Текст книги "Разрушитель Небес и Миров 3. Сила (СИ)"

Автор книги: Олег Бард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 4. Награда

В себя прихожу от боли. Такое впечатление, что на мне нет живого места. Выкручивает руку, сломанные ребра не дают дышать, правый глаз заплыл, рассеченная губа взялась кровавой коркой. Кое-как поднимаюсь на четвереньки.

Вспоминаю мамино любимое выражение: «Если у тебя что-то болит, значит ты живой».

А вот Арсанак, похоже, подох. Волоча вывихнутую руку, подползаю к нему, толкаю. Он уже успел остыть и начал коченеть. Глаз у него и правда лопнул. Нос раздроблен, рукоять ножа утоплена в черепе.

Только сейчас замечаю мигающий на краю зрения двойной свиток. Я совершил великое деяние и должен получить награду.

Посылаю команду, и свиток разворачивается, истаивает, оставляя только буквы. Видимо, из-за сотрясения мозга картинка перед глазами плывет, но все-таки удается прочесть:

Героический поступок.

Возможно, в тебе дремлет великая сила. За всю историю Атреи никому не удавалось победить Грандмастера, будучи на две ступени ниже.

Ты ступаешь на ступень Умелец

Ты достоин выбрать Великий Дар!

Появляется свиток Особые умения, где я нахожу три новых пункта. Они настолько заманчивы, что ненадолго проясняется в мозгах:

Повелитель прошлого

Повелитель настоящего

Повелитель будущего

– И что это значит? – бормочу я. Наверное, нужно радоваться, но я пока что не в силах даже улыбаться.

Повелитель прошлого

На любой развилке вероятностей ты можешь выбрать иной путь. Способность доступна раз в пять лет.

Повелитель настоящего

Ты можешь предрешить исход любого события, просто пожелав этого. Способность используется единоразово.

Повелитель будущего

По желанию ты сможешь увидеть любой фрагмент будущего, а так же цепочку вероятностей, приведшую к такому результату, и повлиять на событийный ряд. Желаемое развитие событий не гарантируется. Способность используется единоразово.

Качаю головой.

– Да, это круто, – задрав голову, обращаюсь к незримому Канону, чем бы он в конечном счете ни был. – Я твой любимчик? Только почему такое чувство, будто в этом Даре есть какой-то подвох? Молчишь? Может я не прав и придираюсь, конечно… В любом случае – благодарю.

И как из этого выбрать? Что выбрать? Нужно все тщательно взвесить, а не ориентироваться на призрачные хотелки. То есть очухаться немного, дождаться просветления в мозгах. А то сейчас второй свиток мигает, и аж в башке свербит. Мысленно касаюсь его, и появляется текст:

Десятки лет обезумевший иномирец убивал невинных людей, выпивая их жизни. Ты избавил мир от Арсанака-Душегуба. Наградой тебе послужит любовь и преданность жителей Мэла и окрестных деревень, а так же Возвратный Камень. Сними перстень с камнем с пальца Душегуба. В этом персте – огромная жизненная сила, которую он отбирал у своих жертв, способная вернуть душу павшего воина, почившего ребенка – любого недавно умершего человека, при этом он останется собой, а не обратится в нежить.

«Спасибо, неплохая награда от Атреи. Не настолько мощная, как от Канона, но тоже хорошо. К тому же за труп мага-террориста дадут две тысячи монет», – думаю, снова подползая к телу. На безымянном пальце левой руки у него и правда перстень с огромным сиреневым камнем, причем он подсвечен золотистым мерцанием – работает режим исследования.

Перстень без усилий соскальзывает с пальца мага, словно только того и ждал, и приходится мне впору. Лучше его снять, чтоб не привлекать внимания, вот только куда положить? Котомку с едой, веревкой и огнивом я бросил, когда дрался с Арсанаком. Надо бы ее подобрать и подкрепиться через не хочу, потому что иначе раны будут заживать долго, как у обычного человека.

Вот любопытно, Канон как-то повлияет на психику горожан, что они меня вдруг возлюбят? Направит на их мозги какое-то излучение? Или все произойдет само собой… Ладно, увидим.

С горем пополам подбираю котомку с едой, веревкой и огнивом, прячу перстень туда. Теперь надо оттарабанить тело Арсанака в Мэл. Пожрать. Поспать.

В ущелье запрягаю коня, запихиваю коченеющую тушу мага в повозку. Еду. В глазах двоится, стоит мне начать разбираться, что дал левелап, как подкатывает тошнота. Ладно, утром посмотрю.

У ворот Мэла путь мне преграждает стражник.

Тако, человек, 28 лет

Стражник 2 ступени из гильдии Охранителей порядка.

Будь я цел и здоров, немного волновался бы, сейчас мне пофиг.

– Кто такой? Что везешь? – грозно восклицает рыжий бородатый мужик, похожий на ирландца, глядя на мое разбитое лицо, присвистывает: – Кто ж тебя так разукрасил!

– Мне бы поговорить с… – Зависаю, пытаясь понять, как называть мэра средневекового города. – С главным Мэла.

Его напарник, лысый здоровяк, Грол, 27 лет, человек, стражник 3 ступени, с которым я говорил вчера в трактире, откидывает тент, накрывающий тюки в повозке (даже не посмотрел, что в них), таращится на труп, на меня, снова на труп, тычет в него пальцем:

– Эээ…

– Мне нужно поговорить с главным, – вздохнув, повторяю я. – Это разбойник, которого разыскивают. Он орудовал за торфяниками. Я его прикончил.

Лысый щурится, разглядывая меня, узнает, и его глаза распахиваются:

– Ты? Это ж ты говорил, что тебя ограбили? Аж ты ж жук! А сам…

Пытаюсь улыбнуться:

– Ты б его все равно не одолел. Там трупы остались, забрать бы их, а то волки съедят…

Стражники переглядываются.

– Райлин! – орет лысый, и перед ним возникает молодой парень в таких же, как у него, кольчужных доспехах, наплечниках, но без остроконечного шлема. – Проводи парня к голове. Скажи, срочно!

– Не проводи. Не дойду я. Поеду так.

Через несколько минут я сидел в кабинете городского головы, пожилого лысеющего мужчины с одутловатым лицом и огромными лопатообразными ладонями, говорящими о том, что не всю жизнь он протирал штаны на посту главы города:

Бенсгор, человек, 41 год

Голова Мэла из гильдии Охранителей порядка.

Надо же, на вид ему все шестьдесят, а на деле сорок. У нас в этом возрасте некоторые только детей заводят, а здесь люди превращаются в стариков.

Мужчина косится с недоверием.

– Давным-давно, когда я был еще стражником первой ступени, мы устроили засаду близ торфяников, было нас двенадцать человек и ловец из Дъорна. Ты знаешь, что очень дорого нанимать ловца? А если он погибает, наниматель выплачивает гильдии компенсацию в троекратном размере стоимости услуги. На нас напали. Напало… существо…

Перебиваю его:

– Глаза красные, клыки наружу, руки, как два молота? И костяные пластины по всему телу?

Сглотнув, голова кивает:

– Откуда ты…

– Это он и есть. Мне пришлось убить его дважды – в образе человека и твари. Ты видел, что стрелы и копья отскакивают от него?

– Сто сорок два человека за десять лет, – говорит голова и берет паузу. – А сколько до того, никто не считал. Воины, женщины, дети, два ловца из Дъорна. Теперь, да, верю, что ты убил именно его. И мне плевать, как ты это сделал. И плевать, кто ты. Я видел, на что он способен, ты великий воин и маг! Даже если за твою голову платят золотом и ты преступник, отныне ты почетный гражданин Мэла. И я хочу предложить тебе вступить в городской отряд стражей, стать их капитаном. Встань на защиту города, нам нужны такие бойцы!

– Меня зовут Мерлин. – Называюсь именем известного мага, чтобы оставить крючок для Рио, если он тут появится, и не раскрыться перед остальными. – Спасибо, Бенсгор, мне льстит твое предложение. Возможно, я приму его позже, потому что мне нужно в путь, есть одно незавершенное дело.

– Жаль. Но это твой выбор. – Городской голова встает, опершись руками о стол, и кричит. – Райлин! Этот человек – почетный гость нашего города. Любое его желание – закон. Проводи его к лекарю, а потом собирай людей, с вечера и до утра будем праздновать!

Лекарь оказался обычным знахарем, который осмотрел меня, вправил вывих, покачал головой и посоветовал неделю не вставать с постели. Лечиться велел вином, отварами и настойками, напоил своим зельем и несколько склянок дал с собой. Что удивительно, боль стихла, в голове посветлело, и я нашел в себе силы вылезти из мягкой постели (голова разместил меня в одной из своих спален) и выйти на площадь, так сказать, явить народу светлый лик героя.

Стоя возле виселицы, где болтался Арсанак с ножом в голове, я думал о том, что моя жизнь круто изменилась, теперь я не изгой в этом городе, тысячи глаз смотрят на меня.

Понимаю «звезд» и правителей: внимание толпы ослепляет и окрыляет. Награды за Арсанака хватит, чтобы купить дом в Мэле, но мое место не здесь. Я не смогу почивать на лаврах в чужом мире, когда мой родной мир гибнет. Да и, если верить Морфу, Атрею легионеры тоже приговорили к погибели.

Хоть спать хочется дико, в постель я ложусь с намерением изучить возможности, открывшиеся после левелапа. Разворачиваю мерцающий свиток.

Ты совершил подвиг, воин!

И отныне тебе доступен Че-ронг, путь великих, отмеченных высшими силами.

Что за хрень такая – Че-ронг?

Раньше все изменения показывались сразу, а теперь, похоже, надо искать. Описание Че-ронга я не нашел и пообещал себе разобраться позже. Выбираю Достижения:

Ник, человек, 18 лет

Магический воин, безоружный бой, постигающий.

Дух: 120 (+100)

Воля: 220 (+100)

Сила: 150 (+100)

Разум: 200 (+100)

Ясно, все характеристики увеличились на 100, соответственно, на следующей ступени они будут исчисляться тысячами. Поэтому чем выше ступень, тем медленнее качаться.

Активирую Воинские умения, и перед глазами появляется список уникальных боевых и небоевых приемов – все, что были на Острове, плюс новая – Взлом-заражение. Можно сказать, здесь без изменений. Так быть не должно, где-то же спрятаны новые бонусы.

Теперь – Особые умения. Ага, тут появились изменения. Два больших свитка с деформой и Боем такие же, какими были раньше, а те, что поменьше – Исследование и Охота – подсвечены и мерцают. Фокусируюсь на Исследовании, и свиток разворачивается наполовину:

Воин! Взойдя на третью ступень, ты можешь выбрать Исследование как дополнительную ветвь развития.

Разворачиваю свиток дальше, и появляется текст:

Ты сможешь связывать не очень сложные силовые плетения, создавать магические предметы. Ты будешь видеть суть вещей – то, что от других сокрыто.

Чтобы пользоваться умением, необходимы резервы Духа. Если они снижены более чем наполовину, умение будет тебе недоступно.

Выбрать умение?

Охота дает то же самое, что было, только управлять животными теперь я смогу дольше. И что выбрать? Черт, башка не варит. Отложу-ка выбор на потом: неизвестно, что меня ждет дальше, а соответственно, непонятно, какое умение пригодится больше.

Отпускаю мысли и сразу же вырубаюсь. И даже смех и песни празднующих горожан мне не помешали.

Интерлюдия. Мэл

Интерлюдия. Мэл

С появлением Охотников площадь, полная празднующих горожан, вмиг обезлюдела. Так разбегаются цыплята, завидевшие ястреба: тревожный сигнал – и всех как не бывало, будто сквозь землю проваливаются.

Стоит раннее утро. Повизгивая, по площади носится взявший след нюхач. Первым едет на лошади осанистый, гордо вскинувший голову ловец Лиандр, всем своим видом показывая: явился хозяин, трепещите, смерды! За ним – на ящере бородатый коротышка Оддагард, маг воздуха и глава охотников за головами. Он хмур и насторожен, только и успевает вертеть головой по сторонам, словно ожидает подвох.

Черный и белый жеребцы идут нога в ногу, на белом – маг огня Беннаос, женщина-змея, а на вороном – синекожий остроухий Нетум, подчиняющий гравитацию. Он неподвижен как скала. Замыкают шествие человекоящер Заур, и мускулистая Р'гунта размером с двух мужчин, поигрывающая гигантским шипастым молотом. Заур повелевает льдом, в Р'гунте сила земли.

Мэл притих в ожидании.

Охотники чувствуют взгляды людей из-за окон – страх с примесью ненависти. Потому что увидеть ловца – к беде. А если дорогу перейдет – так вообще к погибели. Даже голова города не выходит засвидетельствовать свое почтение, хотя должен.

Нюхач кругами носится по площади и замирает в переулке, непонимающе вертит башкой – он потерял след. Ловец спешивается, идет к нюхачу, задерживается у столба, срывает объявление о розыске двух магов, которых здесь ищут как разбойников, осматривает переулок и командует:

– След!

Помесь собаки и броненосца устремляется в богатый двухэтажный дом, скребется в дверь. В этом доме заседает голова города с помощниками. Высовывается молодой веснушчатый стражник, собирается дать пинка надоедливому зверю, но замирает, завидев нелюдей. Он так поражен, что не сразу замечает на кирасе шагающего к нему человека гравировку ловца – оскаленную крысиную голову в петле.

– Дорогу, – командует ловец, не останавливаясь.

Стражник ошеломлен. С одной стороны, у него приказ никого не впускать без разрешения, с другой – вот перед ним человек, которому приглашение вроде бы и не нужно, потому парень, разинув рот, неподвижно стоит в проходе.

– С дороги, плесень, – роняет ловец, хватает стражника за грудки и швыряет на топающую позади гигантшу Р'гунту, а той только дай порезвиться. Хекнув, она впечатывает огромный кулак в грудь парня – трещат сминаемые ребра– второй удар в голову отбрасывает его на мостовую, где он, закатив глаза, сучит ногами, а из носа льется кровь.

Синекожий Нетум не глядя переступает тело, и лишь командир наемников наклоняется, чтобы проверить, жив ли парень. Поднимается и рычит:

– Я же велел никого не трррогать! Р'гунта! Минус пять процентов от жалования!

– Че, землячка пожалел? – скалится она, оборачиваясь на пороге.

Оддагард сверкает глазами из-под кустистых бровей:

– Заткнись. Минус десять процентов. Умом не вышла, чтоб с тобою объясняться. Расступиться!

Коротышка топает в здание вслед за ловцом, который уже поднялся на второй этаж.

Замешкавшись, он ненадолго задумывается, брать ли с собой остальных. Нет! Они ведут себя, как звери, адарийцы и так боятся ловцов до икоты. Если главу города прижать к стенке, он сдаст беглеца, пусть даже они заодно.

– За мной! – бросает он через плечо, поднимается, открывает дверь, за которой скулит нюхач, и задерживается на пороге.

В скромно обставленном кабинете напротив лысого главы города, сидящего за столом, стоит Лиандр, придерживая нюхача за ошейник. Дожидается Оддагарда и цедит сквозь зубы, обращаясь к хозяину кабинета:

– Ты ничего не перепутал? Так и будешь сидеть, когда я стою? – Как житель Дъорна он взбешен тем, что адариец не проявляет почтения.

Оддагард оценивает главу города, останавливает взгляд на его мощной шее, мозолистых ладонях, широких плечах, на тонком белом шраме, перечеркивающем лоб, и понимает, что перед ним закаленный в боях воин, и его внешность обманчива.

– Позволь-ка, – говорит хозяин кабинета, и в его голосе звенит металл, – ты приехал в мой край, в мой город, ворвался ко мне, даже не представившись…

– Плесень, – закатив глаза, ловец сжимает кулаки.

В коридоре толпятся наемники, Оддагард велит им ждать, закрывает дверь и мысленно клянет Гелиодора, поглоти его бездна, за то, что он выделил в сопровождение, наверное, самого спесивого и глупого ловца.

Коротышка шагает к столу главы города:

– Ладно, давай к делу. Меня зовут Оддагард.

– Мое имя Бенсгор.

– Знаю. Так вот, мы гонимся за опасным преступником, колдуном, – он кивает на нюхача. – Следы привели зверя сюда. Недавно колдун был здесь. У тебя есть подозрения, кто это и где он сейчас? Посодействуй нам.

Глава города молчит лишь какой-то миг, а затем произносит ровным голосом::

Он здесь. Первый этаж, вторая дверь справа. Ранен, скорее всего, спит.

Ловец с Оддагардом переглядываются и один за другим спешат наружу из кабинета. В коридоре охотник шепчет своим:

– Тихо! Беглец здесь, готовимся брать!

Действуют они по сработанной схеме: Беннаос и Нетум бегут на улицу, караулят там. Оддагард выбивает дверь, в спальню врываются Р'гунта и Заур. Воцарившаяся тишина не нравится Оддагарду, он сам переступает порог…

Спальня пуста. Видимо, беглец заподозрил неладное и был таков. Ловец мечется по комнате, изрыгая проклятья, нюхач сидит, перебирая лапами. Почему-то он не может взять след, и ловец вытаскивает его на улицу, но беглый маг как в воду канул.

Приходится возвращаться к голове города.

– Что не так? – спрашивает он.

– Его там нет! – Ловец подходит к столу, бьет его обеими руками. – Знаешь, чем укрывательство колдунов тебе грозит? Тем, что очень скоро сюда приедут наши люди, четвертуют у тебя на глазах твою жену и выродков, а потом эту дыру сравняют с землей!

Бенсгор выслушивает его, кивает:

– Если бы вы меньше шумели, он бы там был. И не надо мне угрожать! Сколько вас? Мне доложили, что шестеро. Население города – двенадцать тысяч человек, – говорит он, делая ударение на последнем слове. – Надеюсь, ты меня услышал. Так что, если рассчитываете на помощь, веди себя достойно. Я знаю, что должен оказать вам содействие.

– К делу, – проглотив унижение, бросает ловец. – Где он может быть? Только говори правду. – Ловец кладет на стол артефакт, распознающий ложь.

Глава города пожимает плечами.

– Он доставил опасного преступника и получил награду. Я предлагал ему возглавить отряд стражников, он сказал, что у него дела. Если Мерлин еще здесь, велю закрыть ворота, но вряд ли это что-то даст.

– Мерлин? – кривится ловец. – Это не его имя. И почему ничего не даст?

– Под нашим городом древние каменоломни. Тысячи ходов, настоящий лабиринт. Он может укрыться там. Если вы утверждаете, что он колдун, то что ему мешает найти выход… своим способом?

– Ты не врешь. – Ловец прячет артефакт в сумку. – Но я чую неладное не просто здесь – во всем городе. Нюхач потерял след, это невозможно!

Бенсгор разводит руками.

– Я ничего не понимаю в колдунах, не знаю, что они могут, а что – нет. Наверное, этот умеет как-то скрываться. Смог же он одолеть…

Ловец припечатывает к столу объявление о розыске, где изображены молодой узкоглазый мужчина и девушка. Лиандр сорвал его со столба, когда ходил за нюхачом.

– Эти двое – колдуны, мы их давно разыскиваем. И они заодно с тем, кто нам нужен. Скажи, где их искать, и я обещаю забыть о теплом приеме, который ты мне устроил. И если я их нахожу…

– Получаешь награду, – говорит Бенсгор.

– А если не нахожу… – Он прищуривается. – Клянусь, тут камня на камне не останется.

– Мне очень не хочется этого делать, но я отдам вам опасного преступника, – вздыхает Бенсгор. – В лесу не одна шайка, и они воюют друг с другом. Сегодня утром привели главаря, который, вероятно, сцепился именно с этими разбойниками, которых ты ищешь, и проиграл. И он должен знать, где они прячутся. Возьмите его в лес. Если покажет логово, обезглавьте его, но лучше верните. – Бенсгор звонит в колокольчик, дверь распахивается, и в полный нелюдьми кабинет пытается протиснуться стражник, голова города вскидывает руку, и он останавливается. – Нэш, отведи этих… гостей в тюрьму к Одноглазому. Обеспечь всем, что они попросят. – Он переводит взгляд на Оддагарда. – Адария – бедная страна, не забывайте об этом.

Лиандр хищно оскаливается:

– Рад, что мы поняли друг друга.

Бенсгор провожает взглядом удаляющуюся процессию.

Одноглазого его люди допросить не успели, но он точно приведет наемников в горы, где прячутся те разбойники. Там они возьмут беглого колдуна. Или не возьмут. В любом случае, дней десять они будут заняты, а потом…

Потом ловец обязательно вернется и с радостью исполнит обещанное. И все закончится для Мэла и для Бенсгора.

В сердцах он бьет кулаком в стену. Ему нечего терять и отступать некуда. И родной город он не отдаст на разграбление чужакам…

Глава 5. База

Глава 5. База

Просыпаюсь я от того, что кто-то меня тормошит. Открываю глаза и вижу склонившуюся фигуру в балахоне, скрывающем лицо. Оттолкнув его, вскакиваю, готовый дать отпор, но человек отшатывается, поднимает руки.

Арвин, человек, 18 лет

Жена Леголаса.

Твою мать, это ж имена эльфов из «Властелина колец»! Откуда…

– Ты кто?

Незнакомка скидывает капюшон. Былые волосы, лицо сердечком… Первая мысль была: «Это сон».

– Дана?!

Она порывисто обнимает, целует меня, и пока я ошарашенно пучу глаза, надевает на меня какой-то артефакт на шнурке.

– Тихо. Это чтоб сбить нюхача со следа.

– Но как ты меня нашла?!

– Потом, сейчас быстро уходим. В городе ловец и наемники. Все вопросы после. Дай руку, кидаю скрытность на группу.

Мы выскальзываем из дома, ни с кем не встретившись. Торопливо шагаем по улице. Сворачиваем, еще сворачиваем. Хочется обнять Дану, спросить, что происходит, но я понимаю, что позже, ведь за мной по пятам гонится сама смерть.

Дана берет меня под руку, ведет узкими переулками, воровато оглядываясь. Наконец мы входим в глинобитную хижину, где толстая женщина режет рыбу и даже не смотрит на нас. Дана откидывает деревянную дверцу в полу, и по лестнице мы спускаемся в подвал.

– Так и думала, что это ты того падлу завалил, но вчера к тебе было не подобраться, а засылать доверенного к Бенсгору – перебор. – Нарушает молчание Дана. – Ты еле на ногах стоял, решила дать тебе отоспаться и утром спокойно подойти, ведь нам пилить и пилить по лесу. А тут – Охотники. Иди за мной. Город стоит на каменоломнях. Здесь их целый лабиринт.

– Ты в курсе, что тебя тоже разыскивают?

Она снимает со стены магический факел, шагает по извилистому коридору. Тут низко, и мне приходится пригибаться.

– Конечно. И еще лет сто будут искать. Это неважно! Важно, что ты теперь с нами. В Мэле – наша подпольная сеть скрывающихся магов, ее Рио организовал. Он делает арты от нюхачей, научился делать свитки … Ты ж не считал мои настоящие данные?

Мотаю головой, пытаясь выстроить в голове интересующие меня вопросы, чтобы начать с главного, а она продолжает тараторить:

– Видишь: работает! Теперь нас не чуют сраные нюхачи, и мы можем… Да мы можем перевернуть этот гнилой мирок и жить, как боги! Легиона факучего тут нет!

Забавно слушать, как чужой язык смешивается с родными сердцу земными ругательствами.

– Рио тоже здесь?

– Нет, он дальше. И тебе надо срочно к нему!

Мы обнимаемся, глажу ее. Длинные белые волосы уложены в косу, заколотую вокруг головы.

– А что с остальными? – спрашиваю я.

– Все потом. Расскажи, как сам.

– Я сбежал из плена, и по моим следам отправили пятерых очень серьезных ребят. Все они нелюди, маги. С ними ловец и нюхач.

– Блин, я счастлива, что ты живой! А теперь – тссс!

На полусогнутых я бегу за Даной по подземному лабиринту, в неизвестность.

* * *

Мэл мы покидаем тайно, из каменоломен выбираемся за городом из заросшего плющом глинистого склона небольшого оврага. Дана велит мне ждать, а сама уходит, но в скором времени возвращается с двумя жеребцами, и мы едем на базу Рио.

Преодолев очередное нагромождение камней, оказываемся на расчищенной вытоптанной площадке, и я выдыхаю с облегчением, думая, что мы на месте. Дана запрокидывает голову, издает переливистый возглас незнакомой мне птицы (или зверя?) и говорит:

– Не удивляйся. Дальше пойдем пешком.

Собираюсь ответить, что если бы удивлялся артефактам, вампирам, зомби, химерам, то уже поехал бы крышей, и тут передо мной будто из-под земли возникает… Дворф! Такой же квадратный и бородатый, как тот, что за мной гнался в группе нелюдей, только у того волосы темные, а этот блондин. Не то чтобы я челюсть потерял, но – удивлен, да.

Заргх, яфф, 34 года

Повелитель сил земли

Дворф молча забирает лошадей, удаляется, становится прозрачным, как и лошади – использует маскировочное заклинание.

– Ого! И кто еще тут водится? Эльфы есть?

Дана начинает расшнуровывать корсет, отвечает, не глядя на меня:

– Сейчас, наверное, нет. Только эти. Их осталось немного. Магический народ, почти все – стихийники. Ну, могут управлять стихиями. Владыка многих перебил, а у нас с ними союз.

– Не со всеми, – вспоминаю дворфа на ящере. – А «с нами» – это с кем?

– Ооо, долго рассказывать. Можно сказать, что Мэл – это мы. Все те, у кого в семье родился или когда бы то ни было рождался маг. Рио больше расскажет.

– Зачем ты раздеваешься? – не выдерживаю я, действо Даны кажется бессмысленным.

– Если женщину увидят в штанах, знаешь что будет? Камнями закидают! Дальше мы никого не встретим. Я тут чокнусь, Ник! Конченый мир. Мужикам в характеристиках пишут: маг, там, воин… А женщинам: жена такого-то, не замужем. И сколько детей. А знаешь что бесит больше всего и по чему я скучаю? По шампуню. Как Рио ни пытался, не получается сделать такой, как был на Земле. Да и Рио бесит, совсем с катушек слетел!

– В смысле?

Девушка раздраженно запихивает платье в рюкзак.

– Сам увидишь. Ему, понимаешь ли, тут нравится! Он, видишь ли, хочет тут жить! Ходу! Нам пилить еще часа четыре.

Перед нами – нагромождение камней, Дана скачет с камня на камень с ловкостью белки. Останавливается, ждет меня. Жаль, что не видно, как она прокачалась. Не выдерживаю и спрашиваю:

– Дана, а какой у тебя сейчас ранг… То есть ступень? Ты права, «жена» в характеристиках – вообще не информативно.

– Мы с Рио Умельцы, – отвечает она, по-пацански садится на корточки. – За два года поднялись на одну ступень, это очень… средне. Тут сложнее качаться, на Острове был просто фестиваль неслыханной щедрости! Ты сказал, что находишься здесь всего несколько дней – и тоже Умелец? Как тебе удалось? Я тоже так хочу!

Прыгая по камням, сбивчиво рассказываю, как победил Арсанака и получил награду от Канона. Дана кивает своим мыслям:

– Ясно, что ничего не ясно. Нужно не просто пройти по лезвию, а пройти в строго определенном месте, именно тогда, когда сойдутся звезды.

– Расскажи, чего ты достигла?

–В стелсе я могу находиться целую минуту, научилась прятать группу до пяти человек десять секунд. Необходимое условие – касание. Мое оружие – кинжалы, высасывающие силы Ядра противника. Отравленные сюрикены. Крутые фишки, но в каждой магической лавке с поделками Дъорна есть арты, которые все это нейтрализуют. Что у тебя?

– Все то же самое, плюс появились вот такие штуки. Смотри.

Погружаюсь в свое сознание… или астральное тело – черт знает, что оно такое. Короче, туда, где находится Ядро.

Я показываю удар в полную силу – из руки вырывается гигантская золотистая острога на энергетической цепи, разносит ствол засохшего дерева в щепки. Дана радостно хлопает в ладоши:

– Охренеть! А вон то яблоко достать можешь? – Она указывает на зеленый плод, прячущийся в красно-зеленых листьях яблони, растущей у нас на пути.

Направляю тонкий ручеек энергии в ладонь, хорошенько представляю крючок с тремя концами, такими цепляют рыбу браконьеры, небрежным жестом выбрасываю руку вперед и вверх, целя в яблоко – моя мысль материализуется: из ладони выстреливает золотистая нить с крючками, цепляет яблоко. Причем нить соткана из света, а крючья отливают металлом.

Когда цель поражена, дергаю нить на себя, снимаю яблоко и отдаю девушке.

– Что-то клевое, – кивает она, откусывает яблоко и тут же выплевывает его: – Тьфу, кисляк! Короче, давай поговорим об этом на базе.

Бег по пересеченной местности утомил, и я взмок. За время коротких передышек успеваю рассказать о Владыке, его способностях, бегстве, о дворфе в отряде наемников.

– Скорее всего, полукровка, их не принимают ни те, ни другие, – резюмирует Дана.

– А что с остальными нашими? – спрашиваю я. – Кого-нибудь нашли?

Мы выходим на козырек, дальше движемся вдоль обрыва в гигантское ущелье, за которым – отвесная скала.

– Скорее всего, они погибли, – отвечает Дана без эмоций. – Видели только Артура и не поняли друг друга… Рио расскажет. Ему полностью стерли личность.

– Он с вами?

– Он раб. Мы попытались его освободить, а он чуть нас не прикончил, сбежал к хозяину. Так что Артура больше нет.

Я не успел привязаться к Артуру, не воспринимал его как часть команды, и все равно грустно. Вспоминаю Вики в крепости Гелиодора, и сердце сжимает тоска.

– По-моему, я видел Викторию. Она меня не узнала и чуть не сдала ловцам… Наша Вики теперь жена Гелиодора.

– Что? – Дана округляет глаза. – Ты уверен, что это она?

– На девяносто процентов. Как подумаю о ней, хочется на стену лезть, потому что помочь ничем нельзя.

– Ага. Наверное, с ней то же, что и с Артуром.

Воцаряется молчание. Нарушаю его я:

– А Бык?

Дана пожимает плечами, кивает на маячащий впереди пик скалы:

– Почти пришли, нам туда.

На первый взгляд гора ничем не отличается от остальных пиков, не вижу и намека на то, что здесь кто-то живет. Дана проводит рукой по гладкой серой поверхности, и голограмма, мигнув, исчезает, открывая рукотворный прямоугольный ход правильной формы.

– Вот Рио удивится! – Потирая руки, Дана входит внутрь, и мы становимся на деревянный пол в узкой каменной шахте, примерно два на два метра.

В середине стоит барабан с тросами, которые тянутся выше. Ясно, это примитивный лифт, работающий с помощью системы блоков: крутишь барабан и сам себя поднимаешь.

Мы крутим барабан, скрипят детали самодельного лифта, мир погружается в темноту, и Дана достает факел со светящимся набалдашником, будто бы туда сел огромный светляк.

Когда корзина лифта достигает освещенного проема, прекращаем крутить барабан, и я вижу темную человеческую фигуру, стоящую против света:

Рио, человек, 20 лет

Алхимик, Умелец

Дана не солгала:, у него такой же уровень, как у меня! Девушка выскакивает из лифта, виснет у него на шее:

– Посмотри, кого я привела!

– Ты рехнулась? – возмущается он, и я вспоминаю, что на мне арт, скрывающий данные. – Я же говорил: чтоб ни одна душа…

– Люби-имый! Разуй глаза, это же Ник!

Ага, судя по обращению, у них все сложилось. Похоже, Рио не верит своим глазам, потому что стоит неподвижно. Подхожу к нему, чтобы протянувть руку, и не могу сдержаться – губы растягиваются в широкой улыбке.

Он ахатает, хватает меня, обнимает. Хлопает по спине:

– Ник! Я уже потерял надежду!

Дана не выдерживает и тоже лезет обниматься. Она громко хлюпает носом и вздыхает – наконец дает волю чувствам. Так и стоим с минуту, и в груди зарождается что-то теплое, разливается по телу. Наверное, впервые за долгое время я счастлив.

Мы идем по широкому ходу к свету. Убежище Рио напоминает пещерный город в центре Острова, где окопалась когорта Артура. Останавливаемся на краю обрыва, и у меня перехватывает дыхание: впервые вижу, как, позолоченные закатным солнцем, по ущельям текут молочные реки облаков.

Золотой свет падает на лицо Рио, я отмечаю, что он повзрослел. Между бровей залегла морщина, он немного вытянулся, раздался в плечах, отрастил жиденькие усы и бороду. Не хочется нарушать торжественность момента, но я говорю:

– У меня есть новости, и многие из них неприятные. Рассказывать долго, да и после коня ноги отваливаются.

От небольшой площадки на обрыве ведут два хода, мы поворачиваем направо. Узкий коридор, освещенный магическими факелами, заканчивается просторной мастерской, где Рио удалось воссоздать множество инструментов: ткацкий станок, сверла, что-то типа тисков, примитивные микроскоп, десятки предметов, назначение которых мне неизвестно.