Текст книги "После неё (ЛП)"
Автор книги: Найки Рор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
Глава 5
Он
You belong with me
Балтимор, апрель 2009
– Малыш, сколько раз тебе повторять? – спросила Келли, подходя и поправляя мою рубашку. Я неизбежно бросил взгляд на её декольте, так как грудь у неё была огромная.
– Ну не знаю, является ли Пенелопа той девушкой, которая хочет пойти на танцы.
– Без шуток, все девушки хотят пойти на танцы.
– Она немного другая.
– В любом случае, если не спросишь её, как ты узнаешь наверняка, что это «нет»?
– А что, если она скажет «нет»?
– А если она ответит «да»?
– Посмотри на меня, на моём лице полно вот этого! – воскликнул я, указывая на свой нос. Играя в футбол каждый день после обеда, солнце сделало мои веснушки ещё более заметными.
– Боже мой, веснушки чертовски сексуальны! Когда-нибудь ты станешь красавчиком, а с твоими прекрасными каштановыми волосами, голубыми глазами, вечно раздражённым выражением лица и французским происхождением ты сведёшь с ума всех девушек в городе, включая Пенелопу Льюис.
– Прекрати!
– В любом случае тебе придётся заставить её сильно попотеть в отместку. Поехали, а то я опоздаю на работу.
Этим вечером меня пригласили в дом Льюисов, и Келли вызвалась отвезти меня к ним. Я прошёл во внутренний сад, где обнаружил тренера перед барбекю.
– Бо, добро пожаловать, надеюсь, ты голодный, потому что моя жена приготовила еды на целую армию.
– Конечно, очень голоден, тренер.
– Эй, Бакер, ты уже несколько месяцев играешь с командой. Как у тебя дела?
– Хорошо.
– Почему тогда у меня сложилось впечатление, что ты не присоединился к группе? – Доктор Мур спросила меня о том же, и я снова пожал плечами. На самом деле я считал своих товарищей по команде настоящими придурками. Они приглашали меня к себе домой посмотреть игры или в торговый центр, но я предпочитал провести время с Келли или Пенелопой.
– Если бы над тобой кто-то издевался, ты бы пришёл и рассказал мне?
– Нет, сэр, конечно, я бы вам не сказал!
Тренер разразился смехом и похлопал меня по спине.
– Молодец, ты понял, как это работает, но если кто-то действительно ведёт себя плохо, я хочу, чтобы ты мне сказал. Я понятно объясняю? Кстати, в следующее воскресенье собираюсь поставить тебя в стартовый состав.
– Против Болтона? Думаете, это хорошая идея? Мы никогда не выигрывали у них.
– Хочешь узнать кое-что? Те парни не ожидают, что на поле выйдет игрок на два года моложе, они тебя недооценят и даже не представляют, насколько ты силён. Уверен, благодаря тебе мы будем выглядеть великолепно.
– А если мы проиграем из-за меня?
– Мы не проиграем из-за одного игрока.
– А если да.
– Нет, не проиграем, иначе это был бы не футбол. Командная работа – это всё, и, кстати, раз уж мы с тобой сейчас одна команда, не окажешь ли мне услугу? Пенни наверху и не хочет выходить из своей комнаты. Эта девчонка упрямее мула! Она говорит, что не выйдет, пока мы не снимем ей брекеты. Я знаю, вы стали хорошими друзьями, так что, может, сможешь её убедить.
– Я могу попробовать.
– Ты справишься, она тебя слушает.
Я вошёл в дом, и миссис Льюис указала мне на комнату Пенелопы наверху. Я любил этот дом, потому что он был именно таким, каким я хотел, чтобы был мой; всегда полно людей, пахнет сладостями, и стены увешаны семейными фотографиями. Как только вошёл в коридор, я услышал звук постоянного удара чего-то по стене.
– Пенелопа?
– Бакер, это ты? – услышал знакомый голос из последней комнаты. Подойдя к двери, я обнаружил Пенелопу лежащей на кровати и уставился на неё. На ней были шорты, очень короткие, и её длинные ноги были обнажены. Я в миллионный раз представил, как ласкаю их.
– Твой… твой отец послал меня…
– Я ненавижу его! Он заставил меня засунуть эту штуку в рот, и теперь у меня постоянно болит голова! – Она снова ударила мячом о стену. – Лекарство, которое мне дают, не помогает, оно просто вызывает у меня сонливость. – Ещё один мяч в стену. – А если я пойду в школу с этим металлоломом во рту, все будут стебаться, – прокричала она в сторону коридора.
– Немедленно прекрати ругаться, иначе ты не выйдешь из этой комнаты по-настоящему! – услышали мы крик её матери.
– Неужели ты не понимаешь, что это именно то, чего я хочу? Я даже заниматься не могу, – ответила она, крича ещё громче.
Пенелопа остановила мяч и посмотрела на меня.
– Почему ты так смотришь на меня?
– О, ничего, я просто наблюдал... рассматривал твою комнату.
Это был первый раз, когда я поднялся сюда, обычно мы занимались в гостиной.
На самом деле, спальня полностью отражала Пенелопу: там висели плакаты Ravens и даже футболка Флакко, вставленная в рамку, словно реликвия. Там стояли её трофеи по лакроссу, а шторы и покрывало на кровати были того же фиолетового цвета, что и вороны Балтимора.
– Как долго... как долго ты должна их носить? – спросил я, имея в виду брекеты.
– Стоматолог сказал, – от девяти до двенадцати месяцев, но я не хочу, у меня везде болит!
– Мне очень жаль.
– Ты не можешь понять, Бакер: здесь всегда больно! – Она указала на свой висок. – Я даже не смогла сделать домашнее задание. Так что, мало того, что я буду в дерьме, так ещё и получу плохую оценку.
– Какое домашнее задание ты не сделала?
– Английский.
– На самом деле там не так уж много. Дай мне свой учебник, я разберусь.
– Правда?
– Конечно.
– Ты сделаешь за меня?
Я кивнул. Пенелопа взяла свой рюкзак. С книгой в руках она села на кровать и жестом пригласила меня сесть рядом; я открыл учебник английского и поискал страницу с домашним заданием.
Возможно, это действительно был подходящий момент.
– Пенелопа, я хотел... в общем, я хотел спросить, что ты думаешь о выпускном бале.
Она резко обернулась.
– Что это отстой! Гаррик хочет пригласить Эмили Ратзон и требует, чтобы мой папа потратил деньги на лимузин. Дома они только и делают, что ругаются, а я ненавижу этот бал!
Ведро ледяной воды обрушилось на все мои тлеющие надежды пригласить Пенелопу и, может быть... может быть, поцеловать или признаться, что она мне действительно нравится.
– Почему ты спрашиваешь, Бакер? Ты же не хочешь участвовать...
– Нет, нет, я чувствую то же самое, это действительно глупый вечер и... и остальные постоянно болтают о нём, я больше не могу этого выносить.
– К счастью. Я думала, ты как Гаррик, который хочет нарядиться продавцом пылесосов.
– Нет, я не думаю, как твой брат, к тому же я предпочитаю толстовки.
Она взяла учебник, закрыла его, схватила меня за руку и заставила встать. Затем Пенелопа достала из шкафа то, что выглядело как фиолетовая толстовка с красными рукавами.
– Раз уж ты любишь толстовки, мне нужна модель. Примерь, но осторожнее с булавками.
Она схватила кусок мыла.
– Что… что ты делаешь?
– Я испачкала свою любимую жилетку Ravens, но не хочу её выбрасывать или клеить заплатку. Сделаю её супероригинальной. Я отрезала рукава от старых толстовок моего брата и собираюсь всё сшить.
Я стоял неподвижно, пока Пенелопа трогала мои руки, плечи и спину. Я действительно хотел провести остаток жизни вот так, чтобы она витала вокруг меня и использовала в качестве манекена.
– Бо, можно задать тебе вопрос? – Я кивнул. – Болтают, что в клубах твоего отца официантки обслуживают столы голыми, это правда?
– А, не знаю, я никогда туда не ходил. Но знаю, что там есть стриптизерши.
– Стриптизерши?
– Это танцовщицы, которые раздеваются.
– Правда?
– Да, правда.
– И они красивые?
– Ну, наверное, да, то есть... то есть да, конечно.
– У кого-нибудь из них есть брекеты?
– Понятия не имею.
– Как думаешь, если бы у кого-то из них были брекеты, они могли бы работать на твоего отца?
– Почему ты задаёшь мне этот вопрос?
– Я некрасивая с брекетами?
– Нет… ты совсем не некрасивая с брекетами.
– Ты бы когда-нибудь поцеловал девушку со всеми этими железками во рту?
«Я бы поцеловал тебя, всегда, даже если бы ты была сделана из металлолома».
– Я… я... да, я думаю... я...
– Да или нет?
– Да.
– Тогда сделай это.
– Как… что ты говоришь?
– Поцелуй меня!
– Пенелопа, я не знаю, если…
– Тогда ты лжец!
– Я не лжец!
Она закрыла глаза и приблизила своё лицо к моему.
Что, чёрт возьми, происходит? Внезапно передо мной оказался пункт назначения, о котором я мечтал несколько месяцев. Примерно так же, как при игре в футбол: мне удалось увернуться от защиты, и мяч оказался у меня в руках.
Пенелопа Льюис хотела меня поцеловать, она предлагала мне свои губы.
Я подошёл ближе и тоже закрыл глаза. Я сразу почувствовал тепло её кожи и дыхание, как медленно смягчились губы. Я поцеловал её нижнюю губу, и Пенелопа сделала то же самое. Затем я протянул к Пенелопе руку и переплёл наши пальцы. У меня было такое чувство, словно в животе образовалась дыра, словно сердце вот-вот выскочит из груди.
Понятия не имею, как долго мы так простояли, знаю только, что она медленно отстранилась и, когда я снова открыл глаза, Пенелопа смотрела на меня так, будто видела впервые.
– Ты не застрял, – сказала она, приложив пальцы к губам.
Я покачал головой.
– Нет, к сожалению, я не застрял.
Глава 6
Она
Shake It Off
Балтимор, август 2022
Была пятница, и если для многих она означала начало отдыха, то для тех, кто связан с футболом, это было начало работы. К счастью, предсезонные туры были ещё в самом разгаре, так что я могла насладиться вечером, не думая о тяжёлой работе на следующий день.
Я дошла до Emerald House, ирландского паба в нескольких метрах от Center, где по вечерам обычно встречалась со своими двоюродными сёстрами. Войдя в паб, я сразу же направилась к столику, который мы обычно занимали, и обнаружила, что Уайт и Пёрпл уже сидят с коктейлями в руках.
Сестёр у меня не было, но благодаря Дуэту я никогда не скучала по ним. Мы выросли вместе, провели вместе всю жизнь, и, главное, каждое моё решение всегда принималось после их тщательного суждения.
Дуэт – под таким прозвищем их знали почти все – не могли быть настолько одинаковыми внешне, насколько разными по характеру. Солнечная, жизнерадостная, романтичная Уайт часто носила одежду пастельных тонов. Пёрпл, напротив, была жёсткой, циничной и импульсивной. Она всегда носила чёрное, и в чёрный были перекрашены её светлые от природы волосы. Выбранные ими профессии также отражали их характеры. Уайт работала организатором свадеб, а Пёрпл – визажистом в похоронном бюро.
– Знаю, я опоздала, ничего не говорите. Ниле потребовалось 15 минут, чтобы завестись, – сказала в своё оправдание.
– Эта развалюха – смертельная ловушка, – сказала Пёрпл, используя те же слова, что и мой отец. – Так что скажи мне, какого цвета предпочитаешь гроб, чтобы сделать тебя счастливой в день твоих похорон.
– Не начинай с оскорблений, я к ней привязана!
И так и было. Между этими сиденьями я потеряла девственность и организовала свою первую поездку; к тому же машина была удобная. Мне удалось втиснуть в багажник основу для вешалок, и таким образом я могла развешивать одежду, не сминая её.
Я подала знак Джо, чтобы он приготовил мне, как обычно.
– Пенни, ты выглядишь немного уставшей, а ведь сезон только начался, – заметила Уайт.
– Я выдохлась, но не хочу говорить о работе. Мы уже решили, в какую эскейп-рум пойдём на этой неделе? – Звуковой сигнал оповестил меня о входящем сообщении. Я хмыкнула, закатив глаза. – Господи, ну почему Морская звезда не перестаёт мне докучать?
–Тебе следует проявить больше терпения и дать ему второй шанс. В конце концов, у вас много общего.
– Уайт, он Морская звезда! – напомнила ей.
– Просто заблокируй его, Пенни. Только идиот не поймёт, что он стал призраком, а мужчин-идиотов вокруг слишком много. Если тебе придётся выбрать одного, пусть он будет в категории «двести тысяч в год»... и пусть он будет Дельфином.
– То, что ты сравниваешь сексуальные качества парней, с которыми встречаешься с морскими животными, ставит меня в тупик. Что такого в морской звезде? Это такое милое маленькое животное!
Я уставилась на Уайт, сделав глубокий вдох.
– Ты когда-нибудь видела, как морская звезда сгибается или делает другие движения?
– Он был таким неподвижным?
– Как морская звезда, и Пёрпл права: я заблокирую его, раз он продолжает присылать мне сообщения.
– Так не поступают, Пенни. Всё побеждает любовь, а не то, как мужчина умеет пользоваться своим пенисом. По крайней мере, скажи ему, что тебе это больше не интересно, дай ему хоть какое-то объяснение, – отругала меня добрая двоюродная сестра.
– Она вообще ничего ему не должна, на самом деле он должен ей оргазм, – ответила злая сестра.
Пёрпл подняла ладонь, и мы дали друг другу пять.
– С вами бесполезно говорить о чувствах, вы – бездушный вакуум.
– Я не вакуум, я ищу кого-то, кто заставит моё сердце биться, и если моё сердце не бьётся, а он даже не шевелится в постели, зачем мне тратить время?
Уайт покачала головой.
– Пенни, твоё сердце не билось ни для кого с тех пор, как тебе исполнилось двенадцать.
– Не заставляй меня вспоминать об этом, пожалуйста, я не хочу впадать в депрессию, а когда я думаю об этом, у меня до сих пор болит лицо от того, как сильно я плакала. Лучше расскажи, как идут дела со счетоводом?
– Он бухгалтер, – ответила она с романтическим выражением лица.
– В чём разница?
– Понятия не имею. Но он очень любит указывать на эту разницу.
– Бухгалтеры – это счетоводы, которые могут сложить два и два без калькулятора, – пояснила Пёрпл.
Пришёл Джо с моим любимым коктейлем – клубничным замороженным дайкири.
– Эй, полустилист, у меня почти закончились фрукты, – предупредил он своим обычным сварливым тоном.
– Разве это нормально, что я должна приносить тебе клубнику?
– Это ирландский паб, а не кубинский ларёк, так что, если хочешь это дерьмо, тебе придётся самой добывать ингредиенты.
– Я приношу ингредиенты, но ты всё равно берёшь с меня полную цену.
– Это твоя проблема, а не моя. Вы будете есть здесь или освободите мой стол на приличный час?
– Я буду есть в этой забегаловке только тогда, когда добавишь в меню суши, – ответила Пёрпл.
– Посмотри на меня, злая близняшка, я высокий, у меня рыжие волосы и зелёные глаза. Я ирландец, и единственная рыба, которую терплю, – это лосось... И без этого чёртова риса.
– Хочешь сказать, что среди японцев нет людей с рыжими волосами и зелёными глазами? – провоцировала она.
– Да, их не существует.
– Я бы не была так уверена.
– Наверняка, дальше по улице есть место, куда вы могли бы пойти прямо сейчас.
– Что случилось с правилом «клиент всегда прав»?
– Такое можно встретить только в Японии.
– Извините, что прерываю, можно мне рыбу с картошкой? – спросила его.
Джо внимательно посмотрел на меня.
– Возможно, но я ещё не решил, буду ли обслуживать ваш столик дальше. – Он повернулся и вернулся за стойку.
Телефон зазвонил в тысячный раз, и я увидела на экране имя O’.
– Что случилось? – ответила я.
– Экстренное совещание, сейчас, в моей квартире.
Я неохотно оставила Дуэт и дайкири и пошла в сторону Baltimora Meet Center. Через десять минут я переступила порог квартиры О'.
Вся команда уже была там: Кэт и Мегги, Блэр, Джой и Фил. Я села на диван рядом с Кармайклом.
– Пристегните ремни, владельцы продали команду.
Я резко встала.
– Что?
– Судя по тому, что слышал, переговоры велись несколько месяцев. Они продали всю франшизу, включая расходы и долги, так что наш контракт останется в силе. Тилли сейчас разговаривает с менеджером CK, и после этого она тоже будет на встрече с новым владельцем.
– Кто купил Ravens?
– Пьер Сен-де-Клер, наследник французской семьи, железный и угольный магнат.
Я прижала руку к области сердца.
– Американский футбол в руках европейцев.
– Пенни…
– Прости, ты же знаешь, что Ravens для меня – религия.
– Я знаю, и именно поэтому нам всем нужно сохранять спокойствие. Они собираются сменить персонал, завтра нам представят новых пресс-атташе и всё такое, а пока я собрал всех вас вместе, потому что Тилли собирается предложить СК изменить количество представляемых моделей. Тогда мы сможем справиться с работой даже командой из восьми стилистов.
– Ты больше никого не наймёшь?
– Я всё равно поеду в Нью-Йорк и, надеюсь, найду других стилистов, способных справиться с этой задачей, а пока мы стараемся быть открытыми и общительными с новым руководством. Постараемся понять, кто они такие и как хотят двигаться. Возможно, перед нами окажется враг, а может, союзник, но пока мы этого не узнали, я не хочу никаких столкновений.
О' стал пристально смотреть на меня.
– Ты когда-нибудь видел, чтобы я спорила с кем-то из высшего руководства? – возразила я.
– Когда пошли слухи о продаже Ламара, я слышал, что ты собиралась пойти и проколоть шины президенту.
– Да ладно, Ламара нельзя трогать! Какого хрена президент продаёт мужика из раздевалки, который пробегает две тысячи ярдов за сезон? – Босс продолжал смотреть на меня. – Окей, сообщение получено, я оставлю болельщицу вне примерочной.
– За пределами Castle и раздевалки.
– Хорошо, за пределами всего.
– Я слежу за тобой, Пенни, никогда не забывай об этом.
Глава 7
Он
You are in love
Балтимор, апрель 2009
Прошла неделя с тех пор, как я поцеловал Пенелопу Льюис, семь дней, в течение которых я не переставал думать о ней. Прикосновение к её губам было самым прекрасным, что когда-либо случалось со мной. Каждый раз, вспоминая тот момент, я испытывал эмоции, которые не давали мне спать, ни даже есть. Келли продолжала дразнить меня, а я даже не мог разозлиться, потому что всё казалось прекрасным.
Даже беседы с доктором Мур.
Мне хотелось снова поцеловать Пенелопу, снова взять за руку и провести с ней больше времени. Жаль только, что в те школьные дни я никак не мог подобраться к ней: на уроке естествознания нас разделили для групповой работы, то же самое произошло на уроке математики, и, как назло, я пропустил много уроков, включая те, где помогал ей с математикой, из-за футбольного матча, который школа собиралась сыграть против школы-соперника.
К счастью, наступило воскресенье, игра завершилась, и это могло быть двойной возможностью: с одной стороны, мои футбольные обязательства закончились, с другой – тренер Льюис предложил подвезти меня домой. Я знал, Пенелопа тоже будет там, потому что видел, как она кричала и болела с трибун. Я принял самый быстрый душ в своей жизни и, всё ещё наполовину мокрый, оделся. Я должен был присоединиться к ней на парковке раньше остальных.
– Бакер, куда торопишься? – Гэвин Кинг, один из старших игроков, остановил меня. – Так не покидают раздевалку победителей, верно, тренер?
– Ты прав, Гэвин! Бо, сегодня на поле ты был великолепен, наш победный актив!
Гэвин ударил шлемом о шкафчики и выкрикнул моё имя, и вся раздевалка сделала то же самое. Затем мои уши заполнил шум множества стучащих шлемов и крики. Я должен был радоваться, но всё, чего хотел, – это выбраться оттуда и подойти к Пенелопе.
Тренер подал сигнал к тишине, и раздевалку снова охватило спокойствие.
– Кто хочет отпраздновать? – Раздался новый победный клич. – Окей, окей, но сначала я хочу сказать несколько слов. Сегодня мы провели отличную игру, и не только из-за победы над Болтоном, но и потому, что мы рассуждали как настоящая команда. Мы следовали схемам и применяли тактику. Я не знаю, будет ли среди вас будущий чемпион, и не знаю, продолжите ли вы заниматься футболом, но надеюсь, что произошедшее сегодня, может стать примером для вашего будущего. В одиночку вы можете сделать многое, но вместе вы можете сделать всё.
Он по очереди посмотрел в наши глаза, пока не задержался на мне.
– Ты, Бо. Тебя недооценили, потому что ты меньше и мягче на вид, но вместо этого ты оказался самым смертоносным и быстрым. Соперники пытались отвлечь тебя и насмехались над тобой, называя Милашкой Би и не представляя, что Милашка Би надерёт им всем задницы!
Раздевалка взорвалась от смеха, и все начали выкрикивать проклятое «Милашка Би». Это прозвище мне не нравилось, даже ни капельки не нравилось. Я не был милым и, прежде всего, не хотел им быть.
– Так, все в душ, а потом идём праздновать в Марион!
– Эй, Милашка Би, ты поедешь со мной в машине? – продолжил Гэвин.
– Конечно, он поедет с тобой! Я хочу, чтобы вы объединились и всегда включали Бо в свои инициативы, даже если сезон уже закончился. Только тогда мы станем непобедимыми в следующем году, – вместо меня ответил тренер.
– Обязательно, тренер. Бакер, тебе нравится GTA? С Остином и Йеном мы играем в неё каждый день.
– Я не играю в видеоигры.
– Даже в NFL Business? Ты должен в неё играть! У каждого из нас есть своя франшиза, которой нужно управлять, это круто! Приходи завтра ко мне домой, и мы сможем включить тебя в лигу!
– Извини, по понедельникам я помогаю Пенелопе с...
– Оставь мою дочь в покое! Бесполезно учить её математике, цифры никогда не влезут в её голову. Иди к Гэвину, не чувствуй себя в долгу перед Пенни, которая уж точно не будет рвать на себе волосы из-за того, что вы не занимаетесь. А теперь выходи, увидимся на парковке.
Схватив свою сумку, я вышел из раздевалки и направился к парковке, где увидел нескольких родителей. Я даже не стал надеяться, что среди них может быть мой отец. Он никогда не приходил на игры, а Келли в тот раз не было в городе, потому что заболела её сестра.
– Бакер! – услышал я окрик.
Обернувшись, я увидел Пенелопу. Скрестив руки, она стояла, прислонившись к одному из деревьев, и смотрела на меня. Впервые её каштановые волосы остались распущены, а на губах было что-то блестящее и розовое. Она выглядела сердитой, но не такой, какой я видел её много раз. Она продолжала смотреть на меня, и я не мог не ответить ей тем же.
– Хорошая игра. Ты очень сильный, ловишь все пасы и очень быстрый.
– Спасибо.
– Не за что, Милашка Би.
– Мне не нравится эта Милашка Би.
Пенелопа разразилась смехом, и я не мог понять её реакции.
Может, она разозлилась, а может, и нет. Может, её это забавляло, или она издевалась надо мной.
– Почему тебе не нравится? Классное прозвище!
Она думала, что это круто? Тогда могу вытатуировать его на своём сердце.
Я улыбнулся ей и почувствовал, как пылают щёки. Почему я всегда краснел вместо неё?
– Твоя футболка мокрая, – заметила она.
– Да, я не очень хорошо вытерся.
– Придёшь завтра, чтобы помочь мне с домашним заданием по математике?
– Гэвин пригласил меня к себе домой и...
– Гэвин Кинг?
– Да.
– Значит, ты больше не будешь мне помогать, потому что у тебя теперь новые друзья?
– Твой отец сказал мне, что… – Я не успел договорить, как Пенелопа уже повернулась и пошла прочь. – Пенелопа!
– Бакер, уходи к своим новым друзьям и никогда больше не ищи меня!
– Но у меня нет новых друзей!
Я увидел, как она подняла руку и показала мне средний палец.
