Текст книги "Танец наших чувств (СИ)"

Автор книги: Ника Лор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Глава 8
САБИНА

Только мы выехали из посёлка на трассу, Егор включил музыку. Это разбавляло напряженную тишину между нами, но когда я начала вслушиваться в слова песни, лицо запылало от грязных слов в ней.

– Выключи.

– Почему? – невинно удивился он.

Взгляд мой был красноречивее любых слов. Неужели он всерьез думает, что мне может нравиться эта мерзость?

– Классная песня. Хит, между прочим.

– У людей, слушающих такое, начисто отсутствует слух и вкус. У меня язык не повернется назвать это музыкой. Один мусор. Пошлятина, принижающая все моральные ценности.

– Воу, полегче, красавица. Ладно, выключаю, только остынь. Не знал, что твои девственные ушки такие нежные.

Кровь ударила в лицо от его слов. Лучше бы слушала, как какой-нибудь извращенец поет про изгибы женского тела, чем этого наглеца.

– Слушай… – повернулась я к нему, намереваясь высказать все, что не решилась на гонке.

– Кстати, у тебя платье красивое, – перебил он меня, не дав договорить. – Тебе очень идет. И эти винтажные сережки… раньше их на тебе не замечал.

Я вскинула бровь, прожигая его взглядом.

– Не увиливай, Рябин.

Он виновато улыбнулся, как школьник, пойманный с поличным.

– Ладно, ты меня раскусила. Просто не хочу, чтобы мы опять ругались.

– Тогда держи свой грязный язык за зубами, и никаких конфликтов между нами не будет.

Не могу поверить, что папа доверил ему меня везти. В этом парне нет ни капли приличия.

– Да я и так фильтрую свою речь, когда ты рядом, красавица. Просто ты не привыкла к обществу парней. Вот и кажется, что любое мое слово как-то оскорбляет тебя.

– Я часто общаюсь с Митей, – пожала я плечами, давая понять, что его слова – не совсем верны.

– Я говорю о настоящих парнях, а не о тех, кто в колготках танцует.

– Это тайтсы.

– Да какая разница! Одно дерьмо.

От его грубости у меня заложило уши. Чувствую, за эту дорогу я пополню свой запас ругательств, который до этого пустовал. Папа никогда не позволял себе ругаться в нашем с сестрой присутствии.

– Заметь, я пока ни одного матерного слова не сказал, – похвастался он, словно совершил подвиг.

– Вау, – иронично захлопала я в ладоши. – Всего-то двадцать минут прошло. Сомневаюсь, что ты выдержишь еще полтора часа.

– Ради твоих действенных ушек постараюсь, – оскалился он, демонстрируя безупречные зубы.

– Господи, – взмолилась я про себя, не понимая, за какие грехи мне такое наказание.

Отвернувшись к окну, я решила, что если буду его игнорировать, он забудет о моем существовании.

– Кстати, зачем ты в город едешь? – Он не собирался сдаваться.

– На выступление.

– Танцы? – догадался он.

Я кивнула, не поворачиваясь.

На этом турнире соберутся лучшие танцоры города. Я не могла его пропустить. Мне недавно исполнилось восемнадцать, а это значит, что скоро меня должны выдать замуж. Папа об этом еще не заговаривал, но бабушка уже год твердит ему о поисках подходящего для меня жениха. Многие девушки, обычно, уже до своего совершеннолетия обещаны кому-то. Так было с мамой. Ей было семнадцать, когда ее сосватали папе.

– Едешь без партнера?

– Нет. Он приедет позже.

Понятно, что жить в отеле мне никто не позволит. Алиса, как только узнала о моем приезде, предложила пожить у нее. Но я не хотела беспокоить их с Филом. Лучше погощу у дяди Тагара и тети Миры. Тем более, комната Алисы сейчас свободна.

На удивление, Егор замолчал. Мы доехали до города в тишине, нарушаемой лишь гулом мотора. Высотные дома, пестрые вывески захватили мое внимание, пока мы не свернули в жилой квартал.

Егор позвонил дяде Тагару, и тот встретил нас у ворот.

– Все в порядке? – спросил он у меня, бросив на Егора испепеляющий взгляд.

– Что ты, я не самоубийца, чтобы приставать к дочке Рамира, – усмехнулся Рябин.

Я вопросительно посмотрела на него. Как бесстыдно врет! Хотела напомнить ему про поцелуй, но вовремя прикусила язык.

– Может тебе это черта досталось от Яровых? – пожал плечами дядя и, обняв меня за плечи, повел внутрь дома.

Обернувшись, я увидела, как Егор подмигнул мне. Нахал! Он флиртует со мной прямо перед дядей? Псих!

– Здравствуй, Саби, – встретила меня тетя Мира, заключив в крепкие объятия. – Я подготовила комнату Алисы..

– Спасибо большое, что согласились приютить меня.

– Да что ты. Лучше расскажи, как уговорила отца отпустить тебя на турнир?

Тетя проводила меня на кухню и поставила передо мной тарелку с печеньем. Я проголодалась в дороге и сразу же отправила в рот одно печенье.

– Это было непросто, – призналась я. – Но я сумела найти нужный подход к нему.

– Женские слезы? – усмехнулся дядя, беря одно печенье. – Этот мужик не может им противиться.

– Почти, – хихикнула я. – Мне уже восемнадцать, скоро нужно будет выходить замуж. Боюсь, что муж не позволит мне и дальше продолжать танцевать. Для меня этот турнир – словно последний вздох свободы.

Брови тети Миры взметнулись вверх, она вопросительно посмотрела на мужа.

– Рамир тебе что-нибудь говорил об этом?

– Нет. Его пугает только одна мысль о том, что его дочерей нужно будет выдавать замуж. Не думаю, что в ближайшее время он отдаст тебя кому-то, Саби. Хотя по нашим традициям тебе уже давно должны были найти жениха.

– Бабушка давно бьет тревогу, – подтвердила я.

– Не переживай. Твой отец никогда не отличался любовью к соблюдению всех правил.

– Кто бы говорил, – хмыкнула тетя Мира.

Меня всегда поражало, что дядя Тагар ради своей любви пошел против семьи и покинул табор. Они с тетей Мирой – пример настоящей любви. Об их истории до сих пор судачат в поселке. Кто-то считает дядю предателем, а кто-то мечтает о такой же сильной любви.

Отдыхать и наслаждаться городской жизнью было некогда. Почти каждый день я ездила на репетиции. Обычно меня отвозил Жан, но иногда его подменял Егор. Со вторым всегда возникали проблемы.

Он постоянно торчал в зале. Из-за него Митя отвлекался и не мог сосредоточиться.

– Нет! Все не так! – кричала Жанна Геннадьевна, наша преподавательница.

Я потерла лоб, пытаясь разгладить морщинку недовольства.

– Митя, ты не слышишь музыку, не чувствуешь партнершу. Соберись, иначе вас обоих ждет провал на турнире. Еще раз пробуем!

Мы взялись за руки. Я подняла взгляд на партнера, но он снова смотрел куда-то мне за спину.

– Игнорируй его, – рявкнула я, привлекая внимание Мити.

– Это сложно, когда он взглядом пытается прожечь во мне дыру.

Заиграла музыка, и мы начали двигаться по залу.

– Почему ты не рассказала отцу о поцелуе? – спросил Митя, наклоняя меня и придерживая за спину.

– Он убьет его.

– Разве он этого не заслуживает? – вскинул он бровь, резко поднимая меня.

– Заслуживает, но я не хочу, чтобы мой папа становился убийцей.

– Оу, – протянул Митя, задумавшись. Его внезапное молчание напрягало, но потом в глазах мелькнул хитрющий огонек. – Может, тогда мы сами ему отомстим?

– Егору? Как?

Я бросила взгляд в сторону Рябина. Он сидел на скамейке, скрестив руки на груди, и буравил нас недобрым взглядом.

– Позволь мне показать, – прошептал Митя и притянул меня к себе так близко, что моя грудь коснулась его тела, а спина выгнулась дугой.

– Ой! – воздух выбило из моих легких.

– Клянусь, этот идиот сейчас сойдет с ума, – растянулся в усмешке друг.

Я выдавила улыбку, хотя все тело было чертовски напряжено. Слишком близко.

Мы продолжили танец, слыша восторженные комментарии преподавательницы.

– Вот это я понимаю: страсть! Мне нужны от вас чувства! Яркие, горячие!

Ее речь прервал звонкий звук разбивающегося стекла. Осколки разлетелись по паркету, достав до наших ног.

– Упс, какой я неуклюжий, – пробормотал Егор, держа в руке горлышко от разбитой бутылки.

Мое внимание привлекло его искаженное яростью лицо. Губы растянулись в кривой усмешке, а карие глаза метали молнии в Митю.

Я встала перед другом, загораживая его от Рябина. Не позволю перед главным турниром в моей жизни покалечить моего партнера.

– Думаю, на сегодня хватит тренировок, – произнес он хриплым голосом, от которого мурашки пробежали по коже. – Переодевайся, я отвезу тебя домой.

Егор поднялся и, не сказав больше ни слова, вышел из зала. Он был в ярости.

– Уходите отсюда, пока не поранились, – проворчала преподавательница.

Мы с Митей разбежались по раздевалкам и быстро переоделись.

– Нам удалось его взбесить, – посмеялся друг, встретив меня в коридоре.

– Надеюсь, он не выбьет тебе второй зуб, – искренне сказала я. Егор выглядел просто разъяренным.

Разве тот поцелуй для него не был просто развлечением? Я не ожидала, что наша игра заставит его так сильно разозлиться.

– Я занялся боксом, ему придется постараться.

– Ах, вот как, – оглядела я друга с головы до ног.

За последний месяц он изменился. Плечи стали шире, руки сильнее. Но до этого я думала, что он просто повзрослел.

– Пока я не добился высоких результатов в своем новом увлечение, поэтому не хотел говорить.

Выйдя на улицу, мы обменялись формальным «до свидания», и я скользнула в салон машины Егора. Двигатель взревел, и мы погрузились в молчаливую поездку по вечернему городу. Мне всегда нравилось это время – наблюдать, как город дышит: кто-то устало возвращается с работы, другие неспешно прогуливаются с питомцами, наслаждаясь остатками дня. Город бурлил жизнью, в отличие от тихого посёлка, где время текло лениво и неспешно. Мне не хватало этого движения, этой энергии.

– Ты нарочно разбил бутылку, – нарушила я тишину.

Я физически ощущала, как вибрирует от напряжения тело Егора. Он все еще кипел.

– Да. Но лучше бы я разбил башку этому… – он запнулся, словно подбирая слова, – ничтожеству.

– Ничтожеству? – иронично вскинула я бровь. – Митя ничего плохого не сделал.

– Он трогал тебя.

– Мы просто танцевали.

Машину резко бросило в сторону, когда Егор вывернул руль. С визгом тормозов мы остановились у тротуара. Это было опасно.

– Что ты делаешь?

Егор повернулся ко мне. Глаза сузились, в них плескалась неприкрытая ярость. Он подался вперед, так близко, что его дыхание опалило мою щеку.

Инстинктивно мои ладони взлетели, пытаясь создать между нами дистанцию.

– Ты слишком близко.

– Разве?

Его рука скользнула на мою спину и притянула меня ближе, лишая воздуха. Я отвернула голову, чтобы не уткнуться носом в его грудь.

– Прекрати сейчас же, – попыталась скомандовать я, но голос предательски дрогнул.

– Почему? Тебе не нравятся мои прикосновения? Я трогаю тебя там же, где были руки твоего чертова партнера.

Его пальцы коснулись колен. Мое дыхание резко перехватило, когда его рука уверенно двинулась вверх по бедру.

Это было совсем другое.

Я никогда не испытывала ничего подобного. Мое тело реагировало на прикосновения этого негодяя иначе, хотя он не позволял себе большего, чем Митя.

– Твое дыхание участилось. Неужели ты возбудилась, красавица, от того, что я лишь прикоснулся к тебе? – прошептал он на ухо, обжигая кожу, и быстро отстранился.

Я судорожно выдохнула. Сердце бешено колотилось в груди.

– Возбудилась? – резко повернулась я к нему. – Нет! Я просто в ярости.

Я распахнула дверцу и выскочила на улицу. Вечерний прохладный ветер немного остудил пыл, но тело продолжало странно пульсировать. Это дико раздражало. Я всегда держала свои чувства под контролем, а теперь даже не понимала, что со мной происходит.

– Сабина, сядь в машину, – Егор выбрался из автомобиля. – Это небезопасно.

Я не была уверена, что смогу выдержать еще хотя бы минуту в его обществе. Рванув с места, я побежала прочь по городским улицам. Мне нужно было выплеснуть эту внезапно проснувшуюся энергию, чтобы вернуть контроль над своим телом, над своими чувствами.

ЕГОР

Эта сумасшедшая девушка сведет меня с ума. Бросив машину, я сорвался с места в погоне за Сабиной, спиной ощущая недоуменные взгляды прохожих. Обычно всё наоборот – это девицы вешаются мне на шею, а не я несусь за ними сломя голову. Но если я потеряю Сабину, то сначала Тагар вывернет мне шею, а следом Рамир перережет глотку. Останки поделят между собой Жан и Рома.

Чёрт! Кажется, я упустил её…

Встав посреди перекрестка, заполненным людьми, я растерянно крутил головой, пытаясь понять, куда эта шальная побежала.

– Великолепно, – пробормотал я, доставая телефон.

Мне было известно, что у каждой женщины группировки в украшениях вшит чип, да и в мобильник тоже – на случай их похищения.

– Егор, что стряслось? – отозвался Жан, едва я дозвонился.

– Скинь мне координаты Сабины. Я её потерял.

– Что-о-о?! – взревел он так, что телефон едва не треснул.

– Чувак, это не моя вина. Она убежала от меня.

Жан выругался.

– Ты наверняка что-то выкинул. Когда я узнаю, что именно, то будь готов отвечать за свое дерьмо.

– Да-да, конечно. А теперь, будь другом, кинь мне её местоположение, пока она не отыскала приключений на свою…кхм.

– Егор, я тебя прикончу, – прошипел Жан и сбросил вызов.

Секунды спустя пришло сообщение с координатами. Пока я пытался разобраться в карте, меня грубо затолкнули в темный переулок. Молниеносно скрутив одного ублюдка, я вывернул ему руку, но второй ударил под колено, заставив рухнуть на мостовую.

– Сучьё детдомовское! – взревел я.

Из сумрака выступил Кирилл. Я лихорадочно оглядел переулок, ища Сабину, но её не было видно. Это немного расслабило меня.

– Оставьте его, – скомандовал рыжий.

Его шестерка убрала руку с моего плеча, и я поднялся. Первый парень, скрючившись от боли, прожигал меня ненавидящим взглядом. Второй, кучерявый, дышал в спину, упирая в неё дуло пистолета.

– Где твоя дружелюбность? – усмехнулся я, обращаясь к их лидеру.

– А где твоя гордость, Егор?

– О чём ты, Кирилл? – я вскинул бровь. Этот парень начал раздражать меня даже больше, когда мне стало известно, кто он такой.

– Зная теперь истинную сущность Ярова, ты все равно пляшешь под его дудку. Он использует тебя, как цепного пса, для защиты своих сыновей. Готов сдохнуть за этих выродков?

– Этих выродков я считаю своими братьями, тебе не понять.

Его глаза опасно сверкнули. Он рванулся ко мне, но резкий женский голос остановил его.

– Егор?

Я обернулся. В начале переулка стояла Сабина. Вот только её здесь не хватало!

– Что вы с ним делаете? Отпустите его, иначе я вызову полицию! – голос её дрожал, и я не мог понять, от страха или от холода. Однако во взгляде читалась стальная решимость, и было ясно, что она ничуть не боится этих подонков… А стоило бы, глупышка.

– Кто это? – поинтересовался кучерявый. – Одна из твоих шлюх?

– Да, так что, если вы не возражаете, я продолжу развлекаться с этой красоткой, а вы пойдёте строить коварные планы, как нас убить. Идёт?

Рыжеволосому явно не пришёлся по душе мой расклад. Он не сводил глаз с Сабины. Полумрак скрывал её волосы и смуглую кожу. В обычной одежде трудно было признать в ней цыганку, иначе эти шакалы давно бы сообразили, кто она такая.

– При нашей следующей встрече, – Кирилл опасно приблизился, дыша ненавистью, – ты проклянёшь тот день, когда связался с Яровыми. Все, кто рядом с ними – умирают. Твой отец не был исключением, и тебя постигнет та же участь, Егор Рябин.

– Зато я знаю, кто мой отец, – огрызнулся я. Маска невозмутимости на его лице дала трещину. – А ты лучше ещё раз переговори с Воронцовой. Она принесла тебе один документ, но вот второй, хранящий ответ на вопрос: за что Руслан бросил тебя, благополучно продолжает пылится в сейфе.

Сначала я думал, что это ублюдок солгал мне, чтобы я примкнул к нему. Но сейчас, глядя на его растерянное лицо, я понял – он и сам не подозревает, чьим отпрыском является на самом деле.

Развернувшись, я подошёл к Сабине, схватил её за руку и вытащил из переулка.

– Что это было?

– Уличная шпана, – отмахнулся я.

Внутри всё похолодело от одной мысли, что могло случиться, если бы эти отморозки догадались, кто она такая. Даже думать об этом не хотелось.

– Егор, мне больно.

Я остановился и повернулся к ней, чтобы понять, в чём дело. Она смотрела на наши сцепленные руки. Я слишком сильно сжал ее.

– Чёрт, – я ослабил хватку. – Зачем ты убежала?

– Мне нужно было прийти в себя, – пожала она плечами.

Я поднял взгляд и увидел, как из переулка выходят детдомовцы. Тьма больше не скрывала Сабину.

Она, заметив моё рассеянное внимание, обернулась. Я резко прижал её к себе, не давая мерзавцам разглядеть её лицо, но было поздно.

Взгляд рыжеволосого помрачнел. Он догадался, кто она. Дерьмо! Надо валить отсюда как можно скорее.

Я втолкнул Сабину в машину и сорвался с места, оставив за собой свист шин.

– Что происходит?

Управляя машиной одной рукой, другой я набрал сообщение Филу, предупредив о шастающих по нашему району врагах.

– Тебе отец говорил, что не все парни джентльмены? – бросил я на девушку строгий взгляд. – Так вот, те парни были плохими. Тебе следовало бы бежать от них, а не идти к ним навстречу.

– Мне показалось, что ты был в опасности.

– Красавица, я могу за себя постоять, – ее беспокойство за меня грело мне душу, но сердце до сих пор продолжало бешено колотиться в груди от полученного адреналина. – Но постоять за себя и одновременно защищать тебя было бы проблематично.

Блин! Мне реально стало страшно. Я никогда не нёс ответственности за кого-то. Меня всегда забавляло, как Жан трясётся над своими сёстрами, или как Яровы и Гырцони, словно помешанные, оберегают женщин своих семей от всего на свете. Кажется, я начинал понимать их.

Если бы Сабина попала в руки этих выродков… Я бы себе этого никогда не простил.

– Хорошо. В следующий раз, когда на тебя нападут хулиганы, я убегу и брошу тебя им на растерзание.

– Это будет разумно, – кивнул я.

Пусть лучше убьют меня, расчленят на куски или пытают до скончания времён, чем она попадёт в лапы к этим похотливым ублюдкам.

Глава 9
САБИНА

Я подправила блузку, заправив её в юбку. Какое облегчение, что на девичнике не было строгого дресс-кода, иначе пришлось бы судорожно искать подходящий наряд в городских магазинах.

– Готова? – в мою комнату заглянула тётя Мира.

Я покрутилась, демонстрируя свой скромный, но элегантный наряд. Я взяла его для вручения наград после турнира. Второе платье, более торжественное, приберегла для самой свадьбы.

– Великолепно, – искренне похвалила она.

С первого этажа донёсся нетерпеливый крик Ромы. Младший сын тёти Миры никогда не отличался ангельским терпением.

Вскоре мы спустились к мужчинам. Дядя, с обожанием во взгляде, встретил свою жену, заключив её в крепкие объятия.

– Избавьте меня от этого, – закатил глаза Рома.

Жана я видела дома нечасто. Он всегда был в разъездах, и из-за этого выглядел вечно уставшим.

– Поехали. Иначе молодожёны прибудут раньше нас, – скомандовала тётя.

– Я всё ещё надеюсь, что они поссорятся и никакой свадьбы не будет, – равнодушно протянул Рома, закинув руки за голову. – Чем Стас думал, когда решил жениться на дочери мента?

Невеста Стаса училась в одном классе с Алисой, и сестра не раз отзывалась о Вике как о милой и доброй девочке.

– А что такого плохого в том, что её папа – полицейский? – искренне удивилась я.

Рома резко обернулся ко мне, но, заметив взгляд родителей, смутился и виновато улыбнулся.

– Я просто ненавижу полицейских.

– Потому что любишь нарушать правила, – усмехнулся Жан и дал легкий подзатыльник брату.

До караоке, где решили отметить девичник, доехали быстро. Мужчины же отправились через дорогу, предаваться азарту бильярда.

Едва я переступила порог заведения, Алиса бросилась ко мне в объятия. Мы виделись всего пару раз с тех пор, как я прибыла в город. Ее муж много работал, и не мог часто привозить ее в родительский дом.

Тут же была и её бабушка – мама тёти Миры. Но женщина выглядела настолько молодо, что даже Алиса называла её просто тётей Лерой.

– Саби, могу поклясться, твой отец вениками отгоняет от дома ухажёров, – хихикнула она.

Я смущённо улыбнулась такому комплименту и присела на диванчик.

Тётя Соня, мама жениха, поздоровалась со мной. Мы редко общались, поскольку она почти всегда находилась рядом со своим мужем на праздниках. Дядя Руслан старался не оставлять её одну в больших компаниях.

Вскоре приехала и невеста. Вика, как и рассказывала Алиса, оказалась миниатюрной и хрупкой девушкой.

– Вика, это Сабина, моя двоюродная сестра. Сабина, это Вика, – представила нас друг другу Алиса.

– Рада познакомиться, – улыбнулась я ей. – И поздравляю тебя.

– Спасибо большое, – робко ответила она.

В ней не было той уверенности, что излучала Алиса. Вика заметно стеснялась всеобщего внимания.

Когда к ней подошла тётя Соня с тихими поздравлениями, я поймала себя на мысли, что в их сдержанных улыбках и взглядах есть что-то общее.

Внезапно мои глаза опустились на странное устройство на ухе Вики.

– Что это? – спросила я у сестры.

– Это слуховой аппарат, – пояснила она. – Пожалуйста, не обращай на него внимания. Вика этого стесняется.

Девичник проходил довольно спокойно. Я боялась, что будет что-то вульгарное, но мои опасения не оправдались.

Аня, дочь тёти Сони, развалившись на диване, самозабвенно пела в микрофон, игнорируя наши недовольные лица. Она одна была одета в спортивный костюм, а не в платье.

Мы беседовали с Алисой и Викой, пока нас не отвлёк странный дым. Первая мысль была о том, что случился пожар.

– На пол! – раздался резкий мужской голос.

Алиса мгновенно нырнула под стол, потащив нас с Викой за собой. В воздухе разразились выстрелы. Что происходит?

В полном замешательстве я не сразу поняла, как тётя Мира укрыла меня за диваном.

С другой стороны я заметила мужчину, который, казалось, хотел что-то сказать, но вдруг его тело странно дёрнулось, и брызги крови окрасили белоснежную стену. Я вскрикнула, но тётя тут же зажала мне рот.

– Дамы, где вы прячетесь? – зловеще протянул мужской голос. Он показался мне ужасно знакомым.

Мы замерли, стараясь не дышать.

– Кто-нибудь знает, как это работает? – прошептала тётя Лера.

В её руках был пистолет. Она, видимо, выхватила его у охранника, который лежал бездыханным на полу. Господи! Его убили. И нас тоже скоро убьют…

Вика помогла женщине разобраться с оружием. Откуда она знает, как обращаться с пистолетом? Ах, да, её отец – полицейский.

Тётя Лера подняла руку и нажала на курок. Грохот выстрела оглушил меня, куски штукатурки посыпались сверху.

– Вам лучше уйти! – прокричала она.

– Мы пришли за вами и не уйдём без вас, красавицы.

– Малыш, мне за сорок лет. Не думаю, что слово «красавица» подходит для меня.

Послышались медленные шаги. Ещё один выстрел, и снова тишина.

– Все в порядке? – к нам заглянул парень.

Я с облегчением узнала Жана, но радость тут же сменилась ужасом. Его рубашка, ещё пару часов назад безупречная белоснежная, теперь была залита багровой кровью.

– Машины ждут вас снаружи. Идите, – махнул он рукой в сторону выхода.

Я опустила взгляд и увидела на полу тело парня. Кучерявые волосы… Это был один из тех незнакомцев в переулке!

Я оцепенела от страха, не в силах произнести ни слова, не то что сообщить, что уже видела его. Тётя Мира подтолкнула меня, заставив перешагнуть через тело.

На улице нас окружили мужчины и быстро рассадили по машинам.

Я оказалась вместе с Алисой и Ромой. Егор, с безумной скоростью, мчал нас по ночному городу. В другой ситуации я бы сделала ему замечание, но сейчас пролетавшие мимо дома меня совершенно не волновали.

– Его убили… – всхлипнула я.

Перед глазами вновь и вновь возникали жуткие картины: багровая кровь, растекающаяся по стене, безжизненное тело охранника, его остекленевший взгляд, устремлённый в пустоту.

Меня захлестнула волна неконтролируемого ужаса. Слёзы хлынули из глаз безудержным потоком, обжигая щёки. Дыхание сбилось, превратившись в прерывистые, болезненные вздохи. Я затряслась всем телом, обняв себя за плечи, не в силах унять дрожь.

– Саби, всё в порядке, – попыталась успокоить меня Алиса.

Всё в порядке?! На наших глазах убили человека! Это совсем не в порядке!

Я попыталась закричать, но из горла вырвался лишь хриплый, задавленный стон. Мир вокруг расплывался, теряя очертания.

– Меня тошнит… – прохрипела я.

– Егор, останови машину!

Как только автомобиль замедлился, я вылетела из салона. Весь ужин мгновенно покинул мой желудок.

– Алиса, сядь в машину! – услышала я грубый голос Егора.

Внезапно перед глазами появилась бутылка воды. Я схватила её и прополоскала рот.

– Его убили… – повторила я, словно в бреду. – И нас хотели убить. Почему нас хотели убить?

Егор забрал из моих рук бутылку. На его лице отражалось напряжение. Брови сдвинуты на переносице, губы плотно сжаты в тонкую линию.

– Там был тот парень. Мы видели его в переулке…

– Сабина, – перебил он меня, – не думай об этом.

Из меня вырвался нервный смешок.

– Не думать? Я только что видела, как убили человека, Егор! И ты говоришь мне не думать об этом? Те люди пришли за нами. Они хотели убить нас. А тот охранник защищал нас…

Он схватил меня за плечи и встряхнул.

– Тебе нужно успокоиться. Ты получишь ответы на все вопросы, но сначала приди в себя.

Я замотала головой, не в силах вымолвить ни слова. Ноги стали ватными, перед глазами всё расплывалось. Я схватилась за рубашку Егора, теряя сознание. Всё вокруг потемнело, но я чувствовала тепло его тела, горячее дыхание и сильные руки.

Не знаю, сколько я пробыла без сознания, но, когда открыла глаза, увидела обеспокоенное лицо теть Мира. Я резко вскочила и бросилась к ней в объятия.

Она слегка отстранилась, и её хмурый взгляд оценивающе прошёлся по мне.

– С тобой все хорошо?

Я не сразу поняла, что она имеет в виду. Но мозг услужливо подбросил мне кровавые картинки девичника. Это должен был быть праздник, но всё превратилось в настоящий кошмар.

– Не знаю… Я видела, как убили того мужчину. Зачем они это сделали? Кто это были?

Женщина нежно погладила меня по голове, убирая с лица непослушные пряди волос. Её лицо смягчилось, но в глазах читалась боль.

– Твои родители не хотели, чтобы ты столкнулась с этим.

– С этим? С тем, как убивают людей? Но он не мог знать, что это случится… Или мог?

Тетя Мира покачала головой.

– Ты знаешь, что твой отец занимается бизнесом, но он никогда не говорил, чем именно?

– Я знаю. Это ночные клубы, организация гонок, аренда помещений, торговля…

Иногда я слышала, как отец говорил с кем-то по телефону, договариваясь о доставке товара.

– И многое из этого – нелегальные дела, – тихо сказала она.

– О чём ты?

– Он криминальный авторитет.

От внезапного голоса дяди Тагара я вздрогнула. Он вошёл в комнату и присел на корточки рядом с моей кроватью.

– Кто? – не поняла я.

Он натянуто улыбнулся.

– Криминальный авторитет? Это бандит? Он бандит, да?

Они обменялись взглядами, полными растерянности.

– Теперь понятно, зачем вся эта охрана…

– Саби, он хотел оградить тебя от этого мира.

– Всю жизнь лгав мне? Не могу поверить… А вы знали, чем он занимается и ничего не сделали, чтобы остановить его?

Дядя опустил взгляд и покачал головой.

– Или вы тоже… Господи! А Алиса знает?

– Она не знала, как и ты. Но в прошлом году Рома проболтался ей.

– И Фил, узнав, все равно женился на ней?

Я вспомнила, как выходила из караоке. Тогда все было, как будто в тумане, но теперь картинки становились четкими. Прожигающие, ледяные взгляды мужчин наших семей. Стаса. Фила. Егора. Даже девятилетние Матвей и Ромы смотрели с недетской серьезностью. В каждом взгляде – сталь, и в каждой руке – пистолет.

– И они все… Вы все…

– Да. Мы все из одной группировки.

Я закрыла глаза, ощущая, как к горлу подступает тошнота. Не могу поверить, что жила среди убийц и не видела очевидного.

Теперь все встало на свои места: вечный контроль, охрана, запреты, бесконечные разговоры за закрытыми дверями.

– Оставьте меня, – произнесла я без каких-либо чувств. – Я хочу побыть одна.

Тетя и дядя не стали спорить. Они знали мою любовь к одиночеству. Сейчас мне отчаянно не хватало своего убежища – танцевального зала, где можно было отвлечься от всего в танце.

Вместо этого я зарылась под одеяло, вцепилась зубами в пододеяльник, заглушая рвущийся наружу крик. Мне было больно, невыносимо больно от осознания лжи, которой меня кормили всю жизнь. Они не доверяли мне? Боялись, что я возненавижу их?

Знакомая мелодия заставила меня вынырнуть из-под одеяла. Звонил телефон. Незнакомый номер. Я сбросила вызов. Но когда звонки возобновились, не прекращаясь почти двадцать минут, я сдалась.

– Кто это? – Мой голос звучал резко, с надрывом. Ярость клокотала внутри.

Все эмоции я обычно выплескивала в танце, но сейчас я не могла себе этого позволить.

– Я уже заслужил твою злость одним лишь звонком? – В трубке раздался голос Егора.

– Откуда у тебя мой номер?

– Алиса дала.

Предательница! Еще одна лгунья в моей жизни.

– Что тебе нужно? Мне сейчас не до тебя.

– Слышу. Просто хотел убедиться, что ты не бьешься в истерике от вида пары капель крови. Но, видимо, ты в порядке.

– Я в порядке, если не считать того, что до этого жила в полной лжи, – прошипела я, сжав телефон так, что он затрещал.

– Это было для твоего блага. Но ты права. Твой отец не должен был скрывать от тебя правду. В случае непредвиденной ситуации, как вчера, ты хотя бы знала бы, что происходит. А так ты выглядела, как потерянный котенок, выброшенный на улицу.

– Ты тоже мне лгал, – в моем голосе дрожала обида.

– Я должен был. Твой отец прикончил бы меня, узнав, что я тебе все рассказал

Слыша подобные слова сейчас, они уже не казались пустой угрозой. Отец и вправду способен на убийство, или… он уже убивал?

– Почему они мне лгали? – прошептала я.

– Старики решили держать своих дочерей подальше от этого дерьма, чтобы вы могли наслаждаться беззаботным детством.

Грубые слова в речи парня резали меня по ушам, но я проглотила замечания ему.

– Они надеются, что вы выйдете замуж за обычных парней, не связанных с этим миром. Им тогда не придется открывать вам свою темную сторону.

– За обычных парней?

– Да, не связанные с криминальными делами. С чистыми руками и совестью, не запятнанными кровью.

– Тогда Алиса разбила надежды дяди Тагара.

Егор усмехнулся моим словам.

– О да. Фил жестко его переиграл. Но у твоего отца еще есть шанс подарить тебе нормальную жизнь.

– О чем ты?

– Митя, – голос парня стал тише и серьезнее. – Ты думаешь, он позволяет этому сопляку крутиться рядом с тобой только потому, что он ему нравится?

– Митя не нравится папе.

Это очевидно при каждой их встрече.

– И все равно терпит его. Возможно, твой отец надеется, что ты выйдешь за него замуж…

– Что ты несешь, Рябин? – перебила я его, чувствуя, как гнев вновь возвращается ко мне. – Я цыганка. Я не могу выйти замуж за человека не из табора. Ни за Митю, ни за тебя…

– За меня?!

Я осеклась и стукнула себя по лбу.

– Не придирайся к словам. Я имела в виду, что выйду замуж только за цыгана. Иначе быть не может!

– Жизнь – штука непредсказуемая, Сабина. Никто не знает, что ждет нас завтра.

– Завтра свадьба Стаса и Вики, на которой ты не посмеешь ко мне даже подойди, – выпалила я и отключила телефон.