Текст книги "Охота на охотников"

Автор книги: Николай Раков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

– В основном тем же, чем и вы. Работает, – кивая на толстый фолиант, произнес собеседник.

– Вы думаете, что экономисты читают только толстые бухгалтерские отчеты?

– Виноват, так и подумал. На вас ведь лежат все цифры империи.

– Это действительно так, но сейчас вы ошиблись. Мне доставили древнюю книгу. Описание ритуалов, совершаемых нашими предками перед охотой на рифонов, и процесса самой охоты. Даже если половина того, что здесь изложено, правда, то наши предки были крепкими парнями.

– Мы и сейчас не слабы ни духом, ни телом, – ответил У-Ран.

– Да. Но выходить с луком и копьем за этой зеленой смертью в наше время решатся единицы.

– Глупцы найдутся, и смелых хватает, вот только результат будет один.

– Тут вы абсолютно правы. Не само оружие делает человека сильнее зверя, а умение им владеть.

В этот момент раздался сигнал голографа, возвещающий о передаче экстренного сообщения.

– Позывной императорского канала, – проговорил О-Дас. – Чем нас хочет порадовать Единственный? Может, наш флот, уже разбил солнечников?

– Сейчас узнаем, – глядя на разворачивающийся экран, произнес У-Ран.

Экранная заставка подтвердила, что предстоит имперское сообщение. Голограф демонстрировал сжатый кулак воли и силы империи на фоне красного диска звезды.

Присутствующие в зале застыли от удивления, когда вместо императора увидели на экране абсолютно другое лицо.

– Это Сан-Ком, племянник императора, – прозвучал в зале чей-то голос.

– Мои сограждане, – уверенно произнес Сан-Ком, одетый в капитанский мундир звездного флота, – да, я жив. Я с вами. Я рядом. Я Сан-Ком, единственный прямой наследник престола, племянник Единственного, говорю с вами. Настало время каждому из вас сделать свой выбор. Император предал нацию и ведет ее к гибели. Это говорю не только я, это своими делами говорят бойцы Патриотического фронта. Простые люди, осознавшие гибельность избранного Единственным пути. Совсем недавно без суда и следствия расстреляны двадцать два наших соотечественника из уважаемых родов. Их семьи схвачены и заключены в тюрьмы без всякой вины. Кто знает, что ждет каждого из нас завтра. Не разум и воля народа, а безоговорочное послушание и повиновение нужны императору. Служба общественной безопасности и контрразведка встали барьером между властью и народом, которые должны быть вместе. На передовой линии ваши отцы и братья платят жизнями за обещания лучшей жизни. Для кого же старается император улучшить эту жизнь? В руки патриотов попали материалы, которые вы сейчас увидите. Каждый из вас сделает свой вывод. Кто это допустил? Почему это происходит? Нам всем пора задуматься, где наш враг. Нация сильна, но давайте наведем порядок в своем доме. Помните. Вы являетесь строителями своей судьбы. Только вы можете сохранить и защитить своих отцов, матерей, братьев и сестер. Я с вами. Я рядом. Я обращаюсь к вам и хочу помочь. Все, что вы сейчас увидите, произошло в тридцати стомах от города Дама на Изе.

– Откуда появился этот сумасшедший? – возмущенно проговорил кто-то из контрразведчиков. – Кто допустил эту передачу?

Сан-Ком исчез с экрана, и на нем тут же возникла площадка пещерного города томасолов. Монтажеры Ю-Сима постарались. Ни одного лишнего кадра. Экран завораживал. С кричащих женщин, вытаскиваемых из трейлера, срывали одежду, волокли за волосы к дыбам и распинали в самых изощренных позах. Акты совокупления с несчастными подавались крупным планом, перемежаясь с общим видом радостного возбуждения толпы изгоев. Поданные единым кадром лица томасолов отражали звериную жестокость и радость своего всесилия над жертвами.

– Ублюдки. Они за это заплатят, – сжимая кулаки, громко произнес У-Сум, маршал сухопутных войск.

– Все это дешевая постановка, – спокойно заявил крепкий, подтянутый господин, скорее всего, один из контрразведчиков.

– Вы настолько привыкли к чужой боли, что она вас совсем не трогает? – спросил Я-Рам.

– Ерунда. Этого не может быть. Наша служба никогда бы не допустила такого безобразия, – высказался громила, на лице которого не дрогнул ни один мускул во время просмотра.

– Хорошенькая ерунда. Значит, так оценивает служба общественной безопасности то, что мы видели? – произнес один из командующих секторальной обороны.

– Все это просто так не закончится, – авторитетно заявил О-Дас. – Похоже, многим из нас придется прервать отдых. Если все, что мы видели, вне зависимости от того, правда это или ложь, демонстрировалось по другим каналам империи, то крупных волнений нам не избежать.

– Если об этом узнает флот, то корабли выжгут с орбит все известные поселения томасолов дотла. А что прикажете делать мне? Сбивать свои собственные крейсера? – растерянно произнес Я-Рам.

– Кто не подчиняется приказам, должен быть уничтожен. Это закон военного времени, – безапелляционно заявил один из контрразведчиков.

– И уничтожать инакомыслящих, конечно, будете вы, – негромко проговорил сидящий в глубине зала мужчина.

– Это моя работа.

– Армия не останется в стороне. Что вы будете делать, когда танки, самолеты и пехота пойдут уничтожать места проживания изгоев?

– Мы этого не допустим.

– Чем? Лично вы, покинув кабинет, пойдете останавливать бронетехнику?

– Вы мне угрожаете?

– Совсем нет. Я просто размышляю сам с собой, вслух.

– Размышляйте про себя, – пролаял контрразведчик.

– Это еще опаснее для вашей службы, – не остался в долгу мужчина.

– Господа, прекратите, – вмешался в перепалку О-Дас. – Каждый из нас должен заниматься своим делом.

– А вы знаете, господа, что у нас нет связи, – сообщил генерал службы тыла. – Я сейчас хотел вызвать сюда челнок со своей яхты, но связи нет, – от удивления он даже развел руками.

– Видимо, Патриотический фронт – это гораздо серьезнее, чем мы думали, – многозначительно проговорил так и не представившийся мужчина, обращаясь к представителю контрразведки.

– Я предлагаю разойтись по своим бунгало, господа, – произнес министр. – Мы сейчас все слишком возбуждены и можем наговорить друг другу много лишнего. Думаю, что сегодняшнее сообщение необходимо хорошо проверить, – он взглянул в сторону контрразведчика, – и не менее серьезно обдумать. Последствия раскола нации будут чреваты немалой кровью.

Все, не торопясь, потянулись к выходу. Даже не окончившие свою партию картежники бросили карты.

– Я отлучусь ненадолго, – просидев в своей комнате около часа, сообщил Ю-Сим.

Колдун молчаливо кивнул, сидя в общей гостиной у окна, за которым уже значительно стемнело.

Разведчик вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Диверсант тоже не задержался на своем месте. Свет в комнате не горел, и поэтому самый добросовестный наблюдатель мог заметить только тот факт, что окно в гостиной мазана У-Рана открылось. Темное бесформенное пятно, бесшумно распластавшись по подоконнику, плавно стекло по стене вниз, растворившись в траве у фундамента.

– Как наши дела? – устроившись за кустом, услыхал диверсант голос Ю-Сима.

– О-Сок тщательно проанализировал видеозаписи. Перспективный разговор можно вести с У-Сумом, Я-Рамом, начальником сектора Ю-Коком. Контрразведчик с Безила внутренне тоже на нашей стороне. Остальные либо испуганы, либо будут выжидать.

Собеседник начальника разведки плохо просматривался в густых сумерках, но диверсант не сомневался, что это один из молодых агентов их группы.

– А тот, яростный спорщик?

– О-Сок считает, что это подстава.

– Что еще?

– Есть подозрение, что нас здесь ждали.

– Этот вариант просчитан. О-Кар всегда точен. Вы подобрали кандидата?

– Некий Ю-Ман. Все данные в вашем смарте. Подходит вариант адъютанта У-Сума.

– При необходимости я подам сигнал. Они не начнут, пока не получат сообщения, что Сан-Ком здесь. Продолжаем работать. Я иду беседовать с маршалом. Обеспечить полный контроль территории.

Темный силуэт собеседника кивнул и бесшумно исчез, а Ю-Сим направился к нужному ему бунгало. Подойдя к входной двери одного из домиков, он растворился в тени строения и в течение двух минут наблюдателю ничего не было видно. Потом раздался легкий стук в дверь, она открылась, и ночной гость скрылся в помещении.

Колдун стал медленно приближаться к освещенным окнам гостиной, но, не добравшись метров десять, почувствовал работу охранной системы. Бунгало маршала находилось под непроницаемым колпаком. Сейчас ни внешняя подслушивающая аппаратура, ни внутренние микрофоны, если они были, не могли уловить ни одного слова, произносящегося внутри. Так же никто не мог приблизиться к стене, чтобы не быть обнаруженным.

Данное обстоятельство не смутило диверсанта, он только несколько сместился в сторону и поймал эмоциональный фон собеседников, который не могли исказить или уловить никакие охранные системы. Неожиданно ровный эмоциональный поток стал искажаться появившимися шумами, а еще через пару минут диверсант услышал отдельные слова. Шаман был прав. Длительные тренировки дали свой результат. Эмоциональное поле несло в себе содержание мыслей и разговора, но до сих пор не улавливалось мозгом Колдуна.

– Это все, что я прошу от вас, маршал, – уловил диверсант полную фразу, но это не был голос Ю-Сима.

Ошибиться Колдун не мог. Говорил Сан-Ком.

– Но вы ведь требуете вывести войска именно в те районы, где имеются поселения томасолов. Подумайте, ваше величество, если солдаты увидят то, что видели сегодня мы, то никакой приказ не сможет их остановить. На базах, в лагерях, где у них нет оружия, и то могут произойти крупные волнения, но там это еще не так опасно. Если это случится в ходе маневров, то прольются реки крови. Кроме того, мне нужно будет проработать этот вопрос с генеральным штабом, а есть еще и командующий.

– С командующим проблем у вас не будет. В последнее время он очень сильно болеет, а вы его первый заместитель. Насчет генштаба вам виднее. Можете взять старые планы маневров. Мотивировка спешки одна, и достаточно серьезная. С минуты на минуту может произойти генеральное сражение флотов. Никто не гарантирует, что солнечники не ударят в тыл по нашим планетам. Им вполне может быть известна дислокация наших крупных воинских подразделений. Кроме того, я ведь не требую направить все войска к местам, где проживают томасолы. Просто в этих зонах тоже должны находиться наши части. Возможно, их даже придется защищать от народного гнева.

До Колдуна докатилась волна маршальского гнева.

Сан-Ком, наверное, тоже почувствовал это либо увидел по выражению лица собеседника.

– Успокойтесь, уважаемый У-Сум. Каждый получит то, что он заслужил, но для этого я должен контролировать империю. До определенного времени ни один гаюн не увидит то, что мы видели сегодня. Накануне вы получите мой приказ.

– Хорошо, ваше величество, я сделаю то, что вы требуете.

– В вашей верности интересам империи и ее народа я не сомневался. Хочу только спросить. Что будут делать командиры ваших полков и дивизий, если в ходе маневров обнаружат неизвестные им военные объекты?

– Какого характера будут эти объекты? – спросил маршал.

– Не могу сказать, потому что сам не во всем уверен. Скорее, что-то экспериментальное, необычное. По сведениям Ю-Сима, солнечники что-то такое придумали, то ли гигантские роботы-автоматы, то ли что-то в этом роде.

– Мы находимся в состоянии войны, ваше величество. Разведка – это глаза и уши армии. При обнаружении таких объектов информация проследует по команде до командующего армией или сектором. Он принимает окончательное решение.

– Сделайте акцент на работу разведки при проведении маневров. При обнаружении чего-то, выходящего за рамки обычного, активных действий не предпринимать до вашего особого распоряжения.

– И каким же это распоряжение будет?

– Два варианта. Остановиться и проводить маневры вблизи, но быть готовым нанести массированный удар до полного уничтожения объектов. Нанести удар немедленно, но с тем же результатом.

– Хотя я и не все понял, но полностью подчиняюсь вашему величеству.

– Империя вас не забудет, У-Сум.

– Хотелось бы дожить до этого времени.

– Вы не сможете упрекнуть меня в обмане, так как упрекать будет некого.

– Вы правильно сказали. Боец верит в своего командира безгранично до тех пор, пока уверен, что их судьбы неразрывно связаны.

– Возможно, до нашей победы мы больше не увидимся, – проговорил Сан-Ком. – Да сопутствует вам Шатох, чтобы каждый выполнил то, что должен.

– Да будет так, ваше величество.

«Делай, что должен, и будь, что будет», – мысленно поправил Колдун прощающихся, вспомнив старинный лозунг одного из древних военных кланов на Земле.

Дверь бунгало маршала распахнулась, выпуская гостей, но, к удивлению диверсанта, из нее вышел только один человек. Защитный купол тут же исчез, а Сан-Ком зашагал к следующей цели.

Ночной невидимка двинулся следом, ломая голову над тем, почему Ю-Сим не сопровождает наследника престола и как он здесь оказался, хотя остался на борту яхты.

Темная фигура удалялась в рассеянном свете ночного спутника Софы, когда из-за ствола дерева к ней шагнула другая.

– Маршала взять под охрану, – прозвучал тихий голос разведчика. – Отвечаете за него головой.

«Значит, от У-Сума вышел Ю-Сим, тогда где же главный имперец?» – Колдун помотал головой, ничего не понимая, но продолжал движение за бывшим главой разведки.

У бунгало Я-Рама для наблюдателя все повторилось до мельчайших подробностей. Шумы в эмоциональном потоке и голос Сан-Кома. Вошедший Ю-Сим куда-то исчез, и ниоткуда возник претендент на престол. И тут диверсанта осенило. От злости он даже сжал кулаки. Не зря Ю-Сима зовут Многоликий, значит, гаюны либо украли, либо обладают секретом голографической маскировки. Разведчик входил к претендентам на вербовку в личине Сан-Кома. Но голос… Голос – это уже талант артиста.

«Талантливый ты мой, – мысленно произнес Колдун. – Сверну тебе шею и всего-то делов».

Но, немного поразмышляв, диверсант отказался от своей затеи. Ю-Сим четко выполнял принятые на себя обязательства, и если секрет голомаскировки раскрыт, то с этим уже ничего не поделать. Контрразведке Союза придется в своей работе только учитывать этот факт, но не более.

Сопровождать дальше Многоликого он не стал, а вернувшись к своему бунгало, не зашел в него, а, прислушавшись к своей интуиции, растворился невидимым пятном в тени веранды, приготовившись к длительному ожиданию.

Терпение диверсанта было вознаграждено. Ю-Сим-Сан-Ком поднялся по ступенькам, огляделся по сторонам и пальцами начал массировать свое лицо. Уже через минуту, когда руки от лица были убраны, Колдун, едва сдержал возглас удивления. Перед ним стоял Ю-Сим собственной персоной. Поиграв мышцами лица, как-то по-собачьи встряхнувшись всем телом, он уверенно открыл дверь и скрылся в помещении.

Колдун вспомнил, что в центре подготовки ему рассказывали, что существуют люди с особой пластикой мышц, способные лепить из своего лица и даже тела любой облик. Но внешность еще не все. Необходимо было обладать талантом перевоплощения внутренне, ощущать себя именно тем человеком, каким должны видеть тебя окружающие. В данной трансформации Ю-Сим добился изумительных результатов, не прибегая к голомаскировке или каким-то техническим приспособлениям.

«Вот это работа», – с уважением подумал он о разведчике, отползая от бунгало.

В пределах видимости из окон диверсант появился метрах в тридцати и медленно, будто прогуливаясь, направился к домику.

– Где ты был? – услышал он, войдя в гостиную, но не среагировал на голос и, только повернувшись, сделал вид, что увидел сидящего Многоликого. Подойдя поближе, чтобы в темноте видеть губы говорящего, он вопросительно взглянул на него.

– Где ты был? – более медленно и раздельно повторил Ю-Сим.

Немой объяснил жестами, что ему не спалось, и он вышел прогуляться.

– Без моего разрешения не выходи, – приказал имперец.

Согласно кивнув, синок молча скрылся в своей комнате, где с раннего вечера разобрал постель и даже примял ее своим телом, создав полное впечатление лежавшего в ней человека. Не раздеваясь, он лег, надеясь уснуть, но возбужденный ночными открытиями мозг не расслаблялся, оставаясь бодрым и свежим. Интуиция подсказывала, что приключения на сегодня еще не закончились. За окном начали появляться первые признаки наступающего рассвета, когда он услышал в гостиной шаги разведчика. Дверь в его комнату открылась.

– Вставай, – проговорил Ю-Сим и, когда синок сел, бросил ему на постель бластер, который юноша привычно схватил, одновременно опуская предохранитель и проверяя счетчик выстрелов.

– Нас попытаются захватить. Можешь немного пострелять, но не старайся убивать. Меня не ищи. Все закончится благополучно, – закончил он, не закрывая двери, прошел через гостиную и вышел из бунгало.

«Ну конечно. Попробуй тебя найди, – подумал Колдун. – Но только знаете, уважаемый мазан Ю-Сим, что-то у меня нет никакого желания знакомиться с вашими штурмовиками. Народец грубый, неотесанный, так и жди от него ногоприкладства, а я этого не люблю».

Диверсант, опоясавшись бластером, выскользнул из домика. Со стороны леса к охотничьему комплексу, как в атаку на вражеские позиции, двигались две цепи штурмовиков, одетых в камуфляж под цвет окружающей растительности. Метрах в пятидесяти, впереди цепи, ехали гусеничные роботы, несущие на своих платформах знакомые тарелки излучателей пси-подавления.

Засада готовилась основательно и заранее. Штурмовики наверняка провели в лесу не меньше недели почти без движения и сейчас бодро вышагивали по траве, радуясь закончившемуся ожиданию. Дичь попала в силок. Героев ждала заслуженная награда.

Колдун короткими перебежками двинулся к центру охотничьей базы, где из почвы пробивался родник, вода которого втекала в небольшое озерцо. Берега были красиво обложены валунами, на которых было удобно сидеть. От центрального здания водоем находился метрах в пятидесяти и был виден со всех сторон как на ладони. Учитывая утреннюю прохладу, диверсант был уверен, что солдаты не полезут в холодную воду. Включив голомаскировку, он преодолел последние метры открытого пространства и, свернувшись в клубок, превратился в один их множества камней. Оставаясь невидимым на открытом пространстве, он находился в центре разворачивающихся событий.

Как и предполагал диверсант, никакого сопротивления захвату не последовало. Штурмовики, выбивая двери, вламывались в бунгало, с грохотом переворачивали мебель, обнаружив жильцов, затягивали на их руках наручники и гнали перед собой. Вскоре солдаты достигли центрального здания, где также устроили погром, выталкивая на площадку перед ним окольцованных пленников. За всеми действиями своих солдат наблюдал со стороны командир группы захвата, широко расставив ноги, стоя лицом к комплексу. Наконец пленники были выстроены в одну шеренгу перед ним и замкнуты в плотное кольцо охраны.

– Кого я вижу, – проходя перед строем и вглядываясь в каждое лицо, высокомерно проговорил штурмовик, останавливаясь перед министром.

– Я министр его величества, и вы ответите за этот произвол, – проговорил О-Дас.

– Конечно, отвечу, но не перед вами, – он сделал отмашку рукой, и министр упал перед ним на колени, получив сильный удар прикладом автомата по спине.

– Вы будете говорить только тогда, когда я что-либо спрошу, – произнес штурмовик. – Если вы не хотите визжать, как резаные трини, то я разрешаю сказать, где находятся два интересующих меня человека. Я не вижу здесь, уважаемого мною мазана Ю-Сима и предателя империи Сан-Кома.

– Я их здесь не видел, господин полковник, – из строя раздался голос контрразведчика с Мокри.

Штурмовик заинтересованно посмотрел в сторону говорящего и поднял руку с двумя раздвинутыми пальцами. Прогремел выстрел, и говорун выпал из строя с простреленным черепом.

– Я не спрашивал, здесь ли они, и мне не интересен человек, который о них ничего не знает. О серьезности моих намерений вы можете судить по результату, – он кивнул в сторону трупа. – У меня приказ, подписанный самим императором. Все лица, входившие в контакт с Ю-Симом и Сан-Комом, должны быть уничтожены.

– Я заместитель командующего сухопутными войсками империи, – проговорил У-Сум, – и требую, чтобы ко мне относились согласно действующему положению о старшем офицерском составе. На эту должность меня поставил сам император.

– Мне известно, кто вы, но в приказе нет ни слова о том, что вы говорите. Никакого расследования не будет. Если я не получу необходимый мне результат, то всех вас ожидает процесс считывания памяти. Результат вам известен – полная амнезия. Надеюсь, что сухопутные войска будут успешно действовать и без вашего командования.

Штурмовик еще некоторое время молча стоял перед строем пленников.

– Я так понимаю, что говорить правду вы не хотите, – и, обращаясь уже к солдатам, скомандовал: – Всех в подвал. Приготовить аппаратуру. Через час мы начинаем.

Отвернувшись от начавшейся суеты, он зашагал к водоему и остановился в каких-то двух метрах от Колдуна.

– Красиво, – оглядывая окрестности, произнес штурмовик.

«Палач-эстет», – мелькнуло у диверсанта, уже просчитывающего в голове свои будущие действия.

Работать придется днем, но это его не смущало. Главным было не вызвать паники среди штурмовиков, тогда может последовать либо эвакуация пленников, либо их быстрое уничтожение. По прикидкам диверсанта, комплекс захватили около двух рот штурмовиков, так что особо надеяться на неузнаваемость не приходилось. Воспользовавшись тем, что охрана увела пленных в здание, Колдун опять изменил маскировку, преобразившись в гаюна, и, не скрываясь, двинулся к окраине комплекса. По чистой случайности он заглянул в бунгало, ранее занимаемое О-Дасом. Обстановка здесь была более изысканной, а в углу гостиной красовалось чучело самца рифона. Выпущенные когти, огромная пасть с оскаленными зубами, напряженные бугры мышц, все свидетельствовало о силе, стремительности и опасности зверя.

Чучело делал хороший мастер. Сначала он отлил тело зверя из крепкого пластика, обтянул его тонким слоем мягкой пористой губки и только потом надел шкуру. При этом, не поленившись, высверлил каждый коготь, вставил в него стальной стержень, укрепив конструкцию в застывшем пластике.

– Любите охотиться? Ну я устрою вам охоту, – процедил сквозь зубы Колдун, ударом ребра ладони отламывая лапу хищника. Сейчас в его руках находилась боевая палица предков, выполненная в виде лапы рифона. Остатки чучела он спрятал в шкаф, забросав хранящейся там одеждой.

Свою первую жертву он нашел у крайнего домика. Штурмовик внешнего поста наблюдения лениво сидел на перилах крыльца и изредка посматривал в бинокль в сторону леса.

Удар когтистой лапы пришелся ему точно в шею. Четыре когтя, острые, как бритвы, в одно мгновение разорвали горло и мышцы. Тело с глухим стуком упало на половицы крыльца, заливая их кровью. Чтобы усилить картину произошедшего, когтистая лапа прошлась по лицу и груди штурмовика.

Второй пост «рифон» обнаружил уже гораздо ближе к центру охотничьего комплекса. Зверь опять напал сзади. Лапа хищника ударила солдата по голове. Не надо было быть следопытом, чтобы понять. Зеленая смерть бесшумно спрыгнула на солдата сверху.

Третьего гаюна Колдун решил найти в самом центральном здании комплекса. Природный хищник Софы должен был доказать, что он неуязвим и способен проникнуть в любое место, которое считает своими владениями.

Без проблем миновав двух охранников у центрального входа, диверсант проник в центральное помещение охотничьего комплекса, и тут ему повезло. В центральном зале все неожиданно засуетились. Толпа штурмовиков человек в двадцать ринулась к входной двери.

«Похоже, я не зря старался, – решил про себя Колдун, спускаясь по лестнице, ведущей в подвальное помещение. – Вас, ребята, очень обрадует увиденная картинка».

Он ни секунды не сомневался, что охрана нашла своих товарищей, познакомившихся с зеленой смертью планеты.

– Куда прешь, – рявкнул гаюн, стоящий у двери подвала.

– Лейтенант приказал тебя сменить, – ответил диверсант, – но если ты против, я пойду вздремну еще часок.

– Что там за шум? – спросил часовой.

– Это дикая кошка, рифон, сожрала кого-то из наших.

– Сидели неделю в лесу и никаких проблем, а тут на тебе, – удивился гаюн.

– Когда поймаешь ее за хвост, спроси, что ей вдруг не понравилось.

– Да иди ты, – ответил охранник, но в это время диверсант уже приблизился к нему на расстояние удара, и матовая сталь клинка вспорола штурмовику горло. Следующим движением убийца перехватил автомат и, порывшись в карманах солдата, нашел ключ от наручников.

Синок открыл дверь и в подвале загорелся свет. Сидящие недалеко от ступеней пленники подняли головы. Юноша, стоящий в проеме двери, махнул рукой, предлагая подниматься. Кто-то из группы Ю-Сима узнал его и, не раздумывая, полез вверх. Одно движение – и наручники с агента были сняты, а в руки передан крупнокалиберный футок. Освободив второго пленника, Колдун отправил его с ключом в подвал, не до конца прикрыв дверь, а сам подал знак, что поднимается наверх.

Агент понимающе кивнул.

Теперь нужно было обеспечить проход освобожденным пленникам.

Большой холл был практически пуст. На балюстраде второго этажа стоял штурмовик, контролируя нижнюю часть помещения. Шуметь было еще рано. Синок метнул тяжелый армейский нож, вошедший по рукоятку в висок солдата. Второй клинок, рассекая воздух, пролетел через холл, клюнув в грудь гаюна, стоящего у одной из дверей. Солдат удивленно посмотрел на торчащую из его груди рукоятку ножа и рухнул на пол. Падение не наделало много шума, так как тело упало на мягкое ковровое покрытие.

Юный воин стремительно перебежал холл и прислонился спиной к стене у двери. Дверь открылась, и из ее проема появилась голова штурмовика, в тот же момент получившая удар когтистой лапой в лицо и второй ногой в грудь. Тело влетело в комнату, освобождая проход, а на его месте уже стоял молодой парнишка, одним взглядом охвативший все помещение. Комната была пуста. Судя по находившейся в ней аппаратуре, здесь располагался кабинет для допросов по считыванию памяти. Диверсант ударил когтистой лапой по клавиатуре ближайшего прибора, от которого во все стороны брызнули осколки, и нанес удар в грудь еще живому штурмовику. Извлекая свое оружие из тела, он вывернул при этом наружу два ребра, теперь торчащие из разорванного мундира.

Синок вышел в холл. Наклонившись, извлек из подсумка мертвого гаюна гранату и схватил за воротник мундира труп, поволок его по полу к входной двери, уложив поперек входа. Под тело он засунул гранату, предварительно выдернув чеку и привалив весом трупа спусковую скобу.

У двери в подвал стояло уже несколько человек, то ли ожидая приказа, то ли раздумывая, куда двигаться дальше. Он сделал им знак рукой, указывая под балюстраду. Пройдя под ней, можно было оказаться в противоположной от центрального входа стороне дома. Диверсант побежал в указанном им же направлении, прихватив по дороге валяющийся на полу автомат.

Никого не встретив в пустом коридоре, беглецы вбежали в одну из пустующих комнат. Высокое стрельчатое окно выходило в парк, по которому были разбросаны бунгало для гостей. С минуты на минуту могла подняться тревога и, распахнув окно, синок, пригибаясь, двинулся вперед, прикрываясь кустами, стволами деревьев и стенами домиков. Их заметили, когда беглецы преодолели уже значительный кусок пространства и между стволами деревьев уже просматривалась полоса луга, отделяющая охотничий комплекс от леса.

Тяжелые пули футоков застучали по стволам деревьев, засвистели над головами в воздухе. За спиной прогремел взрыв, отвлекая часть стрелков на новый объект огневого контакта. Два автомата в руках агентов тоже огрызнулись огнем.

Синок заметил, как один из мужчин повелительно раздает приказания. Группа начала рассыпаться вправо и влево. Предстояло преодолеть открытое пространство, а следовательно, создать как можно больше целей, рассредоточив плотный огонь преследователей. Так же Колдун обратил внимание, что несколько человек, прикрываясь кустами и стволами деревьев, поползли навстречу противнику. Ю-Сим, а то, что это был он, диверсант ни секунды не сомневался, действовал грамотно. Необходимо было задержать стрелков, не дать им выйти на кромку деревьев, где они могли заняться прицельной стрельбой по бегущим на открытой местности.

Диверсант, включив маскировочную голограмму, начал смещаться влево, собираясь расширить безопасный сектор отступления. Первому попавшемуся по дороге штурмовику он, неожиданно появившись из куста, свернул шею. Завладев автоматом и подсумком с гранатами, он минут пять, пока не закончились патроны, сдерживал наступление противника на своем участке. Бросив бесполезное оружие и оглядевшись, в доли секунды взобрался на раскидистое, ветвистое дерево, включив маскировочную голограмму.

Стрельба начала постепенно стихать. Колдуну стало понятным, что оставшиеся в живых беглецы пересекли открытое пространство и скрылись в лесу. Сейчас штурмовики немного придут в себя, определятся с потерями, прочешут местность с целью обнаружения раненых и убитых беглецов, сформируют группу преследователей. В лес устремятся в погоню не менее сотни солдат, но это будет не раньше чем через пару часов.

Теперь диверсант начал свое личное отступление. По дороге еще двум штурмовикам очень не повезло – они попали в сектор, определенный инженером для отхода. Оба быстро и практически безболезненно скончались, попав под удар зеленой смерти.

Следы беглецов Колдун нашел довольно быстро и спустя полчаса догнал группу. Из сорока трех пленников в лес прорвалось только двенадцать, не считая его самого. Выполняя свой долг, погибли почти все агенты Ю-Сима. По крайней мере, Колдун опознал только двоих. Не было одного из командующих сектором, исчез контрразведчик с Безила, не попадался на глаза тыловик и два начальника службы общественной безопасности. Исчез О-Даг, видимо, гаюна подвела его довольно крупная комплекция и отсутствие навыков быстрого передвижения. Взгляд порадовался присутствию здесь У-Сума и Я-Рама. Этих людей посетил Многоликий, и они уже были на стороне заговорщиков. Мужчина, руководящий действиями во время побега, был здесь, и диверсант не сомневался, что он и является Ю-Симом.

Бесшумно выскользнув из кустов, он начал присаживаться в метре от группы, и только тогда был замечен одним их телохранителей. Ствол автомата дернулся в сторону опасности, но в последний момент гигант узнал его и опустил оружие.

После быстрого бега все тяжело дышали и, дав им на отдых пять минут, синок сделал едва заметный знак головой, когда поймал на себе взгляд неизвестного.

– Пойду проверю наш след, – проговорил тот, вставая. – Может, кто-то из раненых отстал. Ты пойдешь со мной, – указал он на синока.