Текст книги "Зачарованный терем (СИ)"

Автор книги: Нюра Осинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 40 страниц)

4. Встреча с Триединым

Ещё пять дней прошли в хозяйственных хлопотах. Верхом на лошадях ознакомились почти со всей своей вотчиной. Посмотрели и послушали удивительное пение петухов из Петушков. Таких кур не доводилось видеть на Земле. Это не куры, а куриные «гуливеры». Крупные, словно индюки, яркой красочной расцветки. Знакомое «кукареку» звучит, словно музыка, мелодично и звонко. Куры – прекрасные несушки и паруньи, заботливые квочки.

Смородиновковцы очень удивились, когда у речки Смородина появился ещё один приток, напротив их деревни. Четыре родника из нашего пруда обильно снабжали ручей водой.

Познакомились с жителями своих деревень. Побывали в Ильмери и Каменце.

***

Через пять дней, после знакомства с Дедом-Вековуном мне приснился сон.

«Мы всей компанией бродим по каким-то пещерам.

– В этих пещерах и было найдено на одной из стен Пророчество о двенадцати женщинах из другого мира, – объяснял Ольгер. – Надо пройти в следующий зал.

Я незаметно для себя отделилась от компании и оказалась в другом зале. На стенах пещеры изображения богов.

Вот Сварог выковывает (варганит) на волшебном камне Алатырь Сваргу (Солнечную систему).

Вот Лада объясняет людям Указ о жизни по Прави – Уклад

Вот Трибог – трёхголовый бог.

А здесь Перун ведёт свое небесное войско.

Рассмотреть всё я не успеваю.

– Что, интересно?

Передо мной стоит невысокого роста старик в чёрном клобуке, подпоясанном верёвочкой. Капюшон наброшен на голову и низко опущен, прикрывая половину лица, но всё равно видно сияние глаз. Седая борода до пояса. В руках посох. Босой.?!

Он, аккуратно ступая босыми ногами, пошёл вглубь пещеры, увлекая меня за собой.

«А ноги чистые, не запачканы даже», – отметила я.

– Странные они все – люди. Ленивы стали. Только на богов и надеются. Магия у них гаснет, – сварливо ворчал старик. – А почему? А потому, что ум и разум не утруждают. Живут не интересно. Вот ты – живая, в тебе энергия жизни, дух, так и бурлит. Потому и магия у тебя.

«Странно, где это он у меня магию увидел? Ни мной, ни друзьями данного явления во мне не замечено».

Старик сделал несколько шагов, остановился и посмотрел в мою сторону.

– Вы расшевелите их всех. Ни какой фантазии. Что у других переняли, тем и довольствуются, а своего ни чего придумать не могут. На нас надеются. То одно им дай, то другое дай. А мы что, до истления им служить должны?

Старик развернулся и пошёл дальше.

– Другие боги должны появиться. До нас были одни, потом мы богами стали. Теперь черёд другим богами становиться.

– А откуда они должны появиться? Другие боги? – спросила.

– Да тут и народиться. Нет, не в пещере, – старик махнул рукой, указывая на стены пещерного зала. – В мире. В Яви. Вот ты и народишь, – ткнул он в меня пальцем.

– Мне сказали, что у меня не будет детей, – горестно сообщила я старику.

– Так они у тебя уже есть. Твои сёстры, братья и есть твои дети.

– А, разве так бывает? – удивилась я.

– У богов бывает. Вы весь мир всколыхнёте так, что в других мирах аукнется.

– Но мы не боги, мы обычные люди.

– Да, вы люди. Ты думаешь, как богами становятся? Так и становятся. Сначала обычные люди, только духом крепче других, умом да разумом сильнее. Потому и дела делают необычные, удивительные для остальных. А когда уйдут за Грань, след за собой сильный оставляют, поселяются в Прави. Пока силы есть, продолжают людям служить. А сила у нас, пока люди всем сердцем, всей душой нам открыты, и за помощь нашу хвалы возносят. А они ленятся, в Храмы наши ходить не хотят. Вот мы и устали, а молодых богов нет. Мы не можем служить до истления, нам тоже отдохнуть хочется.

Старик повернулся, зашагал, продолжая говорить.

– Вот вы пока нас и замените. Мир весь провернёте, как Коловрат Сваргу.

Эти же люди живут, даже мира своего толком не знаючи. Только об орках немного знают, да не хотят с ними водиться. Это же ладьи надо строить, чтобы к ним попасть. А у них есть чему поучиться. Мы же и их боги тоже, только зовёмся по-другому. Магия у них другая? Да та же самая. Магия она и есть магия, только другим путём достигнута. Не покоем, а страстным исступлением и экстазом. Да с другими целями используется. Если для добрых дел, то магия светлая, а если во вред да во зло – тёмная.

Ещё есть одна земля, в океане. Там тоже живут люди божии, богам поклоняются. Не такие люди, другие. И у них магия есть. А этим не интересно, не любопытно.

Они забыли, с чего жизнь человеческая зачиналась. И помнить не хотят. Память утруждать. Письмена старинные с глаз упрятали. Даже детям сказок не сказывают, древней были не вспоминают. Кабы мы Светозара здесь не оставили, так они бы и не узнали, что Девы-Лебеди здесь жили, Единороги-Елени вместе с Ладонами Роксоланью управляли.

– А Светозар-то причём?

– А ты не поняла? – опять остановился старик, повернулся ко мне. – Чтобы Предначертанное исполнить, своих потомков из материнского мира притянуть.

– Разве Светозар нас притянул, а не Хранители с помощью Елисея?

– А Елисей-то кто? – старик хлопнул себя руками по бокам. – Что ж ты непонятливая такая?

Я засмеялась.

– Да знаю я, что Елисей – реинкарнация Светозара. Только всё это для меня немного странно. Как это Светозар мог реинкарнироваться в ребёнке тридцать четыре года назад, если от нас недавно ушёл?

– Всё-то ей растолковывать нужно. Способности такие есть у старших волхвов. Им время не помеха. Увела ты меня от того, что сказать хотел. Старею.

Вот я и говорю, что среди твоих детей есть такие, которым всё интересно. Своей головой, своими руками захотят сварганить что-то новое, а магию только в помощь возьмут. Да они у тебя все любопытные.

Ладно, я пойду, а ты оставайся, трудись.

Старик пожал мне руку. Ладошка у него не больше моей и мягкая, тёплая.

– А ты, кто? – спросила я запоздало.

– Ты меня, разве, не признала? Так Триединый я.

Я удивлённо посмотрела на него. Он засмеялся.

– Да не трехголовый я. Голова у меня одна. Триединый я, и вас создал по подобию своему, триедиными: Тело, Душа и Дух. Хватит, заболтался я с тобой тут. Меня мои дети ждут, а ты к своим поспеши. Потеряли они тебя, волнуются.

Старик шагнул и исчез. И я услышала, что меня зовут».

Меня, действительно, звали. Таня. Не могла меня добудиться.

– Ты что так крепко спишь? Зову, зову тебя. Ты не откликаешься. Смотрю, а ты лежишь, как неживая. Хотела за Елисеем бежать. Встали уже все, на пробежку убежали. Давай, поторопись!

Охохоюшки! Поднимайся Богиня – богородица! Беги! К «детям» своим беги. С ними вместе беги. Впереди них. Беги!

Они, когда тебя впереди видят, спокойны. А как из виду потеряют, так сразу переполох устраивают.

Вот. Стоят. В глазах тревога и вопрос.

– Что-то случилось, счастье моё? – это Елисей.

– Ты какая-то бледная вся, – это Ольгер.

– Может, сегодня не побежишь? – это Радим.

– Ребята! – кинулась я к ним.

Елисей обхватил меня. Со спины, обняв меня вместе с Елисеем, с двух сторон прижались Радим с Ольгером.

– Ребята, – прорыдала я почти в голос. – Я не хочу быть Богиней!

– Кем? – удивлённо воскликнула троица.

– Бо-ги-ней, – по слогам выговорила я. – И выпустите меня, а то мне тесно.

Парни засмеялись и выпустили меня из своих объятий.

– И кто же тебя заставляет быть богиней? – спросил Елисей.

– Да, вон, Триединый, – со вздохом ответила я.

– Когда же он тебе такое сказал? – удивился Радим.

– Вот сейчас и сказал. Ходит босой по пещере и жалуется на вас, на людей.

– По какой пещере? – спросил Ольгер.

– Да по той, где Пророчество нашли. Там ещё лики всех богов изображены.

– И когда, же ты там была? – спросил Радим.

– Я же говорю, что сейчас и была. Во сне.

Ребята засмеялись.

– Смейтесь, смейтесь. А он вас нелюбопытными и лентяями обозвал

– О-о, так это во сне, – успокоился Радим.

Елисей очень серьёзно на меня посмотрел и спросил:

– А что он ещё говорил?

– Говорил, что в храмы не ходите, что с орками знаться не хотите. Что ладей не строите и за моря не плаваете. Что есть в океане большая земля, и там тоже живут люди, только другие.

Ребята становились всё серьёзнее.

– А ещё говорил, – продолжала я, – что богам пора отдохнуть. Что они уже устали. Должны появиться другие боги и сменить их.

– И когда они появятся? – спросил Ольгер.

– Можно сказать, что они уже появились, только сами об этом не знают. А я не скажу. Меня же, Триединый, назначил главной Богиней, чуть ли не Богоматерью.

– Прям так и назначил? – съехидничал Радим.

– Пальцем в меня ткнул и назначил. Сказал, что мои сёстры и братья – это и есть мои дети. Что мы весь мир всколыхнём так, что соседним мирам аукнется.

– Анюта-а, – протянул жалобно Елисей, заглядывая мне в глаза, – я не хочу быть твоим сыном.

– А ты, как старший сын можешь взять меня в жёны. А братья могут брать в жёны сестёр. У богов так бывает, – обрадовала я его.

– Но это же противоестественно, – возмутился Ольгер.

– По Указу Лады, – поддержал его Радим, – такое запрещено.

– Так вы же не кровные, а приёмные, со всей Роксолани. А девушки и вовсе из другого мира, – успокоила я парней. – И, вообще, я сегодня не летала.

– Богиня желает летать, – с улыбкой сказал Елисей. – Идите, – обратился к парням, – я вас догоню.

Подхватил меня под руку и повёл на башню.

На мне была специального кроя блузка с открытой спиной и брюки.

Я взлетела, а Елисей слевитировал вниз.

Со двора поднялись три Ладона, и мы полетели в сторону Великого Леса. По бокам летели: чёрный с сине-зелёными переливами Радим и тёмно-синий с серебристыми искрами Ольгер, а надо мной чёрный с бронзовым отливом Елисей. «Вот оно. Святая Троица и Матерь Божья, – мелькнуло в голове. – Тьфу-ты, кощунство-то, какое!».

5. Хазраты

После второго завтрака Елисей открыл нам портал в Загорье, на берег моря. Там на берегу прекрасной лагуны обширная береговая отмель, покрытая серо-зелёным песком. Впоследствии этой отмели мы дали название – Белоярский Пляж.

Здесь ребята устроили тренировочный бой. Рукопашный. Этому виду боя их обучает Ольгер, которому довелось послужить в Российской армии, в десантных войсках.

За пять лет на Земле он научился многому. Три года службы в спецназе Росси, водительские курсы, пользование компьютером. Интернет дал ему много знаний: география, история, общественный строй. Нашёл сайт, где подробно ознакомился с историей Православия, древних славян, праславян, ариев. В сравнении с землянами, у него уникальная память. И вот с таким багажом он вернулся в свой мир.

Ребятам понравилось боевое единоборство. Включили элементы своего единоборства. Вместе с ними тренировались и наши друзья: Надей, Всеслав, Юроват, Гудияр, Богдан и Ярунок.

Я стояла и смотрела, как сражаются в рукопашном бою мои друзья. Бой ребята вели в одних штанах. Девушки стояли немного в стороне.

Рядом со мной сражались три незнакомца. Откуда и когда они появились, ни кто из нас не заметил. Я только сейчас обратила на них внимание.

Двое молодых, явно близнецы, не менее двух метров роста. Третий старше и выше ростом на полголовы и имел с молодыми сильное сходство. Смуглокожие, как горький шоколад. Острые черты лица, большие миндалевидные чёрные глаза обрамлены густыми длинными ресницами, черные в разлёт брови, сросшиеся над переносицей. Тонкий с горбинкой нос. В мочке правого уха крупная золотистая жемчужина. Жгуче-чёрные волосы заплетены в четыре косы до пояса. Полные антиподы эльфам. В чёрных штанах из тонкой, похоже, змеиной кожи, мягких сапожках из «крокодильей» кожи. Старший незнакомец одет в чёрную, переливающуюся в темно-синий, рубашку из ткани, похожей на нашу плащевую.

Вначале младшие боролись друг с другом, а старший наблюдал за ними и борьбой наших ребят. С нескрываемым интересом поглядывал в сторону группы девчат и присматривался ко мне. У меня возникло ощущение, что пытаются заглянуть в мою голову.

«Ага-ага! Пытайся! Мою защиту даже Елисей не может вскрыть. Она без плетения, как тут ставят. Она у меня сплошна, литая. Вокруг меня бронестекло и шлем из этого же материала. Я и Дев научила ставить такую защиту. И Ольгеру подсказала. Он жил на Земле, знает, что это такое. А кто не имеет представления, поставить такую защиту и взломать не смогут. Варя работает над тем, чтобы вывести сложную формулу защиты, или как здесь называют – алгоритм. Алгоритм здесь термин не математический, и откуда он появился, не известно ни кому.

Мы, девушки, одеты в тёмно-серые штаны, заправленные в мягкие сапожки, жемчужно-серые туники. Моя туника с разрезом на спине, прикрытом плащом из тёмно-серой ткани, переливающейся в складках от чёрного до жемчужно-серого цветов.

Эту ткань мы обнаружили в сундуке в казне. Она отличается структурой от эльфийской и других известных тканей. Очень тонкая, но не прозрачная, лёгкая. Из этой ткани всем девушкам сотворили плащ-накидки с капюшонами.

Старший остановил бой братьев и, подозвав Ольгера, стал ему что-то говорить. Ольгер, взглянув на меня, отрицательно покачал головой. Незнакомец настаивал на своём, но Ольгер не соглашался.

Радим, заметив незнакомца рядом с Ольгером, остановил бой и быстрым шагом подошёл к ним. Незнакомец снова принялся втолковывать им обоим, но парни не соглашались.

Я взглядом спросила ребят: «В чём дело?». Они подошли ко мне и объяснили, что незнакомец предлагает бой «трое против троих». Но не просто сражение, а «Битва за приз». В качестве приза он хочет, чтобы была выставлена я. Выглядеть должно так: я стою, трое наших ребят с трёх сторон защищают, а незнакомцы втроём пытаются меня отбить. Победителю, первому прорвавшемуся к «призу», достаётся приз – девушка.

Я отказалась от этой сомнительной забавы.

– Разве она может отказаться? – возмутился незнакомец. – Это же почётно, стать призом победителя. Приз выбирают мужчины, участники сражения. Я выбрал её.

«Хм. А меня кто-нибудь спросил?» – возмутилась я, но в разговор не встряла.

– Она не может быть ни чьим призом, – заявил Радим. – В нашем Укладе нет таких сражений за женщин.

Бой прекратился и все прислушивались к разговору.

Зарина, не разобравшись в сути происходящего, предложила себя в качестве приза. У неё язык всегда опережает мысли. Девушки захихикали, приняв всё за шутку. Я тоже вначале думала так же. Ребята нахмурились.

– Ты понимаешь, что ты сейчас сделала? – подошла я к Зарине, сообразив, что происходящее далеко не шутка. – Ты сейчас объявила себя не вестой. Мы не знаем обычаев этих людей или нелюдей, мы не знаем кто они и откуда, и как тут появились. А ты выставляешь себя призом для поединка. Заринка, а как же Гороват? Ты его не любишь?

В глазах Зарины заблестели слёзы. Осознавая свой поступок, она опустилась передо мной на колени, склонив голову. От группы ребят отделился Гороват и, тяжело ступая, подошёл к нам и, тоже опустившись на колени, хрипло заговорил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Анна, я не смогу считать Зарину своей будущей вестой. Я надеялся, что это когда-нибудь произойдет. Но теперь, – он взял Зарину за руку, – мы оба просим тебя стать нашей матерью, а нас объявить братом и сестрой. Просим тебя объяснить всё нашим родителям. Зарине теперь нет места в родительском доме.

Ольгер стоял мертвенно бледный и с ненавистью смотрел на незнакомцев. Заринка с плачем обхватила меня за колени.

«Вот они, начались божественные заморочки, – с грустью подумала я. – Так и рождаются сказки о богах. Сестра – мать своих братьев и сестёр. А брат становится мужем родной сестры. Пантеон, блин! Маменьку нашли. По местным меркам, одна ровесница, а другой на семь лет старше».

Неожиданно открылся портал и из него появился встревоженный Елисей. Взявший на себя управление княжьей вотчиной, он часто «улетал» по делам, налаживая уклад нашего хозяйства.

Увидев нашу троицу – меня, стоящую со слезами на глазах и стоящими передо мной на коленях Горовата и Зарину, спросил:

– Что здесь происходит? Анна, что такое случилось, что белый свет померк?

Мы все с удивлением оглянулись вокруг. Действительно, среди ясного дня над нами опустились сумерки.

«Это что же? Триединый держит слово? Но я не хочу!!!».

Незнакомцы пораженно разглядывали меня.

Елисей велел Горовату и Зарине подняться с колен, со словами «Дома разберёмся», огляделся вокруг.

– Елис, – окликнул его старший незнакомец.

Елисей приветливо ему улыбнулся, и они шагнули навстречу друг другу. Сцепив левые руки, прижав их локоть к локтю, правой рукой похлопали друг дружку по спине.

– Что, все-таки, произошло? – вновь обратился Елисей ко мне.

– Вон, знакомца своего спрашивай, – буркнула я.

– Это не «знакомец», а мой кровник, – пояснил Елисей. – Знакомьтесь. Баграт. Анна, моя веста и глава нашей семьи, – представил он нас друг другу.

– Елис, почему ты сначала представил меня женщине, а не наоборот? – спросил Баграт.

– Потому что ты на нашей земле, и я действую согласно с нашим Укладом. Представляют сначала главному в доме. Я же знакомил тебя с нашими обычаями.

– Но ты не говорил, что у вас женщины главнее мужчин.

– Не главнее, а равны. У вас тоже старшая сестра главнее младшего брата. Вы во всём слушаетесь свою мать.

– Значит эта женщина – старшая сестра?

– Да, но не женщина, дева. И мы, мужчины, братья, их охраняем и бережём до совершеннолетия.

– Мы тоже бережём своих дочерей и сестёр до совершеннолетия, а потом выставляем призом. Победитель берёт её в свой гарем, заплатив хороший выкуп.

– И много в гареме женщин? – спросил Радим. Ольгер уже немного пришёл в себя и стоял, обняв сестру.

– Это зависит от того, насколько богат мужчина. Чем богаче, тем больше женщин, но не более ладони, – объяснил Баграт. – А почему они обнимаются у всех на виду? – указал он на Ольгера с Зариной.

– Брат утешает младшую сестру, – вклинилась я. – В этом нет ничего предосудительного. А ты, может, познакомишь нас со своими братьями?

– Это мои сыновья – Горат и Брагат.

Те с ухмылкой переглянулись, посмотрели на меня и, прижав правую ладонь к области сердца, сделали лёгкий кивок головой.

Отец хмуро на них взглянул, но ни чего не сказал.

Елисей подошёл ко мне вплотную, обнял за плечи и глаза в глаза со вздохом сказал:

– Ох, нельзя мне тебя оставлять ни на минуточку. Ох, нельзя. Заберут.

У меня губы растянулись в улыбке, в сердце начал разгораться огонёк. Сумерки развеялись, и снова сияло солнце.

– Крылышки не показывай, – прошептал Елисей, поглаживая меня по спине. – Вон, уже проклёвываться начинают. Убери.

– Всё, пора домой, – обвёл он всех взглядом. – Анна, пригласи Баграта с сыновьями в гости.

Что я и сделала. Елисей открыл порталы. В один ушли все наши в портальную, а мы впятером оказались во дворе перед крыльцом. У гостей висели на плечах походные вещмешки. На братьях рубашки такие же, как на отце.

На крыльце проявилась Роза ветров. Так. Значит, в Терем без клятвы не впустят. Чужаки.

Я прошла в дом. Все собрались в столовой. Парни в рубашках. Подозвала Таню, а Ольгер и Радим, сообразив, отправились за вином.

Вышли мы вчетвером. Я несла поднос с чарками и салфетками. Было видно, что Елисей разъяснил гостям ситуацию. Братья с интересом наблюдали за нами, а у отца было на лице недовольное выражение.

Приём клятвы начали с отца.

Баграт взошёл на крыльцо. Я подала чарку с вином.

– Я, Баграт, сын Дорага и внук Регода Гедейского, клянусь …

Плеснул вино, но оно не было принято. Ничего не произошло. Елисей пригласил братьев.

Первым не крыльцо взошёл Горат.

– Я, Горат, сын Баграта и внук Дорага Гедейского, клянусь …

Горат закончил произносить клятву, плеснул вино на белый круг Розы ветров. Оно исчезло и двери распахнулись. Горат недоумённо оглянулся на отца, выпил вино и шагнул внутрь.

– Я, Брагат, сын Баграта и внук Дорага Гедейского, клянусь…

Клятва принята. Таня, Ольгер и Радим последовали за ним.

– В чём дело, Елис? – недоумевал Баграт. – Ты же был у меня в доме, а почему не могу я пройти к тебе?

– Извини, брат, но это не мой дом. Я здесь гость. Это Терем Анны. А ты её сегодня, пусть невольно, очень обидел. Терем не прощает этой обиды. Он живой и её защищает.

– Живой Терем? Я считал, что это сказки для детей. Мы слишком долго не наведывались на ваши земли, – покачал головой Баграт.

– Не переживай, брат, – успокоил его Елисей. – О сыновьях не беспокойся. Им здесь понравится. Их многому обучат, подготовят к поступлению в Магическую Академию. В этом Тереме живут только молодые, бессемейные. Все они соблюдают целибат.

– Это что такое?

– А это как у вас пещерные шаманы.

– Ты хочешь сказать, что все эти парни и девы – ни-ни? А ты?

– Мне тоже приходится. Моя веста ещё не оборачивалась.

– А если ты с ней переспишь, что произойдёт?

Елисей посмотрел на меня с ободряющей улыбкой и серьёзно сказал:

– Она никогда не обернётся.

– Зачем вам это? Оборот?

– Такими нас создали боги. Только созревшие, готовые к браку, начинают оборачиваться. Оборот дает нам силу владения магией и долголетие.

– И вы все строго соблюдаете до оборота целибат?

– Конечно. А иначе мы лишимся долголетия и владения магией.

– Это серьёзно. Но в Дарвении совсем иначе.

– В Дарвении Правитель хочет сделать так, чтобы все люди были «чистокровными», и только его род – оборотным. И он готовился стать Повелителем Роксолани, всей нашей земли. Анна, ты меня не жди. Разбирайся со своими провинившимися. А мы пойдём в Ильмерь. Посидим в трактирчике. Очень давно не виделись.

Я встала с лавочки и ушла в дом. В груди образовался тяжёлый ком обиды. Он, что? Неужели не видит, как мне тяжело? Мне сейчас очень нужна его поддержка. Ладно, не раскисай! Бери себя в руки и вперёд!

Все сидели в столовой. Кто за столом, кто на лавках. Новенькие тоже тут. Шторки на окне в кухню заглушены. В воздухе витает напряжение.

Зарина с опухшими от слёз веками сидела между Гороватом и братом.

– Ну, что, дети мои, – обратилась я к компании, – скисли? Меня раньше времени мамашей сделать решили? Не пойдёт! Сейчас мои помощники принесут самое сладкое вино. Таня с Зариной принесут на всех чарки, включая Ярунка.

Когда чарки были наполнены, я предложила выйти в прихожую.

– Сейчас мы все до единого, свидетели сегодняшнего происшествия, принесём клятву Зарине. Я буду говорить, а вы повторять за мной. Называете друг за другом каждый своё имя, без родства, но не сокращённое.

– Я, Анна, – зазвучали имена, – клянусь, что ни словом, ни мыслью не попрекну Зарину в её невольном проступке. Ни единый человек не узнает от меня о случившемся с Зариной. Моё отношение к ней неизменно уважительное. ОУМ!

Клятва была скреплена Теремом.

Заринка кинулась мне на шею и разрыдалась. Ольгер с Гороватом подошли и обняли нас вместе.

– Успокойся, сестричка, – сказала я. – Всё прошло. Ведь мы вместе, мы семья. А из семьи сор не выносят. Да и ты ничего страшного не сделала. Это было просто недоразумение, – я успокаивающе чмокнула Зарину в щёку.

– Я же сказал, что ты как наша мама, – улыбнулся Ольгер.

Вернулись в столовую.

– Я же говорила, что Аня обязательно найдёт правильное решение проблемы, – заявила Таня.

– Вот теперь поговорим. Но сначала, девочки, организуйте, кто-нибудь, чаепитие. Что у нас там есть? – устало проговорила я, садясь на своё место.

– У нас там есть наши поварихи. Время обеда, – сказал повеселевший Гороват.

– Тогда будем обедать и разговаривать. И ещё по чарке вина покрепче. Ярунок, ты можешь идти или оставайся.

– Я останусь. Только вина не надо.

Все засмеялись.

– Правильно, сынок, – покровительственно поддержал мальчишку Волес. – Рано тебе ещё. Эта чарка была для принесения клятвы.

Все заулыбались.

«Вот и хорошо. Расслабляются. А мне нужна купальня – наше Озеро Очищения».

Горат и Брагат смотрели на нас с нескрываемым любопытством и переглядывались между собой, словно разговаривали. Может, так и есть. Мы их абсолютно не знаем.

Стали накрывать на стол. Повеселевшая Заринка бойко расставляла приборы.

По общей договорённости, у нас сегодня рыбный обед. Уха с кусками рыбы без костей. Рыба тушёная в сметане. Салат из пекинской капусты со свежими огурцами и кусочками замаринованной рыбы, заправленный пикантным соусом. Мила с Линой его замечательно готовят и научили поварих.

Расселись по местам. Рядом со мной место Елисея занял Радим. Таня между Ольгером и Борисом напротив меня. Ольгера мы теперь называем Ольхом, а Олева – Олом.

Новеньких девчата устроили между собой, посадив с разных сторон стола, чтобы не путаться, напротив друг друга.

Когда расправились с ухой, я взяла чарку с вином.

– Сегодня мы принимаем в свою семью новых членов – Гората и Брагата. Мы постепенно познакомимся поближе. А пока, добро пожаловать. Пусть будет вам у нас хорошо, и нам с вами тоже.

Меня поддержали, чокнулись и выпили.

Та-ак. Как сегодня обед? Едят с удовольствием. Нравится. Берут добавки. А как новенькие? Наворачивают, только за ушами трещит. Мысленно переговариваются. И с вилками ловко управляются. Сначала осмотрели, одобрительно кивнули. Удобнее, чем двузубая.

Отобедали. Столы прибрали. Можно поговорить.

Посмотрела на Таню, мысленно стукнула её в лоб, это у меня стало хорошо получаться. Та вопросительно вскинула на меня глаза. Я указала взглядом на новеньких. Ага, умница, поняла.

– Горат, а какой вы расы? – Склонив набок голову, Таня задала волнующий всех вопрос.

– Хазраты.

– Вы человеческая раса? – поинтересовался Волес.

– Мы в дальнем родстве с эльфами, – сообщил Брагат.

Вернуэль удивлённо посмотрел на него.

– Когда это мы стали родственниками?

Горат внимательно посмотрел на Вернуэля, кивнув сам себе, объяснил.

– Мы не стали родственниками, мы ими были. В наших летописях говорится, что мы были едины. Но произошло одно очень нехорошее событие. Тогда повелителями нашего общего народа были два брата. Варистуниэль и Горданиэль. Близнецы. У Горданиэля была на лице напротив уха чёрная родинка. Вот как у меня, – Горат показал всем не бросающееся в глаза на тёмно-шоколадной коже круглое, почти чёрное пятнышко размером с горошину. – У нас, в роду повелителей, если рождаются близнецы, то один имеет такую родинку.

Вернуэль потрясённо смотрел на братьев.

– Так это не сказки?! У нас тоже, если в семье повелителя рождаются близнецы, то один из них имеет крупную родинку. Но ничего о вашем народе нет в летописях.

– Зато в наших о вас есть. Наших общих предков в этот мир привели из Космоса Странники, альвы.

– А что произошло между братьями? – полюбопытствовала Лана.

– Они не смогли поделить женщину. Оба любили одну. Дриаду. Она любила Варистуниэля, но Горданиэль не захотел считаться с её чувствами и попытался похитить прекрасную Эленниэс. Но дриада была очень сильной. Сильнее похитителя. Она опутала его растениями, завернув в кокон, а Варистуниэль выбросил этот кокон в море. Волны и ветер вынесли его на берег земли, где мы сейчас живём.

Горданиэля освободили чернокожие люди, жители этой земли.

Друзья Горданиэля и верные ему семьи долго странствовали по морю, пока не нашли обитель Горданиэля. Они поселились среди чёрных людей. Отсекли от своих имён часть, означающую принадлежность к эльфам. Горданиэль переживал, считал себя виновным, что так поменялась судьба его друзей. Отречение от эльфийской сущности произошло не из-за гордыни, а из-за вины. Он признавал себя виноватым перед братом и Эленниэс, перед всем народом эльфов. Но, наш прадед говорил, что потомки предали Гордана. Они обвиняют Эленниэс. Поэтому они решили лишить женщин магической Силы. Стали отдавать в жёны не созревших девушек. Теперь магией владеют только мужчины.

Мы потрясённо слушали рассказ Гората.

– А где находится ваша земля? – нарушил нависшую тишину Гороват. – Мы ничего не знаем о ней.

– Наша земля находится далеко в океане. Если протянуть линию между закатом и полднем от Главного Храма к столице эльфов Эленниэссетии, города Эленниэс и продолжить её дальше в океан, то она упрётся в землю. Наша земля не меньше Роксолани, – объяснил Брагат.

– Вы так хорошо знаете нашу землю? – спросил с удивлением Ольгер.

– Да. В школах мы изучаем весь наш мир, а не как вы, только часть его. И животных, и растения, и расы, – не упустил момента подколоть хозяев Брагат.

– А как вы сюда попадаете? – спросила Лада.

– Вы же видели, – улыбнулся ей Горат. – К оркам мы плаваем на лодиях. В Дарвению у нас постоянный портал.

– Так вот откуда ветерок дует, – задумчиво произнесла я.

– Какой ветерок? – высказал за всех вопрос Радим.

– Чистокровные! – догадался Олев. – Правитель Дарвении взял пример с хазратов. Только те женщин лишают Силы, рано отдавая девушек мужчинам, а в Дарвении всех людей лишают оборота и долголетия.

– Сюда вы как попали? Тоже постоянный портал? – спросил Имир.

– Нет. К вам мы попали случайно. Елисей давно ещё, подарил отцу постоянно действующий портальный камень на это место. Он его сам создал. Отец первый раз им воспользовался. Портал небольшой. Может провести не более трёх человек. Отец хотел нас свести с Елисеем, чтобы тот подготовил к поступлению в Магическую Академию и помог поступить, – объяснил Горат. – Ведь он там преподаёт?

– Начнёт с этого года преподавать открытие порталов, – подтвердил Ольгер.

Это новость! Ребята все переглянулись. Ну, Ольх! Даже им не сказал!

– Как называется ваша земля? – спросила Сима.

– Айзвана – Сокровенная земля, – ответил Брагат.

– На сегодня пока хватит вопросов и ответов, – объявила я. – Ольх, это твоя обязанность селить мальчиков. Веди. Пусть осваиваются. Экскурсию проводить не будем. Постепенно разберутся. Я в купальню. Девочки, кто со мной?

– Отдыхай. Мы на пруд пойдём с ребятами, – за всех решила Рина.

Поднялись в свои комнаты переодеться.

– Тань, а ты не хочешь в бассейн со мной? – спросила сестру.

– Не-ет. Я на пруд со всеми. Ты просто так спросила. Тебе одной побыть хочется. Ты с нами, как с детьми, возишься. А мы, как неразумные, что-нибудь да вытворим. Отдохни. Вон Ольха с Радимом возьми.

– Тань, ты что? Зачем они мне там?

– Они расслабиться помогут. Они честные. А твой Елисей умотал со своим кровником самогон глотать, а о тебе не позаботился. Не подумал, как тебе всё это трудно даётся. Ему надо бы с тобой в лес слетать. Лес тебя успокаивает.

Сестра говорила, говорила, а я не могла унять слёз.

– Ань, ты что? Я тебя совсем расстроила, да? Прости, сестричка. Как хочешь, а я помощников к тебе отправлю. Так что надень тот, раздельный купальник, который вы с Леной сделали. Потом в лес слетайте. Ладно, я побежала, – Таня чмокнула меня в щёку, вытерла ладонью мне слёзы. – Не кисни, а то в подвале вино перекиснет.

– Уксус будет, – отшутилась я.