал в поля в разгар работы чтобы получить очередную порцию чувства превосходства.

– Эй, ты! Подойди сюда! Да пошевеливайся! – крикнул он обращаясь к новенькому.

Тот распрямил спину и увидев, кто его окликнул, подошёл. Точнее подпрыгнул, отчего ученик старейшины, не ожидавший такого, слегка отшатнулся, запнулся за корешок и упал в грязь. Собственно, его чувства разделили ещё несколько человек, точно так же плюхнувшиеся в мокрую землю, ещё не успевшую просохнуть после недавнего полива. Прыжка на два десятка метров никто не ожидал, хоть он и был логичным – обходить длинные грядки очень далеко, но вряд ли кто-то прыгнул бы сразу через три.

Только вот у остальных упавших нет никакого влияния на Пике. Да и уровень маловат, а вот ученик старейшины – один из тех, кто вернулся, подняв уровень до Формирования Ядра (3).

Ученики оторвались от работы чтобы понаблюдать за тем, что случится. Все старательно сдерживали улыбки, даже те, кто упал в грязь. Им нравилось, что надменный ученик измазался смесью глины с удобрениями. Органическими, хе.

– Простите, старший, – новичок подошёл сзади к упавшему соученику, настолько опешившему от случившегося, что в ступоре замер.

Новенький взял Горбатого Холма за плечи и поставил на ноги с такой лёгкостью, будто тот вообще нисколько не весил. Затем он принялся отряхивать рукой, заляпанной в грязи, одежду, чем только усугубил всё дело.

– Ты пожалеешь! Ты смерти ищешь?! – зашипел Горбатый Холм. – Сейчас я тебе покажу, как пишется слово «смерть»!

Он заревел раненным бизоном и попытался ударить новенького. Собственно он не только ревел как бизон, но и частично в него обратился: в основе его прорыва лежал дух Панцирного Бизона, добытый во внешнем мире с помощью охоты целой команды.

Удар не достиг цели, а быкообразный практик поскользнулся, потеряв равновесие, и снова упал в грязь. Он совсем не ожидал, что от него может уклониться букашка на этап ниже.

Вокруг «минотавра» затрещали молнии: на предыдущий этап он прорвался используя дух Молниеносного Медведя, оттого владел этой стихией.

Между лапами с медвежьими когтями зажглась красная дуга, и старший ученик уже готов был обрушить её мощь на обидчика...

– Остановись! – в дело вмешался лично глава Пика. – Ты что это удумал, шельмец? Поля мне попортить решил? Как ты смеешь использовать духа с атрибутом молнии на поле водного атрибута? Что если растения поглотят враждебную ци? Что я скажу старейшине Бронзовому Котлу, когда он вместо лекарства изготовит яд? Немедленно ко мне!

Сам глава не появился лично, только его громогласный голос гулял над полями, потому совершенно неясно, как ученик выбирал сторону, в которую нужно поклониться. Вполне возможно, он просто пытался заляпать грязью, как бы невзначай, своего обидчика:

– Да, учитель. Прошу прощения, учитель.

Все прочие ученики Пика Травников поклонились в ту же сторону, куда и Первый Ученик.

– А ты, урод... Считай, что ты уже не жилец! – злобно скрипнул зубами Горбатый Холм и зашагал к учителю.

– Да, парень. Не повезло тебе, – довольные шоу ученики проявили сочувствие к коллеге. Этот Холм тот ещё засранец.

– Кстати, а как ты так ловко отпрыгнул? Это что за техника? – спросил кто-то. – Он же на этапе Формирования Ядра (3)!

– Не знаю, – чужак почесал висок чистой рукой, только что вытертой об одежды старшего. – Я не помню. Всё инстинктивно вышло. Само.

– То есть ты не практикуешь никаких техник? Так тебе надо сходить в Чудесный Павильон и получить что-то для себя! Тебе положен Артефакт и Техника.

– Ты про Павильон Сокровищ? Я был там. Старейшина павильона сказал, что раз я потерял техники во внешнем мире, новые мне не положены, – развёл руками Тихий Омут.

– А! Ты же не знаешь! Это же старик Серые Щёки. К нему без подарка лучше не подходить. У тебя есть что-нибудь? Пара духовных камней, или природное сокровище?

– Я принёс из внешнего мира несколько трав и ядер монстров. Но у меня их забрали. Сказали, что начистят за это какие-то очки.

– О! Влей немого силы в свой жетон и посмотри, сколько их у тебя. В том же Чудесном Павильоне можешь поменять их на духовные камни или снадобья для практики. Сделай ему подарок.

– Спасибо, братья, за науку, – совершенно искренне поклонился новенький.

– Да ладно! За такое шоу не грех и нам тебя отблагодарить, – заулыбались «крестьяне» секты Духовных Корней.

– Ты только впредь будь поосторожнее. Хоть все, кто выше Заложения Основания (2), и находятся под подавлением мира, но у них больше духов, потому они более могущественные.

– Духов?

– О? Ты и этого не помнишь? Тогда тебе точно нужно в Павильон. Там есть и открытая библиотека, можешь читать без ограничения, но выносить свитки и книги нельзя. Техник там нет, только история и общие сведения. Старик Серые Щёки тебе не запретит, но лучше всё-таки начни с подарка.

– Ещё раз спасибо за науку, братья. Но всё-таки, о каких духах вы говорите?

– Смотри, мой Дух – Пещерная Землеройка, – говоривший преобразовал руку в нечто похожее на ласту.

– Потому его и засунули копаться в земле, – посмеялся другой ученик. Беззлобно.

– А у тебя, что? Твоя Плащеносная Ящерица разве лучше? Чего ты со мной рядом копаешься? – всё-таки обиделся владелец Землеройки.

– Извини, братец. Погорячился, – добродушно ответил шутник.

– То-то же! – доброжелательная улыбка наползла на курносое лицо.

– Погодите, братья. Разве Ящерица не плюётся ядом? Это же сильный боевой навык, – не понял новичок причин насмешек.

– Плюётся. Только на третьем уровне и выше. А я получил духа низкого уровня. Могу по воде бегать и в самом деле хоть и не плююсь, но устойчив ко многим ядам. От того меня и отправили на Пик Травников, возиться с ядовитыми растениями.

– Кажется, я понимаю логику распределяющего, – новичок кивнул, немного ехидно улыбнувшись, но никто не обиделся.

– А разве ты не видел духов у учеников Пика Меча, с которыми вернулся в секту? Ты, вроде, с ними много времени провёл?

– Ну, я видел их способности, но не знал, что тут замешаны какие-то Духи, – развёл руками потерявший память.

– А у тебя какой дух?

– А как это узнать? Похоже, что никакого. Я так как вы не умею. Разве что вот так.

Вокруг руки засветилась когтистая призрачная перчатка, светящаяся фиолетовым.

– Это что-то не то, братец. Первый раз такое видим.

– И не слышали никогда.

– Наверное, это что-то из внешнего мира...

Версии посыпались одна за другой, но быстро закончились. Да и некогда лясы точить, работы ещё много.

***

– Не приставай к нему, Горбатый Холм! – строго отчитал ученика глава Пика.

– Но, учитель! Он же...

– Да плевать! Ему не жить! Может, ты предпочтёшь, чтобы я отправил в Лес Предков сестрицу Жаворонка? Что побледнел?

– Вы мудры, учитель! Примите поклон за науку, – ученик и в самом деле поклонился. – Это очень умно с вашей стороны так воспользоваться предоставившейся возможностью. Только вы могли такое придумать...

– Хватит, – комплименты не тешили самолюбие, ведь чувствовалось, будто сейчас личный ученик хвалит главу Пика Меча, который на самом деле и придумал такую подмену.

– Как скажете, учитель. Я больше не побеспокою новичка-покойничка!

– Вот и славно. Иди. Оставь меня. Мне нужно кое о чём подумать.

Глава 2

Не сказать, что в общедоступной библиотеке нашлось много сведений, особенно по техникам развития, но всё-таки кое-что об этом подмире Алекс прояснил.

То, что классические, то есть принятые во Внешнем Мире, методы практики здесь не могут работать, он понял сразу как только прошёл через коридор, полный печатей. Знал бы он, что часть печатей направлена на выявление и убийство Людей и Зверей, то вряд ли вообще согласился лезть в пекло. Чудом избежал немедленной гибели те только благодаря тому, что не только не является ни тем, ни другим. Собственно проверка происходит не по ДНК, а по следу, оставляемому техниками развития, а они у Алекса специфические, в том числе придуманные самостоятельно, полученные от Зверей и модифицированные на основании земных знаний техники Людей. В этом мирке практики чем-то схожи, они сочетают в себе звериные и людские умения: энергии Неба и Земли в этом месте немного, её можно добыть только из духовных камней. Местные используют камни в основном для подпитки артефактов, изготовленных по методикам, аналогичным или добытым во Внешнем мире. Алексу даже удалось выполнить некоторые техники, используя камни как батарейку. Но в окружающей среде этой силы практически нет, вместо неё пространство пропитывает нечто вязкое и тягучее.

Прогонять такую субстанцию по меридианам – всё равно что набирать патоку или мёд шприцем с тонкой иглой. Версия о том, что это просто более плотная энергия Неба и Земли, сгустившаяся из-за наличия рудника духовных камней, отвалилась сразу. Как и обратная, что камни рождаются из-за сгущения этой энергии.

То, что пронизывает этот мир – вовсе не концентрат, это что-то совсем иное. Ведь концентрат всегда можно разбавить, а эта дрянь остаётся такой же липкой и тягучей даже будучи разреженной. Просто её меньше на единицу объёма, но прогонять её по энергосистеме всё так же напряжно даже с учётом того, что у похищенного землянина каналы в разы толще, чем, например, у практиков Гордой Звезды.

Да и толку от этой прогонки нет никакого, только изляпаться изнутри, почти как тем мутагеном от монстров из Закрытого Пузыря. И опять же, аналогия есть, но это не одно и то же: аналог мутагена здесь называют Духом Монстра, и этот «дух» не выходит из-под контроля, не порождает необратимых мутаций, а становится чем-то вроде звериной духовной техники.

Вообще, этот мир Алексу и понравился, и не понравился одновременно. С одной стороны, он сразу же почувствовал, что такое подавление развития. Неприятное чувство, ближайшей аналогией которой можно назвать усталость или болезнь. Это не слабость как таковая, потому что ограничение накладывается не столько на силу, сколько на «волшебность». Физическая сила-то как раз страдает меньше всего.

Только вот практики сами по себе не особо сильные, вся их мощь заключается в энергии, пропитывающей тело, которое само по себе суть энергия. Почти все способности пострадали: от зрения и слуха до памяти и скорости мышления.

С другой стороны, в этом мире не так-то легко читать мысли, потому высвободившиеся ресурсы разума, ранее тратившиеся на постоянную защиту, хоть как-то компенсировали «тупизну».

Ну и самое приятное: в этом пространстве не чувствовался зов на Древнее Поле Битвы. Будто и не было никакой невидимой связи с Дымом Фимиама. Не то чтобы Алекс имел что-то против: какая-никакая цель в жизни. Да и кто посмеет сказать, что его Дао-Пара не небесная красавица? Только вот лишь избавившись от этой невидимой нити, он стал мыслить свободнее и смог понять неестественность её происхождения. Всё-таки это больше похоже на вмешательство Спящего Монстра.

История этого мира достаточно древняя, в записях для широкой публики подробностей нет. Отмечено лишь, что несколько кланов Людей и Зверей сбежали в это место от преследований. Судя по тому, что название «Гордая Звезда» нигде не фигурирует, было это ещё до того, как планета стала фронтиром, до Большой Войны. В те времена (это из записей человеческой Общей Библиотеки) две расы не то чтобы жили мирно, но геноцида по отношению друг к другу не устраивали. Не любили друг друга, да, но прям уничтожать весь род не стремились.

Как бы то ни было, Люди и Звери пришли в этот мир одновременно или почти одновременно.

В свитках эта история записана так:

«Фея Одинокий Цветок бежала от всего мирского со своим возлюбленным божественным Седым Драконом. Они вдвоём создали этот мир и опечатали его самыми сильными печатями, чтобы никто из тех, кто желал их разлучить, не смогли помешать их искренним чувствам. Только их верным подданным, ушедшим из мерзкого Внешнего Мира, пропитанного злобой и завистью, позволено пройти сквозь Великую Границу».

Кроме имени «феи», подозрительно совпадающего с названием города, в котором какое-то время жил Алекс, из этого отрывка становится понятно, откуда на проходе совмещённые печати Людей и Зверей. Похоже, «Дракон» – это не имя, а, вероятно, вид возлюбленного, обретшего человеческую форму. Мастера печатей и тех, и других, приложили своё искусство к тому, чтобы ни одна раса извне не могла протиснуться в убежище. Вероятно, ни одной из воюющих рас такой союз не мог понравиться.

Так же понятно, откуда берётся "подавление". Этот мир искусственный, и он не может иметь высокий уровень, так как его создатели сами не владеют всей глубиной понимания Вселенной. Естественно, они не могли вложить полные Законы в своё творение. Ещё и отсечение мира печатями от внешнего, полноценного, сыграло дополнительную отрицательную роль.

А потом этот проход ещё и с той стороны дополнительно опечатали, так что долгое время мир оставался изолированным, и его жители варились в собственном соку. Спустя много времени, когда печати барьера ослабли, собрали совместную экспедицию из людей и зверей – ни одна сторона не может в одиночку продавить печати, так как требуются знания обоих рас. Дело это очень утомительное и требующее особых условий, потому часто организовывать вылазки не удаётся. Сначала целью было раздобыть больше ресурсов, этот мир изначально был довольно пустынным.

По причине необходимости участия обоих рас, на некоторое время устанавливается перемирие, и экспедиция во внешний мир, можно сказать, совместная. Но только одна сила от Зверей и одна от Людей участвует в ней. Если "боги-творцы" этого мира (в кавычках, потому что они не создавали мир с нуля, а просто "растянули" складку, образовавшуюся естественным образом на месте рудника духовных камней) смогли примирить хотя бы на время две расы, то установить мир среди соплеменников они не в силах. Первые экспедиции повырезали соплеменников начисто, оттого и возникло такое правило. Очерёдность и количество людей, допущенных к выходу наружу, определяется состязаниями.

Потом, помимо добычи ресурсов, туда стали уходить для прорыва на более высокие уровни. Прямо об этом не написано, но это как-то связано не то с эволюцией техник развития, не то с тем, что две расы «переопылились». Такая необходимость возникла далеко не сразу, очень долго обе расы достигали потолка развития.

Про развитие зверей написана какая-то сказочная чушь, а вот современным людским техникам требуется слияние с «Духом Монстра», чтобы прорваться на этап выше. В целом, деление на этапы то же, но с нюансами. Например, Ядро формируют не из собственной накопленной энергии, а поглощая ядро зверя.