Текст книги "Танец наших чувств (СИ)"

Автор книги: Ника Лор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Глава 22
ЕГОР

Я открыл ворота гаража, где ждала моя «Ауди». Ездить на ней я не любил. В отличие от сгоревшей малышки, она была четырехместной и не такой шустрой. Зато Яровым этот автомобиль нравился куда больше.

Фил и Стас являются фанатами немецких марок. Поэтому один разъезжает на внедорожнике, а второй выбрал премиальный седан того же производителя.

Я завел двигатель, слушая бархатистый рев мотора. Когда я сносил ворота Рамиру, то действовал на адреналине и на время забыл о своей проблеме. А сейчас она снова вернулась, давя тяжестью.

Сев в машину, я нажал на газ и выкатил автомобиль во двор.

– Ты, наверное, застоялась, верно? – усмехнулся я, поглаживая руль. – Давай проветримся.

Выехав в город, я выжимал из этой крошки всё, что мог. Мощности маловато, но мне хватит. Возвращаться к гонкам я не собирался. Сейчас и без них проблем хватает.

Я свернул в квартал, где стоял дом Тагара, и машина будто сама притормозила у небольшого особняка. Из–за массивного забора виднелся неухоженный двор. Со стороны казалось, что дом заброшен. Увы, это не так. У него есть хозяин – я.

Мне перешло это имущество, когда стукнуло восемнадцать – особняк, где мать когда–то жила с отцом. После его гибели она сюда не вернулась. И я не ночевал здесь ни разу. Заходил лишь пару раз, чтобы осмотреть.

Руслан рассказывал, что отец приглашал итальянских архитекторов для его постройки. Дом получился не вычурным, но с намёком, что в нем живет человек с деньгами. Яров говорил, что у отца была мания величия. Это легко понять, сравнив их жильё. Если Руслан построил себе скромный дом, то мой отец подошёл к делу с размахом.

Я нажал на газ, оставив воспоминания в прошлом. Возможно, отец хотел, чтобы я отдал всего себя группировке. Но каждый день рисковать жизнью, а молодость спускать на алкоголь и шлюх – такое будущее меня не манила.

Фил и Стас женились. Смотря, как они после работы спешат домой, а не в клуб со мной, понимал, что явно делаю что–то не то. А потом появилась она. Чёрт возьми, Сабина. Девушка, что заполнила собой все мои мысли.

Оказалось, иметь одну свою любимую девочку – куда лучше, чем кучу грязных шлюх. Хотя, признаюсь, секса хочется адски. Я не трахался с самой весны. Это мой личный рекорд воздержания.

Заглушив двигатель, я вышел и направился к дому Ларионова. Возможно, стоило сначала поговорить с Русланом, но я боялся, что он меня отговорит. Я и так оттягивал этот момент до последнего. Пора ставить точку и пытаться начать новую жизнь. Ради Сабины.

– Я удивлён, что ты пришёл, – встретил меня Ларионов.

Рядом с ним суетились несколько человек с бумагами.

– Оставьте нас, – махнул он рукой.

– Но, Константин Владимирович, нужно подписать…

– Не сейчас, – бросил он строгий взгляд на женщину.

Та сжала губы, но покорно последовала за коллегами.

– Присаживайся. Чай, кофе?

– Нет, – отрезал я, опускаясь в мягкий диван.

Нас разделял стеклянный стол, заваленный толстыми папками со странными подписями. Что–то похожее я видел в полицейском участке, где не раз бывал там в юности.

Ларионов наклонился, убрал папки и скрестил ноги, окидывая меня вопросительным взглядом.

– Ты зачем–то конкретным пришёл? Я же больше не беспокою твою мать.

– Я тут не за этим.

Слова не шли. Пожалею ли я? Скорее всего, да, и не раз. Но выбора нет. Сабина хочет безопасности и свободы. Я готов на всё, чтобы создать для неё хотя бы иллюзию того и другого. Хотя понимаю: криминальное прошлое будет преследовать меня до конца дней.

– Я готов принять твоё предложение.

Седые брови Ларионова поползли вверх.

– Не совсем понял, – протянул он. – Поясни.

Ради бога! Я его сейчас пристрелю.

– Я согласен работать на тебя, – выдавил я. – В офисе. За компьютером. В службе безопасности, логистики, не знаю. На обычной, белой должности. С зарплатой и соцпакетом.

Воцарилась тишина. Такая густая, что в ушах зазвенело. Потом из груди старика вырвался звук – нечто среднее между хриплым смешком и покашливанием.

– Ты… что? – Он растянул слово, давая мне шанс одуматься.

– Ты не ослышался. Мне нужна легальная работа. Та, на которую можно приходить в девять и уходить в шесть. Без стрельбы, без выбивания долгов, без грязных подвалов.

Ларионов медленно поднялся, подошёл к бару, налил себе воды и сделал глоток. Облокотившись на стойку, он задумчиво вращал стакан в пальцах. В его взгляде шла сложная, невидимая мне борьба.

– Я давно хотел вернуть тебя в нашу семью. Но чтобы вот так сразу найти для тебя работу, да ещё в офисе… Что ты вообще умеешь? – спросил он наконец, и в его голосе появилась деловая нотка с усмешкой. – Отчёты составлять?

Я отрицательно мотнул головой.

– Вести переговоры с поставщиками?

– Нет.

– Бухгалтерия?

– Мимо.

Старик задумался.

– Иностранные языки?

– Матерный английский считается?

Ларионов со звоном поставил стакан и вернулся на диван. Вид у него был озадаченный.

– Может, в охране есть свободное место?

– Мой внук не будет обслуживающим персоналом, – нахмурился он, скрестив руки. – Думаю, Герман тебя научит чему–нибудь. Он как раз искал себе помощника.

Этот индюк?! Зашибись! Мной будет командовать этот мелкий сучонок. Интересно, через сколько я ему нос сломаю? День? Два?

– Согласен? – вывел меня из раздумий Ларионов.

– Ага. Если другого варианта нет, – пожал я плечами.

– Замечательно. Но сначала тебя нужно представить всем как моего внука. Устрою на выходных небольшой приём. Скажем, что ты всё это время учился за границей. Мы же хотим оставить твое грязное прошлое позади, верно?

Ларионов хитро прищурился. Старый лис пытается мной манипулировать? Ладно, пусть делает, что хочет. Главное, чтобы он создал мне чистую репутацию.

Я вышел с тяжестью на душе. Завтра нужно будет явиться в офис и подчиняться кузену. Такое я видел только в самых дурных кошмарах.

На телефоне всплыло сообщение от Фила, чтобы я приехал в клуб. Было еще раннее обеденное время, поэтому помещение пустовало. Только танцовщицы репетировали у шестов. На втором этаже за столом сидели Яровы – Фил и Стас о чём–то тихо спорили.

Я подошёл и пожал им руки.

– Разве ты сейчас не на учёбе должен быть? – спросил я Стаса.

– Чрезвычайная ситуация.

Я присел. Фил выглядел напряжённым. Я сразу понял – дело плохо.

– Рассказывайте.

Прежде чем заговорить, Фил положил руку мне на плечо.

– На Сабину снова напали.

Я вскочил, уже собираясь мчаться в посёлок, но Фил рывком усадил меня обратно.

– Спокойно. Она в порядке, не пострадала.

– Кто это сделал?!

Я схватил его за куртку оттолкнул от себя. Сидеть было невозможно, и я зашагал вокруг стола.

– Детдомовские ублюдки? – в голове уже рисовались картины, как я буду скармливать их рыбам по кускам.

– Нет. Хотя, думаю, они стояли за этим. Но нападавшими были цыгане.

– Что? Люди Рамира? – не поверил я своим ушам.

Стас покачал головой.

– У Рамира работают несколько парней из его табора. Но в городе есть ещё один, крупный, на востоке.

Там же, где детдомовские точки сбыта дерьма.

– С ними у Гырцони старый конфликт. Видимо, решили возобновить давнюю вражду. И детдомовцы, скорее всего, помогают им. Общий враг объединит любого.

Фил кивнул, соглашаясь с мнением брата.

– А что говорят старшие?

– Они еще кабинете, – Фил махнул головой в конец зала. – Пока тихо. Кстати, хорошая новость для тебя: Сабина едет сюда. Рамир решил, что его дочерям будет безопаснее в городе, пока мы разбираемся.

– Да, и Ян тоже перевозит Веру, – добавил Стас.

– И где они будут жить? – не выдержал я.

– Если хочешь, могу уговорить Тагара, чтобы Сабина пожила у нас с Алисой, – хитро поднял бровь Фил, хлопая меня по плечу. – Но не загадывай ничего. После того как ты вынес ворота Рамиру, Гырцони переругались между собой. И главная причина – ты, брат.

Стас молча слушал и явно не одобрял наш план.

– Если Сабина будет жить у тебя, то Егор – у меня? Я правильно понял?

Мы с Филом усмехнулись. Стасу такой расклад совсем не нравился.

– Я могу жить у Фила. У него две свободные комнаты.

– У Сабины есть ещё сестра, – напомнил Стас.

– Она дружит с Верой. Думаю, ее отправят к Джуре, и Камилла поедет с ней, – сказал Фил. После женитьбы на Алисе он хорошо изучил все наши семьи, что жили посёлке.

Нашу беседу прервали старшие. Руслан, Тагар и Джура вышли из кабинета. Лица у них были суровые. Нападения на женщин наших семей участились, и это било по мужской гордости больнее всего.

– Завтра поедем на переговоры к Кириллу, – указал Руслан на Фила, а потом посмотрел на меня. – Если хочешь – присоединяйся.

Из–за плена у Рамира я пропустил первую встречу с детдомовцами. Фил говорил, что я ничего не потерял: темой был я, а не раздел территорий. Тогда всех волновал вопрос о моем похищение.

– Я… – я вовремя прикусил язык, вспомнив про завтрашние дела у Ларионовых. – Не смогу. Нужно решить одну проблему.

Фил вопросительно на меня взглянул, но промолчал. Лишь в осуждающем взгляде Тагара я прочитал, что он один догадывается, что я задумал.

Чёрт возьми! И как теперь сказать Яровым, что я ухожу? Это всё равно что признаться в предательстве. Руслан и Стас, возможно, не остро отреагируют. Но Фил точно взбесится. Я ещё в детстве обещал ему: когда он станет лидером, я буду его правой рукой, как однажды мой отец – его отцу. Но, видимо, мальчишеским мечтам не суждено сбыться.

Когда мужчины ушли, молчание за нашим столом повисло диким напряжением. Фил не спускал с меня глаз, и я видел, как в его взгляде недоумение сменялось холодной, острой догадкой. Он знал меня слишком хорошо. Слишком много лет мы вытаскивали друг друга из перестрелок и полного дерьма, чтобы сейчас не учуять ложь.

– Какую проблему ты собрался завтра решать? – спросил он тихо, почти без интонации.

Даже Стас, обычно погружённый в свои мысли, насторожился. Я чувствовал себя как на допросе, только допрашивали свои же.

– Личную, – буркнул я, отводя взгляд к залу, где танцовщицы, не обращая на нас внимания, отрабатывали сложные трюки на шестах.

Молчание продлилось ещё секунду, а потом Стас медленно поставил свою кружку с кофе на стол. Звук был негромким, но в этой тишине он прозвучал как выстрел. Братья обменивались между собой странными взглядами. Они хорошо знали меня, но и я их тоже. Эти два засранцы что–то скрывали от меня.

– Ты узнал про свою мать и отца Вики? – спросил меня Стас.

Воздух вырвался из моих лёгких со свистом. Моя ложь, мой жалкий предлог о какой–то несуществующей проблеме обрели в их глазах совсем другую, чудовищно правдоподобную форму.

Я сидел, ошеломлённый. Мысль о том, что моя мать может быть с кем–то – и не с кем–нибудь, а с полицейским, с тестем Стаса, – ударила с неожиданной силой. Это был удар ниже пояса, от которого перехватило дыхание.

Моя реакция – широко открытые глаза, резко поднятая голова, немое потрясение – была красноречивее любой речи.

Фил перевёл взгляд с меня на Стаса, его собственное подозрение на мгновение отступило перед новостью.

– Что? – пробурчал он. – Его мать и твой тесть? Серьёзно?

– Да, мне сказала Вика.

Я был в ловушке. Страшная, двойная ловушка. С одной стороны – правда, которую я пока не готов раскрыть Яровым. С другой – эта новая, ошеломляющая новость, которая обрушилась на меня сейчас.

Я закрыл глаза на секунду, собираясь с мыслями.

– Теперь понятно, почему моя мать так часто уезжает куда–то из дома.

– Так ты не знал? – удивился Стас.

– Догадывался, – солгал я. – Но точно не предполагал, что это будет Емельянов. И как давно они крутят роман за моей спиной?

– Я сам мало, что знаю. Вика тоже держала это от меня в секрете. Но, по ее словам, все началось после нашей свадьбы.

– Блядь! – вырвалось у меня. – Просто класс. Моя мать и мусор. Лучше не придумаешь.

– Егор, они взрослые люди. Сами разберутся, – начал говорить Стас, но я махнул рукой, заставляя его замолчать.

– Легко тебе говорить. Не тебе в отчимы метит сраный мент. Дай мне его номер.

Я достал телефон, чтобы записать, но вот Стас не спешил мне диктовать.

– Егор, может сначала со своей личной жизнью разберешься, а потом будешь в чужую лезть?

Из меня вырвался нервный смешок. Я ударил резко по столу, подавляя желание накинуться на Стаса. Этот ублюдок прав, то это не уменьшает моего желания прикончить Емельянова.

– А может ты захлопнешься и дашь мне номер своего тестя?

– Егор, полегче, – предупреждающе гаркнул Фил, защищая брата.

Я кинул на него взгляд.

– Ладно. Я вас понял.

Показав им фак, я двинулся прочь из клуба. Голова разболелась от всего дерьма, что навалилось на меня. И сейчас мне нужно было лишь одно: одиночество и скорость, чтобы остудиться.

Глава 23
САБИНА

Дверь квартиры открылась передо мной, и дядя Тагар аккуратно подтолкнул меня внутрь. Фил отступил в сторону, пропуская нас. В прихожей Алиса тут же меня приобняла. Я заметила, как ее взгляд мимолётно пробежался по мне. Видимо, она искала следы нападения.

– Я в порядке, – попыталась улыбнуться я ей.

Сестра проводила меня в мою временную комнату. Это была просторная спальня, где находилось все необходимое: кровать, шкаф, туалетный столик.

– У тебя есть отдельная уборная. Как выйдешь из комнаты, первая дверь справа.

– Спасибо, что приняли меня.

Алиса махнула рукой.

– Пустяки. Когда еще ты в первый раз приезжала в город, я хотела, чтобы ты жила с нами. Здесь тебе скучать точно не придется. А где Камилла?

– Она предпочла поехать вместе с Викой к дяде Джуре.

– Каждый выбрал для себя подходящую возрастную компанию, – хихикнула сестра.

Мы оставили дверь открытой, поэтому к нам без стука зашел Фил с моей сумкой вещей, которую, похоже, ему передал дядя Тагар. Он оставил ее на полу и вышел.

Алиса присела рядом со мной на кровать.

– Я слышала, что вы с Егором, типа, встречаетесь?

Я распахнула глаза от удивления.

Наши отношения не были похожи на нормальные. Они начались странно, и сейчас непонятно, что между нами происходит.

– Наверное. Он сказал, что готов завязать с криминалом.

Лицо сестры вытянулось.

– Это как?

– У него есть дедушка, который владеет законным бизнесом. Егор будет работать с ним.

Алиса пристально смотрела на меня, ее взгляд был серьезным. Вдруг она поднялась, подошла к двери и плотно закрыла ее, а после вернулась ко мне.

– Саби, – мягко начала она. – Я ни в коем случае не хочу тебя обидеть. Но ты сама понимаешь, что это не так работает. Егор – не просто уличный хулиган. Он Рябин. Он вырос в этом мире, он связан с Яровыми не кровными узами, а намного большим. Он знает слишком много. Люди, которым он когда-то перешел дорогу, не забудут его лицо только потому, что он наденет галстук и сядет за компьютер.

Ее слова били точно в цель. Я сама не могла представить Егора в таком мире. Его стихия – скорость, риск, действие. Тихий кабинет, монотонные задачи. Это была бы для него пытка. И пытка, на которую он согласился ради меня. А хотела ли я такого для него? Хотела ли видеть, как огонь в его глазах медленно гаснет под грузом скучной нормальной жизни?

– Он сказал, что есть выход, – упрямо повторила я, но голос прозвучал слабее, чем хотелось. Внутри что-то болезненно сжалось.

– Ты действительно хочешь покинуть этот мир? Тогда тебе придется навсегда попрощаться со своей семьей, с мамой, папой, сестрой. А Егору придется отказаться от самого себя. Я не сомневаюсь, он готов пойти на это, но не слишком ли это жестоко?

Я замолчала, глядя на Алису. Она сидела рядом со мной – ухоженная, сияющая, в дорогом, но уютном домашнем комплекте. Ее глаза светились теплом и спокойствием, которых я так жаждала в последние месяцы. И в этот момент до меня с неожиданной ясностью дошло: моя сестра живет в этом кровавом мире. И она счастлива.

У нее есть любящий муж, который, несмотря на свою репутацию и работу, души в ней не чает. У нее этот прекрасный дом, полный света и уюта, где пахнет дорогими свечами.

– Алис, – тихо начала я, – тебе не страшно?

Сестра улыбнулась, но не легкомысленно, а понимающе.

– Страшно? Иногда. Когда Фил задерживается и не отвечает на звонки. Но, Саби, страх есть везде. Учительница в школе может бояться увольнения, врач – судебного иска, бизнесмен – банкротства. Наш страх просто другого масштаба. И у него есть обратная сторона.

– Какая?

– Чувство, что за твоей спиной стоит не просто муж, а несколько семей, которые уничтожат любого, кто посмотрит на тебя косо. Знание, что твоя семья – это крепость. И не только в переносном смысле.

Может, я все это время смотрела не туда? Может, пыталась выбрать между «опасным миром» и «безопасным», не видя третьего варианта? Варианта – не бежать от бури, а научиться жить в ней. Как Алиса. Как Вика. Как наши мамы, в конце концов.

– Егор хочет уйти ради тебя, потому что думает, что это единственный способ тебя получить. Потому что Рамир убедил всех, что только «чистый» парень может быть для тебя безопасным. Но посмотри на меня и на Фила. Разве мой муж «чистый»? Разве его прошлое куда-то делось? Нет. Оно – часть его. И я приняла эту часть, потому что без нее не было бы того Фила, которого я люблю.

– Думаешь, я поступила эгоистично?

– Я думаю, что тебе стоит пересмотреть свои взгляды. Поживи с нами, посмотри на наш с Филом быт. Возможно, ты тогда и поймешь, что быть замужем за бандитом – не равно жить в клетке.

В дверь постучали, от чего мы с сестрой аж вздрогнули.

– Алиса, я уезжаю, – донесся до нас голос Фила.

– Хорошо, – ответила сестра, но через несколько секунд поднялась и, видимо, решила проводить мужа.

Оставшись одна, я подошла к окну. Город за стеклом жил своей жизнью – мигали огни, ехали машины, спешили куда-то люди. Здесь все мне казалось таким живым. В поселке такого движения нет.

– Теперь мы одни, – вернулась ко мне Алиса. – Поможешь мне на кухне?

Я схватила костыль и пошла за сестрой. Весь стол был в муке, а рядом лежало несколько слепленных кулешей.

– Это на вечер. Мы часто с Викой устраиваем посиделки, когда парни возвращаются домой.

Я отделила себе немного теста и начала его катать. Между нами повисла напряженная тишина. Алиса мельком посматривала на меня, но ничего не говорила. Это начинало раздражать.

– В чем дело? – не выдержала я.

Она покачала головой.

– Ни в чем. Просто я спросила у Фила: приедет ли Егор сегодня? Он отреагировал как-то странно. Думаю, что тебе стоит позвонить ему самой и пригласить.

Только от одной этой мысли меня кинуло в жар, а щеки запылали от смущения.

– Я принесу твой телефон.

– Стой!

Алиса, не слушая меня, забежала в мою комнату и через пару секунд вернулась с моим телефоном в руках. Она протянула мне его с хитрой улыбкой.

– На, звони. Не бойся. Девушки тоже должны уметь проявлять инициативу.

Среди цыган это непозволительно. Бабушка бы меня точно отчитала за такое. Для ее же здоровья она даже не знает, что со мной в последнее время происходило.

Я сжала прохладный корпус в ладонях, сердце глухо колотилось под ребрами.

Я нашла его номер в списке контактов. Палец завис над экраном. Алиса заглянула мне через плечо.

– Напыщенный павлин? – прочитала она кличку Егора в моем телефоне. – Ему подходит.

Алиса прикрыла ладонью рот и тихо посмеялась.

– Интересно, а он знает, как записан у тебя?

Я быстро стерла и просто написала имя парня.

– Нет, не знает и теперь никогда не узнает.

Сестра продолжала хитро улыбаться. Она кивнула на телефон, торопя меня.

Я нажала кнопку вызова. Гудки прозвучали всего два раза.

– Сабина? – Его голос прозвучал сразу, низко и настороженно.

– Егор, ты занят? – спросила я, внезапно чувствуя, как язык заплетается.

– Немного занят, но для тебя всегда свободен. Что-то случилось? – в его тоне послышалась мгновенная тревога.

– Ничего. Все в порядке. Я просто сейчас в городе. У Алисы и Фила. Не хочешь сегодня вечером приехать к нам?

На другом конце провода наступила пауза. Неловкая, тяжелая.

– Хорошо. Я приеду. Скажи Филу, чтобы его люди меня пропустили. И… – он запнулся, что было для него редкостью. – Жди.

Связь прервалась. Я опустила телефон, ощущая странную смесь облегчения. Дело было сделано.

Алиса показала мне большой палец вверх.

ЕГОР

Я поднялся на лифте и вышел на нужном этаже, который мне скинул Герман. Тут было полно кабинетов, огороженных прозрачными стеклами. Что за черт? Никакой приватности.

Зато кабинет начальника полностью закрыт полноценными стенами и крепкой деревянной дверью. На табличке было написано имя и отчество моего кузена.

Я зашел внутрь без проблем. Тут даже охраны нигде не стояло.

– А постучаться? – спросил Герман, презрительно изогнув бровь. – Точно, забыл… У бандитов же в привычке врываться без предупреждения.

Моя рука рефлекторно потянулась к бедру, где висел пистолет, но я вовремя себя отдернул и сунул руку в карман куртки.

– Не беси меня с порога, кузен, – тихо прорычал я.

– О, прости, не учёл твоих хрупких чувств, – он поднялся со стула и медленно подошел ко мне, разглядывая меня. – Но раз уж ты здесь, давай начнем с основ. Это офис. А не твоя подпольная качалка. Здесь есть дресс-код. Где твой костюм? Или хоть рубашка, которая скрывает эту первобытную живопись? – он кивнул на татуировки, выглядывающие из-под рукава.

Мне чертовски захотелось ему вмазать, но я вспомнил, ради чего я здесь. Сабина. Пришлось дать еще один шанс этому ублюдку.

– Ну что, гений менеджмента? С чего начнём? Может, сразу научишь, как целовать задницу начальству? Ты, как я посмотрю, профессионал в этом деле. Старик тебя поставил на эту должность не за красивые глазки, которыми ты обделен.

Он проигнорировал колкость, сел за свой компьютер и повернул ко мне монитор.

– Начнём с этого. Основа любого учета финансов. Сюда вносятся данные, здесь они систематизируются, здесь строятся отчёты.

Я подошел к его столу и плюхнулся на кожаный стул. На экране светилась сетка из клеточек. Я уставился на неё. Мой мозг, заточенный на расчёт дистанции для удара или угол заноса, впал в ступор.

– Это столбец «А». Это строка «один». Сюда вписываем дату. Сюда – наименование позиции. Видишь?

– Я понял, – сказал я, набирая в ячейке с датой: «день хуйни». – Так?

Герман замер. Его лицо исказилось от ярости.

Я не был идиотом, который не знал базовые компьютерные программы. Все же в школе у меня по информатике стояла твердая пятерка. Но этому ублюдку не стоит этого знать.

– Ты издеваешься? Удали.

– А что не так? – сделал я невинные глаза. – Это же данные. Мои эмоциональные данные по поводу этого дерьма из клеточек. Разве это не важно? Может, построим график «Уровень раздражения Егора по времени»? Буду каждый час обновлять.

Мне чертовски нравилось наблюдать за ним, когда он терял над собой контроль. Мне это приносило дикое удовольствие.

Герман начал что-то объяснять про ячейки, столбцы, формулы. Голос был монотонным, как шум кондиционера. Я пытался вникнуть. По-настоящему пытался. Но это было невыносимо. Каждая цифра, каждая инструкция Германа казались таким бессмысленным.

– И чтобы посчитать сумму за неделю, нужно выделить диапазон и нажать автосумму, – закончил он.

– Автосумму, – тупо повторил я. Потом посмотрел на него. – У нас была своя автосумма. Если кто-то пытался наебывать с отчётом, мы ему автосуммировали по зубам. Работало безотказно.

Кузен обреченно вздохнул.

– Что б тебя! Я занимаюсь фигней. Это все бесполезно.

Он достал пачку сигарет и закурил. Не знал, что у него вообще есть вредные привычки.

– Ответь, Егор, какого черта ты вообще приперся к нам? – выдохнул он серый дым.

Мне тоже захотелось покурить, но я продолжал вносить данные в таблицу.

– Захотел начать новую жизнь.

– Тебе это надо? Ты вроде не жаловался на работу с Яровым. Признайся, хочешь получить наследство деда? Можешь даже не пытаться. Я всю жизнь пытался завоевать его доверие, но как видишь, дальше начальника отдела не поднялся.

– Мне не нужны его бабки.

Герман был не из тех, с кем я хотел говорить по душам. Я постарался быстрее набрать цифры. И когда закончил, повернул монитор к парню.

– Так?

Он наклонился, и его глаза расширились от удивления.

– Ты все это время издевался надо мной?

– Да, – беззаботно ответил я. – А ты думал, что я только кулаками умею махать?

Вместо ответа, парень снова затянулся, наслаждаясь вкусом никотина.

– Ладно. Тогда, – он протянул мне папку со своего стола, – это твоя задача на день. Перенеси все эти данные в таблицу.

Это папка толщиной пять сантиметров.

– Ты, блядь, прикалываешься?

Герман нахально заулыбался и затушил сигарету в пепельнице.

Я только открыл рот, чтобы вылить на кузена новый поток отборного мата, как в кармане завибрировал телефон. Когда я глянул на экран, всё внутри перевернулось. Сабина.

Парень, заметив мою реакцию, язвительно поднял бровь.

– Что, твои бандитские дела заждались?

Я проигнорировал его, поднеся телефон к уху. Мне нужно было услышать её голос. Сейчас. Чтобы вновь напомнить себе, ради чего я все терплю это.

– Сабина? – сказал я, и даже сам удивился, как резко смягчился мой тон.

– Егор, ты занят?

– Немного занят, но для тебя всегда свободен. Что-то случилось? – Я уже двинулся к двери, спиной чувствуя на себе удивлённо-подозрительный взгляд Германа.

– Ничего. Все в порядке. Я просто сейчас в городе. У Алисы и Фила. Не хочешь сегодня вечером приехать к нам?

– Хорошо. Я приеду. Скажи Филу, чтобы его люди меня пропустили. И… – за мной вышел Герман. Он скрестил руки на груди, требуя объяснений. Этот сукин сын действительно проверял меня на выдержку. – Жди.

Я вернул телефон в карман и исподлобья посмотрел на парня. Его лицо выражало не просто любопытство, а тот самый холодный, аналитический интерес, который я начинал ненавидеть даже больше его открытой ненависти.

– С кем говорил? Кто такая Сабина?

Из меня вырвался смешок.

– Может, мне тебе и пароль от банковской карточки сказать? Отойди, – я резко отпихнул его, освобождая себе вход в кабинет. – Мне нужно работать.

Скорее бы покончить с этим дерьмом и поехать к Сабине. Вот только тогда мне придется встретиться с Яровыми, которых я пока видеть не желал. Вечер обещал быть веселым.