Текст книги "Зачарованный терем (СИ)"

Автор книги: Нюра Осинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 40 страниц)

– Я согласилась прокатиться. Но как? Войти в шар? А он не лопнет? И где вход? Он «сказал»: «Смелее!». И я шагнула прямо в шар, который оказался совершенно пустым, хотя чувствовалось чьё-то присутствие. «Садись», – последовало приглашение, и я на что-то села. Мы полетели. Высоко. Я видела весь луг, отдыхающих и работающих людей. Увидела свою деревню в роще на взгорке, город – наш районный центр, окутанный голубоватой дымкой. С другой стороны две деревни. Когда я вступила в шар, странно просачиваясь сквозь оболочку, у меня по всему телу пронеслись колючие мурашки. Вдруг, сквозь сон пробился звук едущего трактора.

– Я увидел, что метрах в трёхстах, с противоположного берега ручья по плотинке движется что-то огромное, громко тарахтящее, не живое. Я спустился ниже и почувствовал зов. Мне пора. Прежде, чем отпустить девушку, я спросил её имя…

– Я стояла и смотрела, как шар медленно улетает в обратном направлении. В голове прозвучало: «Жди! Аня, мы ещё встретимся! Обязательно!». Из-за поворота показался трактор….

Я проснулась. Быстро вскочила на ноги. Из-за кустов показался на дороге трактор с косилкой. Я посмотрела на поле. И толи мне показалось, толи на самом деле, вдали светилась яркая точка, поднимаясь в небо. Она исчезла. Мне стало грустно. А в голове прозвучало: «Мы ещё встретимся!».

Мы не встретились. Но после этого сна в моей жизни произошли некоторые перемены.

В ту пору я была влюблена в мальчика, моего ровесника, соседа и одноклассника. Но он ухаживал за другой девочкой, а со мной общался, как с другом. Мы были с ним друзьями, ими и остались. С того дня моя влюблённость быстро прошла, а дружба стала крепче. Все мои мысли мечты были только о «разумном» шаре-пузыре. Я долго тосковала и ждала его. Потом он просто остался в моих мечтах и фантазиях. Но кого-то полюбить я так и не смогла за свою жизнь.

– Триединый! – воскликнул Елисей, резко проведя руками по голове. – Ведь она назвала имя! Аня! Это же – Анна! Так вот ещё когда боги свели наши души! Кто мог подумать, что Истинные раскиданы не только по миру, но и по разным мирам?!

Мы бросились друг другу в объятия. Я плакала навзрыд.

– Ты обещал, что мы встретимся! – сквозь рыдания, едва выговаривала я, стуча ладонями по груди Елисея. – Но как долго пришлось ждать нашу встречу! Господи, как долго…. И ты не узнал меня при первой нашей встрече во сне, в ночь моего двадцатилетия. Неужели я так изменилась?

– Анюта, успокойся! Ведь мы всё-таки встретились! – прижимая меня к себе, увещевал Елисей.

Я постепенно успокоилась, прижавшись лбом к его крепкой груди. Сильные руки нежно обнимали меня, успокаивали, поглаживая по спине.

В библиотеку вошли Таня и Ольгер.

– Ань, ты что ревёшь? – обеспокоенно спросила сестра. – Мы вас на обед пришли звать.

– Ты чем её обидел? – накинулся Ольгер на Елисея.

– Ну, почему сразу обидел? – возмутился Елисей. – Просто мы вспомнили один очень давний случай.

– Какой? – полюбопытствовала Таня.

– Таня, ты помнишь, очень давно мне на покосе приснился странный сон? Я тогда перешла в десятый класс, а ты поступила в педучилище.

– Это, когда тебе приснился шар? – вспомнила Таня. – Ты тогда по Серёжке Бурлакову страдала. Потом, как отрезало. Только дружить вы крепче стали. Ну, и что это было?

– Это был Елисей!

– Как Елисей? Ты же о шаре рассказывала, а не о парне.

Ольгер с недоумением и интересом прислушивался к нашим объяснениям.

– Этим шаром был Елисей. Как такое может быть, не понимаю. Но во сне бывает всякое.

И мы, дополняя друг друга, рассказали Ольгеру мой сон и видение Елисея во время медитации.

– Вот уж, действительно, Истинные! – потрясённо произнёс Ольгер.

Весь оставшийся день и следующий мы с Елисеем были неразлучны. Катались на лошадях вокруг усадьбы, прогуливались по стене. Стена была не широкой, с удобной дорожкой двухметровой ширины, ограждённой метровым парапетом. Учила Елисея играть в шахматы. И говорили, говорили, говорили….

3. ЧП. Вековун

А ещё через день у нас произошло ЧП.

Пропала Таня.

Ни кто не видел, когда и куда она ушла. Но прибежал Ярунок и сказал, что Таня час назад верхом на лошади уезжала на прогулку в сторону Каменца. А сейчас пришла её лошадь. Ребята оседлали коней и поехали просматривать дорогу на Каменец. Через два часа вернулись ни с чем.

Девчата и я не находили себе места, ни чем не могли заняться. Куда её унесло? Почему она уехала на прогулку одна? Ведь уже понятно, что после случая в Дарвении, нас не оставят в покое.

Метод поиска предложил Елисей – парная медитация с выходом в астрал. Обширный поиск в направлении Каменца, до него и дальше в Предгорье.

Спустились к Граалю, разбились на пары и тройки.

Я с Елисеем, Радим с Ольгером, Вернуэль, Лина и Гороват, Борис, Майя и Волес, Олев, Мила и Всеслав, Надей, Варя и Юроват. Остальные девочки остались.

Полетели! Вышли за пределы Терема и направились в сторону Каменца, приглядываясь и прислушиваясь. Уже за Каменцом, приближаясь к горам, я услышала Таню, её мысли.

– «Вот, сижу тут, а дома мечутся, беспокоятся, меня ищут. Вот, что он сделал? Зачем меня сюда забросил? Думает, что устану сидеть и поддамся ему. Умру тут, а не поддамся. Стои-ит. Ждё-от».

Осторожно позвала Таню.

– «Таня, я в астрале. Тихо, не шуми. Мысленно говори. Ты где?».

– «Сижу верхом на камне».

– «На каком камне? Тут много камней».

– «Высокий. Скала, похожая на голову коня с шеей».

Елисей, уловив мою беседу с Таней, подозвал остальных и велел возвращаться. С нами остались Ольгер и Радим.

– Чего стоишь, ждёшь? Не надейся, не упаду в твои поганые объятья!

Та-ак. С кем это она разговаривает?

– «Таня, ты с кем разговариваешь?».

– «С Ольхом».

Я посмотрела на Ольгера. Он вопросительно дёрнул подбородком.

– «Таня, а что Ольх делает?».

– «Ни чего не делает. Стоит под скалой, ждёт, когда я свалюсь».

Я показала Ольгеру с Радимом, чтобы они посмотрели, кто стоит под скалой. Они пролетели мимо Тани и, заглянув за скалу, резко отскочили. Мы с Елисеем тоже посмотрели, с кем разговаривает Таня.

Под скалой стоял монстр – получеловек-полузверь. Нижняя часть от пояса была козлиной, с длинным хвостом. Верхняя часть человеческая, в кожаной безрукавке. На голове длинные с полуметра тонкие козлиные рога. Вместо носа свиное рыло. Бес.

– «Таня, а как ты на скале оказалась?».

– «Меня Ольх забросил. Он меня пытался изнасиловать, я защищалась и ударила его по голове камнем. Он разозлился и забросил меня сюда».

– «И давно сидишь?».

– «Не помню».

– «Таня, тебе придётся ещё посидеть. Держись крепче. За тобой придут наши ребята. Только ты дождись».

– «Хорошо. Я жду».

Мы вернулись.

Собрались в кабинете.

– Ну, что будем делать? – обратилась я к друзьям.

Елисей предложил лететь туда Ладонам. Он с ними. Слевитирует к Тане, снимет со скалы и отправит её порталом в Терем. Её надо будет встретить в портальном зале и оказать необходимую помощь.

Ладоны – Радим и Ольгер, и Елисей ушли, а мы остались ждать. «О! У Ольха есть вторая ипостась! Конспиратор!».

Я рассказала, что произошло с Таней, как она оказалась на скале. Но как она оказалась так далеко от Терема, если лошадь вернулась через час, сможет объяснить только она сама.

Прошли в портальный зал, стали ждать Таню. Вскоре появилась плачущая Таня в позе сидящей верхом на камне.

Борис поднял её на руки и понёс в спальню. Выпроводив ребят, мы с Милой стали раздевать Таню, а Лина готовить ванну. Варя пошла в кухню, заказать специальное питьё.

Втроём мы поместили Таню в горячую ванну, чтобы разогрелись затёкшие мышцы. Таня всё это время плакала и жаловалась на Ольгера. Мы попытались её разубедить, но ни чего не вышло. Таня нас не слушала и не слышала.

После ванны мы растёрли Таню полотенцами и сделали массаж. Варя принесла питьё, которым мы напоили Таню, и она уснула. Мы ушли к остальным в кабинет.

Вернулись парни. Они нашли ещё троих монстров-бесов. Всех уничтожили. Всё равно от них ничего не узнать. Мысли их прочесть невозможно, и живьём поймать не получится. Нужна специальная подготовка. Это последний год обучения в Магической Академии. А Елисею одному не справиться.

Подошло время обеда. Я сходила, проверила Таню. Она спала.

Только к ужину Таня проснулась и смогла нам рассказать, что произошло. Собрались в библиотеке.

– Меня позвал Ольх на верховую прогулку. Он уже был верхом на своём Воронце, когда я вышла на крыльцо. Я прошла в конюшню и мне оседлали мою Подружку. Выехала за ворота, Подружка заволновалась, стала капризничать. Мне стоило большого труда заставить её идти. И мы с Ольхом поехали по дороге на Каменец. Мы же всегда катаемся по этой дороге. Лошадь нервно фыркала, а я не понимала, что с ней. Сначала ехали тихонько. Ольх все время молчал, только смотрел на меня и улыбался. Когда прибавили ходу, Ольх подхватил меня, пересадил перед собой и погнал коня так, что всё мелькало перед глазами. Словно мы не на коне ехали, а летели.

Во время рассказа Таня ни разу не взглянула на Ольгера. Все слушали молча.

– Я испугалась и стала просить Ольха придержать коня, а он только как-то странно смеялся. Очень быстро мы проехали Каменец и выехали в Предгорье. Остановились возле березняка. Ольх слез с коня и снял меня. Стал меня целовать, а я сопротивлялась. Он меня повалил и попытался насиловать. Мне под руки попал камень, и я ударила Ольха по голове. Он разозлился и швырнул меня. Я оказалась верхом на скале.

– Но, Таня, когда ты выезжала за ворота, мы сверились по времени с Ярунком, Ольх был со мной у Вакулы, – объяснил Волес. – И Ярунок, кроме тебя, ни кого не видел.

– Таня, у Ольха нет такой силы, чтобы забросить человека на скалу на большое расстояние, – попыталась встать на защиту Ольгера Мила.

– Да-а-а? А с помощью магии? – не сдавалась Таня.

– Сестрёнка, когда я с тобой разговаривала, – стала объяснять я, – Ольх был с нами у Грааля. Я, Елисей, Ольх и Радим были в астрале возле той скалы и видели, с кем ты разговаривала.

– И с кем же я разговаривала, по-вашему? – недоверчиво спросила Таня.

– С монстром, – сказала я, – с бесом. С творением Нави.

– И как он выглядел? – спросила Мила.

– Он выглядел так, как его изображают в нашем мире, – ответила я.

Мила взяла лист бумаги, карандаш и стала рисовать. Олев заглянул ей через плечо.

– Это у вас есть такие твари? – спросил он.

– В нашей Яви их нет. Если они появляются, то для людей не видимы. Есть люди с особой способностью, которые их видят – бесов, чертей. Эти сущности живут в Нави, в Аду. Главный у них – Дьявол, – объяснила я.

Мила закончила рисовать и показала рисунок, на котором бес с длинными рогами тащил за ухо чёрта.

– Я так понимаю, большой – это бес, а маленький – чёрт? А какой дьявол? – спросил Гороват.

– А его лучше не рисовать, – ответила Мила. – Его ни кто, ни когда не видел.

– Девочки, ребята, – обратилась к нам Таня. – Простите, меня действительно бес попутал. Вдруг так захотелось на лошади прогуляться. Мне только сейчас стало, по-настоящему, страшно. Что же я Подружку не послушалась?

Все стали успокаивать Таню, сочувствовать ей.

Появился Селиверст, позвал на ужин. Посмотрел на рисунок, весь передёрнулся и плюнул трижды через левое плечо.

Вот те раз! А домовой, оказывается, наш, землянин!

– И что это он сделал? – спросил Ярунок.

– Это он от нечисти защитился. Крещёные люди крестятся, а он сам нечисть не крещённая, поэтому отплёвывается, чтобы не привязались, – пояснила Сима.

– Ну, всё, разобрались, пошли ужинать. Нечего женщин задерживать, – объявила я, и мы направились в столовую.

Когда уже укладывались спать, я зашла к Тане в спальню.

– Поговорим? – предложила сестре.

– О чём? Вроде всё обговорили, – ответила Таня.

– Я не об этом.

– А о чём?

– Тань, ты чего мечешься? То к Ольху тянешься, то Бориса за руку водишь. Ты бы определилась. Постояла бы в сторонке, понаблюдала. Сама не пытайся делать выбор, пусть они, кто-то из них, тебя выберут.

– Аня, я всё понимаю. Понимаешь, в первую нашу ночь, ну в которой «Приснись жених невесте», мне приснился Ольх, но как-то странно. Буд-то он к тебе идёт, а я дорогу ему загородила и не пустила. И всё никак не могла понять, что же это значит? Думала, что он мой суженый. Борис мне не снился, но меня к нему так и тянет. Хочется рядом с ним быть.

– Таня, а ты пересмотри тот сон.

– Как это, пересмотреть сон?

– Сейчас ляжешь спать и скажи:

Подушка, подушка,

Милая подружка,

Помоги сон пересмотреть,

Да суженого увидеть.

Сон вспоминай, в голове прокручивай и пытайся досмотреть. А завтра, скажешь, получилось или нет. Ольха пусти, дорогу не загораживай, пусть идёт. Ему, наверно, то же самое снилось? Спокойной ночи и приятных сновидений, сестрёнка.

***

А на следующий день у меня состоялась странная встреча.

Время до обеда ещё было, и я поднялась на башню поработать с крыльями. Выпустила крылья и начала их разрабатывать. Я ещё не поднималась в небо, только низко над землёй. Во время пробежек. Все бежали, а я над ними летела.

Стою, пошевеливаю крыльями и, вдруг, мне так захотелось взлететь и полетать над лесом, что даже в глазах потемнело. И я, не задумываясь, взлетела, оттолкнувшись от края башенного парапета. Лететь не далеко. Лес вот он, в километре от ворот. Лечу, на макушки сосен поглядываю. Вон, полянка, какая симпатичная. А на полянке стоит старик, весь седой, в белой длинной рубахе с посохом и мне рукой машет, приглашает опуститься. Приземлилась, крылья убрала. Гляжу на старика, а он слепой.

– Что, в озере купалась? – спросил старик.

– Там не одно было. А разве нельзя купаться в этих озёрах? Что говорит о них Закон?

– Так нет в Законе ни чего об Озёрах. И в книгах о них нет ни чего.

– Но озёра-то есть! И в книгах – есть! В одной – точно!

Старик прикрыл глаза и заговорил:

 
– Чтоб не жити мне
Ни в печали, ни в горести,
Я пойду на то Озеро
Утопитися.
Как я кинуся во то Озеро,
Во то озеро, во глубокое.
Да не утопит меня
Мое Озеро,
Да не сгубит оно меня живого.
 

Досказав до конца, спросил:

– В какой книге?

– У меня в теремной библиотеке есть книга «Легенды, сказы и былины Роксолани».

– Сохранилась. Это хорошо. Может и в других Теремах сохранились древние книги? Глядишь, и оживут легенды Роксолани, как с вами случилось.

– А что с нами случилось?

– Ты же читала! О Девах-Лебедях там сказано?

– Сказано.

– Во-от! А о них, о Девах-Лебедях, почитай, ни кто, ни чего не знает. Может, с помощью Триединого, да детей его очнётся от дрёмы Роксолань. Как магия угасать начала, так и Роксолань задремала. Люди не видят, не чувствуют. Живут, ни к чему не стремятся. Интереса к жизни нет. Что из соседних миров занесли, чего там углядели, тем и живут, а своего ни чего придумать не могут. А ты, вон, полный Терем молодыми набила, самой приткнуться некуда. Расшевелила всех. Дев своих в покое не оставляешь. И поспеши.

– Это ещё, зачем и куда спешить? Я и так как на рысаках гоню.

– Ты спешишь для себя. Чтобы быстрее освоиться в новом мире, чтобы новые обличья получить. А ты поспеши для Роксолани. Друзей молодых вокруг себя собери, да поболее. Верных, надёжных. Таких, которым всё интересно. Те, что с тобой сейчас, тебя не предадут, защитят, за тобой пойдут и других поведут. Битва ждёт вас. Только не кровавая. Другая.

– Вроде врагов у меня нет.

– Как нет? Саму чуть не пленили, сестру похитили, а говоришь, врагов нет.

– Так это Правитель Дарвении. Захотел старшего сына на мне женить.

– Так это и есть враг. Почему он захотел сына на тебе женить? Да и не женить он хотел, а тебя Силы лишить. Он мечтает стать Повелителем всей Роксолани. А вы своим появлением помешали. Он Указ у себя издал, чтобы молодым разрешить вступать в брак не дожидаясь оборота.

– Это же губит их. Лишает возможности оборачиваться, сокращает срок жизни более чем на сто лет, и магией овладеть не могут.

– Ты это хорошо понимаешь. А молодые спешат, не думают о том, что дальше будет. Вот и становится в Дарвении всё больше «чистокровных».

– А сам-то он с оборотом. Пантера.

– К тому и ведёт. Чтобы только род Правителя, а в будущем Повелителя, был оборотным. Так что, поспеши.

– А мне-то как быть? Я ведь и для себя пожить хочу. Любить хочу и любимой быть. Деток родить и вырастить.

– Будет и любовь, и счастье. А вот деток не вижу.

– Как не видишь? Я же у Озера просила. Любви просила и деток.

– А магию?

– Магию не просила. Сказала, что какой наградят, той и рада буду.

– Интересно. Все магию просят. Сильную. Да не всем даётся. Я тебе сейчас скажу, что вижу. Но и я могу ошибиться. Может произойти что-то такое, что изменит твою судьбу ещё раз. Но пока вижу вот что.

И старик, взяв меня за левую руку, закрыл глаза и начал говорить:

 
– А жить тебе сорок лет.
Двадцать лет будешь скакать на двух ногах.
Скакать будешь радостно да весело.
И будет тебе счастие.
Десять лет будешь скакать на одной ноге.
Но всё равно скакать будешь радостно.
И будет тебе хорошо.
Десять лет будешь скакать ты без обеих ног.
И будет тебе не так радостно.
Двадцать лет будут жить с тобой двое.
Двадцать лет будешь жить с двумя.
Без тебя они будут ничто.
Ты Сила их и Могущество.
Ты без них слаба и беспомощна.
В них твоя Сила и Могущество.
В тебе их счастие, а в них твоё счастие.
Если ты всё сейчас сделаешь правильно и быстро.
Поспеши.
Ты должна собрать всех вместе.
Каждого зверя почётного.
Это Сила твоя.
Эти двое – Могущество и Счастие.
Не разрывай сердце своё между этими двумя.
Ты их Счастие и Могущество.
Если многих ты соберёшь, то врага одолеешь.
Поспеши выполнить задуманное.
Помни.
Двадцать лет поскачешь на двух ногах.
Ещё десять лет поскачешь на одной ноге.
И ещё десять лет поскачешь без обеих ног.
 

Сказав, старик, опершись о посох, встал с пенька, сделал несколько шагов и со словами: «А Озеро – оно одно» – исчез.

Я огляделась, вокруг никого не было, кроме Филимона. Он, как-то совсем по-человечески, стоял, прислонившись плечом к дереву, и задумчиво жевал травинку. Гхм. Кого-то он мне напоминает.

– Елисей, ты подслушивал!

Филимон посмотрел на меня глазами Елисея и засмеялся.

– Ты как меня узнала? – спросил, стряхивая иллюзию.

– Да я тебя в облике камня узнаю! Зачем ты это сделал?

– В облике камня, говоришь? Как-нибудь проверим. Испугался я за тебя. Взмахнула с башни крылами и прямо в лес направилась. Все за тебя переживают. А больше всех Ольгер с Радимом. Я вслед за тобой кинулся. Смотрю, ты с Дедом сидишь, беседуешь. Тихонечко опустился и встал тут. Дед почувствовал, понял, кто тут. Он, хотя и слепой, да больше всех видит. А в предсказании судьбы он что-то лишнее нагородил. Я твою судьбу немного иначе вижу. Не верь, что всего сорок лет проживёшь. Не знаю, как долго Девы-Лебеди живут, а Единороги дольше всех.

– Девы-Лебеди живут очень долго или только до замужества, – тихо ответила я.

– Почему только до замужества?

– Это какой муж попадётся. Иной сразу крылья подрезает, а иной всю жизнь любит и бережёт.

– Я тебя, Дева-Лебедь, всю жизнь любить буду и беречь.

– Значит, жить я буду долго и счастливо. Вообще Девы-Лебеди живут не меньше Единорогов. А как насчёт двух ног и одной? Кто те два, что составят счастье моё и силу, и сами будут счастливы мной и сильны?

– Это Дед, наверно специально сказал, когда меня признал. Чтобы я поволновался. Я-то тебя точно ни с кем делить не буду. Вон они, мои соперники кружат, – указал Елисей в небо.

Высоко над лесом кружили два Ладона. Один, черный с сине-зелёными переливами, другой, тёмно-синий с серебристыми искрами.

– Красивые! – выдохнула я восхищённо. – А кто есть кто?

– Вот пусть тебе сердце подскажет, – буркнул ревниво Елисей.

– Молчит сердце, – засмеялась я.

– Ладно, полетели, – подхватил меня Елисей и поднялся со мной выше деревьев. – Лети! – скомандовал, и отпустил.

Крылья выхлопнулись, словно парашют. Я сначала пропланировала над макушками деревьев, потом взмахнув крыльями, поднялась выше и направилась в сторону Терема. Елисей левитировал чуть в сторонке, поглядывая на меня. А над нами наворачивали круги два Ладона. Вот оно, моё счастье! Любимый мужчина, верные друзья и вольное небо.

Мы с Елисеем опустились на башню, а Ладоны приземлились во дворе и прошли в ангар.

– Елисей, кто такой этот дед?

– Дед-Вековун.

– Кто он такой?

– А кто такая Дева-Лебедь?

– Дева-Лебедь, – засмеялась я.

– А он – Дед-Вековун. Ни кто не знает, сколько он живёт на белом свете. Редко кому он показывается, ещё реже судьбу говорит. А ты как с ним встретилась?

– Я не встретилась. Я к нему сразу летела, только не знала, к кому.

– Ну-ка, ну-ка, объясни.

– Стояла на башне, крылья разрабатывала. И вдруг, меня так потянуло в лес. Мочи, ни какой! Крылья сами меня понесли. Вижу, на полянке старик стоит и в небо смотрит. Мне рукой махнул, я и спустилась к нему. Смотрю, а он слепой. «Пусть всегда путь твой будет лёгким, а крылья – крепкими и сильными», – сказал. Пригласил присесть на траву, а сам на пенёк опустился.

Мы стояли обнявшись. Я крылья не убрала, а обняла ими любимого.

– Значит, говоришь, деток хочешь, – целуя, прошептал Елисей. – А уж я-то как хочу! Только не время ещё. Вот как твои Ладон с Единорогом покажутся, вот тогда мы с тобой начнём о детках думать. Я тебе говорил, как сильно тебя люблю?

– Нет. Ты просто взял и окольцевал меня, – с обидой в голосе проговорила я.

– Вот дурак! Главного и не сказал. Я люблю тебя так сильно, что даже сердцу в груди тесно становится. А ещё у тебя под крылышками так уютно, что отпускать тебя не хочется. Вон, идут твои сторожа.

– Не сторожа, а телохранители.

– Вот, полюбуйтесь на них! Стоят, милуются! – услышала я возмущённый голос Радима. – Анна, ты что творишь?

Я убрала крылья и повернулась к ребятам.

– Мы за тебя так перепугались! – с тревогой в голосе произнёс Ольгер. – Неожиданно сорвалась и в лес. Ты же даже над Теремом ещё не пыталась летать.

– Вот. А я что говорил? – напустив в голос строгости, поддержал парней Елисей.

– Тебя что в лес-то понесло? – переглянувшись с Ольгером и Елисеем, спросил Радим.

– Ребята, я больше не буду, – придав себе покаянный вид, проговорила я. – Я не виновата.

– Её Дед позвал, – выдал меня Елисей.

– Кто?! – одновременно спросили удивлённо парни.

– Дед-Вековун, – пояснила я.

– Да мы поняли, просто удивились, – объяснил Ольгер. – Что ему от тебя надо было?

– Да ничего ему от неё не надо было. Просто решил познакомиться. Я же там был и беседу их слышал, – объяснял ребятам Елисей. – Об Озере они говорили и о Девах-Лебедях.

– Ладно, пошли обедать, – примирительно сказал Радим. – Переполошила всех, сейчас объясняться будешь.

– Не будет она объясняться, – возразил Елисей. – Я сам объясню.