Текст книги "Зачарованный терем (СИ)"

Автор книги: Нюра Осинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 40 страниц)

3. О Пророчествах

Мы едем, едем, едем…

Едем и перевариваем полученную информацию. Уж коли есть возможность самим узнать очень многое из книг, то расспросить лучше Ольгера о том тереме, где мы будем жить. Кто там живёт, чем занимаются, кто владелец?

И опять размышления на тему о родстве по происхождению. Уже полная уверенность, что население – древние русичи, славяне.

Наблюдаем друг за другом, примечая изменения во внешности. Женщины достали зеркальца, разглядывают себя. А посмотреть есть на что. Стали исчезать морщины, старческая пигментация. Сняли очки те, кто их носит. В том числе и я. Вижу и без них очень хорошо. Прошли боли в спине, перестала ныть нога. Продолжаем бегать в кустики. Ольгер предупредил, чтобы туалетную бумагу не выбрасывали, а складывали в бумажный пакет, чтобы потом сжечь в отдельном костре по прибытии на место. Там же сожжём и свою одежду.

– А одежду-то зачем? – спросила Владислава. – Нам же ходить в чём-то надо. Не голышом же!

Все посмеялись, представив дефиле голых дам крупной комплекции, хоть и помолодевших. Ольгер тоже прокашлял свой смех.

– Она вам не подойдёт. Ваша одежда у Галины в баулах лежит.

– Так там размеры маленькие, не наши.

– Ваши, ваши, – ответил Проводник.

Ехали ещё четыре часа. Остановились на перекус и разминку. Из тела ушли суставные боли, появилась лёгкость. Снова копчёности. Умяли пару куриц-гриль, буханку хлеба и запили «чаем» Ольгера. Он продолжал подкидывать нам в кружки красные кристаллики. Отвар сластил. Но на вопрос о присутствии сахара, получили отрицательный ответ. Оказывается, есть такая очень сладкая трава, подобно нашей стевии. Только с клубнями размером с добрые картофелины. Их измельчают, сушат и добавляют в отвар.

Наконец-то мы обратили внимание на то, что нам на дороге ни кто не попался: ни попутно, ни встречно, ни пешего, ни конного. Да и за весь день ни одного населённого пункта, маломальской деревеньки. В чём дело?

– А тут и пути нет, – засмеялся Ольгер.

– Как нет? Вот же дорога! Мы же едем!

– Оглянитесь! Вы дорогу видите?

Мы дружно посмотрели назад. Метрах в десяти от нашей машины дорога исчезала. Вот так фокус!

– Я не знаю точно, где находится ваш терем. Нас ведёт Дорога. Не дорога как путь, а богиня Дорога.

– Стоп, стоп, стоп! – воскликнула Татьяна. – Ты сказал, что у вас Триединый! А теперь уже не только он?

– Бог у нас один. А есть младшие боги и полубоги. Дорога – полубог, магическое существо, покровительствующее путникам. Её даже некоторые видят. Особенно заядлые путешественники, любители побродить по неизведанным местам. Я не вижу. Только тот путь, что она показывает.

– У-у-у, какие у вас тут заморочки! И много подобных полубогов? – поинтересовалась Людмила.

– Хватает. Вы во всём сами потом разберётесь. Хватит отдыхать, поехали. Нам нужно к вечеру до леса добраться.

Вот он, лес. Нет, не так. Вот Он – ЛЕС! Сосны. Огромные. Мы померили. В пять-шесть обхватов! Высоченные! Кроны где-то у облаков! И всё насквозь пронизано светом Сурия, уходящего к закату. Под ногами хвоя не менее пятнадцати сантиметров. Кое-где валяются старые шишки, крупнее кедровых раза в три-четыре. Где-то в вышине щебечут птицы. Лепота-а-а! Воздух насыщен хвойным ароматом. Вот где строить санатории для лёгочников. Так здесь таких болезней нет. И хорошо!

У края леса не задержались, проехали ещё час и остановились на ночлег. На обочине дороги развели костёр. Достали подкопченную буженину. Ольгер выделил кроме чая, каравай отрубного хлеба. Это он купил для нас в дорогу. Спать устроились в лесу на толстой хвойной подстилке. Сняли обувь, укрылись куртками. Ольгер обвёл наше лежбище защитным кругом от разных насекомых, мелких зверушек, тварей и всякой нечисти.

– Ольгер, расскажи нам о тереме, в котором будем жить, – попросила я. – А ещё, объясни, по возможности, зачем, мы всё-таки здесь?

– Ну, о тереме что рассказывать? Мне о нём ничего не известно. Сами всё скоро увидите. Известно только, что находится он в Белоярском княжестве. А вот почему вы здесь, постараюсь, как смогу, объяснить.

Наш мир угасает магически. Ведь все наши миры связаны между собой и с Землёй. Она – главная в нашей системе миров, старшая, материнская. Космические события, происходящие в солнечной системе Земли, оказывают на неё огромное влияние. И то, что происходит в её солнечной системе, отражается и на остальные параллельные миры.

Это связано с планетой, называемой вами Нибиру. У нас – планета Тьмы, Чёрная планета. Планета, заселённая тёмными сущностями, питающимися энергиями магии и жизни всех существ, сотворённых Святой Троицей, Триединым. Она вновь приближается к солнечной системе Земли. Наш мир может совсем лишиться магии и, даже, погибнуть.

– А мы, каким боком в этой теории? – подала голос Серафима.

– Десять лет назад студентами шестого года обучения Миррейской Магической Академии, проходившими летнюю курсовую практику в заброшенных пещерах Ладоновых гор на территории Гардарии, обнаружили в одной из пещер Пророчество.

Когда-то давно человеческая раса Ладонов жила в горах, которые теперь называются Ладоновыми. Они перебрались на остров, оставив в горах свои терема. Там много пещер и есть что изучать. В одном из пещерных залов ребята обнаружили совершенно гладкую стену, на которой были высечены древнейшие письмена. Письмена скопировали, учёные-языковеды расшифровали.

Пророчество гласит: «Двенадцать жён, доживших до возраста, приближающегося к Грани Бытия, соберутся по воле Триединого в одном месте и покинут Мир своего рождения, чтобы появиться в Мире своей истинной сущности, обрести свой истинный облик по наследию крови и разбудить заснувших».

– Так, нас двенадцать, – начала рассуждать Татьяна. – Наш возраст вкупе со здоровьем подошёл к Грани Бытия. Проще говоря, смертушка замаячила. Мы случайно, а может, и нет, собрались в одном месте, то есть в одной «Газели», и пришли, точнее, нас доставили из мира нашего рождения. А что значит «истинная сущность» и «истинный облик» и кто такие «спящие», которых надо разбудить?

– Истинная сущность – ваша суть. Сюда вы прибыли по сути своей «человеками», то есть в человеческой сущности, но не полной. Вот моя истинная человеческая сущность, полная. У меня имеется вторая ипостась. Мой истинный облик – человек, вторая ипостась – Волк или Собака. Кем станете вы, пока не известно.

– А разве волк и собака – это одно и то же? – спросила Екатерина.

– Это одна сущность. Ведь волки, собаки, лисы – это подвиды одного вида хищных млекопитающих животных.

– Ещё песцы, шакалы, – добавила Майя.

– А кто такие «уснувшие» и, причём Нибиру? – спросила я.

– Об «уснувших» мы точно не знаем, но есть предположения. Есть ещё одно пророчество. «Двенадцать дев, пришедших из Мира своего рождения, наследницы по крови Первородных из шести древнейших родов, разбудят уснувших, и возродится угасающее». Угасает у нас магия, и мы не сможем выставить щит над нашим миром, чтобы защититься от Тьмы.

 
– Ты слышишь? Что это такое?*
Невольно катится слеза,
Душа в глухой тревоге ноет:
К нам надвигается гроза.
Летит, неведомо откуда,
Умчит, неведомо куда,
Из дальних странствий возвращаясь,
К нам приближается беда.
Невольно взгляд стремится к звёздам:
«Что за чудовище летит?».
То враг неведомый и грозный
Прекрасный мир сгубить спешит.
Твои мечты и повседневность,
Мои минувшие года
Постигнет злая неизбежность:
Умчаться в вечность навсегда.
Не будет продолженья рода
Людей, живущих в мире сём,
Претерпит катаклизм природа,
Земля изменится во всём.
Кто поселится в мире новом?
Какие роды, племена?
Что будет жизни их основой?
Да будет ли вообще она? – Продекламировала Майя.
 

– Это ты такое сочинила? – спросил Ольгер.

– Нет. Это Анна.

– Надо же! Выучила, – пробурчала я.

– Конечно. Мне нравятся твои стихи. Только ты, почему-то, бросила писать.

– Значит, вы не знаете, кто у вас так крепко спит, что даже магия угасает? – ушла я от нежелательной для меня темы. – А мы должны их обнаружить и разбудить? Понятно, что ни чего не понятно. Где их искать и как будить?

– Эй, а с кровью-то что? – подала голос Елена. – Что за наследие по крови? И кто это – Первородные?

– Это тоже пока не очень понятно. А Первородные из наших миров уже давно все ушли за Грань. Когда Триединый создал людей, то они могли принять любой облик. То есть у них было по несколько оборотных обличий. Даже Единорогов, которых у нас тоже нет. Сохранились о них легенды и рисунки. Говорят, вроде как, у эльфов вторая ипостась – Единорог. Но мне точно не известно. Эльфы – народ скрытный.

– А-а-а, это лошади с рогом? – спросила Владислава.

– Нет. Единороги лошадям не родня. Они ближе к лесным оленям. У них раздвоенные копыта, один рог, растущий точно на середине лба между ушей с наклоном вперёд под небольшим углом. Длинный волос вдоль шеи (грива) и на коротком хвосте. Но они крупнее оленей, и их, почему-то люди в вашем мире принимали за лошадей. Давайте спать, завтра вставать рано. Нам ещё нужно сходить на Озеро Определения Сущности.

– А это ещё что? – спросила я.

– А вот завтра и узнаете.

– Дал задачку на ночь! Попробуй теперь, усни! – пробурчала Серафима.

Спать не хотелось. Слишком всё это приключение волнительно. Но стали помаленьку успокаиваться, примиряться с произошедшей с нами метаморфозой. И тоска по дому и родным не отпускала, прячась на время где-то в глубине души.

– Ой, что там сейчас происходит! – вдруг воскликнула Людмила.

– Где, там? – спросила Владислава.

– На трассе, на месте открытия портала, – пояснила Людмила. – Туда же слетелись разные спецы по аномалиям, уфологии, экстрасенсы.

– Ни чего они там не найдут, – сказал Ольгер.

– Это почему? – спросила Светлана.

– Там нет привязки портала. Так, только едва заметный след остался, да и он в день-два истает.

– Но, ведь, в фэнтези пишут, что портал в определённое место настраивают. Потом остаётся след, – поделилась своими познаниями моя сестра.

– А ещё можно на человека настроить. Тогда портал откроется там, где этот человек находится в данный момент, – объяснил Ольгер.

– О-о-о, так это на тебя был настроен портал! – разоблачила Ольгера Серафима.

– Может быть, может быть, – ответил наш Проводник и как-то странно взглянул на меня.

Наконец сон всё-таки сморил. «На новом месте…» – мелькнула в дремоте мысль. «Башня. На башне я не одна. Мы стоим лицом к лицу. Глаза в глаза. Лицо так близко, что я рассмотреть не могу. Глаза, такие знакомые, родные, любимые, ласково заглядывают в мои: «Девочка моя, веста моя долгожданная… скоро…, скоро…»».

4. Озеро Определения

А утром…. Утром я проснулась первой. Женщины спали все вповалку. Ольгер лежал в стороне, вытянувшись на спине во весь немалый рост. Совсем ещё мальчишка. А напротив меня за обережным кругом стоял… ОН или ОНО, стояло. Волосы на голове и борода по пояс из длинного мха. На голове шапка из опрокинутого птичьего гнезда. В одёжине из старых листьев, мха, мелких сосновых веточек и травин. Штаны такие же, а на ногах лапти из бересты. На сером лице нос круглой «картошиной», похож на ошкуренный берёзовый кап. Тёмно-коричневые с зелёным отливом круглые, как у совы, глаза.

Вот, здрасте! Это же…, это же Леший!

Он стоял и разглядывал нашу живописную группу. Потом посмотрел на меня в упор.

– «Ты меня видишь?» – прозвучало у меня в голове.

– Д-д-да, – заикаясь, ответила я.

– «Чё, испугалась?» – ухмыльнулся Леший.

– Не очень, – он ещё и «чёкает». – Ты – Леший.

– «Я Смотритель леса, Лесовик. А ты где такое слово-то выкопала – леший? Имя, что ль?».

– Нет. Так в нашем мире Смотрителей лесов, Лесовиков, называют. А имя у тебя есть?

– «Нету. Мы все безымянные».

– А хочешь, подарю? – вспомнила однажды прочитанное мной фэнтези.

– «Давай!»

– Филимон. Нравится?

– «Фи-ли-мон. На филина похоже. Нравится».

– Ну, коли нравится, нарекаю тебя, Смотритель этого леса, Филимоном.

– Анна, ты с кем это разговариваешь? – проснулся Ольгер.

– Да, вот, со Смотрителем леса, а по-нашему с Лешим.

– Так ты его видишь?

– И вижу, и слышу, и имя ему дала.

– Да ты что-о-о? – удивился Ольгер. – Их же никто не видит.

– Кто тут кого видит и не видит? Сестрёнка, ты, что ли?

– Это у Анны сущность начала проявляться. Только что-то рано, – объяснил сестре Ольгер.

– Не рано, а поздно, – стала объяснять Татьяна. – Она у неё спала, а теперь проснулась. Родители рассказывали, что ей маленькой всегда какие-то «чуды» мерещились, даже разговаривала с ними и играла под столом. Её хотели к психиатру везти, да, хорошо, к пяти годам само прошло. Бабушка велела молчать об этом и ни кому не рассказывать. Я-то об этом не помню, слишком мала была.

– Конечно, не помнишь. Но ты тоже их видела, но бабушка мне запретила об этом рассказывать. Только у тебя всё прошло к четырём годам. – Выдала я сестре тайну, которую хранила всю жизнь.

– Интересно. У вас на Земле тоже Видящие есть?

– Может и есть. Таких «видящих» в психбольницу закрывают. Там они и с приведениями разговаривают, и с домовыми, – объяснила Таня.

Зашевелились, просыпаясь, женщины.

– Вы тут о чём? – спросила Майя.

– Да вот, сестрица у нас выделилась. С Лешим познакомилась и именем его нарекла. Вот такая у неё ипостась проявилась, – проинформировала подруг Татьяна.

– Это не ипостась, – возразил Ольгер. – Это просто способность видеть магические сущности. А вот имена давать ещё ни кто не догадывался. Здорово! Теперь, кто имя от неё получит, против ничего плохого сделать не сможет. Надо будет в старинных книгах об этом почитать. Может, что есть.

«А где, Леший-то?» – заволновались женщины.

***

Ух, ты! А молодые-то, какие! Постройневшие. Удовлетворённо окинув всех взглядом, Ольгер улыбнулся. Ещё не предел. Ему сказали, что они все будут выглядеть очень молодо, не старше двадцати лет. На семь лет моложе его! Вот это будет цветничок!

А у Анны рано проявилась эта способность. Ещё не купались в Озере Определения. Но сестра говорит, что у неё эта способность в раннем детстве проявлялась, значит, сильна в ней кровь Древних. И в сестре тоже. Может, в Пророчестве об этом говорится? А может, на Анну Грааль подействовал? Она с ним всё прошлое лето возилась, по его просьбе на солнышке прогревала.

***

– Так, девушки! Дружно все встаём и идём купаться в Озере Определения. Дорогу я не знаю, поведёт нас Смотритель леса по имени Филимон.

– Но мы же его не видим!

– Я тоже, но его видит Анна.

– А если бы его никто не видел, как бы ты нас вёл? – спросила Мила.

– Я бы тропинку видел, как дорогу. Пошли!

– Ага, пошли! – возмутилась Татьяна. – Штаны-то не держатся! Велики стали!

Всем оказалась одежда велика. Днем-то не так заметно было, а за ночь здорово все похудели. Брюки, джинсы, юбки пришлось подвязывать верёвочками, поясами, шарфами. Я радовалась, что поехала в платье.

Идти по лесу и легко, и сложно. В нем нет второго яруса, подлеска. Только гигантские сосны, чистый воздух, пенье птиц, встречающих восходящий Сурий. Сложность в том, что обувь у нас не для прогулок по лесу. Шли около часа.

Вот и озеро. Озеро Определения. Такое же круглое, как и то, в котором вчера купались. Только раза в два больше. Тёмное, очень глубокое. В центре слегка выступает плоская вершина скалы, отполированная водой. Кромка берега каменная, словно в землю вкопана огромная чаша.

– Так, девушки! – Ольгер с улыбкой обвёл нас взглядом. – Сейчас, по одной, не все скопом, будете определяться в своей сущности и будущих ипостасях, если они у вас есть. Обнажаетесь, ныряете с берега, проплываете немного, ныряете второй раз уже прямо в воде, затем третий, каждый раз задавая мысленно вопрос: «Кто я?». Потом плывёте к камню, кладёте на него ладонь левой руки и просите об исполнении трёх желаний. Домой назад не проситесь, напрасно загубите одно желание. Также впустую не просите красоты. Вы и так все очень красивые. Поверьте. Мне, мужчине, виднее. О здоровье и молодости тоже не стоит. Это я вам так, напоминаю. Они у вас уже есть.

– А магию просить можно? – спросила Галина.

– Владение магией можно попросить.

– И память? А то я в школе слабо училась, память плохая была, – спросила Елена.

– Можно и память. Анна, когда твой день рождения?

– Завтра.

– А в какое время?

– Ночью. Точнее в час ночи.

– Хорошо. Успеваем.

– Куда успеваем?

– Об этом потом. Определяйтесь. И продумайте свои желания, чтобы не впустую. Постарайтесь попросить такое, чтобы это помогло вам в дальнейшей жизни. О загаданных желаниях не рассказывайте, а то не сбудутся. Шучу! Не буду вам мешать, пойду к машине. Придёте сами, Филимон доведёт.

Наш проводник ушёл, оставив сумку с полотенцами, а мы начали раздеваться и нырять, оттолкнувшись от берега. Настроены были очень серьёзно, не шутили, подсказывали друг другу следующие действия.

Первой ныряла, определившись с желаниями, Татьяна. Я ныряла последней. Ни как не могла определиться с желаниями. Что нам может пригодиться в дальнейшей жизни, если понятия не имеем, какая жизнь нас ждёт. Что бы такое пожелать? Здоровья? Так и без этого уже есть и ни куда не денется. И молодость вернулась. Любви? Это можно. Замужем прожила сорок лет, пока не овдовела, детей троих родила, а вот настоящей любви не испытала. И такое в жизни бывает. Не было мне Богом дано такого счастья. Значит, прошу взаимной, чистой, до конца жизни. Как в фэнтези пишут, встретить мне истинную пару.

Теперь следующее желание. У меня с детства была мечта научиться играть на гитаре или аккордеоне. Но не было такой возможности. Нет, не стоит. Теперь такая возможность есть, исполню без камня. Господи, Триединый, подскажите! Есть! Надумала, но промолчу, чтоб не сглазить.

И ещё, третье. Третье, третье, третье… а-а-а-а…. О, не одна я мечусь. Вон ещё Серафима с Еленой ходят, лбы морщат. Вот задача-то! Елена пошла, и, похоже, Серафима определилась. А я что мучаюсь-то? Можно же владение магией попросить. А какой? Да ладно, какую дадут! Всё, пошла.

Оттолкнулась от «бортика», пошла в глубину: «Кто я?». Вынырнула. Сделала несколько взмахов брассом, нырнула: «Кто я?» Вынырнула. Ещё несколько взмахов «бабочкой» и снова вопрос глубине: «Кто я?» Вынырнула и поплыла на спине к Камню Желаний. А вода, как парное молоко. Прелесть! Кладу левую ладонь на камень, высказываю шёпотом желания и возвращаюсь к берегу.

Идём молча. Впереди я. Нет, впереди Филимон, за ним я, остальные следом толпой. Да-а-а! Я же не сказала! У нас волосы активно растут. Без седины! Уже у всех ниже лопаток. Здорово! В жизни не носила длинных волос, не росли. У сестрёнки до семи лет были по пояс, а потом как отрубило. Посеклись и прекратили расти. Что у меня, так и у неё, только лопатки прикроют и всё. А ещё зубы! Ведь у нас у всех зубы уже не свои, родные. Коронки послетали, пломбы выпали, протезы на присосках сами убрали. Теперь новые зубы растут.

Только отошли от озера, навстречу Ольгер спешит.

– Что случилось? – спрашиваю.

– Мне велели тоже в озеро понырять, только исполнения желания одного попросить, – и помчался дальше.

«Кто сказал? Как сказал? Филимон, пометь ему тропинку, чтоб не заблудился».

Вышли к месту ночлега.

«Пойду вашего Проводника встречу», – доложился Леший и направился вглубь леса.

Пока мы ныряли, Ольгер собрал наши куртки и унёс к машине. Там уже сложена кучка хвороста для костерка, висит котелок с водой на треноге. Дождёмся Ольгера, позавтракаем и в путь. Ещё два дня ехать.

Пришёл Ольгер, разжёг костёр. Только сейчас обратили внимание, что он поджигает хворост щелчком пальцев. Позавтракали, как говорится, чем Бог послал, точнее Триединый. Разговоры говорить не стали, быстро собрались, поехали. Ольгер поторапливал, куда-то боялся опоздать. Задержались мы на озере со своими желаниями.

5. Магическое шоу

Ехали в этот день веселей. В кустики не бегали. Дорога шла через лес. Светлана достала гитару, и мы пели песни. Все, что взбрели в голову. А что нам оставалось делать? Не рыдать же три дня напролёт?! Всё равно ни чего уже не изменить. Песен мы знаем много. Даже вспомнилась туристическая: «Снова нас везут куда-то,

И не ясен нам маршрут.

Видно боги виноваты,

Не сидим не там, не тут…».

Через четыре часа перекусили и дальше. Ещё через четыре часа перекус. День завершался. На место стоянки прибыли уже почти в сумерках. Между сосен из земли выступала каменная плита в один квадратный метр. На ней и развели костерок для приготовления чая. Ольгер не разрешил мне есть, приготовил специальный напиток. До полночи оставалось два часа.

Проводник велел Галине достать из баулов на всех спортивные костюмы, кроссовки, футболки, бельё, носки и сложить в один, вложить туда одно полотенце, одну ночную рубашку. Скоро понадобятся.

Присели «на дорожку», поговорили ни о чём существенном. Потом Ольгер подхватил сумку с вещами, поднял нас:

– Всё, пора. Нам ещё идти полчаса, далеко. Вон Филимон уже ждёт.

– Как определил, ты же его не видишь?

– Ночью вижу, светится. Магические сущности все в темноте светятся.

И, правда, Филимон стоял, прислонившись плечом к сосне, и светился, как гнилушка. Красиво!

– И где же он светится? – недоверчиво спросила Владислава.

Та-а-к. Значит, девчата его не видят. А Таня?

– Тань, ты тоже не видишь? – спросила сестру.

– Как ни странно, вижу.

Пошли за светящимся проводником. Но видели его не все. На вопросы: куда идём, что там будет? – у Ольгера один ответ: «Увидите всё сами».

Полчаса ходьбы по пружинящей хвойной подстилке, в болтающейся на ногах обуви, удовольствие не из приятных. Устают с непривычки ноги, обувь не для ходьбы по лесу, стала велика. А кое-кто ещё и на каблучках. У девчонок сваливаются штаны и юбки. Я оказалась умнее всех. Платье болтается, но не сваливается. Колготки сняла и сменила на носки, взятые у Галины. Идём не разговаривая, пыхтим. Ночную тишину тревожить не хочется. Да и опасаемся, вдруг кто-нибудь нежелательный на звуки вылезет

***

Пришли. Озеро. Круглое. Так же, как и предыдущее в форме чаши. И камень в середине, только площадь больше в несколько раз. Сверху светит полная Селена.

– Очень хорошо, что полноселение. Подождём до часа рождения Анны, – объявил Проводник.

– И что будет? – обеспокоенно спросила сестрёнка.

Волнуется за меня.

– Увидите, – прозвучал ответ. – Анна переодевайся в ночную рубашку, крестик сними.

Ага, рубашка! Голубая сорочка из шелковистого искусственного трикотажа, без рукавов, с кружевной отделкой, длинная до щиколоток. Переливается в свете Селены. Что ж Галина «хэбэшную» не положила?

Ольгер посмотрел на часы.

– Через пять минут нырнёшь с берега в сторону камня, как можно дальше плывёшь под водой, поднимаешься на камень, встаёшь и ждёшь.

А мы все смотрим магическое представление.

Ровно в час, по сигналу Ольгера, я, сильно оттолкнувшись от каменной кромки, нырнула и поплыла под водой. Что за чёрт! Сильно зачесалась спина, потом стали путаться какие-то белые волосы, мало того, что ноги путались в длинной сорочке, так ещё и в длинных волосах. Волосы исчезли, заломило меж лопаток. Отпустило, и я вынырнула почти у самого камня, покрытого тонким слоем воды. Подтянула сорочку и взобралась на камень, встала лицом к Селене и подняла руки. Ольгер этого не говорил, но я почувствовала, что так надо. Постояла с минуту…

Вдруг меня подбросило вверх, я сделала кульбит и встала… на четыре ноги! Боже, сохрани и помилуй! Кто я? Белые ноги заканчиваются раздвоенными копытами, с шеи свисает белая волнистая грива. Не успеваю себя разглядеть, как меня снова подбросило в воздух, затрещала статическим электричеством сорочка, и раскрылись крылья, покрытые белыми перьями. И какая я птица? Лебедь? Ещё не всё? Меня перевернуло в воздухе, опустило на камень снова на четыре конечности, за спиной огромные крылья. Ни чего не успеваю рассмотреть, как меня сбросило в воду. Выныриваю у берега.

Девчонки подхватывают меня, снимают мокрую сорочку, заворачивают в пушистое большое полотенце. Расступаются перед Ольгером.

Проводник опускается передо мной на одно колено и склоняет голову, выдыхает: «Первородная!».

Дожилась! Так и в богини запишут! А мне оно надо?! И, как позже выяснилось, «накаркала».

– Рассказывайте, что вы видели? Я ни чего не поняла! Какие-то ноги с копытами, грива, крылья.

Девчонки разом загалдели. Вмешался Ольгер:

– Давайте, я всё расскажу, но ты сначала оденься. Девушки тоже переодевайтесь, я отвернусь.

А у самого от волнения голос дрожит, да и руки тоже. Меня тоже всю трясёт. Жуть какая-то!

Стали переодеваться. Наконец-то! Вещи все подошли, как по мерке. Успокоились, сели на берегу. Ольгер начал рассказывать.

– Когда ты поднялась на камень, он засветился. И ты сияла! – «Ага! Сияла! Это сорочка сияла, не я». – Началось волшебство! Сначала появился Единорог, белый с серебристым рогом. Красивый! А потом ты в человеческом облике, но с крыльями в белом оперении. Тоже очень красиво! У нас таких нет. Будем искать в древних книгах. Может такие были в вашем мире? А потом ты стала Ладоном! Как Сурий на восходе сияла: бронза, медь и золото. Очень красивый!

– А Ладон – это кто? – спросила Майя.

– Дракон. Вы же видели.

– И всё это было так красиво! – тихо произнесла сестра. – Может, и мы такими будем?

– Может и будете. Вас двенадцать, из шести родов. Значит, по двое от каждого рода по крови. Ладно, нужно возвращаться, ночевать здесь нельзя. Складывайте вещи в сумку и идём.

Ольгер подхватил сумку, и мы пошли назад. Впереди светился Филимон. Было не очень темно, сияла Селена. Идти было намного легче. Поэтому обратный путь преодолели гораздо быстрей. Попрощались с Филимоном, сели в «Газель» и поехали по ночной дороге. Задремали.

–

* стихи автора