Текст книги "Портрет содержанки (СИ)"

Автор книги: Ника Черри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 32
Этот портрет только для тебя

Он смотрит на меня, и в его глазах отражается вся нежность этого жестокого мира. Ласково, обводя взглядом каждый изгиб. Изучает, запоминает, чтобы потом навсегда запечатлеть в своей памяти.

Укладывает меня на кровать, нависая сверху и касается губами предплечья. Медленно прокладывает влажную дорожку из поцелуев к груди. Подушечками пальцев очерчивает ореол соска и ласкает языком чувствительную вершинку. Перекатывает её во рту, прикусывает губами, выбивая из меня тихие чувственные стоны.

Я мечусь по постели, сминая под собой простыни, и до крови прикусываю нижнюю губу от избытка чувств и ощущений. На глазах наворачиваются непрошенные слёзы. Дожить до моего возраста и не знать, что близость может быть такой приятной, желанной, приносить столько удовольствия.

– Я хочу тебя видеть, – умоляю его раздеться.

Мне впервые хочется смотреть на мужчину, что ложится со мной в постель. Не отводить взгляд, не стесняться, не бояться, а откровенно любоваться.

Камиля не пришлось просить дважды. Он медленно расстёгивает рубашку. Томительное ожидание разрезает оглушающую тишину. Одна пуговка, вторая, третья, а я схожу с ума. Как всегда тороплюсь, не привыкла расслабляться и просто получать удовольствие без спешки.

Молодое поджарое тело, сильные мышцы, гладкая кожа. Он прекрасен и знает это. Широкая развитая грудь, массивный разворот плеч. Просто греческий бог, а не мужчина. Бывают же такие…

Когда он переходит к ширинке, приподнимаюсь на локтях. Очертания его возбуждения явственно проступают через ткань брюк. Он ловко, одним движением снимает с себя штаны вместе с бельём, и я облизываю губы от соблазнительной картины, вырисовывающейся передо мной.

Я видела не так много обнажённых мужчин, но они всегда вызывали у меня отвращение. Этот же был прекрасен везде. Член ровный, толстый, упругий. Бархатистая кожа словно чехол покрывает твёрдую, как камень, плоть, обнажая край красноватой головки. Маленькая капелька прозрачной смазки на самом кончике вызывает желание слизать её языком, что я и делаю, опускаясь перед ним на колени.

Терпкий солоноватый вкус оседает на рецепторах, разливаясь жаром возбуждения по телу. Мне захотелось подарить ему это удовольствие, ведь он уже целовал меня там. Вылизывал, будто подтаявшее на солнце мороженое.

Я никогда не любила минет, но оказывается, он может быть очень даже приятным, если мужчина не толкается тебе в рот, не тянет за волосы, не насаживает грубо на всю глубину до боли в горле.

Камиль блаженно запрокидывает голову назад и с благодарностью принимает мои неумелые ласки. Постанывает, напрягает мышцы, едва заметно толкается бёдрами вперёд, навстречу моим движениям.

– Стой… – шепчет, возвращая взгляд на меня и тут же отворачиваясь от слишком соблазнительной картинки. – Остановись. Иди ко мне.

Поднимает меня с колен, подхватывает на руки и заваливает нас обоих на кровать. Мажет пальцами по моим влажным складкам, уделяя внимание чувствительному клитору, и довольно урчит, убедившись, что я готова принять его. Приставляет головку ко входу, и мы оба замираем.

Тянется за поцелуем, жадно впивается в мои губы и медленно входит, растягивая стеночки. Я выдыхаю ему в рот наполняющее меня удовольствие.

Он заполняет меня собой без боли, с головокружительной полнотой. Прислоняется своим лбом к моему и шепчет что-то нечленораздельное. И каждое движение уносит меня куда-то очень далеко, за пределы сознания. Туда, где есть только я и сладостное ощущение нагнетающего напряжения, жаждущего выхода.

Всё случилось быстро. Чересчур долго мы к этому шли и оба слишком страстно желали, но я каждой клеточкой ощущала себя желанной и любимой. Это выражалось в осторожных жестах, в сбивчивом дыхании, в ласковых объятиях и нежных словах. На пике эмоций пришёл и он.

Оргазм невиданной силы накрыл меня с головой, освобождая и даря умиротворение. Я сокращалась и извивалась, выкрикивая его имя, а Камиль в несколько толчков догнал и вторил мне. Излился в меня бурными потоками с моим именем на губах.

Откинулся на кровать и сгрёб меня в охапку, зацеловывая всё, куда только мог дотянуться. Шею, лицо, волосы…

Когда я перевернулась на живот и устроилась поудобнее, почувствовала вытекающую из меня горячую жидкость, размазывающуюся по внутренней стороне бедра. И самое странное, мне не хотелось поскорее бежать в душ и брезгливо смыть её с себя. Мне даже было отчасти приятно, что во мне осталась частичка любимого человека.

Проблема контрацепции меня сейчас мало волновала. Скорее всего я бесплодна, я почти в этом уверена. Ничего не проходит бесследно, и та злосчастная таблетка возможно навсегда лишила меня возможности стать матерью. И меня это никогда не огорчало так сильно, как сейчас.

На продолжение рода ненавистного супруга мне было плевать, такой монстр не должен становиться родителем. Но от любимого человека я бы хотела родить ребёнка. Как жаль, что я встретила Камиля лишь сейчас. Но ничего изменить нельзя. Я могу лишь благодарить судьбу за то, что она привела меня сюда, в этот счастливый момент, который я запомню навсегда.

– Ты такая красивая, – шепчет, поглаживая мои плечи. – Именно сейчас. Уязвимая, настоящая, раскрасневшаяся. Хочу запечатлеть этот момент в вечности. Позволь мне, руки так и чешутся.

– Хочешь нарисовать меня обнажённой? Вот такой? – удивляюсь.

Кажется, с этого всё и началось. Но сейчас мы оба не боимся своих внезапных чувств.

– Да, – отвечает с придыханием, шепча мне на ухо и тем самым вызывая мурашки по коже, приподнимающие мелкие волоски. – Попозируй мне, моя Муза. Доставь мне ещё одно удовольствие.

– Хорошо, – соглашаюсь, немного поразмыслив. – Но с одним условием. Этот портрет будет только для тебя. Обещай мне. Его никогда не увидит широкая публика ни на одной из твоих выставок, и тем более мой…

Язык не поворачивается произнести это слово. Муж… Супруг… Владимир… Как будто одно лишь упоминание о нём, разрушит моё хрупкое женское счастье, всё испортит. Не хочу сейчас думать о нём.

– Обещаю, – целует меня в висок и уходит за мольбертом и красками.

– Как мне лечь? – спрашиваю, когда он возвращается. – Не знаю куда деть руки.

– Просто расслабься и отдыхай, всё идеально, – отходит к белоснежно белому полотну и делает быстрые наброски карандашом.

Работает, страстно, рьяно, отчаянно. Будто кто-то в любой момент может отнять у него вдохновение.

– Я думала, это будет похоже на сцену из фильма «Титаник». Ну, знаешь, большой драгоценный камень на груди, соблазнительные взгляды…

– Тебе не нужны драгоценности, твоё тело прекрасно само по себе и без них. Твой ласковый взгляд, твоя открытая улыбка…

Закрыла глаза и мечтательно потянулась. После разрядки меня немного клонило в сон.

Глава 33
С небес на землю одним нелепым взмахом

Несколько дней в Париже пролетели, словно один миг. Мне всегда будет мало времени, проведенного с ним. Камиль стал не просто моим любовником, он – моё наваждение. То, чего я сознательно не искала, но чего мне отчаянно не хватало в жизни.

С ним я сгорала от страсти, от нежности, от любви. И пускай от меня останется лишь горстка пепла, пусть я сгорю дотла, это того стоит.

Но не только наш скорый отъезд омрачал последний день в Париже. Муж затаился. Не звонит, не пишет, не следит. На него не похоже. Даже водителя не прислал, пришлось ехать из аэропорта на такси. Что бы это могло значить? Он уже всё знает о нас с Камилем? Мы не то чтобы были очень осторожны в последнее время, под напором внезапно нахлынувших чувств не замечали ничего вокруг. Может выжидает, готовит изощрённую месть? Всё это очень странно и страшит меня до дрожи в коленях. Боюсь не за себя, за него. Камиль не виноват в моей измене, только я, мне и расплачиваться.

Впереди нас ждёт суровая реальность. А пока… я наслаждаюсь каждым моментом с любимым, подаренным мне судьбой. Она меня не часто баловала. Даже в такси мы не можем перестать покрывать друг друга нежными поцелуями, грозящими с минуты на минуту перерасти во что-то большее.

С ним мы смотримся гармонично. Два молодых красивых человека в желанных объятиях друг друга. Разница в возрасте, где властный мужчина гораздо старше супруги, который годится ей если не в деды, то по крайней мере в отцы, всегда казалась мне смешной и несуразной. Зачем? Кого они пытаются обмануть? Все прекрасно понимают, что он с ней из-за молодости и красоты, а она ищет лишь защитника и спонсора. Папочку, если угодно, закрывая гештальт детских травм. Почему они не найдут равную себе?

Под неодобрительные взгляды водителя, пересаживаюсь на колени к Камилю лицом к лицу. Чувствую попкой его возбуждение. Ему всегда меня мало. Неутомим, нежен, внимателен, прекрасен. Идеальный мужчина.

С ним я живая, настоящая. Не просто кукла, человек. Женщина, у которой есть чувства и желания. Есть душа, а не только молодое тело. Вот как должно быть. Это правильно, естественно.

Как же хорошо не прятаться. Жаль, что скоро снова придётся скрываться. Но больше всего я боюсь того дня, когда муж снова придёт ко мне в спальню, чтобы исполнить свой супружеский долг.

– Помнишь ту ночь, когда я… – шепчет мне на ушко Камиль, покусывая мочку. Толпа щекочущих мурашек уже разбежалась по телу.

– Помню, – отвечаю едва слышно, не даю ему договорить.

Присутствие водителя меня нервирует и отвлекает. Навострил ушки, подслушивает. Уж не муж ли его подослал? У меня паранойя…

– Я ведь даже не сказал, какую, – чувствую щекой, как уголки его губ приподнялись в нежной соблазнительной улыбке.

– Я помню каждую ночь с тобой в мельчайших подробностях, во всех деталях. И никогда больше не забуду. Ни за что на свете.

Камиль трётся кончиком носа о мою шею, прижимая к себе крепче и толкаясь внушительным бугром в штанах между моих ягодиц, заставляя тихонечко всхлипнуть и закрыть глаза от избытка чувств.

– Хочу тебя, – его голос хрипит от возбуждения.

В глазах плещется нескрываемое вожделение и восторг.

– Я чувствую, – хихикаю, смущаясь. Жгучий румянец заливает лицо. – Я тоже тебя хочу. Но нам нельзя. Не здесь, не сейчас.

Спину прожигает настойчивый взгляд водителя через зеркало заднего вида. Лучше бы на дорогу смотрел. И морда у него такая противная, как будто смутно знакомая, но никак не могу вспомнить, где я его уже видела.

– Почему нет? – Камиль расстёгивает мои джинсы, запуская руку в трусики. Ловко и филигранно.

– Камиль… – шепчу, умоляя. Но вот о чём, прекратить нежную пытку или продолжать, не останавливаться, ещё не решила.

Сама бесстыдно трусь чувствительной горошиной о его пальцы. Чуть ли не насаживаюсь на них, истекая влагой. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой… похотливой. И мне это нравится.

Его чувственные поцелуи распаляют во мне желание. Пытаюсь не издавать звуков, но удаётся с трудом, я не в силах подавить в себе музыку удовольствия, мелодию наслаждения. Мягкие сладкие губы ловят те стоны, что мне не удаётся сдержать. Я хочу кричать во весь голос, срываясь на хрип, но лишь до крови прикусываю нижнюю губу.

– Камиль, – выпрашиваю ласку. Хочу быстрее, сильнее, глубже.

– Тише, моя девочка, – дразнит меня, доводя до грани, но не позволяя упасть в эту бездну. – Всё будет, не спеши.

Вбирает мой сосок в рот прямо через тонкую ткань кружевного бюстгальтера и шёлковой блузки, оставляя мокрый след, и я задыхаюсь.

– Да, – шепчет он, – вот так. Кончи для меня. Сейчас.

Я распадаюсь на миллион осколков, содрогаясь в его руках. Прикусываю его плечо, чтобы не застонать в голос. Он крепче прижимает к себе моё обмякшее тело, чтобы не дать упасть. Разгоняет остатки удовольствия по телу, потирая сочащиеся соками складочки.

Когда спадает последняя волна экстаза, возвращая меня в реальность, Камиль помогает застегнуть на мне джинсы, приводя мой внешний вид в порядок, и собирает моё лицо в чашу своих ладоней, чтобы притянуть ближе к себе и оставить невесомый поцелуй на губах.

– Такой ты мне нравишься больше, – довольный, оглядывает моё раскрасневшееся потное лицо и растрёпанные волосы.

– Усталой? Неухоженной? – никогда не понимала, что именно его в этом привлекает. «А-ля натюрель» уже давно не в моде.

– Счастливой, – отвечает он, и всё встаёт на свои места.

Испускаю расслабленный выход, приводя дыхание в норму.

– А как же ты? – всё ещё чувствую его возбуждение.

– Хочешь сделать мне минет? Здесь? Прямо сейчас? – подначивает меня он с озорной улыбкой на лице.

– Хочу, – неожиданно для самой себя, признаюсь. – Приходи ко мне сегодня ночью, как тогда, через окно.

– Приду, – обещает.

И в этом обещании весь смысл моего существования. Лишь ради этих коротких встреч я теперь живу.

За окном мелькает знакомый пейзаж, элитный коттеджный посёлок за городом. Мы подъезжаем к моему дому. Сажусь рядом, поправляя съехавшую блузку, и Камиль переплетает наши пальцы напоследок. Через минуту нам придётся разомкнуть объятия наших рук.

Водитель, до этого молчавший всю дорогу, как-то подозрительно на меня смотрит в зеркало. Приглядывается, изучает. Понял, чем мы только что занимались? Не думаю, я тихонечко, а со спины вообще непонятно. Ну целуемся, что тут такого. А затем, припарковавшись, оборачивается и с наглой ухмылкой спрашивает:

– Тощая, ты что ли? Ну привет. Ля какая стала, не признал сразу.

– Витёк? – наконец узнаю своего давнего знакомого в этом грубоватом мужлане. То-то мне его лицо сразу подозрительным показалось.

Глава 34
Знаки судьбы

Есть такая народная примета: встреча с давним знакомым – знак судьбы. Встречать ЭТОГО человека я в своей жизни больше не планировала никогда, ведь именно с той ночи начались все мои злоключения. Если бы я тогда не пошла с ними на дело, всё в моей жизни сложилось бы иначе. Жила бы голодно, бедно, но зато по-настоящему жила, а не влачила жалкое существование в роли красивой куклы – приложения к богатому мужчине. Безвольной, недолюбленной, пустой. Хотя… сама виновата.

– А я смотрю, ты или не ты, – оживился Витёк, видя в моих глазах узнавание. – Какой ты фифой стала, не то что раньше.

И, мазнув по мне похотливым взглядом, присвистнул. Пошло так, двусмысленно, от чего стало как-то мерзко и захотелось помыться.

– Вы знакомы? – неодобрительно нахмурился Камиль, ничего не понимая.

– Привет из прошлой жизни, – отмахиваюсь. Не собираюсь их знакомить, ни к чему. – Выдайте нам пожалуйста наш багаж, и мы пойдём. Сдачи не надо.

Протягиваю ему крупную купюру и собираюсь выходить из машины, но Громов вдруг резко блокирует двери с противным щелчком.

– Не спеши, красавица. Есть разговор, – ухмыляется он.

– Нам не о чем говорить. И вообще, что вы… что ты себе позволяешь? А ну открой дверь немедленно! Ты знаешь, кто мой муж⁈

Знаю, отвратительный приёмчик – хвастаться связями и пытаться решить свои проблемы за счёт чужого авторитета, но с такими, как Витька Громов, – только так.

– Я как раз об этом и хотел поговорить. Явно же не он, – кивнул он на Камиля. Что он этим хочет сказать? Не понимаю.

– А вам, собственно говоря, какое до этого дело? – встрял Камиль. – Марго, что происходит? – обращается ко мне.

– Марго… – ухмыляется Витька, передразнивая моего любимого. – А я тебе скажу, красавчик. Происходит то, что краля твоя, Ритка то бишь, неплохо, как я посмотрю, устроилась. Муженька себе богатого отхватила, – тычет пальцем на роскошный особняк за окном авто. – Но ты то явно в курсе.

Лыбится, намекая, что Камиль со мной только из-за денег.

– И что? – дерзко отвечаю наглому водиле, сжимая пальцы в кулаки.

– А то, что с друзьями делиться надо, тощая.

Так вот в чём дело. Лёгкой наживы захотел.

– Не зови меня так! – вдвойне унизительно, что это слышит Камиль.

– Солнышко, давай по старинке, по-честному, – обращается ко мне нарочито вежливо. – Пополам.

– У меня нет денег, – выплёвываю ему ответ прямо в лицо. Со злостью, с обидой, ведь это и правда так. Муж строго контролирует все мои расходы.

– Думаешь, я тебе поверю? Я видел багаж, там тонна брендовых пакетов с люксовым шмотом. Сумки-цумки, брюлики…

– Забирай! – ничего не жалко, лишь бы отстал, не напоминал о прошлой жизни. У меня только всё наладилось.

– Дура что ли⁈ Чтоб меня потом в каком-нибудь ломбарде менты загребли⁈ Нет уж, второй раз я на этом не попадусь.

Замечаю татуировки на руках. Явно не в салоне сделаны. Сидел.

– Вить, отвали от меня! Ну что ты пристал?

Камиль пока не вмешивается, что-то лихорадочно соображает.

– Дело твоё… – довольно мурлычет водитель. – Тогда твой муженёк узнает, как ты зажималась в тачке со смазливым… Адресок твой у меня теперь есть, прямо тут его и подожду.

– Думаешь, он поверит тебе, проходимцу с бандитской рожей, а не родной жене? – смеюсь над ним, а у самой нехорошее предчувствие.

– На слово конечно не поверит, но у меня регистратор всё записал, как ты тёрлась жопой о его член.

Только сейчас замечаю второй прибор, снимающий всё, что происходит в салоне. И как я сразу об этом не подумала? Давно не ездила на такси.

– Сколько ты хочешь? – спрашивает Камиль деловым тоном. Строгим, жёстким, властным. Голос не дрогнул, в глазах холодная сталь. Впервые вижу его таким.

– Тысяч пятнадцать-двадцать для начала, думаю, хватит, – чуть поразмыслив, отвечает бывший однокашник.

– Рублей? – спрашиваю с надеждой, тянусь за кошельком к сумочке.

– Дура! Баксов конечно! Могу и евриками взять, там курс даже повыгоднее будет, – гогочет Витёк. Финансист хренов!

Мы пропали. Камиль хотел что-то сказать, но я его перебила.

– Витенька, миленький, ну нет у меня сейчас таких денег, давай договоримся как-нибудь – умоляю, чуть ли не плача.

– Так найди, барахло вон своё продай! Так и быть, дам тебе пару деньков по старой дружбе. Хотя…

Громов ещё раз мажет по мне похотливым взглядом, примечая мокрое пятно на груди вокруг соска, и лыбится мерзкой улыбкой, в которой не хватает несколько зубов до нужного количества. Через пробелы в ухмылке я вижу слюнявый язык, и волна отвращения проходит по всему телу, поднимая к горлу содержимое желудка.

– Ну давай договоримся. Я ещё в школе на тебя глаз положил. Отсоси мне разок-другой, и будем в расчёте.

– Да как ты смеешь⁈ – набрасывается на него с кулаками Камиль. – Открывай, а то я тебе всю тачку разнесу!

И начинает лупить кулаками по стёклам, разбивая их в кровь. Машина ходит ходуном, стекла трещат, а я вжимаюсь в сидение, закрыв от страха голову руками. Всё вышло из-под контроля.

– Да угомонись ты! – Витёк такого явно не ожидал. – Тачку не тронь, не моя она, а конторы. Да валите, валите! Хоть на все четыре стороны.

Открывает двери, и мы с Камилем выскакиваем наружу. Он прижимает меня к себе, успокаивая. Витёк выкидывает наш багаж прямо на землю и даёт по газам, поднимая в воздух облако пыли.

Я трясусь от адреналина, хлынувшего в кровь. Знаю, что это ещё не конец, а лишь начало. Витька теперь знает мой адрес, у него есть на меня компромат. Просто так он не отстанет, ещё даст о себе знать.

– Камиль, что же нам теперь делать? – из последних сил прижимаюсь к любимому, поднимая на него встревоженный взгляд.

Глава 35
Неподходящее время для счастья

Беру в чашу ладоней его разбитые в кровь кулаки. Целую, на губах оседает неприятный металлический привкус.

Мы выиграли битву, но не войну. Витёк хорошенько подготовится и обязательно вернётся.

Камиль оглядывается и разъединяет наши руки. Мы снова неосторожны. Рядом прислуга, камеры видеонаблюдения.

– Не отстраняйся от меня, – прижимаюсь ещё крепче. Теперь его поддержка мне важна как никогда ранее.

– Я не могу тобой рисковать. Если твой муж узнает… – целует в висок и отходит на шаг назад.

– Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, – льну к нему ещё сильнее, мне уже на всё плевать, лишь бы он не размыкал объятий.

– Я переживаю не за себя, – отходит ещё дальше.

Понимаю, что он прав. Положение у нас и так шаткое.

– Я что-нибудь придумаю, найду деньги, – шепчет Камиль, оглядываясь.

– Ты не понимаешь, он на этом не остановится, будет шантажировать нас снова и снова. Ему всегда будет мало, – я слишком хорошо знаю этого скользкого гада Витька, чтобы верить его пустым обещаниям.

– Значит дадим ещё. Пока не найдём другой выход.

Чёрт, и в полицию пойти не вариант. Что мы им скажем? Защитите меня и моего любовника от шантажа, иначе мой муж всё узнает? Сомневаюсь, что они встанут на защиту моей чести, уж скорее муженьку доложат, у него везде есть связи.

Я знаю выход из сложившейся ситуации. Камиль должен уехать, а я – сама во всём признаться мужу и жить как раньше, каждый день вымаливая прощение. Жизнь моя и так не сахар, и станет ещё ужаснее, но вряд ли Владимир меня убьёт, слишком много денег он в меня вложил. Побьёт разок-другой, может станет жёстче и резче обращаться со мной в постели, ограничит в средствах, но зато Камиль будет в безопасности. Пока ещё не поздно.

– Не волнуйся, я всё улажу, – бросает на меня ласковый взгляд Камиль и помогает занести багаж в дом.

Нет, милый, это я всё улажу. Но для начала дам тебе небольшую фору.

Вглядываюсь в его лицо, пытаясь запомнить этот взгляд, каждую морщинку у глаз. Безмолвно прощаюсь.

Камиль чувствует что-то неладное в моём поведении, но подоспела прислуга, окружив нас. Сегодня поговорить нам уже не удастся.

– Увидимся завтра в мастерской? Закончим портрет, – Камиль пытается понять, что я задумала, прощупывает почву.

Я бодро кивнула, скрывая настоящие эмоции под привычной маской спокойствия и безразличия. А задумала я снять все сбережения, купить ему билет в один конец куда подальше, и проводить. Завтра.

Бежать с ним я не могу. Его Владимир отпустит, меня – нет. Со мной он нас в миг разыщет. Не пожалеет ни средств, ни сил на поиски.

Мы встретились в неподходящее время. Мы могли бы быть счастливы, но не в сложившихся обстоятельствах, может в другой жизни. Оба понимали, что у этих отношений нет будущего. Но я благодарна судьбе, что получила хоть крупицу счастья. Хотя бы ненадолго.

* * *

Этой ночью мне было не уснуть. Елозила по холодным шёлковым простыням в пустой постели с непривычки, ворочалась с боку на бок, смотрела в окно. Всё ждала, что он придёт. Но Камиль не пришёл. Ни ночью, ни утром.

За завтраком, не таясь, спросила у мужа напрямую, где Камиль.

– Откуда мне знать⁈ – ответил раздражённо нелюбимый супруг.

Вряд ли он с ним что-то сделал, иначе обязательно позлорадствовал бы. Он бы хотел видеть ужас и отчаяние в моих глазах.

Мысль о том, что Камиль элементарно струсил и сбежал, гнала прочь.

В томительном ожидании прошло несколько недель. Камиль пропал. Бесследно. Я почти не спала, ничего не ела, кусок в горло не лез и от волнения периодически подташнивало. Всё больше убеждалась, что он сознательно ушёл от меня. Со мной слишком много проблем.

Не могу назвать это предательством, я ведь сама хотела расстаться, но всё равно неприятно. Наверняка он хотел лишь немного развлечься, поиграть с дорогой игрушкой богача. На что-то серьёзное я и не рассчитывала, но надеялась, что он хотя бы наберётся мужества и попрощается со мной лично, с глазу на глаз. Что вообще попрощается. Хоть бы записку оставил.

Камиль мне ничего не обещал, клятв верности не давал, мы даже в любви друг другу ещё не успели признаться. Всё произошло так быстро… И так же стремительно закончилось, оставив после себя лишь горечь разочарования во рту. Но оно и к лучшему. Что я искала, то нашла, а просить у судьбы большего – нечестно. И неправильно втягивать Камиля во всё это.

Витёк кстати тоже больше не появлялся, что очень странно. Зачем столько ждать? Если бы я и вправду решилась заплатить ему за молчание, на раздумья и сбор необходимой суммы мне хватило бы и пары дней. Может дошло наконец, что таких денег у меня нет? А может пожалел, одумался. Или побоялся вернуться в тюрьму. Кто знает… Я успокоилась на время, но не расслаблялась окончательно.

Владимир был занят на работе больше прежнего, какие-то проблемы. Он стал нервным, возбудимым и отстранённым. Не похоже, чтобы он узнал о нас, его сейчас вообще мало что волновало, кроме бизнеса. Мне это было только на руку, жизнь вошла в прежнюю колею.

Увидев однажды утром в зеркале лишь бледное отражение своей былой красоты – залегшие под глазами глубокие тени, впалые скулы, ещё больше похудевшую фигуру – я решила, что хватит горевать, пора взять себя в руки. Я всегда была сильной, не намерена сдаваться и сейчас. Жизнь продолжается. Она уже не будет такой, как прежде, но всё же продолжается.

До Камиля особо безрадостные дни я коротала у Марии. Давно я не была у неё в гостях. И если я хочу отделаться от Витька раз и навсегда, надо действовать на опережение. Я не собираюсь всю оставшуюся жизнь проводить в страхе и ждать от него подвоха со дня на день. Пора брать всё в свои руки.

Я собиралась занять деньги у Маши и нанять детектива, чтобы нарыть компромат на Витька и засадить его в тюрьму раньше, чем он вернётся за деньгами, победно размахивая передо мной кадрами видеосъёмки из машины. По любому есть за что. Такие типы, как он, не могут жить по совести и закону, это лишь вопрос времени, где и когда накосячит. А если продолжит шантажировать, подумаю о киллере. Никто по такой сволочи скучать не будет. Но надеюсь, до этого не дойдёт.

Не за свою шкуру я переживала, боялась за Камиля, хоть и злилась на него. Не знаю, насколько мстительным может оказаться мой муж. Всем будет лучше, если он ничего не узнает.

Расставание с Камилем сделало меня ещё жёстче, закалило. Сама себя не узнаю. Но для меня это хорошо, в дальнейшем будет не так больно. Не хочу быть вечной жертвой.

И о разводе надо подумать. Встреча с Камилем будто что-то изменила во мне, щёлкнул какой-то переключатель, надоело так жить. Получу наконец образование, устроюсь на работу, может бизнес открою. У меня есть небольшие сбережения, должно хватить на первое время. Сестра с братьями давно выросли, я сделала для ни всё, что могла, пора и о себе подумать. Вот только как сделать так, чтобы Володя меня отпустил? И ежу понятно, что долгожданного наследника я ему уже не рожу. Но после унижения измены так просто он меня точно не отпустит.

– Привет, – открыла передо мной входную дверь Маша. – Ой, – окинула придирчивым взглядом, – выглядишь паршиво. Что случилось?

Ей не нужны долгие «прелюдии», подруга зрит прямо в корень.

– Привет, Маш, – перехожу сразу к делу, заходя в дом и оглядываясь, не подслушивает ли кто, – денег не одолжишь?

– А Володя что, совсем на даёт? – подруга тут же потащила меня в свою спальню и прикрыла за собой дверь, понимая, что дело серьёзное, и разговор не предназначен для чужих ушей.

– Володя не должен об этом знать, – заговорчески прошептала.

Я рассказала ей всё. Про Камиля, про Витька. Ей я безоговорочно доверяла. Сначала она за меня порадовалась, что я прислушалась к её совету и нашла себе любовника, но потом, по мере моего рассказала, весёлость с её лица медленно улетучивалась.

На последнем слове вновь подступила к горлу тошнота. Я побежала в ванную, Маша за мной. Она молча смотрела на то, как меня выворачивает в её до блеска надраенный унитаз, и что-то прикидывала в уме.

– Прости, наверное, съела что-то не то. Или от нервов, – я припомнила, что толком и не ела сегодня, а стошнило меня в основном водой.

Умылась холодной водой у раковины и поползла обратно в спальню.

– Рит, – позвала меня из-за спины подруга, а затем подошла и положила свои хрупкие нежные руки мне на грудь, немного сжав, от чего я болезненно поморщилась. – Я думаю, тебе сейчас не о Витьке надо волноваться.

– А о чём? – я не понимала, к чему она клонит. Не хочет денег давать – так и сказала бы!

– Ты заметно похудела, – Маша убрала руки с моей груди.

– И что? Я никогда пышными формами не отличалась.

– В том то и дело… Всё похудело, а грудь стала больше. Не знай я тебя, подумала бы, что силикон вставила.

– Маш, да при чёт тут мои сиськи? – психанула я. Перепады настроения меня доконают! Это всё из-за нервов.

– А при том! У тебя месячные давно были? – прищурилась она.

– Не помню, а что?

Я ненавидела приложение «Женский календарь», которое отслеживало и прогнозировало мою овуляцию, а заодно отмечало месячные. К тому же муж никогда не давал мне забывать об этих днях, сам приходил. Но в последнее время он так занят на работе…

– Вы с Камилем предохранялись? – она терпеливо подводила меня к какой-то очень важной мысли, вот только я пока не понимала, какой именно.

– Какое это имеет значение?

Что-то наш разговор зашёл совсем не туда. Маша многозначительно молчала, хитро поглядывая на меня, будто знала то, о чём ещё не ведала я.

На самом деле я не предохранялась ни с кем и никогда. Сначала по неопытности, потом за ненадобностью. Делать это с Камилем мне даже в голову не пришло. Я вообще думала, что бесплодна. Не была уверена, но…

Мои глаза резко округлились, сердце пропустило удар. Я вдруг поняла.

Маша молча прошла в ванную, достала из шкафчика и вручила мне маленькую коробочку с надписью: «Тест на беременность».

– Кажется кое-кому пора пописать, – подтолкнула меня к унитазу и прикрыла за собой дверь в ванную.