Плетенка Тача (СИ)

Текст добавлен: 1 июня 2026, 13:00

Текст книги "Плетенка Тача (СИ)"

Автор книги: Николай Колядко

Жанр:

Военная проза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Схема ведения зенитного и заградительного огня тяжёлым крейсером «Портланд» в ходе отражения атаки японских торпедоносцев. 4 июня 1942 года.

Единственным, кто их в тот момент преследовал, был «дважды спасённый» мичман Барнс. Он так и не успел набрать высоту, так что сделал несколько заходов, находясь практически на том же уровне, что и «Кейты». Теоретически, он мог бы спасти ситуацию, как сделал это старший лейтенант О’Хэйр в случае с «Лексингтоном», но ему явно не хватало ни времени, ни подготовки. Максимум, он добился попаданий по нескольким торпедоносцам – как до, так и после сброса торпед – хотя сам был уверен, что сбил два. Возможно, он принял за падение самолётов всплески тех самых восьмидюймовых снарядов.

Между тем с «Йорктауна» взлетели и оставшиеся три истребителя. Но они просто не успевали набрать не только высоту, но и скорость, достаточную для сколь-нибудь эффективного боя. Всё, что они могли – это зажать гашетку и практически «навскидку» беспорядочно поливать из всех стволов пролетающие мимо них на полной скорости широко разошедшиеся для атаки «Кейты», не имея возможности сделать нормальный заход на цель. Более того, они ещё и пополнили список потерь.

Взлетевший шестым «Уайлдкэт» лейтенанта Милтона Тутла вскоре нарвался на «дружественный огонь» эсминцев и получил попадания из «Эрликона». Несмотря на горящий двигатель пилот смог набрать достаточную высоту, чтобы выпрыгнуть с парашютом. Причём «жестянки» продолжали вести по нему огонь, даже когда он, выровняв машину, уже выбирался из кокпита на крыло. Впрочем, подобрал его тоже эсминец.

Пять торпедоносцев второго тютая прорываются к «Йорктауну». 4 июня 1942 года.

Восьмому и последнему, покинувшему «Йорктаун» пилоту, лейтенанту Джорджу Хопперу повезло меньше. Его «Уайлдкэт» взлетел практически в момент сброса японцами торпед, так что, когда он отворачивал влево после взлёта, «Кейты» уже проносились у него за спиной, а сам Хоппер нарвался на «Зеро». Не успевший набрать скорость истребитель был отличной мишенью, и японский пилот расстрелял его как в тире. Потерявший управление самолёт сразу же рухнул в воду – скорей всего с уже мёртвым лётчиком в кокпите.

Между тем все пять «Накадзима» B5N2 второго тютая , игнорируя как зенитный огонь, так и разрозненные «недоатаки» истребителей, снизились до 30 метров, и примерно в 600 метрах от цели их пилоты нажали кнопки сброса торпед. Но на одном из них, на «сиротке» с «Акаги» под командованием мичмана Сусуму Нисимори, не сработала ни штатная система сброса, ни рычаг аварийного механического. Возможно, это было вызвано боевыми повреждениями самогó держащего торпеду замкá, раз не сработали оба его привода. В любом случае, к «Йорктауну» устремились «всего лишь» четыре авиаторпеды обр. 91 мод. 2, снабжённые уникальной системой «контроля вращения», значительно повышавшей их точность.

Торпеды шли со скоростью 42 узла [78 км/ч], а скорость сбросивших их самолётов была в разы больше. Так что они уже успели облететь атакованный корабль когда глядевший назад командир второго тютая капитан-лейтенант Тосио Хасимото увидел сначала один, а затем и другой огромный столб воды, поднявшиеся над «Йорктауном» – их было хорошо видно даже с другого борта корабля, где сейчас находились торпедоносцы. Командиру одного из «Кейтов» померещился ещё и третий, но в любом случае боевая задача была выполнена – уже второй, как они считали, авианосец противника выведен из строя. О чём Хасимото сразу же доложил: «Провёл торпедную атаку против авианосца противника. Уверенно наблюдал два попадания. 1145» . Теперь нужно было суметь унести ноги.

Торпедное попадание в «Йорктаун». 4 июня 1942 года.

В этом месте может возникнуть вопрос, почему командир 3-й истребительной Джон Тач с тремя взлетевшими за ним «Уайлдкэтами» не смогли этому помешать? Ответ очень прост – истребители начали взлёт с «Йорктауна» в 14:40, а к 14:44 в корабль попали уже обе торпеды. То есть все описанные выше события происходили очень быстро (заметно меньше времени, чем у вас ушло на чтение их описания) и к тому же одновременно – во время прорыва второго тютая с левого борта авианосца Джон Тач сотоварищи как раз занимались первым тютаем , атаковавшим с кормы и правого борта. И разорваться они никак не могли.

Но и после попаданий по «Йорктауну» Тач нашёл чем заняться – он увидел над собой одинокий «Зеро» всё того же Акира Ямамото и попытался атаковать его со «слепого» направления, снизу-сзади. Однако японец его заметил, отвернул с набором высоты и вскоре оказался на хвосте «Уайлдкэта». Командиру 3-й истребительной меньше всего хотелось вступать в манёвренный бой один на один с настолько превосходящим по характеристикам противником, так что он благоразумно предпочёл скрыться в облачности. В тот момент он вряд ли мог представить, что это был последний боевой эпизод в его лётной карьере.

Прибывшие на помощь «Уайлдкэты» с других авианосцев попытались хотя бы отомстить за повреждённый корабль, но всё, что им удалось – это сбить единственный уцелевший торпедоносец из первого тютая и повредить несколько других самолётов. В результате безвозвратные потери японцев составили пять «Кейтов» и два «Зеро», а оставшиеся пять и четыре соответственно смогли ускользнуть и менее, чем через час добрались до «Хирю». Где два «Кейта» и три «Зеро» были сочтены не подлежащими ремонту. Но в любом случае все они вскоре сгорели вместе с авианосцем после удара американских пикировщиков.

Сбитый японский торпедоносец. Скорей всего – последний из первого тютая. 4 июня 1942 года.

«Йорктауну» тоже серьёзно досталось. У его командира, капитана 1-го ранга Эллиота Бакмастера, имелся недавний опыт уклонения от множества авиаторпед в ходе сражения в Коралловом море, но тогда он имел возможность выдавать полный ход более 30 узлов [55,6 км/ч], а не максимум 20 [37 км/ч], как сейчас. Так что он смог увернуться только от двух «рыб», а ещё две всё-таки попали в районы 90-го и 75-го шпангоутов, то есть практически в центр корпуса, где располагалась главная энергетическая установка корабля. И здесь сыграла роль ещё и неудачная её компоновка.

Машинные и котельные отделения не были эшелонированы, так что двух попаданий даже сравнительно лёгких авиационных торпед хватило, чтобы большая их часть была сразу затоплена, а оставшиеся котлы погасли, кроме того, были выведены из строя как основные, так и вспомогательные электрогенераторы. В результате корабль остался не только без хода, но и без электричества и не мог задействовать насосы для выравнивания крена, который уже через пять минут после попаданий достиг 26°. Всё шло к тому, что авианосец вскоре перевернётся, так что ещё через пять минут, в 14:55 командир «Йорктауна» отдал команду «Оставить корабль».

На полётной палубе «Йорктауна» вскоре после торпедных попаданий. 4 июня 1942 года.

Словом, о посадке на него речь уже не шла, так что оставшиеся шесть истребителей из восьми последних, взлетевших с «Йорктауна», получили приказ в случае чего садиться на воду поблизости от эсминцев – ведь многие из них взлетали не заправленными и уже сжигали последние литры горючего. А после того, как прибыло подкрепление с других авианосцев – отправляться на «Хорнет» и «Энтерпрайз», куда ранее приземлились «Уайлдкэты» 3-й истребительной, отражавшие предыдущую атаку.

Эти севшие ранее истребители уже вовсю использовали для усиления воздушного охранения как 16-го оперативного соединения, так и эвакуации экипажа «Йорктауна». Так что и новоприбывших тоже начали срочно вооружать и заправлять – все ждали очередной атаки японцев. Тем более, что в воздухе постоянно обнаруживали японские гидросамолёты-разведчики, продолжавшие отслеживать американские соединения. Наконец, после 17:00 начали поступать сведения, что сводная ударная группа из оставшихся пикировщиков всех трёх авианосцев успешно атаковала последний из четырёх японских «плосковерхих». Теперь можно было выдохнуть и начать подсчитывать потери и победы этого длинного дня.

Черновик с заявками пилотов эскадрильи, составленный Джоном Тачем по горячим следам.

Из 27 «Грумман» F4F-4 с которыми 3-я истребительная эскадрилья покинула Пёрл-Харбор, к вечеру 4 июня 1942 года в строю оставалось четырнадцать. К счастью, потери личного состава были гораздо меньше – всего трое, считая погибшего в аварии ещё до сражения капитана 3-го ранга Лавлейса. Правда, из оставшихся пилотов лишь шестнадцать находилось на приютивших остатки эскадрильи авианосцах. Попавший под «дружественный огонь» лейтенант Тутл всё ещё был на подобравшем его эсминце. Кроме того, на «Йорктауне» остались пять пилотов 3-й истребительной, включая одного из наших героев Тома Чика, плюс весь техсостав эскадрильи. Они тоже находились либо на спасавших экипаж корабля эсминцах, либо всё ещё ожидали, когда их подберут.

По последнему бою пилоты 3-й и 6-й истребительных в сумме претендовали на дюжину сбитых и три повреждённых торпедоносца (в реальности по пять), плюс четыре сбитых и три повреждённых истребителя (в реальности два и два). То есть «оверклейм» в среднем в два раза. Их японские коллеги были примерно настолько же скромными – по результатам эпического сражения аж «с тремя десятками Грумманов» они претендовали на семь сбитых точно и ещё четыре – вероятно (в реальности три сбитых). Ценой, напомним, двух сбитых и двух повреждённых, из которых один «Зеро» не дотянул до авианосца и сел на воду.

Сборная истребительная эскадрилья на палубе авианосца «Хорнет». 10 июня 1942 года.

На следующий день на авианосце «Хорнет» собрали все оставшиеся на ходу самолёты 3-й истребительной и объединили их с остатками также понёсшей серьёзные потери 8-й истребительной «Хорнета» в одну сборную эскадрилью из 29 «Уайлдкэтов» под командованием Джона Тача. Ведь сражение продолжалось ещё два дня – 5 июня американские палубные пикировщики потратили на попытки добить «Хирю», который к их прибытию пошёл на дно и сам, 6 июня – охотились за японскими тяжёлыми крейсерами. А финальной точкой стал торпедный залп японской подлодки I-168, добивший «Йорктаун», а заодно и участвовавший в спасательной операции эсминец «Хамман».

Всё это время сборная истребительная эскадрилья в основном занималась воздушным охранением соединения. Наконец, к 19.00 6 июня 1942 года на палубу авианосца «Энтерпрайз» сел последний в тот день вылет. К тому моменту соединение находилось уже в 400 милях [740 км] западней Мидуэя, и к утру оно оказалось бы в пределах досягаемости японской ударной и истребительной авиации, базировавшейся на захваченный японцами атолл Уэйк. Командир 16-го оперативного соединения контр-адмирал Рэймонд Спрюэнс решил, что они уже достаточно испытывали судьбу, и отдал приказ отвернуть на северо-восток, в направлении точки рандеву с танкерами. А после заправки американские корабли взяли курс на Пёрл-Харбор. Сражение при Мидуэе закончилось.

Америка всё ещё срочно нуждалась в победах и героях, и на участников сражения – прежде всего на главных героев-лётчиков – пролился очередной дождь наград. Тем более, что и повод на этот раз был совершенно неоспоримым – «Невозможная победа» при Мидуэе была явной и оглушительной. Но это стало и последним случаем в ВМС США в ходе Второй мировой на Тихом океане, когда высокие награды вручались настолько массово, практически поголовно – в случаях последующих побед награждения стали более избирательными, плюс появилось больше наград более низкого уровня.

Но и на этот раз Джон Тач, писавший представления на своих подчинённых, остался верен принципам, что он продемонстрировал в случае наград за авианосные рейды весны 1942-го: награды только за результат . Так что, как видно из таблицы выше, из тех 23 пилотов 3-й истребительной (не считая его самого), что поднимались в воздух в ходе сражения, все получили вторую (а вскоре и первую) по старшинству награду ВМС – Военно-морской крест, для многих уже второй. За исключением четырёх человек.

Это были не только лейтенанты М. Брайт и Дж. Маркхэм, что в ходе отражения атаки японских пикировщиков полетели не в ту сторону и в результате не приняли участия в бою, но и два погибших пилота, лейтенанты Дж. Бассет и Э. Хоппер. Они «позволили себя сбить» не успев сделать ни единого выстрела по противнику – за это, по мнению Тача, награды не полагались. При этом также сбитый лейтенант М. Тутл свой крест получил – пусть он вряд ли в кого-то попал, но он, даже не успев набрать скорость после взлёта, хотя бы пытался перехватить вражеские торпедоносцы и вёл огонь, пока не нарвался на очереди со своих же эсминцев.

Сам же командир 3-й истребительной получил сразу две награды – второй Военно-морской крест за личные действия в ходе сражения, плюс «командирскую» Медаль за выдающуюся службу, на тот момент высшую награду ВМС – уже «по совокупности», за успешные действия всей эскадрильи в феврале-июне 1942 года.

По прибытии в Пёрл-Харбор сводная истребительная эскадрилья была ожидаемо распущена. 8-ю истребительную доукомплектовали и оставили на «Хорнете». 42-ю истребительную, что уже почти год находилась в походах – ещё со времён довоенного «патруля нейтралитета» в Атлантике – расформировали, а пилотов пока отправили на отдых в Штаты. А остатки 3-й истребительной Джону Тачу было приказано сдать своему бывшему подчинённому, освободившемуся, наконец, от своих агитационных обязанностей капитану 3-го ранга Эдварду О’Хэйру. Теперь уже ему предстояло заниматься её воссозданием. Ну а самому Тачу предстояло лететь на материк, в Сан-Диего.

Командир 10-й истребительной эскадрильи капитан 3-го ранга Джеймс Г. Флэтли. 1942 год.

Пока Тач дожидался в Сан-Диего нового назначения, он успел пообщаться с многими знакомыми, в том числе с капитаном 3-го ранга Джеймсом Г. Флэтли, который был заместителем командира 42-й истребительной «Йорктауна» во время сражения в Коралловом море, так что тоже не понаслышке знал, что такое «Зеро», особенно в сравнении с американскими истребителями. Теперь он с нуля готовил новую «сменную» 10-ю истребительную эскадрилью, а заодно пытался привести в соответствие с реальностью руководящие документы. За прошедший со времени сражения месяц он подготовил и отправил по команде свои предложения по изменениям – ни много ни мало – в Боевом уставе истребительной авиации ВМС.

Старые друзья это тоже обсудили, Тач поддержал (в том числе и в письменном отзыве) практически все предложения Флэтли, кроме одного. Тот считал идеальными боевые построения из трёх двухсамолётных звеньев, в то время как Тач, по понятным причинам, настаивал на двух. Он рассказал Флэтли о давно придуманном манёвре, о его практическом применении, но переубедить так и не смог. Вскоре Тач получил назначение и отправился на другой конец страны, на авиабазу Джексонвиль во Флориде, один из крупнейших центров подготовки морской авиации, где ему предстояло заниматься тем, что он очень хорошо умел – его назначили заместителем командира по огневой подготовке. Ну а капитан 3-го ранга Флэтли со своей эскадрильей отплыл в противоположном направлении – на Гавайи.

10-я истребительная разместилась на авиабазе Канеохе, там же, где Эдвард О’Хэйр готовил свою 3-ю истребительную. Между офицерами было восемь лет разницы, Флэтли когда-то даже был инструктором О’Хэйра, но теперь они находились в одном звании, в одной должности, оба имели боевой опыт, так что командир 10-й истребительной прислушивался к мнению бывшего ученика без скидки на возраст. А О’Хэйр, как мы помним, был одним из первых, кто на практике, пусть и в учебном бою, испытал придуманный Джоном Тачем манёвр. Так что он не стал тратить зря слова, а просто тоже на практике показал Флэтли, как работает то, о чём ему рассказывал Тач в Сан-Диего.

Практика ожидаемо оказалась убедительней слов. Несколько раз попробовав этот приём – как в роли атакующего, так и в роли обороняющегося – Флэтли не только, что называется, проникся, но и стал горячим энтузиастом «траверзного оборонительного манёвра». Так что он начал обучать ему своих пилотов, а вскоре и реорганизовал структуру 10-й истребительной, разбив её на боевые группы из четырёх машин каждая. Теперь в морской авиации США было уже две истребительных эскадрильи, обученных применению данного приёма.

Авианосец «Энтерпрайз» в ходе сражения у островов Санта-Крус. 26 октября 1942 года.

26 октября 1942 года пилотам 10-й истребительной, базировавшейся на авианосец «Энтерпрайз», довелось уже в бою проверить эффективность новой тактики в развернувшейся битве за Гуадалканал. В ходе сражения авианосцев у островов Санта-Крус одна из четвёрок «Уайлдкэтов» была внезапно атакована «Зеро». Две машины они потеряли сразу, но оставшаяся пара успела «сплести курсы» и успешно отбилась от превосходящего противника.

Затем наступила очередь самого Флэтли – его четвёрка, вернувшаяся с сопровождения ударных самолёт и ожидавшая посадки на авианосец почти без горючего и боеприпасов, тоже нарвалась на японские истребители и успешно задействовала данный приём уже в полном виде – двумя звеньями. Несмотря на то, что маневрировать пришлось на всего 50% мощности двигателей и почти не стреляя – они тоже смогли отогнать «Зеро» и благополучно вернуться на «Энтерпрайз».

По окончании сражения командир 10-й истребительной первым делом отправил благодарность лично Тачу, а значительную часть своего рапорта о действиях своей эскадрильи посвятил описанию этого «абсолютно безотказного при правильном исполнении» приёма, позволявшего сорвать атаки превосходящих сил истребителей противника и обеспечить отличные позиции для ответного огня. Желая подчеркнуть, кто являлся автором этой идеи, Флэтли в своём рапорте впервые назвал этот манёвр «Thach weave» – «Плетёнка Тача».

Принятие и восторженное одобрение «плетёнки Тача» таким признанным специалистом по тактике истребительной авиации, как капитан 3-го ранга Флэтли помогло заложить основу для его быстрого внедрения в последующие месяцы. Да и сам автор идеи в конце 1942 и начале 1943 года не только учил будущих пилотов стрелять, но и активно участвовал в создании серии учебных фильмов и брошюр, предельно наглядно представлявших тактические приёмы воздушного боя, включая манёвр своего имени. Так что совместными усилиями они распространили эти новые приёмы уже по всем истребительным подразделениям ВМС и Корпуса морской пехоты. Что позволило сохранить много как самолётов, так и жизней. А заодно и перемолоть на несовершенных «Уайлдкэтах» цвет японской кадровой авиации в воздушной мясорубке, развернувшейся на юге Тихого океана.

Завершающий этап «плетёнки Тача» в учебном фильме ВМС США «Наступательная тактика против вражеских истребителей». Автор сценария и закадровый голос – Джон Тач. 1943 год.

Но на дворе уже был 1943 год, в строй входили новые авианосцы, уже не только маленькие эскортные, но и эскадренные типа «Эссекс» плюс лёгкие типа «Индепенденс», заменявшие корабли, потерянные в самый тяжёлый первый год войны. И они комплектовались уже новыми палубными истребителями «Грумман» F6F «Хеллкэт». Хотя их первое боевое применение состоялось лишь в конце августа 1943 года, а первое массированное – в ноябре, в ходе штурма атолла Тарава. Ещё раньше истребительные части морской пехоты начали получать истребители «Воут» F4U «Корсар», что из-за «детских болезней» не могли пока работать с палуб авианосцев.

Это были те самые машины, о которых писал Джон Тач в своём рапорте о бое над Первым мобильным соединением: «Если мы предполагаем сохранить наши авианосцы на плаву, то мы должны предоставить [нашим пилотам] истребитель, превосходящий японский «Зеро» если не по манёвренности, то, как минимум, по скороподъёмности и скорости» . «Хеллкэты» и «Корсары» этим пожеланиям полностью отвечали, так что тактические приёмы, разработанные для машин, значительно уступавших противнику именно в скорости и скороподъёмности, начали терять актуальность. А вскоре наступила окончательная деградация качества лётного состава японской авиации, так что «плетёнка Тача» постепенно вышла из употребления. Как оказалось, до поры до времени, до появления нового противника…

Командир 38-го оперативного соединения вице-адмирал Джон МакКейн и начальник оперативного отдела его штаба капитан 2-го ранга Джон Тач. Конец 1944 года.

А капитан уже 2-го ранга Джон Тач в 1944 году вернулся на палубу авианосца – это был опять «Лексингтон», но уже новый, типа «Эссекс» – но теперь в качестве начальника оперативного отдела штаба главной авианосной ударной силы Тихоокеанского флота США, 38/58-го оперативного соединения. И на этой должности сделал ещё один заметный вклад уже не в тактику, а в оперативное искусство. Под его руководством была разработано «Большое синее одеяло» – комплексная система противодействия японским камикадзе. Окончание войны он встретил капитаном 1-го ранга на палубе линкора «Миссури», где происходило подписание капитуляции Японской империи. Но это, как говорится, «уже совсем другая история».

Эпилог

Много лет спустя, в 1974 году полный адмирал в отставке Джон Тач решил повеселить тогда ещё начинающего исследователя американской морской авиации Джона Ландстрома неким, по его мнению, курьёзом. Он показал ему письмо, полученное от командира эскадрильи истребителей-бомбардировщиков F-4 «Фантом II», воевавшего во Вьетнаме.

В этом письме офицер рассказывал, что самостоятельно придумал и опробовал в бою тактический приём, позволяющий успешно противодействовать более манёвренным истребителям советского производства. А также о том, что очень гордился своим вкладом в тактику воздушного боя и даже подал по команде соответствующий рапорт. Но затем кто-то из командования, воевавший ещё во Вторую Мировую, просвятил его, что на самом деле его «инновация» – это не более, чем старая добрая «плетёнка Тача». На случай, если эта история дойдёт до самого Тача, молодой офицер просил адмирала не считать его плагиатором, приписывающим себе чужие идеи, поскольку он и в самом деле не знал, что «изобрёл велосипед».

Приложение I

СЕКРЕТНО

САМОЛЁТ США – БОЕСТОЛКНОВЕНИЕ С ПРОТИВНИКОМ

ИНСТРУКЦИЯ ПО ЗАПОЛНЕНИЮ

(а) Заполняется командиром подразделения немедленно после посадки по завершении каждого вылета или операции в ходе которых произошло боестолкновение с противником.

(б) Не вносите в рапорт «липовые» сведения – если какие-то данные не могут быть установлены с достаточной точностью, поставьте в соответствующие разделы прочерки или оставьте их пустыми.

* * *

1. ДАТА: 4 Июня 1942 , ШИРОТА: 30-00 СШ , ДОЛГОТА: 179-00 ВД, ВРЕМЯ: 12.20 , ЧАСОВОЙ ПОЯС: 10 .

2. ПОГОДА: Крупные рассеянные облака на высоте 1500-2000 футов (450-600 м). Видимость отличная.

3. ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ: 3-я истребительная эскадрилья , САМОЛЁТЫ: F4F-4

4. ТИП ОПЕРАЦИИ: Эскорт из шести самолётов в поддержку атаки торпедоносцами и пикирующими бомбардировщиками трёх (3) японских авианосцев.

5. ЦЕЛИ: Самолёты противника, угрожающие нашей авиагруппе.

6. ЗАДЕЙСТВОВАННЫЕ СИЛЫ (включая модели и опознавательные знаки)

Наши силы: Шесть (6) истребителей Модель F4F-4.

Противник: Двадцать (20) истребителей Модель «00». Светло-песочного цвета, стандартные знаки.

7. СПОСОБ АТАКИ ( Своей | Противника): Обычно японцы атаковали сверху-сзади на достаточно высокой скорости и выходили из атаки путём вертикального набора высоты до разрыва контакта.

8. ТАКТИКА ПРОТИВНИКА: В первую очередь японские истребители значительно превосходящими силами атаковали наш эскорт в попытке связать нас боем, в то время как более мелкие подразделения атаковали наши торпедоносцы и пикировщики. Атаки выполнялись одиночными самолётами в быстрой последовательности.

9. КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ БОЕСТОЛКНОВЕНИЯ (Включая высоты и дальности контактов, высоты и направления сброса и отхода.): Сразу после прибытия в район соединения противника семь японских патрульных групп общей численностью в 20 истребителей атаковали наш эскорт из шести самолётов на высоте 4500 футов (1370 м). Торпедоносцы укрылись в облаке по левому борту лидирующего авианосца, после чего разошлись для торпедной атаки. 2 наших истребителя, осуществлявшие непосредственное прикрытие, отделились и получили серьёзные повреждения от истребителей противника. Один из оставшейся четвёрки был сбит в самом начале. Три остальных истребителя продолжали бой с противником над вражеским флотом в течении 15 минут.

10. ЗАДЕЙСТВОВАННОЕ ВООРУЖЕНИЕ

Наши силы: Шесть (6) пулемётов 12,7-мм.

Противник: Две (2) пушки и от двух до четырёх (2-4) 7,7-мм пулемётов.

11. ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ МАНЁВРЫ УКЛОНЕНИЯ: Дивизион из 4 самолётов сохранял строй и действовал как единая команда. При атаке истребителей противника делался крутой вираж навстречу друг другу, и когда противник следовал за одной из пар, делался обратный вираж с попыткой сбить противника на выходе.

12. РАСХОД БОЕПРИПАСОВ (включая типы и установки взрывателей. Указать количество осечек.): Лидер израсходовал около 1200, остальные в среднем по 1000 патронов калибра 12,7-мм.

13. РЕЗУЛЬТАТЫ (Уверенно): Шесть (6) японских истребителей модель «00» сбито.

13a. РЕЗУЛТАТЫ (Вероятно): Семь (7) истребителей модель «00» возможно сбито.

14. ПОВРЕЖДЕНИЯ СВОИХ САМОЛЁТОВ: Один (1) F4F-4 сбит, три (3) F4F повреждено до неремонтопригодного состояния. ЭФФЕКТИВНОСТЬ БРОНИ И ПРОТЕКТИРОВАНИЯ БАКОВ: Крайне эффективны.

15. ПРИ АТАКЕ ПОДВОДНОЙ ЛОДКИ:

(а) Подлодка находилась в (надводном) (погружённом) состоянии.

(б) Направление атаки относительно подлодки было:

(в) Время, между обнаружением подлодки и взрывом первой бомбы:

(г) Была ли видна какая-либо часть подлодки во время сброса бомбы:

(д) Промежуток времени между последним наблюдением подлодки и взрывом бомбы:

(е) Предположительная дистанция между между лодкой или её признаками и взрывами:

16. ЗАМЕЧАНИЯ (При необходимости используйте дополнительный лист. Если возможно, нарисуйте примерную схему.):

Шесть (6) самолётов F4F-4 не способны помешать 20 или 30 японским истребителям сбивать наши тихоходные торпедоносцы. Вообще удивительно, что хоть кто-то из наших пилотов смог вернуться живым.

Все успехи, которых пилоты наших истребителей смогли добиться в бою с японскими истребителями «Зеро» были достигнуты не благодаря характеристикам машин, на которых мы летаем, а в результате сравнительно низкой точности стрельбы японцев, тупых ошибок, допущенных несколькими их пилотами, а также благодаря превосходящей точности стрельбы и командной работе части наших пилотов.

Единственным способом поймать истребитель «Зеро» в прицел было заманивание их в выход из виража напротив F4F или расстрел их в тот момент, когда они были слишком заняты стрельбой по одной из наших машин.

Самолёты F4F плачевно уступают в скороподъёмности, манёвренности и скорости. Автору приходилось летать на модели F4F, ещё не имевшей бронезащиты и протектированных бензобаков. Удаление этих жизненно важных средств защиты не способно повысить характеристики F4F настолько, чтобы хотя бы приблизиться к характерстикам истребителя «Зеро».

Указанные серьёзные недостатки не только мешают нашим истребителям должным образом выполнять боевые задания, но и оказывают явное и вызывающее беспокойство воздействие на моральное состояние пилотов наших палубных истребителей. Если мы предполагаем сохранить наши авианосцы на плаву, то мы должны предоставить истребитель, превосходящий японский «Зеро» если не по манёвренности, то, как минимум, по скороподъёмности и скорости.

/Подпись/

Джон С. Тач, кап. 3-р. ВМС США

Приложение II

СЕКРЕТНО

САМОЛЁТ США – БОЕСТОЛКНОВЕНИЕ С ПРОТИВНИКОМ

ИНСТРУКЦИЯ ПО ЗАПОЛНЕНИЮ

* * *

1. ДАТА: 4 Июня 1942 , ШИРОТА: – , ДОЛГОТА: – . ВРЕМЯ: 16.30 , ЧАСОВОЙ ПОЯС: 10 .

2. ПОГОДА: Облачность с разрывами от 500 до 1000 футов (150-300 м). Пасмурно, около 7/10.

3. ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ: 3-я истребительная эскадрилья , САМОЛЁТЫ: F4F-4

4. ТИП ОПЕРАЦИИ: Боевое воздушное охранение против торпедоносцев, атаковавших авианосец «Йорктаун».

5. ЦЕЛИ: Торпедоносцы противника.

6. ЗАДЕЙСТВОВАННЫЕ СИЛЫ (включая модели и опознавательные знаки)

Наши силы: Восемь (8) истребителей F4F-4.

Противник: 12-15 торпедоносцев модель «97», при поддержке 10-18 истребителей «Зеро».

7. СПОСОБ АТАКИ (Своей | Противника ): Лобовые атаки, фланговые атаки, заходы в хвост.

8. ТАКТИКА ПРОТИВНИКА: Вражеские торпедоносцы пикировали через облака на высокой скорости и сбрасывали торпеды на скорости 200 узлов (370 км/ч) с высоты 250-300 футов (75-90 м). Вражеский истребительный эскорт летел позади и выше торпедоносцев и атаковал наши истребители.

9. КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ БОЕСТОЛКНОВЕНИЯ (Включая высоты и дальности контактов, высоты и направления сброса и отхода.): «Йорктаун» полностью потерял ход в результате повреждений от бомб. Как только корабль опять начал движение, с него были подняты 8 истребителей (при скорости корабля 15 узлов (28 км/ч). Ещё до того, как последние истребители успели взлететь, вражеские торпедоносцы уже находились в зоне поражения зениток. Всем истребителям для сближения с вражескими торпедоносцами пришлось проходить через зону собственного зенитного огня.

10. ЗАДЕЙСТВОВАННОЕ ВООРУЖЕНИЕ

Наши силы: Шесть (6) пулемётов 12,7-мм.

Противник: Торпеды и 7,7-мм синхронные и турельные пулемёты на торпедоносцах.Две пушки и от двух до четырёх 7,7-мм пулемётов на истребителях.

11. ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ МАНЁВРЫ УКЛОНЕНИЯ: (Противник) Крутые виражи «змейкой».

12. РАСХОД БОЕПРИПАСОВ (включая типы и установки взрывателей. Указать количество осечек.): В среднем 600 патронов.

13. РЕЗУЛЬТАТЫ (Уверенно): Восемь (8) торпедоносцев, два (2) истребителя.

13a. РЕЗУЛЬТАТЫ (Вероятно): Десять (10) торпедоносцев, четыре (4) истребителя.