Текст книги "Зачарованный терем (СИ)"

Автор книги: Нюра Осинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 40 страниц)

8. А кто такие дриады?

Как только вошли в лес, материализовался Филимон.

– Доброго вам здоровья и добрых дел, красавицы.

– И тебе добрых дел, да поболее, – пожелала за всех Лина.

– Филимон, – обратилась к лешему Майя. – Ты толи караулишь нас тут?

– Да нет, случайно произошло. У меня здесь надобность случилась. Вот мимо проходил, смотрю, вы идёте. Неудобно как-то от вас прятаться.

– А вот у меня к тебе тоже сейчас надобность случилась, – смеясь, сказала я. – Ты не подскажешь, ранние грибы ни какие не появились?

– А как же? Вчера в ельничке и появились. Сегодня самый раз брать.

– А какие грибы могу быть в эту пору? – спросила удивлённо Лена. – Рано, ведь, грибам, не их время.

– Почему рано? – удивился Леший. – Они два раза из земли поднимаются. Вот сейчас их время, потом через три-четыре месяца сызнова полезут.

– И какие же сейчас в ельнике грибы? – спросила Таня.

– Так рыжики, какие же ещё! Сейчас еловые, а через неделю-две сосновые появятся, – сообщил Филимон.

– А далече тот ельничек? – поинтересовалась Рина.

– Да нет. Здесь близко.

– Так у нас корзин нет, – расстроилась Варя.

– А мы у них попросим, – кивком головы указал Филимон на появившихся гномов.

– Ой! – обрадовалась встрече Мила, – гномики!

Да мы, вообще-то, все встрече обрадовались.

– Добрый вам день, добрых дел, друзья, – поприветствовала я гномов.

Те радостно «защебетали».

– Они тоже вас приветствуют и желают вам много добрых дел, – перевёл Филимон. – Рады, что вам понадобилась их помощь. Для вас сплетут новые корзины, какие надо.

– Когда это они ещё сплетут, а нам сейчас нужны, – сказала Лада.

– Пока вы до ельничка идёте, там уже воз корзин будет, – сквозь смешок произнёс Леший.

– Воз не надо, – отказалась я от такого количества корзин. – Каждой по ведёрной корзине, чтобы обратно нести не тяжело было.

Филимон передал нашу заявку гномам, и мы отправились вслед за Филимоном и гномами. Пройдя минут десять, обратили внимание, что сосны стали не такими огромными, вполне нормальными, как на Земле. Появился реденький подлесок и молоденькие ёлочки. А там и вовсе начался негустой ельник.

– Ну, и где здесь рыжики? – развела руками Маша.

– А ты смотри внимательней, – стал поучать Леший. – Видишь, холмики, хвоя опавшая приподнялась. Расшевели-ка холмик. Во-о-от. Ишь, красавец, какой! Молоденький, ядрёный! Ты его за шляпку ухвати, – продолжает учить Филимон, – да поверни посурий. Он к тебе в руки сам выпрыгнет. – На вот, – подал Филимон Маше гриб. – Дальше сама бери.

И началась тихая охота. Корзины, действительно, ждали нас в ельнике. Но гномов видно не было. Корзины мы наполнили довольно быстро и не спеша направились домой. Леший сопровождал нас.

– Филимончик, – обратилась к лешему Лана, – вы, Лесовики, вечные?

– Мы не вечные. Мы рождаемся и уходим за Грань, прожив три тысячи лет. Моему отцу две тысячи лет, а мне всего пятьсот.

– Ты такой молодой, и тебе доверили хранить Великий Лес, – с уважением произнесла Лада.

– Нас мало. На все леса не хватает, – с печалью в голосе сказал Филимон.

– А отец твой где? – поинтересовалась Варя.

– Вообще-то он Главный Смотритель лесов Гардарии. Но иногда ко мне наведывается, как к самому младшему. Проверяет, всё ли у меня ладно.

– А матушка у тебя есть? – спросила Сима.

– Не-ет, – засмеялся леший. – Мы не люди, не звери. Мы магические сущности. И появляемся на свет иначе.

– И как? – поинтересовалась Майя.

– Из шишки сосны Великого Леса или жёлудя Могучего Дуба из Заповедного леса. А как, я этого не могу объяснить, потому что не помню. Помню, что когда я увидел свет, рядом был отец. Он меня вырастил, обучил. До трёхсот лет я был всегда рядом с ним. Когда мне исполнится тысяча лет, у меня тоже появится сын.

– Почему же отец и сын, а не мать и дочь? – удивилась Мила.

– Да так люди нас называют – Лесовик, – дал простое объяснение Филимон.

Вышли из леса и замерли… На дороге стояли три небольших повозки. В каждой повозке по три двухведёрных короба с рыжиками. В повозки впряжены лошадки с полметра в холке. Этакие мини тяжеловозы. С короткими гривами и подрезанными хвостами.

Старший из гномов, с тремя пёрышками в шапочке, взглянув на Филимона, обратился ко мне. Леший перевел.

– Они предлагают вам ещё грибов, если надо.

– Не откажемся. А чем с ними рассчитываться?

Гном, почему-то посмотрел на нашего агронома Лину, потом на меня и сказал, присвистывая и пришепётывая, каждое слово отдельно:

– Нам… не… нуж-но… пла-тить…. Раз-ре-ши… хо-дить… в твой… сад.

И заговорил, глядя на Лешего на своём языке.

– Он говорит, что у вас растут растения, которые им не знакомы. Они хотят с ними познакомиться и помочь расти. А ещё они хотят познакомиться с вашей дриадой.

– С кем?! – Удивлённо спросили мы хором.

– Вот с ней, – указал на Лину кивком Филимон.

– Я не дриада, – растерявшись, произнесла придавленным голосом Лина.

Старший гном подошёл к Лине, поклонился и что-то сказал.

– Он сказал, что у тебя зелёные руки, – сообщил Филимон Лине.

Лина растерянно посмотрела на свои руки. Мы тоже, но ни какой зелени не увидели.

Гном опять посмотрел на меня и раздельно «прощебетал»:

– О-на не ве-рит?

– Она не дриада, – ответила ему я.

– Толь-ко у дри-а-ды бы-ва-ет так. – Гном взял Лину за руку и показал нам.

Я посмотрела внимательно на руку Лины и с удивлением разглядела на ногтях бледно-зелёные «лунки».

– Галина Сергеевна Студенцова, – торжественно произнесла я, – я Вас поздравляю с проявлением Вашей истинной сущности! Вы – дриада!

Девчата с интересом стали рассматривать руки Лины. А она стояла удивлённо-растерянная.

– Кккак этто? Ккто ттакая дддриада? – заикаясь, спросила у меня Лина.

– Филимон, а дриады в вашем мире есть? – обратилась я к Лешему.

– Нет. – Категорично заверил он. – Я не помню, чтобы были. Надо спросить у отца, может он помнит.

– Да-а-а. Дев с крыльями у них нет, с зелёными ногтями тоже нет. Галина Сергеевна, мы с тобой не туда попали! – сделала вывод я, чем несколько разрядила обстановку.

Девчата засмеялись.

– Э-э-э! А все-таки, кто такие дриады? – отошла от шока Лина.

– Как тебе объяснить? Вроде бы это такой вид человеческой расы. Такие люди. Они очень сильно связаны с растениями, влияют на них. А ещё они могут скользить через воду или зеркало какими-то путями. – Попыталась я объяснить Лине и остальным девушкам сложную сущность дриад, описанных в фэнтези. – Их так описывают в фэнтези. У тебя началось «цветение», то есть проявление сущности. В это время нарушена стабильность как физиологическая, так и психическая. Итог мною сказанного – в зеркало не засматривайся, в воду тоже, а то уйдёшь в зазеркалье, и мы тебя потеряем. И к деревьям тоже не прижимайся, уйдёшь в дерево.

– Ни чего себе! А как теперь жить? – расстроено спросила Лина.

– Да как жила, так и живи, – попыталась её успокоить Сима, тоже любительница фэнтези. – Мало ли, что там они нафантазируют. Про мужчин-дриад такого я не читала. Чтобы они по зеркалам и через воду шастали.

– А, вообще-то, у древних греков дриады – древесные девы, лесные жительницы, жившие в деревьях. В древнерусской, славянской мифологии – это лесные мавки.

– Ладно, девочки, пошли домой, а, – умоляюще произнесла Варя. – Дома разберёмся.

Я предложила гномам проехать к Терему, и мы, подхватив корзинки, двинулись домой.

– Ой! Девочки, смотрите! – воскликнула Майя, привлекая всеобщее внимание, и указала на Терем.

Вот это да! Над Теремом возвышалась на полтора этажа круглая башня. Башню венчала прямоугольная башенка с зубцами, конусной крышей и шпилем Красиво! Мы заспешили домой.

В первую очередь направились в кухню со двора, занести грибы и провести гномов с повозками.

В этой части двора в глаза бросилось каменное сооружение с широкими металлическими воротами. Гараж. Вернётся Ольгер, загонит в него «Газель».

В кухне нас встретили поварихи.

– А мы думаем, куда наши красавицы подевались? И без обеда, – певуче проговорила Рада. – А они, гляди-ко, сколько рыжиков насбирали. Заносите свои корзинки в кухню.

– Ты смотри, – почти пропела Дана, – кого они привели! Доброго вам дня и добрых дел, лесной народ, – поприветствовала она гномов. – Давайте ваши короба. А грибочки-то – один к одному!

Женщины взялись вынимать короба из повозок и заносить в кухню. Мы попытались им помочь, но были вежливо отправлены в столовую, обедать. Куда мы прошли через кухню, помыв тут же руки.

Часть грибов оставили в кухне, чтобы приготовить к ужину. Остальные убрали в кладовую. Под действием магии они могут долго храниться свежими. Потом приберут.

С обедом мы управились быстро. Не терпелось посмотреть башню. Я через женщин пригласила на ужин Буса с женой.

9. Изменения

Идём смотреть башню! Сначала пошли на улицу.

Сошли с крыльца, прошли влево от крыльца, завернули за угол. Башня влилась в следующий угол Терема, словно так было изначально. Цоколь башни сливался с цоколем Терема единым монолитом такого же сине-серого цвета. Сама башня была того же цвета, что и терем. Создавалось впечатление, будто она выплавлена из камня, а может так и есть.

Теперь идём внутрь. Так, ищем вход. Слышен смешок Светозара. Ищите, мол, ищите. Сами начертили, сами теперь разбирайтесь. Ладно. Разберёмся. Спустились в «спортивный комплекс». Прошли коридором мимо залов. Ага! А этот проход куда ведёт? Ура! Нашли вход в «портальный зал». Здесь пока не наших умов дело. Свободное круглое помещение в пятнадцать метров в радиусе. В центре чёрная монолитная колонна метров пяти в диаметре.

Идём искать вход на первый этаж. Ура! Нашли! Вход через библиотеку. Библиотеку с залом первого этажа башни соединяет широкая арка. Здесь можно оборудовать что-то вроде читального зала и комнату для настольных игр. Арочные окна метра два шириной. Красиво. Уходим.

Идём на второй этаж. Проходим женскую половину до конца. Э-э-э! Что с нашими с сестрой спальнями? Их нет. Наши с Таней апартаменты обрезаны. Как раз в этот угол Терема вписалась башня. Об этом я не подумала. Займём апартаменты напротив. Дверь в них, закрытая при вселении, оказалась открытой.

Вошли в башню. Окна на этом этаже такие же, как во всём тереме Колонна пронизывает всю башню до крыши. Здесь будут работать наши химик с физиком. Так, а это что? Проём прямо на улицу. Выход на небольшую площадку, с которой начинается спуск на землю. Каменные ступени плавно ведут вниз, пристроившись к стене Терема. Внешняя сторона огорожена металлическими перилами. Остаётся навесить дверь.

Так. Идём на третий этаж. Здесь тоже убраны две гостевые комнаты. Вход в швейную мастерскую. Окна, как и на первом этаже, широкие. Швеям будет удобно работать при дневном свете. Лена завтра приедет, пусть пофантазирует, как обставить такое роскошное помещение. Из этого зала обустроен подъём на четвёртый этаж.

Поднимаемся по каменным ступеням через большое круглое отверстие в потолке. Тоже зал с большими окнами. Из него на крышу так же ведут ступени. Отверстие для выхода на крышу квадратное, два на два метра. Над ним возвышается башенка на метр шире в каждую сторону, высотой пять метров. Поднимаемся. Ого! Какой прекрасный вид! Махотки как на ладони. Далеко видать дорогу на Бодин. За Махотками раскинулись холмы. За ними синеют горы. Плоская крыша башни огорожена полуметровым бордюром.

Полюбовались красотами ландшафта, повосторгались.

Берём на заметку – установить дверь в башенку, на шпиль флюгер.

– Девочки, у меня предложение, – выступила с инициативой Лада. – Пойдёмте в бассейн. Мы ещё в нём не плавали!

Все дружно одобрили предложение, и пошли переодеваться в халатики. Договорились плавать без купальников. Мужчин в команде нет.

Но появился Селиверст и сообщил, что пришли плотник и мебельщик. Ждут в столовой.

Ну, что ж, идём работать. Захватив у Лины тетрадь с ручкой, отправились все вместе.

В столовой сидели двое мужчин лет по сорок. При нашем появлении встали, произнесли слова традиционного приветствия.

Осанистые. Одеты в лёгкие тёмно-серые штаны и куртки. Голубые рубахи заправлены в штаны. На ногах сапоги. Каштановые волосы забраны в низкие хвосты, перетянутые кожаными шнурками. Как братья-близнецы. Густые брови, почти сросшиеся над переносицей. Глубоко посаженные серо-стальные глаза, крупные черты лица, волевые подбородки выступающие вперёд.

Оказались братьями, но с разницей в два года. Зарин и Урий.

Женщины подали чарки с вином. Приняла от мастеров клятву, и сели за стол, чтобы обсудить заказы. Извинилась, что пока не могу принять в кабинете.

Заказы объёмные. Объяснила, что мне нужно. Провели по всему терему, показывая и обрисовывая где, куда и что. Показали, какой высоты должны быть кровати, диванчики, стулья, лавки и прочее. Нарисовали, как должно выглядеть возвышение для сцены-эстрады.

Обещали сделать за неделю. Так быстро?

Матрасы для кроватей, диванов, стулья, кресла закажут эльфам. Остальное сделают на месте. Завтра приступят. Расчёт по исполнении работ по предъявленному счёту. Все наши пожелания записывали в блокнотики.

А мы даже не спросили у Ольгера, какая здесь бумага и есть ли тетради. Оказалось и тетради, и карандаши грифельные имеются и ручки перьевые.

Мастера ушли довольные объёмом работ. Мы тоже были удовлетворены.

Идти в бассейн уже не имело смысла. Скоро ужин. Вышли на улицу и замерли от увиденного зрелища.

Гномы время не теряли. Раз уж им разрешили придти в наш сад-огород, то они и пришли. Человек, правильнее особей, двадцать. Разбрелись между гряд. Наклоняясь, что-то рассматривали. Прикладывали к земле ладошки и к чему-то прислушивались. Потом «щебетали» обсуждая. На грядах с экзотическими растеньицами устроили настоящий ажиотаж. Показывали на сеянцы и, размахивая руками, толи спорили, толи читали заклинания. Возле магнолии стоял очень пожилой гном и, обняв стволик, слушал, прижавшись к нему ухом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Увидев нас, смолкли и замерли, устремившись взглядом в нашу сторону.

Мы подошли к гномам. Один из них, взяв Лину за руку, повёл к грядам. Начал что-то неспеша говорить. Лина сначала непонимающе слушала «щебет» гнома, потом в глазах у неё появилось понимание, и она заливисто засмеялась.

– Девчонки, я их понимаю! – радостно сообщила нам Лина. – Представляете? Понимаю!

Гном опять заговорил с Линой, она ответила на своём языке. Так они и продолжали разговаривать каждый на своём языке.

– Понимаете, – стала нам объяснять Лина, – они обнаружили растения, которым нужна помощь. Завтра с утра придут их женщины лечить эти растения и помогать прорастать семенам. Я им толкую, что рано, прорастать начнут через несколько дней, а морковь с петрушкой через пару недель. Они не соглашаются. Нельзя, говорят, так долго семенам лежать в земле. Они должны быстро пустить корешки, чтобы питаться. Удивительно.

– Вон тот дедушка, что выслушивает у магнолии? – спросила Майя.

Гном, услышав вопрос, стал, жестикулируя, объяснять Лине, а она переводить нам.

– Дедушка прослушал движение соков в деревце и сделал заключение, что у него повреждены несколько каналов. Сейчас он всё поправит, потому что каналы только пережаты.

– Это, наверно когда везли, пригнули, – сделала вывод Маша.

Гном повёл по стволу магнолии ладошками снизу вверх, стараясь дотянуться до веточек. Он наклонялся к комлю, поднимался в полный рост, вытягивался, приподнимаясь на цыпочки. Потом послушал, прижавшись ухом, удовлетворённо кивнул головой и присвистнул.

– Лина, ты спроси у гномов, могут ли они нам помочь посадить саженцы ореха, – попросила я.

Лина поговорила с дедушкой.

– Они согласны. Когда высаживать будем?

– Послезавтра. После обеда, ближе к вечеру.

– Ой, девочки! – воскликнула Сима. – А мы и не заметили! У нас пруд выкопан!

Мы посмотрели в сторону места, выделенного под пруд, и дружно направились осматривать ещё один объект.

Овальный котлован пруда, со строго соблюдёнными береговыми границами, обозначенными колышками, каменной чашей выделялся среди гряд. У берега глубина не превышала одного метра, увеличиваясь к середине до пяти. Дно песчаное. Нам понравилось. Приедет Ольгер, наполнит его водой.

Полюбовавшись на гномов, вернулись в столовую. Вскоре пришла довольная Лина. Мы все внимательно посмотрели на неё.

– Что? – спросила она.

– Руки показывай! – за всех потребовала Рина.

Лина вытянула перед собой руки. Мы стали разглядывать их. Зелень «лунок» стала ярче.

– Так, девочки, у кого завалялся лак в сумочках? – Обведя нас взглядом, спросила Лада. – Пока посторонних нет, обойдётся. На кухню не ходи, посуду мы будем сдавать, чтобы не заметили. А приедут гости, будем красить ногти, кто каким лаком, а Лина – тёмным. Будем скрывать, сколько сможем.

Все согласно зашумели.

– Спасибо, – поблагодарила Лина.

– Анна, – выглянула из кухни Рада. – Бус сказал, что придёт, но без жены. Она к сестре уехала в Ильмерь дня три как.

– Спасибо, Рада, – поблагодарила я женщину. – Ну что, девочки, принимаем гостя. Надеваем туники и комнатные тапочки. И то, ходим весь день в спортивной одежде. Пока пойдём по своим норкам, Селиверст позовёт.

10. Гость

Только умылась, переоделась, переплела косу, зашла Луша и сообщила, что ужин готов и пришёл гость.

Прошлась по коридору, простукала девчатам по дверям и спустилась в прихожую. Подождала, пока подойдут подруги, и все вместе вошли в столовую.

Бус уже был там и разговаривал через окно с поварихами, которые наперебой нахваливали нас. Какие мы хорошие и какие мы молодцы. Вон сколь рыжиков набрали да с гномами подружились.

– Хорошего отдыха после хлопотного дня, Бус. – Произнесла я, входя в столовую.

– И вам, красавицы, хорошего отдыха после добрых дел. Хорошо вы это с окном придумали, женщины хвалят вас. Грибов эвон сколько набрали. С гномами-то как подружились? Не общительные они.

– Общество, значит не подходящее, – съехидничала Рина. – А познакомились мы просто. Филимон познакомил.

– Кто ж это такой, Филимон?

– Так, один знакомый Смотритель Леса, – пояснила Сима.

– О, как! И Лесовик у них в знакомцах! Молодцы-ы. И имя, даже, дали. Он вам теперь все места грибные да ягодные раскроет. Любым лесом куда угодно проведёт. Надо же, Филимон. Смотрю, вы и башню к терему пристроили, и во дворе какое-то строение возвели.

– А ещё пруд выкопали, – со смешком сообщила Рина. – Это всё Дух Терема старается, радуется, что от спячки разбудили.

– Так мы ж тут не на один день, а навсегда. Вот и обживаемся, – смеясь, сказала Лана.

– Мужики хвалились, что работы у вас много, большую заявку сделали. Довольны.

– Стараемся, – улыбнулась Варя. – Сами не сидим и других без дела не оставим.

Меж тем девчата накрыли стол белоснежной скатертью, разложили салфетки, начали выставлять необходимую посуду.

Я предложила Бусу самому выбрать вино, и мы спустились в подвал. Бус осмотрелся, выбрал полулитровую бутылку с непонятной этикеткой.

– Это мне, – пояснил, – а это вам, – и взял, литровую бутылку. – Оно лёгкое и не очень сладкое.

На этикетке какая-то ягода.

– Садись, Бус к столу, – пригласила я гостя, указав на место рядом с собой. – Потрапезничаем, чем Триединый послал, да наши поварихи наготовили.

На стол выставили кувшин с вином да распечатанную бутылку Буса. Тушёные грибы с овощами подали в глечиках. Выставили в горшочках сметану, на блюдах пирожки с ягодой боруникой, растегаи с мясом, салат из незнакомых растений политый острым соусом.

Бус наполнил наши чарки вином, свою – содержимым из полулитровой бутылки, встал. Мы тоже поднялись.

– Возблагодарим Триединого за дары, что на этом столе. И пусть этот стол никогда не останется пустым. ОУМ

За два глотка опустошил чарку, ухватил расстегай и сел.

– ОУМ – повторили мы, и, отпив немного вина, сели.

Ели молча. Прихлёбывали вино, уминали грибочки приправленные сметаной.

– Бус, – нарушила я молчаливое поглощение пищи. – А что ты пьёшь?

– Дать попробовать? – с улыбкой спросил гость.

– Давай, – не отказалась я.

Девчонки с улыбками поиграли в переглядки.

Бус плеснул немного в мою чарку из бутылки и стал наблюдать за моими действиями. Я понюхала слегка мутноватую жидкость и, определив содержимое, сообщила:

– Са-мо-гон. Запах не очень приятный. Ну, рискую.

Набрав воздуха, сделала, морщась, пару глотков, чуть задержала дыхание и резко выдохнула. Ухватила ломоть хлеба, втянула носом ароматный его дух и откусила. Девчонки, наблюдавшие затаив дыхание, выдохнули вместе со мной.

– Ишь, как она! – восхищённо крутанул головой Бус.

– Ну? – спросила Рина. – Пить можно?

– Можно, – прожевав хлеб, ответила я. – Только осторожно. Уж очень вонюч. Не крепче водки. Но это можно исправить. Берём на заметку. А чьё это изготовление? – спросила, внимательно слушавшего мои рассуждения по качеству напитка, Буса.

– Гомозули поставляют.

– А сами что, не сообразили? – подколола Лина.

– Да мы в основном вино пьём, брагу, мёд, сурицу. А гомозулий самогон так, изредка.

– А что, девочки, налаживаем производство чистого и не вонючего крепкого напитка, – предложила Майя.

– Ага, и начнём спаивать народ, – с ехидством поддержала Лада. – Бус, а пьяниц у вас много?

– В деревнях редкость, а в городах хватает. Пьют в основном «чистокровные». А среди оборотных большая редкость. В наших деревнях пьяниц так и вовсе нет. Ещё будешь? – посмеиваясь, спросил меня.

– Нет. Достаточно, – прожёвывая пирог с боруникой, ответила я. – И вина больше не буду.

– Правильно, – одобрила моё решение Лина. – Нечего всякую гадость пить, да и градус понижать не стоит – голова будет болеть.

Точно будет болеть. Самогон – дрянь. Надо будет самим попробовать выгнать.

– Будет голова болеть, так вон, к Раде обратитесь, поправит, – посоветовал Бус.

– Бус, ты сказал, в ваших деревнях пьяниц нет, – обратилась к гостю Варя. – А каких это, ваших?

– Княжьих.

– А поточнее. Что значит княжьи?

– Значит, принадлежащие князю.

– Разве не всё княжество принадлежит князю? – спросила Майя.

– Нет. Князь правит княжеством, а принадлежат ему восемь деревень: Махотки, Белокаменка, Любавинка, Смородиновка, Петушки, Жемчужинка, Яхонтовка, Озерки и два города: Ильмерь и Каменец, а ещё рыбацких четыре деревни.

– Только и всего? – разочарованно спросила Лада. – А чьи земли за холмами, холмы и горы?

– Так это тоже всё княжеская вотчина, до самого побережья, и часть побережья. Там рыбацкие деревни. Четыре деревни княжеские, а остальные вольные. И в горах, в долинах тоже деревень много. Земель-то свободных немеряно, живи, где хочешь своим трудом, плати в казну налог.

Бус со словами «Бог – Триедин», выпил ещё чарку самогона, зажевал пирогом с мясом и откинулся на спинку стула.

– Бус, почему у деревень такие названия? – спросила Рина.

– Гхм. Почему? Махотки, потому что её зачинщиком был Махота Белояр, мой прапрадед. Любавинка – принадлежала сестре Борислава Белояра, нашего последнего князя. Любава жила в своём тереме ещё долго после ухода Борислава, потом ушла за Грань.

– А она что, замуж не выходила? И куда ушёл Борислав? – поинтересовалась Сима.

– Нет, не выходила. Истинного Любава не встретила, а просто по любви или по согласию не захотела. А Борислав ушёл в другие миры и не вернулся. Видимо ушёл за Грань. Я ещё про другие деревни не сказал. Деревню Петушки назвали из-за петухов. У них петухи особенные – очень голосистые, поют красиво. От нашей деревни в сторону Ильмери сначала Любавинка, потом Петушки. А в противоположную сторону – Смородиновка на реке Смородина, на другом берегу. За ней Белокаменка у Белого камня. Это яр на Смородине, на противоположном берегу. Дальше вверх по Смородине деревни Озерки и Жемчуженка. Там в верховье Смородины жемчуг добывают. В стороне от истока реки город Каменец, он в предгорье стоит, а за ним в горах – Яхонтовка. Там рудник самоцветных каменьев.

– А я вот что хочу спросить, как самая «вумная», – обратилась я к Бусу. – Я читала, что у Волосеня жена была Медведица. Среди вас есть Медведи?

– Кхе-кхе. Среди нашего рода нет, а вообще среди Оборотных есть. В наших Махотках кузнецом Медведь, так он пришлый. В Гардарии в княжестве Арджунов много Медведей.

– Спасибо, Бус, – поблагодарила я гостя.

Поужинали. Интересный у нас вечер вопросов и ответов получился.

– Ну, что, хозяйка, покажешь, какие вы тут изменения произвели?

– Пойдём, покажу.

И я повела Буса на экскурсию.

Начали с купальни с бассейном.

– Зачем вам такая большая купальня?

– Плавать любим.

– У нас только ребятня в речке плавает, а взрослые не увлекаются.

– Ну и зря! Мы и пруд для этого устраиваем.

Прошлись по спортивным залам.

– Тут ещё работы много, – объяснила. – Вот когда сделаем, как должно, приходи. Понравится, так своих ребят да девчат, когда от работ свободны, сюда отправишь. Думаю, башню тоже пока показывать не стоит. Пусто там.

– У тебя, смотрю, и перстня-печати нет. Что так? Не носишь или его нет.

– Да, как-то на глаза не попался, а Светозар не подсказал.

– Так давай поищем. Он в казне должен храниться, раз хозяев не было.

– Может, не стоит, – неуверенно попыталась отказаться я.

– Пойдём, пойдём. Аль боишься, или не доверяешь?

Мне стало неудобно, и я согласилась. Прошли в казну. Бус осмотрелся, пошарил на полках, заглянул в шкатулки.

– Верно. Нет тут перстня с печатью. Закрывай. Пошли отсюда.

Вышли в кабинет, Бус скользнул взглядом по помещению, но ни чего не сказал. Пока шли до столовой, обратилась к нему с просьбой.

– Да, Бус, у конюшни крышу надо проверить и, если есть необходимость, подлатать или новую накрыть. Пусть кто из мужиков посмотрят. Чтобы была готова. Дней через десять Ольгер с Майей поедут в Бодин на торги за лошадями. Себе надо купить двенадцать верховых, да пару-тройку упряжных. Да гости со своими лошадями прибудут.

Вернулись в столовую. Бус поблагодарил за ужин, попрощался с нами и ушёл через кухню.