Текст книги "Охота на охотников"

Автор книги: Николай Раков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

А-Яр поднялся. За ним встали и остальные присутствующие в каюте.

– Спасибо за информацию, адмирал, – проговорил Мосин. – Не каждый на вашем месте принял бы то решение, которое приняли вы. Я передам все, что здесь прозвучало, союзному правительству.

– Благодарю. На большее я и не рассчитывал, – ответил адмирал.

– С вами можно будет связаться?

– Пока часть флота остается здесь, с этим не будет никаких трудностей. Здесь мой личный код и позывной, – А-Яр достал из кармана кристалл записи и передал его Мосину. – Для связи через корабли империи вы можете просто сказать: «Информация для Упрямца» – и ваше послание дойдет до меня, где бы я ни был. Мои офицеры давно присвоили мне это прозвище, – несколько смутившись, пояснил он.

Солнечники проводили адмирала с его офицерами до шаттла.

– Что творится в этом мире, – проговорил начальник штаба, когда выпускные ворота посадочного отсека начали открываться. – Гордый гаюн, непримиримый противник, попросил помощи у своего врага.

– Он просил ее не для себя, – ответил Мосин.

Упрямые создания, не понимающие своего назначения в этом мире, позволили себе поднять руку на избранных самой вселенной. Восемь представителей великих семей уже никогда не займут свои места в зале совета. Двадцать шесть подло уничтожены, не успев приступить к определенной им миссии. Низкие рабы, позволившие себе нарушить планы великих. Ни гордости, ни чести. Они отказались умереть, убивая себе подобных, чтобы доказать свое право на жизнь. Они будут наказаны. Никакой пощады. Только смертью они искупят свою глупость и непослушание судьбе.

Глава 7
Гая

Их загнали в огромный грузовой трюм транспортника, предназначенный для перевозки рабов. Высокое помещение было разделено на два уровня палубой. Вверху и внизу плотными рядами стояли четырехъярусные узкие лежанки. Никакой постели рабам не полагалось. Место для отправления естественных надобностей располагалось вдоль свободной стены, представляя собой узкий лоток, по которому непрерывным потоком текла вода. В трюме стоял густой запах дезинфекции.

Заняв места напротив друг друга на нижнем ярусе и немного оглядевшись, Самум категорически заявил:

– Эта гостиница мне не нравится.

– Мы за нее не платили. Так что расслабься и отдыхай.

– Да, но если бы мне предложили выбор…

– Ты бы занял место в капитанской каюте.

– В самую точку, командир.

– Мы подумаем над этим.

– Думай быстрее, потому что, как мне кажется, еда здесь тоже придется нам не по вкусу.

– Не брюзжи, как Колдун. Надо было думать, когда выбирал профессию.

– Похоже, нас пытаются убедить, что поместили в отличные условия для полноценного отдыха.

– Полностью с тобой согласен. Установки пси-подавления работают в штатном режиме. Это понятно с первого взгляда по поведению наших сокамерников.

– Бунт на корабле, капитан. Прекрасная тема для обсуждения. Ее реализация положит конец моему недовольству и поднимет настроение, не говоря об уважении к тебе.

– Значит, в настоящий момент это самое уважение находится на самом низком уровне.

– Я бы назвал это степенью высокого старта.

– Если так, готовь своего мыслебока к походу в рубку. Не все же ему, горемычному, пользоваться слегка подсохшим мозговым веществом хозяина. Пусть получит информацию от тех, кто занимается активной мозговой деятельностью.

– Совсем не ожидал получить такую низкую оценку моим талантам. Мне жаль тебя. С кем ты связался?

– Это не мой выбор. Мне предложили то, что было. Если твой мыслитель сообщит, что мы идем не на Гаю, то ты останешься здесь, а я сойду по дороге.

Шуточная пикировка друзей свидетельствовала о том, что они находятся в хорошем боевом настроении.

Шип-топ заворчал, получив приказ отправляться в рубку к гаюнам. По странной причине он терпеть не мог волновой режим их мозговой деятельности. Только обещание получения новой информации или угроза передать его сурусам, шаманам одной из планет, могла заставить его покинуть тело Самума, где он комфортно устроился пару лет назад.

«Ничего, ничего, – напутствовал его психолог, – все бока уже отлежал, можно немного и поработать».

«У меня нет тела, а следовательно, нет боков», – бесстрастно пояснила сущность.

«Шаман приделает, а если не он, то сурусы», – прозвучал бесшумный ответ.

«От вас всего можно ожидать», – заявил на это информационный вампиреныш, просачиваясь в пространство.

Через полчаса, так же недовольно ворча, он передал диверсантам всю необходимую информацию, между делом добавив, что штурман корабля развелся со своей мегерой женой, проживающей…

На этом месте информационный поток был прерван хозяином.

«Сколько раз я тебя просил не засорять мой мозг ненужными деталями», – мысленно рявкнул на своего агента-невидимку Самум.

«А может, она знает больше, чем ее бывший дурак-супруг», – огрызнулась сущность.

Все было понятно. Шип-топ, как всегда, вернулся с прогулки по чужим мозгам в плохом настроении.

Итак. Диверсанты теперь точно знали, что летят на Гаю. Охрану несет неполная рота штурмовиков. Передача транспортника имперским гвардейцам произойдет через двое суток в закрытом для движения секторе. До столицы империи останется трое суток полета. Начальник охраны готов открыть грузовой трюм с перевозимым грузом по телепатическому каналу.

– Будем захватывать корабль? – спросил Самум.

– Все зависит от информации, которую получим от гвардейцев, – проговорил Шаман.

«Опять работать?» – буркнул Шип-топ.

«Не похудеешь», – огрызнулся психолог.

– У нас есть двое суток, – задумчиво проговорил Шаман. – За это время на всякий случай подберем экипаж для этого корыта, создадим штурмовую группу, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

– У тебя есть план?

– У нас нет времени на долгую возню и подготовку к побегу из рабочей шахты, где нас собираются сгноить. Группа будет прорывать охрану космодрома или сдерживать преследующих нас гвардейцев. Ты же не рассчитываешь на посадку у дворца, где нас торжественно встретит сам император.

– Было бы очень неплохо. Я надеялся, что хоть на этот раз стрельба и бег по пересеченной местности нам не грозят.

– Размяться придется. Все, что у нас сейчас есть, так это роба, – Шаман потряс на груди одежду. – Нам нужно будет серьезное прикрытие. Мы оба знаем какое, но его еще нужно найти. Не забывай о томасолах.

– И не только о них. Придется познакомиться и с их гостями.

– Место для встречи лучше не придумаешь, если император, как мы считаем, в доле, – согласился нетрац.

– Без Единственного тут не обошлось. База гостей именно здесь. Зато не придется бегать за ними по всей галактике.

– Захват транспорта будем осуществлять перед самой посадкой на космодром. Посадить его надо где-нибудь в труднопроходимой местности. Объясним диспетчеру уход с маршрута неполадками в маневровых двигателях. Нас, конечно, будут сопровождать топтеры, но зато появится место для маневра. Гвардейцев явно не хватит, чтобы оцепить всю территорию, по которой разбегутся заключенные. Просочимся через редкую сеть облавы и начнем действовать.

– Согласен.

Двое суток прошли для нетрацев в активном рабочем режиме. Пленные были абсолютно безразличны к окружающей обстановке и своей дальнейшей судьбе. Работать приходилось осторожно, учитывая наличие в трюме камер наблюдения. Каждому из диверсантов пришлось провести не меньше сотни гипнотических сеансов. Когда находился нужный по уровню подготовки человек, в его мозг закладывалась программа действий, срабатывающая при выключении установки пси-подавления.

Замена охраны на имперских гвардейцев произошла практически незаметно. Транспортник, выйдя из прыжка, просто сбросил ход. По звукам открытия и закрытия шлюзовых ворот, доносившихся в трюм, диверсанты определили, что на корабле произошла смена власти.

Еще через сутки ворчащий Шип-топ вновь был отправлен на разведку и проведение «вербовки» одного из гвардейцев охраны. «Добровольный» помощник должен был в нужный момент открыть двери грузового трюма, где содержались пленники.

Последние несколько часов перед началом операции нетрацы посвятили отдыху и восстановлению энергетического потенциала своих организмов.

Дверь трюма распахнулась в установленное время, пропустив диверсантов в коридор транспортника. Зомбированный гвардеец стоял у стены, не реагируя на появление пленников. У его ног на палубе лежал оглушенный охранник. Забросив находившегося без сознания гаюна в трюм и вооружившись его парализатором, нетрацы двинулись по коридору к вентиляционному люку. До блока генератора пси-установки им нужно было подняться на две палубы, что можно было сделать абсолютно незаметно только по трубам воздуховодов.

Дежурный офицер блока расслабленно ткнулся головой в поверхность пульта управления режимом работы установки после выстрела из парализатора. Самум несколькими ударами выбил решетку трубы, доставившей их к цели, и оба нетраца спрыгнули на пол генераторной.

Шаман тут же занял позицию у входной двери, сжимая в руках оружие, а психолог склонился над переключателями и верньерами управления частотами генератора.

– Пара минут, и можем спокойно двигаться в рубку, – сообщил Самум о результатах своего труда, подойдя сзади.

– Когда уйдем, нужно будет заблокировать дверь, – проговорил Шаман.

– Сейчас сделаем, – ответил психолог.

Быстро осмотрев замок, он пошарил в карманах потерявшего сознание гаюна и продемонстрировал командиру пластину кодового ключа.

– Проверь, все ли в порядке, и пойдем на мостик, – проговорил нетрац. – Пора брать управление в свои руки.

Режим работы генератора, после того как с ним поработал специалист, не изменился. Установка исправно трудилась в волновом режиме, подавляющем активную мозговую деятельность своих бывших хозяев.

– Все в лучшем виде, – доложил Самум.

Покинув генераторную, нетрацы двинулись пустыми коридорами на мостик, отмечая по дороге то здесь, то там безвольно лежащие тела гвардейцев и членов команды транспортника.

– Полный порядок, командир, – сообщил психолог, первым вошедший в рубку управления.

Действительно, с точки зрения диверсантов, здесь был полный порядок. Дежурная смена мостика находилась в полной прострации на своих рабочих местах. Корабль шел в автоматическом режиме.

– Займись пилотом и штурманом, – приказал Шаман, – за мной капитан, начальник конвоя и связист.

Работать с гаюнами, находящимися в режиме пси-подавления, для профессионалов было детской забавой. Через двадцать минут пилот, штурман, капитан и начальник конвоя, как марионетки, выполняли любой приказ нетрацев.

– Боря, выпусти тех, что мы отобрали, остальные должны остаться в трюме, – отдал приказ Шаман. – Нечего им путаться под ногами и шляться по палубам.

– Ты меня обижаешь, командир. Я не вчера тут прогуливаюсь, – ответил Самум.

Шаман не отреагировал на его реплику.

– Наших вооружить и прочесать все палубы. Передвижение группами по четыре-пять человек, не меньше. Во главе поставь ребят, знающих расположение постов и всех важных точек, отвечающих за живучесть и движение этой лоханки. На каждый пост по два человека с оружием. В машинное и энергоблок по пять человек. Экипаж и конвой с палуб убрать. Куда их деть, разберешься сам. Поставь охрану. Обыск всех без исключения помещений. Особое внимание на те, что закрыты. С замками пусть не церемонятся. Найдите арсенал экипажа. Он должен быть где-то недалеко от рубки. Дополнительно вооружи людей и расставь по коридорам.

– Ты чего-то опасаешься?

– Здесь обязательно должны быть томасолы. На их волновой спектр пси-генератор мог подействовать не так эффективно, – нетрац кивнул на лежащий в креслах экипаж. – Эти фанатики могут взорвать корабль, повредить двигатели или сотворить еще что-нибудь в этом же духе. У двери пси-генератора поставь человек пять крепких парней. Лучше, если найдешь, завари туда дверь. Систему вентиляции, ремонтные люки проверить особо.

– Не волнуйся, все сделаем в лучшем виде.

– Я не волнуюсь. Если мы сейчас допустим ошибку, то времени на ее исправление у нас может и не быть. Подбери себе охрану из двух-трех самых надежных. Пришли ко мне пяток парней. И помни, самое главное – найди и нейтрализуй томасолов. Помни, они очень сильные гипнотизеры и психотехники. На Верме я едва не попался. Почувствуешь опасность при контакте, вали их вмертвую. Выстрел из парализатора еще не гарантия, что ты его взял. Обязательно добавь еще два-три, не меньше. Если у тебя получится прихватить хотя бы одного живьем, побеседуем. Действуй быстро. Возьми вот это, – он протянул Самуму дистанционный капитанский пульт. – Разберешься.

Диверсант, согласно кивнув, вышел из рубки, а Шаман закрыл за ним дверь на кремальеру.

– Кодовый замок, само собой, но так надежней, – прокомментировал он свой поступок, опускаясь в кресло за капитанским пультом.

Быстро разобравшись в назначении кнопок и верньеров, нетрац развернул голоэкран, выведя на него все видеокамеры корабля. Пока никакого движения на палубах и важнейших постах не наблюдалось, зато в грузовом трюме, где содержались пленники, творилось что-то невообразимое. Длительное психоподавление было снято, и теперь мозг каждого землянина или босаванца, получивший свободу, работал в режиме некоторого раздрая, проверяя свою работоспособность. Активизируя все спавшие до этого момента центры управления организмом, он бросал тело человека в неконтролируемое ощущение свободы. Одни пытались все вокруг крушить и ломать, бросаясь на стены и сотрясая многоярусные нары. Другие плакали. Третьи смеялись, обнимая друг друга, безостановочно говорили, не обращая внимания на окружающую обстановку. Островок спокойствия наблюдался только у входной двери, где собрались и спокойно стояли около полутора сотен человек. Получившие программу действий после общения с нетрацами терпеливо ждали, когда откроются двери и они, взяв в руки оружие, начнут выполнять заложенную программу-задание.

Самум подошел к двери трюма, сгибаясь под тяжестью пяти футоков, заброшенных на спину и болтающихся у него на шее. Руки нетраца были заняты ремнями с висевшими на них кобурами лазеров и пистолетов. Свалив груду оружия у двери, он стукнул в нее три раза кулаком и, набрав код замка, распахнул створку. Первому появившемуся в проеме пленнику он вручил парализатор и что-то приказал, кивнув в сторону трюма. Мужчина сместился в сторону и взял под прицел дверное пространство. Каждый следующий выходящий, повинуясь жесту диверсанта, то молча отходил к стене, то, наклоняясь, брал в руки оружие и присоединялся к остальным ожидающим. В коридоре скопилось около полусотни человек, когда в трюме возникла драка. До остальных пленников наконец дошло, что путь к свободе открыт, и они толпой бросились к выходу. Боевики, получившие программу внушения, дружно повернулись, подчиняясь приказу и перекрыв выход, активно заработали кулаками и ногами, сдерживая толпу. Человек с парализатором начал стрелять в глубь трюма. Выпустив еще человек двадцать, Самум что-то прокричал в глубь трюма и захлопнул дверь. Оставшиеся в коридоре были быстро разделены нетрацем на группы по четыре-пять человек, и, получив краткие указания, разбежались в разные стороны, повинуясь жестам своего освободителя.

Шаман облегченно вздохнул. Операция по захвату транспортника развивалась успешно. Важнейшие центры корабля скоро будут находиться под полным контролем бывших пленников.

Психолог еще дважды открывал дверь трюма, пропуская в коридор пленников партиями по пятьдесят человек. За это время к нему вернулись две тройки первой отправленной группы. Свалив у стены принесенное оружие, люди молча разворачивались и вновь исчезали в многочисленных коридорах. Теперь Шаману было трудно отслеживать всю информацию, поступающую на экран голографа. Почти все камеры передавали движение в самых различных частях корабля.

– Отправляю к тебе пятерых, – передал Самум, указывая на пятерку мужчин, двое из которых сжимали в руках автоматы.

– Понял. Приму, – ответил Шаман. – Я проверю посты, а ты начинай зачистку.

Психолог шутливо козырнул и, махнув стоящей рядом с ним четверке, быстрым шагом двинулся по коридору.

На капитанском пульте загорелся сигнальный светодиод, и замигала красная лампочка над входной дверью.

Нетрац бросил взгляд на голоэкран. У входной двери рубки стояла пятерка, направленная к нему Самумом.

– Проходите, парни, – пригласил Шаман, распахивая дверь. – Оружие оставьте у входа, оно вам здесь не понадобится. Ваша задача – видеонаблюдение за палубами. Освободите кресла, – махнул он в сторону лежащих на своих постах гаюнов, – и устраивайтесь поудобнее. Сейчас я переведу на ваши экраны палубное наблюдение. Если увидите что-то странное или где-то противник оказывает сопротивление, немедленно докладывайте мне. Просто наведите курсор на нужный квадрат, транслируемый камерой, и нажмите правую верхнюю кнопку панели.

Наблюдатели, не церемонясь с экипажем, заняли места. Нетрац быстро вывел на их экраны зоны палубных камер наблюдения, оставив себе контроль за важнейшими точками жизнеобеспечения корабля.

– Боря, сообщи, как там у тебя дела, – послал он вызов.

– Пока все в норме. Клиентов складируем в малом грузовом отсеке. Нашли арсенал команды. Парни займутся распределением оружия и усилением охраны.

– Что по томасолам?

– Пока безрезультатно. Кроме меня две надежные группы занимаются этим вопросом. Объяснил приметы изгоев. Вскрываем подряд все закрытые двери.

– Хорошо. Продолжай. Помни об опасности.

– Понял.

Первый сигнал ожидаемой Шаманом опасности прозвучал от одного из наблюдателей.

– Капитан, это вы приказали выпустить всех из трюма?

На экране голографа в рубке появилась заставка, где было отчетливо видно, как из грузового трюма, толкаясь в узкой двери, выскакивали в коридор пленники, разбегаясь в разные стороны.

«Они нанесли первый удар», – понял Шаман, быстро нажимая кнопку герметизации грузового сектора и прилегающих к нему коридоров. Мощные аварийные перегородки плотно закупорили подходы, ведущие к грузовому трюму. Бегущая толпа бросалась на препятствия, но, видя бесперспективность своих попыток прорваться, постепенно успокаивалась.

– Всем приказываю вернуться в трюм, – по громкой связи объявил нетрац. – Ваше присутствие мешает нам успешно закончить захват корабля.

Пленники возмущались, размахивали руками, что-то крича. Часть людей, не слушая приказа, расселась вдоль стен и перегородок, другая потянулась к бывшему месту своего заточения.

– Боря, они выпустили пленников. Будь внимателен. Ищи, – передал на капитанский пульт Шаман.

– Всем патрулям и постам, – жестким голосом проговорил он в микрофон. – Прошу особого внимания. На корабле враг. Он свободно перемещается по воздуховодам и ремонтным коллекторам. Его цель – взорвать корабль. Будьте бдительны в наблюдении. Обращайте внимание на своих товарищей. Их поведение может быть неадекватно. Это специалисты, хорошо владеющие не только оружием, но и приемами гипнотехники. Никто из нас не хочет вновь надеть ошейник раба.

– Витя, – вызвал Самум.

– Что у тебя?

– Похоже, их двое. Мы нашли каюту, где они жили.

– Что-нибудь еще?

– Да. Они не смогут добраться до пульта пси-генератора. Я заварил воздуховод и входную дверь. На воздуховод поставил сюрприз из любимых шуток Колдуна. Теперь у них три пути. Двигатели, энергоблок и рубка.

– Я понял. Действуй дальше.

Присутствующим на борту томасолам не удалось скрыться в толпе блуждающих по всему кораблю пленников, к тому же отвлекающих наблюдателей и посты охраны. Теперь у них оставалось два варианта: либо самим попытаться проникнуть к наиболее уязвимым точкам корабля, либо запрограммировать нескольких пленников, все-таки успевших прорваться в коридоры, и создать из них ударную группу.

Транспортник слегка тряхнуло, но система жизнеобеспечения не включила сигнала тревоги, что означало отсутствие разгерметизации корпуса.

– Боря, что там у тебя случилось? – позвал Шаман.

– Похоже, сработал мой сюрприз. Сейчас проверю, – отозвался психолог.

Через несколько минут он снова вышел на связь.

– Одним меньше, командир, – сообщил Самум. – От головы почти ничего не осталось.

– Ищите второго.

– Ищем.

Немного поразмышляв над ситуацией, нетрац поднялся из командирского кресла.

– Ты и ты, – кивнул он двум наблюдателям, – берете этих паралитиков, – указав на лежащие на полу тела экипажа, проговорил Шаман, – и выносите их в коридор.

Вооружившись парализатором и автоматом, он первым вышел из рубки, контролируя подход к ее двери.

Когда гаюнов вынесли, нетрац лег на пол и прижался спиной к стене.

– Завалите меня этими куклами, и возвращайтесь к наблюдению, – приказал он. – Дверь на кремальеру не закрывать. Контакт со мной голосовой. Связь односторонняя, но пусть вас это не волнует.

Как только все его приказания были выполнены и наблюдатели ушли, закрыв дверь в рубку, Шаман связался с Самумом.

– Боря, меня какое-то время не будет. Я переключил капитанский пульт на тебя. Командуй сам, я на связи.

– Ты что там придумал? Решил в одиночку заняться охотой?

– И да, и нет. Пытаюсь изобразить снайперскую засаду.

– Особо не рискуй.

– Никакого риска. Придет, не уйдет.

– Принял. У меня дел примерно на час.

Нетрац не ответил. Контрольный огонек на его связном устройстве погас.

Шаман повозился, удобнее устраиваясь под наваленными на него телами. Адаптировал свой волновой фон к режиму парализованных гаюнов и замер, наблюдая в узкую щель за коридором.

– Командир, – спустя полчаса раздался в наушнике голос одного из наблюдателей. – Две видеокамеры в двигательном отсеке прекратили передачу.

– В двигательном – что у вас? – тут же прозвучал голос психолога.

– Все в полном порядке, – ответил бодрый голос. – Вырубилось освещение, но мы тут уже разобрались и включили аварийку.

– Крайняя внимательность, если хотите жить. Возможно, это начало нападения. Я иду к вам. Связь не выключайте. Смотрите не подстрелите.

– Ждем, командир, – ответил старший поста.

«Значит, он решил ударить по двигателям», – понял Шаман.

В этот момент в коридоре появились три пленника, успевшие сбежать из грузового отсека до того, как он был загерметизирован. Мужчины едва передвигали ноги, держась друг за друга. Всех троих здорово штормило.

– Капитан, к нам движутся три алкаша, – сообщил наблюдатель.

«Нашла свинья грязи. Сообразили на троих», – с раздражением подумал Шаман.

Троица брела по коридору в сторону рубки, не замечая, что идет в тупик.

Левый крайний, зацепившись ногой за собственную ногу, грохнулся на палубу и остался недвижим. Оставшиеся двое собутыльников, не заметив потери товарища, продолжали двигаться вперед. В этот момент нетрац заметил одну странность. Свободные куртки в области живота на тощих фигурах пленников не болтались, как на вешалке, к чему уже привык глаз диверсанта.

До двери рубки пьяницам оставалось метров пять, и диверсант, не раздумывая, дважды выстрелил из парализатора. Пленники упали на палубу с металлическим грохотом. Оставшийся сзади собутыльник неожиданно резко приподнял голову, а через секунду был уже на ногах. Быстрая реакция не помогла томасолу. Три парализующих разряда сковали мышцы и затуманили сознание. Тело изгоя обмякло и безвольно растянулось на палубе.

– Откуда ты такой смышленый взялся? – проговорил Шаман, когда, сдвинув свое прикрытие, подошел к изгою и перевернул его ногой лицом вверх.

Лицо томасола было почти человеческим, его портил только крупный рот и нос, начинающийся прямо с середины лба. Эмоциональная сфера полностью отсутствовала, что однозначно говорило о глубоком нокауте.

«И рассчитал все точно. Сфокусировал внимание на двигательном отсеке, а сам в полный рост к рубке. Учел даже то, что кто-нибудь обязательно дорвется до спиртного. Что может быть естественней для человека, чем принять сотку, не видя ее годами? С пьяного взятки гладки. По своим стрелять не будут. Где-то тебя этому учили. Сейчас посмотрим, с каким подарком ты шел к нам, урод», – промелькнуло в голове у Шамана.

Диверсант подошел к лежащему на спине землянину и разорвал на его груди куртку. К телу пленника, в области живота, был плотно примотан абордажный заряд, способный направленным взрывом пробить любую перегородку корабля.

– Боря, заканчивай охоту, – проговорил он в мобильный командный пульт. – Второй у меня. Взял тепленьким.

– Везунчик, – отозвался Самум.

– Куда б он делся?

– Да это я не про тебя. Ему здорово повезло, ну и нам, конечно. Скажи, пусть никуда не уходит. Сейчас буду.

– Не торопись. Найди их аптечку.

– Ты что, очень сильно попортил ему здоровье?

– Нет. С этой публикой я уже сталкивался. Произнесет кодовое слово и получает билет до станции «Прощайте, бабушкины шлепки». Нам это надо?

– Понял. Найду что-нибудь подходящее из транков и займусь им по полной программе.

Шаман взвалил тело томасола на плечо и, открыв дверь, вошел в рубку.

– Лихо ты их, командир. Как догадался? – спросил один из наблюдателей.

– Запаха не почувствовал. Трезвые они.

– А выглядели вполне натурально. Я даже позавидовал. Подфартило, думаю, ребятам. Оттянулись немного.

– Можешь поменяться с ними местами, если уверен, что твои яйца выдержат направленный взрыв трех килограммов торлита.

Улыбки в один момент слетели с лиц наблюдателей.

– Так они шли сюда…

– С двумя такими подарками от этого типа, – сбрасывая безвольное тело на палубу, уточнил нетрац.

– А это кто? – рассмотрев лицо лежащего изгоя, спросил другой мужчина.

– Это их поводырь.

– Гипнотизер, что ли? Ну и рожа.

– Кто из вас штурман? – спросил Шаман.

– Я, – ответил высокий худой пленник.

– Посмотри, сколько нам еще осталось до выхода из прыжка.

– Шесть часов, командир, – ответил тот, поработав с минуту за штурманским пультом.

– Отлично, время еще есть.

– Где мой пациент? – спросил вошедший в рубку Самум.

– Забирай, но работать с ним будешь в другом месте. Подбери пару ребят, поставь им гипноблоки. Когда он очнется, не гарантирую, что будет вести себя, как бедная овечка. Очень возможно, попытается взять вас под свой контроль. Потом разговори его любыми средствами. Ты знаешь, какая информация нам нужна.

– Запоет как миленький, – потирая руки, проговорил психолог. – Это для меня вопрос профессионального престижа.

– Вот и престижируйся. Времени у тебя часа четыре. Через шесть часов корабль выйдет из прыжка. Наверняка нас там встретят. Допускаю контрольную проверку. Могут потребовать принять шаттл на борт. В делегации встречающих я буду без тебя как без рук. Так что вытрясай из мутанта все, что сможешь, а я тут познакомлюсь поближе с экипажем.

Психолог распахнул дверь в рубку.

– Заберите, – махнул он в сторону томасола двум вошедшим мужчинам, обвешанным оружием.

Работа с дежурной сменой рубки не заняла у нетраца много времени. Основные блоки, поставленные императорскими психологами, или томасолами, были сняты в первый же час захвата транспортника. Сейчас Шаман устанавливал программы подчинения, одновременно допрашивая и уточняя массу необходимых деталей.

Как он и предполагал, на подходе к Гае транспортник всегда встречал корабль сопровождения императорской эскадры, осуществляя контрольную проверку пришедшего борта перед посадкой. Избежать проверки на борту не удастся, а сделать это было остро необходимо. Шаман, конечно, мог сыграть роль томасола, подорвавшегося при попытке проникновения в генераторную пси-установки, но на этом трудности не исчерпывались. Во-первых, в проверке участвовали томасолы, способные определить программирование экипажа. Во-вторых, любой пленник, попавший под гипнотическое воздействие изгоя, наверняка выложил бы всю правду о захвате транспортника. Второй томасол, с которым сейчас работал Самум, наверняка не будет способен после допроса вполне адекватно себя вести. Нетрац сомневался, что за оставшееся до встречи с контрольной командой время мозг изгоя можно надежно запрограммировать. Последним доводом в его размышлениях оставался не проверенный, но вполне реальный факт личного знакомства томасолов. Проверку необходимо было избежать любым способом. И тут он вспомнил об абордажных минах, едва не прервавших всю операцию проникновения на Гаю.

– Говорит капитан, – включив громкую связь по всему кораблю, произнес Шаман. – Мне необходимы два парня, имеющие опыт работы в открытом пространстве. Прошу учесть рост не менее двух метров. Придется выходить в имперском снаряжении. Кандидаты должны немедленно подойти на четвертую палубу к рубке.

Десять минут спустя он уже инструктировал двоих мужчин. Выйдя на корпус транспортника, они должны были установить абордажные мины: одну на воротах посадочного трюма, другую над одним из двигателей.

– Вот теперь полный порядок, – прокомментировал нетрац, когда два взрыва чувствительно тряхнули корабль.

План освобождения от проверки, придуманный диверсантом, был достаточно прост. Транспортник попал под удар двух метеоритов. Один пробил створки ворот на посадочной палубе, повредив механизмы их открытия и разгерметизировав палубу. Другой попал в один из двигателей, взрыв которого повредил второй. На корабле возникла опасность взрыва всего блока двигательной установки. Посадка на космодроме грозила аварийной ситуацией.

«Расстреливать транспортник они не будут. В худшем случае по переходному модулю попытаются снять экипаж, – решил про себя Шаман. – Корабль лоцману с немногочисленным экипажем захватить не представляет никакого труда. Эвакуировать в пространстве с поврежденного транспортника десять тысяч пленников они не будут. Скорее всего, разрешат посадку где-нибудь в пустынной местности вне космодрома, что нам и надо».

До выхода из прыжка оставался еще час, когда в рубку вернулся Самум.

– Что у вас тут происходит? – спросил он, имея в виду сотрясение корабля во время взрывов.

Шаман рассказал о своем плане, получившем полное одобрение психолога.

– Ну а у тебя какие успехи? – поинтересовался капитан.

– Запел как миленький, – сообщил Самум. – Правда, в самом начале чуть не отдал концы, но я это предвидел и успел блокировать приказ на самоуничтожение. Полученную тобой от экипажа информацию полностью подтвердил и сообщил много для нас интересного.

– Отлично. Расскажешь позже, – остановил доклад Шаман. – Сейчас нам необходимо подготовить парней либо к абордажу лоцмана, либо к побегу. Вариант посадки, скорее всего, будет контролироваться топтерами. Побега из трюма десяти тысяч пленников они не боятся, так что десант с вертушек будет немногочисленный. Я уже подобрал место посадки на карте, – нетрац ткнул пальцем в точку на голоэкране. – Местность, как ты видишь, труднопроходимая, ребятам, после того как покинут транспортник, будет где прятаться.

– Лес и горы, – оценил ландшафт Самум. – Жаль, что это ненадолго продлит их жизни.