Текст книги "Требование Маркона (ЛП)"

Автор книги: Обри Роуз

Соавторы: Марина Мэддикс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Кровь растеклась по ее животу и груди, стекая по бокам на землю.

«Боже, как же много крови!»

Когда я прижал ее руку к своему сердцу, она была ледяной. Паника и отрицание вспыхнули во мне от осознания того, что это могло означать.

– Натали, – я наклонился к ней и чуть не рассмеялся от облегчения, когда ее веки дрогнули и открылись.

– Мар… ко… – она даже не смогла произнести мое имя, как из ее груди вырвался глубокий влажный кашель, забрызгавший меня пятнами крови.

Это не могло происходить. Еще сегодня утром мы проснулись в объятиях друг друга, весьма довольные нашей любовью.

«Вот и все, – пронеслось в голове. – Это был всего лишь сон. А этот кошмар?.. Все так и должно было случиться».

– Натали! Нет! – раздался позади меня дикий вопль, но я никак на него не отреагировал.

Сиенна, Арлин и Тима бросились к нам, но Амма преградила им путь.

– Нет! – крикнула она, и ее властный голос громовым раскатом пролетел над полем.

Не обращая ни на кого внимания, я пристально смотрел в любимые глаза. Я целовал ее руку и убирал с ее лица прилипшие пряди волос и пятна крови.

– Мне… жаль, – прохрипела она, не сводя с меня глаз.

– О чем ты, любовь моя? Тебе не за что извиняться.

– Наша борьба… и… мы… не нашли… лекарства.

– Нет, драка произошла по моей вине. Это я должен извиняться. Нам просто нужно вернуть тебя в деревню, а Бэндрин сможет…

Она сжала мою руку, а у меня перехватило дыхание от осознания ее слабости. На мгновение мне показалось, что пошел дождь, но потом я понял, что капли, падающие на ее бледное лицо, были моими слезами.

– Маркон… моя любовь… моя пара… – тень улыбки скользнула по ее губам, а ее глаза медленно закрылись. Открыть их снова стоило бы ей огромных усилий.

Я покачал головой. У меня не было сил ни говорить, ни принять правду. Я обрел в этой женщине свою идеальную пару. И мне не нужны были какие-то особенные доказательства, не нужно было быть пораженным громом, чтобы знать, что я люблю ее, и что она любит меня. Казалось, наше будущее было предписано Вселенной. Я уже видел, как целая стая маленьких щенков – все девочки – бегают повсюду, гоняясь за мальчиками объединенного Великого племени Фракоса. Своим возрастом мы превзошли Амму и умерли во сне в один день в объятиях друг друга. А наши дочери окружали нас.

Вот какой должна была стать наша жизнь. Но, видимо, этому не суждено случиться.

– Не оставляй меня, – прошептал я.

Печаль наполнила ее глаза, и мы вместе заплакали.

– Возможно, это еще не конец, – Амма низко склонилась над нами, глядя на нас.

Ее слов было почти достаточно, чтобы во мне вновь вспыхнула надежда, но отразившееся на ее лице беспокойство, приглушило ее.

– Что? Но как?

– Укуси ее. Это может сработать.

– Может?

– Может, да, а, может, и нет, – пожала она плечами.

– Сделай же это, братишка, – рыкнул Трайн. Я огляделся вокруг. Все наши близкие стояли вокруг нас плотным кольцом. – Ты не хуже других знаешь, что наши звери исцеляются быстрее нас.

– А если она настолько слаба, что не сможет справиться с превращением?

Он положил руку мне на плечо.

– Но и так она все равно умрет.

Я с трудом сглотнул и наклонился к любимой. Она больше не могла держать глаза открытыми.

– Натали, мне нужно укусить тебя, чтобы спасти твою жизнь. Это наша единственная надежда. Я знаю, ты беспокоишься, что твой мозг, когда ты станешь Варгом, не будет работать как прежде. Но я уверен, что это все равно не помешает тебе найти лекарство. Я всегда верил в тебя. Да и лекарство – это не самое главное. Я не смогу жить без тебя. Сейчас меня не пугает даже мысль, что твоим суженым может оказаться кто-то другой.

Рука, которую я держал, взметнулась к моему лицу, и ее холодный палец коснулся моей щеки.

– Ты… мой… Маркон. Навсегда, – она сделала еще один неглубокий, дрожащий вдох и закрыла глаза. – Укуси меня.

Глава 27

Натали

Спустя неделю

– Когда ты, наконец, их выбросишь? – спросил Джерек, устанавливая в микроскоп еще один слайд для проверки.

Уже в сотый раз с того момента, как я вошла в лабораторию, мой взгляд задерживался на цветах, подаренных мне Марконом неделю назад. Пока я выздоравливала и не приходила сюда, они поникли и потемнели, а вода практически испарилась. Но я никак не могла заставить себя их выбросить. Наоборот, я переставила их на свое рабочее место, чтобы в любой момент, когда мне захочется, полюбоваться ими. Они придавали мне сил, которых требовалось немало в мой первый рабочий день. Как Варга.

– Никогда.

Джерек ошеломленно посмотрел на меня.

– Знаешь, мне все время хочется спросить тебя, что ты чувствовала во время превращения?

– К сожалению, я действительно мало что помню об этом. Я была немного рассеяна, находясь на грани смерти.

На самом деле я помнила намного больше, чем показывала. Просто мне не хотелось делиться такими интимными подробностями ни с кем, кроме Маркона. Большая часть воспоминаний была размыта, но сильный жар и граничащие с болью ощущения я помнила отчетливо. И все же это было мелочью по сравнению с раной в животе. Мир крутился и вращался сам по себе до тех пор, пока в моих глазах все не почернело.

Следующий момент, что я помнила, – я лежу на циновке в кошу в своей звериной форме. Все мои «сестры» – включая Тиму и Чайму – заботятся обо мне, а Маркон постоянно рядом со мной. Я была слишком дезориентирована, чтобы обращать внимание на то, как чувствует себя мое новое тело. Я оставалась зверем пять дней, прежде чем Бэндрин решил, что я достаточно сильна, чтобы вернуться назад в человеческое тело.

– Что-нибудь изменилось в твоей чувствительности? Я знаю, ты беспокоилась, что может пострадать когнитивный опыт твоего сознания, – разговор совсем не мешал Джереку смешивать следующие два образца для проверки.

Пока я выздоравливала, моему напарнику пришла в голову мысль, что, возможно, мы ищем два подходящих вида, чтобы смешать их с риитом. До сих пор мне не везло, но это меня ничуть не удивило. Мое чутье – я никогда не доверяла ему до приезда сюда – подсказывало мне, что нужно искать только один компонент.

– Ну, мне сложно сказать что-то определенное, ведь я все еще выздоравливаю. И все же мне кажется, что сейчас я стала мыслить более четко, чем раньше. Конечно, теперь жизнь Варгов обрела для меня гораздо больший смысл. Хотя я до сих пор не могу понять, почему Маркон сопротивляется предложению положить посуду в ведро для мытья, чтобы замочить ее.

Джерек серьезно кивнул, не поняв моей шутки.

– Возможно, в какой-то момент своей жизни он получил черепно-мозговую травму.

– Либо так, либо у меня очень ленивая пара.

По-прежнему ни тени улыбки.

– Ага, значит, ты наконец-то смирилась с понятием «предначертанные супруги», – он потянулся за новыми образцами.

– Ну, почему вы все так говорите? – фыркнула я. – Сейчас я верю в судьбу не больше, чем раньше. Мы с Марконом выбрали друг друга задолго до того, как он меня укусил. И любим мы друг друга точно так же, как и раньше.

Джерек оторвал взгляд от микроскопа, и одна его бровь слегка приподнялась.

– Уверена?

На этот раз я покраснела. Я не могла отрицать, что цвета вспыхивали ярче, ароматы воспринимались более насыщенными, а птицы пели мелодичнее, чем когда я была землянкой. Да и эмоции чувствовались намного сильнее, как и говорила мне Арлин перед тем, как я покинула Долину. Мои чувства к Маркону временами почти полностью захватывали меня. Было неимоверно трудно удерживать свои руки подальше от него, но мой мужчина настоял на том, чтобы дождаться моего полного выздоровления, пока Бэндрин не подтвердит, что я совершенно здорова. Никакие мольбы – ни прикосновения, ни поцелуи, ни поглаживания – не смогли поколебать его решительность.

– Что это за удивительный запах? – спросила я в отчаянной попытке сменить тему.

– О, жители жарят кабру для сегодняшнего пира. Все желают отпраздновать слияние племен.

«Ха, последняя вечеринка перед началом интеграционного процесса!»

– Тима говорила, что они с Сиеной начали планировать первый фестиваль взаимных притязаний, – сказала я, теребя засохшую головку зеленой спиральной травы из моего увядшего букета. Спелые пурпурные семена рассыпались по всему моему рабочему месту. – Проклятие.

Я надеялась, что цветы простоят немного дольше, но, честно говоря, как доказательство любви Маркона ко мне, они уже были не нужны. Он доказывал мне это каждый день миллионом различных способов, и был просто виртуозом в своей изобретательности. Конечно, я не собиралась говорить ему об этом. Как бы практична я ни была, но каждая девушка в любом уголке галактики любит время от времени получать букеты от своего мужчины.

– Думаю, время пришло, – вздохнув, я схватила цветы и вышла на улицу.

Оказавшись на пороге, я вдохнула воздух полной грудью. Тысячи различных запахов атаковали меня, чуть ли не сбивая с ног своей силой. Зверь внутри меня заурчал, желая отведать сочную кабру. Ко всей этой истории с превращением в Варга нужно было еще привыкнуть.

Я почти полностью исцелилась, но некоторый остаточный дискомфорт еще давал о себе знать, поэтому я медленно и неторопливо направилась к костру в центре общего круга. Мальчишки маленькой стаей носилась вокруг костра как сумасшедшие, и я не могла удержаться от смеха над их проделками. Затем Кринди, чьи маленькие ножки не поспевали за шустрыми братьями, запела песенку. Ее голос был сладким и чистым, как фильтрованная вода из ручья в деревне.

Мальчики любят девочек.

Девочки обожают кудряшки.

А кабрас мычит.

О риит.

Пришло время потанцевать.

Танцы! Танцы! Танцы!

Пришло время поесть.

Есть! Есть! Есть!

* * *

В последний раз я взглянула на цветы в своей руке и попрощалась с прежней Натали. Бесплодный стебель спиральной травы напомнил мне о моем прежнем «я». О том, какими неяркими были мои эмоции и, возможно, вся моя жизнь. Теперь они напомнили мне пышные головки спиралек, заполнявших луг… ну, до того, как во время битвы они были беспощадно втоптаны в землю.

В моем мозгу вспыхнуло воспоминание. Амма склонилась надо мной, когда я лежала на траве и умирала. Луг. Эта старая женщина казалась одержимой этим местом, но я никак не могла понять, по какой причине. Все вокруг меня стало расплывчатым, туманным, пока мой мозг старался решить головоломку, о существовании которой я даже не подозревала.

Чем-то…

Я резко развернулась и поспешила обратно в лабораторию. Ворвавшись внутрь, я своей стремительностью перепугала Джерека, который в этот момент потянулся за новыми образцами. Он подскочил, когда я швырнула засохший букет на его рабочий стол.

– Ты ведь проверял их, верно?

– Что?

– Спиральная трава. Красноватая. С миллиардом семян.

Он изогнул бровь, глядя на меня.

– Во-первых, у этого растения нет миллиарда семян. Во-вторых, да. Я проверил его дважды. Семена, стебель, листья – я все это уже проверил.

Разочарование закипело в моей груди. Я ведь была так уверена…

Никогда в жизни мне не хотелось так сильно ударить кого-то. Это было совершенно иррационально, но именно так я сейчас себя чувствовала. Казалось, время моей рассудительности закончилось. И все же что-то не давало мне покоя.

– И когда это было?

– Ну, во-первых, сразу после моего приезда. А потом, когда Маркон принес их тебе. Но почему ты спрашиваешь?

Я не могла избавиться от проблеска мысли, вспыхнувшей в моем мозгу.

– Проверь еще раз.

– Но…

– Сделай это!

Джерек пожал плечами и потянулся к стеблю.

– Нет, – почти закричала я. – Только семена.

Я собрала несколько штук со стола и бросила ему в ладонь.

Я металась по крошечной хижине, наблюдая за каждым его движением, пока он готовил образец. Мои ладони вспотели. Наконец, он положил предметное стекло на подмостки микроскопа. Заправив выбившуюся прядь черных волос за ухо, он настроил фокус и добавил каплю экстракта риита.

Воздух в хижине вдруг стал таким горячим и застоявшимся, что мои легкие начали гореть… пока я не поняла, что перестала дышать. Я не могла припомнить, чтобы когда-нибудь чувствовала такую тревогу. Я попыталась списать это на мою новую сущность, но подозревала, что чувствовала бы то же самое даже будучи землянкой. Будущее целого вида зависело от результатов этого опыта.

Джерек отодвинулся от окуляра, но не сказал ни слова. Даже не взглянул на меня. Вместо этого он снял слайд и быстро приготовил другой. Когда он повторил процесс, мое сердце бешено заколотилось – в три раза быстрее, чем должно было.

– Ну, что? Что ты видишь?

Глава 28

Маркон

– Должен отдать тебе должное, мой младший брат. Племя действительно начало процветать под твоим руководством. Конечно, потом из-за тебя их всех чуть не убили, но, тем не менее, я думаю, что сейчас все в порядке, – Трайн хлопнул меня по спине чуть сильнее, чем требовалось, и одарил злобной ухмылкой.

Вокруг нас веселились Варги. Они танцевали вокруг костра и наслаждались своей последней ночью в родовом доме.

– Как хорошо, что ты вернулся, а?

– Ты чертовски прав, братишка.

– Только не думай, что ты снова босс, Трайн. Я знаю, тебе будет нелегко отказаться от контроля, но это единственный способ…

– Да, да, – проворчал он, сильно толкнув меня. – Это единственный способ выживания для нашего вида. Да, знаю я, знаю. Лучше расскажи мне, как тебе супружеская жизнь.

– Гм, хорошо.

Его пылающие оранжевые глаза сузились до щелочек.

– Ты заколебался. Что? Она не так хороша в постели?

Мое рычание прокатилось по всему периметру, заставив всех замереть на долю секунды. Но соплеменники тут же продолжили веселиться. Они привыкли постоянно слышать, как их Альфы рычат друг на друга, особенно за последние несколько дней.

Трайн поднял руки в ответ на мой горячий взгляд.

– Извини, я не хотел переступить черту. Это больше не повторится. Но ты же не станешь отрицать, что колебался с ответом?

Я позволил его извинениям на мгновение повиснуть в воздухе между нами, чтобы дать ему понять, что теперь все изменилось. Никто, включая моего собственного брата, не смеет так говорить о моей паре. Никогда, если только они не боятся, что им серьезно надерут задницу, как это называла Натали.

Но брат был прав. Я слегка заколебался.

– Эта неделя была целой чередой сменяющих друг друга форм пыток, – наконец, выдохнул я.

Мне даже не нужно было объяснять, что самым страшным для меня, конечно же, было то, что я чуть не потерял Натали. Я был вне себя от горя, но в тот момент, когда мои клыки погрузились в ее остывающую плоть, я понял, что Амма была права. Видения нашей счастливой семьи вернулись, но на этот раз в сопровождении умиротворенности и спокойствия, которые мгновенно согрели мою измученную душу.

– Сначала чуть ли не смерть Натали, а потом ее выздоровление. Надо поблагодарить старейшин, что Амма помогла Бэндрину залечить ее раны. Сомневаюсь, что без их помощи результат был бы таким успешным. А потом, в довершение ко всему, эти бесконечные дискуссии с Советом.

– Не напоминай мне о них, а то я взорвусь, – фыркнул Трайн, соглашаясь.

– Между прочим, я был очень впечатлен тем, как ты смог держать себя в руках. Ты даже ни разу на них не накричал.

– Вероятно, потому что согласился с их идеей о переселении всего племени в Долину. Не так давно это означало бы верную смерть для всех нас. Сейчас же…

– К сожалению, сейчас у нас есть более сильный враг, который легко может привести дюжину этих шаттлов на луг и уничтожить всех нас прежде, чем мы узнаем, что они приземлились. По крайней мере, в Долине нас со всех сторон будет защищать лес, к тому же и сверху. Кроме того, нам потребуется время и тренировки, чтобы научиться сражаться вместе, единой стаей. Мы ведь привыкли драться друг с другом.

– Я все еще не могу поверить, что ты настаиваешь на том, чтобы женщины присоединились к нашей борьбе. И все же я должен признать, что с нетерпением жду их обучения, – Трайн пошевелил бровями и послал мне еще одну дьявольскую ухмылку.

– Старейшины на моей стороне и готовы помочь нам, – засмеялся я, снова переводя взгляд на лабораторию Натали.

Я не видел ее с самого завтрака, и все мое тело ломило без нее. Единственным признаком жизни в хижине был тусклый свет, горевший внутри. Несколько раз в течение этого очень напряженного дня я ловил себя на том, что готов, плюнув на все, ворваться в ее лабораторию, но любимая попросила меня не отвлекать ее.

– Это еще одна вещь, в которую я никак не могу поверить, – проворчал Трайн, качая головой. Впервые за долгое время его волосы были чистыми и идеальным каскадом ниспадали на спину. – Ты позволяешь своей женщине сидеть взаперти с этим придурком – прости, нашим кузеном из Долины – весь чертов день. У меня когти чешутся от желания выпотрошить этого…

– Джерек не так уж и плох. И он определенно мне не соперник. Если он только посмеет прикоснуться к ней, я разорву ему горло. Но сейчас меня это не волнует. Кроме того, Натали нужна его помощь, чтобы найти лекарство.

Трайн фыркнул.

– Как будто это случится. Но я вижу, что люди иногда цепляются за свою надежду всеми когтями.

* * *

Словно услышав комментарий Трайна, Натали распахнула дверь своей рабочей хижины и вышла на середину площади. Языки пламени, ярко горевшие позади нее, подчеркивали восхитительные контуры ее соблазнительной фигуры.

Это была последняя изнурительная пытка для меня – полное отсутствие возможности завершить наш союз. Амма запретила это, предупредив, что Натали должна полностью исцелиться. Поначалу такие мысли даже не приходили мне в голову. Моей единственной заботой было ее выживание. Но звери Варгов быстро исцеляются, и как только моя пара приняла свой женский облик, я с величайшим трудом удерживал свои руки от соблазна прикоснуться к ней. И все же, пока я ожидал от Бэндрина отчет о ее здоровье, мне каким-то образом удавалось оставаться сильным и не поддаться искушению, сколько бы она ни целовала, ни ласкала, ни гладила меня. Такая изысканная… пытка.

– Прошу прощения! – крикнула Натали собравшейся толпе. – Могу я позволить себе привлечь ваше внимание?

– Что она задумала? – насторожился Трайн, но я понятия не имел о ее намерениях.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы народ успокоился настолько, чтобы единственным звуком было лишь тихое потрескивание костра. Все взгляды обратились к моей паре и Джереку, который стоял на полшага позади нее и выглядел крайне ошеломленным.

Нехорошее предчувствие кислым комком свернулось у меня в животе. Я напрягся в ожидании ее заявления.

– А ведь я предупреждал тебя, – пробормотал Трайн, но в его голосе не было ни капли удовлетворения.

– Как вы все уже знаете, мы с Джереком тщательно проверили каждое растение и в Долине, и на Холме в попытке отыскать недостающую часть лекарства для решения нашей проблемы плодородия, – начала она. – Я хочу поблагодарить каждого из вас, кто потратил свое время на поиск образцов и приготовление для нас пищи, пока мы допоздна работали в лаборатории. Бэндрин помог нам составить каталог всех растений, чтобы мы могли быть уверенными, что не пропустили ни одного из имеющихся. Мы проверили каждый из них дважды и даже попытались смешать их вместе, но лекарство ускользнуло от нас.

Все присутствующие дружно вздохнули. Многие были разочарованы, но не удивлены. У всех была надежда, но мало у кого была вера. Теперь рухнула и последняя надежда.

– Но сегодня кое-что произошло, – продолжила Натали.

Даже огонь притих, чтобы не нарушить тишину, возникшую от того, что все горные Варги затаили дыхание. Глаза у всех расширились, как яичные плоды, а женщины вцепились друг в друга. Волны напряжения пульсировали в воздухе, распространяя жар вокруг себя.

– Сегодня меня неожиданно озарило, что химическая структура некоторых растений меняется по мере созревания их семени. Когда мы впервые испытали незрелые семена спиральной травы, то это принесло нам лишь разочарование, – она протянула обвисший коричневый стебель, опустошенный конец которого закрутился вокруг него. – Однако созревшие семена выдали совсем другие результаты.

Тима шагнула вперед, и ее обычно розовые щеки посерели, а голос задрожал от волнения.

– Ч-что ты нам пытаешься сказать, Натали?

Натали улыбнулась подруге и посмотрела мне прямо в глаза. Она могла сколько угодно отрицать существование суженых, но я-то, несомненно, знал правду. Только истинные пары имели достаточно сильную связь, чтобы знать заранее, что собирается сказать твоя половинка. Она не успела даже ответить, как из моего горла вырвался крик:

– Мы нашли лекарство!!!

Глава 29

Натали

Не успела я договорить, как вокруг послышались радостные крики и одобрительные возгласы. Нас окружили плотным кольцом, и Джерек тут же исчез в море ликующих полуголых мужчин. Тима первой подбежала ко мне и крепко обняла, а потом мы тоже оказались в окружении. Я вытягивала шею, пытаясь в море счастливых лиц отыскать любимого, но даже мой рост не позволил увидеть хоть что-то поверх их голов.

– Разойдись! – пронзительный рев сотряс воздух и заглушил гул голосов.

Племя с почтением расступилось перед своим Альфой.

Маркон сверкал своими изумрудными глазами, а его бронзовая кожа блестела в свете костра. Он подошел ко мне, оскалив свои клыки. До моего превращения я бы решила, что он злится на меня. Но мое новое тело – мой зверь – инстинктивно уловил его возбуждение и завыл в ответ. Не сказав ни слова, Маркон подхватил меня своими мощными руки и, прижав к своему телу, зашагал обратно тем же путем, что и пришел.

Когда наши губы встретились, еще один безумный рык разлетелся по залу.

Маркон прервал наш поцелуй и так пристально посмотрел мне в глаза, что я прочувствовала его эмоции до самых кончиков пальцев ног.

– Если ты еще не готова, лучше скажи мне это сейчас. Иначе, как только дверь нашей хижины закроется, я возьму тебя.

Острые ощущения пронеслись сквозь меня. Моя потребность в нем разгорелась, подобно пылающему аду. Пусть Амма со своими запретами идет к черту, я не стану больше ждать. Я собиралась заняться любовью со своей парой.

– Возьми меня, – выдохнула я ему в губы.

Его руки, обнимавшие меня, напряглись, и Маркон ускорил шаг. Ликующая толпа в мгновение ока осталась далеко позади. Дикое рычание эхом отозвалось в наших телах – наши звери требовали поторопиться.

Но как только дверь в хижину закрылась за нами, любимый мгновенно смягчился и осторожно уложил меня на кровать. Мне хотелось, чтобы он одним мощным рывком сорвал с меня шелковые одежды. Я страстно желала, чтобы он, немедля ни минуты, взял меня. Но его нежность затронула мое сердце так глубоко, что слезы навернулись на глаза.

С величайшей осторожностью мой мужчина лег рядом со мной и аккуратно снял с меня одежду. Затем медленно и нежно проведя пальцами по неровному красному шраму на животе. Я не могла прочитать его мысли, но легко читала его взгляд и его касания. Он боялся причинить мне боль.

Мое сердце переполнилось любовью, которая потекла и запульсировала между нами.

Накрыв его руку своей, я направила ее туда, где жаждала почувствовать его ласки более всего. И когда его палец скользнул внутрь меня, я чуть не взорвалась. Я всем телом дернулась к его руке и попросила поцеловать меня. Его мягкие губы шептали мне нежности, дразнили меня, как и его пальцы, а он наслаждался моим нетерпением.

Как бы Маркон ни старался сдерживаться и скрывать от меня свое неудержимое желание, его неутолимая потребность кипела прямо под кожей, и я, несомненно, чувствовала это. Тот же огонь так же яростно мчался сейчас и по моим венам. Единственная разница между нами – я больше не могла и не собиралась сдерживаться.

* * *

Мои пальцы скользнули вниз по его груди и обернулись вокруг его члена. Вторя моим движениям, его мышцы задрожали. Прошлая отстраненная Натали была бы очарована корреляцией между интенсивностью моего захвата на его стволе и увеличением силы его поцелуя, но нынешняя я просто улыбнулась в его губы и потянула его на себя, пока его член не прижался к моему входу.

На мгновение Маркон заколебался. Он пристально вглядывался в мое лицо, стараясь проникнуть как можно глубже в мою суть и пытаясь отыскать малейший намек на мои сомнения. Но, к моему счастью, ничего не смог обнаружить.

– Натали, – сказал он хриплым голосом. Его тело охватила мелкая дрожь. – Я объявляю тебя своей парой. Ты заявляешь на меня права?

– Да. Я заявляю права на тебя, Маркон.

С гортанным рычанием он погрузился в меня, и мой мир перевернулся. Золотые нити и ослепительные искры света вспыхивали у меня перед глазами с каждым новым толчком его бедер. Когда внутри меня усилилось давление, зеленые струйки присоединились в танце к моим золотым, сплетаясь друг с другом, пока не слились в единую нить, которая светилась так ярко, что была способна осветить всю Вселенную.

И тут я поняла.

Крик радости вырвался из моего горла, а слезы освобождения потекли по моему лицу. Как же я была слепа! Все это время истина находилась прямо перед моим носом, но я отказывалась ее видеть. Предначертанные супруги действительно существовали.

Все это время я хотела, чтобы кто-то любил меня такой, какая я есть. Но это все же было весьма недальновидно. Наш союз с Марконом сделал нас одним целым – мы продолжали существовать по отдельности, но были связаны таким образом, что мой слабый мозг не способен был это уразуметь. Все, что чувствовал любимый, чувствовала и я. Моя потребность стала его потребностью. Если бы я ограничилась только «любовью», я бы лишила себя большего счастья.

Сиенна пыталась объяснить мне все это, но я отмахивалась от ее слов, как от вызванного серотонином бреда. Но сила связи, которая нас сейчас соединила с Марконом, грозила поглотить меня. И вместо того, чтобы сопротивляться этому, как сделала бы я прошлая, я полностью сдалась, позволив своему телу, уму и душе свободно плыть в этой реке любви. Всего лишь неделю назад это было бы для меня ужасающим ощущением, но сейчас оно казалось таким же естественным, как и мое дыхание.

Мои руки и ноги обвились вокруг Маркона, притягивая его как можно ближе. Сейчас я купалась в непоколебимой уверенности, что никто и никогда не сможет разорвать эту связь между нами. Его пальцы, глубоко зарывшись в мои волосы, оттянули мою голову назад, обнажив следы укуса, который спас мне жизнь.

Когда его губы прижались к этому месту, я вся сжалась вокруг него и издала дикий рык. Он посасывал мою кожу, а мое тело содрогалось, доводя меня до исступления. Когда его клыки пронзили едва зажившую рану, все звезды в галактике слились в ослепительную сверхновую звезду, которая разрушила само мое существование.

Непередаваемые ощущения любви и света волнами накатывали на меня, когда Маркон проникал в мое жаждущее лоно, растягивая мой оргазм, казалось, на несколько часов. И только когда его собственная кульминация приблизилась, он вытащил свои клыки и, откинув голову назад, издал оглушительный рев.

Позже я в блаженстве лежала, свернувшись калачиком в его объятиях. Его рука скользнула вниз и погладила мой живот.

– Я не могу дождаться, когда внутри тебя зародится мой щенок, – Маркон поцеловал мое плечо и крепче прижал к себе. – Интересно, когда же родится долгожданная девочка?

Мечтательная улыбка расплылась на моих губах. Я вспомнила о своем обеде – дымящейся миске пюре из семян спиральной травы, приправленной особым лакомством, которым Джерек поделился со мной. Часть его припасов, привезенных из Долины.

Всего лишь один-единственный пирог с риитом.

– Если повезет, то месяцев через девять.