Текст книги "Византийское государство и Церковь в XI в.: От смерти Василия II Болгаробойцы до воцарения Алексея I Комнина: В 2–х кн."

Глава третья

Основой византийской государственности была идея авторитета, полного подчинения человеческой личности государству, частного общему. Применение этой идеи отразилось в Византии крайностями централизации: интересы государства сузились, из провинций перешли в столицу, из столицы во дворец и здесь воплотились в лице императора. Развитие власти византийских императоров было неразрывно связано с развитием централизации, для которой прочный фундамент заложен был еще в конце III и начале IV в. и которая к XI в. сделала большие успехи.

Нельзя, однако же, назвать вполне правильным то мнение, по которому власть византийских императоров была абсолютна, не знала никаких сдержек ни в теории, ни на практике.[966]966
  Gibbon, 1004; Finlay, II, 1—2, 461.


[Закрыть] Правда, император в представлении византийцев рисовался как неограниченный монарх, имеющий возможность не стесняться законами, нарушать их по побуждениям личного каприза; но нарушая законы, он поступал как тиран,[967]967
  Tupawtioavxoq тои; vo^iouq той paoi/„sioi> акоттоО. Psell., IV, 126.


[Закрыть] и действия его не считались одобрительными. Возможность фактическая не была еще законным правом. С юридической точки зрения император был не нарушителем законов, а их покровителем и защитником: он – верховный законодатель и управитель, общее благо подданных, не знающий лицеприятия в раздаянии благодеяний, ни гнева в наказании, беспристрастный мздо–воздаятель, воздающий каждому по заслугам, поддерживающий, прежде всего, предписания священных книг, затем постановления семи Соборов и, наконец, вообще римские законы.[968]968
  Epanagog., tit. 2. Ср.: Mortreu.il. Hist, du droit Byzant., Ill, 35.


[Закрыть] Со стороны фактического обнаружения власти император был обставлен если не прямыми, то косвенными ограничениями, которые находились в связи с двумя особенностями политического устройства, во–первых, с отсутствием определенного, признанного законом порядка престолонаследия, во–вторых, с византийским консерватизмом, и в частности консерватизмом формы. Отсутствие порядка престолонаследия вело к тому, что императоры искали для себя опоры в народной воле, становясь через то в известную зависимость от этой последней; византийский формализм, приверженность к традиционным обрядам и внешним условиям жизни вели к тому, что неограниченный монарх должен был слепо покоряться сухой, бездушной и ни для кого не опасной форме, над монархом личным стоял монарх отвлеченный, сдерживал его и ограничивал. В этом отношении византийский формализм, повлекший за собой чрезвычайное развитие церемоний, внешних отличий и титулов, не есть что–нибудь лишенное всякого значения, как обыкновенно думают; все эти церемонии, отличия и титулы имели свой смысл и свое место в политическом строе государства. Частнейшее рассмотрение вопроса об отсутствии порядка престолонаследия и вытекавших отсюда последствиях, а также о внешних, формальных условиях обнаружения императорской власти даст нам возможность ближе познакомиться с положением византийских императоров.

Отсутствие закономерного порядка престолонаследия вело к крайней неопределенности положения византийских императоров. Занятие престола известным человеком составляло благоприятный прецедент для членов его рода, особенно для детей, рожденных, согласно закону Константина Великого, возобновленному Василием I Македонянином, в порфирной комнате (лорфироуёууфш), – оно воспитывало в народе привычку к династии, вырабатывало своего рода легитимизм. Но вполне надежной гарантии оно не давало даже в том случае, если престол долгое время находился в руках одной династии, как например Македонской, владевшей престолом 189 лет. Ни один император не мог считать себя вполне обеспеченным на троне; из общего числа лиц, занимавших престол и причастных к императорской власти, добрая половина окончила жизнь насильственным образом.[969]969
  Итог императоров, трагически лишившихся престола, от Аркадия до Магомета II, подведен у Sabatier. Monnaies byzantines, 21.


[Закрыть] Перевороты были беспрерывны, и нигде не было такого обилия претендентов на престол, как в Византии. Редкая фамилия, редкий выдающийся деятель отказывался в глубине души от надежды облечься в пурпур. В наше время шарлатаны эксплуатируют легковерие людей, предсказывая им богатство и успех в семейной и общественной жизни, а в то время пророчили легковерным императорский престол, и пророчества часто сбывались. Смелый и энергичный человек иногда поневоле даже должен был обращать взоры на престол, так как своими качествами и подвигами возбуждал подозрение в стремлении к узурпации и через это подвергался личной и имущественной опасности, от которой мог избавиться, только взойдя на престол. Людей решительных должно было еще останавливать то обстоятельство, что восстание против царствующего государя, помазанника Божия, считалось отступничеством (апостасией) и каралось анафемой.[970]970
  Zachariae, III, 320—321.


[Закрыть] Но Церковь, охранявшая таким образом престол от узурпаторов, провозгласила вместе с тем устами патриарха Полиевкта, короновавшего Цимисхия, принцип, что помазание на царство смывает грехи. После того следовало ли задумываться перед анафемой и цареубийством, если анафематствованный и убийца в случае удачи получал очищение грехов? Разумеется, здравое нравственное чувство не мирилось с вытекавшим отсюда результатом; Михаил Пафлагон, заподозренный в цареубийстве, в глазах общественного мнения до конца своей жизни носил на челе печать преступления. Но в государстве, где процветал формализм, и у людей, интерес которых заставлял мириться с формальным оправданием, общечеловеческая нравственность не всегда была регулятором нравственных поступков.

При отсутствии закона, дававшего право на престол, признавался и имел силу один лишь факт, и государи заботились о том, чтобы предвосхитить факт в свою пользу. Средствами к тому были: а) система сотоварищества и б) избрание и назначение преемника престола царствующим государем. Оба способа иногда объединялись, оба основывались на императорской воле.

В XI в. практиковались как система сотоварищества, так и способ замещения престола по избранию и назначению царствующего императора, причем иногда прибегали даже к подлогам, только бы доказать, что преемник престола вступил на престол по воле своего предшественника. Константин VIII был коронован и считался сотоварищем Василия II, носил вместе с братом титул царя; после его смерти вновь коронован и сделался самодержавным.[971]971
  На повторное венчание указывают слова патриарха Алексия, произнесенные им при Михаиле Пафлагоне: «Три царя коронованы мною» (Cedr., II, 517). Так как Алексий возведен на престол перед смертью Василия, то третьим царем, кроме Михаила IV и Романа III, мог быть только Константин VIII.


[Закрыть] Перед смертью он избрал себе преемником Романа III, который сочетался с Зоей и был коронован патриархом Алексием. Власть Романа основывалась, таким образом, не только на родстве с Македонским домом, но и на воле императора Константина. Михаил IV вступил на престол и был коронован патриархом Алексием как муж Зои, следовательно, по праву родства и избрания Зоей. Но избрание женой предшественника, а не им самим, считалось недостаточным и был поэтому разослан манифест, в котором (фальшиво) утверждалось, что Михаил IV избран еще при жизни Романа, по его воле.[972]972
  Cedr., II, 506.


[Закрыть] Михаил Калафат был усыновлен Зоей, заблаговременно связан с Македонским домом узами искусственного родства. По смерти Михаила IV он избран на престол Зоей как ее соправитель и был коронован[973]973
  Cedr., 11,534.


[Закрыть] патриархом Алексием, но сверх того еще при жизни Пафлагона, удалившегося в монастырь, его братья, главным образом Иоанн Орфанотроф, подделали от имени императора грамоту, в силу которой Калафат занял во дворце место своего августейшего дяди.[974]974
  Psell., IV, 77 (Zon., IV, 149).


[Закрыть] С первого взгляда может показаться, что содержанием грамоты был призыв Калафата ко двору – Калафат не пользовался милостями Пафлагона, держался в удалении,[975]975
  Psell., IV, 62.


[Закрыть] и грамота открывала ему двери туда, куда вход ему был прегражден. Но эта цель представляется слишком незначительной, чтобы из–за нее пафлагоняне решились на подлог; Калафат мог быть призван ко двору без всяких предосторожностей, как скоро удалился Михаил IV, антипатия которого была причиной устранения Калафата и выселения из Константинополя загород. Невольно является мысль, что содержание грамоты было более важное и касалось не только въезда во дворец, но вопроса о престолонаследии: Калафат в подложной грамоте был назначен преемником Михаила IV и здесь, может быть, скрывается одна из причин, почему Зоя не противилась возведению своего усыновленного сына на престол; она видела, что в случае отказа с ее стороны, его возведут помимо ее желания, опираясь на волю умершего Пафлагона. Константин Мономах был избран на престол Зоей и женился на ней, имел таким образом за собой и родство, и волю старшей из царствовавших после низвержения Калафата императриц. Он был коронован патриархом Алексием[976]976
  Cedr., II, 542.


[Закрыть] и стал управлять в сотовариществе с Зоей и Феодорой, которые носили царский титул. Мономах хотел назначить себе преемника, и только предусмотрительность партии Феодоры и смерть помешали его намерению. Воцарившаяся после Мономаха Феодора еще при жизни назначила себе преемником Стратиотика, который и был коронован Ке–рулларием, прежде чем умерла императрица. Насильственным образом вступивший на престол после Стратиотика и венчанный патриархом Керулларием Исаак Комнин назначил при жизни своим преемником, хотя и неформально, Константина Дуку, который был коронован Лихудом.[977]977
  См. выше, с. 174–175, 188, 190, 201, 213.


[Закрыть] Константин Дука, у которого были сыновья, имел полную возможность применить систему сотоварищества. Младший сын, порфирородный Константин, еще в пеленках украшен царским титулом, старший, Михаил, рожденный до вступления отца на престол, был коронован спустя несколько времени после воцарения Константина Дуки.[978]978
  Psell., IV, 267.


[Закрыть] Диоген, вступивший на престол по избранию Евдокии как ее муж, был коронован Ксифилином и обязан договором поддерживать систему сотоварищества: его пасынки – Михаил, Андроник и Константин – носили титул царей, а когда у Диогена родился от Евдокии сын, то и его Диоген приобщил к сотовариществу, почему прилагается к нему титул царя.[979]979
  См. выше, с. 222, прим. 1.


[Закрыть] Сын Михаила Парапинака, Константин Порфирородный, был коронован в пеленках[980]980
  Psell., IV, 293. О братьях Михаила, Андронике и Константине, как сотоварищах, в греческих памятниках не говорится, но в Италии они считались соцар–ствующими Михаилу: imperante domino nostro Michaele et Constantino Porfiro–genito et Andronico magnis imperatoribus (Когда правил господин наш Михаил, багрянородный Константин и Андроник, великие императоры…) – в шести грамотах. См.: Regii Neap, archivi monum. Vol. V, 67–84.


[Закрыть] при жизни отца. Никифор Вотаниат, получив венец из рук патриарха Косьмы, счел нужным обосновать свою власть на браке с Марией, женой низвергнутого Парапинака, которая по прежним примерам (Зои и Евдокии) могла избранному ею мужу передать престол. Вотаниат предполагал назначить при своей жизни преемником себе Синадина; но это ему не удалось. Алексей Комнин, предварительно соединившись узами искусственного родства с императрицей, его усыновившей, и заключив договор, обеспечивавший ее санкцию в случае успеха, низвергнул Вотаниата и был коронован патриархом Косьмой.[981]981
  См. выше, с. 242, 245, 279, 256.


[Закрыть]

Существование одной лишь фактической основы для императорской власти соединено было с большими неудобствами. Воля императора имела значение только под условием добровольной покорности; назначенный по желанию царствующего государя наследник престола мог быть признан, мог быть также отвергнут подданными, особенно если случались обстоятельства, умалявшие авторитет державной власти, от которой исходило назначение, к каковым обстоятельствам в наш период принадлежало, между прочим, прекращение сначала мужской линии Македонской династии, а затем и женской. Отсюда происходило, что византийские императоры искали других опор для своего трона и заботились о том, чтобы вступление их на престол было признано не только предшественни–ком–императором, но и подданными. Степень заботливости обусловливалась вескостью одного из реагентов: если император, по воле которого преемник занимал престол, пользовался значительным авторитетом, то и восполнять его волю согласием подданных не было особенной надобности, можно было даже совершенно обойтись без согласия; наоборот, если авторитет предшественника был незначителен, а тем более если преемник вступал на престол помимо воли предшественника, то согласие подданных оказывалось необходимым и притом в больших или меньших размерах, смотря по тому, против воли или по воле малоавторитетного государя занял престол его преемник. Как скоро воля подданных получила вес при таком капитальном акте как преемственность престолонаследия, естественно было отвести ей место и при других важных случаях государственной жизни. И действительно, мы видим, что в критических и затруднительных обстоятельствах императорская власть прибегает к содействию народной воли.

Формы обращения к народной воле были традиционные, перешедшие от первых веков христианской эры. До конца III в. выбор императора принадлежал народу, сенату и войску – преторианцам; последние de facto играли наибольшую роль, так что хотя после Тиберия, перенесшего права народа на сенат, и писалось о том или другом императоре, что он избран authoritate senatus, consensu militum, однако же на деле было обратное отношение: избирало войско, а сенат только утверждал, или, правильнее, признавал совершившийся факт. Вступивший на престол император отплачивал за свое избрание: население столицы получало анноны (даровую раздачу жизненных припасов) и конгиарии (даровую раздачу денег), преторианцам вручался донатив (сумма денег, размеры которой обусловливались обстоятельствами). Корпус преторианцев с течением времени исчез, самый сенат сделался тенью прежнего сената, пока Лев Мудрый совершенно не уничтожил его значение.[982]982
  Nov. LXXVHI: ne amplius senatusconsulta fiant (…чтобы впредь сенатских постановлений больше не было). См.: Zachariae, III, 175.


[Закрыть] Но прежние порядки не были забыты и продолжали существовать, хотя и в измененной форме. Место преторианцев заняла лейб–гвардия императоров, сенат составился из чиновной аристократии (как будет показано ниже), буйное население столицы продолжало непрерывно заявлять о себе. Существенная разница та, что после возведения христианства на степень господствующей религии, к прежним политическим агентам прибавился еще один – клир в лице своих представителей, патриарха и его синода. В XI в., при переменах на троне и в более важных случаях политической жизни, имели значение: а) сенат (аиукАлугсх;, уероосна, (Зои^), и так как сенат в полном составе был весьма многочислен, то обыкновенно отборнейшие (то eiacpnov) сенаторы, б) народ (б^цо;, koivov, – rife ayopat;), под которым понималось городское население, купцы, ремесленники, городская чернь, а также пришлый сброд, при смене императоров массами стремившийся в Константинополь[983]983
   Attal., 10.


[Закрыть] в надежде получить на свою долю нечто из императорской благостыни, в) синод (ouvo5o<;) с патриархом во главе и г) императорская охранная стража (т) PaaiA.iicri 5opixpopia). Обыкновенно восшествие на престол совершалось с согласия сената и народа, и каждый претендент, затевая восстание, помышлял о средствах, чтобы привлечь их на свою сторону. В тех случаях, когда смена одного императора другим носила тиранический характер, когда вступивший на престол не мог опереться на волю прежде царствовавшего государя, – на подмогу авторитету сената и народа призывался еще авторитет синода (независимо от коронации, всегда бывшей непременным условием) и царской стражи. Если вопрос шел не о престолонаследии, а о каком–нибудь менее важном, хотя и серьезном случае, имевшем отношение к внутренней или внешней политике, то императорская власть довольствовалась тем, что обращалась к содействию одного какого–нибудь агента, сената или народа, смотря по тому, откуда можно было извлечь больше пользы. Во всех случаях, когда высшая власть обращалась к воле подданных, было в обычае расточать царские благодеяния, и несоблюдение этого древнего обычая считалось чертой неодобрительной в императоре, признаком скупости и неуважения к традиции. Благодеяния выражались в том, что члены сената повышаемы были в чинах и должностях, народу раздавались денежные и другие подарки. В дополнение к благодеяниям, уже оказанным, принято было за правило[984]984
  Attal., 169.


[Закрыть] еще большее обещать в будущем; обещания давались или в речах, которые вновь вступивший на престол произносил к сенату (во дворце) и народу (с дворцового балкона), или в манифестах, которые издавались по случаю вступления на престол (например, при Монома–хе),[985]985
  Cedr., 11, 542.


[Закрыть] или принятия важных государственных мер (например, при Кала–фате).[986]986
  1 См. выше, с. 166– 167.


[Закрыть]

Об участии народа в вопросе престолонаследия и в других важных государственных вопросах в рассматриваемый нами период, равно как о тесно связанном с народным участием обычае царских благодеяний, мы находим достаточно указаний у византийских историков. О том, чтобы сделано было обращение к народу при вступлении на престол Константина VIII и Романа III, сведений нет, и это понятно. Власть последних представителей Македонского дома в мужском колене была достаточно сильна, чтобы не нуждаться в одобрении подданных. Константин VIII был сотоварищем по управлению отца, двух императоров–опекунов и своего брата; принимая в 1025 г. в свои руки единодержавное правление, он чувствовал под ногами крепкую почву. Точно так же и Роман III, будучи избран Константином VIII, считал это избрание достаточной гарантией^во–ей власти. Положение вещей изменилось после смерти Романа III. Власть, «снизошедшая до гинекея», была уже не так авторитетна, да и воля Романа, которому приписано было назначение в преемники Михаила Пафлагона, значила в глазах народа далеко не то, что воля государя, по прямой линии принадлежавшего к Македонской династии. При возведении на престол Михаила Пафлагона необходимо уже было согласие подданных, и истерик считает делом несообразным, что Зоя возвысила его, не заручившись наперед приговором сената и волей народа.[987]987
  Psell., V, 125: oi> сшук/.г|тои yrjcpouq екбеЕдцЕут] ой бгцлои pouX.r|v.


[Закрыть] Недостаток был потом восполнен: получено одобрение сената и народа, в благодарность сенаторам даны новые чины, а народу подарки.[988]988
  Cedr., II, 507: о lodwriq 5ё tf|V те айукАлтиоу блелснеТто ксй то koivov, кш ifiv t&v Kokk&v ЁПЕатсато suvomv, Рабцоц цеу àé loin; irji; аиукА/птои npouxovtag аЕдсоцатсоу uywv. 6copE&v §e Siavo(.iatñ, кш yupioi цшааабцеуо;; то koivov, кш êàâà–яа^ oiKeiouiiEvo^ то umiKoov (Иоанн привлекал на свою сторону синклит и народ и искал благосклонности большинства – виднейших синклитиков награждал высокими титулами, народ подкупал дарами и милостями, располагал к себе подданных).


[Закрыть] То же повторилось при вступлении на престол Михаила Калафата, который купил расположение к себе сената и народа теми же средствами.[989]989
  Attal., 11: (pi/.oiifjcoc тг) аиук/.цга) кш тоц ciXXoic, лросфЕрбцЕУо? шкпкбок; (Он проявлял щедрость по отношению к синклиту и другим подданным); Cedr., II, 535 (Glyc., 590): Tiiiaiq кш a^icb(iaai ttiv auyK?a|Tov ксй ScopE&v 6iavo|iaIc to koivov (<жаловал> синклитикам титулы и почести, а народу <раздавал> дары).


[Закрыть] Когда Калафат решился отправить Зою в ссылку, он не обошелся без сената и народа: в день ссылки был собран сенат, Калафат изложил перед ним мотивы своего поступка и склонил сенаторов в свою пользу; затем собран был народ, Калафат повторил мотивы, выслушал мнения, какие при этом были высказаны, и затем распустил собрание.[990]990
  Psell., IV, 89–90: xfj аиукХ^хю PouWj à÷èõøìïò… кш тои бтщопкои тЛт]0оис; аяояЕфатш… та |i£V Eipr|KEi, ха 5ё пар' airaav Г|КТ|К6Е1… SieXuce ка! toutov tov auAAoyov.


[Закрыть] Здесь, очевидно, призваны были лишь наиболее выдающиеся представители народа; к массе народа, к площадной толпе, Калафат обратился на следующий день с манифестом–воззванием.[991]991
  См. выше, с. 166–167.


[Закрыть] Возведение на престол Зои и Феодоры после низвержения Калафата было плодом общенародного решения;[992]992
  Zonar., IV, 153: пара navrcov x&v те xfjg (3ouXfjq ка! xdiv тои 8гщои Kai aoxmv x&v xr|<; ЕккХ.г|спас;… avryyopEuxo (они были возведены на престол… всем синклитом, народом и церковными иерархами); Cedr., II, 537.


[Закрыть] поэтому, когда собрался сенат, Зоя поблагодарила его, а затем с видного места повела речь к народу и тоже засвидетельствовала свою благодарность;[993]993
  Cedr., И, 539: npoxepov pev лрод xfiv айукХт]то’, slxa rai ek nvot; nepiC07if|c; npoq to nAf|Goq…


[Закрыть] когда все было покончено, от Зои и Феодоры посыпались чины на сенаторов и подарки народу.[994]994
  Cedr., II, 541: fi auyKAr|xoq 7tpo(3i(3aapoi<; eyepaipeio ка1 Scopecov Бгагоцац xo Koivov.


[Закрыть] Возведение Зои и Феодоры было соединено с тиранией против царствовавшего государя, потребовался поэтому голос подданных в усиленном составе, кроме сената и народа в деле участвовала и Церковь. Решение выйти замуж за Мономаха принято было Зоей после того, как она заручилась одобрением охранной стражи и согласием главнейших членов сената.[995]995
  Psell., IV, 112–113: avaKaXunxEi npdq to he pi eauxf|v SopwpopiKov… катаууе?^Xei Kai Tf| EKKpixcp to Socav (3ou^f|. Oavevxoq 5e ка! яар' auxoiq 0EOKivf|xov хои Soypaxoq, ЦЕхака^ЕТхаг o Kcavcxavxivoq (она открывает <решение> страже… возвещает его избранным членам синклита. Когда же они сочли, что это решение угодно Богу, она призывает Константина).


[Закрыть] Мономах, получив в руки скипетр, отблагодарил сенаторов повышением каждого в чине и исполнил обычай относительно народа, раздав деньги.' Когда Мономах задумал переселить во дворец свою фаворитку, Склирену, получено было одобрение сената,[996]996
  Psell., IV, 129: ri аиук^ход… EJtaivouvxEq…


[Закрыть] а когда против него восстал Торник и осадил столицу, император позаботился о том, чтобы заручиться благосклонностью народной массы, которой надавал обещаний,[997]997
  Psell., IV, 159: xo 7iXfj0oq 5гщаусоуг|са<; xfjg tcoXecoi; Kai trfe TtpoXaPouaTig aiixoug Euvoiag cmo5e^a|i£voq, xfjg 5Ё yE |.1 Е?Лойаг|<; maO/.a юопер in' aycoviaiq irpo0Eii; (он произнес речь перед жителями города, воздал им за расположение в прошлом и, Как на ристалище, назначил награды за будущую поддержку).


[Закрыть] – при активном содействии горожан он надеялся спасти столицу и самого себя. Замысливший заговор против Мономаха Роман Бойла постарался прежде всего привлечь на свою сторону сенаторов, которые почему–нибудь были недовольны царем.[998]998
  Cedr., II, 605: ocoi xmv аъукХ^икшу TtpoaKEKpouKOXEq f|cav тф f)uai/xi.


[Закрыть] Когда Мономах хотел назначить себе преемника, помимо Феодоры, последняя поспешила в Великий дворец, около нее собралась охранная стража с избранными сенаторами и провозгласила императрицей.[999]999
  Zonar., IV, 181: i'i те РасЛ^кг] Sopwpopia яроаеррит) сштжа кш if]с; yepouaiai; то EKKpitov, кш аъхокрахсор Ttpoq navxcov avEppr|0r|, cog auxrj ката кА/fipov rfjg u.pyjq npocriKOucru; (вокруг нее собралась царская стража и виднейшие синклитики, и все провозгласили ее императрицей, ибо власть ей полагалась по наследству); Psell., IV, 199.


[Закрыть] Михаил Стратиотик обязан был своим избранием на престол немногим приближенным к трону сенаторам; народ тут был не при чем, равно как и большинство сенаторов. Поэтому Стратиотик простирал свои благодеяния лишь на самых выдающихся и избранных сенаторов, относительно же народа отделывался обещаниями.[1000]1000
  Cedr., II, 614: xotig >.oya5aq 1%оиук^Г|1ои siq ри0|_ю(к аЕ,1Шцатсо' г')уг|Л0ХЕр01Х aviiyaye, icai tov Sfjjiov u7ioay_eaeaiv imznoisuo noXXwv dyaOwv (знатнейшим синк–литикам он пожаловал более высокие титулы, а народ располагал к себе обещаниями многих благ); Attal., 53; Cedr., II, 612; Psell., IV, 209–210 (Zon., IV, 183).


[Закрыть] Стесненный Комнином Стратиотик с целью не допустить народ и сенат до под!6чи голоса в пользу претендента стал раздавать столичному населению подарки,[1001]1001
  Cedr., II, 632: x&v nolix&v suvoiav елшласкн pBsv Kai тойхои<; яЕршТлЕ Kai Scopoig ouvevxe ка! cpiloxinaaiv (дабы снискать расположение горожан, он окружал их заботой и привязывал к себе дарами и щедротами). 634: auveacpiyyE eIq aiixov icov лоллхыу cuvoiuv rat бсорЕш; Kai '/ргцлисп Kai acicopaxcov ОтсЕроуац… eicaaiov x&v auyi

[Закрыть] а со всех сенаторов взял подписку в том, что они не изберут в цари Комнина. Но было поздно: народ и сенаторы, недовольные Стратиотиком,[1002]1002
  Cedr.. II, 635: аХХо гЛ^во;… Kai xmv сюукХгрк&у л:лг)0о<;, ocoi кп iKavax; пара хоО (ЗааЛЁсод e0Epaji£u0rioav (многие другие… а также те синклитики, которые получили недостаточно внимания царя).


[Закрыть] собрались в храме Св. Софии и избрали императором Комнина. Так как действие было насильственное, направлено против царствующего государя, то понадобилось усилить авторитет выбора, и к избирателям присоединилась Церковь в лице ее представителей.[1003]1003
  См. выше, с. 199–201.


[Закрыть] Хотя Комнин был избран по воле народа, однако же он иначе смотрел на добытую власть, полагал, что обязан престолом единственно своему мечу и храбрым сподвижникам. Поэтому он наградил последних, но нет указаний, чтобы он наградил также сенаторов повышением в чинах и народ раздачей подарков. Окончательное возведение на престол Константина Дуки решено было сенатором Пселлом в согласии с другими;[1004]1004
  Psell., IV, 263: airrog… x&v ramcov цен Tmpcr/opouv'cov.


[Закрыть] народ при этом акте не присутствовал. Но тотчас после избрания созваны были не только сенаторы,[1005]1005
  Psell., IV, 264: rr)v укрошюу eioKaXEaapevoq.


[Закрыть] но также городские ремесленные корпорации и вообще народ,[1006]1006
  Attal., 70: auvf|0poia£ та acopaxEia xf|c; л6>.есо<;; Scyl., 651: ё8тщт|у6рт|СЕ про? xr)v 0tiyicXr|T0v кш про? cirav то бгщоикоу те Tfjg ko/jmq icai koivov.


[Закрыть] Дука держал перед собранием речь, в которой излагал программу своего царствования, обещал быть гуманным, милосердным и справедливым, а затем последовали обычные благодеяния, причем не забыты были ни сенаторы, ни горожане.[1007]1007
  Attal., 71: f|oav oi Tinr|0£VTE<; no)J..oi xmv те if)? ауорад Kai xrjg сшукУ–птои pou>.fjq. Scyl., 651: ETi|iT|aE 5e taiv те xfjc; сюукАлугои Kai тои Sfjpou коХкощ {Zon., IV, 197; Glyc., 604; Ephr., 142).


[Закрыть] Константин Дука сделал при этом нововведение: прежде народ собирался вне дворца и получал подарки, во дворец же допускались только сенаторы, удостаивавшиеся чинов; Дука устранил такое разделение, всех призвал во дворец и наградил чинами не только сенаторов, но и ремесленников; историк ставит ему это в заслугу, находя, что он содействовал сближению горожан с сенатом.[1008]1008
  Psell., IV, 265: oi>5e t&v Pavauacov ou§Eva' ai’pei yap Kai тойхоц xoi>g xmv aE,ioj(iaxmv paOpoug, Kai 6tr|pr|(iEVou tecog тоС тсо/ликои yevoug Kai той сшукХг|Т1кои, aoxog acpaipsi то psaoxoixov Kai auvanxEi то SiEaxtbg (…ни даже ремесленников. Для них открыл он чиновную лестницу, и если раньше гражданское сословие и синклитики были разъединены, то он разрушил разделявшую их стену, сочетал расщепленное. – Пер. Я. Н. Любарского). Свидетельство Скилицы (Cedr., II, 634), что и Стратиотик удостаивал горожан чинов, ввиду свидетельства Пселла, может быть принимаемо в смысле раздачи чинов значительнейшим горожанам, но не ремесленникам.


[Закрыть] Выход Евдокии замуж по смерти Константина Дуки в принципе решен был при участии сената и патриарха.[1009]1009
  Attal., 100: ёакёлхг.то г] Аоуоиата Kai ocoi xrjg ттрсотцд rjaav [5ои/л}с, cmv uiixoig 6ё Kai o TtaxpiapxTK (решение принимала Августа, первые из синклитиков, а с ними и патриарх); Gu.il. Apul., 265.


[Закрыть] О Романе Диогене не сохранилось известий, что он выполнил древний обычай царских благодеяний при восшествии на престол, и это нельзя не отнести к числу причин ослабления верноподданнических к нему чувств. Возведению на престол Михаила Парапинака содействовала охранная царская стража.[1010]1010
  Psell., IV, 281: xoug Ttepi if)vauAv|vсрйАакад oiKEioOxai (…привлекает на свою сторону дворцовую стражу).


[Закрыть] По вступлении на престол он привлек на свою сторону сенаторов, наградив их чинами, и, по обычаю, держал к народу речь, в которой указывал, что получил царство как отцовское наследие, милостью Божией, и давал разные обещания.[1011]1011
  Attal., 169: xoiig jj.ev xfjg сгоукА^хои PoiArjg oiicEitbaaaGai Kai xi(iav atixoiig TtpoKaxdp£,aa0ai, ирод 6ё тоис; xf|q ayopag xa cuvf|0r| 5т1цт|уорг|аа1 Kai

[Закрыть] О неблагоприятном обороте дел вследствие столкновения с Урселем сообщено было всему народу,[1012]1012
  Attal., 186: хф §гцяр Jiavti.


[Закрыть] после чего собраны во дворце сенаторы и горожане и Парапинак держал перед ними с царского трона речь по поводу дурных вестей.[1013]1013
  Attal., 187: «avSpsg TtoMtai ка! oaoi тг|д сиукАлугои poiArjg» (граждане и члены синклита) (начало речи).


[Закрыть] Когда против Парапинака поднялось возмущение на Западе и Востоке, он обратился с воззванием к народу и давал обещания.[1014]1014
  Attal., 256–257.


[Закрыть] То же делали восставшие против него претенденты: Вриенний не раз посыла#хрисовулы, наполненные обещаниями сановникам и гражданам столицы,[1015]1015
   Вгуепп., 114, Attal., 257.


[Закрыть] Вотаниат не уступал ему, тоже подсылал лазутчиков, которые приносили хрисовулы с обещаниями даров и почестей.[1016]1016
  Вгуепп., 118, 120.


[Закрыть] Конкуренция двух претендентов закончилась тем, что Вотаниат, как вступивший на престол тиранически, был избран в императоры усиленным представительством народа, т. е. не только сенаторами и простым народом, но также синодом.^^Вотаниат по вступлении на престол отблагодарил за это подарками (деньгами и недвижимостью), возведением в чины и назначением на должности,[1017]1017
  Attal., 274.


[Закрыть] а молва скоро разнесла по Империи, что он избран сенатом, синодом и народом.[1018]1018
  Attal., 298: кара naarQ xf|g сшукА^тои PouAfjg Kai xf|g cuvoSou Kai x&v 5г|цо–TIK&V.


[Закрыть] Когда обнаружился замысел Комнинов после их бегства из столицы, Вотаниат собрал сенат,[1019]1019
  Anna, 101: – ci)v сшукАлугоу.


[Закрыть] сообщил о деле и искал поддержки. Восшествие на престол Алексея Комнина, достигнутое путем военного насилия, не сопровождалось ни согласием сената и народа, ни благодеяниями тому или другому, напротив, у сенаторов отнято и то, что им прежде было дано.[1020]1020
  Zon., IV, 236.


[Закрыть]

Кроме ограничений, связанных с недостатком системы престолонаследия, византийские императоры были еще ограничены в своих действиях обрядностью, придворным этикетом и церемониями. Исполнять положенные по церемониалу обряды, не выходить из рамок традиционных форм жизни считалость непременной обязанностью императора и ничто не освобождало византийского монарха от этой обязанности. Роман 111 Аргир, невзирая на ужасные физические страдания, не выпускал ни одного слова в церемониях.[1021]1021
  Psell., IV, 45.


[Закрыть] Михаил IV в период усиленных припадков падучей болезни должен был выполнять все следовавшее по чину и утешаться лишь сознанием, что благодаря принятым предосторожностям в критический момент он будет скрыт от посторонних глаз.[1022]1022
  Psell., IV, 57 (Zon., IV, 143).


[Закрыть] Для Константина Мономаха в разгар подагры при всем отвращении к труду, требовавшемуся для выполнения церемоний, последние были однако же неизбежны; все снисхождение состояло лишь в том, что на аудиенциях его прилаживали так, чтобы по возможности страдания были менее чувствительны, а на великих выходах в церковь с особенным искусством усаживали на седле, высокие и сильные конюшие поддерживали его с обеих сторон и лошадь вели тихим шагом, причем, дабы она не поскользнулась, снимаемы были камни с мостовой.[1023]1023
  Psell., IV, 164.


[Закрыть] Тщательное выполнение церемоний со стороны императоров вменялось им в добродетель; историк указывает как на признак особого благочестия Вотаниата на то, что он прославлял Господские и другие праздники действиями, положенными по церемониалу.[1024]1024
  Attal., 319.


[Закрыть] Большая заботливость о церемониях иногда имела роковое значение: у Торника столица была почти в руках, но он отложил въезд не только потому, что щадил своих приверженцев, но, между прочим, и потому, что хотел въехать в сопровождении свеченосцев, с императорской пышностью,[1025]1025
  Psell., IV, 158.


[Закрыть] между тем обстоятельства переменились и промедление погубило дело.

Благоговение перед церемониями обусловливалось тем, что, по представлению византийцев, они имели священное значение; церемония была своего рода тайнодействием ((.iwiripiov),[1026]1026
  Psell., IV, 79.


[Закрыть] по характеру и составу напоминавшим церковные чинопоследования. Было бы односторонне считать византийские церемонии продуктом одного христианства, точно так же как односторонне производить их из персидского ритуала на том основании, что церемониальные возгласы и славословия византийцев имеют аналогию с торжественными молениями и воззваниями к Ормузду и Ариману.[1027]1027
  Krause. Byzantinerd. Mittelalters, 122.


[Закрыть] Тем не менее христианское влияние отразилось на них неоспоримым образом, хотя рядом с этим влиянием нельзя не заметить влияний староримских, языческих и восточных – персидских. Под таким совокупным влиянием выработана была, между прочим, обстановка для императвров. Языческий Рим оставил в наследство Риму христианскому культ императоров, который был обставлен внешними приемами, заимствованными от персов. Культ был смягчен и видоизменен под влиянием христианских идей. Христианство, в лице Тертуллиана и др., восставало против него до тех пор, пока он выражался в апофеозе императоров. Но как скоро решено было, что культ есть только способ почтения верховной власти, отцы Церкви не могли против него возражать и христианами допущен был взгляд, что император есть человек, «стоящий непосредственно за Богом, который получил от Бога то, чем владеет, и который ниже одного Бога».[1028]1028
  Boissier G. Etudes des moeurs romains sous 1’empire. Revue des deux mon–des, 1871. T. XCIII, 86.


[Закрыть] При таком взгляде естественно произошло так, что на императора перенесена была известная степень божественного величия, выразившаяся во внешних формах и наименованиях, остатки которых замечаются и в XI веке.

К императору прилагаются эпитеты, указывающие на его святость и божественность. Пселл в панегириках и письмах, в том числе и к частным лицам, называет императора святым,[1029]1029
  Psell., V, 372: ayiou rm&v Paailemg (…нашего святого императора…); 169: irpoi; xf)v ayiav Secnoivav (…святой нашей владычице). To же – Иоанн Евхаит–ский: беапота цои ауш, Оеоббсаахк кш бебатеяте… аукотатск; SeaTtoivaq Kai (3aai?ac–aag rin&v (святой мой владыка, богопрославленный и боговенчанный… святых владычиц наших и цариц). De–Lagarde, 68.


[Закрыть] божественным,[1030]1030
  Psell., V, 433: Beico аитократор1.


[Закрыть] Мономаха величает солнцем,[1031]1031
  Psell., V, 106:.


[Закрыть] сыном Божиим,[1032]1032
  Psell., V, 110: тои GeoC iwTSa.


[Закрыть] его слова – божественными глаголами.[1033]1033
  Psell., V, 350: та тои 0еоО ргщата; 138: 0eicav 0ecmc|iaxcov (божественные предначертания).


[Закрыть] Эпитет святости усвояется императору не только придворными льстецами, но и лицами, не имеющими отношения ко двору, в отдаленных от столицы местах.[1034]1034
  Annal. Ваг., 56: et reversi Bari, ad laudem dedit sancto imperatori Constantino Monomacho (вернувшись в Бари, он возблагодарил святого императора Константина Мономаха); Reg. Neap. arch, monum. Vol. IV, 218: domino Romano Diagenio sanctissimo (святейшему господину Роману Диогену); Vol. V, 10: imperii domini Constantini sanctissimi imperatoris nostri… (господина Константина, святейшего императора нашего).


[Закрыть] Императору отдавалось почитание богоравное (io69eo<;),[1035]1035
  Attal., 175 (Scyl., 704).


[Закрыть] выражавшееся в поклонении (лрооюлтрк;) и в славословиях (ейфпщш); первой заботой придворных, низложивших Диогена после его пленения турками, было разослать грамоты, повелевавшие не воздавать ему такого почитания.[1036]1036
  Attal., 168 (Scyl., 702).


[Закрыть] Поклонение состояло в наклонении головы до самой земли и целовании руки,[1037]1037
  Psell., IV, 49, 210.


[Закрыть] славословия заключались в многолетиях, к которым присовокуплялись хвалебные эпитеты; в этих славословиях даже в XI в., по свидетельству папы Льва IX, удерживалась отчасти латинская терминология.[1038]1038
  PG, CXLIII, 761.


[Закрыть]

Поклонение и славословие принадлежали императору с момента его облачения в императорские одежды и провозглашения (ауаррцак;). Самой важной из царских одежд были багряные туфли.[1039]1039
  Attal., 247: epuOpa mi раоЛеа я&нХа.


[Закрыть] О том, чтобы облечься в них, более всего заботились[1040]1040
  Psell., IV, 274.


[Закрыть] и никогда с ними не расставались, так что по пурпуровым туфлям можно было отличить императора в массе лиц. Во время похода против сарацин Роман III был узнан его солдатами, обратившимися в бегство, только по туфлям.[1041]1041
  Psell., IV, 35.


[Закрыть] Отнятие или отдача туфлей было главным признаком лишения или сложения императором власти, как показывает история Стратиотика,[1042]1042
  См. выше, с. 200.


[Закрыть] или Алексея Комнина, который, овладев Вриеннием, вместо всяких донесений послал императору Вотаниату пурпуровые туфли претендента, унизанные жемчугом и каменьями.[1043]1043
   Вгуепп., 146.


[Закрыть] Кроме того, император облачался в цветные златотканные платья из пурпура, виссона и жемчуга,[1044]1044
  Psell., IV, 45: ctoXaTi; xpuaonaaToiq; Attal., 215: ^Хациба ica'i Puaaov Kai aXoupYiOa; 247: ttjv aA,oupyi8a; Man., 285.


[Закрыть] на голове имел венец,[1045]1045
  Psell., IV, 49; IV, 306 etc.; Zon., IV, 123, 136; Cedr., II, 475: axepavri, 5ia5f||ui, пара, тойфа. Последнее название – простонародное – произошло, по догадке Зонары, оттого, что венец, закрывая уши, делает человека глухим – ТЕТифЮобаи.


[Закрыть] на шее цепь из драгоценных камней,[1046]1046
  Psell., V, 306: атрЕлто? ?а0ок6?Лт1Тод.


[Закрыть] в руке скипетр.[1047]1047
  Psell., IV, 39: актрттрок; катакоацт|аа<;.


[Закрыть] Все это были царские инсигнии.[1048]1048
  Attal., 247: та ifjg fSaai/.duc; лараагцлх.


[Закрыть] Провозглашение обыкновенно происходило в золотом зале – хрисотрик–лине,[1049]1049
  Attal., 142, 169; Cedr., II, 505.


[Закрыть] который вообще служил для торжественных выходов и где стоял серебряный царский трон,[1050]1050
  ' Psell., IV, 49: тголшеХоус; Gpovou; Manass., 285: 0p6voiv apyuporiXxov; Zon.. IV, 136: тф Gpovco… Ёя1 бюкои paai/aKou.


[Закрыть] отделенный от пространства, предназначенного для публики, завесой,[1051]1051
  Psell., IV, 264; Attal., 71: тсарапЕтасца.


[Закрыть] которая, когда нужно было, поднималась и опускалась. О том, как совершалось провозглашение, можно судить по примеру Михаила Пафлагона. Зоя одела его в златотканную одежду, на голову возложила венец, посадила его на трон, сама села около него в подобной же одежде и всем придворным приказала поклоняться и славословить (rcpooKuvetv те Kai eucpripetv) сообща себя и Михаила, что и было сделано. Приказание передано было также находившимся вне дворца, и весь город присоединился к славословию. Затем через эпарха города разослана была повестка сенаторам явиться во дворец для поклонения новому императору. Собравшиеся сенаторы по одиночке подходили к сидевшим на троне царю и царице, кланялись до земли, относительно императрицы ограничивались одним поклоном, а у императора целовали еще правую руку. После того Михаил был РаоЛеи^сштокр&тсор avappr|0ei<; (был провозглашен самодержавным императором).[1052]1052
  Psell.. IV. 49 (Zon., IV, 136).


[Закрыть] Таким же образом был провозглашен Константин Дука, с тем лишь различием, что на трон его посадил и пурпуровую обувь ему надел Пселл и на троне Дука сидел один, все остальное было по обычаю – точно так же поодиночке подходили, покланялись и славословили.[1053]1053
  Psell., IV, 264.


[Закрыть]