Текст книги "Требование Маркона (ЛП)"
Автор книги: Обри Роуз
Соавторы: Марина Мэддикс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
– Спасибо, – сказал я, склонив голову.
Он зашаркал прочь, но затем резко обернулся.
– И Маркон!
– Да?
– Только не облажайся!
* * *
Его слова эхом отдавались в моих ушах, когда я пересекал поле. Мужчины и женщины не перестали благодарить за то, что я сбил спесь со Страбона, и за то, что женщины и дети свободно перемещаются по деревне. Возможно, Пиммит прав – возможно, я становлюсь хорошим руководителем, в конце концов. Теперь все, что мне нужно было сделать, – это вспомнить его совет «не облажайся!»
«Я и не собираюсь!»
И первой частью моего плана было продолжать заглаживать вину перед Натали за поведение моего брата. Цветы Тимы могут дать хороший старт. Они были обычными – маленькие розовые лавинные цветки, красновато-фиолетовые спирали травы и какие-то ароматные лимонные листья. Некоторые из наших более впечатляющих цветов были дальше на лугу, но пока и этого достаточно.
Стремясь реализовать свой план, я практически полетел к Натали в лабораторию. Постучав в дверной косяк, я сначала просунул цветы в дверь и стал ждать, когда она, задыхаясь от счастья, бросится ко мне в объятия. Постояв несколько секунд, как идиот, я просунул голову внутрь.
* * *
Моя улыбка исчезла при виде Натали и Джерека, склонившихся над оборудованием – их головы почти соприкасались. Ее покрытые шелком груди, больше не стесненные серым костюмом, который она носила во время похода в нашу деревню, прижались к его руке, когда она наклонилась, чтобы осмотреть все, что было перед ними. Мой зверь угрожал вырваться и оторвать голову этому недоумку.
Я громко кашлянул. Натали подпрыгнула и резко обернулась. Ее покрывало сдвинулось ровно настолько, чтобы я успел мельком увидеть мягкий изгиб ее бедра, прежде чем ткань скользнула на место.
– Маркон, ты напугал меня, – выдохнула она, быстро поворачиваясь к приборам. Она низко нагнулась и прижала глаза к двум круглым цилиндрам. – Нет, дело не в этом. Хотя я думаю, что они принадлежат к одному семейству. Он странно повел себя в конце, прежде чем стал черным, как и все остальные.
– Что ты увидела? – спросил Джерек, широко раскрыв глаза.
– Натали, – позвал я, входя в хижину и надеясь, что мой высокий рост испугает ее друга. – Я принес это для тебя.
Она оглянулась через плечо, и в ее глазах появился свет.
– Еще образцы?
– Э-э, нет, я просто подумал, что цветы тебе понравятся, – у меня в животе образовалась яма от разочарования, промелькнувшего на ее лице, когда она взяла их.
– О, – она схватила деревянную кружку, наполовину наполненную водой, засунула в нее стебли и поставила на маленькую полку над рабочим столом. – Благодарю.
Я был ошеломлен, когда она повернулась к Джереку и начала объяснять то, что увидела, словами, которые я не понимал. Она вела себя так, будто прошлая ночь ничего для нее не значила. Я знал, что она смутилась, но в глубине души я так же знал, что она хочет меня. Но теперь ей, казалось, все равно, что я стою тут.
Мое задетое самолюбие затрепетало надеждой, когда она повернулась ко мне. Но ее голубые глаза впились в мои, источая холод.
– Что-нибудь еще?
Глава 15
Натали
– Черт возьми! – я выругалась, стукнув кулаком по столу и чуть не опрокинув цветы, которые принес мне Маркон. – Это был последний образец.
Джерек вздрогнул и отпрянул от меня. Несколько женщин-варгов из племени Долины говорили мне, что он был опытным бойцом на практике, но избегал настоящих сражений. Как единственный ученый племени, он был более ценен в лаборатории, чем на поле боя. Но теперь я задавалась вопросом: пошел ли он по этому пути, чтобы иметь разумный предлог не драться. Потом я вспомнила, как он попятился, когда Страбон попытался напасть на меня.
«Как он вообще мог меня привлекать?»
Своим умом! Я не могла это отрицать.
Мне действительно нравилось общаться с ним на интеллектуальном уровне.
Но все остальное…
* * *
Конечно, Джерек был красив, а когда не забывал причесываться, становился просто потрясающе сексуальным. Но мое общение с мужчинами – настоящими мужчинами, а не с бледными землянами из Центра – было ограничено. Я не знала ничего лучшего. Я думала, что мое влечение к интеллекту Джерека идентично физическому влечению.
Пока я не встретила Маркона.
Узнав его, мое мнение полностью изменилось.
Одна мысль о нем заставляла мои нервы трепетать. Прошлой ночью он делал с моим телом невероятные вещи, а у нас даже не было секса! Но когда Джерек прервал нас, началась неразбериха. Я не могла просто так забыть то, что сделал брат Маркона, Трайн. Но мои инстинкты говорили, что Маркон правдив в том, что не был в этом замешан.
Лежа в одиночестве на своей маленькой койке в задней части лабораторного барака, я всю ночь ворочалась в беспокойных снах, которые даже не смогла вспомнить, когда слабый свет зари прикоснулся к темноте. Я буквально потеряла сон из-за этой ситуации, но мне важно, чтобы все мои умственные способности работали на полную мощность.
Прямо здесь и сейчас, когда я потянулась и мой желудок заурчал, требуя пирожных, я решила выбросить Маркона из головы – по крайней мере, то сильное влечение, которое я испытывала к нему. У меня были годы практики по разделению эмоций, и сейчас передо мной стоят более важные задачи, о которых нужно беспокоиться, чем выбор того, кто лучше для меня, Джерек или Маркон.
* * *
Пока я наблюдала, как Джерек собирает все использованные образцы, старательно избегая встречаться со мной взглядом, мое сердце наполнилось облегчением. Я понятия не имела, может ли Маркон быть подходящей парой для меня, и вообще, хочу ли я иметь пару, но я знала без тени сомнения, что это не Джерек. Он был моим другом и, за неимением лучшего термина, коллегой. Вместе мы найдем лекарство, но это все, что будет в наших отношениях.
– Бэндрин, – позвала я, высунув голову из двери в поисках шамана.
Он вышел из-за угла, и на его лице появилась радостная улыбка.
– Вы нашли его? – спросил он. – Вы обнаружили недостающий ингредиент?
– Нет. Вы уверены, что нет других растений, которые мы не протестировали?
Бэндрин быстро пересмотрел использованные образцы и долго осматривал хижину. По эту сторону леса не было никого, более знающего флору. Если кто и знает, так это он. Варг медленно покачал головой, и я плюхнулась на стул рядом с Джереком.
– И что теперь?
С минуту мы сидели в мрачном молчании, пытаясь сообразить, что делать дальше.
– О! – воскликнул Бэндрин, вскакивая. Он сорвал пучок сухих листьев, которые висели на стропилах.
– Что? Что это? – с надеждой спросила я.
Этот странный маленький человек, не обратив на меня никакого внимания, выбежал из хижины, оставив нас с Джереком с разинутыми ртами. Но не успели мы сказать: «Какого черта это было?», – как Бэндрин уже вернулся с дымящимся пучком.
– Пришлось зажечь его на общем костре, – выдохнул он, щеголяя своей дикой улыбкой. Если бы я не знала, что он безобиден, я бы побоялась находится в одном помещении с ним.
– В чем дело? – спросил Джерек.
Он помахал пучком внутри хижины и объяснил:
– Ты уже проверял, помнишь? Это трава, которая растет только на одном небольшом участке леса. Говорят, он отгоняет злых духов и предков-шутников, а также «запускает» творчество и вдохновение.
Я оттолкнула его руку, когда он начал крутить ей вокруг моей головы. Дым пах ужасно – едко и почти маслянисто. Когда же шаман начал петь, я закрыла глаза, признавая поражение. Если нам придется прибегнуть к магии и суевериям, мы обречены.
Весь вид был обречен.
* * *
Тревога, засевшая у меня в животе, медленно отступала, пока я слушала глупую церемонию в исполнении Бэндрина. Через некоторое время уже требовалась гора усилий, чтобы поднять мои отяжелевшие веки. Когда мне, наконец, это удалось, я не могла понять, что же я вижу.
Шаман высоко подпрыгивал, низко пригибался, напевал и нашептывал, кружился по комнате, размахивая дымящимися листьями. Все это вдруг показалось таким… забавным. Я усмехнулась. Джерек усмехнулся. Вскоре мы уже истерически хохотали. Не знаю почему, но мне было все равно.
– Похоже, вам здесь весело, – произнес мелодичный женский голос.
Я подняла глаза и сквозь слезы с трудом разглядела в дверях Тиму. Вытерев слезы, я попыталась отдышаться.
– Привет, Тима, – хихикнула я. – Бэндрин только что устроил для нас представление.
Она понюхала воздух и нахмурилась.
– Бэндрин! Ты же знаешь, что нельзя жечь эту траву в присутствии людей.
Шаман прислонился к стене с безмятежной улыбкой на круглом лице.
– Я выполнял ритуал, Тима.
Женщина покачала головой.
– Вам двоим надо выйти на свежий воздух. Пусть старейшины сжалятся над тобой, Джерек, потому что пройдет несколько часов, прежде чем эффект исчезнет.
Он пожал плечами и улыбнулся, но последовал за нами из хижины.
– Пойду-ка я погляжу на огонь.
* * *
– Готова к ужину? – спросила Тима, когда Джерек ушел.
– Ужин? А, точно. Ты пригласила меня поговорить с женщинами племени. Да, внезапно я очень проголодалась.
Тима рассмеялась.
– Это маслянистая трава баттервид. Не волнуйся, все будет хорошо, но Бэндрин должен был учесть его эффект. Это опьяняющее средство, которое не дает Варгам превращаться. Хорошо подчиняет пленников, но рискованно, если вам нужно неожиданно переместиться. Вот почему Трайн запретил использовать его для отдыха.
Я последовала за ней к кошу – голова шла кругом, а на лице застыла глупая улыбка.
– Я думала, все женщины оттуда съехали.
– Да, но мне показалось, что это лучшее место для ужина
Тима пригласила меня внутрь и представила дюжине женщин. Маленькие мальчики и несколько девочек играли вокруг них. Я никогда не умела ладить с детьми, но внутри меня разлилось теплое чувство. Они все были такими очаровательными.
«Интересно, как будут выглядеть мои дети? Будут ли у них мои светлые волосы и ярко-зеленые глаза Маркона?» – я покраснела от собственных глупых мыслей и уселась в общий круг.
Женщины передавали друг другу миски с дымящейся едой, пока мы все не съели по одной. Они запрокинули головы, закрыли глаза и в унисон прочитали молитву.
– Пусть великие старейшины Варгов благословят эту пищу.
Одна ложка тушеного мяса – и мне конец. В глубине души я наслаждалась едой, но более первобытная и доминирующая часть меня хотела большего. Я прикончила свою миску секунд за десять и уставилась на нее, гадая, как раздобыть еще порцию.
Женщины, едва притронувшись к еде, оторопело смотрели на меня, как на какое-то дикое животное.
– Бэндрин сжег в их хижине баттервид, – объяснила Тима, и все понимающе закивали и заулыбались.
Моя соседка протянула мне свою нетронутую миску и похлопала по колену. С большим трудом мне удалось есть помедленнее – я старалась сосредоточиться на каждом говорившем. От этой травы у меня по-настоящему поехала крыша, но я чувствовала, как с каждой минутой ее хватка ослабевает.
– Итак, Натали, – вступила в разговор женщина, сидевшая напротив меня. Чайма, если мой затуманенный мозг не ошибся. – Мы все слышали истории о племени Долины, и ты жила там. Они действительно такие садисты и жестокие, как нам рассказывали?
Я моргнула на секунду, пытаясь понять, что она имела в виду. Потом я чуть не выплюнула кусок тушеного мяса.
– Нет, нет, нет. Вы все неправильно поняли. Варги Долины замечательные. Они забрали меня и моих сестер после того, как мы чуть не разбились на шаттле, на котором сбежали. Они относились к нам как к семье. Они все такие добрые и щедрые. Они такие же, как вы все.
Мои слова вызвали некоторое волнение и замешательство у женщин. Они начали шептаться друг с другом, задаваясь вопросом: лгу ли я, брежу или все еще под кайфом. Тима шикнула на них.
– Натали, мы хотели бы услышать о ваших исследованиях, – сказала она.
Туман в моей голове рассеялся, но мне нужно было подумать, как объяснить это непрофессионалам. Мирянкам? Варгиням?
«Может, я все еще под кайфом?»
– Проще говоря, мы выделили в риите белок, который, по нашему мнению, необходим Варгам для фертильности. Но сам по себе он не гарантирует рождение девочек. Наша теория заключается в том, что другой компонент – мы думаем, что это растение – при смешивании с белком риита повлияет на пол при зачатии. Хоть чуть-чуть понятно?
Некоторые кивнули, но по их растерянным лицам было видно, что они не поняли.
– Почему ты не Варг? – вдруг спросила девочка, выглядывая из-за плеча Чаймы.
– Потому что я еще не получила укуса, который изменит меня, Кринди.
– Почему?
– Сначала мне нужно найти тот компонент, о котором я только что говорила.
– Почему?
«Любопытный маленький Варг!»
– Потому что нам нужны такие очаровательные девочки, как ты.
Она усмехнулась.
– Хочешь воды?
Теперь, когда она упомянула об этом, я поняла, что отчаянно хочу пить.
– Конечно.
Очень осторожно она налила в чашку светло-коричневую жидкость из высушенной тыквы. Когда она протянула ее мне, я не смогла заставить себя выпить. Я поймала смущенный взгляд Тимы.
– Это вода?
Та поморщилась.
– Боюсь, что так. Раньше мы сами ходили за водой из ближайшего ручья. Но после трагедии мужчины начали ее собирать сами.
– Они не потрудятся пройти лишнее расстояние до того места, где она чистая, – покачала головой Чайма. – И приносят эту грязь. Мы варим ее три раза, но иногда кто-нибудь все равно заболевает.
Кринди стояла рядом со мной. Ее губы сначала надулись от обиды, а теперь задрожали, как будто она сделала что-то плохое. Я улыбнулась и обняла ее.
– Спасибо, Кринди. А теперь иди, поиграй.
Она посмотрела мне в глаза, и, убедившись, что я не злюсь на нее, побежала к группе мальчиков. Женщины начали обсуждать новости племени, их голоса сливались в приятный гул. Я откинулась назад, закрыла глаза и прислушалась к звукам жизни Варгов. Зазвенели деревянные тарелки, потрескивал маленький костер, запели детские голоса.
Мальчики любят девочек.
Девочки обожают кудряшки.
А кабрас мычит.
О риит.
Пришло время потанцевать.
Танцы! Танцы! Танцы!
Пришло время поесть.
Есть! Есть! Есть!
Мысли проносились в моем затуманенном мозгу, как легкий ветерок. Семя идеи пустило корни, но в тот момент я не могла по-настоящему доверять себе. Я откинула эти мысли, чтобы обдумать все это, когда в голове прояснится, и лениво напевала простую мелодию, полностью расслабившись.
Глава 16
Маркон
Я проснулся до рассвета с кислым привкусом во рту. Еще одна ночь беспокойного сна – ночь гаданий, что происходит между Натали и Джереком. Естественно, мне не понравилось, как они тесно прижимались друг к другу. Но то, как она отмахнулась от меня, взяв подаренные мной цветы, задело за живое. Не как Альфу племени Холма, а как мужчину.
Глядя в потолок сквозь темноту, я ждал, когда в хижину просочится свет. Все мое тело зудело от напряжения. Мой зверь рвался на свободу – пробежка по лесу поможет разрядить нервную энергию. Я почти боялся, что окажусь в хижине Джерека и разорву его на куски, но лежать и думать о Натали было нестерпимо.
Сейчас лучший вариант – связаться с Соланом. Я нацарапал короткую записку о встрече у реки, привязал ее к ноге моей самой быстрой сойки и проследил за тем, как она исчезла в темноте предрассветного леса.
Отпустив зверя, я удовлетворил зуд, которому сопротивлялся со вчерашнего дня. Трансформация казалась хорошей растяжкой после долгого, спокойного сна. Мои руки превратились в гигантские лапы с длинными когтями. Я чувствовал, как удлиняются клыки, как лицо превращается в крупную морду. Волна мурашек прошла по всей спине, когда гребень прорвался сквозь мех и мышцы. Расправив плечи, я опустился на лапы, и дрожь сотрясала меня до полного преобразования тела – до образования длинного, пушистого хвоста.
Как я и предполагал, слюнявая морда моего зверя указала на крошечную хижину, в которой беззаботно спал Джерек, но я решительно направил зверя к лесу. Он ворчал, но особого шума не поднимал. Я надавил на него сильнее и помчался быстрее, надеясь хоть немного облегчить беспокойство, назревающее внутри.
К тому времени, как показалась река, разделявшая наши территории, я не приблизился к пониманию того, чего хотела Натали, но вода, покрывшая мою шерсть, освежила. Я втянул своего зверя обратно, сел на бревно у реки и стал ждать Солана.
– Почему ты так долго, Маркон? – окликнул меня знакомый голос.
– Забавно, – засмеялся я, когда Солан сел рядом. – Я думал, что опережу тебя.
– Варг Холма опередит Альфу племени Долины? Никогда!
Наши отношения превратились из настороженных информаторов в настоящих друзей, по крайней мере, для меня. Добродушное поддразнивание Солана напомнило мне, как мой брат постоянно дразнил меня. Укол вины и сожаления пронзили мое сердце. Я скучал по Трайну.
– Итак, – сказал он, устраиваясь рядом со мной, – что случилось?
– Я просто хотел сказать, что Натали и Джерек живы и здоровы.
Он кивнул.
– Рад это слышать. Я подумал, что сразу бы узнал новость, если бы твое племя разорвало их в клочья. Есть прогресс?
– Последнее, что я слышал, – они нашли что-то близкое к тому, что ищут, но пока не могут ничего сделать.
– Последнее, что ты слышал?
Я пожал плечами, будучи не в силах выдержать его пронзительный взгляд.
– Ммм, – задумчиво протянул он.
– Есть новости о продвижении землян через лес?
Он не спешил отвечать, а его любопытный взгляд все также прожигал меня.
– Медленно, но верно. Они еще довольно далеко, но подошли уже ближе. Нам нужно объединить племена, чтобы у нас было время подготовиться к нападению.
– Мои люди с теплотой относятся к этой идее. На моей стороне Совет и большая часть деревни. Только несколько смутьянов пытаются разжечь старые обиды.
Солан хлопнул меня по спине.
– Я знал, что в тебе это есть, Маркон. Трайн… потрясающий воин, но вождь племени не всегда сражается.
Я не смог сдержать улыбку гордости, коснувшуюся моих губ. Когда Трайн ушел, я не был так уверен в своих способностях. Он – сильная личность, не говоря уже о его непоколебимых убеждениях и жестких стандартах. Я знал, что никогда не смогу вести племя так, как делал это он. Но, может, мне и не нужно было. В деревне, похоже, все шло хорошо. На самом деле, очень хорошо. Посредничество в слиянии племен придаст мне уверенности, о которой я и не мечтал.
– Кстати, о битвах, – заговорил я после недолгого молчания, – я хочу кое-что тебе рассказать. Некоторые наши женщины настаивают, чтобы их обучали сражаться. Их главный аргумент – традиционно женщины всегда дрались бок о бок со своими мужчинами.
Солан нахмурился.
– Но у нас их так мало, что мы не можем подвергать их риску.
– Именно это я и сказал. Но они утверждают – на самом деле Натали начала все это – что нам понадобятся все здоровые бойцы, которых мы сможем найти, и это правда. Они также указали, что если все мужчины погибнут в бою, то женщины не смогут удержать племя в безопасности.
– Хм, не знаю, Маркон. Я даже представить себе не могу, что позволю Сиенне вступить в бой. Я подумаю об этом, может, поговорю с нашим Советом.
– Наш Совет решительно против. Им не понравится, если я пойду против их желания, а их поддержка слиянию очень ценна. Если я их оскорблю, они могут настроить людей против нашего плана. И все же женщины правы.
Несколько минут мы сидели молча, глядя на реку и прислушиваясь к звукам леса. У нас обоих был острый слух – даже в человеческой форме – ничего опасного не наблюдалось поблизости. Немного раздражало странное потрескивание листьев и веток, но у особо злобных существ были очень специфические признаки.
– Посмотрим, сможешь ли ты отсрочить это до слияния племен, – наконец, высказался Солан.
– Легче сказать, чем сделать, – рассмеялся я. – Не знаю, как у вас, но у нас есть очень волевые женщины.
Солан поддержал мой смешок.
– Мне знакомо это чувство. Прямо сейчас Сиенна отстаивает наши интересы в вопросах объединения племен. Она всех раздражает, хотя я подозреваю, что это больше для того, чтобы помочь Арлин найти свою пару.
Еще одна волна вины прокатилась по мне.
– Мне очень жаль, Солан. Если бы я знал, что Трайн собирается обратить ее, я бы не пошел искать тебя.
– Это не твоя вина, Маркон. Ты сделал все возможное, чтобы предупредить меня. Кроме того, она все равно собиралась принять укус. Ее просто беспокоит, что укус Трайна каким-то образом мешает ей найти свою пару.
– Это смешно, – возразил я. Трансформационный укус Варгов не может так манипулировать организмом.
– Это ей все твердят. Она перестала спрашивать, но я знаю, что беспокойство не покидает ее.
– Тем не менее, заявление прав может оказаться хорошей идеей. Подумайте об этом. Что, если между племенами будет образовано несколько пар? Это только укрепит нас, как единое племя, – по моим венам пробежала надежда, что одна из этих пар будет моей и Натали. Но я не осмелился произнести эту мысль вслух. – Солан, мне стало любопытно.…
– Ну?
– Как ты… э-э… Как ты себя чувствовал до того, как Сиенна приняла укус? До того, как почувствовал связь с ней?
– Если ты спрашиваешь, знал ли я, что она была моей парой до того, как она трансформировалась, то нет. Не совсем. Я надеялся, но убедился в этом, лишь вонзив клыки в ее шею.
– Значит, вы были ошеломлены?
– Именно. Но мы стали теми немногими счастливчиками, которым не нужно было долго ждать – мы сразу поняли, что предназначены друг для друга.
– А до этого?
Он мягко улыбнулся, глядя в воду, – человек, охваченный глубочайшими муками любви.
– Это было сильное влечение, подобного которому я никогда не испытывал. Конечно, отдаленно не так сильно, как после того, как она изменилась, но сильнее, чем с кем-либо еще.
– Каково это – чувствовать влечение?
– Хм, ну, это было странно и неудобно.
Я рассмеялся, и это немного ослабило мое напряжение.
– Но это было одновременно и волнующе, и страшно. Я запутался. Я знал, что хочу ее, но понятия не имел, хочет ли она меня. По крайней мере, с женщинами-Варгами мы можем почувствовать их желание на клеточном уровне. Но с этими терранками…
Он покачал головой и усмехнулся. Повернувшись ко мне, Солан бросил на меня еще один пронизывающий взгляд.
– Почему ты спрашиваешь, Маркон?
Мое лицо вспыхнуло.
– Без причин. Просто интересно, – я притворился, что закашлялся, в надежде, что это скроет мое смущение, но он все равно рассмеялся.
– Конечно, – сказал он, снова хлопнув меня по спине, – на этот раз гораздо сильнее. – Как скажешь.
Глава 17
Натали
«Где же он, черт возьми?»
Я искала Маркона несколько часов, но его нигде не было. Никто в деревне его не видел. Он никому не сказал, куда идет, включая Рикора, который не был счастлив, что я разбудила его и Тиму на рассвете.
– Иногда он уходит, – проворчал Бета, протирая заспанные глаза. – Он вернется.
Не сказав больше ни слова, он захлопнул дверь перед моим носом.
«Грубиян!»
Я старалась занять себя повторным тестированием нескольких образцов, но мысли все время возвращались к той идее, которая не давала мне уснуть всю ночь. Кроме того, повторное тестирование ничего не даст. Мы проверили все, что смогли найти, и ничуть не продвинулись дальше. Это было безнадежно.
Я не могла больше здесь сидеть. Вскочив, я чуть не опрокинула букетик цветов, который Маркон принес мне накануне. На мгновение я позволила своим растущим чувствам к мужчине выглянуть из герметично закупоренного отсека моего сердца. Когда я провела пальцем по краю хрустящих оранжевых листьев, чувство покоя заполнило меня.
Джерека, казалось, не смутило мое откровенно романтическое общение с Альфой. Это принесло мне некоторое облегчение. Я волновалась, что он расстроится, увидев, что я целуюсь с Марконом. Но на следующее утро он снова был самим собой. Чего бы я ни додумывала о наших возможных отношениях с Джереком, этого никогда не было.
Мои эмоции все еще были в смятении, но я знала одно: мне нравится Маркон. Очень нравится. Очень! И я была уверена, что нравлюсь ему так же сильно, несмотря на тех придурков в Учебном Центре, которые смеялись бы над тем, что кого-то влечет ко мне. По крайней мере, он хотел меня.
* * *
Мои мысли прервала короткая тень, проскользнувшая мимо маленького окна. Маленький сын Рикора и Тимы, Крит, ворвался в лабораторию. Мальчишка был очень шебутным – озорным и неутомимым – и, казалось, бегал повсюду. Наблюдать за этим было забавно, но и утомительно.
– Он вернулся! Маркон вернулся! Мама велела сказать тебе, – я даже не успела открыть рот, чтобы поблагодарить его, – он уже исчез.
Я выбежала из хижины и впечаталась лицом в каменную мужскую грудь. Сильные руки подхватили меня, не давая упасть, и я была благодарна за это. Если бы я не упала от столкновения, то очень характерный запах Маркона заставил бы мои колени подогнуться.
– Я слышал, ты меня искала, – сказал он, ставя меня на ноги.
Я не была так близко к нему с нашего маленького свидания, и его воздействие на меня было не менее головокружительным. Мой мозг обзывал мое тело разными именами за то, что оно предавало меня таким иррациональным образом. У меня была работа, и у меня совершенно не было времени ходить влюбленной в Маркона.
– Я… я… я имею в виду… – я встряхнула головой, прогоняя любовную чепуху, и лишь на секунду отвлеклась на мысли, явно не относящиеся к науке. Я поймала его взгляд и улыбнулась. – У меня есть идея.
* * *
Три часа спустя команда Варгов рылась в обломках нашего старого шаттла, а мы с Тимой шли к бассейну с чистой водой. Не одни, конечно, – наши телохранители впереди и позади нас болтали о возможном слиянии с племенем Долины, не обращая внимания на наш разговор.
– Забавно, но если бы они позволили мне стать ученым, я бы отправилась в любое место, куда бы они ни захотели. Они могли бы целыми днями называть меня толстой, уродливой и неполноценной. Будь у меня лаборатория, я была бы счастлива.
– А ты бы действительно была? Счастлива? – скептически спросила Тима.
Я посмотрела на свою новую подругу и на мгновение задумалась. Я действительно задумалась над ее вопросом.
– Может, и не счастлива, но, тем не менее, была бы довольна. В Центре я не знала, что значит «счастлив».
– А теперь знаешь?
Предупреждение вспыхнуло в моей голове, когда я увидела блеск в ее глазах.
– Ну, больше, чем там, – осторожно призналась я. Мне не хотелось давать ей никакого повода. Для чего? Я не была уверена, но она явно пыталась меня подловить.
– Тебе не терпится превратиться в Варга?
Мой мозг поспешил перестроиться за внезапной сменой темы.
– Думаю, это будет интересный опыт. И надеюсь, что буду помнить каждое ощущение. Может, когда-нибудь выйдет интересная статья.
Тима нахмурилась.
– Нет, я имею в виду, ты рада? В конце концов, ты найдешь своего суженого, как только примешь укус.
Я постаралась не рассмеяться. Мне не хотелось ее оскорблять.
– Извини, Тима, но я не верю во всю эту чепуху о судьбе пары, – я чуть было не сказала кое-что еще, что определенно оскорбило бы ее.
– Чему тут не верить? Это действительно так.
– Я знаю, что эта концепция является неотъемлемой частью парадигмы всего вашего общества, но я не знаю… Мне кажется, это самообман.
– Самообман? – она фыркнула.
– Конечно. Зачем беспокоиться о том, чтобы узнать кого-то и влюбиться в него, когда судьба выберет тебе партнера? А что, если ты его терпеть не можешь? Что тогда?
– Насколько мне известно, такого никогда не случалось.
– Хорошо. Но что, если, например, я трансформируюсь и бум! Страбо – мой суженый. Он пытался напасть на меня, а я буду связана с ним навсегда? Ни за что!
– Ну, если честно, в последние годы укус редко применялся, так что я точно не знаю. Раньше это случалось чаще, когда инопланетяне… извини, терранцы. Когда они отваживались заходить в лес, там появлялось все больше Варгов, по крайней мере, из историй, которые я слышала. Все, что я знаю, – о рожденных Варгах – как только ты найдешь свою судьбу, все твое существование возвысится до того, чего ты никогда не представлял.
Я пожала плечами.
– Конечно, конечно. Но после того, как мне всю жизнь твердили, что я никчемная и нежеланная, я хочу, чтобы кто-то полюбил меня такой, какая я есть, а не потому, что так велит какой-то сказочный обычай. Иначе как бы я узнала, что он действительно любит меня? Я имею в виду настоящую меня?
Естественно, мои мысли обратились к сильному физическому влечению между мной и Марконом. Как бы мне это ни льстило, но для отношений с ним, мне нужно быть уверенной, что его тянет ко мне больше, чем просто к моему телу. И не потому, что я была просто чем-то новым для него.
– Вот мы и пришли, – сказала Тима, отвлекая меня от тревожных мыслей.
В этом месте ручей был узким, а глубокий бассейн кристально чистым. Он также лежал немного вверх по склону от деревни. Под моим руководством восемь человек примитивными лопатками и мачете прорубали неглубокую канавку в лесной почве, которая вела прямо в деревню. Это заняло пару часов, которые, к счастью, отвлекли меня от мыслей о моем провале на фронте плодородия. И также помешали Тиме убедить меня поверить в теорию пар.
* * *
К тому времени, как мы прибыли в деревню, все припасы, которые я надеялась найти в останках шаттла, были разложены рядом с цистерной племени.
Когда Маркон приблизился, мое сердце затрепетало в груди, а ладони вспотели. Мои научные опыты выявили, что это просто реакция организма на выброс адреналина, дозу дофамина и дозу серотонина. Вполне логично. Но теперь, когда я все это испытала лично, я четко увидела, почему все придают этому какое-то метафизическое значение. Это определенно казалось потусторонним. Слава богу, мои щеки уже порозовели от напряжения, иначе Маркон заметил бы, как они вспыхнули под его взглядом.
– Ну, что ты думаешь? – спросила я.
Возбуждение осветило все его лицо. Он действительно хотел только лучшего для своего племени. И я уверена, что установка системы водяного насоса под его наблюдением будет для нового Альфы хорошим пером в его шапке.
– Это прекрасно! – его улыбка выбила дух из меня, а его похвала обернулась вокруг меня уютным, мягким одеялом.
– Как только ты будешь готов, дай команду, – попросила я.
– Сбросьте бак, – крикнул он нескольким мужчинам, ожидавшим у цистерны.
Страбон шагнул вперед – на его лице застыло хмурое выражение.
– Ты уверен в этом? Я потратил слишком много времени, таская воду ведрами.
Я наклонилась к Тиме и прошептала:
– Страбон отвечал за сбор воды? Неудивительно, что он был слишком ленив, чтобы искать чистые вещи.
Женщина спрятала смешок за кашлем.
– Сделай это, Страбон, – прорычал Маркон.
Мужчина проворчал что-то, но подчинился, помогая трем другим здоровякам опрокинуть цистерну, пока бежевая вода не потекла вниз по склону.
– Начинается новая глава в жизни племени Холмов, – крикнул Маркон собравшейся толпе. – Натали будет руководить всем проектом, и я надеюсь, что каждый из вас будет следовать ее указаниям, – он взглянул на меня через плечо и мягко улыбнулся, заставив мое сердце снова забиться. Я чувствовала, что Тима наблюдает за мной, но не могла освободиться от его притягательного взгляда. – Считаю ее одной из нас.
