Текст книги "Разрушитель Небес и Миров 3. Сила (СИ)"

Автор книги: Олег Бард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Глава 20. Изнанка

– Ну все, хана нам, – бормочет Дана, глядя на три воздушных корабля, движущихся на нас.

Рио вскакивает со скамьи, выхватывает нунчаки, словно они ему чем-то помогут, а меня зло берет, что негде взять деформы, хотя и она вряд ли помогла в битве с такими монстрами. Каждый драконообразный корабль размером с два вагона электрички.

Артур щурится, ноздри его раздуваются. Бык материализует молот из кошелька, второй рукой прижимает к себе Дели, на его лице – решимость. Бледная Вики резко проводит по панели управление, шепнув:

– Черта с два вы нас получите!

И наш дракончик, за доли секунды трансформировавшись в крылатую ладью, камнем падает вниз. Я понимаю ее расчет: маленький кораблик вполне способен маневрировать между тоннелями, соединяющими здания.

Ожидаю огненного шквала, заморозки… Но за нами никто не гонится. Воздушные суда движутся своим маршрутом.

Тормозим в паре метров над дугообразным мостом, и Вики, часто и тяжело дыша от волнения, направляет кораблик к центру города, шепчет сама себе:

– Конечно же, они не решатся на беспредел. Пока мы на виду, мы в безопасности.

Взбодрившись, Рио садится на скамью, шумно выдыхает.

– А с чего ты вообще взяла, что они летели по наши души? Вдруг просто по своим делам?

– Может, и так, – соглашается она. – Но происходит столько всего… Что невольно думаешь о плохом.

– Фууух! – выдыхает Дана, которая следила за небом замерев.

– Куда теперь? – спрашивает Рио.

– Есть одно проверенное безопасное место, но это за городом.

В целях безопасности вношу предложение разделиться, но все категорически против, особенно Рио:

– Ага, как в дешевом ужастике, где, когда по лесу бродит нечто и всех крошит, герои разбегаются и позволяют себя убить вместо того, чтобы держаться вместе.

Мы летим над диковинными зданиями и кажется, что в архитектуре этого города нет системы и логики, здания совершенно разные, сделанные из разных материалов: тут и правильные геометрические фигуры, и фантасмагорические нагромождения, и футуристические небоскребы, и подобия восточных минаретов. Почти у всех зданий наверху – сады и площадки, где топчутся биомеханические создания разных форм и размеров и стоят воздушные суда – по большей части ладьи и округлые непрозрачные капсулы. Мы движемся в сторону золотой сферы, висящей в воздухе, и если она издали казалась огромной, то теперь выглядит вообще исполинской.

Внутри силовой сферы заключен… Больше всего это сооружение напоминает осиный улей с множеством отверстий-ячеек. Или маленькую луну… Не луну даже – Звезду Смерти.

– Сенат, – комментирует Виктория. – Место, где решаются судьбы миров. Поначалу я думала, что правильнее лететь в убежище по периферии, но теперь поняла, что лучше – через город. Если за нами есть слежка, мы заметим, а напасть они не рискнут, их сразу же прижмут местные полицейские.

– Тогда приору точно не отвертеться, – говорит Артур.

Проскальзывает мысль, что, возможно, прямо сейчас Анта заходит в огромный зал Сената и требует к себе внимания. Зал замирает, присутствующие поворачивают к ней головы…

Виктория продолжает:

– Анта и Морф знают о че-ронге уже давно. Возможно, знает кто-то еще.

– Ну а сама-то устроилась? Гражданство получила? – спрашивает Дана, вертя головой по сторонам, она будто бы везде сразу, боится чего-то не увидеть, не услышать, не узнать.

– Я здесь на птичьих правах, однако кое-какими знакомствами обрасти успела.

– Я одного не понимаю, – говорит Рио. – Какая выгода Анте от того, что она расскажет всем о че-ронге?

– Ага, – снова вставляет свои пять копеек Дана. – Легионеры ж тогда потеряют свое могущество.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, как там остальные. Быка, который чуть не погиб в схватке с агрессорами, дрыхнет, уронив голову на грудь и вытянув ноги. Возле его гигантского молота стоит Дели, шевелит ушами. Малыш расстроен, что никто его не отправляет домой. Артура тоже клонит в сон, но он держится, чтоб не упустить важную информацию. Вики объясняет:

– Причины две. Первая – Анте передалась одержимость отца че-ронгом. Вторая – она думает, чтобы получить доступ к че-ронгу, достаточно на Земле родиться. Землянином быть необязательно.

– Хе! – восклицает Дана. – То есть ели Анта залетит и родит на Земле, ее ребенок обретет ту же силу, что и Ник?

– Скорее у него будет шанс. Потом ему нужно пройти инициацию смертью – подключиться к хаосу, затем – попасть в Спираль и очутиться на Атрее.

Рио улыбается своим мыслям.

– Если она права, то Небесный Легион просто изгоняет хаоситов и переселяется на Землю.

– Это лучше, чем порабощение и разграбление ресурсов, – говорю я.

Вики подогревает наш оптимистический настрой:

– К тому же Небесным Легионом правят люди пусть и жесткие и даже жестокие, но они стараются не вести себя как звери. Земля станет миром номер один.

На душе становится легче – если так, то легионеры поймут важность Земли и отменят отключение, да и мы перестанем быть загнанными крысами. Только бы у Анты все получилось!

Чем дальше от центра, тем меньше здания, но они по-прежнему ассиметричны и диковинны. Все реже попадаются огромные воздушные суда и чаще – полупрозрачные химеры, на которых ездят верхом.

Верхний мир настолько чудесен, что даже я порой теряюсь и кажется, что это сон. Вот так участвуешь в разговоре, а потом мимо тебя пролетают подростки на воздушных скейтах – и разеваешь рот, провожая их взглядом, и забываешь, кто ты и зачем здесь.

Город заканчивается зеленой стеной диковинного леса, щедро сдобренного разноцветными пятнами цветов, увитого лианами. Посреди буйствующей зелени – латки полей, жилища земледельцев, а вдалеке из джунглей торчат какие-то мрачные сооружения, отсюда не разобрать деталей.

– Мы ведь к развалинам? – спрашивает Рио, указывая вперед. – Что это за постапокалипсис такой?

– Памятник эпохи больших войн, – объясняет Вики. – Там Анта экспериментировала с моей умирающей тушкой, и мы будем в относительной безопасности. Ник, тебе должно понравиться. Не буду ничего объяснять, сами все увидите.

Это только кажется, что циклопические сооружения рядом, на самом деле до них часы полета. Они напоминают гигантские клыки, торчащие из земли, а когда подлетаем ближе, становится ясно, что основания древних сооружений более-менее сохранились, именно там и находится безопасное место.

К моменту, когда наша ладья начинает снижаться на конструкцию, состоящую, казалось, из наплывов черной застывшей лавы, Артур тоже спит. Биомеханизм ныряет в пещеру, трансформируется в дракона, приземляется и дальше шагает пешком сперва в темноте, а затем пробирается в просторное помещение, озаренное магическими факелами, где нас встречают трое мужиков, вооруженных штуковинами, похожими на огромные детские брызгалки. Оружие либо магическое, либо многократно усиленное – оно переливается всеми цветами радуги.

Встречающие не радуют Вики, она хмурится, почесывая переносицу.

– Что-то не так? – спрашивает Рио, ощутив ее волнение.

– Не знаю, – сосредоточенно бормочет Вики.

– Это кто? – настораживается Дана.

– Друзья. Да, здесь тоже живут люди, которые немного вне системы: дезертиры, преступники, нелегалы.

Дракон останавливается, складывает крылья, запрокидывает голову и застывает в виде ладьи. Сидения под нами вибрируют, становятся жидкими и исчезают. Мы выходим в мрачный ассиметричный коридор.

Волнение Вики передается и мне, но я не пристаю с расспросами. Если будет нужно, сама скажет. А вот Дана тактичностью не отличается. Выходя, хлопает по ладье.

– Эта штука управляется мысленно?

– Да. Настраивается на кого-то, входит в резонанс с разумом.

Рио расталкивает Быка и Артура, те выползают из капсулы вслед за мной. Здесь все ассиметричное, оплывшее, черное. Словно давным-давно тут было очень жарко, и сооружение начало плавиться. Не выдерживаю, трогаю пол, ожидая ощутить камень, но нет, по консистенции материал напоминает скорее каучук.

Троица угрюмых мужиков зловещего вида направляются к нам. Двое останавливаются, третий продолжает идти. У тех двоих, и у него сведения скрыты, система отображает только имя:

Торвод, человек, 127 лет

Грандмастер, двадцатикратный чемпион ножевого боя, боя на мечах.

А дальше красным:

Внимание! Торвод совершил преступление, и его разыскивает гильдия стражников. За его голову награда в размере 134000 енов.

В голове вертится мысль, много это или мало, но, ясное дело, не озвучиваю ее.

– Что случилось, Тор? – спрашивает Вики.

Этому мужчине на вид около сорока, мыссивный подбородок гладко выбрит, стрижка аккуратная, волосок к волоску. Дутый костюм-хамелеон скрывает его телосложение, но я почему-то уверен, что он накачан.

– Тревожный сигнал от Морфа, – рокочет он, меряя нас взглядом. – Мы наготове.

– Плохо. – Вики заводит руки за спину, качается с пятки на носок. – Подробности?

– Нет. Связь оборвалась. Кто эти люди? – Мужчина кивает на нас.

– Гости Анты. На них напали. Мы должны их защитить.

– Понял.

Тор протягивает Вики подобие шкатулки, откуда она достает артефакт связи, пытается его активировать, но ничего не получается.

– Или Анта с Морфом в Сенате, куда нельзя брать даже разрешенные средства связи, либо в осаде, и сигнал глушат. Или их больше нет в живых. – Она поворачивается и смотрит на меня: – Я не знаю, где их искать. Мы можем лишь надеяться, что они сами сюда придут. Тор, проводи нас.

– За мной.

По бугристому полу топаем за Тором по длинному коридору. Дана говорит на ходу, не оборачиваясь:

– Тор, сейчас ведь бои?

– Да. Не страшно. – Он обращается к Вики: – Я ничего не понял. Полчаса назад Морф связался со мной через арт и только успел сказать: «Готовность-2», а потом у него что-то грохнуло, и связь прервалась. Я не знаю, что с ним и жив ли он.

Вики с каждым шагом делается все мрачнее, все больше сутулится. Мы молчим. Даже Дана понимает, что задавать вопросы бессмысленно.

– Похоже, Приор все знает и ведет с нами войну почти в открытую, – комментирует Вики. – Сюда его люди вряд ли сунутся, но лучше быть готовыми.

Наверное, так же выглядит головка сыра изнутри, тут множество коридоров разной высоты и формы. В прозрачном лифте мы спускаемся вниз, и я начинаю различать людской рев и отдельные возгласы.

– Что там происходит? – Дана кладет руку на рукоять ножа.

– Бои наподобие нашего реслинга, и магические, и мэджик фри, – объясняет Вики. – Официально они запрещены, и все желающие острых ощущений прилетают сюда. Да и правительство считает, что населению нужна разрядка, потому, хоть тут одни преступники, не трогает жителей Изнанки.

Просторный полутемный зал, открывшийся нам, людьми забит до отказа. Приглядевшись, в красноватом свете замечаю не только людей, но и гномов, и высоких личностей с мертвенно-бледной кожей, и здоровяков типа Быка. Арена находится на возвышении, отгороженная от зала серебристой дымкой силового поля. Там сражаются два мага: грудастая девчонка лупит коренастого бородача, голого по пояс, огненными плетьми, тот материализует иероглифы, отбивающие атаку. Над ареной на прозрачном диске, похожий на здоровенного дрона, летает гном и голосом, усиленным магически, страстно комментирует бой:

– Это фантастика! Вы только посмотрите! Это как поединок огня и камня!

Я не слежу за тем, что происходит на ринге, протискиваясь в толпе за Вики, которая, видимо, мысленно заставляет зрителей пропускать ее. По толпе прокатывается вздох, она подается вперед, доносятся возгласы разочарования. Комментатор надрывается:

– Скай атакует! Вы видели, видели этот огненный шквал? Мне кажется, или Скала пошатнулся? Невероятно! Он выстоял… да не просто выстоял! Скала атакует! Вау! Этот момет войдет в историю! Не каждый раз Скала использует каменный град! Скай повержена!

Народ негодует, шипит и плюется, сопереживая более зрелищному игроку.

Добравшись до конца зала, где нет такой толпы, Вики ждет нас, и мы вслед за Тором ныряем в узкий коридор, несколько раз сворачиваем и оказываемся в двухъярусной квартире Вики. Внизу округлая комната метров двадцать, тут кухонька и ванная.

– Спальня там, – Вики указывает наверх. – Делаете так, – она становится на возвышение в полу, два раза топает левой ногой, и ее на лифте с прозрачными стенками поднимает наверх. – Теперь два шага правой – и вы внизу. Располагайтесь, отдыхайте, а мне нужно кое-что показать Нику.

Она опускается и становится рядом со мной. Смотрю на ее лицо и пытаюсь понять, сохранился ли в глубине ее глаз огонек, разгоревшийся тогда в озерной крепости, но не могу ничего прочесть… И вообще, думать надо о другом. Отворачиваюсь.

– А почему только Ник? – возмущается Дана, упирая руки в боки. – Может, я тоже хочу?

– Потому что остальных это может если не убить, то покалечить, а нам нужно быть в форме, чтобы при необходимости дать отпор незваным гостям. Это связано с энергией хаоса, я знаю, где ее можно черпать, и хочу, чтобы Ник «зарядился».

Бык ставит на пол Дели, шагает на кухню, очень напоминающую земную, и начинает шарить по полочкам в поисках съестного. Артур становится в круг и перед тем как подняться, говорит:

– Я, пожалуй, отдохну. Спокойной ночи!

И поднимается вверх.

Возмущенная Дана пытается что-то сказать, Рио притягивает ее к себе, прижимает, целует в висок, и она отступается.

– Мы скоро, – говорит Вики, берет меня за руку и тянет за собой, а я вместо того, чтобы думать о важном, размышляю над тем, имеется ли в этом жесте намек на то, что она обо мне не забыла.

Но едва мы выходим из ее «апартаментов», как Вики убирает руку, и мы движемся по узкому коридору друг за другом.

– Как давно ты с че-ронгом? – спрашиваю я.

– Год и девять месяцев, если быть точной, – не оборачиваясь отвечает она. – У нас с тобой все произошло по-разному: ты сперва умер, потом попал на Атрею, я – наоборот. Скорее всего, и че-ронгом мы владеем по-разному.

Наконец я могу поговорить с человеком, который меня поймет, рассказываю про сундук, куда складываю деформу.

– У меня это кувшин, а сама энергия хао в виде жидкости, которой я захлебываюсь. Какой объем твоего хранилища?

– Небольшой. Двести единиц.

Она останавливается и по-мальчишечьи присвистывает.

– Ничего себе! Я за столько времени с пятидесяти прокачала до ста двадцати.

Мы выбираемся из черного основания древнего здания, Вики прикладывает палец к губам, и к ней подлетает уже знакомый прозрачный диск, мы становимся на него, соприкасаясь руками, и он плывет над джунглями, проросшими сквозь черные обломки, к покореженному накренившемуся конусу. К нам устремляются два человека на таких же дисках, но узнают Вики и отстают.

– А как с твоими способностями суггестора? Они не исчезли на Атрее?

– Нет. Кстати, тут они мало у кого есть, легионеры больше качают боевку.

Диск медленно плывет над джунглями, и я начинаю замечать странное: деревья внизу становятся ниже, листва у них не такая яркая.

Внимание, воин!

Ты находишься в зоне действия смертельного излучения неясной природы! Твое здоровье будет снижаться на 2 % каждые 10 минут.

Постепенно картина из праздничной превращается в постапокалиптическую, растительность чахнет, исчезает вовсе, открывая взгляду черные, будто оплавленные камни, покореженные балки.

Ты получаешь 2 % деформации!

– Похоже на проникающую радиацию, но не она, – комментирует Вики и останавливает диск. – Здоровье снижается медленно, очень удобно перерабатывать деформацию в деформу. Я частенько прилетала сюда именно за этим.

– Шикарное решение! – говорю я, собираюсь уточнить, что не знал, где взять деформу, и мне ее всегда не хватало, но вдруг понимаю, что, раз привела меня сюда, Вики и так понимает это. Киваю на накренившийся покореженный конус, где просматриваются створки исполинских ворот. – Ты была внутри?

– Была, – кивает она. – Излучение нарастает. Там будто бы котел с пузырящейся зеленой массой.

Впервые за долгое время ощущаю, что не один в этом мире. Девушка, которую я, теперь окончательно ясно, люблю, понимает меня с полуслова. Вики задумчиво смотрит вдаль, а ощутив мой взгляд, едва заметно улыбается, а я не решаюсь ее коснуться. Кажется, что если она отвернется от меня, мой мир рухнет.

Ты получаешь 4 % деформации!

Вики становится предельно серьезной.

– Лучше начать прямо сейчас… У местных нет защиты от че-ронга, и даже если нападут на базу, вдвоем мы отобьемся, если у нас будет деформа.

Дальше молчим, я понемногу перегоняю деформацию в деформу, но все равно ощущаю, что начинаю разваливаться: появляется тошнота, болит голова, меня как мешком по голове ударили. Вика бледнеет, проступают синяки под глазами, но она не сдается.

– Пожалуй, я пойду, – шепчет она, и диск под нашими ногами делится на два. – Советовала бы заполнять хранилище не полностью. Иначе, если тебя потрепают, ты не сможешь исцелиться, трансформировав одну энергию в другую.

– Давай. Я скоро тебя догоню.

Провожаю взглядом ее силуэт и продолжаю работать с силой хао. Когда в хранилище 165 единиц, останавливаюсь и мысленно направляю свой диск туда же, куда улетела Вики.

Остановив диск над лесом, она сидит, болтая ногами. Возвращаемся мы друг за другом, нас встречают и сопровождают двое патрульных.

– Хочется увидеть тебя в деле, – говорит Вики, шагающая впереди.

– Лучше пусть все пройдет спокойно.

Огромный зал, где велся бой, опустел, мы быстро добираемся до квартиры Вики и обнаруживаем там сонное царство, даже Дели спит, свернувшись на полу в углу.

– Что мы будем делать, если не дождемся новостей от Анты? – спрашиваю я.

Вики смотрит как-то странно, я не выдерживаю и обнимаю ее, она кладет голову мне на плечо, волосы щекочут щеку, руки гуляют по моей спине.

– Как же я скучала, – шепчет она.

В этот момент дверь распахивается, мы оборачиваемся. На пороге, придерживаясь за дверной косяк, стоит Морф. Его одежда изорвана, волосы растрепаны. Вики бросается к нему.

– Что случилось?!

Он кладет на стол артефакт со слепком сознания Владыки, накрытый мерцающим сиреневым колпаком. Тяжело садится на стол, вытянув раненую ногу, которая еще не успела регенерировать, и говорит:

– Мне нужно перекусить, чтобы кости срастались быстрее.

Вики суетится, мечется от полки к полке. Легионер выпивает стакан воды.

– На нас напали, когда мы летели в Сенат. – Легионер кивает на артефакт. – Видимо, следящая программа в сознании Владыки, так нас и вычислили. Теперь она под куполом. Анту взяли в плен, я им не нужен, и от меня пытались избавиться. – Он делает глоток. – Анта нужна им живой, потому что у нее есть некое средство влияния на Приора. Но что это, не знаю даже я. Они не могут ее убить, потому что в противном случае… – он закашливается, и я заканчиваю мысль:

– Если она в течение какого-то времени не объявится, компромат будет обнародован. Им нужно его заполучить и уничтожить.

Воздев палец, Морф некоторое время кашляет, а потом шепчет:

– Молодец. Смышленый малый.

Он так громко кашляет, что просыпается Дели, и со второго этажа начинают спускаться сонные соклановцы, собираются в кухне, и я еще раз слушаю о пленении Анты.

– Как я понял, – говорит Артур, – в распоряжении легионеров средства, размягчающие сознание. Анту допросят, выудят нужные сведения и убьют…

Морф мотает головой.

– Анта – одна из лучших. Пока вскроют ее защиту, она может держаться сутки или немного больше. За это время нам нужно ее вытащить.

Вики расстраивается, поджимает губы, а мне предложение Морфа не кажется таким уж хреновым, ведь недавно мы провернули похожую операцию: вытащили Владыку из собственного логова.

– Мы тебя услышали. Каковы твои предложения?

[N1]процесс

Глава 21. Бункер

Морф окидывает нас взглядом-сканером, будто бы измеряет и взвешивает каждого, проверяет на прочность. На Быка, подпирающего стену и едва не цепляющего потолок макушкой, смотрит чуть дольше, чем на остальных. Встречается взглядом с Вики, сидящей за столом рядом с Дели, свершувшимся калачиком на стуле, качает головой и произносит:

– У меня единственное предложение: отбивать Анту у Приора. Если потеряем ее, то и на наших планах, и на нас самих можно ставить крест.

Дана поджимает губы.

– То есть как это? Получается, даже здесь нет справедливости?! Можно вот так вот беспредельничать, и Приора не накажут? А если заявить на него в полицию? У них должны быть эти самые… средства, размягчающие сознание!

– О чем ты говоришь! – с горечью в голосе замечает Рио. – Все они люди, а где есть люди, процветает распущенность и коррупция.

– Хех, и ведь не поспоришь, – качает головой Морф. – Ты прав, малый. Приор – уважаемый член сообщества. Чтобы привлечь его, нужны железные доказательства, а у нас их нет. Нам придется отвечать за клевету. У Анты был какой-то козырь, который она собиралась предъявить в Сенате…

– И она не сказала, что это, даже тебе? – спрашиваю я.

Морф пожимает могучими плечами.

– Нет. Я уязвимее нее и не смог бы долго сопротивляться ментальному воздействию.

– Ну как же глупо… Блииин! – негодует Дана. – Ну почему, а? Морф, а если ты пойдешь в Сенат и все расскажешь?

– Без Анты я туда даже не вхож.

Первую скрипку в разговоре играет Дана, потому он напоминает метание из угла в угол с заламываньем рук.

– Хорошо, – говорю я, – Морф, где он держит Анту? Вряд ли в здании Сената. Это должно быть охраняемое строение где-нибудь на окраине, чтоб поменьше свидетелей.

– У него только в столице три резиденции. Дальше он точно ее не вывез.

Артур говорит:

– То есть ты не знаешь, где она точно, и предлагаешь действовать наобум? Методом исключений? Даже если нас не положит охрана, то возьмет местная полиция… кстати, как она называется?

– Стражи, – говорит Вики, сидящая за столом. – А что если поймать кого-нибудь из ближайшего окружения Приора и допросить?

– Между прочим, – говорит Рио, – у нас есть уникальная штука – артефакт рассеиватель! – Он начинает копаться в патронташе.

Морф спрашивает:

– Что это за штука?

Не доставая артефакт, Рио объясняет:

– Артефакт, на минуту выключающий магию в небольшом радиусе. То есть все артефакты отрубает и даже, насколько я понял, ни крафтить нельзя, ни бить дистанционно, и магические предметы утрачивают силу…

– Это может пригодится, – кивает Морф. – Мало кто из нас развивает тело так, как это делаете вы.

– Мы сильнее, – делает вывод Артур. – И у нас целую минуту будет огромное преимущество.

Мой взгляд скользит по столу, где лежит артефакт с отпечатком сознания Владыки, над которым парит сиреневая дымка защитного поля, скрывающая следящую программу, встроенную в его разум, и в голову приходит интересная мысль. Указываю на арт.

– Кажется, я знаю, кто нам поможет найти Анту.

Морф все понимает, подтягивается, напрягается, его потухший взгляд оживает.

– Позови Торвода. Скажи, что нужна кукла, – обращается он к Вики.

Виктория вскакивает, кивает и убегает, а мы с Морфом активируем артефакт и оказываемся внутри сознания Владыки – в просторном кабинете, только теперь там сумеречно, и силуэт хозяина сливается со стулом. Мы замечаем его, когда Гелиодор начинает говорить:

– Не успели уйти, как вы снова здесь. Что-то пошло не так? Или вы доставили мне новое тело?

– Все будет зависеть от того, располагаешь ли ты нужными сведениями. Анта в плену у твоего братца…

– Будь я порядочным человеком, сказал бы, что мне жаль. – В голосе Владыки – ни злорадства, ни сожаления.

– Ты еще не понял. Это плохие для тебя новости. Без нее никто не станет меня слушать в Сенате, а значит, и ты нам больше не нужен.

– Действительно плохие новости, – с пониманием кивает Владыка. – Только при чем тут я.

– Мне нужно знать, где Приор держит Анту. У него три резиденции в столице, но вряд ли пленница там. Есть соображения, что это за место?

Владыка задумывается, потирая подбородок.

– Мы с ним вживую не виделись много десятилетий, я могу много чего не знать, – он берет паузу, переводит взгляд с меня на Морфа и обратно. – Но если все по-прежнему, то соображения у меня есть. В детстве мы часто летали в бабушкин дом времен Последней войны, это в Сорок четвертом конгломерате. Если бы у меня было тело, я показал бы координаты на голографической карте. Там есть все, даже собственная маленькая тюрьма.

– Тело будет, но временное, – оценивая его взглядом, говорит Морф. – Через двое суток начнется отторжение. Чтобы сознание прижилось, нужны более сложные манипуляции и… несколько другие условия, а мы сейчас вынуждены скрываться.

Владыка поднимается из-за стола.

– Хорошо. Жду.

Мы с Морфом возвращаемся в жилище Вики, пересказываем диалог с Владыкой. Дана хлопает в ладоши.

– Уже что-то! Есть надежда, по крайней мере…

Она хочет еще что-то сказать, но переводит взгляд на прибывшую делегацию: Вики, Торвода и стриженного под «площадку» мужика.

Энрой, человек, 34 года

Грандмастер безоружного боя, мыслительные функции частично утрачены.

Он так накачан, что не может прижать руки к телу. У него глубоко посаженные глаза гориллы, кость в проколотом носу. Издав звук «фуух», как сломанный механизм, Энрой склоняет голову набок и замирает, бездумно глядя в одну точку. К нему подходит Бык, сгибает руку, изучает свою бицуху, сравнивает с мышцей Энроя, который на голову его ниже, но в плечах шире. Манкурт не реагирует на столь назойливое внимание

– Он гладиатор-манкурт, – объясняет Морф. – Когда-то за преступление его приговорили к смерти. Ему полностью стерли личность и теперь горячие парни, которые хотят поразмяться, но не желают портить свои тела, используют его как вместилище для своих сознаний

– Как экзоскелет? – интересуется Артур, ему отвечает Виктория:

– Примерно.

Морф уточняет:

– Все равно дольше двух суток Владыка не сможет его использовать.

– Я бы не стала ему доверять, – бормочет Дана. – Ваш Владыка – тварь еще та.

Вики кладет ей руку на плечо.

– Мы не настолько наивны. Просто выхода нет, вот и идем ему на уступки. Владыке тоже выбирать не из чего. Мы по крайней мере узнаем, где искать Анту.

Морф растягивает сиреневатую пелену защитного купола на всю комнату, приказывает гладиатору:

– На пол, на спину.

Манкурт вздрагивает и беспрекословно выполняет команду, ложится под ноги Быку, вперивается в потолок. Морф превращает артефакт в маску, которая накладывается на лицо гладиатора, загорается ярко-сиреневым, блекнет, начинает впитываться, исчезает. Несколько секунд тело куклы лежит неподвижно, он будто умер, но в конце концов вздрагивает, начинает дышать – могучая грудь поднимается и опадает.

Видимо, Вики рассказала Торводу, что происходит, и он берет манкурта, то есть теперь уже Владыку, под прицел странной местной пушки. Манкурт открывает глаза, осматривает комнату и нас, поднимается, едва не упираясь в грудь Быка, который продолжает за ним наблюдать. Смотрит на свои руки, ощупывает себя, и вдруг как врежет Быку в грудак!

Бык крякает, отступив на два шага, пытается ударить в ответ, но Владыка уворачивается. Торвод выцеливает его, ждет команду на ликвидацию, но этого нельзя допустить, он нужен нам живым. Потому распахиваю резервуар с деформой…

Но Владыка поднимает руки, пятится, глядя на Торвода.

– Стоп-стоп-стоп! Вы чего? Я просто тестирую тело…

Бык подходит к нему и с коротким замахом бьет в грудь кулаком, вышибая из манкурта короткое «хек». Глаза его лезут из орбит, он не может вдохнуть. Зато отмщенный Бык удовлетворенно потирает руки и становится у стены.

– Без глупостей, – предупреждает Морф. – Еще одна такая выходка, и…

– Я понял, – хрипит еще не отдышавшийся Владыка. – Согласен: был резок. А теперь можно, я хоть посмотрю на себя?

Морф кивает, но Торвод не опускает оружие, идет за Владыкой в ванную, где тот становится, окутанный сиреневой дымкой защитного поля, напротив небольшого зеркала, где отражается только его голова и грудь. Разевает рот, растягивает его пальцами, хмурится, трогая кость в носу, ощупывает мускулистую грудь и плечи.

– Неужели не нашлось тела поприличнее? Как бы объяснить… у него в голове туго.

– Если все получится, – говорит Морф, – выберешь то, что тебе понравится. И не вздумай нас предать! Как ты видишь, братец давно мог тебя вытащить хотя бы таким способом. Но не стал этого делать и бросил тебя погибать на Атрее.

Владыка старается держать себя в руках, но получается не очень: глаза-буравчики недобро блестят и катаются желваки. Вики включает голографическую карту, Владыка в теле манкурта ставит метку, приближает место, где находится убежище Приора, переводит карту в режим реальной демонстрации, и над столом появляется почти земной город в миниатюре: восемь небоскребов-свечек, соединенные тоннелями, окружают овальное здание, а за ними – разномастные дома поменьше: треугольные, квадратные, круглые, большие и маленькие, стоящие на земле и висящие в воздухе.

Владыка приближает карту, и оказывается, что городок заброшен: стекла небоскреба выбиты, стена крошится, «частный сектор» порос зеленью, а некоторые дома оплетены лозой и вьюном.

– Город-призрак, – изрекает Бык. Подбрасывает кошелек, в который он преобразил молот, и тот зависает в воздухе.

Дели, спящий на стуле, пробуждается от его голоса, сладко зевает, закрывает лапой мордочку и спит себе дальше.

– Он заселен где-то на четверть, – объясняет Морф. – Не такими головорезами, как здесь, но лучше там не расслабляться.

– Вот этот дом на окраине, – Владыка максимально приближает башню в форме усеченного конуса, оплетенную лозой.

Наверху конуса – площадка для биомеханизмов, по округлым стенам – россыпь окон-бойниц. Здание будто бы растет из второго такого же, но лежащего на земле.

– Площадь здания огромна, верхние этажи заброшены. Мы с братом в детстве обожали собирать толпу детей и играть там, я до сих пор помню карту подземных коридоров и вентиляционных шахт. Из постоянной охраны там два бестолковых манкурта, но сейчас охранников должно быть больше.

– Где они могут держать Анту? – спрашиваю я.

– На первом этаже – настоящий бункер, и есть потайные ходы, которые вряд ли охраняются. Если есть из чего, создам схему… – Он усмехается. – Хотя у этого тела талантов нет, придется карту рисовать.

Вики понимает все без уточнений, и через минуту в его руках бумага и карандаш. Кривясь, он рисует план здания. Получается не очень – грубые пальцы манкурта не приспособлены к таким манипуляциям.

Но с горем пополам он все-таки справился, и мы даже понимаем, что, где и как. Если Анта действительно там, то у нас есть шанс.

Морф хлопает в ладоши:

– Собираемся, и в путь.

А я думаю о двух вещах: первое – мне помогает Владыка, злейший враг; второе – я наполнил хранилище деформой, и теперь мне хватит че-ронга больше, чем на десять ударов. К тому же Вики тоже получила доступ к изначальной силе, и нам есть что противопоставить Приору и его людям. Ну, и еще нужно выбрать приоритетное направление развития.